Часть 1

Unforeseen concourse of circumstances или

Свинья грязь везде найдёт.

    Если скажут: «отчего же на руках у тебя рубцы?» И он ответит: «оттого, что меня били в доме любящих меня».

                                                                   Книга Захарии 13.6

The time cometh, that whosoever killeth you will think he doeth God service. (John 16.2).

Когда же будут гнать вас в одном городе, бегите в другой.

Мф. 10:23

  - Пётр Яковлевич, Пётр Яковлевич, писклявый голос соседки со второго этажа легко проницал филёнки квартирной двери – выгляни на минуту.

    Пётр Яковлевич в «домашнем» - трениках и шлёпанцах выбрался на площадку подъездной лестницы. Построенная пленёнными фашистскими захватчиками из русского леса, лестница, скрипя и шатаясь, но в остальном достойно, служила не первый десяток (пятидесяток?) лет. Единственным конструктивным недостатком этой совершенной конструкции служила нечеловеческая высота ступеней. Пленные были, вероятно, из гренадёрской дивизии ваффен СС и строили под свой размер. Нормальному русскому ундерменшу приходилось при использовании мегалитического сооружения поднимать коленки чуть не до пупа. Многослойно окрашена была лестница  той же «эмалью» что и пол в жилище  Петра Яковлевича.

- Слушай, - соседка перегнулась через шаткие перильца и обращалась к Петру Яковлевичу с высоты второго этажа, для секретности убавив голос до трагического шёпота.

- Тут вчера мужик заходил, сказал, что наш участковый. Он бы ещё Моше Даяном представился, урод.

     Зинаида Фёдоровна была более чем хорошо знакома с обликом участкового инспектора Григория Ивановича Могильного и без труда раскусила самозванца. Но и поверхностное знакомство с инспектором не позволяло ни с кем спутать его колоритную фигуру (160 см. в прыжке). Кроме того, самозванец был в штатском, довольно приличном прикиде, чего Григорий Иванович себе никогда не позволял, а ходил исключительно в форме. На одном боку форменной портупеи находилась кобура с исходящим из неё кожаным ремешком, на другом уравновешивало конструкцию метровое резиновое дубьё. Назвать дубинкой это приспособление не поворачивался язык.

     Знакомство Зинаиды Фёдоровны и Григория Ивановича поверхностным назвать было невозможно. Сын Зинаиды по протекции Григория Ивановича мотал уже второй за свою недолгую жизнь срок, так и не наловчившись сбывать наркоту без эксцессов исполнителя. В его отсутствие потихонечку барыжила сама Зинаида Фёдоровна. Моральной стороной вопроса она нисколько смущена не была. Передачи в колонию кто будет посылать и на какие шиши? А свинья грязь найдёт, больше их подохнет, воздух чище будет. И действительно, несмотря на естественную убыль, с клиентской базой у «Зины» проблем не возникало. Умеренно разбавляя товар, она не только повышала доходность предприятия, но и берегла клиентов от нечаянного передоза. Сама Зина наркотики на нюх не переносила (отметим данный факт, как важный для дальнейшего развития событий).

- Интересовался, кто, кто в теремочке живёт. Портрет хмыря какого-то показывал, ни на что не похожий. Со стенки в милиции снял, наверное. Сказала, что ты квартирку у бабки одной снимаешь, а больше трепаться не стала. Я сначала струхнула, думала по мою душу или по сыну доследование какое, но Моше Даян сам по себе, не из полиции, больно гладкий, скользкий, без мыла в жопу лезет.

  Пётр Яковлевич привалился спиной к двери, гулко стукнушись затылком о высохшие до страдиварного качества доски. Затряслись коленки, перед глазами рябила тусклая муть.

- И ещё, Петя, ты эту деваху выпри побыстрее, лярва известная в нашем околотке, хлопот с ней не оберёшься.

- Спасибо Зина, случайно получилось, я и не думал - Осипшим сифилитическим хрипом, откашлявшись выдавил Пётр Яковлевич.

- Ну, бывай, послушай меня, я добра желаю, въедем мы с ней по самые помидоры. "Мы? Почему мы?" Пётр Яковлевич кое-как вплыл обратно и снова привалился к двери, только потным лбом и с другой стороны. Ему было страшно до тошноты.

Настроение понизилось до гнусности.

                                              Д.Фурманов. Чапаев.

В  КРАЮ  МАГНОЛИЙ.

    Пишу романы, а мечтаю о высоком. Вот бы сценарий сочинить!

Например. Южный курортный  город, набережная. Юный до неприличия Пётр Яковлевич фланирует вдоль и поперёк в своих нафарцованных, канареечного цвета вельветовых джинсах, вдыхает запах шашлыка и предаётся эротическим мечтам. В данный исторический момент мечты сконцентрировались на весьма экзотическом предмете. Далее детям до 18-ти. Пардон, я в 2022 году, детям до 11-ти. Они и не такое видали. Нет, ну их скабрезные мечтания юного Петра, вернусь к роману. Обрисую предмет и вернусь, вот прям сейчас.

   Итак, зачем Петя выперся в душных джинсах на залитую солнцем набережную. Догадались? Сейчас появится она, дыша ... и туманами.

О ЛЮБВИ. 

    Как это я до этой темы не добрался, она конечно, органично вписана в ткань романа, но и отдельно разберём. Благо тестостероновая буря и спермотоксикоз не мешают ясности представлений, у старости есть свои прелести (не верьте - нет их!).

