Сочная и воздушная запеканка из кабачков.
 

Если Вы любите кабачки, то такая сочная и воздушная запеканка из кабачков, Вам обязательно понравится. Ингредиенты все простые, да и не затратной будет для семьи. Вкусно - попробуйте!

Аджика по-домашнему


 
Ингредиенты (на примерно 2,5 литра аджики):

Красный сладкий перец - 1 кг
Острый красный перец - 150 гр
Чеснок - 200 гр
Спелые сладкие помидоры - 1.5 кг
Соль - 1.5 ст.л 
Сахар - 1 ст.л 

Если прошлый раз мы закручивали Невероятные закусочные булочки, то сегодня будем закручивать сладкие булочки с кунжутом. Посмотрите, как всё просто! При желании, можно к булочкам приготовить и Карамельный Соус.

Сегодня православные всего мира будут праздновать двунадесятый праздник православного календаря – Троицу.

Венки плели прямо в Троицу и шли с ними к реке

Троица (День Святой Троицы, Пятидесятница) празднуется через семь недель (в 50-й день) после Пасхи.

История

Празднование Дня Святой Троицы или Пятидесятницы, как и праздник Пасхи, уходит своими корнями еще в ветхозаветные времена. На пятидесятый день после ветхозаветной Пасхи (дня исхода еврейского народа из Египта), у горы Синай, пророк Моисей дал своему народу Божий закон и основал ветхозаветное священство. Так этот день стал днем основания ветхозаветной Церкви.

Подобным образом День Святой Троицы связан с новозаветной Пасхой, потому что на пятидесятый день после своего воскресения из мертвых и на десятый день после вознесения к своему Небесному Отцу Иисус Христос послал апостолам Утешителя -Духа Святого.

На Руси Троицу начали праздновать через 300 лет после крещения князем Владимиром.

В Украине праздник Троицы тесно связан с проводами весны и встречей лета – Зелеными праздниками. Неделя перед Троицей называется «зеленой», «клечальной» или «русальной», а три дня перед Троицей и три дня после нее собственно и носят название Зеленой недели. Во время Зеленых праздников цветет овес, люди украшают зеленью и цветами свои дома, девушки плетут венки. А еще, по поверьям, в это время просыпаются мертвецы и выходят из воды русалки.

В этот праздник православная церковь вспоминает сошествие Святого Духа на апостолов и отмечает Святую Троицу – одно из главных положений христианства. Понятие Троицы символизирует образ Бога – Бог-Отец, Бог-Сын и Бог-Святой Дух.

Этот крупный церковный праздник освобождения от всего плохого и грешного в человеческой душе. Именно в этот день на апостолов сошел Святой Дух в виде священного огня, который наделил их благодатью и придал силы для обустройства Святой церкви на земле, чтобы донести Слова Бога до каждого человека.

Праздник Пятидесятницы является днем рождения церкви, т.е. избранные Богом ученики были наделены особой силой, чтобы проповедовать Евангелия во всем мире и нести весть об Иисусе, как о Спасителе и Господе. Ныне преемниками апостолов являются священнослужители, которые считаются посредниками между Богом и людьми.

Празднование

К празднику Троицы хозяйки убирают в доме и наводят чистоту, украшают комнаты цветами, молодой травой и зелеными ветками, что символизирует пришедшую весну, процветание и продолжение жизни. Чаще всего для украшения используются ветки березы, дуба, рябины, клена, трава аира, мята, мелиса и др.

В день Троицы утром посещают праздничную церковную службу. Прихожане держат в руках цветы, пахучие травы и зеленые ветки, символизирующие обновление через нисходящий Святой Дух.

На праздничный обед приглашают близких людей и родственников, угощают караваем, блюдами из яиц, блинами, пирогами, киселем и  дарят друг другу веселые подарки.

Также можно выбраться на природу, организовать пикник – ведь Троица 2013 года, как и в другие годы, отмечается в выходной день.

