Рис. 1. Руны, расположенные в круговом, или циклическом, порядке последовательности.

При естественном порядке УР является первичным потенциалом, за которым следует все остальное, а ФЕ является руной исполнения и
завершения, как я вскоре продемонстрирую.
Футхаркский порядок рун имел также магическое значение. Они разделялись на три группы по восемь рун; двоичный код указывал, в какой восьмерке появляется руна, и определял ее положение в группе (рис.2). Другими словами, это был порядок, ставивший Разум превыше всего, чтобы извлекать силу из Воли и производить изменения с целью удовлетворить Эго.

Футхаркский порядок является естественной и первоначальной системой, раскрывающей процесс создания Вселенной и различных качеств, присущих ее проявлениям, ибо в нем ставится акцент на деятельности Духа.
Таким образом, руны раскрывают сам процесс творения и качества, изначально присущие природе и нам самим.
Рунические шаманы всегда относились к Футхаркскому порядку с заботой и уважением, побуждаемые Любовью и Гармонией. Они содействовали рунной силе; их общее намерение заключалось в привнесении гармонии и порядка во избежание умышленного вреда независимо от того, с какой целью вопрошались руны. Основная цель того, что мы можем назвать «личным развитием», заключалась в культивации Духа — сокровенного «Я» — и в благополучии целостной личности.

Рис. 2. Футхаркский порядок рун: 24 уставных на­чертания с их названиями, буквами алфавита и местом в естественной последовательности. 

Перед тем как перейти к подробному описанию каждой из 24 рун, давайте вкратце рассмотрим Футхаркский порядок и его связь с мировоззрением,распространенным в старой Скандинавии и Северной Европе. 

1. «Первой» идет U-руна, УР , поскольку в на­чале всех вещей был великий первичный Хаос, который северные народы называли Гиннунгагап,представлявший собой «пространство» между двум» крайностями или противоположностями: Огнем и Льдом, Инь и Ян. УР символизирует Хаос,первичный материал творения.

Начертание руны напо­минает рога коровы, опущенные вниз, когда она пасется на лугу. Эта руна также является
символом священной мифологической коровы Аудумблы — что означает «кормилица» — могучей, первичной сози­дающей силы, созданной из первого смешения Кос­мического Огня и Льда, Инь и Ян. Согласно мифу, во «чреве» Гиннунгагапа зародился двуполый гигант, названный Умром и вскормленный молоком Аудумблы. Этот акт символизирует алхимический процесс испарения, конденсации и очищения; так работает сила УР. 

ПРОДОЛЖЕНИЕ

Что же Ведизм

С этим определением всё просто. Оно происходит от слова «Веды» или «ведать». Так как большая часть знаний о Родной Славянской Вере содержится в Ведах, то и вероучение, базирующееся на них, называется ведизмом.
Поэтому, например, православные староверы-инглинги ведистами являются, а не признающие Веды родноверы и неоязычники – нет.

Понимание Веры, основанной на ведических знаниях, полностью снимает все противоречия между верующими и атеистами.
Вера – одна, а религий – множество. Соответственно, если верования человека не основаны на ведических знаниях, можно говорить о религиозности человека. Поэтому под понятием «верующие», как правило, подразумевают религиозных людей.

Основное обвинение, которое атеисты предъявляют религиозным (верующим) людям (кстати, небезосновательно), это то, что их вера и убеждения базируются на догматах, ничем не подкреплённых, не обоснованных и, зачастую, противоречащих действительности. Чего только стоят утверждения о плоскости Земли или вращении Солнца вокруг неё. Понятие «Бог» в данном случае выступает чем-то абстрактным, неким обезличенным началом, сотворившим Вселенную, чему нет непосредственных доказательств. При этом сами религии и их носители, стремясь доказать незыблемость своих догм, готовы бороться с любыми проявлениями научного знания, опровергающего эти догмы.

Проблема же атеистов заключается как раз в исключении божественного начала из процесса формирования Мироздания. Утверждать, что жизнь зародилась сама по себе в первичном бульоне можно с таким же основанием, как и то, что из кучи бытового мусора может самособраться пассажирский самолёт, полностью функциональный и работоспособный. Эти события одинаково невероятны. Достаточно понаблюдать за процессами, происходящими в живой природе, их гармоничностью и взаимосвязанностью, чтобы понять, что сама по себе эта гармония возникнуть не могла. Кто-то несоизмеримо более мудрый и разумный, нежели человек, всё продумал и воплотил.

