- Извините, Вы по-голландски разговариваете? - красивая стюардесса-малайка наклоняется к моему креслу. "Вы ведь тоже в Амстердам летите? А то у нас тут пассажирка из Голландии совсем не понимает по-английски".

Что ей ответить? Не знаю я голландского. Но за последние два дня я подтвердила существующую теорию, что когда людям необходимо общаться они могут передавать и читать мысли.

Началось все с того, что из Окланда до Брисбена я летела рядом с пожилой парой из Швейцарии. Зачатки моего немецкого позволили понять про сына и двух внучек в Новой Зеландии. Но самое главное, что когда в самолете обнаружилась серьезная поломка, я смогла объяснить про задержку рейса, необходимость прохождения таможни и тд.

Уже в аэропорту передача мыслей на расстоянии стала необходимостью: еще одна пожилая пара практически довела до нервного срыва служащих аэропорта. Они оказались румынами. Худенькая скорбная женщина с застывшим горем в глазах и высокий старик в дешевой джинсовой куртке. Как неравнодушный человек, я попыталась помочь. Они не понимали по-русски, по-английски и по-немецки. Я совсем не знала румынского. Что самое удивительное - у меня получилось поговорить. Служащие аэропорта благодарно молчали, пока я объясняла про то, что румынам надо будет вселиться в гостиницу, для этого надо использовать ваучер на такси, им предоставят завтрак, в такое-то время надо вернуться в аэропорт на регистрацию и т.д.

РУмынская женщина быстро-быстро заговорила, на глазах - слезы. И я почему-то понимаю, что их должны встречать, что все жутко беспокоятся. Что в Окланде живет взрослая дочь и внук. Со вздохом вытаскиваю свой мобильник и предлагаю ей позвонить родственникам. Говорю: " Только быстро". Объяснять про дорогой роуминг бессмысленно. Они долго копаются, выискивая телефоны. Для них набираю номер дочери. Потом им на мой телефон звонят другие родственники, страстно благодаря меня: "Спасибо, мадам. Дай вам Бог здоровья". Потом румынка тискает меня в объятьях, а ее муж трясет мне руку. И я забываю про дорогой роуминг и платные входящие. Может и моей маме кто-то поможет в пути. Хотя пусть уж лучше она выучит английский.

Все-таки люди - очень подвижны психикой и примеры, как хорошие так и плохие, действуют на них. Одинокая мама-англичанка с двумя близнецами, поселенная в ту же гостиницу, что и моя пара румынов, берет их с собой в такси. А на следующий день я лицезрею, как старушка нянчится с двумя очень подвижными мулатами-близнецами, пока мама оббегает местные киоски и лавки.

Незабываемые воспоминания.

Я пробираюсь между кресел к голландке, болезненно пухлой блондинке. К счастью, передача мыслей опять сработала Пассажирка поняла, что ей придется перекомпостировать билеты на следующий рейс до Амстердама. Мне легче: благодаря природной общительности я уже сделала это в Брисбене. Голландка нервничает - как она перекомпостирует билеты, если в Куала Лумпуре скорее всего никто не говорит по-голландски?

Малазийка смотрит на меня своими блестящими глазами. ЗА ней стоит ее подруга, а из подсобных помещений с любопытством выглядывает их коллега-стюарт. Я опять вздыхаю и обещаю проводить голландку до регистрации, уже зная о том, что буду бежать на свой самолет, теряя авторучки, краснея-бледнея от перепада температур и сжимая в потной ладошке посадочный талон.

Зато все счастливы. Стюардесса благодарит меня от имени Малайзийских авиалиний и кланяется.

Я заметила, что только азиаты умеют кланятся так, что это не ущемляет их достоинства. Поклон выражает почтение и уважение. Я тоже киваю в ответ.

В благодарность за мой подвиг полиглота ха ха ха, стюардесса пишет мне на бумажке основные малайские фразы. " Terima Kasih" means "Thank you" - старательно выговаривает она.

Малазийки исключительно красивы. Тонки станом, крупноглазы, большероты. Цвет кожи - смуглый, как кофе с молоком. Очень мало кофе, но много молока :) Им идет яркий грим. Они так же ярки, как и малайская природа.
Мужчины почему-то наоборот некрасивы.

Не могу заснуть в самолете. Я перечитываю малайские фразы: "Хорошо - Bagus, Плохо - Buruk". Наблюдаю за облаками, смотрю фильмы и поедаю все, что предлагают. Совсем скоро я буду на земле. И говорить я буду исключительно по-русски.