Цитата сообщения Сперанская Мистериософия

Жизнь может быть чем угодно: кто-то привык воспринимать её как череду испытаний, другие видят в ней всего лишь игру. Нам же близок взгляд Фридриха Ницше, согласно которому жизнь есть эксперимент познающего. Мы могли бы начать с вопроса «Что такое философия?», продолжив начатое Делёзом и Гваттари, или «Что такое мышление?», вступив в полемику с Хайдеггером; но само наличие этих вопросов убедительно доказывает, что человечество по сей день занимается лишь тем, что множит всевозможные теории, бессильные перед временем, - этим «Великим Разрушителем», как сказано в «Бхагавад-гите», - и не получает ответы. За каждым «я знаю» скрыто «я не уверен», всякому «да» не хватает твёрдости, ибо оно - лишь маска «возможно», «вероятно», «не исключено». С тех пор, как был задан вопрос, человек предпринял первую попытку философствовать (или, согласно Марку Аврелию, «оберегать внутреннего гения»). Но нас интересует не та философия, что родилась «из головы» человеческого существа или полубога, тщетно подражая Афине, ибо главным образом, наше внимание направлено на тот Центр и Источник, известный как Philosophia Perennis (лат. Вечная философия). Хаксли внёс некоторую путаницу, утверждая, что впервые этот термин появляется у Лейбница в письме (1714 г.) к Ремону, однако имеются сведения, что впервые о Philosophia Perennis написал Агостино Стеуко (Agostino Steuco), последователь Августина. Индусы знают Вечную Философию под именем Sanatana Dharma, которую многие ошибочно понимают как «религию», в то время как она является источником всех религий. В исламе употребляется другое обозначение, а именно Hikmat al-khalidah: (хикмат - от hikma - "мудрость", халида – «бессмертная»). Рене Генон справедливо заметил, что Единая Мудрость, Sophia Perennis, Предвечная Философия со временем выродилась в простое «любомудрие», так называемую философию. В наше время под философией понимают всё что угодно, кроме того, чем она действительно когда-то являлась. Разорвав все связи с Традицией, человечество обрекло себя упадок, захвативший, в первую очередь, его духовную и интеллектуальную жизнь. Потому не удивительны вопросы, упомянутые нами в самом начале. Люди способны лишь вопрошать, не питая никакой уверенности в том, что полученные ими ответы верны. Способны ли они вернуть тому сверхчеловеческому элементу, без которого немыслима Традиция, изначально присущее ему первенство, хватит ли их силы на то, чтобы уничтожить жалкие идеалы гуманистов, презрительно отринув бездуховное и приземлённое, заменившее «божественное» и «высшее»? Nil desperandum ? Мы снова вопрошаем. А значит, готовы философствовать. Но: философии уже недостаточно, ибо она изжила себя в попытках мыслить и, следовательно, существовать, изредка выбираясь из прокрустова ложа «слишком человеческих» представлений. Теперь лишь Misterionsophia (от греч. misterion + лат. sophia) может явить лик Предвечной Софии. В EndKampf впервые появляется Misterionsophia Nihiladeptus, о чём сообщает подзаголовок; фундаментальные концепции этой (не Новой, но Вечно Существующей) Философии – Nihiladeptus и, разумеется, Kaivalya. Не часто случается, что ответы опережают вопросы, ещё реже – появление ответов, заключающих в себе всё то, что было «проклятием» мыслителей на протяжении всей человеческой истории. В меру своих возможностей мы постарались изложить данное нам учение в наиболее приемлемой форме, одновременно признавая, что язык, коим нам пришлось воспользоваться, малопригоден для объяснения столь сложных идей. После EndKampf в мир придёт Другая Книга и Тот, Кто её передаст, будет зваться уже не философом Нового Эона, а мистериософом. Пока же ему далеко до Себя Истинного, ибо его пробуждению подходит лишь эпитет «неполное». А это означает, что ему есть к чему стремиться и куда (НЕ: за кем) следовать.