Но современная наука не в силах доказать и, следовательно, поверить в Бога. Любого Бога. В этом и заключается главный её недостаток. Вера в самом сакральном своём значении – это комплекс глубоких, невероятно сложных и при этом удивительно простых знаний о Мироздании, взаимосвязанных и дополняющих друг друга. Нельзя в Ведической науке выделить профильные направления, вроде физики или социологии. «Физика» плавно перетекает в «химию», «химия» – в «биологию», «биология» – в «социологию» и т.д (названия даны условно, так как не несут в себе русских понятий и образов). В итоге у человека было цельное представление о Мире, а не мозаичное, формируемое современным образованием.

Забвение Веры и её разделение на религию и науку привело к утрате знаний, как наукой, так и в рамках религиозных учений. Поэтому состояние современной науки на сегодняшний день весьма печально. Астрономы, например, спорят, является ли Плутон планетой, и, соответственно 9 планет в Солнечной системе или 8. Веды же чётко говорят о 27 (уже 26) планетах (Землях). И так во всех областях науки.

Когда же мы обращаемся к Ведам, то получаем подлинные знания о Мироздании. Фактически в Ведах нет ни одного догмата. Славянские Боги ничего не запрещают, они лишь говорят о том, что за собой повлечёт тот или иной поступок для человека, какие последствия будут для него, его детей и Рода. То, как поступать, остаётся на Совести человека. При этом Боги не будут наказывать человека за его деяние. Последствия человеческого поступка определяются естественными конами (законами) природы, которые носят безусловный характер и действуют на все живые существа в Мирозданиии.

Ответственность за свою жизнь Боги возлагают на самого человека, и волен он поступать так, как считает нужным. У славян нет понятия «греха». Им незачем Богам молиться, нечего у них вымаливать. Боги всё равно не помогут. Если ты совершил деяние не по Совести, пошёл против Прави, то тебя в любом случае настигнут последствия этого деяния. Повлиять на это не могут даже Боги. Порядок (закон) един для всех. Но при этом Боги предупреждают людей о возможной ответственности. В этом и суть славянского ведизма.
Дважды рус – Руслан Гирус. 12.12.2012

ПРОДОЛЖЕНИЕ ТЕМЫ...

