Волшебная история жизни Макса Фактора
Кремы этого рязанского парфюмера были настолько хороши, что придворные дамы перевезли его в Петербург и передавали из рук в руки буквально под конвоем. С трудом сбежав от них, а заодно и из России, Макс Фактор поселился в Лос-Анджелесе, где сначала покорил Голливуд, гримируя Чарли Чаплина и накладывая макияж Марлен Дитрих, а потом создал косметическую империю, процветающую и сегодня.
В Голливуде за рост, едва достигавший 150 сантиметров, его называли «маленький Геркулес». Говорил он с таким комичным акцентом, что сыновья даже не разрешали ему давать интервью. Но для покорения индустрии кино и получения «Оскара» ни рост, ни внешность, ни бархатный тембр голоса, ни даже актерский талант ему были не нужны. Он обладал иным удивительным талантом – искусством создания лиц, благодаря которому покорил не только кинематограф, но и большую часть прекрасной половины человечества.
Встречавшиеся с ним Ильф и Петров в своей книге путешествий по «Одноэтажной Америке» писали: «Много лет назад Макс Фактор, молодой человек в продранных штанах, приехал с юга России в Америку. Без долгих размышлений Макс принялся делать театральный грим и парфюмерию.
Вскоре все 48 объединившихся штатов заметили, что продукция мистера Фактора начинает завоевывать рынок. Со всех сторон к Максу потекли деньги. Сейчас Макс невероятно богат и любит рассказывать посетителям волшебную историю своей жизни. А если случайно посетитель родом из Елисаветграда, Николаева или Херсона, то он может быть уверен, что счастливый хозяин заставит его принять на память большую банку крема для лица или набор искусственных ресниц, имеющих лучшие отзывы Марлен Дитрих или Мэрион Дэвис».
Конечно, на момент выхода книги жительницам социалистических республик имя Макс Фактор навряд ли о чем говорило, а потому авторы не вдавались в подробности этой «волшебной истории жизни». Однако можно представить, как двумя мастерами юмора и иронии был бы описан эпизод из биографии великого визажиста, вышедшей уже в следующем столетии: «Февральской ночью 1904 года двадцатисемилетний Макс Фактор с женой и тремя маленькими детьми отсиживался в лесу, боясь больше за судьбу семьи, которую он прятал пять лет, нежели снега и ветра или даже царских людей, выкрикивающих его имя. Еще несколько дней назад Макс Фактор был любимцем царской семьи, высоко ценим при дворе, а теперь за ним шла охота, как за беглецом».
Итак, основатель знаменитой косметической империи родился в Российской империи 5 августа 1877 года в городе Здуньская-Воля на территории современной Польши. Наблюдать же за процессом преображения лиц Фактор, а тогда еще Максимилиан Абрамович Факторович, начал в семилетнем возрасте. Он продавал фрукты и конфеты в театре, актрисы которого с радушием пускали к себе в гримерные маленького и милого торговца. Он же с интересом смотрел за тем, как словно по волшебству они менялись на глазах до неузнаваемости. Такой ранней трудовой деятельности способствовала весьма большая даже по тем временам семья, в которой было 12 детей.
Впрочем, именно нужда в постоянном заработке и дала Максимилиану возможность освоить многие азы, связанные с его будущей профессией. В восемь лет он стал помощником аптекаря и получил начальные знания в области химии, а в девять уже был ассистентом ведущего косметолога и специалиста по парикам в Лодзи. Позже он устроился к считавшемуся лучшим в городе берлинскому стилисту и набрался опыта в его команде, а в возрасте 14 лет он уже работал гримером в Большом театре, переехав в Москву. Вынужденно оставив работу в связи с призывом в армию, после окончания службы Макс направился в Рязань, где открыл небольшой магазин по продаже парфюмерии, париков, румян и кремов собственного изготовления.
А через некоторое время после того, как город посетила столичная театральная труппа, с восторгом скупившая чуть ли не все запасы его продукции и разрекламировавшая его позже при императорском дворе, Макс был приглашен в Петербург.
Он поставлял продукцию театрам и придворным, консультировал и изготовлял индивидуальные косметические средства, буквально еле успевая выполнять заказы: «Все мое время занимало индивидуальное консультирование, я показывал им, как подчеркнуть достоинства и скрыть недостатки их лиц». Платили, конечно, щедро, но и требовали полной отдачи и чуть ли не постоянного нахождения при дворе. Судя по изложенной биографии Макса, даже жениться ему пришлось тайком, а троих детей, рожденных за пять лет работы при дворе, он видел лишь урывками.
