Русинская народная сказка. Честности хитрость не нужна

Жил крестьянин. Ни молодой, ни старый, ни бедный, ни богатый. Жил вдвоём с женой. Был у них ещё и сын, да он на чужую сторону в солдаты ушёл служить. Отец с матерью всё весточки от него ждали, никак дождаться не могли.
Жена каждое утро, как письмоносцу быть, выйдет на крыльцо, смотрит на дорогу, а письмоносец опять мимо, только рукой махнёт да дальше, на палочку опираясь, шагает. Весна миновала, скоро и лету конец — письма нет да нет.
Вот однажды бедная женщина до полудня на крыльце простояла — совсем не пришёл письмоносец.
— То ли заболел, то ли ни одного письма на всё село не нашлось, — сказала она себе.

А под вечер постучал кто-то в дверь. Перешагнул через порог незнакомый человек. На боку сумка почтарская, и в руке держит долгожданное письмо от сына.

Передаёт сын поклоны, пишет, что служба нетрудная, харчи хорошие.
Уж как хозяева обрадовались! Усадили письмоносца, стали угощать всем, что в доме было.  
— А где же старый почтарь? — спрашивают.
— Да устал по дорогам ходить. Говорит, буду жить у замуж ней дочки, внуков нянчить. Пора моим ногам отдохнуть.
— А ты что же, — дальше спрашивают хозяева, — давно в письмоносцах ходишь? Вроде мы тебя никогда не видали.
— Да я из того села, что за горой лежит, в верховьях реки. В письмоносцах с нынешнего дня.
— А до того что делал?
— Сам хозяйствовал, как и вы, — отвечает новый письмоносец. — И хозяйство было исправное, и дом, и скотина, и землица. Всё от отца досталось, недавно его схоронил. А мать раньше умерла. Только я хотел жениться, девушку хорошую присмотрел, тут беда и грянула. На исходе весны случилась у нас такая гроза, что и старики не видывали. Ударила молния, вспыхнул сарай с сеном, а потом пламя на дом перекинулось. Ничего отстоять не удалось. Вся усадьба со всем скотом, со всем добром разом сгорела.
Кивает хозяин — ему эта гроза тоже крепко запомнилась.
— Невезучий я! — ведёт своё письмоносец. — Та гроза и град принесла. Узкой полосой град прошёл, и как раз моё поле выбило, всю пшеницу на землю положило, с грязью перемешало. Можно бы ещё поправиться, было чем. Да уж кому не повезёт, не везёт до конца! Вы вот, пожалуй, не поверите, а я правду говорю. Там, где наш огород прямо к реке спускался, стояла корявая старая верба, для всего нашего рода заветная, от деда-прадеда завещанная. Потому что было в той вербе дупло, а в дупле припрятаны деньги на чёрный день. Кто их первый из рода копить начал — не знаю. Однако ни дед мой, ни отец оттуда не брали. Ещё по силам да удаче добавляли, сколько могли. Невелико богатство, но кой-как поставить хозяйство на ноги можно было.
Дослушал хозяин до этого места, встал из-за стола и заходил по комнате. Ходит и слушает. А хозяйка чуть не плачет над чужой бедой.
— Погоревал я над пепелищем, потужил над выбитым полем и бросился к заветной вербе. Тут и увидел — до края моё невезение дошло. Поднялась от дождя река, подмыла крутой бережок, где верба росла, свалила её и унесла. Так вот я и остался ни с чем. Пришлось в письмоносцы наняться. А ночую пока у добрых людей, где вечер застанет. Далеко вперёд не заглядываю, что впереди, не загадываю. Как-нибудь да будет!
— Ну и у нас переночуй, — сказала хозяйка и постелила на широкой лавке.
Мигом заснул усталый письмоносец.
Тут хозяин дал жене знак, чтобы вышла в сени, сам за ней вышел и заговорил тихим голосом:
— Всегда тебе всё рассказываю, а тогда утаил. Помнишь, в ту грозу я старую деревину из реки выловил. Подсушил, распилил да дров наколол. А выходит, это и есть письмоносцева верба. Потому что в дупле я узелок с деньгами нашёл, и монеты там разные — и совсем старинные и поновей. Я молчком деньги припрятал, думал, сын со службы вернётся — ему будут. Жена так руками и всплеснула:
— Что же ты письмоносцу сразу не сказал, не обрадовал человека?