Скажи мне, какого ты рода, и я скажу, кто ты.
У нас семья - это отец, мать, один-два ребёнка. Самое большее, есть ещё дедушка с бабушкой и дядя с тётей, да и те живут, как правило, где-нибудь в другом месте. Если же в семье трое детей, она считается многодетной. В древности, во-первых, все поколения семьи жили обыкновенно под одной крышей, да ещё где-нибудь неподалёку находилось семейное кладбище, так что в жизни семьи незримо принимали участие и давно умершие предки. Во-вторых, детей рождалось гораздо больше, чем теперь. Ещё в XIX веке, в условиях единобрачия, десять и более детей было обычным явлением. Представьте себе такой дом, в котором живут четверо-пятеро братьев с жёнами, детьми, родителями, бабушками, дедушками, дядями, тётями, двоюродными, троюродными… Целое общежитие, и все — родственники! Учёные-этнографы, изучающие жизнь самых разных народов, так и называют подобный родственный коллектив: БОЛЬШАЯ СЕМЬЯ.
Каждый человек, живший в большой семье, ощущал себя в первую очередь не ИНДИВИДУАЛЬНОСТЬЮ со своими собственными запросами и возможностями, как мы теперь. Он рассматривал себя главным образом как ЧЛЕНА РОДА. Он казался себе частичкой единого тела, единой души. Любой славянин мог назвать своих предков на несколько столетий назад и подробно рассказать о каждом из них, включая двоюродного племянника троюродного брата шурина своего прапрадеда. С предками были связаны многочисленные праздники, многие из которых уцелели до наших дней (Радуница, родительский день). Предки — чуры, щуры — хранили своих потомков, предостерегали их, являясь им в образе птиц (помните знаменитое «чур меня?»).
Знакомясь и называя себя, всегда добавляли: сын такого-то, внук и правнук такого-то. Без этого имя было не имя: люди сочли бы, что человек, не назвавший отца и деда, что-то скрывает. Зато уж, услышав, какого ты рода, люди сразу понимали, как себя с тобой вести. Каждый род имел вполне определенную РЕПУТАЦИЮ. В одном люди исстари славились честностью и благородством, в другом встречались мошенники и задиры: значит, повстречав представителя подобного рода, следовало держать ухо востро. Человек знал, что при первом знакомстве его будут оценивать так, как того заслуживает его род. С другой стороны, он и сам чувствовал ответственность за всю большую семью. За одного набедокурившего отвечал весь род.
В ту эпоху повседневная одежда каждого человека представляла собой его полный «паспорт». Точно так, как по мундиру военного видно: какое звание имеет, каких наград удостоен, где воевал и так далее. В древности одежда каждого человека содержала огромное количество деталей, очень много говоривших о её обладателе: из какого он племени, какого рода, и массу других деталей. Глядя на одежду, сразу можно было определить, кто это такой и откуда, а значит, и как себя с ним вести. В древности точно такие же порядки существовали и у нас на Руси. До сих пор в русском языке сохранилась пословица: «По одежке встречают, провожают по уму». Только не все теперь знают, из каких отдалённых времён явилась эта народная мудрость. Обычно считается, что «по одёжке» видно, богат ли человек и со вкусом ли одевается. На самом деле всё гораздо серьёзней: впервые повстречав человека, «по одёжке» определяли его род и решали, как себя с ним вести.
В таком роду никогда не бывало ни всеми позабытых детей, ни брошенных стариков. Когда у кого-то случалась беда, родня — даже самая дальняя, которую мы назвали бы «седьмая вода на киселе» — готова была прийти на выручку. Отстроить сгоревший дом, поделиться имуществом и богатством, помочь отбиться от врагов, заступиться за обиженного. В древней Скандинавии случалось даже так, что суд решал спорное дело в пользу того, кто приводил с собой больше родни. И даже не потому, что родня эта являлась на суд с оружием… Мой род — моя крепость!
Зато в любой ситуации человек должен был действовать так, как будет лучше для его рода. А свои личные интересы соблюдать только потом. Такое общество, в котором безраздельно властвует РОД, учёные называют ТРАДИЦИОННЫМ. Если познакомиться с основами древней традиции, окажется, что она совершенно четко нацелена на выживание рода. Никакого «индивидуализма» традиционное общество не признаёт. И, поскольку человечество не вымерло, значит, подобное положение большую часть людей худо-бедно устраивало.
Традиционное общество с некоторой натяжкой можно уподобить муравейнику. Природе всё равно, погибнет или будет жить данный конкретный муравей: лишь бы уцелел муравейник. Вот и человеческое общество на определённых этапах своего развития заботится не столько об индивидуальной судьбе отдельного человека, сколько о выживании общества в целом. То есть — рода.

Дружина.
Человек, оказавшийся в те времена «без роду и племени» — все равно, изгоняли его или он уходил сам — чувствовал себя весьма неуютно. Одиночки неизбежно собирались вместе, и столь же неизбежно их товарищество, поначалу равноправное, обретало внутреннюю структуру, причем по принципу все того же РОДА.
Род был и самой первой формой общественной организации, и самой живучей. Человеку, не мыслившему себя иначе как в роду, непременно хотелось, чтобы рядом по-прежнему были отец и братья, готовые прийти на помощь. Поэтому предводитель дружины считался ОТЦОМ своих людей, а воины одного ранга — БРАТЬЯМИ. Пояснить это можно любопытным примером из жизни древней Руси, где в свое время господствовали примерно такие же порядки. Членов дружины такого-то князя наши летописи именуют еще «чадью», то есть в буквальном переводе его «детьми». Воинов князя Василька, например, так и называют «Васильковичами», хотя о физическом родстве нет и речи.
Рассказывая о родовом обществе, ученые пишут: «родственниками не рождались». Парадоксальная на первый взгляд фраза означает, что новорожденный, появившийся в данной семье, должен был еще «доказать» свое право быть её членом: над ним совершали вполне определенные ритуалы, по ходу которых должно было выясниться, настоящий ли это человеческий младенец или «подменыш», злой дух в обличье ребенка.
Надо ли после этого удивляться, что и воинский «род», в который вступали уже сложившиеся, взрослые люди, подвергал новых членов многочисленным испытаниям?
А значит, желающим вступить в воинские братство, назначался и испытательный срок, и весьма серьезный экзамен. Причем экзамен подразумевал испытание не только чисто профессиональных качеств — ловкости, силы, владения оружием, но и обязательную проверку духовных качеств, а также мистическое Посвящение.

