Исполняется 25 лет событиям, ставших судьбоносными для миллионов православных на Украине. 27-28 мая 1992 г. Собор епископов УПЦ (МП) избрал себе нового предстоятеля, запретив бывшего митрополита Киевского и всея Украины Филарета Денисенко в священнослужении.

Но окончательной победой Православия на Украине это, как показало время, не стало.

Рождённая во лжи

3 мая 1990 г. почил патриарх Московский и всея Руси Пимен. Местоблюстителем Патриаршего престола был избран митрополит Киевский Филарет (в миру Михаил Антонович Денисенко). Это практически означало избрание его предстоятелем Русской церкви (что, к тому же гарантировали местоблюстителю ответственные товарищи из Идеологического отдела ЦК КПСС). Переехавший в Первопрестольную Филарет уж и заказал патриарший куколь.

Всё вроде бы складывалось для амбициозного архиерея как нельзя лучше. К тому же, что в Киеве ему становилось всё более неуютно.

В порядке горбачёвской «демократизации» стала «возрождаться» т.н. «Украинская автокефальная православная церковь» («УАПЦ»). Так называемая, потому что Церковь истинная, согласно собственному вероучению, создана самим Христом в I в. н.э., тогда как «УАПЦ» была учреждена на территории оккупированной УССР согласно плану рейхминистра Розенберга, утверждённому Гитлером 8 мая 1942 г. В немецком обозе вожди «автокефалов» ушли Германию, а оттуда, как водится, перебрались в США и Канаду.

В конце 1989 г. одного из бежавших за океан лидеров гитлеровской генерации «УАПЦ» племянника Петлюры Мстислава Скрыпника «автокефалы» горбачёвского «призыва» объявили своим предстоятелем. Через полгода в киевском Доме Кино состоялся «Всеукраинский собор УАПЦ», который объявил о преобразовании данной структуры в т.н. «Киевский патриархат». Скрыпник, соответственно, становился «патриархом» (хотя ни одной церковью мира никогда не признавался даже простым церковнослужителем).

А вот Филарет в те же дни, наоборот, испытал крушение надежд.

Политбюро решило не вмешиваться в избрание патриарха. Дело в том, что местоблюститель был, конечно, «их человек» (агент КГБ с оперативным позывным «товарищ Антонов»), но очень уж близок он стал к председателю Верховной Рады УССР Кравчуку, проявлявшему сепаратистские наклонности (всего через месяц Рада примет декларацию о суверенитете). В итоге Филарет с треском проиграл выборы не только избранному патриарху Алексию II, но и занявшему второе место митрополиту Владимиру Сабодану. Участники собора не могли не знать, что Филарет два десятка лет докладывал «кураторам» о братьях-епископах и даже местами содействовал заведующему идеологическим отделом ЦК КПУ Кравчуку в его войне с Церковью. К тому же Михаил Антонович вёл явно не монашеский образ жизни, да и просто слыл самодуром.

«По возвращению в Киев Филарет пребывал в депрессии, – вспоминает тогдашний управделами УПЦ (МП) митрополит Ионафан. – Как-то раз он угрюмо сидел в алтаре Владимирского собора. Со словами утешения к нему подошел протодиакон Никита Пасенко: «Владыка! Не стоит так расстраиваться...» Тот поднял голову и несколько раз глухо повторил: «Отец Никита! Украину мы ему [патр. Алексию] не отдадим!»

И действительно, вскоре Филарет созвал архиерейское совещание Украинского экзархата, на котором «дал понять», что Москва, дескать, «благословила» создание автономной украинской церкви. При виде опешивших лиц епископов, он поспешил заверить, что ни о какой реальной автономии речь не идёт, а всё это – «лишь дымовая завеса для националистов».

Патриархию же Филарет стал шантажировать страшилками о якобы стремительной бандеризации массового сознания православных Украины. Мол, если не наделить украинский экзархат статусом автономной церкви, они перебегут к «автокефалам» и униатам, потому как сами неистово желают отделения от Москвы. Так, во время первого архипастырского визита патриарха Алексия в УССР в органе КПУ «Правда Украины» было опубликовано (очевидно, по распоряжению Кравчука), т.н. «Обращение украинского епископата к Патриарху» с просьбой предоставить Украинскому Экзархату широкую автономию. «Фабрикуя этот документ, Филарет вновь обманул украинских епископов, сказав, что делает это только для отвода глаз руховцев от нашей Церкви и для борьбы с унией, которая заявила о себе как о национальной украинской церкви, – заверяет митр. Ионафан. – Ему еще верили, и потому никто не думал о последствиях… Потом бывший Предстоятель не раз будет ссылаться на «документы», добытые таким нечестным путем, оправдывая свою раскольническую деятельность мнением «большинства».

Патриарх Алексий поверил (или просто уступил) чудовищной лжи Филарета (особенно об автокефалистских устремлениях православных на Украине) и благословил создание в лоне МП самостоятельной в управлении УПЦ.

