«Загадочные фигуры» на монетах и печатях Рюриковичей, на перстнях и подвесках, принадлежавших князьям и их дружинникам, на кирпичах Десятинной церкви, а также на других предметах, являвшихся собственностью рода, возглавлявшего феодальную верхушку в Киевской Руси, давно уже вызывают массу всевозможных споров и толкований. Подробный историографический обзор вопроса о сущности знака Рюриковичей содержится в работах И.И.Толстого и А.В.Орешникова (1). Упоминания о различного рода дешифровках знака имеются в трудах Н.П.Лихачева и Б.А.Рыбакова (2). Ниже мы приводим краткий перечень, всех существующих мнений по данной проблеме.
Н.М.Карамзин в «Истории государства Российского» назвал знак, изображенный на монетах Рюриковичей, «трезубцем» (3). Нумизматы XIX в. - А.Воейков, Я.Я.Рейхель, И.П.Сахаров, С.И.Шодуар, Ф.Ф.Шуберт - считали, что «фигура» является изображением древнего светильника - трикирия или паникадила (4). Я.Волошинский, Ф.А.Жиль, А.Тильзеус фон Тильнау, к мнению которых примыкал вначале И.И.Толстой, видели в знаке изображение хоругви (5). С.Г.Строганов в письме к А.А.Кунику отмечал, что знак Рюриковичей «не что иное, как церковный портал» (6). И.А.Бартоломей предлагал считать «фигуру» якорем. (7) Известный археолог XIX в. А.А.Уваров утверждал, что знак есть искаженное изображение верхней части особого византийского скипетра (8). К такому же выводу в 1884 г. пришел и И.И.Толстой, по мнению которого, этот византийский скипетр был доставлен на Русь из Царьграда царевной Анной Владимиру (9). Б.В.Кёне и А.А.Куник видели в знаке изображение птицы. Б.В.Кёне считал, что на монете изображен ворон (10). А.А.Куник заявлял, что «загадочная фигура» - голубь, символизирующий святого духа (11). Позднее А.А.Куник под влиянием доводов А.А.Уварова и И.И.Толстого, которые указывали, что в Византии вплоть до XIII в. голубь изображался летящим или парящим головою вверх, отошел от своего первоначального мнения и стал считать знак изображением державы - символом власти киевских князей (12). Известный шведский ученый Т.Арне, который исследовал подвески со знаками Рюриковичей, найденные в Швеции, пришел к выводу, что на них, изображена «птица с распущенными крыльями» - «знаменитый родовой знак Ярославова серебра, повторяющий схематично такой же родовой знак Св.Владимира» (13). К.Болсуновский видел в знаке Рюриковичей зашифрованное слово (14). П.Н.Милюков в статье «Норманский знак на монетах Великого княжества Киевского» (1889 г.) писал о сходстве «загадочной фигуры» со шлемами, изображенными на ковре из Байе (15). Впоследствии мнение П.Н.Милюкова было подвергнуто сокрушительной критике со стороны А.В.Орешникова (16). Д.Я.Самоквасов предлагал считать знак Рюриковичей скипетром, форма которого заимствована из скифских курганов (17). Вятский статистик П.М.Сорокин усмотрел в знаке изображение топора с двумя лезвиями - франциску. Сравнивая родовой знак Рюриковичей с родовыми знаками вотяков, П.М.Сорокин полагал, что первый должен изменяться при переходе от князя к князю (18). А.В.Орешников считал, что П.М.Сорокин наиболее близко подошел к объяснению знаков на монетах и присоединился к мнению последнего (19). Дальнейшие исследователи знака Рюриковичей и его эволюции отказались как-либо толковать данную фигуру в своих работах.
В историографическом обзоре следует привести одну фразу из книги С.А.Гедеонова «Варяги и Русь». Он писал: «Изображенная на игоревой гривне птица с поднятыми кверху когтями может быть сокол-рерик» (20). О какой «игоревой гривне» идет речь - непонятно. Одна из древнейших русских монет (или печатей?) с изображенным на ней знаком Рюриковичей в XIX в. приписывалась князю Игорю. Может быть, ее имел в виду С.А.Гедеонов?
