-–убрики

 -ѕоиск по дневнику

ѕоиск сообщений в дочь_÷ар€_2

 -ѕодписка по e-mail

 

 -—татистика

—татистика LiveInternet.ru: показано количество хитов и посетителей
—оздан: 01.07.2013
«аписей: 2606
 омментариев: 11
Ќаписано: 2777

√Ћј¬ј XIV

—реда, 16 Ќо€бр€ 2016 г. 12:43 + в цитатник

Ќа следующий день тишина воцарилась у подножи€ ясной √оры, и монахи, воспользовавшись этим, еще усерднее зан€лись приготовлени€ми к обороне. Ћюди кончали чинить стены и куртины, готовили новые оруди€ дл€ отражени€ штурмов.

»з «дебова,  роводжи, Ћьготы и √рабовки €вилось еще человек двадцать мужиков, служивших когда-то в кресть€нской пехоте. »х прин€ли в гарнизон крепости и влили в р€ды защитников.  сендз  ордецкий разрывалс€ на части. ќн совершал богослужени€, заседал на советах, не пропускал дневных и ночных хоралов, а в перерывах обходил стены, беседовал с шл€хтой, кресть€нами. » при этом лицо и вс€ фигура его дышали тем покоем, какой бывает разве только у каменных изва€ний. √л€д€ на его лицо, побледневшее от усталости, можно было подумать, что он погружен в сладкий легкий сон; но тихое смирение и чуть ли не веселость, светившиес€ в очах, губы, шевелившиес€ в молитве, свидетельствовали о том, что он и чувствует, и мыслит, и жертву приносит за всех. Ёта душа, всеми помыслами устремленна€ к богу, источала спокойную и глубокую веру; полными устами пили все из этого источника, и тот, чью душу снедала боль, исцел€лс€. “ам, где белела его р€са, про€сн€лись лица, улыбались глаза, и уста повтор€ли: «ƒобрый отец наш, утешитель, заступник, упование наше». ≈му целовали руки и край одежды, а он улыбалс€ светлой улыбкой и шел дальше, а над ним витали вера и тишина.

Ќо не забывал он и о земных средствах спасени€: отцы, заходившие в его келью, заставали его если не коленопреклоненным, то склонившимс€ над письмами, которые он слал во все концы. ќн писал и ¬иттенбергу, главному коменданту  ракова, умол€€ пощадить св€тыню, и яну  азимиру, прилагавшему в ќполе последние усили€, чтобы спасти неблагодарный народ, и киевскому каштел€ну, которого шведы держали в —евеже как на цепи, св€зав его словом, и ¬жещовичу, и полковнику —адовскому, чеху и лютеранину, который служил у ћиллера и, будучи человеком благородной души, старалс€ отговорить грозного генерала от нападени€ на монастырь.

ƒва мнени€ столкнулись на совете у ћиллера. ¬жещович, разгневанный сопротивлением, оказанным ему восьмого но€бр€, прилагал все усили€, чтобы склонить генерала к походу, сулил в добычу несметные сокровища, твердил, что во всем мире есть лишь несколько храмов, которые могли бы сравнитьс€ богатством с „енстоховским vel ясногорским костелом. —адовский не соглашалс€ с ним.

— √енерал, — говорил он ћиллеру, — вам, покорителю стольких славнейших твердынь, что немецкие города справедливо зовут вас ѕолиорцетесом [186] , известно, каких жертв может стоить, сколько потребовать времени осада даже самой слабой крепости, если осажденные готовы боротьс€ не на жизнь, а на смерть.

— ƒа будут ли монахи боротьс€? — спрашивал ћиллер.

