Три женщины первого конника (Семен Буденный)

В личной жизни сильных мира сего происходит все то же самое, что и в жизни обыкновенных людей: любовь, браки, измены, разводы…

Свое семейное счастье Семен Михайлович Буденный нашел с третьей попытки, когда ему, легендарному красному маршалу, уже перевалило за пятьдесят.

В историческом, 1917 году Семену Михайловичу исполнилось тридцать четыре года, и за его плечами было уже четырнадцать лет военной службы. Он был участником русско-японской войны, воевал в первую мировую на германском, австрийском и кавказском фронтах. Прошел путь от солдата до старшего унтер-офицера царской армии и за подвиги четырежды удостаивался Георгиевского креста, то есть был полным георгиевским кавалером — явление, прямо скажем, очень даже не частое. 

Если кто-нибудь ненароком спрашивал старика д’Обинье о его сыне Констане, отец сокрушенно вздыхал и говорил:
– Бог не хочет, чтобы его милость переходила по наследству! – и на глазах старика всякий раз наворачивались слезы.
Констан был красив, умен и талантлив. Но порочные наклонности и тяжелый характер сделали его сущим наказанием для семьи. С ранних лет отец нанимал ему лучших учителей и наставников, даже переманивал педагогов из первых домов Франции, но все не шло Констану впрок. Когда отец отправил сына учиться в коллеж, тот и вовсе забросил учебу, зато познакомился с бутылкой и азартными играми. Отец решил послать Констана за границу, наивно полагая, что в Голландии местные протестанты наставят его на путь истинный. Куда там! В Амстердаме юноша продолжил свое образование преимущественно в борделях. Вскоре Констан вернулся домой, обремененный долгами, но не раскаянием.
В Ла-Рошели он сошелся с молодой вдовой Анной Моршан, она была хороша собой и довольно состоятельна. Дело шло к свадьбе. Услышал об этом союзе, д’Обинье-отец воскликнул:
– Несчастная женщина! Она идет навстречу гибели!
Пророческий дар старика был всем известен; он в свое время предсказал обстоятельства гибели короля Генриха IV.
В общем, отец не благословил этот брак. Но Констан все равно женился, хотя этим шагом сам себя лишал наследства. Однако деньги вдовушки буквально жгли руки, и молодожен пустился во все тяжкие.
Непомерное честолюбие влекло Констана в Париж, ко двору. Он словно соперничал со своим отцом, который в молодости был ближайшим сподвижником покойного Генриха IV. Констан посвятил молодому королю Людовику XIII несколько скороспелых сочинений и был ласково принят в Версале. В свиту, конечно, не попал, но был вхож во дворец и считался своим в кругу придворной молодежи. Пуская пыль в глаза, Констан сорил деньгами и за короткое время проиграл в двадцать раз больше, чем имел.
Людовик XIII и королева-мать Мария Медичи прекрасно видели, что за птица Констан д’Обинье, но неспроста привечали его. Приручая птенца, они метили в стареющего орла-гугенота, еще представлявшего опасность для монарха-католика. Духовник короля иезуит Жан Арну склонял Констана к отречению от веры отца, и в 1619 году д’Обинье-младший принял католическое крещение.

Что на самом деле происходит с погодой? Как переносят аномалию животные и люди? Почему планета повернулась к нам не тем полушарием? Что вызывает помутнение рассудка, и чем грозят вспышки на солнце? Налетит ли земля на небесную ось? Какие тайные процессы происходят внутри планеты и во Вселенной? Что будет завтра? На эти и другие вопросы пытаются ответить авторы передачи Чистосердечное Признание...

