Артур Хьюз ( 1831 —  1915). Отметим, что он ровесник Россетти.)  Хотя Хьюз является автором наиболее известных картин Прерафаэлитов, он больше известен как иллюстратор поэзии Кристины Россетти ( Sing-Song - collection of nursery rimes),  William Alingham (знаменитая поэма The Fairies), Tennyson's Enoch Arden, George Macdonald's At the Back of the North Wind и других поэтов.
      Родился в Лондоне. В 1846 году поступил в художественную школу при Сомерсет-Хауз. Затем учился в Королевской Академии художеств. Писал картины, посвященные произведениям Джона Китса, Теннисона и др. Позднее Артур Хьюз иллюстрировал некоторые книги Джорджа Мак Дональда и ежемесячный журнал «Хорошие слова», возглавляемый Норманом МакЛеодом. Всего он оставил после себя около 700 картин и набросков, а также более 750 иллюстраций.

  В начале творческого пути Хьюз находился под сильным влиянием Миллеса, и так же, как и он, изображал Офелию (например, «Ophelia», 1851—53, Художественная галерея Манчестера, Манчестер) и писал картины, посвященные произведениям Джона Китса. Офелия Хьюза и Миллеса были представлены на одной выставке, Миллес восхищался работой Хьюза.

       "Неизвестный прерафаэлит - так долгое время называли Хьюза Историки искусства. Хьюз не был членом Братства прерафаэлитов, но всё лучшее, что он создал, правомерно рассматривается в контексте основных задач Братства". 

Какие же отношения были у Хьюза с Братством?

       На выставке 1849 года в Королевской Академии экспонировалось полотно 17 летнего Хьюза - Музидора. Ничего общего с прерафаэлитами полотно не имеет (картинку не нашёл). На этой же выставке были представлены полотна подписанные P.R.B.: Отрочество Богоматери Россетти, Лоренцо и Изабелла и Риенци. В 1849 году Хьюз знакомится с художником Уолтером Девереллом 1827-54   Walter Howell Deverell (опять же ровесник Россетти) в то время дружившим с Россетти. В 1850 году Хьюз через скульптора Александра Монро Alexander Munro знакомится с журналом Росток  и идеями прерафаэлитов. Позднее ( в 1852 году) Хьюз  через Монро знакомится с  Россетти, Мэдоксом Брауном и, позднее, ( в 1853 году) Миллесом. Творчество последнего оказалось ему особенно близко. На выставке 1853 года оба показали своих Офелий.

https://en.wikipedia.org/wiki/Alexander_Munro_(sculptor)

 ОФЕЛИЯ с.1851-53.

        Вот тут уж прерафаэлитский дух, тут ими пахнет. Начиная с формы полотна, сопутствующего текста и, естественно, "природы". Прерафаэлитского пленэра я ещё коснусь, доберусь до этого великого искусствоведческого мифа. Ужо вот.

           Лестная характеристика, данная картине Миллесом, одним из основателей братства прерафаэлитов, способствовала введению Хьюза в круг художников, близких этому движению. Постепенно он в занял в среде прерафаэлитов свое место, поскольку нравился всем скромностью и мягкостью характера.

Ещё до апреля не добрался, но не могу удержаться - привет Сомову!!!

         На выставке 1856 года Хьюз представил картину Апрельская любовь, ставшую одной из самых известных в его творчестве. На картине цитата из "Дочери мельника" Альфреда Теннисона. Апрельская любовь, несомненно, несёт на себе следы прерафаэлитского влияния, она вдохновлена ранними работами Ханта и Миллеса. Этой картиной Хьюз обозначил мягкое "меланхолическое" направление прерафаэлизма, заключавшееся в позитивном видении современности и отошел от от социального контекста, иногда присутствующего в картинах прерафаэлитов. Хьюз попытался обратить внимание на возвышенность чувств, существующих вне зависимости от той или иной эпохи. В качестве моделей ему послужили Трифена Форд, на которой он впоследствии женился и Александр Манро, тем самым в картину внесён автобиографический элемент.