Устав от такой жизни и почувствовав все более нараставшую волну антисемитских настроений, скопив к тому времени более чем весомое состояние, Фактор решил уехать в Америку, где к тому времени у него уже обосновались родственники. Сложность была в том, что будучи востребованным при дворе, он колесил от одной знатной дамы к другой чуть ли не весь день. Был всегда на виду, всегда под охраной. Осознав, что просто так откланяться и уехать у него, скорее всего, не получится, Фактор придумал весьма оригинальный способ сбежать от присмотра. Договорившись предварительно со знакомым врачом, он покрыл себя желтоватым гримом, изображая всем своим видом неподдельную боль от внезапного недуга.
Врач, убедив всех в тяжелом состоянии Фактора, назначил ему лечение в Карлсбаде (нынешние Карловы Вары). Но даже на лечение Фактора направили под присмотром, хотя, возможно, это и делалось из самых лучших побуждений. Тем не менее решение Фактором уже было принято – он сбежал от охраны, встретился в заранее оговоренном месте с женой и детьми, все вместе они отсиделись в Богемских лесах и в итоге добрались до Америки.
На новом месте талант Фактора принес ему, как известно, еще большее уважение и почет. Первоначально поселившись в Сент-Луисе, открыв парикмахерскую и освоившись, Фактор понял, где могут быть востребованы его умения. Он поехал в Лос-Анджелес, где полным ходом набирал обороты кинематограф, и открыл небольшую лавку. Однажды, увидев на улице «отвратительно раскрашенных людей», он последовал за ними и оказался на съемочной площадке. Фактор вспоминал: «Их грим состоял из странной смеси вазелина и муки, сала, крахмала, кольд-крема и красного перца.
Самые изобретательные использовали тертый кирпич с вазелином, чтобы выглядеть свежее. Все это образовывало маску, которая трескалась от любого движения лицевых мускулов». Дело в том, что актеры наносили себе грим, к которому привыкли в театре. Но там они были на расстоянии от зрителей, а в кино с его крупными планами он был не только неприемлем, но и быстро изнашивался под влиянием осветительных приборов. Макс вернулся в лавку и начал работать. К 1914 году в своей маленькой лаборатории он создал легкий крем двенадцати оттенков, представив его на обозрение актерам. Его первыми клиентами из Голливуда стали Чарли Чаплин и Бастор Китон, а затем и все звезды Голливуда потекли к Фактору нескончаемым потоком.
И это был лишь первый шаг к успеху. Любую проблему с гримом, возникающую в процессе съемки, Фактор решал, экспериментируя в своей лаборатории при салоне. Он создал первые искусственные ресницы – для Филлис Хэйвер, создал крем, высветивший кожу Рудольфа Валентино, которому до этого доставались лишь роли темнокожих злодеев. Для следующего звездного клиента он создал первый крем, не пропускающий пот, а затем и решил существовавшую проблему губной помады, таявшей от жары.
С губной помадой он вообще экспериментировал долго, создав приспособление, которое в дальнейшем усовершенствовал его сын, – машинку для поцелуев. Ведь работа над цветом и стойкостью помады была невозможна без постоянных опытов. Тестировали помаду как добровольцы из сотрудниц, так и влюбленные парочки, всласть целующиеся в «лабораторных целях». Но вскоре ежедневные поцелуи надоели и им, после чего на свет и появилась машинка, состоявшая из двух форм губ, мужских и женских, расположенных друг напротив друга. Между ними помещали бумажную салфетку, и по количеству отпечатков, оставшихся на салфетке до исчезновения с губ помады, судили о её устойчивости.
Еще более очаровательное изобретение Фактора известно как микрометр красоты, хотя с виду напоминает нечто ужасное времен инквизиции, призванное разве что калечить. Основной его задачей был поиск мелких изъянов во внешности, которые впоследствии можно было бы исправить гримом. Снабженное множеством гибких металлических полос, максимально близко расположенных к измеряемым частям лица, устройство показывало непропорциональность с точностью до миллиметра!
Уже первые замеры выявили искривление носа у тех, у кого раньше этого и не замечалось, породив и сопутствующие комплексы. Потому немудрено, что прибор, воспринятый сначала на ура, перестал вскоре пользоваться популярностью. Но именно он и привел Фактора к утверждению, что идеальной женской красоты не бывает! А за ним последовал и следующий его вывод, ставший впоследствии рекламным слоганом компании: «Роскошные женщины создают себя сами».
