СЕРГЕЙ ТИМОФЕЕВИЧ АКСАКОВ

Я всякий день читал свою единственную книжку "Зеркало добродетели" моей маленькой сестрице, никак не догадываясь, что она еще ничего не понимала, кроме удовольствия смотреть картинки. Эту детскую книжку я знал тогда наизусть всю; но теперь только два рассказа и две картинки из целой сотни остались у меня в памяти… это "Признательный лев" и "Сам себя одевающий мальчик". Я помню даже физиономию льва и мальчика! Наконец "Зеркало добродетели" перестало поглощать мое внимание и удовлетворять моему ребячьему любопытству, мне захотелось почитать других книжек, а взять их решительно было негде; тех книг, которые читывали иногда мой отец и мать, мне читать не позволяли. Я принялся было за "Домашний лечебник" Бухана, но и это чтение мать сочла почему-то для моих лет неудобным…
…Благодетельная судьба скоро послала мне неожиданное новое наслаждение, которое произвело на меня сильнейшее впечатление и много расширило тогдашний круг моих понятий. Против нашего дома жил в собственном же доме С.И.Аничков, старый, богатый холостяк, слывший очень умным и даже ученым человеком;.. он был когда-то послан депутатом от Оренбургского края в известную комиссию, собранную Екатериною Второй для рассмотрения существующих законов. … Он услышал как-то от моих родителей, что я мальчик прилежный и очень люблю читать книжки, но что читать нечего. …На другой день вдруг присылает он человека за мною; меня повел сам отец. Аничков, расспросив хорошенько, что я читал, как понимаю прочитанное и что помню, остался очень доволен; велел подать связку книг и подарил мне… о счастие!.. "Детское чтение для сердца и разума", изданное безденежно при "Московских ведомостях" Н.И.Новиковым. Я так обрадовался, что чуть не со слезами бросился на шею старику и, не помня себя, запрыгал и побежал домой, оставя своего отца беседовать с Аничковым. Помню, однако, благосклонный и одобрительный хохот хозяина, загремевший в моих ушах и постепенно умолкавший по мере моего удаления. Боясь, чтоб кто-нибудь не отнял моего сокровища, я пробежал прямо через сени в детскую, лег в свою кроватку, закрылся пологом, развернул первую часть — и позабыл все меня окружающее. Когда отец воротился и со смехом рассказал матери все происходившее у Аничкова, она очень встревожилась, потому что и не знала о моем возвращении. Меня отыскали лежащего с книжкой. Мать рассказывала мне потом, что я был точно как помешанный: ничего не говорил, не понимал, что мне говорят, и не хотел идти обедать. Должны были отнять книжку, несмотря на горькие мои слезы. Угроза, что книги отнимут совсем, заставила меня удержаться от слез, встать и даже обедать. После обеда я опять схватил книжку и читал до вечера. Разумеется, мать положила конец такому исступленному чтению: книги заперла в свой комод и выдавала мне по одной части, и то в известные, назначенные ею, часы. Книжек всего было двенадцать, и то не по порядку, а разрозненные. Оказалось, что это не полное собрание "Детского чтения", состоявшего из двадцати частей. Я читал свои книжки с восторгом и, несмотря на разумную бережливость матери, прочел все с небольшим в месяц. В детском уме моем произошел совершенный переворот, и для меня открылся новый мир… Я узнал в "рассуждении о громе", что такое молния, воздух, облака; узнал образование дождя и происхождение снега. Многие явления в природе, на которые я смотрел бессмысленно, хотя и с любопытством, получили для меня смысл, значение и стали еще любопытнее. Муравьи, пчелы и особенно бабочки с своими превращеньями из яичек в червяка, из червяка в хризалиду и, наконец, из хризалиды в красивую бабочку — овладели моим вниманием и сочувствием; я получил непреодолимое желание все это наблюдать своими глазами.
…При первом удобном случае начал я читать арабские сказки, надолго овладевшие моим горячим воображением. Все сказки мне нравились; я не знал, которой отдать преимущество! Они возбуждали мое детское любопытство, приводили в изумление неожиданностью диковинных приключений, воспламеняли мои собственные фантазии. Гении, заключенные то в колодезе, то в глиняном сосуде, люди, превращенные в животных, очарованные рыбы, черная собака, которую сечет прекрасная Зобеида и потом со слезами обнимает и целует… сколько загадочных чудес, при чтении которых дух занимался в груди! С какой жадностью, с каким ненасытным любопытством читал я эти сказки, и в то же время я знал, что все это выдумка, настоящая сказка, что этого нет на свете и быть не может. Где же скрывается тайна такого очарования? Я думаю, что она заключается в страсти к чудесному, которая более или менее врождена всем детям и которая у меня исключительно не обуздывалась рассудком. Мало того, что я сам читал по обыкновенью с увлечением и восторгом, — я потом рассказывал сестрице и тетушке читанное мной с таким горячим одушевлением и, можно сказать, самозабвением, что сам того не примечая, дополнял рассказы Шехерезады многими подробностями своего изобретенья и говорил обо всем, мною читанном, точно как будто сам тут был и сам все видел. Возбудив вниманье и любопытство моих слушательниц и удовлетворяя их желанью, я стал перечитывать им вслух арабские сказки — и добавления моей собственной фантазии были замечены и обнаружены тетушкой и подтверждены сестрицей. Тетушка часто останавливала меня, говоря: "А как же тут нет того, что ты нам рассказывал? Стало быть, ты все это от себя выдумал? Смотри, пожалуй, какой ты хвастун! тебе верить нельзя". Такой приговор очень меня озадачил и заставил задуматься. Я был тогда очень правдивый мальчик и терпеть не мог лжи; а здесь я сам видел, что точно прилгал много на Шехерезаду. Я сам был удивлен, не находя в книге того, что, казалось мне, я читал в ней и что совершенно утвердилось в моей голове. Я стал осторожнее и наблюдал за собой, покуда не разгорячался; в горячности же я забывал все, и мое пылкое воображение вступало в свои права.