Ещё не анафема, уже мафия

Уже в статусе предстоятеля Филарет принялся «зачищать» украинское «духовное поле» от конкурента в лице «патриарха Мстислава» и ещё одних возродившихся коллаборационистов – униатов. «Лидеры незаконной автокефалии стоят на националистических и сепаратистских позициях, – обличал он действительно сепаратистов, каковым ныне верно служит, обзывая теперь сепаратистами тех, кто борется за воссоединение страны, в которой он – Михаил Денисенко – родился. «Используя политическую ситуацию, сепаратистские силы способствуют распространению раскола по всей Украине, поставив себе целью ликвидацию УПЦ, которая пребывает в каноническом единстве с Московским патриархатом», – негодовал Филарет («Православный вестник» №10 от 1990 г.).

В обращении Президиуму Верховной Рады он обращал внимание законодателей на «противоправные и хулиганские действия групп экстремистов, которые называют себя автокефалистами и греко-католиками, специально привезенных из западных областей Украины».

Законодатели, впрочем, к тому времени приняли декларацию о независимости Украины. А уж после «обретения независимости» в итоге провала ГКЧП в Москве, Филарет понял, что ему вновь есть куда расти. Тем более что сведения о неблаговидной жизни и деятельности «тов. Антонова» стали просачиваться в российскую прессу, и он понимал, что единственная гарантия остаться на плаву – пристать к Кравчуку. А тому, как без пяти минут президенту «суверенной европейской державы» позарез требовалась «суверенная церковь». Желательно, не запятнанная фашизмом, а ещё лучше – каноническая. Посему в начале октября 1991 г. руководимый Филаретом собор УПЦ (МП) принял обращение к патриарху Московскому и всея Руси Алексию II с просьбой о даровании УПЦ автокефалии.

Это деяние, мягко говоря, не было воспринято всей полнотой Церкви на Украине, что только усилило недовольство православных Филаретом. К патриарху Алексию стали поступать из епархий телеграммы и протоколы приходских собраний с просьбой принять их в свою непосредственную юрисдикцию. Филарет в ответ разослал циркуляр об обязательном проведении собраний духовенства в поддержку решения собора УПЦ. Списки участников из числа духовенства с их подписями предписывалось доставить в канцелярию Киевской митрополии.

Подобным, попирающим принципы соборности Православной церкви, методам воспротивились епископы Буковинский Онуфрий, Тернопольский Сергий и Донецкий Алипий и вся братия Киево-Печерской лавры во главе с наместником архимандритом Елевферием Диденко. За это владыки были смещены с кафедр (а митрополит Одесский Агафангел за противление курсу на автокефалию был снят с кафедры ещё раньше). Но верующие взяли епархиальные управления «в осаду», не выпуская своих архипастырей. И хотя последним удалось уговорить паству подчиниться данному решению предстоятеля, православные приходы и целые епархии начали акции протеста. Имя Филарета во многих приходах прекратили поминать за богослужениями.

В конце концов, епископы Онуфрий Березовский и Сергий Генсицкий направили послания патриарху, в которых заявили об отказе от своих подписей под прошением Собора УПЦ об автокефалии.

Спрашивается, почему же они, не говоря уже о других епископах УПЦ (МП) ранее ставили свои подписи под подобными документами? На это ответит патриарх в 1992 г.: «Филарет – это мафия. Он не остановится ни перед чем, даже физическим насилием». Насколько могущественна эта мафия, Денисенко продемонстрирует уже в 1994-м – засылая боевиков на Кавказ, открывая оффшоры и банки для прокрутки средств от «распила» западной гуманитарной помощи для нищих украинцев.

Халиф на миг

К апрельскому архиерейскому собору РПЦ 1992 г. киевский митрополит подготовил очередной шантаж: если УПЦ не дают автокефалию, украинская делегация покидает зал, срывая тем самым собор.

И вот когда «настал тот час», за главой украинской делегации, направившемся к выходу, никто не последовал (приподнялись человек пять, но оглянувшись на зал, тут же сели)! Вся тщательно выстраиваемая в течение двух лет операция была проиграна мигом! Пришлось Филарету, не выходя из зала, возвращаться в президиум.

И тут уже, «не снижая темпа контрнаступления» участники собора поставили вопрос о смене предстоятеля УПЦ, как «не соответствующего требованиям, предъявляемым к личности, способной объединить вокруг себя всех православных клириков и мирян в Украине». «Идя навстречу» пожеланиям епископата, патриарх Алексий обратился к митрополиту Филарету с просьбой «ради блага православия на Украине, во имя спасения Церкви на Украине уйти со своего поста и предоставить епископам Украины возможность выбрать нового предстоятеля». Тому ничего не оставалось, как пред Крестом и Евангелием заверить собор, что «во имя мира церковного» он созовёт архиерейский собор УПЦ (МП), на котором подаст прошение об освобождении от обязанностей предстоятеля. Своё обещание скрепил он отсылом к завету Христа «да будет слово ваше: «да, да»; «нет, нет»; а что сверх этого, то от лукавого».