Классификация знаков Рюриковичей была впервые создана А.В.Орешниковым (21). Впоследствии в нее трижды вносили поправки - один раз Б.А.Рыбаков (22) и дважды В.Л.Янин (23). В основу своей классификации А.В.Орешников положил принцип «образования знака из простого в более сложный» (24). Так как на серебре Ярослава Мудрого изображен «трезубец», то он предположил, что знак отца Ярослава - Владимира был проще - двузубец, имеющийся на одной из древних печатей (25). Принцип, на котором зиждется классификация А.В.Орешникова, вызывает серьезные возражения. Если мы обратимся к статье В.Л.Янина (26), то убедимся, что знаки князей XI-XII вв. намного проще и схематичнее древних.
А.А.Ильин и Н.П.Бауэр считали принадлежащим Владимиру Святославичу те знаки, которые А.В.Орешников приписывал Владимиру Мономаху (27). Б.А.Рыбаков также высказывал сомнения по поводу «первого знака А.В.Орешникова». Он отмечал, что «...в ряде случаев монеты Владимира («Владимирово серебро») находят с вещами XI в., например в радимчском кургане XI в. близ с. Вотня на Днепре, в Липлявском могильнике XI-XII вв. с западной монетой, современной Владимиру Святославичу, и т. д. (отметим, что в обоих случаях монета уже успела превратиться в подвеску к ожерелью). В пользу этого взгляда (взгляда А.А.Ильина и Н.П.Бауэра. - О.Р.) говорит и нахождение монет в кладах не позднее середины XI в., да и палеографический анализ букв указывает скорее на раннюю дату» (28).
Бесспорно принадлежащим Владимиру Святославичу Б.А.Рыбаков считает знак, изображенный на кирпиче от Десятинной церкви, так как не кто иной, а именно Владимир был строителем этого первого русского христианского храма (29).
Если мы сравним знаки, которые А.В.Орешников приписывал Владимиру Мономаху, со знаком на кирпиче от Десятинной церкви, то убедимся, что сходство их очевидно. Различаются они лишь тем, что у знака на кирпиче не имеется отростка от среднего зубца, да в средней части знака некоторые весьма незначительные детали (которые, кстати сказать, на всех имеющихся монетах с именами Владимира и Ярослава изображаются по-разному, а иногда и вовсе отсутствуют) изображены несколько иначе. Таким образом, принадлежность Владимиру Святославичу знаков, классифицированных А.В.Орешниковым как знаки Владимира Мономаха, не вызывает никаких сомнений.
Если внимательно присмотреться к знакам Владимира, то создается впечатление, что «фигура» все время совершенствовалась в период чекана монеты. Однако в какую сторону она совершенствовалась - упрощалась или усложнялась,- сказать трудно. Скорее всего, изменения в «фигуре» происходили в сторону упрощения знака.
Рассмотрим «загадочную фигуру», изображенную на монетах Владимира и Ярослава Мудрого. Знаки представляют собой какие-то необычные трезубцы. Крайние зубцы больше всего напоминают лезвия ножей или крылья какой-то птицы. Средний зубец резко отличается от двух крайних - на большинстве знаков Владимира он состоит из двух неравных частей: нижней - утолщенной, и верхней - более тонкой. Средний зубец знака, нанесенного на кирпич Десятинной церкви, имеет только нижнюю утолщенную часть. На монете Ярослава Мудрого средний зубец не имеет двойного деления, а завершается кружком. Три верхних конца трезубца упираются в поперечную перекладину, от которой книзу опускается четвертый зубец. Этот зубец на одних знаках Владимира слегка закругляется, на других, так же как и на знаках Ярослава, выступает в виде равнобедренного треугольника. На некоторых знаках Владимира от средней части «фигуры» на крайние зубцы вынесены какие-то странные «крючки».
Г.Н.Анпилогов убедительно доказал, что многие из знаков собственности, нанесенные на владельческие борти, представляют собой изображение вил, топоров, плугов и многих других предметов. Он указывает, что рисунки на бортях настолько точно передают сущность предметов, что по ним можно изучать уровень развития материальной культуры того времени, когда они были изображены. Исследователь добавляет, что нередко к этим реалистическим рисункам «... делались различного рода дополнения в виде крестов, отдельных черточек и т.п.» (31). Вероятно, знаки Рюриковичей, которые также являются знаками собственности должны характеризоваться теми же признаками, которые Г.Н.Анпилогов выявил при анализе бортных знамен, а именно: возможны некоторые посторонние дополнения и небольшие отклонения от нормы, но в основном рисунок должен передавать самые существенные черты изображенного предмета.