ПУТЕШЕСТВИЕ НА ДИВАНЕ

Наше путешествие ещё не началось, а камень на распутье дорог уже встретился: слова в названии обзора решительно не хотят уживаться друг с другом.
Впрочем, если задуматься, то по сути всё верно. В качестве надёжного средства передвижения во времени и пространстве диван знаменит с тех пор, как был опробован первым читателем. Первоначальное значение персидского слова «диван» — книга. В классических литературах Ближнего и Среднего Востока диван — сборник стихов одного поэта. «Западно-восточный диван» И.В.Гёте — собрание стихотворений на мотивы различных образцов восточной поэзии. А ещё диван — совет мудрецов при султане.
Наряду с книжным шкафом, который тоже не обойдён вниманием писателей (вспомним монолог Гаева из «Вишнёвого сада»: «Дорогой, многоуважаемый шкаф! Приветствую твоё существование, которое вот уже больше ста лет было направлено к светлым идеалам добра и справедливости; твой молчаливый призыв к плодотворной работе не ослабевал в течение ста лет, поддерживая (сквозь слёзы) в поколениях нашего рода бодрость, веру в лучшее будущее и воспитывая в нас идеалы добра и общественного самосознания»), диван удостоен множества комплиментарных упоминаний в литературе.
Самый знаменитый и, разумеется, самый обжитой диван — обломовский. Но нас, потенциальных путешественников, его просевшие пружины не очень привлекают. А вот «Суета вокруг дивана» из повести братьев Стругацких «Понедельник начинается в субботу» — как раз по нам.
Диван и высокая поэзия — тоже понятия родственные. Как доказательство — «Первое путешествие» Марины Цветаевой:

А вот её же «Мирок»:

Знаменитые и не очень литературные диваны громоздятся и скрипят: «И я, и обо мне!» Но мы — только о тех, что поближе к детской.
«Мы выкорчёвывали пружины диванов, изучая истинное строение вещей» — это у Льва Кассиля в «Кондуите и Швамбрании».
Николай Носов в повести «Тайна на дне колодца» рассказывает о старой мебели и не забывает о диване, «который стоит вдоль стены, тоже из их породы, но характер у него другой. Он смешит меня тем, что старается быть похожим на кресла. Пыжится, напускает на себя важность, а ничего не выходит…».
У Ильфа и Петрова имеются не только стулья, но и немало впечатляющих диванов и диванчиков, например, «диванчик для аристократического полулежания и адвокатский диван “радость клопам” со множеством удобных щелей и складочек».
Григорий Остер во «Вредных советах» всем нежелающим обедать рекомендует прибегнуть к помощи дивана: «гордо прячьтесь под диван и лежите там тихонько, чтоб не сразу вас нашли. А когда из-под дивана будут за ноги тащить, вырывайтесь и кусайтесь, не сдавайтесь без борьбы».
Клиффорд Саймак в романе «Снова и снова» превращает фантастических животных в столы, шкафы, кресла и диваны (а не наоборот, как это часто бывает).
«Обычно за много недель до отъезда ложусь я на диван и начинаю думать, что взять с собой в дорогу», — это уже Юрий Коваль, «Самая лёгкая лодка в мире».
Пора и нам отнестись к дивану, как к исходному пункту путешествия. Полежали, испытали диван на прочность перед долгой дорогой и — вперёд.

Как дожить до ста и более лет...

О любви...

За любовь платишь в рассрочку, и большей частью, увы, когда любовь уже кончилась.
(Коко Шанель, французская законодательница моды. ХIХ-ХХ вв.)

Любовь побеждает все, кроме бедности и зубной боли.
( Мэй Уэст, американская киноактриса. ХХ в.)

Любовь – это неизвестно что, которое приходит неизвестно откуда и кончается неизвестно когда.
(Мадлен де Скюдери, французская писательница. ХУП в.)

Любовь - это эгоизм вдвоем.
( Жермена де Сталь, французская писательница, ХУП-ХIХ вв).


В любви, как и во всем, опыт – врач, являющийся после болезни.
Чем меньше страсти выказываешь, тем большую страсть возбуждаешь.
( Нинон де Ланкло, французская куртизанка. 17 в.)


Любовь - это грубое преувеличение различия между одним человеком и всеми остальными.
(Дж. Б. Шоу)

Все влюбленные клянутся исполнить больше, чем могут, и не исполняют даже возможного.
( У. Шекспир)

Любовь - это все. И это все, что мы знаем о ней.
(Эмили Диксон, американская поэтесса. ХIХ век.)

Ничто так не мешает роману, как чувство юмора у женщины и его отсутствие у мужчины.
( О. Уайльд)

Что такое любовь? Это зубная боль в сердце.
( Г. Гейне)

Любовь - сладострастно-горькое чудовище, от которого нет защиты.
(Сапфо)

Для мужчины нет ничего досаднее, чем обещание любить его "всегда", в то время как он предпочел бы быть любимым недели две или три.
( Хелен Роуленд, американская журналистка. ХIХ-ХХ вв.)

Фаина Георгиевна Раневская

Это вершина, до которой еще никто не дошел...

Цинизм ненавижу за его общедоступность.

-Знаете, -вспоминала через полвека Раневская, -когда я увидела этого лысого на броневике, то поняла: нас ждут большие неприятности.




-Когда я умру, похороните меня и на памятнике напишите : "Умерла от отвращения"



Лесбиянство, гомосексуализм, мазохизм, садизм - это не извращения. Извращений, собственно, только два: хоккей на траве и балет на льду.