ВИДЕО: https://youtu.be/-pPAVM5-MTQ

С новым богом – «чисто» украинским

Вернувшись в Киев, Филарет созвал пресс-конференцию, на которой он объявил, что… «украинскому Православию дан богом», и, соответственно, покинуть престол не может. Под «богом» разумел он теперь очевидно президента Украины, на что косвенно указывал недельный период переосмысления Михаилом Антоновичем своего бытия. Как рассказывала родная дочь «монаха» Филарета Вера, перед пресс-конференцией её папа успел посовещаться с Кравчуком и своей давней сожительницей Евгенией Петровной (матерью Веры). Последняя якобы заявила: «Миша, ты хочешь пустить сюда (в резиденцию предстоятеля УПЦ на ул. Пушкинской) другого?! Если ты это сделаешь, я тебя сама пущу по миру с котомкой: расскажу все о наших отношениях!» Да и сам «Миша» позже в интервью газете «Бульвар» признался, что на этот шаг он решился по совету своего старого приятеля Кравчука.

Филарет полагал, что украинские архиереи не дерзнут выступить против его мафии, усиленной к тому же «авторитетом» президента и Верховной Рады (поддержкой которой он также успел заручиться). Однако по благословлению патриарха Московского старейший по хиротонии архиерей УПЦ (МП) митрополит Харьковский Никодим «дерзнул» созвать 27 мая 1992 г. собор епископов УПЦ (МП). Решением собора, на который Филарет не явился, он был смещен с Киевской кафедры и с поста предстоятеля УПЦ, а также запрещен в священнослужении. Ещё раньше, 6-7 мая 1992 г., Священный Синод РПЦ на своём расширенном заседании (на которое Филарет также не явился, хотя приглашался дважды) запретил киевскому митрополиту в период до Архиерейского Собора УПЦ действовать в качестве Предстоятеля, а именно: созывать Синод, рукополагать архиереев, издавать указы и обращения, касающиеся УПЦ». В качестве исключения указывался «созыв Архиерейского Собора УПЦ для принятия его отставки и избрания нового Предстоятеля».

Из двух десятков архиереев УПЦ сторону Филарета принял лишь один – епископ Почаевский Иаков. Но для рукоположения священноначалия в Церкви требуется по меньшей мере три правящих епископа, Иаков же был лишь викарным, а сам Филарет из епископского сана был уже извергнут. Эта парочка не могла рукополагать себе даже простых священников. К тому же 11 июня 1992 г. архиерейский собор РПЦ лишил всех степеней священства и Панчука. Так проект Филарета-Кравчука потерпел крах.

Нефашистская церковь хотя бы с намёком на каноничность не состоялась. Поэтому, наверное, неправильно называть деяние Денисенко расколом. Новую церковную структуру они с Иаковом ведь не создали. Это нельзя даже назвать «отколом». Ведь Филарет уже до того был уже запрещён в священнослужении.

И всё же раскол состоялся

21 июня 1992 г. в «Киевскую Патриархию УАПЦ» явились пять прокравчукоских депутатов Рады во главе с печально известным Червонием (тем самым будущим ровенским губернатором, который падёт жертвой молнии после заявления о том, что Московский патриарх посетит Ровно только через его труп) и сотрудниками аппарата президента. Делегация потребовала немедленно созвать «собор епископов» для приема в «УАПЦ» Филарета. «Это приказ Президента!» — было заявлено оторопевшему управделами «Киевского патриархата УАПЦ» Антонию Масендичу. Впрочем, в качестве «приданого» предлагалась украденная Филаретом казна УПЦ (МП) а также захваченные боевиками «Украинской национальной самообороны» (УНСО) Дмитрия Корчинского здание Киевской митрополии и Владимирский кафедральный собор.

На следующий день, не уведомив своего «патриарха» (живущего в США), Масендич срочно вызвал в Киев «епископов УАПЦ».

25-26 июня 1992 г. состоялось собрание нескольких «епископов УАПЦ» и депутатов Верховной Рады, названное «объединительным собором УПЦ и УАПЦ-КП». Решением «собора» обе структуры «упразднялись», а все их имущество и финансы были объявлены собственностью вновь созданной «УПЦ-КП». «Патриархом» оставался Скрыпник (всё ещё не подозревавший об упразднении его «церкви»), а его замом (невиданная ранее в истории Церкви должность) назначался Филарет.

Три «епископа УАПЦ» отказались участвовать в афере, покинув собрание.

Так было положено начало расколу. Но не Церкви на Украине, а т.н. «украинского православия». Которое тот же Филарет так неистово разоблачал за каких-то пару лет до ухода в антиканоническую «автокефалию».

«Автокефалия должна быть признана другими Православными Церквями, – совершенно справедливо утверждал он в газете «Советская Украина» от 9 мая 1989 г. – Как известно, в годы гражданской войны была создана Украинская Автокефальная Церковь, однако этот акт был незаконным. Поэтому в народе ее называли самосвятской Церковью. Затем она была распущена, а в годы войны, во время временной немецко-фашистской оккупации Украины, восстановлена, и сейчас отдельные приходы существуют за рубежом. Другие Православные Церкви их не признали. Так зачем нам сейчас отрываться от православного мира? Зачем нам такая Церковь, которая отгораживает нас от людей? … Говорят, нам нужна украинская Церковь. Но в такой постановке есть очевидный умысел. Русской наша Церковь стала называться еще со времен князя Владимира, то есть со времен, когда еще не было отдельно ни украинцев, ни белорусов, ни россиян. Уже 1000 лет она носит это название. Сейчас к ней относятся и эстонцы, и латыши, и мордва, и молдаване, и другие… Церковь многонациональная и название имеет то, которое получила еще во времена Киевской Руси».