John Everett Millais (1829-1896)
 

Две судьбы, как две ниточки Счастья
Узелками навечно сплелись…
Словно Неба святого причастье,
Ты вдыхаешь тепло в мою жизнь…
Волшебством нереальных созвучий
Ноты нежности в сердце звучат…
Мне не надо мгновения лучше,
Лишь бы светом искрился твой взгляд…
Две судьбы, как две ниточки боли –
Слезы-бусинки чувствуют грусть…
Если плохо тебе – я с тобою,
До ресничек ладошкой коснусь…
Убаюкаю ласковым словом,
Всё сердечко до капли отдам…
Выпью боль, чтоб ослабить оковы –
Снова в жизнь поплывем по волнам…
Две судьбы, как две ниточки пульса –
Бьются трепетно в сердце одном…
Видишь, месяц в окошке проснулся,
Улыбается, ласковый гном…
Молоточками звезды-сестрицы
В ритме счастья стучатся «люб-лю»…
Никогда мне тобой не напиться…
Каждый вздох в тебе боготворю…
Две судьбы, две серебряных нити,
В небо новым созвездьем легли,
В ожиданьи счастливых открытий…
Две судьбы… на ладонях Любви!
Alla Alla 

Блистательная судьба Франсуазы д’Обинье, любимой женщины короля Людовика-солнце.
Кипучая кровь неистового гугенота передалась по наследству сыну – авантюристу Констану д’Обинье.
Настоящий капитал
Об этом браке много судачили в Париже: семнадцатилетняя Франсуаза д’Обинье восемь лет жила с Полем Скарроном – самым веселым и самым несчастным человеком во Франции. Этот сорокалетний мужчина был скручен параличом, испытывал невыносимые боли, его страдания не облегчал даже опиум. Отношения супругов напоминали сказку «Красавица и чудовище», однако в жизни чуда не произошло, калека не превратился в цветущего красавца. Но молодая жена скрасила последние годы трагического шута; благодаря Франсуазе поэт жил, а не влачил жалкое существование.
Перед смертью Скаррон подозвал Франсуазу и сказал: «Я оставляю тебе, увы, шутовское наследство – мои долги… А впрочем, есть кое-что более ценное, чем деньги. Мои друзья будут твоими друзьями, они тебе помогут. Связи в Париже – вот настоящий капитал…»
Франсуаза снова осталась без дома, без семьи, без денег. Но постепенно ее личные качества и помощь друзей начали приносить свои плоды. Королева-мать, Анна Австрийская, узнав о бедственном положении вдовы, прониклась к ней состраданием и распорядилась выплачивать скромную пенсию.
Однако скончалась Анна Австрийская, иссяк и этот скудный источник дохода. К счастью, снова выручили связи. Однажды Франсуаза была приглашена в гости к маршалу д’Альбре и встретилась там с его кузиной, своей тезкой, маркизой де Монтеспан. Маршал и маркиза часто проводили вечера в салоне Скаррона. Мадам де Монтеспан была молодая красавица с голубыми глазами и светлыми волосами, завитыми мелкими кудряшками, немного полноватая, однако именно рубенсовские формы соответствовали версальской моде той поры. Она всех пленяла обаянием, была интересной и остроумной собеседницей. Маркиза де Монтеспан входила в свиту Генриетты Английской, невестки короля Людовика XIV. И вот при удобном случае она замолвила словечко за свою подругу. Король назначил пенсию для мадам Скаррон.

О продаже Аляски ходят тысячи мифов. Многие полагают, что ее продала еще Екатерина Вторая, некоторые считают, что ее не продали, а отдали в аренду на 99 лет, и якобы Брежнев отказался забирать ее обратно.

140 лет назад территории тогдашней России и современной Канады имели более чем тысячекилометровую общую сухопутную границу? Впрочем, продолжалось это "тесное соседство" всего три с половиной месяца… В 1861 году в России было отменено крепостное право. Чтобы выплатить компенсацию помещикам, Александр II был вынужден в 1862 году подзанять у Ротшильдов 15 миллионов фунтов стерлингов под 5% годовых. Однако Ротшильдам надо было что-то возвращать, и тогда Великий Князь Константин Николаевич – младший брат Государя – предложил продать «что-нибудь ненужное». Самой ненужной вещью в России оказалась Аляска.