Почему, Фаина Георгиевна, вы не ставите и свою подпись под этой пьесой? Вы же ее почти заново переписали.

- А меня это устраивает. Я играю роль яиц: участвую, но не вхожу.


Всю жизнь я проплавала в унитазе стилем баттерфляй.



Обсуждая только что умершую подругу-актрису:

-Хотелось бы мне иметь ее ноги- у нее были прелестные ноги! Жалко - теперь пропадут.



О своих работах в кино: "Деньги съедены, а позор остался"...



Старость - это просто свинство. Я считаю, что это невежество бога, когда он позволяет доживать до старости. (конец 70-х)



У меня хватило ума глупо прожить жизнь.



В Москве можно выйти на улицу одетой, как бог даст, и никто не обратит внимания. В Одессе мои ситцевые платья вызывают повальное недоумение - это обсуждают в парикмахерских, зубных амбулаториях, трамвае, частных домах. Всех огорчает моя чудовищная "скупость" - ибо в бедность никто не верит. (1949)



Ребенка с первого класса школы надо учить науке одиночества.



Критикессы - амазонки в климаксе.



Проклятый девятнадцатый век, проклятое воспитание: не могу стоять, когда мужчины сидят.



Если женщина идет с опущенной головой - у нее есть любовник! Если женщина идет с гордо поднятой головой - у нее есть любовник! Если женщина держит голову прямо - у нее есть любовник! И вообще - если у женщины есть голова, то у нее есть любовник! 

Некоторые, не менее замечательные, высказывания не привожу,  слишком режут слух своей прямотой, но забыть их не могу, такое можно произнести только в близком кругу =:)))
 

НИКА

Ника Турбина - История еще одного одиночества...

http://www.poetnika.ru/page9.html здесь текст с сайта...

Ника Турбина – девушка, чья жизнь трагически оборвалась в 27 лет. Она больше не могла жить. Она сделала шаг. Шаг, оказавшийся шагом в никуда, шаг ставший последним в её жизни. Она покончила с собой. Ника Турбина с детства писала стихи, то есть даже не писала, а сочиняла. Писать тогда она ещё не умела. Ей помогали записывать родственники: мама, бабушка. Её стихотворения поражали своей серьезностью, совсем несвойственной детям. Казалось, Ника понимала всю суть жизни, умело выхватывая нужные нити, и плетя волшебную сеть из своих стихотворений. Её родители поражались, но решили показать девочку какому-нибудь известному поэту. Им оказался Евгений Евтушенко. Он прочитал несколько стихотворений из сборника Ники и понял, осознал всю гениальность этого маленького чуда. Нику узнал весь мир. Дядя Женя (а именно так и звала его Ника) возил девочку по миру, она проводила собственные поэтические вечера, завораживая зал чарующими нотами своих стихов. Её называли феноменом, прорывом. С ней работали лучшие психологи, экстрасенсы, врачи – все они пытались понять, разгадать тайну маленькой девочки, так непостижимо взрослой. Всё закончилось в 12 лет. Дар ушел из Ники – с ним ушла и жизнь.

МАРИЯ КАЛЛАС:

ЖИЗНЬ БЕЗ ЛЮБВИ

31 год назад, 16 сентября 1977 года, в Париже умерла та,
которую эпоха нарекла Божественной.



Похоронная служба состоялась в Греческой православной церкви на Рю Жорж Бизе. Тело Каллас предали земле на кладбище Пер-Лашез. Через три месяца могила была разорена, останки похищены - и найдены несколько часов спустя в дальнем углу кладбища. В 1979 году прах самой известной на планете гречанки был развеян над Эгейским морем. А вместе с ним - тайны ее жизни и смерти. Остались только записи ее божественного голоса, от которого мир до сих пор сходит с ума.