И даже в 1991 г. обличал он «УАПЦ»: «Сегодня сторонники так называемой "Украинской автокефальной православной церкви"… при поддержке сил экстремистского характера разрывают не только хитон Единой, Соборной и Апостольской Церкви, но сеют вражду и братоненавистничество среди украинского народа».

В том же «Православном вестнике» №1 за 1991 г.) досталось от Филарета и новому его начальнику: «Все так называемые священнодействия, которые осуществляют священники и епископы этой "церкви", – неблагодатны. Об этом свидетельствует тот факт, что в Соединенных Штатах Америки ни одна юрисдикция не признает церкви Мстислава Скрыпника… В США есть Конференция канонических епископов, в которую Скрыпника просто не допускают, потому что не признают каноническим епископом. Тем более, его именование – Патриарх Киевский и всей Украины (которым ныне именуется сам Денисенко, – Д.С.) – это насмешка над Церковью… Присваивать Поместной Церкви патриаршее достоинство – это право всей Православной Церкви… С так называемым "патриархом" Мстиславом Скрыпником не может служить Божественную литургию ни один православный архиерей, ни на Украине, ни в США, ни в любой другой стране, потому что его церковь не принадлежит к семье Православных Церквей… Поэтому я считаю, что УАПЦ действительно независима, но независима от всего Православия» ("Православный вестник" №1 за 1991 г.).

1 июля 1992 г. упомянутый Скрыпник прибыл для выяснения отношений на Украину, где… сразу был изолирован в бывшем санатории ЦК КПУ под Киевом. На следующий день состоялась его встреча с президентом Кравчуком. Последнему Мстислав заявил что «объединительный собор» не имеет никакого отношения к «Киевскому Патриархату УАПЦ». Это, мол, не более чем личное дело Денисенко и «нечистоплотных политиков». Так и не договорившись с Кравчуком, и уж тем более с Филаретом, Скрыпник отбыл в США.

Тем не менее, Совет по делам религий при Кабмине принял документы «объединительного собора». Регистрация их была столь скоропалительной, что оказалась скрепленной печатью уж полгода как несуществующего Совета по делам религий при Совете министров УССР. Следовательно, не имела юридической силы.

20 октября 1992 г. «патриарх» Мстислав Скрыпник распространил Обращение к «епископату, духовенству и мирянам УАПЦ», в котором призвал не признавать «объединения». Обращение было принято к исполнению «Собором епископов УАПЦ Западной Европы».

10 ноября 1992 г. к Совету по делам религий обратились с открытым письмом прихожане первой в Киеве общины «УАПЦ», также осудив «объединительный собор».

На следующий день на Украину вновь прилетает Мстислав. На сей раз к нему допускают журналистов, которым он жалуется, что ему «даже негде переночевать».

В это же время проходит «архиерейский собор УПЦ-КП». Разумеется – без благословления якобы её же «патриарха», на который он отказывается прибыть. «Собор» принимает положение о возложении обязанностей «патриарха» на «синод» в связи с «постоянным пребыванием патриарха за пределами страны».

Находящийся в «пределах страны» Скрыпник подаёт заявление на имя президента Кравчука, премьера Кучмы и генпрокурора Шишкина с требованием отменить решение о ликвидации «УАПЦ», возвратить все права «законно избранному Поместным Собором УАПЦ патриарху», а также привлечь к уголовной ответственности организаторов «УПЦ-КП». После чего он отбывает в США, где через полгода и умирает, так и не дождавшись решения по своему заявлению. Которое последовало буквально через неделю после его смерти.

На основании заявления нардепа Головатого (ныне член Венецианской комиссии) Генпрокуратура Украины подала протест в отношении регистрации «УПЦ-КП». Однако до суда дело не дошло – генпрокурор Шишкин был снят с должности по настоянию Кравчука, а Коллегия Генпрокуратуры распущена.

Осенью того же года «Беркут» разогнал демонстрацию сторонников «УАПЦ» под Администрацией президента. На следующий день были задержаны семь «архиереев УАПЦ» за протесты против правового произвола в отношении «УАПЦ» и требования возвращения имущества, в том числе здания «патриархии».

И вновь облом

В октябре 1993 г. состоялись выборы нового «патриарха УАПЦ». И вновь экс-агента КГБ «прокатили» (в чём преемников коллаборационистов можно понять). Во избежание полного провала затеи с «УПЦ-КП» вице-премьер Жулынськый дал по телефону команду избрать «патриархом» бывшего оуновца и советского диссидента (правда, также доносителя, о чём, впрочем, знали не многие) Васыля Романюка Но украденная-то казна УПЦ (МП) оставалась при «заместителе патриарха» (не говоря уже об «исчезнувших» деньгах партии, заблаговременно вложенных Кравчуком в Филарета и приумноженных последним в собственном банке). Поэтому банкет по случаю интронизации нового «украинского патриарха», который Филарет готовил в честь себя, был отменён без предупреждения. Украинской «элите» оставалось лишь расцеловать замки на воротах Мариинского дворца.