Особые люди.
Упомянув о Посвящении, сразу заметим, что в древнейшие времена воинские союзы вообще носили тайный и насквозь мистический характер. Мы теперь отдаленно можем представить нечто подобное, лишь когда речь идет о тайных школах восточных единоборств. В древности же это распространялось на ВСЕ профессиональные воинские сообщества. Почему так?
Воины участвуют в сражениях, убивают и проливают кровь. Человек, убивший любое живое существо, и в особенности другого человека, «протыкает дырку» между мирами умерших и живых. Дырка эта затягивается в течение какого-то времени, и кто знает, какие злые силы успеют сквозь нее проскочить? Не говоря уже о душах погубленных врагов, которые постараются всячески отомстить убийце, а заодно и всем, кто окажется поблизости. Одним словом, человек, совершивший убийство, пусть даже в бою, сражаясь за свое племя, неизбежно объявлялся «нечистым».
Отметим сразу же, что в древности это слово не имело того отрицательного смысла, который мы придаем ему теперь. Оно означало вовсе не связь с «нечистой силой» и злом, но просто «отсутствие ритуальной чистоты», а значит, и большую уязвимость для злых сил. Именно такая уязвимость и была присуща, по мнению древних людей, соплеменнику, который сражался и убивал. Какое-то время его не допускали к общей жизни племени, он жил и питался отдельно, совершая очистительные обряды. Удивительно ли после этого, что воины, у которых в силу «специфики» их деятельности были особые отношения с жизнью и смертью, были в глазах своих мирных соплеменников ОСОБЫМИ ЛЮДЬМИ? Ученые пишут, что воинам с древнейших времен сопутствовала довольно странная аура, сочетавшая в себе ИЗБРАННИЧЕСТВО и ОТВЕРЖЕННОСТЬ. Отверженность была вызвана в основном тем, что рядом с воинами все время витала опасность, причем не только и даже не столько реальная, но, как мы только что видели, мистическая, а значит, угрожавшая не одному телу, но и бессмертной душе. Что же касается избранничества, то победоносный воин, стяжавший боевую славу и богатую добычу, вызывал естественную зависть мужчин, завоевывал благосклонность женщин и заставлял соплеменников думать, что ему, вероятно, покровительствуют особо могущественные Боги…
Все эти причины в древнейшие времена заставляли воинов селиться отдельно, в особых домах, своим «коллективом», и посторонние в воинские дома не очень-то допускались. Ко времени викингов подобные традиции уже уходили в прошлое, но окончательно еще не исчезли. По берегам Балтийского моря археологами раскопано несколько норманнских укреплений, так вот, все данные говорят о том, что жизнь в этих крепостях была организована как раз по принципам профессионально-мистического воинского братства.

Правда.
Понятие чести славянам было известно под именем правды.
Репутация человека часто была для него дороже, чем жизнь, и определяла его взаимоотношения не только с людьми, но и с духами, богами, зверьем… Следует различать свою личную правду и правду рода.
Сначала о личной правде. Это репутация данного человека, его лицо. Основные нормы поведения известны всем и записаны в специальных законах, именуемых «Правдами». Так, ложь, лжесвидетельство, нарушение клятвы, измена долгу, трусость, отказ от вызова на поединок, хулительная песнь гусляра, оскорбление (для оскорбленного) наносят ущерб чести. За страшные деяния, вроде убийства родича, инцеста, нарушения законов гостеприимства человек может быть объявлен вне закона. Напротив, месть за родича, победа над врагом или монстром, удача на охоте, победа в поединке (над равным или сильнейшим противником), устройство пира или состязания, преподнесение дара, женитьба, хвалебная песнь гусляра, служба у славного князя ведут к увеличению чести персонажа. Тем не менее, правильность поведения отдельно взятого персонажа может определить только он сам.
Однако запятнавший себя бесчестным убийством, не позаботившийся о погребении павшего врага и т.п. рискует обрушить на свою голову кары как людей, так и богов. Правда рода представляла собой своеобразный «паспорт», под которым он был известен окружающим. Человек из доброго рода априори считался достойным (принадлежность к тому или иному роду легко отличить по знакам на одежде). И наоборот. Отсюда, кстати: «по одежке встречают»…
Предводительствовал родом (городом) лучший в оном. Правда князя должна быть очень высокой. Запятнавший себя князь незамедлительно изгонялся со своего места (иначе оскорбятся боги, и там — недород, набег, болезни). На его место ставился другой, непременно достойный. Также изгнать князя могли по настоянию волхвов (впрочем, тогда не было людей мудрее волхвов).
Правда рода определяется суммой «правд» его членов. Также она повышается в результате коллективных действий команды, например, за праздники, правильно устроенные, пышные свадьбы, поминки.
Волхвы, старики и гусляры знают, что ведет к чести команды, а что ее позорит.

