Случилось так, что меня не интересует в жизни ничто: ни политика, ни наука, ни философия, ни забота о будущем счастье людей — для меня вся жизнь заключается только в Вас.
 

Разве виноват он в любви и разве можно управлять таким чувством, как любовь, — чувством, которое до сих пор не нашло себе истолкования… Мне жалко того человека. И мне не только жалко, но вот я чувствую, что присутствую при какой-то громадной трагедии души и я не могу здесь паясничать.

А где же любовь - то? Любовь бескорыстная, самоотверженная, не жаждущая награды? Та, про которую сказано - "сильна как смерть"? Понимаешь, такая любовь, для которой совершить любой подвиг, отдать жизнь, пойти на мучение - вовсе не труд, а одна радость.

Любовь должна быть трагедией. Величайшей тайной в мире! Никакие жизненные удобства, расчеты и компромиссы не должны ее касаться.

Любовь - это полное слияние умов, мыслей, душ, интересов, а не одних только тел. Любовь - громадное, великое чувство, могучее, как мир, а вовсе не валянье в постели.

"Понимаете ли вы, сколько разнообразного счастия и очаровательных мучений заключается в нераздельной, безнадежной любви? Когда я был помоложе, во мне жила одна греза: влюбиться в недосягаемую, необыкновенную женщину, такую, знаете ли, с которой у меня никогда и ничего не может быть общего. Влюбиться и всю жизнь, все мысли посвятить ей"

Лиза, ты смертная вот уже сорок четыре года.
Двадцать кроватей тобой поменяно.
Тридцать коров на корма забито.
Лиза, ты радость, ты счастье Женино.
А я его друг. И только потом жена.
Я всегда открыта.
 

Лиза, ты смертная вот уже сорок четыре года.
Поэтому чем-то тебя пугать не имеет смысла.
Мы обе женщины, мы обе знаем про моду,
Про секс. И ничего не знаем о близких.
 

Лиза, Женя болеет. В бреду говорит твое имя.
Я ухожу завтра в семь. Вернусь к полуночи.
Ты навести его, помни о спальном режиме,
А уходя положи под коврик ключи.
 

Лиза, мы смертные. Женя теперь особенно.
Пилюли на тумбочке. Их только после обеда.
А капли настольные, Женя знает, после еды.
Ты скажи ему, Лиза, что ты заходишь по средам.
У него будет стимул жить до новой среды.
 

Марьяна Высоцкая

Слушай – ты умеешь
Жадно слушать пенье,
Жадно взгляд ловить
И жадно встречи ждать.
Если не умеешь,
Обрети уменье –
Тот, кто взять не может,
Что он может дать?

Солнца луч весенний
Жадностью отмечен,
Знойный летний полдень
Жаждою хорош.
Пусть не закрадется
В сердце зимний вечер.
Если ты не жаждешь, -
Значит, не живешь.

Нет на свете меры,
Чтобы жажду мерить,
Если знаешь песню,
Ты ее мне спой.
Буду жадно слушать,
Буду жадно верить.
Пусть я буду жадной –
Только не скупой.

Наталья Кончаловская
 

Ах, наверное, Анна Андревна,
Вы вовсе не правы.
Не из сора родятся стихи,
А из горькой отравы,
А из горькой и жгучей,
Которая корчит и травит.
И погубит.
И только травинку
Для строчки оставит.

Месяц назад, 7 апреля 2012 года, в возрасте 54 лет скончался американский художник Томас Кинкейд (Thomas Kinkade). 

Широкую известность Томасу Кинкейду принесли пасторальные пейзажи. Его работы широко растиражированы, в том числе, в виде пазлов и календарей. Кинкейд называл себя "самым коллекционируемым ныне живущим художником Америки", а компания Media Arts, занимавшаяся распространением продукции художника, утверждала, что созданные им изображения в том или ином виде есть в каждой двадцатой американской семье. Ежегодная суммарная выручка от продаж работ Кинкейда и продукции с созданными им изображениями оценивалась в 100 миллионов долларов.

Несмотря на коммерческий успех, отмечает Associated Press, Томасу Кинкейду так и не удалось добиться признания арт-критиков, зачастую считавших его работы китчем.

Главной особенностью картин Кинкейда являлись светящиеся блики и насыщенные пастельные тона. Он изображал в импрессионистском стиле светящиеся контуры, буколические, идиллические предметы, такие как сады, ручьи, каменные коттеджи, городские улочки.