В конце октября 1993 г. Кравчук направил Константинопольскому патриарху Обращение с просьбой поспособствовать «утверждению на Украине Автокефальной Православной Церкви (УПЦ-КП)». Однако тут же предмет прошения стал разваливаться изнутри. «УПЦ-КП» в течение месяца покинули пять «архиереев» во главе с «отцом-возродителем» – Антонием Масендичем. Более того, все они выступили с покаянным обращением, в котором призвали свою бывшую паству вернуться в каноническую Церковь, ибо Филарет и его лжецерковь «ведут их к вечной погибели».

О том же подумывал и Романюк. «Своим “патриаршинством” он совсем не дорожил, зная ему цену, – признавался его ближайший помощник, «наместник патриаршего подворья архимандрит Викентий», – Филарета иначе, как “скотиной” не называл. В последние месяцы своей жизни он хотел отправить Филарета на покой, издал указ об его увольнении, вышел на контакты с иерархами канонической Церкви, хотел соединиться на канонических основах, с покаянием». Кстати, и покойный Скрыпник 19 декабря 1992 г. на встрече с представителями местной власти в Харькове заявил, что с предстоятелем УПЦ (МП) митр. Владимиром «можно иметь контакт не фальшивый а действительный».

Вряд ли это было желание присоединить «УАПЦ» именно к Московскому патриархату. Как пишет лично знавший Романюка глава пресс-службы УПЦ (МП) Василий Анисимов, «никаких иллюзий о своей “патриаршей благодати” он не питал, не без юмора говоря, что “ее у нас с гулькин нос”, но Романюк не скрывал, что цель “УПЦ-КП” – не служение Богу, а “борьба с Москвой”». Скорее всего, в общении с новым предстоятелем УПЦ (МП) прощупывалась склонность последнего к действиям по обретению УПЦ (МП) канонической автокефалии.

Вследствие ли общения с митр. Владимиром Сабоданом или по более практичным соображениям, но Романюк приступил к поиску «приватизированной» казны УПЦ (МП). В 1995 г. обратился за содействием в управление по борьбе с организованной преступностью, указав, что Филарет еще до развала СССР конвертировал 3 млрд. руб. и разместил их на зарубежных счетах. Также Романюк попросил выделить ему охрану, заверив, что Филарет попытается его «отравить или расправиться». Круглосуточная охрана просителю была выделена на три дня подготовки и проведения «синода УПЦ-КП». За это время (в том числе и ночью) было пресечено пять попыток нападения филаретовцев и депутатов на «патриарха» (что зафиксировано в милицейском отчете). И всё же в итоге 4 мая 1995 г. Филарет был уволен с должности «заместителя патриарха».

А через десять дней «патриарх» был обнаружен в ботаническом саду мёртвым с переломами рёбер и следами от уколов в сердце. Как рассказал тогдашний глава «Отдела внешних церковных сношений УПЦ-КП архим. Викентий, «Незадолго до смерти Романюк взломал какую-то дверь на Пушкинской и таки нашел архив Филарета, где находились копии за много лет донесений Филарета в КГБ Украины и даже обращение о том, что он сыграл какую-то выдающуюся роль в Чехословацких событиях 1968 года, а правительство не решает его квартирных и бытовых проблем». По словам «архимандрита», «Романюк был очень рад этой находке, поскольку Филарет всегда кичился тем, что имеет на всех компромат, собранный КГБ, а здесь оказался компромат на самого Филарета».

Попытка №5

Мечта Денисенко о пошитом ещё в 1990 г. патриаршем куколе (пусть и московского кроя) наконец осуществилась 21 октября 1995 г., когда на «поместном соборе УПЦ-КП» он избрал себя «патриархом». «Во избежание недоразумений», случавшихся при предыдущих четырёх попытках, «выборы» проходили на безальтернативной основе. А «недоразумения» вполне ожидались (ещё 10 августа «собор благочинных епархий УПЦ-КП западной Украины» обратился к Филарету с требованием снять свою кандидатуру на патриарший престол и «активизировать диалог» с канонической Церковью) и таки случились: в знак протеста против «избрания Филарета» очередная часть «епископата УПЦ-КП» (представлявшая две трети «епархий») прямо с «собора» ушла в «УАПЦ». Последнюю 5 июня 1995 г. официально восстановил Совет по делам религий, для которого утративший президентский пост Кравчук более не являлся авторитетом.

Филарет вновь остался в подавляющем его амбиции меньшинстве. Поэтому 22 октября 1995 г., вступая на «престол», он в первой же своей проповеди в качестве лжепатриарха страстно призывал к «диалогу любви» с униатами. Теми самыми, которыми пугал Московскую патриархию, требуя для Церкви на Украине сначала автономию, а затем и автокефалию.

Впрочем, «любовь с униатами» – совершенно новая страница в развитии «украинского православия». Достойная отдельного исследования.

Дмитрий Скворцов,

http://alternatio.org/articles/item/51287-

Я наблюдаю все эти разгорающиеся перед Днем Победы споры уже десяток лет. Знаю, откуда и какие будут вбросы, источники, персоналии. Какие темы будут подняты.