Месть.
Убийство члена одного рода членом другого обычно вызывало вражду родов.
Мне приходилось читать в некоторых работах, что, мол, славяне кровной мести не знали никогда. Но это не соответствует действительности. Стоит заглянуть в «Русскую Правду» — сборник древнерусских законов («правда», кстати, в переводе на современный язык и значит «установление, правило, закон», а также «соответствие закону»). Так вот, «Русская Правда», записанная в XI веке, не только признает кровную месть, но даже устанавливает порядок, какой родственник за какого должен отмщать! Во все эпохи происходили и прямые злодейства, и трагические случайности, когда человек убивал человека. И, естественно, близким погибшего хотелось разыскать и покарать виноватых. Когда подобное происходит сейчас, люди обращаются в правоохранительные органы. А тысячу лет назад люди предпочитали надеяться на себя. Силой навести порядок мог только вождь, за которым стояли профессиональные воины — скандинавский хирд, славянская дружина. Но вождь, конунг или князь, был, как правило, далеко. Или в своей столице, или вообще в заморском походе. Да и авторитет его как правителя страны, вождя всего народа (а не только воинов) ещё только устанавливался.
В упомянутых чуть выше главах говорилось, что, согласно понятиям той эпохи, в отрыве от своего рода человек мало что значил.
Человек был прежде всего членом определённого рода, а отдельной индивидуальностью — уже во-вторых. Поэтому «дело об убийстве» решалось не между двоими людьми, а между двумя родами.
Специалисты шутят, что о людях тех времен можно написать художественное произведение в любом жанре: психологический роман, боевик, душераздирающую любовную драму, мистику, ужасы… — всё, что угодно, кроме… детектива. Детектив посвящен раскрытию преступления и выяснению, кто преступник. Например, в древней Скандинавии (за редчайшим исключением) преступник сам направлялся к ближайшему жилью и подробно рассказывал, что случилось… Почему? Причина очень проста. Если бы он попытался утаить содеянное, он прослыл бы среди соплеменников трусом и «немужественным мужчиной», неспособным к ответственности за собственные поступки. А это было самое худшее, что с человеком могло случиться в те времена. В главе «Поединок» будет приведена цитата из закона, согласно которой обозвать кого-либо «немужественным» значило произнести попросту НЕПРОИЗНОСИМЫЕ речи! Поэтому, если только человек был не совсем уже законченным негодяем, бесповоротной потере репутации он предпочитал возможность весьма суровой расплаты. Дальше события могли разворачиваться по-разному, в зависимости и от «состава преступления», и от характеристик тех «коллективных личностей», которыми являлись столкнувшиеся семьи. Могло кончиться примирением, а могло выплатой денежного возмещения (виры). Но если доходило до кровной мести, это была опять-таки месть одного рода другому. Сказанное отнюдь не означает, что все мужчины из потерпевшей семьи брались за оружие и шли поголовно истреблять обидчиков. Вовсе нет. Просто МСТИЛИ НЕ САМОМУ ПРЕСТУПНИКУ, А ЕГО РОДУ. Спрашивается, как же крепче всего «насолить» враждебной семье? А вот как. Истребить в ней самого лучшего, самого достойного человека. Которым преступник чаще всего не являлся…
Вот по этой самой причине, как пишут авторитетные учёные, возможность кровной мести была не столько поводом для бесконечных кровавых разборок, сколько МОЩНЫМ СДЕРЖИВАЮЩИМ ФАКТОРОМ. Если бы дело обстояло иначе, люди просто вымерли бы, вырезав друг дружку. Этого не произошло, потому что КРОВНОЙ МЕСТИ — а значит, и поводов дня неё — ВСЯЧЕСКИ СТАРАЛИСЬ ИЗБЕГАТЬ.

