Полотно Павла Ходоровича «Лиза», представленное на выставке «Селфи». Фото: Ольга Бубич
Театр начинается с вешалки, а выставка «Селфи» в минском Дворце искусства – с предновогодней распродажи верхней одежды. Пробравшись сквозь толпы желающих обновить зимний гардероб на ярмарке, «Журнал» заглянул на молодежную выставку автопортретов и попытался понять, что же представляет собой молодое беларусское искусство.
«Селфи» – прекрасный пример попытки создать экспозицию, которую объединяли бы не только крыша Дворца искусств и знакомые имена участников, но и единая концепция. А это пока еще редкость для беларусской художественной среды.
Одна из главных организаторов выставки, руководительница молодежной секции Беларусского союза художников Дарья Бунеева подчеркивает, что организаторам было действительно важно уйти от традиционного подхода выставки-«сборной солянки».
«При этом мы старались создать концепцию, которая была бы достаточно широкой и давала художникам максимальные возможности для самореализации» , – говорит Дарья.
«Праект “Сэлфі” прапануе мастакам звярнуцца як да тэмы самарэпрэзентацыі чалавека, для якой ў сучасным свеце ў сувязі з пашырэннем інтэрнэт-тэхналогій і сацыяльных сетак адкрыліся новыя, яшчэ не асэнсаваныя магчымасці, так і да больш вузкай тэмы аўтапартрэта», – гласил один из финальных абзацев текста, приглашающего к участию.
Однако, тут же осторожно добавлялась оговорка: «Аўтапартрэт, пры гэтым, можа разглядацца як у прамым сэнсе гэтага слова, так і ўключаць у сябе творы іншых жанраў, дзе асоба мастака праяўляецца ў больш апасродкаваных формах».
Удивительно, но между предложением «звярнуцца да тэмы самарэпрэзентацыі ў сучасным свеце» и лазейкой, позволяющей, фактически, раздуть до бесконечности тематику произведений, «представляющих» «асобу мастака ў больш апасродкаваных формах», многие беларусские художники выбрали именно второй вариант.
Так, выставку, на которой организаторы ожидали увидеть «новыя, яшчэ не асэнсаваныя магчымасці», вместо результатов рефлексий и саморепрезентации заполнили экзерсисы в ключе «я нарисовал ботинки (заливную рыбу, Гагарина, соседку у окна) – ну, я так себя вижу!».
Но даже оставив без комментариев живописное полотно с ботинками – фактически копию известной работы Ван Гога – действительно важно и нужно задать вопрос о том, как на выставку автопортретов попали почти учебные постановочные портреты?
Организатор Дарья Бунеева подтверждает:
«Если подходить к вопросу соответствия произведений концепции выставки очень формально, то да – каждое является “селфи”. Даже если автор принес кучу пейзажей с летней практики, это про него многое говорит. А если серьезно, то, конечно, многие художники просто принесли то, что у них было, и это грустно. Хотелось бы, чтобы больше произведений создавались специально для выставки, чтобы художники читали концепцию, думали над ней. Очень часто накануне выставки я слышала вопрос от художников: “Так это обязательно должен быть автопортрет – или можно тащить все, что угодно?”»
Фрагмент экспозиции молодежной выставки «Селфи». Фото: Ольга Бубич
Многие художники сетуют на нехватку площадок, скучные темы и тяжелые времена. Но когда им предлагают поистине неисчерпаемую тему, позволяющую уделить время самому себе и заглянуть в глубины творческого «я», они от этой возможности просто отказываются. Проще принести что-то, что есть под рукой в пылящейся коллекции.
Многие работы на выставке датированы еще 2000–2010-ми. К 2015 году у многих творческих умов не возникло желания, даже зная о выставке заранее, задать самим себе вопрос: а кто же я такой?
Избрав для обозначения ключевого понятия выставки неологизм «селфи», который ассоциируется, прежде всего, с цифровыми технологиями, организаторы призывали художников к новому взгляду на традиционный еще со времен Альбрехта Дюрера жанр. Но призыв был услышан не всеми.
Отдельно удивили участники выставки, чьи кочующие работы, видимо, остались в экспозиции с предыдущего показа – «“Осеннего салона” с Белгазпромбанком». То ли авторы их забыли на стенах, то ли полотна настолько многогранны, что и в «салон», и под автопортрет с натяжкой подойдут – а дальше, глядишь, еще и к какой-нибудь новогодней экспозиции сгодятся…
Фрагмент экспозиции молодежной выставки «Селфи». Фото: Ольга Бубич
Один из первых примеров присутствия образа автора в произведении датируется 490 годом до нашей эры. Тогда древнегреческий скульптор Фидий включил себя в группу персонажей на картине «Битва Амазонок».
Во времена средневековья художникам было запрещено изображать себя в произведениях, эта тема была табуированной из-за тесной связи искусства и религии.
Но как и чем можно объяснить нежелание многих сегодняшних беларусских художников направлять анализировать свой собственный внутренний мир? А не селедку, соседку, кота, виды мифического Минска и, пожалуй, самую любимую беларусскими художниками тему – «метаморфозы». А именное такое название дают своим произведениям сегодняшние молодые авторы чаще всего. Если не ударяются в модную нынче любовь к иностранным словам – вроде «Space», «Frog» – и даже «Marina Tsvetaeva»…
Очень смело и актуально на выставке «Селфи» смотрится четко прочитываемый блок работ молодых фотографов – проекты Анны Бунделевой «Мой воображаемый воротник» и Василисы Поляниной-Календы «Двойственность восприятия» и «Вода как сама». Их проекты – очередное свидетельство передовых позиций фотографии в контексте сегодняшнего беларусского искусства.
Фрагмент проекта Анны Бунделевой «Мой воображаемый воротник» на молодежной выставке «Селфи». Фото: Ольга Бубич
Все они представляют собой прочтение темы автопортрета в координатах сегодняшнего времени, ставят проблемы размытой идентичности, засилья цифровых технологий. Каждый из проектов подкреплен пояснительным текстом, вводящим зрителя в смысл концептуальной визуальной игры авторов, несомненно приглашающим к размышлению.
Почему же многие молодые беларусские художники так поверхностно относятся к себе самим и не стесняются приносить на выставки национального уровня старые работы или работы, совершенно не вписывающиеся в концепцию экспозиции?
Ответ на этот вопрос неожиданно получаешь, когда за спиной закрываются двери Дворца искусств. Вереницы людей спешат, поднимаясь по ступенькам здания, которое могло бы стать если не храмом искусства, то, как минимум, площадкой для развития критической мысли… купить себе на распродаже шубу.
В фойе Дворца искусств. Лестница, ведущая на республиканскую выставку «Селфи». Фото: Ольга Бубич
Во Дворце искусств нет образовательных центров, книжных магазинов с книгами по искусству или каталогами выставок. Здесь нет ни арт-кафе, где можно обменяться впечатлениями об увиденной экспозиции, недостаточно часто для встреч с художниками или круглых столов используется конференц-зал. Зато бойко продаются шубы и церковная утварь.
И под такой же невидимой шубой из абсурда, суеты потребления, необходимости зарабатывать, а не рефлексировать, и спит беспробудным сном сегодня беларусский художник. И снятся ему, видимо, виды мифического Минска, соседка у окна и кот, перетекающий плавными метаморфозами во что-то, что разобрать уже сложно…
