Добавить любой RSS - источник (включая журнал LiveJournal) в свою ленту друзей вы можете на странице синдикации.
Исходная информация - http://read-and-eat.livejournal.com/. Данный дневник сформирован из открытого RSS-источника по адресу /data/rss/??963e1b00, и дополняется в соответствии с дополнением данного источника. Он может не соответствовать содержимому оригинальной страницы. Трансляция создана автоматически по запросу читателей этой RSS ленты. По всем вопросам о работе данного сервиса обращаться со страницы контактной информации.[Обновить трансляцию]
Всё-таки есть особая прелесть в следовании календарю. В соблюдении ритуалов. В том, чтобы прислушиваться к себе и окружающему миру сообразно тому, какое положение Земля занимает относительно Солнца. Если говорить о православном календаре, кажется, никто не описал годовой круг лучше, чем Иван Сергеевич Шмелёв. Вместе со всеми сопутствующими ритуалами и — далеко не в последнюю очередь! — кулинарной составляющей каждой значимой календарной вехи.
«Везде — баранка. Высоко, в бунтах. Манит с шестов на солнце, висит подборами, гроздями. Роются голуби в баранках, выклевывают серединки, склевывают мачок. Мы видим нашего Мурашу, борода в лопату, в мучной поддевке. На шее ожерелка из баранок. Высоко, в баранках, сидит его сынишка, ногой болтает. — Во, пост-то!.. — весело кричит Мураша, — пошла бараночка, семой возок гоню! — Сбитню, с бараночками… сбитню, угощу кого… Ходят в хомутах-баранках, пощелкивают сушкой, потрескивают вязки. Пахнет тепло мочалой. — Ешь, Москва, не жалко!..»
Многообразие баранок у Шмелёва поражает. Но это не отличительная черта дореволюционной эпохи — советский читатель тоже знал немало разновидностей, если судить по сказке «Цветик-семицветик». Сегодня разбираемся, что к чему в бараночном царстве. И, конечно, попробуем приготовить баранки, максимально приближенные к образцам ушедшей эпохи.
Муми-мама — заботливая мать и хорошая хозяйка. Ради её стряпни стоит возвращаться из дальних странствий и просыпаться после долгой зимней спячки. Какое блюдо можно назвать её визитной карточкой? Пожалуй, оладьи (или блины — смотря к какому переводу вы привыкли). В повестях о муми-троллях это неизменный символ уюта и семейного тепла. Не всегда, впрочем, герои едят оладьи в стенах родного дома. И не всегда «оладьи» — это оладьи в нашем понимании.
На излёте зимы хочется основательной пищи и любимых историй. Сегодня я не буду читать длинных лекций — просто поделюсь простым духоподъёмным рецептом. В своих кулинарных изысканиях я периодически возвращаюсь к «Гарри Поттеру», потому что в семи томах этой эпопеи нашлось место для большинства выдающихся блюд английской кухни. И не только для них. Сегодняшний пример — как раз на стыке «классики» и «не только».
Знаменитый рынок Les Halles просуществовал на одном месте девять веков. Это он с лёгкой руки Эмиля Золя получил прозвище Чрево Парижа. Он и был этим чревом, а ещё — сердцем, ибо раскинулся в самом центре французской столицы.
В конце 1960-х этот монстр всё-таки переехал за пределы города. Сегодня по площади он больше, чем княжество Монако, но попасть на него, конечно, сложнее, чем в те времена, когда он ещё назывался Центральным. Мне однажды довелось там побывать, и я решила наконец поделиться фотографиями. Но в первую очередь — вспомнить роман Золя, воспевший это восхитительное чудовище в его прежнем воплощении.
Булочка с изюмом — штука простая и понятная. Но закрутите тесто спиралью, добавьте пряностей — и получите поистине культовую вещь. Возможно, сегодня, булочки «Челси» — всего лишь один из видов традиционной английской выпечки. Но в XVIII веке они с шумом ворвались в лондонскую жизнь и перевернули представления горожан об идеальной сдобе.