Поединок.
Был распространенным способом выяснить отношения, доказать свою невиновность, добиться чего-либо. Поединку обязательно предшествовал вызов. Отказаться от вызова — значит покрыть себя позором. Далеко не всегда сражались до смерти, чаще был уговор типа «до первого удара», «до первой раны» и т.п. Поединок являлся священнодействием, и оба участника должны относиться к нему соответственно. Он мог проходить как со свидетелями, так и без оных, как на равном оружии, так и не очень. По договоренности. Ритуальные поединки, а также те, на которые хотели обратить внимание богов, проходили без доспехов; чаще противники дрались вообще обнаженными по пояс.
Поединок обязательно предшествовал любому крупному сражению.

Социальная иерархия.
Славянское общество тех времен не разделялось на видимые разряды. Авторитет того или иного человека определялся его личной правдой, правдой его рода, занимаемым им положением.
Тем не менее, княжение уже передавалось по наследству (однако вместо ни к чему не пригодного наследника умершего князя город вполне мог поставить над собой уважаемого колодезника). Воины (отчасти по причинам, упоминавшимся ранее) представляли собой единственный четко определенный разряд.
Землей владели свободные общинники. Занимались сельским хозяйством, в годы войны воевали как ополченцы. Кормили воинов, князей и волхвов. Ремесленники и прочие не имевшие земли люди платили деньгами или, что значительно чаще бывало, работой.
Гусляры на Руси занимали особое положение. Эти люди и развлекали князя и народ, и рассказывали истории о днях минувших, и рассуждали о том, как устроен мир. Могли при случае и колдовать, своей особой, поэтической магией. Они же и хранители древних законов и предписаний. Считалось, что если гусляр перед исполнением какого-либо важного дела (например, сватовства или войны) спел песнь, то этому делу обеспечена удача. Без гусляров не обходились похороны князей, богатырей и пр., а свадьба без певца — это вообще не свадьба. Гусляров очень уважали, считали честью для себя их принимать. Плохо обращаться, а тем более причинять вред или убивать гусляров в принципе возможно, но таковые деяния покрывают позором человека, их совершившего.
Волхвы — всеми уважаемая и почитаемая профессия. Это мудрейшие из мудрых. Стать волхвом можно только после многих лет обучения.
Волхвы служат посредниками между людьми и богами, совершают обряды, моления и жертвоприношения. Волхвы решали споры между людьми, советовали, кого избрать князем. Колдовали с помощью обрядов, заклинаний, магических снадобий. Умели и лечить (особенно магические болезни типа сглаза). Ведьмы и ведуны жили по большей части в лесу, знали травы и заклинания. Отношение к ним простых людей было настороженное, ведь неизвестно, какими силами те обладают и на что способны, что творят — добро или худо.
Изгнанники — люди по тем или иным причинам изгнанные из племени/рода. Их не кормят, им не помогают, не лечат, не любят.
Если они выживают — это большая удача. Изгнать человека можно специальным обрядом в присутствии волхва.
Рабства как такового славяне не знали. Пленник/пленница становились «холопьями» на определенный срок, по истечении которого могли идти на все четыре стороны либо остаться на положении свободных. Кроме того, можно было выкупиться, — за ту же сумму, какая была уплачена при покупке либо по договоренности с пленившим.

Основные обряды:
Инициация.
Чтобы стать членом племени, ребенок должен был пройти инициацию.
Происходила она в три ступени. Первая — непосредственно при рождении, когда повитуха обрезала пуповину наконечником боевой стрелы в случае с мальчиком, либо ножницами в случае с девочкой, и пеленала ребенка в пеленку со знаками рода.
По достижении мальчиком трех лет он проходил подстягу, т. е. его сажали на коня, опоясывали мечом и три раза обвозили вокруг двора. После этого его начинали учить собственно мужским обязанностям. Девочке в три года впервые давали веретено и прялку. Действо тоже сакральное, и первой нитью, спряденной дочерью, мать опоясывала ее в день свадьбы для защиты от порчи.
Прядение у всех народов ассоциировалось с судьбой, и с трехлетнего возраста девочек учили прясть судьбу себе и своему дому.
В двенадцать — тринадцать лет, по достижении брачного возраста, мальчиков и девочек приводили в мужской и женский дома, где они получали полный набор сакральных знаний, необходимых им по жизни. После этого девушка вскакивала в поневу (род юбки, носившийся поверх рубахи и говоривший о зрелости). Юноша после посвящения получал право носить боевое оружие и вступать в брак.

