Глава 1
22.06.10
- Здравствуй, мастер и друг Тот! Ты во мне, как и я в тебе, потому что некогда мы были одним. Настала пора рассказать обо всем, что было сокрыто, что сейчас должно быть рассказано. Мы будем вспоминать, как встретились и прошли путь вместе.
- Здравствуй, дорогая и бесценная! Хотел бы назвать тебя ученицей, другом или сестрой, но решил не ограничивать твою роль для меня, потому что она была больше, чем все это вместе взятое. Давай будем вспоминать и запишем все, что сегодня нужно и важно вспомнить. Я готов рассказать все так, как оно было.
- Как мы с тобой познакомились? Где это было? Почему ты забрал меня к себе?
- Это было в Атлантиде последних времен. Это был закат ее истории, почти конец ее славной цивилизации. Времена были переходные, и, как это обычно случается на переходных этапах, сложные и насыщенные событиями. Помню, что я тогда испытывал серьезное давление со стороны нескольких жреческих кланов в островной Атлантиде и ее колониях на материке. Между ними существовало противоборство, и их главы стремились как-то разыграть меня как выгодную карту в своих запутанных политических комбинациях. Я же всегда старался быть в стороне от таких интриг и, лавируя между ними, оттачивал свое мастерство ведения переговоров и мягкого ухода от прямого давления. Один из жрецов с центрального острова Атлантиды, его звали Диаммаг, попытался сыграть на моих слабостях, кои не были ему до конца известны, но которые, как ему казалось, должны были быть связаны с женщинами. За мной уже давно закрепилась репутация мастера, который безупречно плетет ткань своего жизненного полотна, и тем острее было желание моих недругов найти во мне уязвимое место и, грамотно расставив ловушки, уличить меня в деянии, которое позволило бы им пустить обо мне грязные сплетни. Для этого Диаммаг подослал ко мне одну из своих жриц, обладавшую гипнотически красивой внешностью и на редкость хорошо владеющей любовной магией. Надо заметить, что к концу Атлантиды ее черные маги использовали сексуальные ритуалы в целях получения жизненной и магической силы. Будучи лишены возможности восполнять свою энергию через естественное общение с Божественным, через солнечный свет, воду и воздух, они прибегали к беззастенчивому вампиризму, питаясь чужой энергией, кровью, а иногда и плотью. Среди женщин редко встречались людоедки, но длительное энергетическое опустошение, а порой даже смерть после общения с такой особой, были тем результатом, к которому стремилась почти каждая из них. Они умели украшать себя при помощи темного чародейства и выглядели томительно-притягательными для каждого, кто не умел разглядеть в них бездонную пропасть. Я хорошо научился различать таких жриц, заранее чувствовать в них нечто вроде черной воронки, которая ощущалась тем явнее, чем большей личной силой владела ее обладательница. Силу той жрицы я ощутил еще на подходе к моему дому, в тот день я не ожидал ничьих визитов, и потому ее приближение заранее заставило меня собраться и быть начеку. Звали ее Амания, и она была столь же опытная черная колдунья, сколь и красивая женщина. Такие визиты никогда не наносились в одиночестве, и я знал, что за этой внешне одинокой женщиной, пришедшей ко мне поздно вечером, следует целая свита различной астральной нечисти. В те времена астральный слой Атлантиды являл собой отвратительное сочетание грубых побуждений, низких страстей и неутолимых желаний, и все это материализовывалось там в виде самых странных, самых ужасных, самых причудливых существ, каких только ты сейчас могла бы себе вообразить. Темные маги Атлантиды легко входили в астральный слой, управляли и распоряжались им как своей собственной вотчиной и использовали живущих там существ как своих рабов и охранников. А поскольку астральный слой находился тогда ближе к физическому, чем сегодня, существа эти выглядели гораздо более плотными и опасными, чем теперь. Но Амания знала, что идет не к простому мастеру, и потому ее задачей было не напугать, а завлечь и одурманить. Поэтому идущая позади и впереди нее астральная свита