— Вот как Пушкина называют «солнцем русской поэзии», так и про Юрия Васильевича можно сказать, что Яковлев — это солнце русского театра, — торжественно говорит Людмила Максакова, — да, так и напишите. Равного ему на сей день я не знаю. Даже близко стоящего. Пусть друзья-коллеги не обижаются. Размах дарования необычайный; как говорил Вахтангов, «это умение играть всё: от высокой трагедии до водевиля». Всю жизнь его великой любовью был Антон Павлович Чехов. И он блистательно играл эту роль (т.е. самого Чехова) в спектакле 1965 года «Насмешливое мое счастье», да и в жизни следовал тем же принципам, которым следовал его герой: неси свой крест и веруй.

Бархатный голос, порода, масть. Яковлев не играет в «Берегись автомобиля» или в «Стариках-разбойниках», но благодаря закадровому голосу ощущение полное, будто у него там центральная роль; один из немногих в великой плеяде «закадровиков», в числе которых Зиновий Гердт, Ефим Копелян... Он может лишь сделать пару шагов по сцене — но это уже будет таинством, от которого побегут мурашки по коже.

— Как артиста я даже не берусь его обрисовывать, — говорит известный вахтанговец Евгений Князев, ректор «Щуки», — великий лицедей, богом данный. Мне довелось с ним играть в чеховской сценке «Дипломат» (пользовалась большим успехом), было множество гастролей по России... но я хочу сказать о другом. О том, как он прошел через трудные 90-е. Как человека-легенду, человека, которого как Артиста с большой буквы (вместе с Юлией Борисовой) восторженно принимали в Голливуде (после выхода легендарного «Идиота»), — как его бросила страна! Но он достойнейшим образом вел себя в этой ситуации. Хотя лишился заработка. Юрий Васильевич садился в машину, брал меня с собой, и мы ехали на какой-нибудь концерт, выступали в каких-то ДК... И он никогда, ну ни полслова не сказал плохого ни о стране, ни о людях, ни о том, что он имеет право на большее, а вынужден унижаться... Это настоящий пример мужественности, человечности, стоицизма.

— Есть чему поучиться нынешним актерам...

— Когда я смотрю на молодых артистов с их распальцовкой, с их требованиями к себе особого внимания («кто я — и кто ты?!») — невольно вспоминаю мартыновские строчки: «А ты, входя в дома любые — ты какой оставишь след?.. След, чтоб вытерли паркет?.. Или незримый прочный след в чужой душе на много лет?». Вот такой же прочный след оставляет Яковлев для всех последующих поколений: он-то настоящая звезда, хотя очень скромный... всегда довольствовался тем, что получал.

— Удивительно то, что даже в таком возрасте его артистическое обаяние не померкло...

— Абсолютно точно, и я очень хочу, чтобы нашелся режиссер (или пусть это будет наш Римас Туминас), который предложил бы Юрию Васильевичу еще одну работу. А мне, например, еще раз хочется поехать с ним в какую-нибудь поездку, чтобы посидеть вместе за столом, выпить по рюмочке, послушать уникальную остроумную историю, рассказанную его божественным голосом...

— С ним просто? Какой он в быту?

— Юрий Васильевич любит уединяться на даче, любит работать по саду-огороду, подрезать кустарники... И это удивительно представить — этакий Чехов, гуляющий с секатором по саду. У него никогда не было большого числа друзей, кроме, может быть, артиста Владимира Георгиевича Шлезингера (скончался в 1986-м), сейчас даже не знаю, есть ли у него друзья... всегда одинокий; и когда на гастролях — всегда один. Никуда не ходит. Ни с кем не лезет ни в какое общение. И это, может, правильно, потому что именно в этом он находит сосредоточение для своих настоящих и будущих работ.

— Когда говорят «карьерный, расталкивающий локтями» — не о нем...

— Нет-нет, он совершенно к этому не имеет отношения... да ему это и не надо: настолько ярок талант, что любая фраза, им сказанная, становится необычной, ни на кого не похожей... его, яковлевской.

Вахтанговцы неизменны в своих оценках, хотя это в какой-то мере приговор современному актерству...

— К сожалению, таких актеров, как Юрий Васильевич, сегодня нет, — говорит Лидия Вележева (сейчас с ним играет в дуэте в «Пристани»), — но помимо того, что он мегаталантище, Яковлев не просто пользуется своей внешней данностью, но всякий раз создает глубокий образ, буквально лепит его из своего тела, нутра... И он безумно благодарный партнер. Очень чувственный. Находясь рядом с Юрием Васильевичем, я всякий раз сдаю экзамен. Дай бог ему здоровья и новых ролей!