Леонид Николаевич Мартынов - русский поэт

(9 (22) мая 1905 год, Омск — 21 июня 1980, Москва)

И вскользь мне бросила змея:
У каждого судьба своя!
Но я-то знал, что так нельзя -
Жить, извиваясь и скользя.

(1949г) 

-- Честь - это внешняя совесть. Совесть - это внутренняя честь. (Шопенгауэр)

--  Объективно честь есть мнение других о нашем достоинстве, а субъективно - наш страх перед этим мнением. (Шопенгауэр)

--  Всегда будь воли своей хозяином, совести же своей - рабом. (М. Эбнер-Эшенбах)

--  Никогда не теряй уважения к себе. И наедине не будь в споре с собою. Да будет твоя совесть мерилом твоей правоты, и строгость собственного приговора важнее чужих мнений. (Б. Грассиан)

--  Из всей породы сукиных детей плюгавенькие шавки всех лютей. (Д. Байрон)

--  Милосердие - это не кость, брошенная собаке, а кость, с собакой поделенная. (Дж. Лондон)

Михаил Иваненко родился 24 ноября 1960 года в г. Таганроге. Окончил Ростовское художественное училище им. М. Б. Грекова. Член Союза Художников Кубани. Участник многочисленных выставок в России и Европе. Картины находятся в частных собраниях и художественных галереях России, США, Европы.

Поцелуй ветра

...И озеро тайком грустило. Тенистый брег ему внимал, и воды кругом обнимал…
 

 ***

«Я жалуюсь на то, как сложно жить двойной жизнью, иметь тайную жизнь. Но я берегу ее, как сокровище. Внешняя сторона буржуазной жизни смертельна – все слишком очевидно, вы без усилий можете разглядеть конец и все действия, к концу ведущие. Я знаю, это звучит как бред сумасшедшего, но двойная жизнь – это дополнительная жизнь. Она обещает продлить наши годы».
Ницше кивнул: «Вам кажется, что время пожирает возможности внешней стороны жизни, тогда как тайная жизнь неисчерпаема?»
«Я не совсем так выразился, но говорил я об этом. Еще один момент, может, это как раз и есть самое важное: невыразимое чувство, которое возникало у меня, когда я был с Бертой, или возникает сейчас, когда я думаю о ней. Блаженство! Это вполне подходящее слово».
«Йозеф, я всегда был уверен, что мы любим больше само желание, чем желаемое!»
«Любим больше само желание, чем желаемое!— повторил Брейер. – Дайте мне, пожалуйста, лист бумаги. Это я хочу запомнить».

Как неожиданно и ярко,
На влажной неба синеве,
Воздушная воздвиглась арка
В своем минутном торжестве!
Один конец в леса вонзила,
Другим за облако ушла –
Она полнеба охватила
И в высоте изнемогла.
О, в этом радужном виденье
Какая нега для очей!
Оно дано нам на мгновенье,
Лови его – лови скорей!
 

Ф. Тютчев

И я был облаком – я видел много стран.
Сначала был я маленьким, везучим…
Потом я дождевою тучей стал,
Серьезным, как положено быть тучам.
И я был облаком. Я видел много слез.
Они ко мне неслышно возлетали.
Потом их столько, горьких собралось -
Я даже почернел от той печали.
Того гляди, не удержусь, взорвусь
И прокачусь порывом невесомым,
С земли шершавой смою зло и грусть
И снова стану облаком веселым.
 

Е.Юшин
 

Удивительные и неповторимые уголки Москвы, старые дворики, красочные натюрморты и пейзажи московского художника Александра Васильевича Щепалина подкупают своей теплотой и неповторимостью.

Доброе утро

Заснеженный двор
 

Голуби

Художник Станислав Брусилов

Лес осенью

Ты входишь осторожными шагами
В осенний лес. Он молчалив и пуст.
Шуршат сухие листья под ногами,
Ломаются. Их напряженный хруст
 

Любой твой шаг в лесу сопровождает.
Твои следы утоплены в листве.
Редеет клен. Осина облетает.
В безропотном древесном существе
 

Такая гипнотическая сила,
Что стоит только пристально взглянуть,
И строй души, где все так тускло было,
Совсем иную обретает суть.
 

За шорохами лиственного пира,
Среди лесной осенней пестроты
Глубинную, немую тайну мира
Вдруг ощущаешь судорожно ты.
 

И сразу же, природе на потеху,
Спешишь назад, шагая широко
Туда, туда… Поближе к человеку…
Где даже если глупо, то легко.

Михаил Грозовский

Монголия является единственной страной, в которой лошадей больше, чем людей.

Когда Луна находится прямо у вас над головой, благодаря воздействию гравитации вы весите немного меньше, чем обычно.