выглядела как можно более привлекательно и ярко. Даже сейчас я хорошо помню, как магиня сидела на деревянном резном кресле без спинки вроде тех, которые впоследствии изготавливались искусными ремесленниками Древнего Египта, скрестив ноги и держа в руках чашу с особым напитком, заменявшим в Атлантиде вино, но не вводившим в состояние опьянения, а только слегка расслаблявшим тело и разум. Вокруг нее хороводом вилась ее темная астральная свита, в окружавшем ее облаке то и дело всплывали и тут же снова исчезали какие-то лица, морды, пасти, руки, лапы, хвосты и тела. Я глядел на этот хаос бесстрастно и спокойно: тогда меня уже мало чем можно было удивить, я понимал, что цивилизации этих неконтролирующих свои низшие инстинкты чародеев оставалось недолго жить. Об этом уже ясно свидетельствовали то тут, то там возникающие извержения, подземные и подводные толчки и совершенно деградировавшее сознание этих «властелинов мира». Право, лучше уж быть неосознанным, «спящим» и ничего о себе не знающим человечком, чем, обладая такими знаниями и возможностями, неся полную ответственность за свои действия, насиловать вселенную своими неуемными желаниями, алчностью и властностью. Поэтому мне оставалось лишь наблюдать закат этой цивилизации и с интересом задаваться вопросом, сколь долгим еще окажется терпение планеты и Божественного Творца.
– Я рад видеть тебя в своем доме, таинственная Амания. Я много слышал о тебе, находясь в дальних странствиях. Что же привело тебя ко мне?
– Да разнесется слава о тебе по всей империи, светлейший Тот. Я пришла к тебе сегодня, потому что дела наши идут неважно. На границах империи волнения и даже бунты против центральной власти, в колониях маги теряют контроль над населением, и во главе государств становятся люди совсем простые, не знающие даже самых азов колдовства. Как будут они управлять своими городами, откуда брать им знание о том, что их ждет в будущем, какой ожидать урожай, как уберечься от набега диких племен, где закладывать краеугольный камень храма? Все это беспокоит нас, тех, кто воистину печется о благе империи. Но даже среди тех, кто находится в столице, нет единства. Клан Верховных жрецов раздирают противоречия и вражда. Многие из почитаемых потомственных жрецов были убиты или умерли страшной смертью при загадочных обстоятельствах. Как быть дальше тем, кто стремится воссоздать прежнюю славу и мощь империи? Многие в страхе, кто-то бежал к границам империи, кто-то ушел в далекое плавание в поисках иных, лучших земель, но только видится мне, что все это зря, что кара настигнет их и там, ибо нет спасения, когда мир рушится.
-Глядя на величие крепостных стен, на изящество золотых статуй и точно выстроенную красоту храмов, я бы поверил в то, что все тобой описываемое – чудовищная несправедливость и случайность, но когда я опускаю взгляд на людей, то я понимаю, что вселенная все же воздает всем по заслугам. Ибо ничто не описывает ваше нынешнее положение лучше, чем ваши лица, ваши тела и ваша энергетика. Взгляни, в каком упадке сейчас находится человеческое тело и сознание. Неужели ты все еще думаешь, что все описанные тобой сложности возникли из ничего?
-Да, прозорливый Тот, тела наши в ужасном состоянии. К нам стали невесть откуда приходит страшные болезни, выкашивающие целые города, и спастись от них возможно только запершись в башне, целыми лунами не выходя на улицу и вкушая только ту еду и воду, которая хранится у тебя в подвале.
-Да, Амания, но не у всех есть такие башни и такие запасы. И не у всех есть такие магические знания.
-Конечно, ремесленные кварталы вымирали целыми улицами. Так скажи же, справедливейший, неужели смерть невинных младенцев нужна всемилостивейшему Создателю? Или это необходимая жертва, которая искупает недобросовестную жизнь родителей?
-Дети никогда не приходят сами по себе и к кому попало. Тебе как жрице это должно быть хорошо известно. Они еще до своего рождения так тесно связаны с родителями, что приходят сюда по договору с ними, чтобы помочь им пройти трудные времена и пробудить в них свет осознания.
