Нет электричества



Вчера в моем доме, и во всех домах рядом, не было электричества весь день.
В четыре часа дня уже стало темно, а в моей квартире не оказалось ни одной свечки. Я сидел у окна, ждал вечера, чтобы поехать в театр и смотрел на трактор, который месил грязь и ворчал во дворе: они меняли весь день трансформатор у нас во дворе.

Сто лет не было так тихо вокруг.
Как это просто.
Выключить этот долбаный ящик, выключить свет (вырубить, весь, совсем), выключить этот идиотский компьютер и кучу с навозом в интернете, убрать всё, всё, потом сесть у окна и смотреть, как падает снег, как идут мрачные прохожие по темному двору, как стоит серое дерево, стоит, мерзнет. Смотреть на эту грязную зиму-осень, потом - в небо, слушать только себя, вспоминать детство - так же было тихо, когда в деревне на сутки или на неделю выключали свет, на столе стояла керосиновая лампа, чадила, пахло в доме керосином, и мы так жили, долго жили, целую зиму.

Вечером в квартире загорелся свет и опять понеслось: компьютер - Боже, я ведь не смотрел всех новостей, не отвечал на письма! Телик - Боже, как много интересного!
Говно всё это поганое. Суета мерзкая.
Надо найти свечку, зажечь ее у окна, сесть и, портя зрение, читать хорошую книгу.

" ... Центральные бульвары пахли бензином и духами, боковые улички - ванилью, овощами, винными лавками, непроветренными постелями, гигантские железо-стеклянные рынки - всеми дарами моря и земли. В старых, взбирающихся на холмы извилистых улицах, где жили те, чье мускульное напряжение наполняло город золотом и роскошью, пахло жареной картошкой, мокрыми опилками кабачков, ацетиленовыми фонарями уличных палаток, где жарились вафли и крутились пестрые рулетки ..."

Тысячу раз читал всё у Алексея Толстого. И снова могу читать, запросто, будто заново.

" ... Вранье и сплетни. Я счастлив... Вот настал тихий час: сижу дома, под
чудеснейшей лампой, - ты знаешь эти шелковые, как юбочка балерины, уютные
абажуры? Угля - много, целый ящик. За спиной горит камин. Есть и табак, -
превосходнейшие египетские папиросы. Плевать, что ветер рвет железные
жалюзи на двери. На мне - легче пуха, теплее шубы - халат из пиринейской
шерсти. Соскучусь, подойду к стеклянной двери, - Париж, Париж! ..."

А это как замечательно:

" ... У нее было мелкое личико в веснушках, локти и колени - синие. Музыка
еле-еле слышно наигрывала вальс "На волнах Рейна". Все глядели на
девственный живот этой женщины. Она поднимала и опускала руки, переступала
на голых цыпочках, но на животе не шевелился ни один мускул. Живот казался
почему-то голодным, зазябшим, набитым непереваренным картофелем ..."

Недавно студентам рассказывал про этот живот, "набитый непереваренным картофелем" (меня в детстве, когда первый раз читал это - это просто поразило: какой образ потрясный) и не мог вспомнить, а где это у Толстого?

С помощью поиска в интернете за пять минут нашел. Не надо листать всё собрание сочинений. Это рассказ "Черная пятница".

Вот тебе и электричество.

http://kolyadanik.livejournal.com/847849.html