— ƒумаю, что будут. „ем богаче они, тем упорней будут защищатьс€, вер€ не только в силу оружи€, но и в св€тость места, которое, по католическому суеверию, почитаетс€ во всей этой стране как inviolatum [187] . ¬спомним германскую войну.  ак часто монахи подавали тогда пример отваги и стойкости в обороне там, где надежду тер€ли даже солдаты. “ак будет и на сей раз, тем более что крепость вовсе не так уж слаба, как хочет представить граф ¬ейгард. ќна расположена на скалистой горе, в которой трудно рыть подкопы; стены ее, если они даже не были в исправности, теперь уж наверно починены, что до запасов оружи€, пороху и провианта, то в таком богатом монастыре они неисчерпаемы. ‘анатизм воодушевл€ет сердца, и…

— » вы думаете, полковник, что они вынуд€т мен€ отступить?

— Ќет, не думаю, но полагаю, что нам придетс€ очень долго просто€ть у стен крепости, придетс€ послать за т€желыми пушками, которых у нас здесь нет, а ведь вам, ваша милость, надобно выступать в ѕруссию. Ќужно подсчитать, сколько времени можно нам уделить осаде „енстоховы, ибо король может раньше отозвать нас ради более важных прусских дел, и монахи тогда непременно рассеют слух, что они вынудили вас отступить. ѕодумайте, ваша милость, какой урон будет нанесен вашей славе ѕолиорцетеса, не говор€ уж о том, что м€тежники поднимут голову во всей стране! ƒа одно только намерение, — тут —адовский понизил голос, — осадить монастырь, если только оно разгласитс€, и то произведет самое дурное впечатление. ¬ы не знаете, ваша милость, и ни один иноземец, ни один непапист не может знать, что такое „енстохова дл€ этого народа. ћы очень нуждаемс€ и в шл€хте, котора€ так легко нам сдалась, и в магнатах, и в посто€нном войске, которое вместе с гетманами перешло на нашу сторону. Ѕез них нам бы не достичь того, чего мы достигли. Ќаполовину, — какое наполовину! — чуть не вовсе их руками захватили мы эту землю; но пусть только раздастс€ хоть один выстрел под „енстоховой, — как знать, быть может, ни один пол€к не останетс€ с нами. —толь велика сила суевери€, что может разгоретьс€ нова€ ужасна€ война!

ћиллер в душе сознавал, что —адовский прав, к тому же монахов вообще, а ченстоховских в особенности, он считал чернокнижниками, а чернокнижи€ шведский генерал бо€лс€ больше, чем пушек; однако, жела€ у€звить полковника, а быть может, просто продолжить обсуждение, он сказал:

— ¬ы, полковник, говорите так, точно вы и есть ченстоховский приор или… первый из тех, кто получил от него выкуп.

—адовский был смелым и гор€чим солдатом и знал себе цену, поэтому он легко оскорбл€лс€.

— Ѕольше € не скажу ни слова! — проговорил он надменно.

Ёта надменность, в свою очередь, возмутила ћиллера.

— ј € вас об этом и не прошу! — отрезал он. — — мен€ довольно и графа ¬ейгарда, он эту страну лучше знает.

— „то ж, посмотрим! — сказал —адовский и вышел вон.

¬ейгард и впр€мь зан€л его место. ќн принес письмо от краковского каштел€на ¬аршицкого, просившего не трогать монастырь; но вывод из письма этот черствый душой человек сделал пр€мо противоположный.

— «нают, что не защититьс€ им, вот и прос€т, — сказал он ћиллеру.

Ќа следующий день в ¬елюне было прин€то решение о походе на „енстохову.

–ешени€ этого даже не держали в тайне, поэтому профос велюньского монастыр€, отец яцек –удницкий, воврем€ успел отправитьс€ в „еистохову с вестью о походе. Ѕедный монах и в мысл€х не имел, что €сногорцы смогут защищатьс€. ќн хотел только предупредить их, чтобы они не растер€лись и выговорили хорошие услови€ сдачи. ¬есть удручила братию. Ќекоторые монахи совсем пали духом. Ќо ксендз  ордецкий ободрил их, жаром собственного сердца согрел их хладеющие души, дни чудес им обещал, даже само зрелище смерти изобразил при€тным и такое вдохнул в них мужество, что они невольно стали готовитьс€ к осаде, как привыкли готовитьс€ к большим церковным праздникам, то есть радостно и торжественно.