Сначала немного подробнее о том, как эта часть Америки стала "русской".

В 1725 году, перед самой своей кончиной, Петр Великий отправил датчанина Витуса Беринга разведать и нанести на карту эту полусказочную землю. Пока Беринг добирался через всю Сибирь до Камчатки, да строил там корабли, да разведывал пути через море (позже названное в его честь Беринговым), прошли долгие шестнадцать лет. Лишь в 1741 году берег Аляски обнаружил корабль Алексея Чирикова — верного спутника Беринга. Семнадцатого октября 1741 года "официальные" посланцы Российского государства впервые ступили на землю Аляски и объявили ее российским владением.

Первые русские поселения на Аляске основал сибирский купец Григорий Шелихов, он же в 1794 году пригласил сюда (на алеутский остров Кадьяк) первую Российскую духовную миссию. За первые же два года ее деятельности в православную веру было обращено 12 тысяч алеутов. После смерти Шелихова (1795 год) его дело продолжил его сподвижник Александр Баранов — "честный, способный и безжалостный человек", как характеризуют его американские историки.

Он подавил сопротивление южных соседей алеутов — индейцев-тлинкитов — и основал на их землях русское поселение Ново-Архангельск (с 1867 года — город Ситка), ставшее главным центром российских владений в Америке.

В 1799 году была создана "Российско-американская компания", до 1867 года управлявшая своими владениями, получившими официальное название "Русская Америка". Над северо-западной частью Американского континента взвился бело-сине-красный русский флаг, на расширенной верхней полосе которого император Павел I дал право поместить российский национальный символ — двуглавого орла.

Баранов и прибывший ему "на помощь" Николай Резанов (герой будущего московского мюзикла "Юнона и Авось") установили добрые связи Русской Америки с молодыми Соединенными Штатами (Джоном Астором и другими нью-йоркскими бизнесменами). С помощью посредников-американцев была налажена продажа аляскинских мехов в китайский порт Кантон (Гуанчжоу), закрытый в ту пору для русских.

Для снабжения холодной Аляски продовольствием Резанов пытался основать сельскохозяйственные колонии в Калифорнии и даже на Гавайях. Но из этой затеи ничего не вышло. Русские казаки-промышленники, беспокойные люди добирались до Аляски, чтобы разбогатеть на торговле пушниной, а потом в лучшем случае вложить деньги в дело, а в худшем — размашисто прокутить, но и то и другое — в родной Сибири. Поселяться в Америке, даже "Русской", в ту пору мало кто хотел — слишком далекой она казалась для россиян, дальше самого "Дальнего" Востока. Первым, кто привез из России на Аляску свою жену, был барон Фердинанд Врангель, правитель "Русской Америки" в 1829—1835 годах.

Главными приверженцами и проводниками русской культуры на Аляске стали православные алеуты и дети от браков казаков с алеутками (и гораздо реже — крещеными эскимосками и индианками), которых здесь называли креолами. "Креститель Аляски", священник Иван Вениаминов (после принятия схимы и посмертной канонизации ныне известный как святой Иннокентий) был не только богословом, но и прекрасным лингвистом и этнографом. Он изучил алеутский язык и перевел на него тексты православного богослужения.

Он же и его сподвижники разработали алфавиты для нескольких туземных (эскимосских и индейских) языков, опубликовали серьезные труды по этнографии Аляски, подготовили "кадры" священнослужителей из числа местных жителей. В 1845 году священник-креол (наполовину алеут) отец Яков построил православную церковь и религиозную миссию на реке Юкон для обращения эскимосов — инуитов и юитов. Русское православие настолько ассоциировалось с алеутами, что многие юиты после крещения стали называть себя "алеутами".

До сих пор на Аляске расположено более 80 алеутских и индейских православных общин. К 1860 году по всей "Русской Америке" (а ее границы, в точности совпадающие с границами нынешней Аляски, были определены договорами 1824 года с США и 1825 года с Великобританией) насчитывалось не более 500 русских; почти все — мужчины. В Ново-Архангельске (Ситке), который превратился в важнейший культурный центр с церквами, музеем и, главное, школами для "туземцев", проживало всего 2500 человек. Более двух третей его жителей составляли алеуты и креолы, считавшиеся подданными Российской империи.