– Мудрейший, я понимаю, о чем ты говоришь. В свое время мне тоже доводилось читать древние книги, получать сокровенное знание, и все, что ты сейчас отвечаешь мне, в той или иной мере почерпнуто оттуда, не так ли? Но как применить это знание к настоящей жизни? Ведь те, кто писал эти книги, получал эти слова из тех сфер, где нет ни голода, ни болезней, ни смерти? Неужели ты полагаешь, что описанные там истины возможно соблюдать здесь?
– Мое знание идет не из книг, а из сердца, досточтимая жрица. Тому, чье сердце закрыто, мало помогает чтение книг. Познавать истину можно только из самого себя. Об этом тоже написано в мудрых книгах. Положение дел в империи мне известно. Я часто бываю здесь и имею много знакомых, чтобы ясно представлять себе, что может ожидать ее в ближайшее время. Ты пришла ко мне с каким-то делом? Чем я могу помочь тебе и тем, кто послал тебя?
-О великодушный Да-ути, я понимаю, что в мире ничего не дается даром, и мы с моими друзьями готовы обсудить ту цену, которую ты хотел бы получить за свои знания. Мы все еще настолько богаты, что можем вознаградить тебя как деньгами, так и рабами, а также можем оказать тебе протекцию в высших кругах атлантического жречества. Сейчас нам совершенно необходимо получить возможность омолаживать наши тела, а в перспективе – достигать полного бессмертия. Человеческая жизнь в Атлантиде становится все короче и короче, лишь в древних писаниях теперь можно прочесть о долгожителях, живших по триста-четыреста солнц, нам бы сейчас дожить хотя бы до половины этого срока. Кроме этого, нам необходима энергия, которая помогала бы нам держать в повиновении отпавшие от империи колонии, а также выявлять заранее тех жителей островов, которые вынашивают бунтарские планы. В древних свитках говорится о такой энергии, связывающей всех воедино и дарующей полную власть над миром. Если ты владеешь ею, мы можем дорого купить у тебя эти знания. Ты больше никогда не будешь ни в чем нуждаться, и имя твое прославят в веках…
-Я не торговец, Амания. А божественные истины – не товар на рынке. Да, ко мне приходят люди, которые становятся моими учениками. Одни из них платят мне деньги за обучение, а другие находятся рядом со мной, помогая мне лучше понять этот мир, и я не беру с них платы. Но те, кто приходит с мыслями только о своем благополучии, кто желает получить из этих живых знаний сухую выжимку выгоды, уходят ни с чем. Сколько бы они ни учились, какую бы сумму ни заплатили за свое обучение, они не становятся мастерами. Да, они умеют сотворить небольшое колдовство и приводят в изумление простых людей, некоторые из них даже используют это для того, чтобы показать свое превосходство и доказать свою ученость. Но истинно идущий путем Духа всегда видит дешевую позолоту, которой покрыты их якобы золотые статуи. Вот что я могу ответить тебе и тем, кто тебя послал. То мастерство, которое вы хотите получить, не дается тому, кто использует его в своих личных целях. Оно дается тому, чье сознание чисто, а сердце открыто. Во всех прочих случаях ученик уходит от учителя ни с чем, независимо от количества уплаченных им денег и от того, сколько сил приложил учитель к тому, чтобы научить его.
Амания слушала мой ответ, затаив дыхание, и теперь позволила себе перевести дух. Она слегка прикрыла глаза, чтобы скрыть от меня обуревавшие ее чувства. Но облако астральных существ, окружавшее ее, выдавало то, что с ней творилось. Ее зверюшки вели себя сдержанно, но не слишком дружелюбно. Казалось, внутри этого хаоса готова вот-вот разразиться гроза.
-Что ж, благодарю тебя за ответ, великий мастер. Мне рассказывали, что попасть к тебе в ученики непросто. Чем сложнее нам достаются знания, тем больше мы их ценим. Признаюсь, я во многом согласна с тобой. Еще один глоток за твое здоровье, – жрица поднесла кубок к своим алым губам и отпила еще немного расслабляющего напитка. – Давай оставим этот разговор. Мне приятно, что ты принимаешь меня у себя, – Амания обвела взглядом небольшую комнату, едва заметно задержав его на скрытом под пологом ложе. – Я много слышала, что ты любезно обходишься с женщинами. Это правда?
