История Нелли Блай – это история неутомимой путешественницы и авантюристки, «прабабушки» журналистики расследований.

Американская девочка Элизабет Джейн Кокран из штата Пенсильвания выросла в непростых условиях. У неё было 12 братьев и сестёр. Их отец, предприниматель и судья, умер, когда ей было всего 6 лет, а отчим страдал алкоголизмом, отчего семья быстро скатилась в безденежье.

Когда Элизабет было 20 лет, а именно в 1884 году, её внимание привлекла колонка в местной газете «Pittsburgh Dispatch». В статье содержались высказывания, дискриминирующие женщин. Как возмущённая читательница Элизабет написала свой протест в газету, а и её письмо на столько понравилось своими аргументами и слогом главному редактору Георгу Маддену, что он тут же предложил пылкой девушке самой поработать в их издании журналисткой. Элизабет согласилась и стала писать под псевдонимом «Нелли Блай» по названию популярной в то время песни.


Поначалу репортёрская работа нравилась Нелли. Она занималась социальными вопросами, писала о тяжёлой жизни в трущобах и проблемах работниц местного завода, в 1886 году она полгода провела в Мексике, собирая материал для репортажей о коррупции и бедственном положении простых мексиканцев, однако редакция «Pittsburgh Dispatch» всё больше старалась навязать Нелли «более женские» темы, такие как садоводство или светские приёмы. Не желая ограничиваться предлагаемыми рамками, журналистка была в конце концов вынуждена искать себе другую работу.

В 1887 году Блай увольняется и переезжает из Питсбурга в Нью-Йорк, где ей предлагает работу Джозеф Пулитцер, редактор газеты «New York World». Первым же заданием Нелли на новом рабочем месте стало исследование условий содержания в местном заведении для душевно больных женщин. Редактор не настаивал на этом задании, т.к. для его выполнения требовалось изрядное количество отваги и актёрских способностей, репортёрке пришлось бы симулировать психическое заболевание, чтобы попасть в закрытое медицинское учреждение. Однако, к удивлению Пулитцера, Блай тут же согласилась, хотя и беспокоилась о том, сможет ли она достаточно убедительно изобразить болезнь и о том, как в конце эксперимента ей удастся снова выйти на свободу.

Готовясь к редакционному заданию, Нелли читала литературу по психиатрии и часами тренировалась перед зеркалом, изображая немигающий взгляд «в пустоту». Наконец, представившись Нелли Браун, журналистка попросилась на ночлег в дом для работающих женщин, где и приступила к имитации сумасшествия.

Нелли рассказывала всем, что приехала с Кубы, иногда вставляла в свою речь фразы в роде «Si, Señor», говорила, что не знает, где её чемоданы и демонстрировала полную дезориентацию в происходящем, сокрушаясь, что все вокруг «сошли с ума». В конце концов, девушку действительно отправили на освидетельствование врачей, которые на удивление легко поставили ей диагноз и отправили в тот самый дом для душевно-больных женщин на острове Блэкуэлл, куда она и стремилась.

Нелли провела в сумасшедшем доме 10 дней. Она была поражена ужасными условиями содержания больных. Их часами держали в холодной воде, плохо кормили, так, что те практически голодали, женщинам приходилось сносить побои со стороны персонала, среди которого нередко встречались даже бывшие заключённые, т.к. для такой работыв подобных медицинских заведениях особых требований к претендентам в то время не предъявлялось. Даже врачи чаще всего не имели специального психиатрического образования.

Как только журналистка оказалась в сумасшедшем доме, она тут же стала снова нормально себя вести, реагировала и разговаривала так же, как и в обычной жизни. Однако, к её удивлению, это уже не имело никакого значения. Один раз признанная сумасшедшей, она оставалась таковой в глазах персонала вне зависимости от того, как она себя вела в дальнейшем. Нелли отметила, что многие женщины в сумасшедшем доме были не более сумасшедшими, чем она сама, но шансов выйти оттуда ни у кого уже практически не было.

Через 10 дней с большим скандалом Джозефу Пулитцеру удалось освободить журналистку из заточения, предоставив властям гарантии, что Блай попала туда по редакционному заданию. В результате расследования был опубликован материал, который шокировал общественность своими откровениями. Финансирование психиатрии было улучшено, Нью-Йорк выделил дополнительные 1,5 миллионов долларов на «социальные заведения». Кроме того были проведены реформы в самой системе здравоохранения.

Можно смело утверждать, что расследование Нелли Блай, вызвавшее оживлённую общественную дискуссию, стало переломным моментом в развитии не только американской, но и европейской психиатрии.

Пример Нелли Блай стал заразительным. После её знаменитого пребывания в сумасшедшем доме в США появилась целая плеяда девушек-журналисток «Girl Stunt Reporter», которые, пользуясь тем, что общество по-прежнему не воспринимает их всерьёз, вскрывали в своих репортажах проблемы общества, проникая в такие места, в которые журналисту-мужчине было бы попасть куда сложнее.

Через год после своего пребывания в сумасшедшем доме неутомимая Нелли в качестве репортёрки решила совершить кругосветное путешествие вслед за героем романа Жюля Верна «Вокруг света за 80 дней». Она проделала путь в 32.800 км, начав своё путешествие 14 ноября 1889 г. в Нью-Йорке, проехав по Англии, Италии, через Цейлон, Китай, Японию и Сан-Франциско. По дороге Блай отклонилась от маршрута, чтобы встретиться с самим Жюлем Верном и взять у него интервью.


Блай удалось побить рекорд литературного героя, преодолев весь путь за 72 дня и 6 часов. Когда она вернулась в редакцию 25 января 1890 года, её восторженно встретили сотрудники газеты, поклонники, а также телеграмма с поздравлениями: «Я нисколько не сомневался в успехе Нелли Блай. Она показала свое упорство. Ура в ее честь! Жюль Верн». Журналистка Блай стала первой женщиной, которая смогла повторить подобное путешествие, тем самым став примером новой женщины в новом мире, где женщины могут не только стоять у плиты и писать о садоводстве.

В 1895 году Нелли вышла замуж за миллионера Роберта Симона, который был на 40 лет старше её. У пары не было общих детей, а взрослые дети Роберта не очень ладили с молодой мачехой. После смерти супруга Блай на какое-то время перестала заниматься журналистикой, ведя дела компании мужа. Однако позже она снова вернулась к написанию репортажей. Так в 1913 году она писала о заседании на тему избирательного права для женщин, а в 1914 об открытии восточного фронта в начале Первой Мировой Войны.

Она умерла от пневмонии в нью-йоркской больнице St. Mark's Hospital 27 января 1922 года, в возрасте 57 лет, и была похоронена в скромной могиле на кладбище Woodlawn Cemetery в Бронксе (Bronx).


Автор текста: Жанна Крёмер

Источник: http://baj.by/be/node/18490