Загадка смерти

По официальной версии, Мария Каллас умерла от сердечного приступа. В последние годы жизни певица действительно страдала от нескольких серьезных заболеваний, однако тяжелой болезни сердца среди них не было. Почему врач, сделав заключение о смерти, не настоял на вскрытии? Также хорошо известно, что Каллас категорически не хотела после смерти оказаться в печи. Даже купила на кладбище место для своей могилы. И вдруг эта загадочная кремация.



Знаменитый режиссер Франко Дзеффирелли, недавно снявший полудокументальный фильм "Callas forever" (с Фанни Ардан в заглавной роли), убежден: Марию Каллас отравила ее пианистка и наперсница — Васса Деветци. Дабы завладеть богатствами певицы, считает Дзеффирелли, она не только намеренно ограничивала круг общения Каллас, чем усугубляла ее депрессию, но и регулярно добавляла в ее лекарства транквилизаторы. Насколько справедлива эта версия, непонятно, но теория отравления очень популярна среди поклонников певицы. Впрочем, никаких полицейских или частных расследований на этот счет не велось. По версии мужа Каллас Джиованни Батиста Менегини, Мария, вероятнее всего, покончила с собой. А быть может, люди просто не хотят верить в банальность смерти той, кого они боготворили.

Кстати, смерть Каллас оставила без ответа и еще один абсолютно земной вопрос. Куда исчезло ее завещание, о существовании которого знали несколько человек? Официально считается, что госпожа Каллас никаких распоряжений относительно своего имущества не оставила. Ее десять миллионов решением суда были разделены между двумя глубокими стариками — матерью и мужем — людьми, которые не очень-то любили Каллас, и она отвечала им взаимностью.

Золушка в собственном доме

2 декабря (по иным сведениям — 3-го или 4-го) 1923 года в Нью-Йорке в семье греческих эмигрантов родилась девочка, окрещенная традиционно длинным именем Сесилия София Анна Мария Калогеропулос. Незадолго до рождения Марии ее родители потеряли единственного сына. Старшая дочь у них уже была. Иванхелия Калогеропулос ходила беременной в трауре и молила Бога, чтобы новорожденный был мальчиком. Когда на свет появилась девочка, мать несколько дней отказывалась даже смотреть на нее...

Великая депрессия не только разорила, но и разрушила семью аптекаря Калогеропулоса. В 1937 году женская часть семьи вернулась в Афины. Когда у Марии обнаружились незаурядные музыкальные способности, мать, по свидетельству очевидцев и самой Марии, стала истязать ребенка многочасовыми ежедневными занятиями, не без основания рассчитывая выбраться из беспросветной нищеты. Мария поступила в Афинскую консерваторию. Уже пятнадцатилетней девчонкой она пела Сантуццу перед публикой. До явления великой Марии Каллас оставалось еще 12 лет.

Рождение Божественной

Мария очень хотела вернуться в Америку. Но в доме отца, который обзавелся к тому моменту новой семьей, никто не обрадовался ее приезду. Да и Нью-Йорк в середине 40-х не смог разглядеть в прыщавой толстушке будущую богиню. Это в 1955 году директор Metropolitan Opera едва ли не на коленях будет умолять Марию Каллас спеть за баснословные по тем временам 3000 долларов (при том, что Карузо получал 2500 за выход).

Мария вернулась в Европу. В 1947 году она получила первый престижный контракт — ей предстояло петь "Джоконду" на Арене ди Верона. Но это оказалось не главным событием тех дней. Спустя несколько часов после того, как нога Марии вступила на итальянскую землю, она познакомилась с богатым промышленником и фанатом оперы Джиованни Батиста Менегини. 24-летняя малоизвестная певица и ее кавалер, почти вдвое старше, стали друзьями, потом заключили творческий союз, а через два года обвенчались во Флоренции. Менегини всегда играл при Каллас роль отца, друга и менеджера, а мужа — в самую последнюю очередь. Как сказали бы сегодня, Каллас была его суперпроектом, в который он вкладывал прибыль от своих кирпичных заводов.