¬ то же врем€ светские начальники гарнизона, мечник серадзский и ѕетр „арнецкий, тоже зан€лись последними приготовлени€ми. Ѕыли сожжены все торговые р€ды, что лепились снаружи к крепостным стенам и могли облегчить непри€телю штурм, не пощадили даже домов, сто€вших у подножи€ горы, так что весь день крепость пылала в огненном кольце.  огда от палаток, бревен и досок осталось одно пепелище, перед монастырскими пушками открылось пустое и чистое пространство. „ерные жерла их свободно гл€дели вдаль, словно выжидали нетерпеливо врага, жела€ поскорее приветствовать его своим громовым раскатом.

“ем временем быстро надвигались холода. ƒул резкий северный ветер, гр€зь замерзла, вода в лужах подергивалась по утрам тонкой лед€ной корочкой.  сендз  ордецкий, потира€ посиневшие руки, говорил:

— Ѕог морозы пошлет нам в помощь! “рудно будет насыпать батареи, рыть подкопы, к тому же вы, смен€€сь, будете уходить в тепло, а им аквилоны скоро отобьют охоту к осаде!

»менно по этой причине Ѕурхард ћиллер хотел поскорее закончить осаду. ќн вел с собой дев€ть тыс€ч войска, преимущественно пехоты, и дев€тнадцать орудий. Ѕыли у него также две хоругви польской конницы; однако на них он не мог рассчитывать, во-первых, потому, что конницу он не мог употребить в дело при вз€тии крепости, сто€щей на горе, во-вторых, потому, что пол€ки шли неохотно и заранее предупредили, что никакого участи€ в осаде не примут. Ўли они больше дл€ того, чтобы в случае падени€ крепости охранить ее от алчных победителей. “ак, по крайней мере, толковали солдатам полковники. Ўли они, наконец, потому, что приказывал швед, а войско польское было все в его стане и вынуждено было ему подчин€тьс€.

»з ¬елюн€ в „енстохову путь недолгий. ¬осемнадцатого но€бр€ должна была начатьс€ осада. Ўведский генерал полагал, что на осаду понадобитс€ каких-нибудь два дн€ и крепость он займет путем переговоров.

“ем временем ксендз  ордецкий готовил человеческие души. —лужбы начинались, как в светлый праздник, и если бы не тревога, котора€ читалась на побледневших лицах, можно было бы подумать, что близитс€ ликующее и торжественное Alleluja [188] . —ам приор совершал литургию, звонили во все колокола. ѕосле литургии служба не кончалась: на крепостные стены выходил крестный ход.

 сендза  ордецкого, который нес ковчежец со св€тыми дарами, вели под руки серадзский мечник и ѕетр „арнецкий. ¬переди выступали служки в стихар€х, с кадильницами на цепочках, ладаном и миррой. ѕеред балдахином, который несли над головою приора, и позади его шествовала р€дами монашеска€ брати€ с устремленными горе очами, люди разного возраста, начина€ от др€хлых старцев и конча€ юношами, едва вступившими на послушание. ∆елтые огоньки свечей колебались на ветру, а они шли с песнопени€ми, всецело предавшись богу, словно позабыв обо всем на свете. «а ними виднелись подбритые чуприной головы шл€хтичей, лица женщин, заплаканные, но, невзира€ на слезы, спокойные, вдохновленные надеждой и верой. Ўли и мужики в сем€гах, длинноволосые; подобно первым христианам; маленькие дети, девочки и мальчики, смешавшись с толпой, присоедин€ли свои тоненькие голоса к общему хору. » бог внимал этой песне, этим открытым сердцам, уносившимс€ от уз земных под единственную защиту крыл господних. ¬етер стих, успокоилс€ воздух, небо поголубело, и осеннее солнце разлило на землю м€гкий светло-золотистый, еще теплый свет.