Булочки «Челси» то и дело мелькают в литературе практически с момента своего появления. Джонатан Свифт, Чарльз Диккенс, Льюис Кэрролл — список далеко не полон. Покровителями Старой челсийской булочной были представители правящей династии, а поэты слагали стихи в честь божественной сдобы, «душистой, как мёд» и «мягкой, как младенец». Оказаться в этой славной компании можете и вы — рецепт незамысловат, а результат действительно очень приятен.
Я уже много говорила на тему еды в книгах о Мэри Поппинс, даже провела недавно эфир в Инстаграме, но, чтобы окончательно упорядочить информацию, хочется выложить обобщающий текст. Это будет пост без рецептов, но с большим количеством теории (и одной книжной рецензией).
Книги о Мэри Поппинс — прекрасный пример того, как естественно гастрономия может быть вписана в литературную реальность. С одной стороны, кулинарных подробностей здесь довольно много, и это сплошь характерные вещи, которые не дают усомниться, где происходит действие. С другой — в большинстве случаев эти детали проходят фоном, внимание на них особо не акцентируется. Это всего лишь отдельные штрихи, которые помогают писательнице создать узнаваемые декорации. Еда здесь всегда важна, и без неё тексты стали бы беднее, но в книгах почти нет сцен, где она однозначно выходила бы на первый план. Не без исключений, конечно.
Дэвид Митчелл, скорее всего, известен вам как автор романа «Облачный атлас» (по которому снят одноимённый фильм). Действие «Тысячи осеней» не так разбросано во времени и пространстве — оно разворачивается в Японии рубежа XVIII–XIX веков. Я прочитала эту книгу с огромным удовольствием, так что даже решилась подступиться к японским сладостям.
«В Дни Одарения в Сестринском доме устанавливается праздничная атмосфера… На завтрак подают рисовые шарики с фасолью адзуки, подслащённой медом; из кладовых настоятеля Эномото присылают сакэ и табак. В кельях Кагэро и Хасихимэ развешивают бумажные украшения».
Ан данго — это рисовые шарики с соусом из сладкой фасоли. Между прочим, десерт! Вот уж правда, японская культура — другая планета, и гастрономии это касается не в последнюю очередь. Тех, кто готов открывать для себя новое, приглашаю пройти по ссылке. Всех остальных, впрочем, тоже — потому что почитать в любом случае будет любопытно всем!
Сегодня мой день рождения, и это хороший повод поделиться рецептом именинного пирога. Однажды я уже так делала, и это могло бы стать славной традицией. Выбор большой, литературных прототипов много. На этот раз я остановилась на имениннике, у которого торта как такового не было — была лишь мечта о нём. Захотелось восстановить справедливость!
О вкусовых пристрастиях Иа мы знаем одно: угрюмый ослик больше всего на свете любит чертополох. Целый торт из него не составить, а вот украшение получится отличное. Каким сделать сам торт? Первым делом в голову приходит любовь всех осликов к морковке — кажется, морковный торт был бы вполне уместен. Но Иа говорит ещё о розовой глазури... Я невольно задумалась о натуральных красителях, и первым делом — о свёкле. Где морковь, там и свёкла, разве нет? Так и родился этот торт с двумя видами коржей.
Морковный торт в представлении не нуждается, и мои морковные коржи — вариация на тему популярного десерта. Свёкла в выпечке выглядит более экзотично, но на самом деле это тоже довольно распространённый ингредиент, особенно в сочетании с шоколадом. И в готовом торте она даже не так заметна, как морковь. Кто не боится смелых экспериментов?
На самом деле, бояться тут нечего, да и рецепт, если разобрать его на составляющие, — проще не бывает. Для чертополоха, правда, не сезон, но чего только не найдёшь при желании!