После неудачной для России Крымской войны 1853—1856 годов, когда британские войска попытались высадиться даже на Камчатке, взошедший на российский трон молодой император-реформатор Александр II Освободитель понял, что малонаселенную и лишенную достаточных собственных источников продовольствия "Русскую Америку" России не удержать. Уж слишком далекой и слишком "дорогостоящей" она была для России: огромные деньги уходили на ее снабжение и содержание.

Дипломатический расчет показал, что лучше было предложить ее не враждебной (в ту пору) Великобритании, а дружественным США.

Мрачным пасмурным днем 16 декабря 1866 года в Санкт-Петербурге состоялось специальное совещание, на котором присутствовали Александр II, великий князь Константин Николаевич, министры финансов и морского министерства, а также российский посланник в Вашингтоне барон Эдуард Андреевич Стекль. Все участники одобрили идею продажи. По предложению министерства финансов был определен порог суммы — не менее 5 миллионов долларов золотом. 22 декабря 1866 г. Александр II утвердил границу территории. В марте 1867 года Стекль прибыл в Вашингтон и официально обратился к госсекретарю Уильяму Сьюарду.

Подписание договора состоялось 30 марта 1867 года в Вашингтоне. Территория площадью 1 миллион 519 тысяч кв. км была продана за 7,2 миллиона долларов золотом, то есть, 0,0474 доллара за гектар. Много это или мало? Если нынешний доллар стoит 0,0292056 грамма золота, то тогдашний – образца 1861 года – содержал 1,50463 грамма. А это значит, что тогдашний доллар был 370 миллионов 933 тысячи 425 долларов, то есть, 2,43 нынешних доллара за гектар. На эти деньги можно сейчас 4,6 гектара в районе Сочи.

Подписание договора о продаже Аляски 30 марта 1867 года. Слева направо: Роберт С. Чу, Уильям Г. Сьюард, Уильям Хантер, Владимир Бодиско, Эдуард Стекль, Чарльз Самнер, Фредерик Сьюард

Если бы нам сейчас пришлось по таким расценкам продавать Сибирь, то нам дали бы за нее всего-навсего 3 миллиарда 183 миллиона 300 тысяч долларов. Согласитесь, не густо.

За сколько же следовало продавать Русскую Америку? Одна десятина (2,1 гектара) стоила в европейских губерниях 50-100 рублей, в зависимости от качества земли. Бросовые же земли в Сибири продавались по 3 копейки за квадратную сажень (4,5369 кв. м). Так вот, если поделить все эти 1 миллион 519 тысяч кв. км на число квадратных саженей и умножить всё это на три копейки, то получится сумма в 10 миллиардов и еще 44 миллиона рублей – в 1395 раз больше той суммы, за которую была продана Аляска. Правда, такую сумму Америка вряд ли смогла бы тогда заплатить – ее годовой бюджет равнялся 2,1 миллиарда долларов или 2,72 миллиарда тогдашних рублей.

Кстати, выплатить долг Ротшильдам деньгами, полученными за Аляску, тоже бы не удалось. Тогдашний британский фунт стоил 4,87 доллара. То есть, занятая сумма составляла 73 миллиона долларов. Аляску же продали менее чем за десятую часть этой суммы.

Однако и эти деньги России не достались. Русский посол в САСШ (Северо-Американских Соединенных Штатах) Эдуард Стекль получил чек на сумму 7 миллионов 035 тыс. долларов – из первоначальных 7,2 миллионов 21 тысячу он оставил себе, а 144 тысячи раздал в качестве взяток сенаторам, голосовавшим за ратификацию договора. А эти 7 миллионов он перевел в Лондон банковским переводом, а уже из Лондона в Петербург морским путем повезли купленные на эту сумму золотые слитки. При конвертации сначала в фунты, а потом и в золото было потеряно еще 1,5 миллиона, но и это было не последней потерей.