 ... я думаю, что ничего нет вечного.

Я тут посмотрел документальный фильм об американском президенте Рональде Рейгане. Так там показывали, как он в старости у себя дома держит в руках макет Белого дома и говорит: «Не знаю, что это, но кажется, имеет ко мне какое-то отношение». Представляете? Он даже забыл, что был президентом! И это еще при жизни! А после смерти, так я уверен, не важно, что ты делал и каким был талантом, все превращается в пыль и чепуху.

Но, конечно, не буду лукавить, приятно знать, что, если кто-то станет вспоминать о 60-х годах XX века, вспомнят «Битлз», 50-х — Элвиса Пресли, а 80-х? Правильно! Меня!

Брейер откинулся на спинку стула:

-- Кажется, я уже говорил об этом. Стареющий парень дошел до того этапа в жизни, когда он уже не видит в ней смысла. Цель его жизни – моей жизни, мои стремления, все, ради чего я жил, – все это кажется мне сейчас абсурдным. Когда я думаю о том, что стремился к абсурду, как бездарно я растранжирил единственную данную мне жизнь, меня охватывает непереносимое отчаяние.
-- А к чему вы должны были бы стремиться? Жизнь – это экзамен, где верных ответов быть не может. Если бы мне пришлось прожить жизнь с самого начала, я не сомневаюсь, что это было бы то же самое, что я снова сделал бы те же самые ошибки. Я на днях придумал неплохой сюжет для романа. Если бы я только мог писать! Представьте себе: мужчина средних лет, недовольный своей жизнью, встречает джинна, которые предлагает ему прожить жизнь заново, не забыв при этом ничего из своей предыдущей жизни. Разумеется, он хватается за эту возможность. Но, к своему удивлению и ужасу, обнаруживает, что его вторая жизнь как две капли воды похожа на первую, – он принимает те же решения, совершает те же ошибки, преследует все те же ложные цели и поклоняется ложным богам.

Жизнь без Берты? Я ученый, а наука бесцветна. В науке можно только работать, не стоит пытаться жить ею. Мне нужны чудеса. Вот что Берта значит для меня, страсть и волшебство. Жизнь без страсти – кто бы вынес такую жизнь? – Его глаза внезапно распахнулись: – А вы смогли бы? Кто-нибудь смог?

Спасибо, осень, спасибо, милая,
Ты возвращаешься ко мне опять.
И возвращается все то, что минуло
И что не чаялось уже понять.

Спасибо, осень, спасибо, странница,
Смотрю, как в зеркало, на календарь.
Все образуется и все исправится,
Ты госпожа моя, я - государь.

Но не караю, все больше милую
На Павелецком, выпятив грудь.
Здесь я встречаю мою любимую,
Приходит поезд на пятый путь.

Спасибо, осень, спасибо, умница,
Ты возвращаешься, чтоб намекнуть,
Что возвращается все то, что сбудется
И что не чаялось уже вернуть.

1995

Александр Щепалин - Трамвай в осень

Несмотря на то, что мне очень понравились ее работы, я все же склонна предположить, что именно в качестве часов они мало функциональны, потому как не совсем удобны в пользовании - стрелки видны плохо либо совсем сливаются с декорациями. Но фантазия автору присуща, талант и вкус имеется, а потому все равно это здорово и достойно восхищения!

Сочный мандарин

Кофейное кружево

Мы больше влюблены в желания, чем в желаемое.

... никто и никогда не делал ничего только для других. Все действия направлены на нас самих, все услуги - это услуги самому себе, любовь может быть только любовью к себе. Наверное, вы подумали о тех, кого любите. Копните глубже, и вы увидите, что вы любите не их, а любите те приятные ощущения, которые любовь вызывает. Вы любите влечение, а не того, к кому вас влечет.

Вчера он прогуливался в одиночестве по острову Мурано. Прошел целый час, но он так ничего и не увидел, ничего не заметил. Ни один образ не перешел с его сетчатки в зрительный центр мозга. Все его внимание поглощали мысли о Берте: ее обманчивая улыбка, обожание, светящееся в ее глазах, тепло ее доверчивого тела, ее учащенное дыхание, которое он слышал, когда осматривал ее или делал ей массаж. Эти образы обладали силой и жили своей собственной жизнью: стоило ему потерять бдительность, как они заполоняли его мозг и узурпировали власть над воображением. "Неужели таков мой вечный удел? - думал он. - Неужели мне суждено быть лишь сценой, на которой разыгрывается нескончаемая драма воспоминаний о Берте?"