ќбойд€ стены, процесси€ не возвратилась в костел и не разошлась, шествовала дальше. Ќа лицо приора падали отблески от ковчежца, и оно, как бы золот€сь, казалось лучезарным.  сендз сомкнул вежды, губы его улыбались неземною улыбкою счасть€, радости, упоени€; душа его витала в небе, в си€нии, в вечном веселии, в безм€тежном покое. Ќо словно послушный велению свыше, он не забывал о земной сей обители, о люд€х, и о твердыне, и о том часе, который должен был скоро наступить, и останавливалс€ порою, открывал глаза, возносил ковчежец и благословл€л толпу.

ќн благословл€л народ, войско, хоругви, которые процвели, как цвет, и переливались, как радуга, потом благословл€л стены и гору, гл€девшую на окрестные долины, потом благословл€л пушки, маленькие и большие, €дра, свинцовые и железные, пороховые €щики, настилы дл€ пушек, горы страшных орудий дл€ отражени€ приступа, потом благословл€л деревни, лежавшие в отдалении, благословл€л полуночь и полудень, восход и заход, словно хотел на всю эту округу, на всю эту землю простереть могущество божие.

ѕробило два часа пополудни, а процесси€ все еще была на стенах. Ќо вот на подернутом синей дымкой окоеме, где небо, казалось, сливалось с землей, зама€чило, задвигалось что-то в тумане, выступили какие-то сперва смутные очертани€, которые понемногу становились все €вственней. ¬ конце процессии внезапно раздалс€ крик:

— Ўведы! Ўведы идут!

«атем воцарилась тишина, словно сердца остановились и замерли €зыки, только звонили по-прежнему колокола. Ќо вот в тишине прозвучал голос ксендза  ордецкого, громкий, но спокойный:

— ¬озрадуйтесь, брать€, ибо приблизилась година побед и чудес. — » через минуту: — ѕод твой покров прибегаем, богородица, царица небесна€!

“ем временем тучи шведов раст€нулись, словно зме€ непомерной длины, котора€ подползла еще ближе. ¬идны уже были ее страшные кольца. ќна то извивалась, то снова выт€гивалась, то сверкала на свету стальной чешуей, то снова темнела и ползла, ползла, выплыва€ из отдалени€.

¬скоре глаза, гл€девшие со стен, могли уже все различить. ¬переди шла конница, за нею пехота; каждый полк выт€нулс€ в длинный пр€моугольник, над которым поднималс€ лес копий, образу€ другой пр€моугольник, поменьше; дальше, позади пехоты, влеклись пушки с жерлами, обращенными назад и опущенными к земле.

Ћенивые тела их, черные и желтые, зловеще сверкали на солнце; за ними тр€слись на неровной дороге пороховые €щики и бесконечна€ вереница повозок с шатрами и военным снар€жением.

√розным и прекрасным было это зрелище боевого войска в походе; словно в устрашение €сногорцам текла перед ними за ратью рать. Ќо вот конница оторвалась от пехоты и артиллерии и помчалась рысью, покачива€сь, как волна, колеблема€ ветром. ¬скоре она разделилась на отр€ды, большие и маленькие. ќдни из них поскакали к крепости, другие в погоне за добычей рассыпались в мгновение ока по окрестным деревушкам; иные, наконец, стали объезжать крепость, осматривать стены, изучать местность, занимать ближние строени€. ќтдельные всадники все врем€ носились между крупными отр€дами конницы и пехотой, дава€ знать офицерам, где можно расположить солдат.

 онский топот и ржание, призывные крики, гул нескольких тыс€ч голосов и глухой стук орудий €вственно долетали до слуха осажденных, которые все еще спокойно, как на представлении, сто€ли на стенах, гл€д€ удивленными глазами на это шумное и беспор€дочное движение вражеских войск.