До нашего времени сохранилась традиция народных гуляний. Во многих городах проводятся культурные массовые мероприятия, концерты, ярмарки.

Традиции и ритуалы

В старину после утренней службы начинались массовые народные гуляния, песнопения, хороводы, активные игры и конкурсы на воздухе. Вечером девушки водили хороводы, а парни присматривали себе невест. Девушки из цветов и трав плели венки и пускали по воде. Некоторые венки тайно дарились избранникам в знак любви.

Троицкие травы сушили и впоследствии использовали как лекарство и средство от разных бед. По приметам, такая зелень охраняет дом от грозы.

Сухари от троицкого каравая хранили до свадьбы и добавляли в свадебный пирог молодоженам в знак счастья и любви.

Приметы

Одной их самых древних примет – обычай приносить в церковь для освящения, а потом прятать в доме за раму или позже за икону пучки «слезных» трав – траву, которую специально оплакивали, так как слезы символизировали дождь. Таким образом, люди выпрашивали у природы, а позже у Бога, хорошего лета без засухи, с дождями и богатым урожаем от напитавшейся влагой земли.

Березовые веточки, вставленные за рамы окон, за наличники, ставни, зеленая трава, разбросанная по горнице, тоже символизировали хорошее урожайное лето, потому так было в каждом деревенском доме.

Осуждался в деревне любой крестьянский труд на Троицу: ни в поле, ни в доме нельзя было заниматься делами, кроме приготовления еды. Купаться тоже было нельзя, потому что это время – время русалий, когда русалки могут заманить к себе на дно.

За день до Троицы, в родительскую субботу все ходили на кладбище – помянуть родственников, если кто-то не попадал в этот день, считалось, что он зазывал к себе умерших, а они, в свою очередь, уведут кого-нибудь из дома (то есть родственник умрет). Поэтому перед Троицей и поминальный ужин оставляли, и одежду умерших на ограду вывешивали – и помянуть, и смерть отодвинуть, отогнать.

Старые женщины именно в Троицу ходили на кладбище обметать могилы березовыми вениками – считалось, что злые духи отступают при этом, а умершие радуются и содействуют миру, согласию и богатству во всей деревне.

Хорошей приметой было сватанье. Считалось, если на Троицу посватаются, а на Покров поженятся, значит, жизнь у этих супругов будет долгой, счастливой, в любви и согласии.

Из сельскохозяйственных примет можно отметить широко известные «дождевые»: дождь на Троицу – к урожаю, к грибам, к теплой погоде, без заморозков.

А следующий день после Троицы – Духов день. Земля считалась именинницей, на ней также не работали, а поутру ходили на поиски кладов, потому, что в свои именины хорошему человеку земля обязательно откроет что-то ценное.

Гадания

Церковь отвергала всяческие гадания, но так уж повелось в народе, что между Рождеством и Крещением, большими христианскими праздниками, был продолжительный период Святок – времени гаданий, так и на Троицу, во время русалий девушки гадали на судьбу, на суженого, с трепетом ждали сватов.

Самые распространенные гадания – «завивание» березки и плетение венков. Накануне Троицы девушки уходили в лес, наклоняли верхушки молодых березок и сплетали из веточек венок – «завивали», если по приходу в Троицу к своей березке девушка видела, что она развилась или повяла – хорошего ждать не придется. Если осталась прежней – будет и свадьба, и любимый суженый, и богатство в доме.

Плести венки – тоже обычай на Троицу. Плели девушки в компании, мужчин не допускали к себе, если парень видел чей-то венок, это было плохой приметой, «сглазом» девушки. Венки плели прямо в Троицу и шли с ними к реке. Там спускали на воду: куда поплыл – оттуда и жених будет, остался у берега – не выйдет девушка замуж, ну, а если утонул – и ей в этом году умереть. Да еще венки не руками снимали с головы, а наклонялись так, чтобы они сами в воду падали.

Чтобы суженый приснился, клали березовые веточки под подушку.