Для определения сущности «фигуры» очень важно рассмотреть стокгольмский экземпляр Ярославова серебра. Его первым отыскал и опубликовал Б.В.Кёне (32). Правда, Б.В.Кёне представил стокгольмское серебро как монету князя Олега. Он утверждал, что знак на «монете Олега» есть изображение ворона - древнейшего герба Дании. Надпись по краю монеты Б.В.Кёне считал латинскою и читал ее OLEG REX, произвольно расставляя буквы, а также приняв один из крестов, нанесенных на поверхность, за букву X33. Против такого чтения надписи выступил А.А.Куник, доказав, что «латинская надпись» сделана русскими буквами и читается как О ГЕОРГI (оагиос Георгий), а надпись на обратной стороне монеты совершенно ясно читается как: ЯРОСЛАВЛЕ СРЕБРО (34).
Таким образом, монета принадлежит не Олегу, а Ярославу. С чтением А.А.Куника согласились все крупнейшие нумизматы XIX и XX столетий. А.А.Куник считал, что на монете христианского князя не могло быть такого языческого изображения, как ворон. Вместе с тем, он, в свою очередь, подметил, что на стокгольмском экземпляре Ярославова серебра на нижнем зубце «фигуры» имеются какие-то кружки, очень похожие на глаза птицы. Это дало ему повод утверждать, что «загадочная фигура» изображает живое существо, но не ворона, как думал Б.В.Кёне, а «голубя, олицетворяющего святого духа».
Впоследствии А.А.Куник под влиянием доводов А.А.Уварова и И.И.Толстого отошел от своего первоначального мнения. (35) Стокгольмский экземпляр был признан грубым скандинавским подражанием серебру Ярослава Мудрого. На эту монету перестали обращать внимание при расшифровке знака Рюриковичей. Однако уже в XX в. такие авторитетные ученые, как Н.П.Бауэр и Н.П.Лихачев, решительно высказались, против того, чтобы считать стокгольмский экземпляр подражанием монетам Ярослава (36).
Т.Арне, опубликовавший найденные на территории Швеции подвески, изображение знака на которых почти аналогично изображению на Ярославовом серебре и на стокгольмском экземпляре (на подвесках «птица» так же, как и на стокгольмском экземпляре, изображена с глазами), признал их по происхождению русскими (37). Предположение, что где-то в Бирке или в Росскилле понадобилось кому-то в XI в.(!) подделывать серебро под монету Ярослава Мудрого и при этом писать на нем русскими буквами О ГЕОРГI, ЯРОСЛАВЛЕ СРЕБРО, лишено, на наш взгляд, всякого здравого смысла. Нет никакого сомнения в том, что стокгольмский экземпляр - русская монета, хотя ее и могли отчеканить за границей по заказу Ярослава Мудрого.
Знак, изображенный на стокгольмском экземпляре и особенно на подвесках, опубликованных Т.Арне, очень напоминает летящую птицу. Впрочем, знаки, нанесенные на монеты Владимира Святославича и Ярослава Мудрого, также чрезвычайно похожи на изображение летящей птицы: массивная голова, опущенная книзу, острые крылья, короткое туловище, к которому примыкает тонкий хвост (на монетах Владимира), и целостность туловища и хвоста (на монетах Ярослава). Похож на изображение летящей птицы и знак на кирпиче Десятинной церкви. Отличие последнего от первых в том, что «птица», нанесенная на кирпич, не имеет хвоста. Отметим, что длина крыльев - боковых зубцов на знаках Владимира значительно превосходит длину тела «птицы» - нижнюю половину среднего зубца.
Посмотрим теперь на знаки <которые> обычно приписывают князьям X-XI вв. Почему-то все исследователи, пытавшиеся расшифровать «загадочную фигуру» не обратили на них никакого внимания. Между тем, эти знаки являются важным связующим звеном при определении сущности «фигуры». На нижней части обоих знаков ясно видна передняя часть головы хищной птицы: длинный клюв, маленькие круглые глаза, обведенные дополнительными кружками, низкий, большой по размерам лоб. Туловище у птицы отсутствует. Над головой ее с левой стороны поднимается крыло - почти точная копия крыльев, изображенных на знаках Владимира Святославича и Ярослава Мудрого, с правой стороны возвышается крест. Между крылом и крестом имеется какой-то завиток (на другом знаке, крест без верхнего конца; другой крестик примыкает к клюву птицы). Знаки отличаются друг от друга лишь в мельчайших деталях, сущность их остается одной и той же - изображение птицы.
