БЫЛА БЕЗ РАДОСТЕЙ ЛЮБОВЬ, РАЗЛУКА БУДЕТ БЕЗ ПЕЧАЛИ.

Вторник, 18 Июня 2013 г. 16:29 + в цитатник

БЫЛА БЕЗ РАДОСТЕЙ ЛЮБОВЬ, РАЗЛУКА БУДЕТ БЕЗ ПЕЧАЛИ.

Была без радостей любовь, разлука будет без печали.

В толпе друг друга мы узнали, 
Сошлись и разойдемся вновь. 
Была без радостей любовь, 
Разлука будет без печали.

                                                 
                 Договор   М. Лермонтов

– Пётр Яковлевич, Петя! – задребежжал из-за спины старческий тенорок.

Пётр Яковлевич дёрнулся, но сразу оборачиваться не стал, более того, устремил взгляд в перспективу набережной. «Если сразу стартануть, может …» Припомнился ему давнишний курортный эпизод: кипарисовая аллея, налитая южным соком луна, пыхтенье хулиганов за спиной, шорох его сандалий, летящих по мелкому гравию дорожки. «Где те сандалии, эх». Голос! Контакты в мозгу Петра Яковлевича звучно щёлкнули, ох не зря всплыла со дна та ночная пробежка.

- Добрiвечер. Давно не бачились. Як воно? Чим займався весь цей час? – Моисеич, опираясь на пижонскую тросточку, удовлетворённо улыбался в седую бороду, поблёскивал глазами из-под брежневских кустистых бровей.

-Постарел ты как, Яков Моисеевич- Петр Яковлевич наконец повернулся и за спиной старика, так метрах в пятнадцати увидел то, что и ожидал – два размытых сумерками силуэта.

– Можно подумать, ты, Петя омолодился. – обиделся старик- Всё бегаешь?

– Какое там - Пётр Яковлевич продемонстрировал собственное средство безбарьерного передвижения – «Подружка» не позволяет. В костылике Петра Яковлевича скрывался острый финский ножик, монтаж устройства был произведён по сю сторону кордона братом Хельки, он же предлагал вместо фольклёрной чепуховины автомат узи (разрешено в Финляндии). Сам Юхани пользовался еврейским самопалом для добычи лосей на соседском участке леса. (Ну не на своём же!). При этом для снижения градуса паблисити употреблялся кустарно изготовленный глушитель (запрещено в Финляндии). Пётр Яковлевич по банкам из вежливости популял, но принять на вооружение отказался. Пролитие чужой крови не планировалось, да и своей лишь в случае отсутствия альтернативы. – Прям тут меня упакуете?- деловито поинтересовался Пётр Яковлевич – а то тут поблизости скверик уютный.

– Петя, не суетись. Никакого насилия, мы ведь миром договоримся? Зря что ли меня старика сюда притащили для страховки эксцессов, иначе пришлось бы им голову фольгой оборачивать, ты ведь Петя у нас уникум. Не порастряс сноровку? Ничего страшного с тобой не случится, поедем к заказчику, потрудишься чуток. Всем выгода, Хельке твоей никакого вреда кроме пользы, Юхани зубы форфоровые вставит. Упорная чухна, не хотел на тебя наводку давать.

– Ну, делать нечего, спымал ты мене старий засранець, шлимазл. Воно того варте? Жидовская шкура продажная.

– Вот ты, Петя, и рассердился, а думаешь, я по своей воле? И старику ещё хочется на солнышко посмотреть, импланты американские знаешь что коштуют?

- А ты свои израильские приобретай, дешевле будут и в гробу как Голда Мейер будешь лыбиться.

– Тьфу, типун тебе на язык – плюнул старик.

Сплюнул и Петя – Ладно, согласен, дёргаться не буду. Согласие ведь есть продукт непротивления сторон. Так кажется? А я всё тому же баю потребовался, ему же все восемьдесят, а то и с гаком?

1605424801286194416 (292x323, 17Kb)

Ему-то за восемьдесят хорошо, а поблядушкам от восемнадцати и ниже. Очень зазря Петя ты ему тогда пипку завострил, теперь от тебя не отстанет, будешь у него вроде рыбки золотой. Хочу, скажет, хрен как полено и яйца по кулаку и куды ты денешься? Петя вспомнил войлочную камеру и нащупал рукоять тросточки.

-Слушай, Моисеич, а ты откуда нарисовался? В телевизоре не показываешься, воду не заряжаешь, стадионы не собираешь, затихарился иуда иудейская.

- Пенсия Петя, без сохранения мундира, я ведь до генерала дослужился, вот на историческую родину собрался, жить там можно, если шекелями запастись, но народ паскудненький, так и норовят старичка облапошить. - На нашем поле дураков ты вольготно попасся. Но, дедушка, давай закругляться. Когда за серебряниками валютными руки потянул большой просчёт допустил, сам же меня учил: "Не размотай талант по мелочам, пригодится на чёрный день", вот стоишь передо мной как лист перед травой и в глаза мне не смотришь- Петя ткнул указательным в переносицу старика - пойдём сэн-сэй прогуляемся, ноги тебя слушаются, а вот голос нет. Помнишь крымские забавы? Надрессировал ты меня на свою собственную задницу.

От обреза набережной Петр Яковлевич возвращался один. Провожатые Моисеича за это время переместились в пространстве шагов на пять и ускоряться явно не собирались. Петя оценил экстерьер маргиналов;"голем и гомункул"

- Вот что, залётные, вон вывеска APTEEKKI, совершаете набег, никого не обижаете, берёте всё подряд, улыбаетесь в камеру, громко и отчётливо общаетесь по-русски. По вашим рожам продавщица и так поймёт, что грабят. Продавщицу сильно не пугать. На границе будьте понаглее. Большую услугу оказываю вам криминальные чтива, будете в финской тюрьме сидеть, это конечно не Норвегия, но, может, школу закончите, или профессию какую приобретёте, а то с бандитизмом у вас не кругло выходит. Всё, брифинг закончен, за работу товарищи. Во, бля память, совсем забыл, проснётесь на границе, когда будут наручники надевать.