Лодки на Сене

Гюстав Кайботт  — французский художник, меценат, коллекционер и один из главных основателей собрания парижского музея д’Орсэ.

Он был невероятно богат и мог бы вообще ничем не заниматься. До знакомства с молодыми художниками, будущими импрессионистами, которые встречались в кафе «Гербуа» и писали жизнь такой, как она есть, он успел отучиться в мастерской академика Леона Бонна, поступить в Академию изящных искусств и бросить ее. 

Попав на первую выставку импрессионистов в ателье Надара в качестве зрителя, Кайботт понял, чему посвятит ближайшие несколько лет жизни. «У него была своя маленькая мечта, он был чем-то вроде Жанны д’Арк живописи», — усмехался Ренуар, вспоминая одного из самых близких своих друзей. Уже начиная со второй выставки, Кайботт становится не только равноправным участником экспозиции, а еще и щедрым меценатом-организатором. Он оплачивает аренду зала, развешивает картины, заказывает рамы и потихоньку скупает у бедствующих художников их картины, позволяя Моне и Ренуару не умереть с голода и создавая собственную коллекцию еще никем не признанной импрессионистской живописи. Когда-нибудь эта коллекция станет украшением Лувра — это была маленькая героическая мечта Кайботта.

Он писал страстно и нервно, сразу же оставляя в прошлом ошибки, избегая разочарований, не рассчитывая на особое признание и не помышляя получить за свои картины деньги, постоянно экспериментируя и не намереваясь выработать свой собственный, единственно верный стиль. Не следуя ничьим правилам, даже своим собственным, Кайботт оставляет за собой право на бесконечный любительский эксперимент, право быть непредсказуемым и свободным. «Я стараюсь писать честно и быть достойным того, чтобы мои картины повесили в прихожей гостиной, где будут висеть Сезанн и Ренуар!» — искренне оценивал себя Кайботт.

Используя техники и вдохновляясь идеями своих друзей-импрессионистов, Кайботт, тем не менее, работает в собственном неповторимом стиле. Он исследует возможности сложно выстроенной перспективы, смотрит на мир сверху, снизу, расширяя пространство, как в видоискателе широкоугольного объектива, использует несколько точек зрения в одной картине.

Практически забытый художник-Кайботт в 1960-е неожиданно раздвинул горизонты описанной и исследованной истории импрессионизма, из прихожей импрессионизма его картины торжественно внесли в гостиную и повесили рядом с Ренуаром и Сезанном.

Река в Аржантее

Замечательная  американская  художница  Sandra Kuck  родилась в  штате  Огайо, окончила среднюю школу в Калифорнии, училась в художественной школе в Нью-Йорке, а теперь живет  во Флориде. 

Sandra Kuck  называет  себя   “романтическим реалистом.”    Живой цвет  её  картин, нежное  освещение, изысканные  кружева  и  цветы,  красота  садов,  ангельские   детские  образы,   радость  материнства,   создают  романтическую,  спокойную атмосферу. 

С  1993  года  Sandra Kuck  многократно  признана  лучшим  художником  года.

КАРТИНЫ   НА  ФАРФОРЕ.

Небесный воин Михаил

Троица

Настроение у меня сегодня совсем не осенне-зимнее! Оно цветочно-летнее, васильковое!

А чтоб немного заразить вас этим настроением, поделюсь вот таким красивым стихотворением:

Как те летние дни далеки,
Помню в хлебных полях васильки,
Средь пшеничных колосьев дугой
Василёчек возник под ногой!

И куда своим взглядом ни кинь,
Вижу в поле небесную синь,
Запах злака несёт ветерок
С тех полей, где растёт василёк!

Васильки, васильки, васильки,
Словно юности нашей деньки,
Они с детства несут добрый свет
И в России нежнее их нет!

Бесконечное множество раз
Наблюдал я красу твоих глаз,
В них волшебных цветов огоньки,
Их напомнили мне васильки!

Михаил Соловей

Ну кто из нас не знает об этом милом полевом цветочке?

Василек – визитная карточка наших бескрайних  полей и  дорог!

Маленький кусочек неба, растущий среди густых колосьев, символ верности, безграничного доверия и искреннего веселья – вот таким  знаем мы этот прекрасный цветок.

Лично мне кажется, что упоминание о нем есть в большей части всех народных песен и сказок.

На Руси с этим цветком было связано огромное количество всевозможных поверий и примет, нередко его цветы применялись девушками в ворожбе и гаданиях.

Но не только на нашей родине Васильки известны с незапамятных времен!

По всей Европе и Азии рассказывают сказки и легенды об этом простом, и в то же время загадочном полевом красавце.