Зосима страстотерпец.

     Зосима толст и лыс. Полосатая футболка не добравшись до пупа демонстрирует обвисшее на хронически не запираемую ширинку брюхо. Футболка носила тотально демисезонный характер и даже в лютые морозы, вместе с брюхом отсвечивала в распахнутую верхнюю БУ одежонку. Шапка не касалась головы Зосимы принципиально. И грех было скрывать колоритную, блестящую, шишковатую и вечно исцарапанную лысину. Зосимой окрестил бомжа Киношка, снимавший как-то фильм по Достоевскому.

Ста́рец Зоси́ма — персонаж романа «Братья Карамазовы» русского писателя XIX века Фёдора Михайловича Достоевского, в молодости вспыльчивый офицер Зиновий, с которым однажды происходит духовное перерождение, после которого офицер уходит в отставку и становится монахом Зосимой

Выпертый с позором из армии Зосима денщиков по мордам не хлестал, в дуэлях не участвовал. Офицером, кстати, он тоже не являлся, а был честным прапором и был изгнан из рядов даже не за пьянство (не большой порок в войсках) и не за воровство, но по полной профнепригодности. Более бестолкового прапора не обувалось в сапоги за три века существования русской армии. Страстотерпцем Зосима сподобился уже в статусе бомжа, приверженец здорового образа жизни, он с целью опьянения и для пользы сердцу обычно принимал «на грудь» 5-6 пузырьков корвалола, после чего привычные фельдшера скорой помощи под белы руки сопровождали его с обетованной скамейки домой. Благо липовый бомж Зосима был законно прописан и проживал с сожительницей и её дочуркой лет восьми в двухкомнатной квартире на первом этаже. Личину бомжа он принял как индульгенцию от всех социальных обязательств. До определённого момента статус кво всех устраивал. НО. Всегда это «но» и как часто именно женщины нарушают зону комфорта и благоденствия. В недобрый для Зосимы час, встретив его в дверях «на тройке» - под руки с двумя фельдшерами и имея, совершенно некстати, в руках скалку она мгновенно превратила на глазах изумлённых медработников ровненькую плешь Зосимы в лунный верденский пейзаж. Хуже того, опять совершенно некстати, спавшие брюки обнажили яйца Зосимы, которые и были зверски исцарапаны когтями сожительницы. Во время прогона «сквозь строй» фельдшера продолжали держать Зосиму в вертикальном положении и не смогли воспрепятствовать ( и не слишком торопились) нанесению травм. Зато потом помощь была оказана в полном объеме, густо мажа йодом исцарапанные места фельдшер удовлетворённо улыбался улыбкой Ганнибала Лектора. Зосима не улыбался. Скрыть от сотоварищей механизм получения травм не удалось и Зосима обрёл статус страстотерпца, хотя травмы и оказались совершенно неконвертируемы в получение милостыни, но моральную базу Зосимы укрепили необычайно. Он пострадал. Жизнь была к нему жестока.