Праздники на пороге, а я продолжаю ревизию классических праздничных угощений. Не удивляйтесь, что у меня опять Астрид Линдгрен: на этот раз рецепт будет хоть и шведский, но всё же не совсем чуждый русскому человеку. Чем ближе праздники, тем больше тянет заглянуть в список угощений, припасённых в кладовой на хуторе Каттхульт. На сей раз я решила выудить из этого впечатляющего ассортимента что-нибудь несладкое. И выбор пал на селёдочный салат — блюдо, которое встречается в «Эмиле» не один раз — и всегда в контексте какого-нибудь впечатляющего пира.
У меня есть давняя задумка — собрать в одном подарочном наборе пряничную выпечку родом из разных стран и эпох. Пока, правда, я застряла где-то на этапе систематизации информации: тема настолько обширна, что о многих заслуживающих внимания вариантах я наверняка ещё даже не знаю. Пока я делаю открытия буквально на каждом шагу.
В Европе, наверное, в каждой стране есть своя разновидность пряничной выпечки, а то и не одна. Вообще, «пряник» — это такое универсальное название, за которым могут скрываться самые разные вещи: пряный кекс или хлеб, порционные мягкие прянички, сухое печенье. Если копнуть глубже, обнаружатся ещё чуть ли не леденцы.
Сегодня мне как раз хотелось бы копнуть чуть поглубже обыкновенного и пошуршать историческими рецептами.
Так уж сложилось, что мой блог — в основном про сладкую выпечку. Но почему-то тортов здесь совсем немного. Удивительный факт, если учесть, что именно торты долгое время были моей основной специализацией. Оттого ли это, что в художественной литературе «парадная» выпечка встречается не так уж часто? Как бы то ни было, сегодня есть отличный повод исправить ситуацию за счёт классики — бескомпромиссного и сурового шоколадного торта. Однажды он просто обязан был здесь появиться.
В начале октября я провела неделю в Валенсии, приоткрыв для себя новый регион Испании со всеми его особенностями, включая гастрономию. Здесь у меня не было такого дотошного литературного проводника, как в Барселоне, но всё же без литературной составляющей не обошлось. И, пожалуй, самым надёжным информатором послужил Эрнест Хемингуэй.
Сегодня рассказываю о том, что связывало писателя с Валенсией, и делюсь секретами приготовления паэльи, полученными из первых рук.
Шведская кухня, конечно, в большом долгу перед Астрид Линдгрен (и Икеей, но сегодня речь не о ней). Что бы мы с вами знали о пальтах и сырных лепёшках, если бы не милая Астрид? Впрочем, на поверку оказывается, что знаем мы всё равно немного, но интерес к теме появляется, интрига заронена, а значит, рано или поздно захочется разобраться в вопросе. Сегодня на очереди — сырные лепёшки, столь любимые на хуторе Каттхульт и в его окрестностях. А под конец гостям подали отличнейшую сырную лепешку с клубничным вареньем и взбитыми сливками. — Вкуснее сырной лепешки ничего на свете нет, — сказал Эмиль на чистейшем смоландском наречии. И если тебе довелось когда-нибудь отведать такой сырной лепешки, как в Каттхульте, то ты знаешь: Эмиль сказал правду!
Речь идёт о классическом шведском десерте Ostkaka. Да, это именно десерт, хотя словосочетание «сырная лепёшка» может увести нас по ложному следу.
Вы знакомы с Паком? Вероятно, не слишком близко. Даже во времена Киплинга встреча с ним была чем-то из ряда вон выходящим. Зато, возможно, Пак и по сей день обитает где-то, в то время как прочий Народ С Холмов давно покинул Англию.
Сегодня я рассказываю об этом фольклорном персонаже, о прогулке в волшебном лесу, где есть все шансы встретиться с потусторонним, и о том, чем можно угостить лесного духа, если встреча всё же состоится.