Рёскину понравилось сочетание женской фигуры с изображением цветов (редкость какая!).

   Прерафаэлиты обычно использовали в своих картинах элементы символизма. Здесь плющ и розы указывают на вечную жизнь и любовь, а разбросанные у ног девушки лепестки — на то, что любые отношения заканчиваются. Цветовая гамма картин — глубокий синий, зеленый и пурпурный цвета — стала впоследствии визитной карточкой Хьюза.

Для получения фиолетового цвета Хьюз смешал розовый ализарин с ультрамарином.[14. 28 стр]

        А я видел своими глазами Апрельскую любовь на выставке в Пушкинском музее. Там же были Хьюзовские Канун Святой Агнессы 1856 года и Аврора Ли отказывает Ромни 1860-го. Какая выставка была, восторг!

В августе 1857 года Хьюз наряду с Бёрн-Джонсом, Моррисом, Россетти и другими приступил к оформительским работам для Оксфордского союза - росписи стены над галереей. Предполагалось, что они выполнят десять фресок на тему Смерти Артура.

Картина Королевский сад. Это уже модерн, господа. Символизм едрёный. Опять же Сомов приходит на ум с его маркизками.

В 1861 году Хьюз стал партнёром компании "Моррис, Маршалл, Фолкнер и компания". Предприятие занималось производством декоративных предметов, созданием фресок, оформлением витражей, мебели. Единственным вкладом Хьюза в деятельность фирмы был картон для витража Рождение Тристрама на сюжет из Смерти Артура Томаса Мэлори.

Связи Хьюза с кругом прерафаэлитов были довольно тесны, например, картина  Косец, законченная в 1865 году формально посвящена строчке "Все проходит, говорят все проходит" из поэтического сборника Кристины Россетти Старые и новогодние песенки.
 

О картине Домой с работы хорошо отзывался Данте Россетти. На мой взгляд, это иллюстрация к книге сказок, к Мальчику с пальчик и людоеду.

Россетти покровительствовал Хьюзу, так только его участие позволило продать Сторожевую беседку, правда, по демпинговой цене.

      В 1860-х годах Хьюза вполне устраивало положение последователя прерафаэлитов. Особенно удачными считаются его картины, посвящённые традиционным у прерафаэлитов темам: Сэр Галахад из легенд о рыцарях Круглого стола.

По моему просвещенному мнению, это символизм голимый и чем то мне Штука напоминает.

        Долгое нахождение Хьюза в кругу прерафаэлитов сослужило ему плохую службу, в глазах публики он стал подражателем, неспособным на самостоятельное творчество.

Спокойной ночи 1865-1866. Хотел исследовать картину по поводу цветочного символизма, но ничего не нашёл.

        Хьюз одним из первых обратился к стихотворению Теннисона Леди Шелот, Леди знаковая фигура английского фольклора, как для нас Василиса прекрасная. Успех картины, по мнению некоторых критиков, был предопределён её сходством со знаменитой Офелией Миллеса.

Леди Shalott. 1872- 1873.

Небесная ступенька. Мда, Бёрн-Джонс отдыхает со своей Золотой лестницей.

Благовещенье. Знаменитый фиолетовый Хьюза.

Лилии - намекают на место из Матфея О лилиях полевых.... надо на Господа надеяться и не заботиться ни о чём.

Пурпурные ирисы из средневековой легенды о том, что их золотые лепестки поменяли цвет в знак траура о распятом Христе. Марии предстоит не толко счастье родить, но и быть свидетелем гибели сына.

    Газета Таймс назвала Хьюза посмертно последним прерафаэлитом. (А Уотерхауса куда девали? Он на два года позже помер). Уильям Россетти отозвался о нём, как о человеке, художнике, прерафаэлите, делавшем хорошую работу, хотя и не достигшем высокого положения.

(После чего Хьюз в гробу перевернулся).

ССЫЛКИ:

1

17, 28, 62, 83, 85-87. стр.

2 http://www.liveinternet.ru/community/1726655/post352730775/