мне сверху видно всё ты так и знай.

(Строчка из песни «Пора в путь-дорогу», композитора Василия  Соловьева-Седова на стихи Соломона Фогельсона).

Ни одна ведьма, приведённая на суд инквизиции, не испытала такой растерянности, затруднения в изложения фактов своей бесовской деятельности, какие глубоко прочувствовала «фифа», очутившись на «ковре» перед руководством. Не занюханной редакторшей, а настоящими боссами канала. Начинающая журналистка в силу избранного ремесла и врождённых качеств натуры излишней трепетностью чувств не страдавшая, отчётливо ощутила себя в пиковом положении той самой «вши на гребешке» во время текущего отчёта о малоуспешной попытке разоблачения шарлатана. Властители дум, тяжеловесы пропагандистских подмостков размещались за низеньким журнальным столиком, сервированном бутылочками воды без газа.

Сама «фифа» переминалась в некотором отдалении на двухдюймовых шпильках. В уголке затаился Николай Иванович, приглашённый больше из опасливой вежливости, как таинственный представитель  неизвестных собравшимся «контор». Из накрашенных гуще обычного губ журналистки изливалась информация, в суть которой безуспешно пытались вникнуть бонзы эфира.

«А разговор напрасно начат. Слова я слушаю твои,Ноничего они не значат.» (музыка народная, слова тоже не знаю чьи).

– Николай Иванович, вы лично присутствовали, Ваши впечатления? Предоставленные видеоматериалы проверены на предмет склеек, редактирования и т.п. Гипноз, постановка?

 – Домовинного знаю давно, репутация у него весьма сомнительная. Наблюдал за ним в различных обстоятельствах. Гипноз, безусловно, имеет место, но, скорее, как подсобное средство. Детали раскрывать права не имею, работали специалисты, эксперты, в том числе профессиональные фокусники высокого класса, психологи, владеющие техникой гипноза. Ни машинерию процесса ни сенсационные результаты во многих случаях объяснить не удалось.

– Госпожа журналистка (имени никто спросить не удосужился), исцелённая вот так прямо встала и пошла на искалеченных ногах? Невозможность выздоровления, тем более мгновенного была формально засвидетельствована медиками. Как такое возможно?

– Не пошла, бросилась к зеркалу, рыдала в голос, в ноги к фокуснику бросалась, не успела я глазом моргнуть, исчезли оба и коляску в номере бросили. У меня договор с Домовинным, он свои обязательства выполнил. Кто по договору платить будет? - От собственной наглости у «фифы» даже дыхание перехватило.

В кабинете грозовой тучей повисло тяжелое молчание.

– В рамках своей компетенции сделал всё возможное, факты зафиксированы, анализ не мой уровень. Контакт с моим руководством- Николай Иванович протянул листочек в направлении журнального столика.

Один из присутствующих руководителей, по виду самый главный, потыкал экран смартфона, сверяясь с бумажкой, приложил гаджет к уху. Прежде чем в ухо полилась информация в эфире довольно долго щёлкали контакты, пищали секретарские коммуникаторы. Главный удержался от того, чтобы вскочить и встать по стойке смирно, как генерал в фильмах про Войну при звонке от «первого», но и в сидячем положении изобразил позу чинопочитания на грани актёрской гениальности.

 

И тихо мне в преддверия ушей.

Влил прокажающий настой, чье свойство.

Так глубоко враждебно нашей крови.

                                                               Гамлет.

Вставить словцо в поток из гаджета была ему не судьба, но результат выдачи указаний явно удовлетворил.

 – Руководство (палец в потолок) в курсе. Рекомендовано, после соответствующей подготовки в кратчайшие сроки организовать прямую трансляцию шоу в праймтайм.

Квадратные глаза и отпавшие челюсти присутствующих. – Условия и технические детали будут согласованы с группой прикомандированных специалистов. С трудом могу себе представить реальность подобного мероприятия. Прямая трансляция ТАКОГО на грани фантастики. Однако, до меня довели некую деталь, значительно упрощающую дело. При некоторых обстоятельствах, о которых сообщить пока не могу, (палец в потолок), нет ничего невозможного.