И хотел бы поделиться с уважаемыми согражданами опытом.

Помните, в школе была математика? А на математике была такая процедура, как «сокращение уравнения»?

Так вот, все вбросы к 9 Мая можно также «сократить» до изначального посыла, скрытого под внешними морализаторскими ухищрениями. А сократив их и выделив главное, можно с той же математической точностью описать источник посыла и его интересы.

«Нечестная Победа»

Первая группа вбросов такова: «Трупами завалили», «Индустриализацию вам американцы сделали», «Победил лендлиз», «Космодемьянская — ненормальная», «Заградотряды и штрафбаты» и так далее.

Вторая группа: «Защищали ГУЛАГ», «Всех пленных репрессировали», «Изнасиловали два миллиона немок», «Сталин хуже Гитлера», «Равная роль СССР и Германии в развязывании войны», «Сталин тоже хотел всех евреев уничтожить»…

Есть еще третья группа, но о ней немного позже.

Эти группы разделены по объектам, на которые направлены. Первая группа направлена на силу советского народа и советской страны.

Цель создателей этих вбросов в том, чтобы показать: пусть победа и была на стороне СССР, но эта победа не заслуженная. Она либо является чужой заслугой — например, союзников. Либо достигнута нецивилизованными, нечестными методами.

То есть Победа — не настоящая. Это отрицание Победы как результата превосходства в материальной силе — науке, промышленности, военном деле.

Краткий посыл: «Нет, вы не сильнее».

Вторая группа утверждений, исторических мифов и вбросов группируется вокруг другого объекта — правоты СССР в войне. Ими отвергается моральное право нашего народа на Победу. Отрицается его моральное превосходство.

То есть, эта Победа — не победа Добра. А победа одного зла над другим, пока Добро страдало в углу или спасало рядового Райана.

Что в итоге сводится к посылу «Нет, вы не лучше».

Не лучше кого? Не сильнее кого?

«Вы не лучше нас», конечно. И что же это у них за «мы»?

«Мы» — это цивилизация Запада, которая объявила себя сейчас единственной цивилизацией человечества. А до этого, воплотившись в Третьем Рейхе, — объявляла себя сверхчеловечеством.

Что в принципе — одно и то же.

Мы были лучше

Это отрицание — отрицание поражения претензии на сверхсилу. Потому что СССР («русские») оказались сильнее. Они лучше воевали. Они были храбрее, были лучше вооружены. Их танки были лучше. Их ученые и инженеры «от сохи» были умнее и профессиональнее отпрысков инженерных европейских династий.

Калашников — гений. А Шмайсер — усердный хорошист, который Михаилу Тимофеевичу годится только в подмастерья.

«Тигр» — отличная машина. Но ИС — лучше.

Да — в основе Т-34 лежал «Кристи». Но ни к 41-му, ни к 45-му году никто из авторов или обладателей «Кристи» не смог создать ничего подобного.

Да, лендлиз был. Это были целых 2% от ВВП СССР. Но он был и в другую сторону, в частном порядке.

Да, индустриализация была во многом проведена с помощью западных технологий. Но разве американские заводы не трудились исправно и на Рейх?

Наши генералы из народа — хитрее и коварнее прусской, французской и любой другой военной аристократии.

В русском, казахе, грузине и прочих советских народах, надевших ватник — одежду войны и труда, — оказалось достоинства, ума, благородства, храбрости больше, чем во всех них вместе взятых, вместе с их мундирами.

Расплата падших: Роман Носиков о «Бессмертном полке» и смысле нашей Победы

Их отрицание Победы — отрицание морального превосходства советского народа над ними. Они не могут признать своего падения. Когда одна часть Европы ревела «Зиг хайль!» — вторая пила баварское, бургундское, работала на заводах, в ресторанах и борделях.

И если бы не де Голль и Британия — позор был бы полным и окончательным.

Можем повторить

Есть и третья группа утверждений. Красочным примером для нее может служить статья Юлии Латыниной «Не можете повторить».

Процитирую:

«Можете повторить? Что? Взятие Берлина?
<...>
Но, простите, чтобы воевать, нужно оружие. 15 тыс. танков? 10 тыс. самолетов? Кто будет заведовать этим производством? Ротенберг? Ковальчук? Илья Елисеев из фонда «Дар»?
<...>
Посмотрите на карту, господа, — я вам открою великую тайну — там, по пути на Берлин, члены НАТО и Евросоюз. Вместе с кем вы будете воевать?
<...>
Что вы будете бомбить — свои виноградники в Тоскане, свои особняки в Лондоне и свои виллы в Ницце? Как говорил Станиславский, не верю. Куда же вы будете посылать детей и где же вы будете хранить наворованное?
<...>
Не можете. И слава богу».

Что тут является предметом атаки? Преемственность.

«Вы — не ваши предки. Вы — выродились, а мы — стали сильнее и готовы попытаться еще раз».

Да, мы изменились. Мир изменился. Нет у нас Сталина и Берии. К добру или к худу, но нет. Есть только Путин и Рогозин. Нет в союзниках США и Англии. Есть Осетия, Науру (это, кстати, маловероятно). Китай. Индия. Иран. Латинская Америка.