Я улыбнулся.
-Зависит от женщины, – уклончиво ответил я.
-Говорят, ты большой знаток тайных ритуалов, дающих людям силу и вечную молодость. Что ты открыл источник неисчерпаемой силы, находящийся в сексуальном центре, и теперь можешь ощущать его в себе каждое мгновение, – Амания встала со стула и стала медленно приближаться ко мне. – Я тоже обучена многим тайным умениям. Долгое время я жила при храме Коатли и была одной из искуснейших жриц любви. Я умею то, что другим и не снилось. Так давай же соединим наше мастерство и сотворим великолепное сплетение магии и наслаждения. – Последние слова Амания произносила уже шепотом, астральные сущности вокруг нее закружились в неистовом хороводе, который должен был усыплять сознание, а взгляд самой жрицы был устремлен на меня и в то же время сквозь меня, притягивая и пленяя. Я постарался быстро отвести глаза, стряхивая с себя ее дурман, и сосредоточился на свете внутри себя. Я собрал его в центре своей грудной клетки и направил изнутри наружу, словно большой мощный прожектор. Амания уже коснулась своими пальцами моего лба.
Приближение этой женщины вызвало во мне смешение различных чувств. Я ощутил воздействие ее магии, увидел вихревые энергии, посылаемые в мою сторону как от самой жрицы, так и от ее астральной свиты. Эти спиралевидные струи могли помутить рассудок кого угодно. Я понимал, что сейчас колдунья включила свои умения на полную силу, и ей неважно, буду ли я в сознании или бессознателен. Ее эго жаждало во что бы то ни стало получить желаемое, а именно почувствовать свою власть надо мной, чтобы затем воспользоваться энергоинформационным порталом, открывающимся в момент соединения. Воздействие было очень сильным, и я ощущал достаточно сильное помутнение сознания, что вовсе не пугало меня, как это пугает многих современных землян. Все магические взаимодействия осуществляются в таком состоянии сознания, поэтому я позволил Амании ввести меня в него, чтобы дальше я мог ощущать себя как дельфин в знакомой водной стихии.
Я видел, как вторая рука женщины медленно-медленно тянется к моему плечу, а сама она опускается передо мной на колени. В момент, когда край ее одеяния коснулся моего колена, я почувствовал, как наши энергополя соединились, и ощущения, образы, картины из ее прошлого опыта нахлынули на меня мощной волной. Я увидел, как она сидит в каком-то темном подвале, связанная, с мучительно искаженным лицом, как слезы катятся по ее щекам и падают на окровавленное платье. Как она стоит, опустив руки и голову, а вокруг нее кружатся темно-коричневые и темно-пурпурные энергии, а позади виднеются лица верховных жрецов, участвующих в ее посвящении, и одно из них кажется мне очень знакомым – да это же Диаммаг, только гораздо моложе! Затем одна за другой мелькают сцены, где Амания, одетая в белое платье с ярко-вишневым поясом, узор которого отличал в то время жриц одного из самых главных храмов Атлантиды, беседует с приходящими в храм людьми, как она принимает от них подношения для бога, как отдается каким-то мужчинам – все это входило в ежедневные обязанности храмовой жрицы, это была ее привычная жизнь. Но вот я вижу, как она снова стоит перед Диаммагом, обнаженная, голова ее вновь опущена. Он подходит к ней и, надавливая на плечи, заставляет опуститься на пол. Она ничком неподвижно лежит на каменном полу неподвижно. Он наклоняется и резким движением переворачивает ее на спину. Затем следует сцена жестокого изнасилования, во время которого Диаммаг энергетически «высасывает» Аманию почти до капли. Я вижу белые энергии, которые он поглощает из ее тела, впитывая их через пальцы рук, через соединенные солнечные сплетения, через третий глаз. Когда вслед за энергией через кожу девушки начинает просачиваться кровь, он отбрасывает ее от себя и уходит, оставляя ее неподвижной, но еще живой.