Барк «Оркни» (Orkney), на борту которого был драгоценный груз, 16 июля 1868 года затонул на подходе к Петербургу. Было ли в нем на тот момент золото, или оно вообще не покидало пределов Туманного Альбиона, неизвестно. Страховая компания, застраховавшая судно и груз, объявила себя банкротом, и ущерб был возмещен лишь частично.

Тайна гибели «Оркни» была раскрыта уже через семь лет: 11 декабря 1875 года при погрузке багажа на пароход «Мозель», отправлявшийся из Бремена в Нью-Йорк произошел мощный взрыв. 80 человек погибли, а еще 120 были ранены. Сопровождавшие груз документы уцелели, и уже к пяти часам вечера следствию стало известно имя владельца взорвавшегося багажа. Им оказался американский подданный Вильям Томсон.

Судя по документам, он плыл до Саутгемптона, а его багаж должен был отправиться в США. Когда Томсона попытались арестовать, он попытался застрелиться, но умер он лишь 17 числа от заражения крови. За это время он успел дать признательные показания. Однако признался он не только в попытке отправить на дно пароход «Мозель» с целью получения страховой выплаты за утраченный багаж.

Таким способом он уже отправил на дно почти десяток кораблей.

Американская общественность тогда считала, что покупка была ненужной и слишком дорогой, был поднят шум в прессе. Но в конце концов сенаторы дали себя уговорить, проголосовав со счетом 37:2 в пользу приобретения Аляски. Восемнадцатого октября 1867 года, через три с половиной месяца после провозглашения по соседству с ней британского доминиона — Канадской Конфедерации — "Русская Америка" превратилась в Американскую Аляску.

Формальная передача Аляски Соединенным Штатам состоялась 11 ноября 1867 года в Ситхе. Письмо очевидца этого события было опубликовано в «Санкт-Петербургских ведомостях» за 1868 год.

Американские и русские войска выстроились у флагштока, рассказывает безымянный корреспондент. По данному русским комиссаром сигналу два унтер-офицера начали спускать флаг. Публика и офицеры сняли фуражки, солдаты стали на караул. Барабан русских пробил поход, с кораблей было сделано 42 выстрела.

«Но русский флаг не захотел спуститься; он запутался за веревки на самом верху флагштока, и фалинь, за который его стягивали вниз, оборвался. По распоряжению русского комиссара несколько русских матросов бросились лезть наверх, чтобы распутать флаг, который висел на мачте в лохмотьях.

Не успели снизу крикнуть матросу, который первый долез до него, чтоб он не бросал флаг вниз, а слезал бы вместе с ним, как тот бросил его сверху: флаг и угодил упасть прямо на русские штыки». Через несколько дней русские почувствовали, что они уже не дома.

По договору, как уже говорилось, русское правительство продало все правительственные здания. Но на Аляске, пишет житель Ситхи, не было ни одного здания, построенного правительством, — все, кроме нескольких частных домов, были построены компанией.

Комиссары же имели инструкцию: если русский дом — сдать. Поэтому они пошли по улице и какой дом им приглянулся — объявляли казенным. А тех, кто жил в этих «казенных» домах, просто вышвыривали на улицу. Таким образом, было выселено 250 человек. Была осень, шел непрерывный мелкий дождь.

Людям пришлось ютиться в гавани и жить в трюмах кораблей. В эти же дни случилось еще одно несчастье: на город налетел ураган, подобно которому не испытывали многие бывалые моряки.

Два судна выбросило на берег, одному пробило дно, у других переломало реи; с некоторых домов ураган сорвал крыши. В силу договора, все русские подданные, жившие на территории Аляски, могли по своему выбору либо остаться в русском подданстве, либо принять присягу США. «Не случись продажи русских колоний, понадобилось бы прожить пять лет безвыездно в одном из штатов, чтоб получить право гражданства; шутка сказать — пять лет.