В 1960 г. Ольга Александровна так говорила об Александре Федоровне: "Из всех нас, Романовых, Аликс наиболее часто была объектом клеветы.  С навешанными на нее ярлыками она так и вошла в историю.  Я уже не в состоянии читать всю ложь и все гнусные измышления, которые написаны про нее".  Прошло немало времени, но положение качественно почти не изменилось.  Возникшие много времени назад отрицательные характеристики, изображающие в самом негативном свете  Николая II, а особенно все это касалось Александру Федоровну.   Некоторые авторы ей приписывают просто демонические черты и даже утверждают, что эта женщина изменила ход современной истории.  Жизнь и внутренний мир последней Императрицы фактически никем беспристрастно не изучался.  Лишь можно было читать цепь разнузданных бесконечных сплетен и умозаключений многих авторов из своей головы, ничего не имеющих общего с истинным миром Александры Федоровны.

Даже внешность Аликс, как и память о ней, подвергнута отрицательным характеристикам. Вот, что можно прочитать из воспоминаний министра Н.К. Гире, когда он первый раз увидел Принцессу на балу в Зимнем дворце 29 января: " Алиса Гес­сенская некрасива, лицо красное и даже под бровями».   Другой сподвижник Ми­нистра рассказывал всем и каждому, что у Алисы «походка неграциозная, средняя часть корпуса слишком выдаётся».
 

Конечно, это была неправда.   Сохра­нившиеся изображения той поры свиде­тельствуют о несомненной красоте юной Принцессы, но люди видели то, что хоте­ли видеть.   В истории жизни Александры Фёдоровны с этой своеобразной зритель­ной и умственной аберрацией восприя­тия приходится сталкиваться постоянно.   Потом, когда Принцесса станет Цари­цей и начнёт олицетворять собой монар­хическую систему, то появятся уже и непримиримо-враждебные «эксперты», которые начнут измышлять небылицы не только касательно Её внешности, но Её духовного мира, умственных способ­ностей и даже психического состояния.  Столичный бомонд придирчиво рассматривал молодую девушку, кото­рая могла стать супругой их будущего Монарха.  Министр В.Н. Ламздорф, зафиксировал в своём дневни­ке мнение света: «Её находят менее кра­сивой, чем её сестра Елизавета, но у Неё более умное и более выразительное лицо, приятная и приветственная улыб­ка.   В значительной степени англичанка,   Она много говорит по-английски, осо­бенно с сестрой.   
 

Впрочем, сохранились и совершенно иные отзывы об Александре Федоров­не, которые принадлежат людям объективным, сумевшим увидеть в молодой царице не только заурядное лицо маленькой немецкой принцессы.   Великий князь Гавриил Константинович в мемуарах так писал о необыкновенной при­влекательности молодой Александры Федоровны: «Она была писаная красави­ца, высокого роста, она держала голову немного вбок.   В ее улыбке было что-то грустное.   Она была очень величественная, очень породистая.   Редко можно встретить такую красивую и вместе с тем такую породистую женщину, с таки­ми изящными манерами».   Но таких глубоких и внимательных наблюдателей, как Гавриил Константинович, среди обитателей петербургского света оказа­лось немного.

Императрица, выросшая в одной из самых консервативных монарших семей Европы, она до последних дней оставалась верна ее жестким правилам.  "Во многих отношениях Государыня была викторианкой, - писала Лили Ден. - Вместе с бабушкой (королевой Викторией) она разделяла приверженность закону и порядку, верность семейному долгу, неприязнь ко всему "модерновому".  Свойственна была ей и расчетливость Кобургов, которая так раздражала светскую чернь".

Царица предпочитала скромные пастельные тона, прекрасно подходившие тону ее мраморного точеного лица и всей ее статной и собранной фигуре.  Излюбленными оттенками были белый, кремовый, шафрановый, нежно-голубой, бледно-фисташковый, сиреневый, светло-розовый, а также лиловый, доминировавший в ее гостиной.