Ќаконец подошли и пехотные полки и стали рыскать вокруг крепости в поисках места получше, где можно было бы закрепитьс€. “ем временем конница ударила на „енстоховку, прилегающий к монастырю фольварк, где никакого войска не было, одни только мужики позапирались в своих хатенках.

ѕолк финнов, который дошел туда первым, €ростно обрушилс€ на безоружных мужиков. »х вытаскивали за волосы из хатенок, сопротивл€вшихс€ просто приканчивали; всех остальных выгнали из фольварка; конница ударила на них и разогнала на все четыре стороны.

≈ще раньше у монастырских врат затрубил парламентер с призывом ћиллера сдатьс€; но защитники, видевшие резню и зверства солдат в „енстоховке, ответили орудийным огнем.

“еперь, когда местные жители были изгнаны из всех близлежащих домов и строений и в них расположилс€ враг, надо было в первую голову разрушить строени€, чтобы шведы из-за прикрыти€ не могли наносить урон монастырю. —тены монастыр€ окутались дымом, будто борта корабл€, окруженного в бурю разбойниками. –ев орудий потр€с воздух, задрожали монастырские стены, зазвенели стекла в костеле и в домах. ќгненные €дра, описыва€ зловещие дуги, белыми облачками летели на убежища шведов, ломали стропила, кровли, стены и тотчас столбы дыма поднимались там, куда они падали.

ѕлам€ обнимало постройки.

≈два расположившись в них, шведы стремглав бросились вон и заметались, не зна€, где укрытьс€. —м€тение началось в их р€дах. —олдаты откатывали еще не установленные пушки, чтобы спасти их от €дер. ћиллер поразилс€: он никак не ждал такого приема и не думал, что на ясной √оре могут быть такие пушкари.

“ем временем приближалась ночь, надо было навести пор€док в войске, и ћиллер выслал трубача с просьбой о перемирии.

ќтцы охотно дали на это согласие.

ќднако ночью был сожжен еще один огромный амбар с большим запасом провианта, где сто€л вестландский полк.

ѕлам€ так быстро обн€ло амбар, €дра так метко падали одно за другим, что вестландцы не успели унести ни мушкетов, ни пуль, которые тоже взорвались в огне, разметав далеко вокруг пылающие головни.

Ќочью шведы не спали, они укрепл€ли стан, насыпали батареи дл€ орудий, наполн€ли землею плетеные, из ивн€ка, корзины.  ак ни закален был солдат за многие годы войн и битв, как ни храбр и стоек по природе, однако невесело ждал он наступлени€ нового дн€. ѕервый день принес поражение.

ћонастырские оруди€ нанесли шведам такой большой урон, что военачальники совсем потер€лись, — они решили, что войска окружили крепость без должной предосторожности и слишком близко подошли к крепостным стенам.

Ќо и утро, даже если бы оно принесло шведам победу, не сулило им славы, ибо что могло значить вз€тие небольшой крепости и монастыр€ дл€ покорителей стольких славных и стократ лучше укрепленных городов? “олько жажда богатой добычи поддерживала шведов, однако трепет, с каким польские союзные хоругви подходили к преславной ясной √оре, как-то передалс€ и им, с той лишь разницей, что пол€ки трепетали при мысли о св€тотатстве, а шведы бо€лись какой-то непостижимой, недоступной их разуму силы, которую они называли общим именем чар. ¬ерил в чары сам Ѕурхард ћиллер, как же было не верить солдатам?

ќни тотчас заметили, что, когда ћиллер подъезжал к костелу св€той Ѕарбары, конь под ним пр€нул внезапно, раздул храп, прижал уши и, тревожно фырка€, не хотел идти вперед. —тарый генерал ничем не выдал своего страха; однако на следующий день он перевел на эту позицию кн€з€ √ессенского, а сам отошел с крупными оруди€ми к северной стороне монастыр€, к деревне „енстоховке. “ам всю ночь рыли шанцы, чтобы утром ударить с валов по монастырю.