Да, элита у нас — не образец. А когда она была шоколадом? Против кого Берия заводил при НКВД Главное экономическое управление? Против рабочего класса, что ли? Не за это ли вы его так ненавидите?

Наверное, всего этого было бы недостаточно против Третьего Рейха и фюрера. Его штурмовиков, СС.

А где они, кстати?

Войну заканчивают герои

Где они, ваши фюреры, Юлия Леонидовна? Порошенко с «тербатами»? Меркель? Макрон? Хиллари Клинтон? Качиньский?

Где эти стальные легионы сверхчеловеков, готовые доказать свой статус в схватке не с полуголыми неграми в Африке, а с русскими, казахами, чеченцами и другими народами в российской форме?

Так что, может, не так все и плохо? А, Юлия Леонидовна? Может, не так все «слава Богу»?

Мы — несовершенны. У нас лишний вес, потребительство, блуд, пьянство, кризис среднего возраста, облысение и реновация.

А у предков были бараки, вши, нехватка образования и нацкадры.

Андрей Союстов: Зачем нам нужен Парад Победы

Тут ведь дело не только в тех, кто начал войну. А в тех, кто ее закончил. В огонь войны попадают все — собственники, трусы, двоеженцы, дураки, суеверы, жадины… А заканчивают ее герои, из которых огонь выжег грязь и оставил только чистое золото.

Что они хотят от нас — нам неизвестно. Известно только то, что избежать своей судьбы никому не дано.

Так что на все эти «Вы не сильнее, вы не лучше, не можете повторить» есть только один правильный ответ:

«Вы фашисты. Мы — лучше. Хочешь проверить, похож ли я на прадеда, — попробуй, фашистская гадина».

Роман Носиков

Для начала небольшой ликбез, что такое штрафной батальон и история этого явления. Штрафные части – специальные воинские формирования в армии, куда во время войны или боевых действий в качестве своеобразного наказания направляются провинившиеся военнослужащие, совершившие самые разные преступления. Впервые в России штрафные формирования появились еще сентябре 1917 года, однако из-за полного коллапса в государстве и развале в армии, данные части не принимали участия в боях и были впоследствии расформированы. Штрафные батальоны в РККА появились на основе сталинского приказа №227 от 28 июля 1942 года. Формально, данные формирования в СССР существовали с сентября 1942 по май 1945 года.

Миф 1. «Штрафные части в РККА были многочисленны, половина красноармейцев воевала в штрафбатах».

Обратимся к сухой статистике численности штрафников в СССР. Согласно, архивным статистическим документам, численность (округленно) штрафников в РККА: 1942г. – 25 т. 1943г. – 178 т. 1944г. – 143 т. 1945г. – 81 т. Всего – 428 т. Таким образом всего в штрафных частях во время великой отечественной войны побывало 428 тысяч человек. Если учесть, что за время Великой Отечественной Войны, ряды вооруженных сил Советского Союза прошло 34 млн. человек, получается доля солдат и офицеров которые были штрафниками не более 1,25%[1]. Исходя из приведенных выше статистических данных, становиться понятным, что численность штрафных батальонов сильно преувеличена и влияния штрафных частей на общую обстановку как минимум не решающая.

Миф 2. «Штрафные части формировались только из заключенных и преступников СССР».

Данный миф разбивает собственно текст самого приказа №227. «…Сформировать в пределах фронта от одного до трех (смотря по обстановке) штрафных батальонов (по 800 человек), куда направлять средних и старших командиров и соответствующих политработников всех родов войск, провинившихся в нарушении дисциплины по трусости или неустойчивости, и поставить их на более трудные участки фронта, чтобы дать им возможность искупить кровью свои преступления против Родины». Для рядовых бойцов и младших командиров, виновных в аналогичных нарушениях, в пределах армии создавалось от 5 до 10 штрафных рот (от 150 до 200 человек в каждой). Таким образом стоит отличать штрафную роту и батальон, это принципиально разные боевые части.

Штрафные батальоны формировались из офицерского состава, которые провинились перед социалистическим отечеством, а не преступники, которых специально собрали в отдельный батальон, что бы их «немцы убили». Конечно, в штрафные части могли попасть не только военнослужащие, направлялись так же и лица, осужденные органами Советского Союза, но судам и военным трибуналам было запрещено отправлять осужденных в качестве наказания в штрафные части лиц, которые были замешаны в контрреволюционной деятельности, а так же лиц осужденных за грабежи, разбой, многократное воровство и всех лиц которые имели в прошлом судимость за выше перечисленные преступления, а так же тех кто не один раз дезертировал из РККА. По остальным делам, для отправки лица на службу в штрафные части, учитывалась личность осужденного, подробности совершения преступления и другие подробности дела. Не всем и не каждому выпадал шанс искупить своё преступление кровью перед Родиной.

Миф 3. «Штрафбаты были небоеспособны».

Однако наоборот, штрафные батальоны отличались серьезной боеспособностью и ставили эти части на самые опасные, и трудные участки фронта. Штрафные батальоны не нужно было насильно поднимать в бой, желание вернуть офицерские погоны и реабилитироваться перед Родиной было крайне велико.