Song “Take, o take these lips away”.

                         Measure for Measure. Act IV. Shakespear.Song 

      Если вы подумали, что это карикатура на Зеленского, таки нет. Это объёмная карта чувствительности различных органов, сравните руки и ножки, где чувствительность больше? Писюн правда подкачал, он что ничего не ощущает? Мужики, брехня ведь, фейковые новости. Если придерживаться истины, то получилось

бы нечто такое: 

   От любви плавно перехожу к сексу, хотя дистанция тут огромного размера. Второе никак не подразумевает наличие первого. Иллюстрирую. Кто кого тут любит? 

Индийский храм  Kujaraho. Хрен знает какой век.

AB OVO

    Как известно, в незапамятные времена Пёт Яковлевич был мальчиком и тоже бегал в валенках по горке ледяной. Вы будете смеяться, но затем он планомерно превратился в нескладного подростка (Штамп, блин! Но куда деваться, если правда) с вечно торчащими из коротких рукавов и штанин конечностями.

      Попозжее напишу главу о штампах, незаменимом инструменте (средстве производства?) писательского труда. Книжка у меня есть - "О писательском труде".Тружусь, тружусь, а книгу не читал. Гадом буду, прочитаю.

     Дальше хуже, долговязый с локонами (лохмами) до плеч (Битлы же, эпоха!) и видеосалоном (кто помнит что это?) эротических мечтаний под ними юноша. Ох уж эти некстати ставшие модными мини по самое никуда, эти коленки, эти бёдра стремительно укрывающиеся ( как бы не так - всё наружу) под зубчатый обрез вельветовых юбчонок. Обтянутые попы разной степени зрелости. Как они в этих набедренных повязках сидели, нет, как сидели понятно, ножки скрестил и готово, трусов не видно, но как садиться, сам процесс не укладывается в мужском мозгу.

    Но это всё цветочки. В нынешню эпоху слабоумия и отваги сексапил приобрёл бронебойный характер. Прямой наводкой по яйцам! Ну торчат трусы или зад из трусов, никого не удивляет. Так нет же, надо чтобы щелка прорисовывалась - эффект "верблюжьей лапки" (гугл, спасибо).

     У некоего африканского племени самой сексуальной частью женского организма считается затылок. Жарко там, все голые, сиськи-письки не возбуждают. А затылок! Вот где эпилу то море. Припомнились мне бушменские нахренники. Вещь, кстати, полезная в жарком климате. Карманов-то нема, они в этих аппаратах махорку хранят, зажигалки. Ну, Европа не подкачай! Гульфик, извольти глянуть, вешь тоже неслабая. Короче, тема неисчерпаема, а до любви я ещё и не добрался, даже в первом приближении. 

           Всегда без спутников,одна. Э! Нет. Всегда со спутником, одна. Так будет вернее. Но "спутник" я живописую позже. Сначала о предмете вожделения Петра Яковлевича юниор. На кого его змей Кундалини клыки наточил? Она была...казашка. Не та декоративная наманикюренная казашка из танцевального ансамбля, а исконная казашская казашка из глубины скифских полынных степей. Впрочем, у неё никто прописку не спрашивал, может из Алма-Ата или другого казашского мегаполиса, к экстерьеру это отношения не имеет. Степная кобылица внатуре (блин, как мой внук говорит - штампец прорвался). К слову, это не первый этнографический опыт-эксперимент Пети, была у него настоящая таёжная якутка ( тайга - медьведь прокурор, это не штамп - фоьлклёр, блин). У неё даже пальцы на ногах были частично отморожены. Но о якутах позже. У меня ещё в очереди "спутник". 

  «Спу́тник-1» — первый в мире искусственный спутник Земли, советский космический аппарат, запущенный на орбиту 4 октября 1957 года.

  Первому спутнику, (кстати сказать, ровеснику Петра Яковлевича)  не пришлось вернулся на казахстанскую почву. Спутник же Прекрасной Дамы явно из неё произрос - неопределённо среднего возраста казах каждое утро в кильватерном одере, на почтительном расстоянии эскортировал свою дочь? Внучку? Кривые кавалерийские ноги обутые в покрытые степной пылью кирзовые сапоги и сельповский серый на вате пиджак в южном пекле вызывали почтительное изумление курортников. Пеший, без плётки, он всё равно был верхом и сквозь смотровые щели глаз смотрел поверх голов на марево морского горизонта также привычно как в степную даль. 

          Итак, по залитой (опалённой, обжаренной - на выбор читателя) набережной с непроницаемым несколько рябым плоским лицом каменной бабы казашка проносила свою племенную патентованную  фертильность мимо Пети (мимо!). Но если  и  каменной, то бабой она была высокого накала, хоть прикуривай, такой знойный зов плоти источало её крепко сбитое (блин) тело. Фертильность была упакована в ровный степной загар и платье цвета светлорыжей охры, делавшее загар ослепительным. Шествие полынной венеры совершалось по утрам, всегда в одно и тоже время и у Пети вошло в привычку перед тем как что-нибудь сожрать на завтрак задать пир очам и из-за живой изгороди насладиться импровизированным подиумом. На пляже венера не появлялась. Купаться в полуобнаженном виде ей видно не разрешалось, а загорать - глупый вопрос. Да и зачем раздеваться, когда светложелтая охра и так туго обтягивает... Ну всё что надо, короче,  обтягивает туго.