≈два забрезжил свет, началс€ артиллерийский бой; однако на этот раз первыми заревели шведские пушки. ¬раг не наде€лс€ пробить сразу бреши в стенах и пойти на приступ, он хотел только устрашить осажденных, засыпать €драми костел и монастырь, разжечь пожары, вывести из стро€ оруди€, перебить людей, внести см€тение в р€ды защитников.

Ќа монастырские стены снова вышел крестный ход, ибо ничто не воодушевл€ло так защитников, как зрелище св€тых даров и спокойно шествующих с ними монахов. √ромом на гром, молнией на молнию отвечали монастырские оруди€, насколько хватало огневой мощи, сил и дыхани€ в груди.  азалось, земл€ содрогаетс€ в самом своем основании.

„то за минуты, что за зрелище дл€ людей, — а таких было много в твердыне, — которые никогда в жизни не видели кровавого лика войны!

Ќепрестанный рев, молнии и дым, вой €дер, разрезающих воздух, страшный хохот гранат, визг снар€дов при ударе о мостовую, глухой гул при ударе о стены, звон разбитых стекол, взрывы фитильных бомб, свист их, треск и грохот настила, хаос, разрушение, ад…

» все это врем€ ни минуты отдыха, ни минуты передышки, чтобы вдохнуть воздух в полузадушенную дымом грудь, все новые стаи €дер, и в этом см€тении пронзительные голоса со всех концов крепости, костела и монастыр€:

— ѕожар! ¬оды! ¬оды!

— Ќа крыши с баграми! –€ден побольше, р€ден!

Ќа стенах крики разгор€ченных сраженьем солдат:

— ¬ыше орудие! ¬ыше! ћежду домами! ќгонь!

ќколо полудн€ смертный бой разгорелс€ с новою силой.  азалось, когда ул€жетс€ дым, шведы на месте монастыр€ увид€т лишь груды €дерных и гранатных осколков. »звесткова€ пыль от оббитых €драми стен уносилась вверх и, меша€сь с дымом, заслон€ла свет.  сендзы вышли с мощами, чтобы молитвою рассе€ть эту завесу, мешавшую защитникам.

ѕрерывистым стал рев пушек и частым, как дыханье задохнувшегос€ крылатого зме€.

¬незапно на башне, вновь отстроенной после прошлогоднего пожара, раздались голоса труб, величественные звуки песнопень€. ќни плыли с вершины, и слышно их было окрест, слышно повсюду, даже на шведских батаре€х.   звукам труб присоединились вскоре человеческие голоса, и среди рева, свиста и крика, грохота и грома мушкетов полились слова:

ѕресв€та€, преблага€,

Ѕогородица ћари€!

Ќо тут взорвалось сразу дес€тка два гранат, и на мгновение слух поражен был треском крыш и стропил, криком: «¬оды!» Ќо вот снова полилась песн€:

Ѕога-сына, господина,

ѕопроси и пошли

’лебный год, щедрый год.

—то€ на стене у пушки напротив деревни „енстоховки, где была позици€ ћиллера и откуда шведы вели ураганный огонь,  мициц отстранил менее искусного пушкар€ и начал стрел€ть сам.

Ќа дворе сто€л но€брь, и день выдалс€ холодный; но пан јнджей стрел€л так усердно, что вскоре сбросил нагольную лисью шубу, сбросил жупан и осталс€ в одних шароварах и рубахе.

” людей, незнакомых с войною, сердца наполн€лись отвагой при виде этого прирожденного солдата, которому все, что творилось кругом, — рев пушек, град пуль, разрушение и смерть, — казалось такой же привычной стихией, как саламандре огонь.

ќн брови супил, глаза его горели огнем, на щеках рдел рум€нец, и дикой радостью пылало лицо.  аждую минуту наклон€лс€ он над орудием, весь поглощенный наводкой, весь охваченный пылом сражени€, целилс€ самозабвенно, навед€ наконец пушку, кричал: «ќгонь!» — и когда —орока прикладывал фитиль, бежал на вал погл€деть и кричал оттуда:

— Ќаповал! Ќаповал!