По воспоминаниям Александра Пыльцина (российский и советский писатель, участник Великой Отечественной войны, историк. Награждён дважды орденом Красной Звезды, орденом Отечественной войны II степени, орденом Красного Знамени и медалью «За отвагу»): «Наши подразделения были срочно переброшены на самое опасное направление, усилив собой боевые порядки полка. Перемешавшись с его солдатами, мы заметили, что в их рядах возникло какое-то оживление. Ведь понимали они, что рядом с ними в роли рядовых бойцов находились недавние офицеры в самых разных званиях и в атаку они пойдут вместе. И в них будто влилась какая-то свежая необоримая сила».

Во время наступления на Берлин штрафникам приказали первыми форсировать Одер и создать плацдарм для стрелковой дивизии. Перед боем они рассуждали так: «Хоть сколько-нибудь из более чем сотни штрафников роты, да доплывут, а если доплывут – то не было еще у них невыполнимых задач. И пусть маленький плацдарм захватят, но будут удерживать его до последнего. У штрафников назад пути не будет», – вспоминал Пыльцин. [2]

Миф 4. «Солдат штрафных частей не жалели и отправляли на убой».

Обычно данный миф идет рядом с текстом из сталинского приказа №227 «...поставить их на более трудные участки фронта, чтобы дать им возможность искупить кровью свои преступления против Родины». Однако, почему-то забывают привести специальные пункты из «Положения о штрафных батальонах действующей армии», в котором указанно: «п.15. За боевое отличие штрафник может быть освобожден досрочно по представлению командования штрафного батальона, утвержденному военным советом фронта. За особо выдающееся боевое отличие штрафник, кроме того, представляется к правительственной награде». Исходя из этого становиться понятно, что главное для освобождения от наказания штрафбатом является не смерть и «пролитие крови», а боевые заслуги.

Конечно, штрафные части теряли больше солдат чем обычные гарнизоны РККА, однако не стоит забывать, что их отправляли на «самые трудные участки фронта», при этом штрафные части показывали свою боеспособность. К примеру, по результатам Рогачевско-Жлобинской операции в феврале 1944 года, когда Восьмой штрафной батальон действовал в тылу врага в полном составе, из чуть более 800 штрафников, около 600 были переведены в обычные части РККА, без «пролития крови», а именно за боевые заслуги перед Родиной. Редкая боевая задача выполненная штрафниками, оставалась без внимания командования и награждения солдат. Командование было заинтересованно в отбывания наказания красноармейцев в штрафных частях и в выполнении приказа, а не в их бессмысленной смерти на фронте. В своё время, К.К. Рокоссовский, хорошо охарактеризовал слова «искупить кровью», как не более чем эмоциональное выражение, призванное обострить чувство долга и ответственности на войне за свою вину.

Миф 5. «Штрафники шли в бой без оружия».

На самом деле, штрафные батальоны, имели вооружение ничуть не хуже чем в обычных частях РККА, а кое-где - даже и лучше, связано это было с тем, что эти части отправляли, как правило, только на «самые сложные участки фронта». Из воспоминаний уже упомянутого выше А.В. Пыльцына: «Хочу обратить внимание читателя на то, что наш батальон постоянно пополнялся новым оружием в достаточном количестве. У нас уже были ещё не широко применяемые в войсках новые автоматы ППШ вместо ППД. Получили мы и новые противотанковые ружья ПТРС (т.е. Симоновские) с пятизарядным магазином. И вообще недостатка в оружии мы никогда не испытывали.

Об этом я говорю потому, что нередко в послевоенных публикациях утверждалось, будто штрафников гнали в бой без оружия или давали одну винтовку на 5—6 человек и каждый, кто хотел вооружиться, желали скорейшей гибели того, кому оружие досталось. В армейских штрафных ротах, когда их численность превышала иногда тысячу человек, как мне рассказывал уже через много лет после войны офицер Михайлов Владимир Григорьевич (к сожалению, теперь уже покойный), командовавший тогда такой ротой , бывали случаи, когда просто не успевали подвезти нужное количество оружия и тогда, если перед выполнением срочно поставленной боевой задачи не оставалось времени на довооружение, одним давали винтовки, а другим — штыки от них. Свидетельствую: это никак не относилось к офицерским штрафбатам. Оружия, в том числе и самого современного, там всегда хватало» [3].

Таким образом, подходя к вопросу о штрафных частях, не в коем случае нельзя говорить о бесполезности таких подразделений и тем более отрицать героизм солдат, которые точно также сражались за свободу и независимость социалистического Отечества, как и другие части РККА. В тоже время, ни в коем случае нельзя говорить, что всё держалось на штрафных частях, что кругом были штрафные части и что их использовали как «пушечное мясо». Это самое настоящие кощунство по отношению к людям, которые прошли штрафные подразделения СССР.

[1] ЦАМО РФ. Картотека Военно-медицинского музея по учету госпиталей.
[2] Пыльцын А. В. «Штрафбат в бою. От Сталинграда до Берлина без заградотрядов».
[3] Пыльцын А. В. «Страницы истории 8-го штрафного батальона Первого Белорусского фронта».