Весьма сдержанно она относилась к модным новинкам.  Терпеть не могла фривольные шмиз а ' la directoire с завышенной линией талии и слишком смелым декольте.  Императрица не видела смысла в "хромающих"  юбках, придуманных диктатором моды французом Полем Пуаре.  Она считала неприемлемым экзотический гаремный стиль, не понимала, как дамы могут носить пестрые платья-халаты в китайском вкусе.

Царица предпочитая строгие и слегка консервативные платья с красиво ниспадающими складками, визуально удлинявшими ее фигуру.   В них она выглядела элегантно и даже монументально.  Своим пристрастием к строгим туалетам она нередко вызывала возмущение у вдовствующей императрицы Марии Федоровны, известной любительницы многоцветья и рюшей.  Ольга Александровна так писала об этом: "«Мама нравились броские, с отделкой платья, причем определенных цветов.  Она никогда не учитывала вкусы самой Алики (как ее называла сестра Николая II), —  Зачастую Мама заказывала платья, но Алики их не носила.   Она прекрасно понимала, что ей идут платья строгого покроя...

Во время Высочайших выходов Александра Федоровна надевала парадные, но не слишком роскошные и броские наряды.  В особо торжественные дни она облачалась в традиционное придворное "русское" платье, прозванное  "императорскими доспехами" за тяжесть и неудобство.  В нем она присутствовала на торжествах по случаю 300-летия дома Романовых.  Фрейлина Анна Вырубова сообщала: "Несмотря на усталость, Государыня была поразительно красива в своем голубом бархатном русском платье, с высоким кокошником и фатой, осыпанном жемчугами и бриллиантами; на ней была голубая Андреевская лента".

Помимо парадных платьев в гардеробе Императрицы хранились формы тех полков, шефом которых она была.  Мундиры ей, бесспорно, шли.  В домашней обстановке царица носила удобные, красивые, но недорогие вещи, чрезвычайно простое, скромное белье из тонкого полотна с незатейливыми, но искусными вышивками.  Императрица старалась обходиться без помощи слуг.   По утрам самостоятельно принимала ванну, прибирала волосы, сидя перед зеркалом, убирала комнату, штопала и вязала как профессиональная мастерица.  В дневных нарядах также ощущалось влияние сдержанного расчетливого викторианства.  Царица предпочитала белые хлопковые или шерстяные платья, ансамбли из строгой блузы и юбки, а также чайные платья для традиционного "файф -о - клок".  Лили Ден оставила описание одного из подобных нарядов:

"Государыня была одета в белое.  Шляпка была драпирована белой вуалеткой.  У нее было белое нежное лицо, но, когда она волновалась, щеки ее покрывались бледно-розовым румянцем.  Рыжевато-золотистые волосы, синие глаза, наполненные печалью.  Гибкий, тонкий, как тростинка стан.  На шее великолепное жемчужное ожерелье.  При каждом движении головы в бриллиантах ее серег вспыхивали разноцветные искры.    На руке простой перстенек с эмблемой свастики - излюбленным ее символом возрождения, - с которой впоследствии было связано множество всяких домыслов и предположений, будто Императрица была склонна к оккультизму.  Эти неуемные люди просто не понимали, что на самом деле значила для нее эта эмблема".

В холодное время Александра Федоровна надевала шерстяные и бархатные платья с небольшим количеством ювелирных украшений.  "Императрица тогда была в ожидании наследника (имеется ввиду февраль 1904 г.), -  писала А.Вырубова. - Помню ее высокую фигуру в темном бархатном платье, опушенным мехом, скрадывающем ее полноту, и длинном жемчужном ожерелье."

Хоть Императрица и считала каждую копейку, любила экономить даже на собственном гардеробе, но пользовалась услугами самых дорогих именитых закройщиц.  Неприлично дорого стоили наряды у мадам Бризак, но отказаться от услуг этой ловкой, хитрой и талантливой мастерицы Александра Федоровна была не в силах.  Среди других салонов-поставщиков Государыни были салон "Мадам Ольга" (принадлежавший Ольге Николаевне Бульбенковой), мастерская дамского портного Павла Ивановича Китаева, располагавшаяся на Невском проспекте д. 68, модная мастерская Надежды Петровны Ломановой-Каютовой в Москве.  Также еще одним поставщиком явл. английский дом моды Redfern, клиентами которого были королева Виктория, принцесса Уэльская, королевы Дании и Португалии.