Свадьба.
До сих пор сохранившееся выражение «венчаться вокруг березы» довольно точно передает смысл венчального обряда русичей.
Свадьба состояла из поклонения Ладе, Роду и Триглаву, после чего волхв призывал на них благословение, и молодожены обходили три раза вокруг священного дерева, призывая в свидетели богов, чуров и берегинь того места, где они находились. Свадьбе обязательно предшествовал сговор или похищение невесты. Невеста вообще обязана была идти в новый род как бы насильно, чтобы не оскорбить ненароком духов-хранителей своего рода («не я выдаю, силой ведут»). С этим, кстати, связаны многочасовые рыдания и скорбные песни невесты. На пиру молодоженам запрещалось пить (считалось, от любви пьяны будут). Первую ночь молодожены проводили на тридевяти снопах, застеленных мехами (пожелание богатства и многочадия).

Похороны.
Погребальных обрядов славяне знали несколько. В период расцвета язычества наиболее распространенным и почетным было сожжение, с последующим насыпанием кургана. После этого на кургане проводилась тризна в память о покойном. Вторым способом хоронили так называемых заложных покойников — умерших подозрительной, нечистой смертью, или же живших не по правде. Похороны таких умерших выражались в вышвыривании тела куда подальше в болото или овраг, после чего его заваливали сверху ветками. Делалось это для того, чтобы не осквернять землю и воду нечистым трупом.
Привычное в настоящее время погребение в землю широко распространилось только после появления христианства.
Праздники
В году пять основных праздников — Корочун (начало нового лета, зимний Солнцеворот), Комоедицы, или Масленица (весеннее равноденствие), Купала (летний солнцеворот), Перунов день (21июля) и Кузьминки (праздник урожая, праздник Рода, рожаниц, около осеннего равноденствия 24 сентября).

Рассказ о богатыре-великане Святогоре

Глава I \ Предисловие

Часть I \ Богатырь

К слову богатырь - образовано формой сложения, следовательно можем выделить 2 корня: "бог" и "тырь, тырить". На древнерусском "тырить" - означало нести, накапливать. Значит Богатырь -это человек, "несущий бога"

Часть II\ Святогор

Ко времени первых столкновений с печенегами относится боярский курган Гульбище, в котором с большим почетом похоронен знатный богатырь. Его вещи и оружие огромны - они в полтора, два раза больше обычных.
Этот Великий богатырь был ярко описан в Славянском эпосе, в былине о Илье Муромце. Там его размеры и сила преувеличены, но этот человек-великан на самом деле ходил по Земле русской.

Глава II \ Былины

Былины о Святогоре имеют три сюжета, но все они связаны.

Ехал по чистому полю Святогор-богатырь. Голова - выше леса стоячего, чуть пониже облака ходячего. Мать - сыра земля колебается, темны лесушки шатаются, реки из крутых берегов выливаются. Едет он по полю - не с кем богатырю силой померяться, а силушка-то по жилочкам так и переливается. Вот Святогор и говорит: "Кабы я тягу земли нашел, всю бы землю перевернул". Вдруг смотрит - едет по полю человек с котомкой. Припустил великан коня к тому прохожему. Скачет во всю рысь - прохожий идет впереди. Ступой едет - прохожий идет впереди.

Просит тогда Святогор человека остановиться. Снимает суму тот с плеча, кладет ее на землю.

Говорит Святогор: " Что у тебя за сумочка?"

- А вот подыми с земли, так увидишь.

Хотел великан ее копьем подцепить - не смог и пошевелить. Сошел тогда с коня, ухватился обеими руками - только дух под суму и мог подпустить, а сам по колена в землю увяз. По лбу кровавый пот струится. "Что это у тебя в сумочке накладено?"

"В сумочке у меня тяга земная"

"-Да кто ж ты есть и как тебя именем зовут?"

"-Я есть Микула Селянинович".

Просит Святогор Микулушку помочь ему узнать судьбу свою.

"-Езжай ты к Сиверным горам. Там, под великим древом стоит кузница. Спроси у кузнецов свою судьбину."

Взял Микула котомку и пошел дальше. А Святогор поехал к Сиверным горам.