Следующая сцена – я понимаю, что она происходит уже через несколько лет – Амания сидит с годовалым младенцем на руках, на лице ее улыбка, а ребенок пытается продеть пальчик в локон ее черных вьющихся волос. Я понимаю, что этот мальчик – сын Диаммага и Амании, он разрешил ей тайно стать матерью, и этот ребенок появился на свет только потому, что его отец строил какие-то очередные коварные планы.
Я выставил руку вперед, и моя ладонь легла на лицо Амании.
- Сколько ему лет сейчас? – тихо спросил я ее.
Она вздрогнула, отшатнулась, и ее бешеная энергетическая атака приостановилась.
- Кому? – глухо произнесла она.
- Твоему сыну. Ведь ты из-за него пришла ко мне.
- Семнадцать. Но откуда ты…
- Он угрожает тебе. Говорит, что если ты не добудешь у меня того, что ему нужно, он положит на жертвенный стол твоего сына. Так? Теперь он уже стар, и не может насиловать тебя физически, но продолжает делать это энергетически и морально.
Амания подняла на меня удивленный взгляд с легкой тенью страха. Она не отвечала, но взгляд ее становился все более открытым.
- Разве чтение энергий не входит в начальную программу обучения храмовой жрицы?
Она отошла назад и снова опустилась в деревянное кресло.
- Прежде входило, – ответила она, и по ее голосу я понял, что она быстро сумела взять себя в руки. – Но я не застала этого времени. Мне пришлось учиться всему самостоятельно.
Далее последовала долгая пауза. Затем она твердо произнесла:
- Я знала, что мне предстоит сложное задание. Он никогда не дает того, что ты мог бы выполнить играючи. И всегда слишком много ставит на карту. Теперь в твоей власти убить меня. Если этого не сделаешь ты, сделает он.
- А как же твой сын?
- Возможно, увидев, что я провалила его план и понесла за это заслуженное наказание, он не станет мучить сына за грехи матери.
Я с сомнением покачал головой.
- Но ведь за мальчика будет некому заступиться, кроме тебя.
- Так или иначе, я не могу сейчас сделать для него больше того, что делаю. Быть может, уйдя из тела, я смогу больше покровительствовать ему.
- Браво, сестра. Ты знаешь, что такое любовь.
Амания снова подняла голову и устремила на меня свой пронзительный взгляд.
- Сейчас твои слова идут из сердца, – добавил я.
- Антис – это что-то совсем особенное. – Почти неслышно прошептала она. – В моей жизни больше нет никого, кто был бы мне так дорог.
- Ты хотела получить знание о силе, для которой нет преград, – сказал я. – Ты его получила. И вместе с ним поняла, что давно владеешь этой силой. Чем я могу еще тебе помочь?
- Но сын – это другое, – с отчаянием в голосе взмолилась она.
- Любить значит уметь проникать и отдаваться. Проникновение душ создает порой большее таинство, чем проникновение тел. И ты теперь это знаешь. И даже можешь попытаться передать это знание Диаммагу. С приветом от меня, – улыбнулся я.
- Ты смеешься надо мной, Тот? – неуверенным голосом переспросила Амания.
- Ни одного мгновения, – с серьезным лицом ответил я. – Позволь мне взять тебя за руку.
Она недоверчиво протянула мне левую руку, на срединном пальце которой красовалось золотое с темно-красной эмалью кольцо в виде змеи. Я осторожно взял ее руку, сделав шаг вперед, опустился на колени и приложил ее ладонь к своему сердцу. – Почувствуй, что я не лгу тебе.
Она закрыла глаза и долго сидела вот так, прислонив руку к моей груди. Не знаю, сколько ударов сделало за это время мое сердце. Но когда мы открыли глаза, она приблизила свое лицо к моему, почти беззвучно прошептала: «Спасибо» и коснулась губами моих губ. В следующее мгновение энергетический вихрь по имени Амания унесся за дверь моего дома, и только нежное касание и тонкий аромат духов все еще ощущались где-то рядом.
Продолжение следует…
C Любовью,
Урания
www.y-kostra.ru
Метки: Тот, Урания, анх
Глава 1
ПОСЛАНИЕ МИРАЭЛЯ ОТ 28.07.12. ВРАТА СВОБОДЫ. 
Приветствую вас, дорогие!