Императрица весьма внимательно подходила и к выбору тканей.  В 1902 г.  ее верным поставщиком стал купец Василий Иванович Костинский.  Его магазин (Б.Конюшенная д.13) предлагал лучший выбор шелковых и шерстяных тканей, а также высококачественную хлопковую пряжу.  Купчиха Алиса Александровна Гиссер (Галантерейная торговля И.Труфанова на ул. Гоголя дома с 1 по 9), снабжала Императрицу лучшим бельем, английским и французским, а также драгоценными кружевами, шитыми и плетеными.  Меха поставлял купец I гильдии Павел Иванович Лелянов.  Шляпки самых разнообразных фасонов, а также искусственные цветы изысканных форм и оттенков приобретали в магазине Матрены Платоновны Поповой на Караванной улице.

У Царицы часто болели ноги, и она могла носить лишь мягкие, легкие туфельки с длинными чуть заостренными носками.  Атласной она предпочитала замшевую обувь с золотистого, шафранового оттенков или цвета слоновой кости.

В списке императрицы значатся и два парикмахера - Павел Петрович Пинассо и Генри Генрихович Делькроа.  Впрочем, к их услугам Александра Федоровна прибегала в особых случаях, в домашней же обстановке предпочитала укладывать волосы самостоятельно.  Лили Ден свидетельствовала: "Ее рыжевато-золотистых волос никогда не касались щипцы для завивки, прическу она предпочитала самую простую и лишь для праздников и важных приемов изменяла своей привычке и позволяла себе более замысловатую."

Императрицу сложно было уличить в чрезмерном внимании к себе.  На прически и макияж она тратила минимум времени, не полировала ногтей - маникюр не любили ни она, ни ее муж.  Однако Александра Федоровна прекрасно разбиралась в парфюмерии предпочитала тонкие, цветочные ароматы, в том числе запах сирени и ландыша, прекрасно подходившим ее сдержанным, элегантным нарядам.  "Ее Величество любила всякие цветы, - вспоминала Лили Ден, - но в особенности лилии, магнолии, глицинии, фрезии и фиалки.  Любовь к цветам сродни любви к духам., и Ее Величество не была исключением.  Из духов она предпочитала "Белую Розу" парфюмерной фирмы "Аткинсон".  Они, по ее словам, были прозрачными, без всякой примеси, и бесконечно ароматными.  В качестве туалетной воды она использовала "Вербену".

Из драгоценностей Александра Федоровна более всего любила жемчуг, кото­рый украшал ее ожерелья, кольца, броши, серьги.  Одним из самых известных ювелиров конца XIX — начала XX века считался «поставщик Его Императорско­го двора» Карл Фаберже».   Изысканные безделушки, рамки для фотографий, сто­ловая посуда, уникальные ювелирные изделия изготовлялись в его мастерской, чтобы стать украшением европейских королевских дворцов, засверкать на ве­чернем туалете светских львиц, сделаться предметом гордости состоятельных людей.   Сама Александра Федоровна любила драгоценности.  Она умела их носить, знала, что когда, надлежит надеть, а когда украшать себя драгоценностями не следует  . Обладать подобными вещами она стала лишь в России!  В детстве и девичестве, кроме скромных колец и брошей, в ее распоряжении ничего не имелось.   Однако она никогда не хвасталась стоимостью самих драгоценностей, хотя Ей принадлежали и уникальные ювелирные предметы.