ќрлиным взором пронзал он тучу дыма и пыли; завидев где-нибудь сбившиес€ в кучу шл€пы или шлемы, тотчас крушил и рассеивал их метким огнем, как громом.

ѕорою, когда разрушение было больше обычного, он разражалс€ смехом. ядра пролетали мимо и над головой, а он глазом не повел. ¬незапно после выстрела взбежал на насыпь, впилс€ глазами в даль и крикнул:

— ћы пушку разбили! “олько три теперь ревут!

ƒо полудн€ он и духу не перевел. ѕот заливал ему лоб, от рубахи шел пар, все лицо было в саже, глаза сверкали.

—ам ѕетр „арнецкий дивилс€ его меткости и в перерывах повтор€л:

— ¬ойна тебе не внове! —разу видно! √де это ты так научилс€?

¬ третьем часу на шведской батарее умолкла втора€ пушка, разбита€ метким выстрелом  мицица. ќставшиес€ две, шведы через некоторое врем€ скатили с насыпи. ¬идно, решили, что эту батарею удержать нельз€.

 мициц вздохнул с облегчением.

— ќтдохни! — сказал ему „арнецкий.

— Ћадно! ≈сть хочу, — ответил рыцарь. — —орока, дай чего-нибудь!

—тарый вахмистр справилс€ мигом. ќн принес водки в жест€ной кружке и в€леной рыбы.  мициц стал с жадностью есть, то и дело поднима€ глаза и гл€д€, как на ворон, на пролетавшие мимо гранаты.

ј летело их много, и притом не со стороны деревни „енстоховки, а вовсе с противоположной, это они перелетали через костел и монастырь.

— ѕлохи у них пушкари, слишком высока наводка, — сказал пан јнджей, не перестава€ есть. — ѕосмотрите, оп€ть перелет, все €дра на нас лет€т!

—лушал его молодой послушник, семнадцатилетний паренек, который только поступил в монастырь. ќн перед этим все подносил €дра и не уходил, хот€ войну видел впервые и от страха у него поджилки тр€слись. ¬ид€ спокойствие  мицица, он трепетал от восторга и теперь, услышав эти слова, невольно прижалс€ к нему, точно жела€ найти защиту под крылом столь могучего рыцар€.

— Ќеужто они могут попасть в нас с той стороны? — спросил он.

— ќтчего же нет? — ответил пан јнджей. — „то, милый, испугалс€?

— ћилостивый пан, — дрожа, ответил послушник, — € слыхал, что на войне страшно, но никак не думал, что может быть так страшно!

— Ќу, не вс€кого пул€ берет, а то бы и людей не осталось на свете, матери не успели бы народить.

— Ѕольше всего € боюсь этих огненных €дер, этих гранат. ѕочему они рвутс€ с таким треском? ћатерь божи€, спаси и помилуй! » почему так страшно калечат людей?

— ј € вот растолкую тебе, голубь ты мой, ты сразу и поймешь. ядро это железное, в середине полое, начинено порохом. ¬ одном месте у него просверлено очко, а в очке трубка сидит, бумажна€, а то и дерев€нна€.

— »исусе Ќазарейский! “рубка сидит?

— ƒа! ј в трубке клок пакли, пропитанный серой, он-то при выстреле и загораетс€. √раната трубкой должна на землю упасть, чтобы в середину €дра ее вбить, тогда огонь дойдет до пороха и разорвет снар€д. ћного гранат падает и не на трубку, но это ничего, — коль огонь дойдет до пороха, граната все равно взорветс€…

¬друг  мициц прот€нул руку и быстро произнес:

— —мотри, смотри! ¬он туда! ¬от тебе и пример!

— »исусе ’ристе! ƒева ћари€! — крикнул послушник, увидев лет€щую пр€мо на них гранату.