Передняя часть головы птицы ни в коей мере не напоминает передней части головы голубя. Голубь не имеет такого длинного, возможно, даже слегка загибающегося клюва. У голубя довольно высокая лобная часть, а глаза сильно сдвинуты к бокам. Таким образом, вероятность изображения голубя отпадает. Еще менее похожа голова птицы на голову ворона. А пропорции тела летящей птицы не имеют ничего общего с пропорциями тела летящего ворона. Слабенькие, почти совсем рельефно не выделяющиеся на фоне тела плечи ворона не могут иметь никакого сравнения с могучими плечами птицы. Передняя часть головы птицы, изображенной на монетах Рюриковичей, может принадлежать только одному из видов боевых птиц: орлу, ястребу или соколу. Однако и орел, и ястреб обладают «тупыми» и короткими крыльями по отношению к длине своих тел (38), в то время как на монетах Рюриковичей птица изображена с острыми и длинными крыльями. «Фигура», изображенная на монетах Рюриковичей, больше всего напоминает летящего сокола.
Сокол имеет короткое плотное туловище, большую массивную голову, довольно длинную шею, которая при полете вбирается в плечи, острые и длинные крылья, значительно превосходящие длину тела птицы, короткий мощный хвост, примыкающий к туловищу (иногда он несколько заострен на конце, но чаще оканчивается закруглением в виде лопаточки), который вместе с туловищем образует при полете птицы третий средний зубец «трезубца». Глаза у соколов окаймляются дополнительными кружками, получающимися в результате того, что птица в этих местах не имеет растительного покрова. Ничего похожего ни у ворона, ни у голубя нет. Зато этот признак сокола очень четко зафиксирован на знаках Рюриковичей. Основные характерные черты сокола на монетах Рюриковичей X-XI вв. прослеживаются хорошо, хотя нередки и некоторые «излишние» добавления к рисункам в виде крестов, кружков и т.п. Этими добавлениями, так же как и надписями по ободку монет, денежные знаки одного князя отличались от денежных знаков других князей. Сущность же знака, по крайней мере для X-XI вв., оставалась одной - изображение сокола. На кирпиче от Десятинной церкви характерные черты сокола также хорошо прослеживаются.
Сокол на монетах Владимира отличается от сокола на монетах Ярослава тем, что птица изображена в различных ракурсах. На монетах Владимира чеканщик во Сокол на монетах Владимира отличается от сокола на монетах Ярослава тем, что птица изображена в различных ракурсах. На монетах Владимира чеканщик воссоздал птицу, какой она бывает видна, если смотреть за ее пикированием снизу, с земли. Поэтому-то на знаках Владимира не изображены глаза сокола, зато хорошо видны ноги птицы, вынесенные под крылья, а также деление «среднего зубца» на две части - на туловище и на примыкающий к нему хвост. На монетах Ярослава летящий сокол изображен таким, каким он виден, если смотреть на птицу сверху. При таком ракурсе мы не увидим ни его ног, ни деления средней части, зато может видеть глаза птицы.
Знаки, которые исследователи относят к концу XI-XII вв., очень далеки от своего прототипа. На некоторых из них (например, на знаке, который приписывают Всеволоду Большое Гнездо), невозможно найти не только характерных черт сокола, но вообще черт птицы. Трансформированы позднейшие знаки до такой степени, что возникает сомнение: действительно ли это знаки Рюриковичей? Несколько особняком стоит знак, изображенный на древнейшей, по мнению некоторых исследователей русской печати (39). Он имеется на обеих ее сторонах. Верхний средний зубец у этого знака полностью отсутствует. Надпись на монете не читается. А.В.Орешников, как уже было сказано выше, приписывал этот знак Владимиру Святославичу. Возможно, что нанесенная на печать «фигура» также является изображением летящего сокола, ибо несмотря на недостающие элементы - отсутствие хвоста и задней части туловища, - пропорции тела этой птицы до некоторой степени передаются.
Когда сокол пикирует на свою жертву, задняя часть его туловища и хвост поднимаются кверху, и их далеко не всегда можно увидеть с земли. Поэтому возможно, что в случае с «двузубцем» мы имеем не случайное, а специальное искажение (если это только можно назвать искажением) тела птицы. При рассмотрении знаков Рюриковичей важно учитывать, под каким углом художник решил изобразить летящего сокола. Однако принадлежность этого знака Владимиру Святославичу крайне сомнительна, ибо почти аналогичный знак (тоже «двузубец») был найден на фрагменте гончарного сосуда XI-XII вв. при раскопках Изяслава (Рогнедина).
