Какова реальность «того, что должно быть»? Обладает ли это вообще какой-то реальностью? Человек склонен к насилию, но «должен быть» миролюбивым. Какова реальность этого «должен быть»? — и зачем нам оно? Если это разделение исчезло, станет ли человек самодовольным, благодушным, принимающим всё? Приму ли я насилие, если у меня нет идеала ненасилия? Ненасилие проповедовалось с древнейших времён: не убий, будь сострадателен, и так далее; факт таков: человек склонен к насилию, и это — «то, что есть». Если человек принимает это как неизбежность, он действительно становится самодовольным, благодушным, как сейчас.
Человек принял войну как часть жизни и воюет, несмотря на тысячи религиозных, общественных и иных санкций, призывающих его: «Не убий», — не только человека, но также и животных; но он убивает животных, чтобы есть их, и он идёт на войну. Так что не будь идеалов, вам пришлось бы остаться с тем, что у вас есть. Сделало бы это вас самодовольным, благодушным? Или тогда у вас хватило бы энергии, интереса и жизненных сил, чтобы разрешить «то, что есть», — найти из него выход?
Не является ли идеал ненасилия бегством от факта насилия?
Когда ум не убегает от факта насилия, встречает его лицом к лицу, без осуждения, — тогда этот ум действительно обладает качеством ненасилия. Такой ум не приемлет насилия; насилие не сводится к причинению боли или к убийству кого-то; насилие, в равной степени, — это и искажение, подражание, имитация, следование социальной морали или своей собственной особой морали.
Любая форма контроля и подавления есть форма искажения и потому насилие.
Конечно, чтобы понять «то, что есть», необходима напряжённость, чуткость к реальности. То, что действительно есть, — это разделение, созданное человеком через национализм — одну из главных причин войны; мы принимаем национализм, поклонение флагу; есть еще религиозные деления на христиан, буддистов, тех или других. Не можем ли мы быть свободными от «того, что есть», наблюдая реальность как факт? Вы можете быть свободными от этого, когда ум не искажает того, что наблюдает.
Джидду Кришнамурти