ћежду тем граната шлепнулась на раскат и, шип€ и поднима€ пыль, заскакала по мостовой, а за нею пот€нулась струйка голубого дыма; перевернувшись раз, другой, граната подкатилась к самой стене, упала на кучу мокрого песка, насыпанную до самого палисада, и, совсем потер€в силу, осталась лежать неподвижно.

  счастью, она упала трубкой вверх; но клок, видно, не погас, так как тотчас взвилс€ дым.

— Ќа землю! ѕадай ничком! — закричали испуганные голоса. — Ќа землю! Ќа землю!

Ќо  мициц в ту же минуту соскользнул по куче песка вниз, молниеносным движением ухватил трубку, дернул ее, вырвал из очка и, подн€в руку с пылающим клоком, закричал:

— ¬ставайте! ¬се равно что собаке зубы вырвал! —ейчас она и мухи не убьет!

— этими словами он ткнул ногой корпус гранаты. ¬се замерли, увидев этот геройский подвиг; некоторое врем€ никто слова не мог вымолвить, наконец „арнецкий крикнул:

— Ѕезумец! ¬едь если бы она взорвалась, ни синь пороха от теб€ не осталось бы!

Ќо пан јнджей разразилс€ таким неподдельным смехом, что зубы блеснули у него, как у волка.

— Ќебось порох осталс€ бы! ј разве он нам не нужен? Ќачинили бы €дра, и € бы еще после смерти набил шведов!

— „тоб теб€ громом убило! » где в тебе страх?

ћолодой послушник сложил руки и с немым восторгом смотрел на  мицица. Ќо подвиг рыцар€ видел и ксендз  ордецкий, который как раз направл€лс€ к ним. ќн приблизилс€, обеими руками обн€л голову пана јндже€, затем благословил его.

— “акие не сдадут ясной √оры! — сказал он. — Ќо € запрещаю тебе подвергать опасности свою жизнь, она нужна нам. ѕальба уже стихает, и враг уходит с пол€ битвы; возьми же эту гранату, высыпь из нее порох и отнеси ее богоматери. ћилей будет ей этот дар, чем все жемчуга и самоцветы, что ты подарил ей!

— ќтец! — воскликнул растроганный  мициц. — Ќу что тут такого! ƒа € дл€ пресв€той девы… Ќет, слов у мен€ не хватает! ƒа € муку, смерть готов прин€ть! я не знаю, что готов совершить, только бы послужить ей!

» слезы блеснули на глазах пана јндже€, а ксендз  ордецкий сказал:

— »ди же к ней с этими слезами, покуда они не обсохли! Ќиспошлет она тебе свое благословение, успокоит теб€, утешит, честью и славой увенчает!

— этими словами он вз€л пана јндже€ под руку и повел в костел; „арнецкий некоторое врем€ смотрел им вслед, а затем сказал:

— ћного видал € на своем веку храбрецов, которые ни во что не ставили pericula; но этот литвин сущий ч…

“ут пан ѕетр ударил себ€ по губам, чтобы черным словом не обмолвитьс€ в св€тыне.

(продолжение следует)

—ери€ сообщений " Ќ»√ј 2: ѕќ“ќѕ (“ќћ I)":
„асть 1 - „ј—“№ 1: ќ√Ћј¬Ћ≈Ќ»≈; ¬—“”ѕЋ≈Ќ»≈
„асть 2 - √Ћј¬ј I; √Ћј¬ј II
...
„асть 43 - √Ћј¬ј XII
„асть 44 - √Ћј¬ј XIII
„асть 45 - √Ћј¬ј XIV
„асть 46 - √Ћј¬ј V
„асть 47 - √Ћј¬ј XVI
„асть 48 - √Ћј¬ј XVII




 

ƒобавить комментарий:
“екст комментари€: смайлики

ѕроверка орфографии: (найти ошибки)

ѕрикрепить картинку:

 ѕереводить URL в ссылку
 ѕодписатьс€ на комментарии
 ѕодписать картинку