Кроме любимого занятия рукоделия, Государыня любила проводить свободное свое время за чтением.   Среди книг императрицы можно встретить многое — от ро­мантических повестей до научных книг и богословских трудов. На ее столе лежали издания по астрономии, философии.   Но основным чтением императрицы остава­лись назидательно-религиозные книги, из которых она старательно выписывала ци­таты и целые главы в свою тетрадь.    Она бессчетное число раз перечитывает книгу Дж. Р. Миллера «Домостроительство, или Идеальная семейная жизнь», переписы­вая оттуда пространные фрагменты: «День свадьбы нужно помнить всегда и выде­лять его особо среди друтих важных дат жизни. Это день, свет которого до конца жиз­ни будет освещать все другие дни. Радость от заключения брака не бурная, а глубокая и спокойная.   Над брачным алтарем, когда соединяются руки и произносятся святые обеты, склоняются ангелы и тихо поют свои песни, а потом они осеняют счаст­ливую пару своими крыльями, когда начинается их совместный жизненный путь...»;   «В устройстве дома должен принимать участие каждый член семьи, и самое полное семейное счастье может быть достигнуто, когда все честно выполняют свои обязан­ности», — вряд ли подобные сентенции могли заинтересовать светских дам, совер­шенно иначе относящихся к семейной жизни и своим обязанностям в ней.

Одной из главных книг для Александры Федоровны всю жизнь оставалась Библия, к которой она возвращалась каждый день.    Любопытно, что на столике около ее дивана Священное Писание трогательно соседствовало с другой ее лю­бимой книгой «Происхождением видов» Чарльза Дарвина...

«Алике читает много, главным образом стихи, философские и религиозные произведения — и, на мой взгляд, слишком много, — вспоминал ее брат Эрни, — но у меня не хватало мужества бороться с этим, потому что в ее ближайшем окру­жении не было никого, кто был достаточно образован, чтобы удержать ее пыт­ливую душу в рациональных рамках».

В детстве Александра, как и все девочки ее круга получила добротное музыкальное образование.  Ее учитель музыки, директор Дармаштатской оперы, высоко оценивал музыкальные дарования юной принцессы.  Главным инструментом Императрицы было фортепиано.  Ее музыкальный вкус выражался в любви к Вагнеру.

Став императрицей, Александра Федоровна не оставила своих занятий музыкой.   Более того, после 1905 г. императри­ца пригласила в Александровский дворец профессиональных педагогов.  Она играла дуэты с пианистом профессором Кюндингером, тот приходил к ней каждую неделю на несколько часов.   Брала уроки пения у профессора Н.А. Ирецкой из Кон­серватории.   Видимо, эти занятия были связанны с желанием императрицы петь дуэты со своими подросшими дочерьми.    Николай II приходил на половину жены послушать, как она и Вырубова в четыре руки играли любимые им Пятую и Шестую симфонии Чайковского.    Те, кто слышал игру императрицы, утверждали, что  «Ее  Величе­ство была великолепной пианисткой и играла с удивительным подъемом».

Александра Федоровна, по словам А.А. Вырубовой, обла­дала «чудесным контральто».   Естественно, бывали и домаш­ние концерты.   С императрицей пели дуэтом баронесса Мария Штакельберг (в девичестве Каульбарс), сестры Танеевы,  гра­финя Эмма Фредерикс, а также «госпожа X и госпожа Z — две известные оперные певицы».   Однако вскоре эти домашние концерты прекратились.   Официальным предлогом стали про­блемы с сердцем, они возникли у Александры Федоровны примерно в 1908 г.

Использованная литература -

1. Боханов А.Н. "Святая царица".  -М.: Вече, 2006. - 304с.

2. Хорошилова О.А.   Костюм и мода Российской Империи.  Эпоха Николая II. - М.: Этерна, 2012. - 464с.: ил.

3. Зимин И. Взрослый мир императорских резиденций. - М.: Центрполиграф, 2011. - 560 с.

4. Крылов-Толстикович А. "Последняя императрица. Санни - Аликс - Александра. - М.: Рипол Классик, 2006. - 344 с.:илл.

Серия сообщений "Императрица Александра":
Часть 1 - Александра Федоровна: интересы, вкусы, внешность