Говорят, жизнь во дворце — это мечта. Так говорят те, кто видел дворец только снаружи. Снаружи он правда прекрасен. А я, кажется, начинаю понимать одну неприятную вещь: это всё не так весело, как кажется, дворцовая жизнь сильно переоценена... Сначала думаешь: красота, роскошь, тебя все берегут, кормят и никуда не выпускают без крайней необходимости. Потом понимаешь: последнее — не то, чтоб преимущество. Дворец действительно красивый, если смотреть на него глазами гостьи. Высокие стены, коридоры, служанки, которые готовы подать все раньше, чем ты успеешь подумать, и лестницы, по которым положено спускаться величественно, а не как я — придерживая живот и мечтая о чем-нибудь съедобном. Когда ты внутри... дворец может оказаться очень похожим на клетку. Золотую, конечно, с мягкой постелью, хорошей едой, заботой, охраной... но клетка от этого не становится просторнее. Сначала мне казалось, что это пройдет. Что я просто устала, что после всего случившегося странно ждать от себя спокойствия. Но чем дольше я смотрю на эти коридоры, тем отчетливее понимаю: замок может стать клеткой не потому, что тебя запирают на ключ. Иногда достаточно, чтобы все вокруг знали, как для тебя лучше. Вэл говорит, что это ради безопасности. Я знаю, почему так происходит. После всего, что случилось, Вэл боится. Он, конечно, никогда не скажет это прямо, скорее откусит себе язык, чем признается, что боится того, что может снова потерять меня. Но я вижу по тому, как он задерживает взгляд у дверей, прислушивается к шагам в коридоре. Я тоже боюсь. Только я начинаю бояться и другого: что однажды проснусь и пойму, что моя жизнь стала клеткой, где все сделано ради моего "блага". Теперь я стою посреди замка и начинаю понимать, что дверь может быть открыта, и все равно ты никуда не выйдешь: за дверью охрана. Вэл смотрит слишком внимательно. Каждый теперь считает мою безопасность чем-то вроде государственной задачи. А государственные задачи, как я уже успела заметить, редко спрашивают, удобно ли тебе быть задачей. Вокруг меня медленно смыкаются золотые прутья. Самое ужасное — я не могу даже злиться на это. Я все понимаю. После того, что произошло, после крови и страха, после моего возвращения — как не бояться? Как Вэлу не сжимать пальцы каждый раз, когда я делаю шаг туда, где он не может встать передо мной? Но понимание не делает клетку менее... клеткой.

Если ты живешь здесь каждый день, замок вдруг оказывается не сказкой. Вэл как бдуто нужен всем, кроме меня. У него дел больше, чем у нормального живого существа должно быть. А я остаюсь в этом огромном замке и начинаю чувствовать себя очень дорогим украшением.

Когда я остаюсь одна среди всей этой роскоши, выясняется, что мне не нужны ни золото, ни шелк, ни идеальный ужин. Мне нужен Вэл. И торт. Обязательно торт. Причем не любой. Потому что обычный торт, который принесут слуги — это просто сладкое. А торт, который Вэл раздобыл сам, почему-то сразу становится в десять раз вкуснее. В нем появляется что-то совершенно особенное. Может, вкус победы. Может, вкус его внимания. Может, я просто окончательно попала под власть неписанных беременных законов, которые нарушать их опаснее, чем дворцовый этикет.

Вэл занят. Постоянно. Я это понимаю. У него сейчас столько дел, что, кажется, даже тень за ним не успевает. Его вызывают, ждут, о чем-то спрашивают, от него требуют решений, присутствия, силы, спокойствия. А я… я остаюсь ждать. Я вижу что он хочет остаться по его лицу, по тому, как он задерживается у двери, но уже мысленно стоит в другом месте, где его ждут дела, люди, опасности и решения. Он мой муж, но еще и принц. Дракон, на которого смотрят с ожиданием. А я жду его. И это, как выяснилось, занятие не из легких. Мне бы хотелось быть разумной. Очень хотелось бы сказать себе: Исилен, не веди себя как избалованная девица, у него важные дела. Каралис не перестанет требовать внимания только потому, что тебе захотелось, чтобы муж сидел рядом и держал тебя за руку.

Я знаю, он не виноват. У него дела. Много дел. Очень много дел. Драконьи, королевские, опасные, важные — такие, рядом с которыми мой внезапный вопрос о том, почему обычный торт не такой вкусный, как украденный мужем, выглядит совсем несерьезно. Хотя это важный вопрос. Потому что торт, который принес Вэл, вкуснее. Даже если он такой же. Даже если его испек тот же повар. Даже если я понимаю, что это глупость, беременный каприз и вообще «Исилен, будь взрослой женщиной». Не получается!

Зато я открыла важный беременный закон. Если торт просто принесли — он вкусный. Если

На Праздник Осеннего Равноденствия сайт по молекулярной генетике mytrueancestry сделал своим пользователям подарок: предоставил для сравнения ДНК большого количества образцов из Финских захоронений 10-13 в.
У нашей семьи оказалось с ними на столько близкое родство, что формулировки были "На 99% ближе, чем у других пользователей", а на сайте огромное количество пользователей, в том числе и куча финнов.

Граница дневника открыта.
Закрыта часть написанных постов.
Здесь чёрные фигуры из крестов,
и белые фигуры из гранита.
Здесь есть надежда и далёкий свет,
А больше ничего здесь, в общем, нет.

«Вса́дники» (др.-греч. Ἱππεῖς; на аттическом диалекте Ἱππῆς) — четвёртая известная пьеса древнегреческого комедиографа Аристофана. Комедия впервые была представлена на празднике в честь бога вина и виноделия Диониса Ленеи в 424 году до н. э.

Ссылка на канал приюта

https://www.youtube.com/channel/UCdt7xN0txoeZwP2QR586ULg/videos
 

Ссылка на канал приюта

https://www.youtube.com/channel/UCdt7xN0txoeZwP2QR586ULg/videos

смотреть фидео

м

ЛЮДИ!! ПОЖАЛУЙСТА ПРОЦИТИРУЙТЕ К СЕБЕ В ДНЕВНИК ЭТОТ ПОСТ. ЭТИМ МАЛЫШАМ БОЛЬШЕ

НЕ НА КОГО РАССЧИТЫВАТЬ КРОМЕ ВАС,((

Дорогие друзья, доброго времени суток!

По многочисленным просьбам и по велению богов, для вас открылась новая Школа - Школа_Пограничье.

Снова Сентябрь и мы вновь идём учиться, познавать и делиться опытом, мудростью и наблюдениями. Помогать друг другу и приятно проводить время в тёплой компании.

Приглашаю вас, дорогие. Врата Школы открыты для всех желающих. 

Добро пожаловать.

Будьте любимы и согреты. 

Идрия Солнц.

Школа на Лире - Школа_Пограничье

Школа в ВК - Школа Пограничье