Через три дня доехал до Древа великого и до той кузницы. Куют там вещие кузнецы Кузьма и Демьян два тонких волоса.

-Что куете кузнецы?

-Судьбу, кто на ком женится.

-А мне на ком жениться?

"-А твоя невеста в царстве поморском в престольном граде тридцать лет лежит во гноище"

Опечалился Святогор."- Дай, - думает, поеду я в то царство и убью ту невесту.

Приехал, вошел в избу, видит - девица лежит, тело у нее как еловая кора. Рубанул великан ее мечом по груди, положил на стол пятьсот рублей и поехал прочь. А девица проснулась; кора с нее спала, а на столе денег много лежит, и стала она красавицей. На те деньги начала она торговать и нажила бессчетную золотую казну. Строила кораблики червленые и поехала по славному синему морю. Приехала к граду великому на Святых горах, а уж слава о ней так и бежит. Пришел и Святогор-великан, посмотреть на красавицу. Полюбились они друг другу и свадьбу сыграли. Как легли спать, увидел Святогор у жены рубчик на белой груди. Откуда, спрашивает. Рассказала она ему свою историю. Тут Святогор понял, что от судьбы не уйдешь. Бросила красавица торговать, стала с мужем ездить по Святым горам. Но однажды рассказал Святогор жене, как хотел ее разрубить мечом, и та на него крепко озлобилась.

Тут в былине появляется Илья Муромец

Не захотел Илья Муромец оставаться в Киеве и поехал он ко Святым горам. На третий день пути услышал он великий шум с северной стороны. Мать сыра-земля колеблется, темны лесушки шатаются, реки из берегов выливаются. Отпускал Илья коня в чисто поле, а сам залез на сырой дуб. Видит: едет богатырь выше леса стоячего, голова упирается под облаку ходячую, на плечах хрустальный ларец, словно солнце светится.

Подьехал Святогор к дубу, снял ларец, отпер золотым ключом, и вышла оттуда жена богатырская - такая красавица, что и описать невозможно. Разложила она скатерти шелковые, ставила яства сахарные, вынимала из ларца пития медяные. Пообедал Святогор и заснул богатырским сном. А красавица-жена пошла гулять по чистому полю и высмотрела Илью на сыром дубу.

- А, - говорит.- Дородный добрый молодец, ты то мне и надобен, злого мужа поможешь извести.

Нечего делать Илье: сбабой не сговорить, а со Святогором не сладить. Слез он с того дуба. Взяла его красавица и посадила к мужу во глубок карман.

Проснулся Святогор-богатырь, посадил жену в хрустальный ларец, запер золотым ключом, сел на добра коня и поехал дальше. Стал его добрый конь спотыкаться, и бил его богатырь плеткою шелковой по тучным бедрам.

Конь ему и говорит человечьим голосом: Прежде возил я богатыря, да жену богатырскую. А ныне везу жену богатырскую и двух богатырей. Не мудрено спотыкнуться!

Сунул руку Святогор во глубок карман и вытащил Илью Муромца. Удивился и стал выспрашивать, кто он есть и как его именем зовут. Рассказал ему Илья все по правде, по истине. Тогда Святогор с ним побратался, а жену свою убил.

Стали они ездить по святым горам. Выучился Илья всем ухваткам богатырским. Зовет Святогор к себе в гости, наказывает: Как приедем в мое поселеньице и приведу тебя к батюшке, ты моги нагреть кусок железа, а руки не подавай.

Вот приехали они к большой каменистой горе. У той горы дом стоит, словно в землю врос. Зашли внутрь.

Говорит отец Святогора - темный, слепой старик: Ай же ты, чадо мое милое! Далече ль был?

- А был я, батюшка, на Святой Руси.

- Что ж видел ты и что слышал, сын мой возлюбленный?

- Я чего не видел, чего не слышал, а только привез богатыря со Святой Руси.

- А приведи-ка мне русского богатыря поздороваться.

Илья тем временем нагрел кусок железа и подает старику, вместо руки. Захватил его тот и сжал, да так, что железо промялось у него меж пальцами.

Говорит: Ничего, рука себе, тепленькая. Хороший ты, Илья, богатырек!

Седлали Святогор с Ильей добрых коней и поехали к горе Елеонской. И увидели диво дивное: стоит на той горе дубовый гроб.