— Да вот с тобой посоветоваться хотел. Раз промолчал, теперь признаваться стыдно. Вот я как надумал: запеки ты деньги в пирог, а тот пирог мы ему в дорогу дадим.
Так и сделала хозяйка. Завела тесто, всю ночь спать не ложилась. Только светать начало — у неё пироги напечены. Один пирог, самый большой да пышный, в сторонке лежит.
Проснулся письмоносец, накормили его и с собой тот пирог дали.
Идёт письмоносец за новыми письмами на почту. А навстречу ему двое, купцы не купцы — торговые люди. Поздоровались, как водится. Они его в шутку и спрашивают, не продашь ли, мол, чего-нибудь.
Письмоносец отвечает:
— Что ж, продам. Вот в сумке у меня пирог. Сам я сыт, а денежки пригодятся.
Купили торговые люди пирог и пошли своим путём. А путь они держали как раз к тому дому, где письмоносец ночевал. Слышали, что хозяин телёнка продаёт.
Едва в дом пожаловали, хозяйка их пирогами потчевать стала. Торговые люди отвечают:
— Да у нас у самих в точности такой пирог есть. У почтаря на дороге купили.
И выложили пирог на стол.
Хозяйка чуть не вскрикнула, однако вовремя удержалась. И хозяин промолчал. Мигнул жене, повёл торговцев в хлев, телёнка смотреть, а хозяйка быстро пирог с серебряной начинкой простым подменила.
Сговорились торговые люди с хозяином, съели пирог, подмены не заметили и пошли дальше. Телёнка впереди себя гонят.
На следующий день хозяйка покоя не знала. То в окно глядит, то на крыльцо выскочит. Письма не ждёт, ждёт письмоносца. Дождалась, зазвала в дом.
Опять он у них переночевал. Хозяин ему ночью в пустую сумку деньги подложил.
Только забрезжило, поднялся письмоносец, подхватил сумку и тихонько за дверь. Постеснялся, что опять потчевать начнут.
Прямо перед крыльцом стояла большая яблоня. И такие на ней яблоки в тот год уродились, наливные, румяные! Уж до того захотелось письмоносцу яблочек в дорогу нарвать. Он сумку на сучок повесил, а сам забрался повыше, где яблоки спелее.
Вдруг дверь скрипнула, хозяин из дому вышел.
«Что же это я делаю?! — спохватился письмоносец. — Как мальчишка, в чужом саду яблоки ворую!»
Спрыгнул с дерева и бросился бежать. И про сумку позабыл. Так она и осталась висеть на сучке.
Хозяин сумку увидел, тяжело вздохнул.
— Вот незадачливый бедняга! Ну да ничего, ему всё равно через мост идти. Он по дороге пойдёт, я тропкой вперёд него забегу, сумку на перильца повешу. Тут уж ему никуда не деться.
Побежал, пристроил сумку, как хотел, сам за кустами спрятался.
А письмоносец дошёл до моста и вдруг остановился. Поглядел кругом — утро такое ясное, роса на траве блестит, птицы птенцов летать обучают… Стоит письмоносец и думает:
«Напрасно я жалуюсь, что невезучий. Какое же это невезение, если руки целы, ноги ходят и глаза на светлый мир смотрят. А ведь могла меня молния ослепить, могло пламя на пожаре глаза выжечь. Не бывать бы мне тогда и письмоносцем. Вот как бы я слепой через мост перешёл? Дай попробую!»
Зажмурился он покрепче и пошёл по шаткому мостику. Только когда твёрдую землю на том берегу под ногами почуял, глаза открыл. Да так, не оглянувшись, пошагал дальше.
А хозяин взял сумку и домой вернулся.
— Кому не везёт, — сказала он жене, — тому никто и помочь не в силах. Всё я перепробовал, ничего не получается.
Жена отвечает:
— Нет, муженёк, не все ты перепробовал. Всё хитрил, всё таясь делал. А ведь честность прямым путём идёт, открыто в лицо смотрит. Вот тебе моё слово: завтра, как придёт письмоносец, расскажи ему всю правду и отдай деньги из рук в руки.
— А ведь верно! — сказал хозяин.
Тут и сказке конец. Если доведётся в наших краях побывать, зайдите в гости к тому хозяину. Хорошо они с женой живут. Сына из солдатчины дождались, в работе помощника. А выше по реке, за горой навестите письмоносца. Да он уже не письмоносец. Отстроился на заветные дедовские деньги, хозяйство в исправности держит.