А тут нужно для того не больше 5 минут», — не без радости от свалившей на голову удачи говорит рассказчик. И далее сообщает, что вся процедура заключалась в том, чтобы привести двух свидетелей, которые бы под присягой удостоверили, что такой-то действительно находится в этой стране при перемене флага и что они, по крайнему своему разумению, считают N. N. порядочным человеком.

После этого N. N. под присягою отрекался от верности всем другим государствам, и преимущественно российскому, и обещал всеми силами поддерживать конституцию Соединенных Штатов. Клятва заключалась в поднятии правой руки вверх и в произнесении слов «I swear» — «Клянусь». Потом росписи — и все, дело кончено.

В 1867 году «Санкт-Петербургские ведомости», выражая официальную точку зрения по поводу продажи Русской Америки, напишут: «Обыкновенно бывает так, что государства усиливаются всеми мерами расширить свои владения. Это общее правило не применяется, безусловно, только к России.

Ее владения так обширны и растянуты, что ей приходится не присоединять земли, а, напротив, уступать эти земли другим».

А вот и чек, за который была продана огромная территория…

ист.horror 1017

Гюго Виктор Мари и Друэ Жюльетта - Великие любовные истории

Французский писатель романтик. Автор романов «Собор Парижской богоматери» (1831), «Отверженные» (1862), «Человек, который смеется» (1869). После государственного переворота эмигрировал, выпустил политический памфлет «Наполеон Малый» (1852) и сборник сатирических стихов «Возмездия» (1853).

Важнее всего на свете, важнее дочери, важнее бога - твоя любовь - это отрывок из письма, написанного великим французским писателем Виктором Гюго 18 января 1844 г.

Заканчивается туристический сезон, но скоро начнётся новый и десятки тысяч россиян вновь отправятся в солнечную Турцию насладиться пляжами Анталийской ривьеры и системой all inclusive в многочисленных турецких отелях. Многие туристы считают Анталийское побережье Турции местом, предназначенным исключительно для принятия солнечных ванн и плясок под развеселую анимацию в отелях. Познавательный туризм в Турции у большинства туристов не в чести, но это не значит, что на Анталийском побережье нечего смотреть. Это, конечно, не Европа, но это нисколько не умаляет достопримечательности южного берега Турции.
Данный отчет посвящен местам, которые помогут вам отвлечься от прелестей системы “все включено”, занимания лежаков на первой линии моря с 7 утра и утреннего похмельного синдрома.
Догадываюсь, что каждый второй или даже первый читатель был в Турции неоднократно, а для некоторых посещение Турции стало таким же явлением как “поездка на дачу”.

(Всего 63 фото)

 Стокгольм столица Швеции, расположен на восточном побережье озера Меларен, население на 2009 год составляло 810120 жителей. В Стокгольме находится главная резиденция короля Швеции, международный аэропорт Арланда, здесь заседает шведское правительство и риксдаг. Город был построен на 14 островах. Первое упоминание о Стокгольме относится к 1252 году.

 Очень маленькое княжество Монако находится на юге Европы, на побережье Средиземного моря, на стыке Приморских Альп и знаменитого Лазурного берега. Страна граничит по суше граничит только с Францией. Сегодня Монако находится на первом месте по плотности населения.

В удобной бухте Монако расположен очень живописный и довольно крупный (на 700 швартовочных мест) порт, куда заходят самые роскошные яхты со всего мира.
Милостивый князь Монако не собирает налоги со своих подданных. Наоборот, заботится, чтобы их жизнь проходила как в сказке. Ведь все они – миллионеры и знаменитости. Думаете, это сценарий голливудского фильма? Нет. Просто самый настоящий рай на земле.

Доминикана – экзотический рай, колыбель зажигательных танцевальных ритмов, великолепный образец латиноамериканской культуры, сотни километров песчаных пляжей, прозрачные воды Атлантики и теплого Карибского моря.