Вы обращали внимание, что книги о Мэри Поппинс — кладезь идей, что испечь к чаю? Это мой новый фаворит в категории «справочник английской кухни», конкретно по части чаепития. У многих наверняка есть стойкие гастрономические ассоциации с этим литературным миром, будь то пряники со звёздочками, пирожки/пончики/пышки с малиновым вареньем или что-то ещё. Но помимо угощений, играющих какую-то сюжетную роль, в книжках о необычной няне то и дело упоминаются десерты и выпечка, которые подаются к столу в совершенно будничном режиме. И остаются малозначительными деталями в общей картине. Но вместе они складываются в интереснейший (и вкуснейший!) узор.
Я надеюсь, что скоро смогу наконец поделиться свежим анонсом, а пока продолжаю разбирать старые фотографии в соответствии с календарём. Сегодня на сайте появился небольшой фотоотчёт с хеллоуинского вечера, посвящённого «Дракуле» Брэма Стокера и другим вампирским историям. Дело было аж в 2015 году, но, оценив качество фотографий, я совсем не удивляюсь, что так долго не могла к ним подступиться. Тем не менее с исторической точки зрения лучше уж так, чем никак. Поэтому, зажмурив глаза, жму на кнопку "опубликовать".
Всех, кому интересно взглянуть (или вспомнить), как это было, приглашаю перейти по ссылке:
Неделя до Хеллоуина, и я в этом году решила выступить заранее — чтобы у желающих составить тематическое меню было время на подготовку. Для меня этот праздник — не столько про веселье, сколько про переход на тёмную сторону года, где царят свои законы. Вообще, предпочитаю называть его Самайном и воспринимаю соответственно — ближе к кельтской стилистике. Но невозможно просто закрыть глаза на современный образ этого праздника и все сопутствующие атрибуты. Поэтому сегодня посмотрим на него через призму вампирской тематики. А также расширим географию: гастрономическая составляющая будет родом из Прикарпатья.
Продолжаю ревизию книжных полок и сегодня, как обещала, рассказываю о чём-то более доступном русскоязычному читателю. На русском издано не так много книг об английской кухне, эта — одна из них. И, мне кажется, одна из самых интересных и приятных. В первую очередь, конечно, чисто визуально и тактильно. Содержание, в целом, не отстаёт, хотя тут есть свои особенности. Подробнее читайте по ссылке.
Там же вы найдёте рецепт яиц по-шотландски — идеальной дорожной и пикниковой еды, а также закуски к пиву или чему покрепче.
Вам знакомы книжки про Флавию де Люс? В моём детстве в 90-е детские детективы пользовались популярностью, и мне интересно было обнаружить, что жанр жив и по-своему развивается. Конечно, теперь такие истории читаются по-другому. Больше внимания обращаешь на фоновые детали, а сам детективный сюжет уже не так важен.
Действие разворачивается в английской провинции, а значит, в кадр неизбежно попадают интересные детали, в том числе связанные с едой. Конечно, сам автор не англичанин, то есть риска «развесистой клюквы» не избежать. Но как минимум одно блюдо, играющее не последнюю роль в сюжете первой книги, заслуживает нашего внимания. Это пирог (или торт) с заварным кремом. Десерт, действительно важный для английской кулинарной культуры, даже в отрыве от книжного контекста.
Сегодня я хочу рассказать вам о книге, с которой мы провели в тесном контакте много приятных месяцев. Я изучила её, кажется, вдоль и поперёк, и пора переключаться на что-то другое. Но перед этим — делюсь впечатлениями.
Кларисса Диксон Райт (1947-2014) — известный британский кулинарный деятель, автор книг, телеведущая, энтузиаст возрождения национальных традиций. Остроумная, невоздержанная на язык, не слишком толерантная и уж совсем не академичная — такой складывается образ. И мне было интересно, какой окажется книга, написанная таким человеком.
По ссылке — мои личные впечатления, 20 занимательных фактов из книги и рецепт рыбы в средневековом стиле.