Образ сокола в Киевской Руси употреблялся часто. Если мы обратимся к нашим древнейшим былинам, то увидим, что Вольга обладает способностью оборачиваться то птицей - соколом, то рыбой - щукой, то серым волком (40). Так же и Волхв Всеславич перевоплощается в волка, в тура «золотые рога», в ясного сокола (41). Особый интерес вызывает былина «Вольга», записанная А.Ф.Гильфердингом и прокомментированная Б.А.Рыбаковым (42). В ней рассказывается о борьбе Вольги с Санталом: «Поезжае Вольга в Волгугород, видела царица нехороший сон: бьется сокол да с черным вороном, перебил сокол да черна ворона. Ясный тот сокол - Вольга богатырь, черный тот ворон - то сам Сантал» (43). Б.А.Рыбаков убедительно доказал, что эта былина повествует о реальных исторических событиях, которые происходили на Руси во второй половине X в. Вольга - древлянский князь Олег Святославич борется с могущественным варягом Санталом - Свенельдом («черным вороном» (44). Названия «сокол» и «черный ворон», применительно к этим историческим лицам, по-видимому, не случайны. Древним гербом датчан, как мы уже указывали выше, был ворон, а на монетах киевских князей изображался сокол.
В других былинах Владимирова цикла рассказывается о том, как Илья Муромец и Добрыня Никитич «ходят - гуляют» по синему морю Хвалынскому на «Соколе» - корабле, на который нападают «черные вороны» - в одном случае турки, в другом - татары. После того, как Илья Муромец разбивает врагов, «Сокол» благополучно возвращается на Русь. Турки и татары в данном случае являются позднейшей подстановкой. Во времена Владимира ни те, ни другие не вышли еще на мировую арену. В XII в. «черными воронами» называли половцев, а соколами по-прежнему русских князей. Вероятно, тут сказывалась уже народная традиция называть всех врагов, которые посягали на Русскую землю, «воронами».
В «Слове о полку Игореве» термины «сокол» и «соколич» служат для обозначения князей Рюриковичей - Игоря, Всеволода, Владимира и др. «Не буря соколы занесе через поля широкая, галицы стады бежать к Дону Великому» (45). Под «соколами» здесь подразумевается «Ольгово хороброе гнездо», а под галицами - половцы, что видно из контекста. После описания поражения войска Игоря певец восклицает: «О! Далече зайде сокол птиць бья к морю: а Игорева храброго пълку не кресити! (46). Бояре говорят Святославу Киевскому: «Уже, княже, туга умь полонила; се бо два сокола слетеста с отня стола злата поискати града Тьмутороканя, а либо испити шеломомь Дону. Уже соколама крильца припешали поганных саблями, а самаю опуташа в путины железны» (47). После бегства Игоря из плена (он «полете соколом под мылами» (48) Гзак говорит Кончаку: «Аже сокол (Игорь. - О.Р.) к гнезду летит, соколича (Владимира. - О.Р.) ростреляеве своими злачеными стрелами» (49). В «Слове о полку Игореве» даже половцы называют князей Рюриковичей «соколами».
Возникает вопрос: каким образом сокол «залетел» на монеты и печати Рюриковичей, в русские былины, в «Слово о полку Игореве»? Почему именно сокол, а не орел, не ястреб, не ворон? Сокол не был древним божеством ни у славян, ни у скандинавских народов. Да с принятием христианства ни одному языческому богу и не осталось места в русском религиозном пантеоне, хотя пережитки язычества еще сохранялись долго. Тот факт, что князья из дома Рюриковичей называются былинами и «Словом о полку Игореве» «соколами», говорит за то, что сокол был эмблемой, гербом рода, возглавлявшего феодальную верхушку Киевской Руси. Возможно, что сокол в глубокой древности был тотемом рода, из которого происходила княжеская семья. Следы тотемизма нередко проявляются в культе животных, в геральдике, в фольклоре спустя несколько веков после принятия новой религии.
Примечания:
1 Толстой И.И. Древнейшие русские монеты Великого княжества Киевского. - СПб., 1882. С. 165-183; Орешников А.В. Новые материалы по вопросу о загадочных фигурах на древнейших русских монетах // АИЗ. - М., 1894, 10. С. 301-311.