(Всего 10 фото)

В марте 1945 года бомбардировка, устроенная англичанами, за 17 минут уложила 90% домов в городе и уничтожила 5000 его жителей. Разрушение Вюрцбурга было вторым по масштабу в Германии после разрушения Дрездена, поэтому практически весь центр города “не подлинный” и был воссоздан после войны. Мы выделили полдня на Вюрцбург. Чего, как всегда, оказалось мало: каждый из этих городов заслуживает хотя бы одного полного дня.

(Всего 37 фото)

Один из самых любимых мною Канарских островов. На этот остров хочется приезжать зимой и летом. Тенерифе --- самый посещаемый остров среди всего Канарского архипелага.  Ежегодно, спасаясь от холода зимы, сюда прилетают миллионы туристов.Погода здесь настолько ровная, что позволяет наслаждаться этим райским уголком 12 месяцев в году.  Богатство природы и рельефа острова поражает своим многообразием. Здесь можно увидеть «лунные» пейзажи вулканических пустынь с величественным вулканом Тейде, высокие горные хребты, делающие климат и природу Севера и Юга острова такими разными, крутые скалистые берега, широкие пляжи черного или золотистого песка и уникальные тропические сады. Из-за мягкого и сухого климата Тенерифе называют «Островом Вечной Весны». 

Модные сейчас фитнес-клубы и курорты спа (как забота о своём физическом здоровье), приятное времяпрепровождение в аквапарках - всё это давным-давно придумали древние римляне, которые по всей необъятной Римской империи строили термы. И сейчас можно увидеть их в Помпеях, колоссальные руины терм остались в Риме (термы Каракаллы) и далеко на севере от Рима - в Трире, Германия. 

Anthony Frederick Sandys 

 Ее душа, как свет необычайный, 
как белый блеск за дивными дверьми,
меня влечет. Войди, художник тайный,
и кисть возьми.

Изобрази цветную вереницу
волшебных птиц, огнисто распиши
всю белую, безмолвную светлицу
ее души.

Возьми на кисть росинки с розы чайной
и красный сок раскрывшейся зари.
Войди, любовь, войди, художник тайный,
мечтай, твори.

Набоков Владимир 

Литература для женщин | Литература для мужчин | Учимся вязать | Шторы | Вышивка | Диета | Заработок в Интернете | Тесты | Форум | Работа | Кулинария | Лечебные травы | Красота и здоровье | Библиотека онлайн

В конце ноября минувшего года Российское дворянское собрание направило Марине Антоновне Деникиной письмо, в котором дочь знаменитого белого генерала извещали о начале «кампании» по переносу прахов Деникина и Врангеля в Москву. «Отец был бы рад, узнай он, что будет похоронен в русской земле, однако даже там едва ли ему захотелось бы лежать рядом с Врангелем. При жизни у них были очень плохие отношения», – рассказывает мне Марина Антоновна. Она хорошо говорит по-русски, и все же с небольшим акцентом. Выглядит в свои восемьдесят два года замечательно: живые голубые глаза, стройна, элегантна.
Без малого четыре десятилетия живет в Версале, в старинном доме времен Людовика XV, окна которого выходят на королевский дворец. Французской графиней она стала, выйдя замуж вторым браком за известного историка графа Жан-Франсуа Кьяппа.
...Какая долгая жизненная дорога отделяет королевский Версаль от временно отвоеванного у красных Екатеринодара, где в военном госпитале в годы гражданской войны появилась на свет Марина! Годовалой увезла ее мать на английском корабле из Новороссийска в Константинополь, где они месяц жили в русском посольстве в ожидании отца. Так начались долгие годы скитаний семьи Деникиных, оказавшейся за бортом своего Отечества. Вначале была Великобритания, где власти безуспешно пытались убедить генерала возглавить русское правительство в изгнании. Потом они кочевали по всей Европе – Бельгия, Австрия, Венгрия, снова Бельгия, – пока, наконец, в 1926 году не осели во Франции.