2 Лихачев Н.П. Материалы для истории русской и византийской сфрагистики. Вып.2.- Л., 1928; Рыбаков Б.А. Знаки собственности в княжеском хозяйстве Киевской Руси // СА, VI, 1940. С. 230, 231, 233.
3 Толстой И.И. Ук. соч. С. 165.
4 Там же. С. 165, 166.
5 Там же. С. 166, 180.
6 Там же. С. 166.
7 Там же.
8 Там же.
9 Толстой И.И. Знамя первых наших христианских великих князей. Тр. VI, АС. - Одесса, 1886. С. 269.
10 Толстой И.И. Древнейшие русские монеты... С. 62-65.
11 Там же. С. 166.
12 Там же. С. 183.
13 Arne Т.I. Fornvдnnen meddellanden frеn К. Vitterhets historie och antikvitets Akademien. 1911-12, 47.
14 Болсуновский К. Родовой знак Рюриковичей, великих князей Киевских. - Киев, 1908. С. 4-6.
15 Орешников А.В. Ук. соч. С. 304.
16 Там же. С. 304.
17 Там же.
18 Там же. С. 305-308.
19 Орешников А.В. Денежные знаки домонгольской Руси. - М., 1936. С. 33.
20 Гедеонов С. Варяги и Русь. II. - СПб., 1876. С. XXXIV.
21 Орешников А.В. Денежные знаки домонгольской Руси.
22 Рыбаков Б.А. Ук. соч.
23 Янин В.Л. Древнейшая русская печать X в. // КСИИМК, 57, 1955; его же. Княжеские знаки суздальских Рюриковичей // КСИИМК, 62, 1956.
24 Орешников А.В. Денежные знаки домонгольской Руси. С. 35.
25 Там же.
26 Янин В.Л. Княжеские знаки суздальских Рюриковичей // КСИИМК, 62, 1956.
27 Ильин А.А. Топография кладов древнерусских монет X-XI вв. и монет удельного периода. - Л., 1924. Табл. I; Бауэр Н.П. Древнерусский чекан конца X - начала XI в. // ИГАИМК, 1927. С. 315.
28 Рыбаков Б.А. Ук. соч. С. 231.
29 Там же. С. 247.
30 Анпилогов Г.Н. Бортные знамена как исторический источник // СА, 1964, 4. С. 154-156 и др.
31 Там же. С. 168.
32 В настоящее время имеется шесть экземпляров, подобных стокгольмскому. Поэтому само название «стокгольмский экземпляр» чисто условно.
33 Толстой И.И. Древнейшие русские монеты... С. 62-69.
34 Там же. С. 72-74.
35 Там же. С. 167, 168.
36 Бауэр Н.П. Ук. соч. С. 316, 317; Лихачев Н.П. Ук. соч., 2. С. 178, 179, 183.
37 Аrnе Т.I. Ук. соч. С. 47.
38 Брем А.Э. Жизнь животных. - СПб., 1903. С. 692, 717.
39 Лихачев Н.П. Ук. соч. 2. С. 173; В.Л.Янин считает древнейшей русской печатью печать новгородского князя Изяслава Владимировича. Знак на этой печати очень похож на знак, изображенный на кирпиче Десятинной церкви: сокол на нем также не имеет хвоста. Янин В.Л. Древнейшая русская печать X века // КСИИМК, 57, 1955. С. 40.
40 Былины. I. - M., 1958. С. 318.
41 Там же. С. 10, 11.
42 Гильфердинг А.Ф. Собрание сочинений. I. - СПб., 1884. С. 247-248; Рыбаков Б.А. Древняя Русь (сказания, былины и летописи). - М., 1963. С. 54-58.
43 Гильфердинг А.Ф. Ук. соч. С. 247, 248.
44 Рыбаков Б.А. Ук. соч. С. 55.
45 Слово о полку Игореве сына Святославля внука Ольгова. - М., 1954. С. 4.
46 Там же. С. 6.
47 Там же. С. 18.
48 Там же. С. 32.
49 Там же. С. 34.
***
http://www.rustrana.ru/article.php?nid=32032
http://www.rustrana.ru/article.php?nid=4927
Вложение: 3716255_Rodovoy_znak_Ryurikovichey_velikih_knyazey_kievskih.pdf
Вложение: 3716705_Kvachkov_V.doc
Вложение: 3716255_Rodovoy_znak_Ryurikovichey_velikih_knyazey_kievskih.pdf