Мария без устали совершенствовала не только свой голос, но и фигуру. Истязала себя жесточайшей диетой. И достигла желаемого результата, изменившись фактически до неузнаваемости. Она сама так фиксировала свои достижения: "Джоконда 92 кг; Аида 87 кг; Норма 80 кг; Медея 78 кг; Лючия 75 кг; Альцеста 65 кг; Елизавета 64 кг". Так таял вес ее героинь при росте 171 см".

В канун Рождества 1952 года на сцене миланского театра La Scala в спектакле "Сицилийская вечерня" появилась демоническая южная красавица с античными чертами лица и голосом, моментально проникающим в душу. "Дьявольская дива", не знающая себе равных. Образы Каллас всегда были полны трагизма. Ее любимыми партиями стали Травиата и Норма. "Они приносят себя в жертву любви и этим очищают душу", — любила повторять Каллас. В ее жизни очень долго было всё — слава, богатство... Всё, кроме любви.

Роковая страсть

В сентябре 1957-го на балу в Венеции Каллас познакомилась со своим земляком, мультимиллиардером Аристотелем Онассисом. Уже через несколько недель Онассис пригласил Каллас вместе с мужем отдохнуть на своей знаменитой яхте "Кристина". Мария и Ари на глазах у изумленной публики, не страшась пересудов, то и дело уединялись в апартаментах хозяина яхты. Казалось, мир еще не знал такого сумасшедшего романа.

Каллас впервые в жизни была по-настоящему счастлива. Она, наконец, полюбила и была абсолютно уверена, что это взаимно. Впервые в жизни она перестала интересоваться карьерой — престижные и выгодные контракты один за другим уходили из ее рук. Мария оставила мужа и переехала в Париж, поближе к Онассису. Для нее существовал только Он.

На седьмом году их отношений у Марии появилась последняя надежда стать матерью. Ей было уже 43. Но Онассис жестоко и безапелляционно поставил ее перед выбором: или он или ребенок, заявив, что у него уже есть наследники. Не знал он, да и не мог знать, что судьба жестоко ему отомстит, — в автокатастрофе погибнет его сын, а несколькими годами позже от наркотической передозировки умрет дочь...
Онассис и Каллас



Мария панически боится потерять своего Ари и соглашается на его условия. Недавно на аукционе "Сотбис" среди прочих вещей Каллас был продан и меховой палантин, подаренный ей Онассисом после того, как она сделала аборт...

Великая Каллас думала, что достойна великой любви, а оказалась очередным трофеем самого богатого в мире грека. В 1969 году Онассис женится на вдове американского президента Жаклин Кеннеди, о чем сообщает Марии через посыльного. В день этой свадьбы Америка негодовала. "Джон умер во второй раз!" — кричали газетные заголовки. И Мария Каллас, отчаянно умолявшая Аристотеля пожениться, по большому счету тоже умерла именно в этот день.

В одном из последних своих писем к Онассису Каллас заметила: "Мой голос хотел предупредить меня о том, что вскоре я встречусь с тобой, и ты изничтожишь и его, и меня". Последний раз голос Каллас звучал на концерте в Саппоро 11 ноября 1974 года. Вернувшись в Париж после этих гастролей, Каллас фактически больше не покидала своей квартиры. Утратив возможность петь, она потеряла последние нити, связывающие ее с миром. Лучи славы выжигают все вокруг, обрекая звезду на одиночество. "Только когда я пела, я чувствовала, что меня любят", — часто повторяла Мария Каллас.

Нам тяжело от одиночества...

ОН сказал: "Мне нравятся многие женщины. Я не могу быть только с одной".
Она улыбнулась в ответ.
Он сказал: "Я сам по себе. Я свободен и никому ничего не должен".
Она закурила и опустила глаза.
Он сказал: "Мне нравятся женщины, которые понимают меня и ценят мою свободу".
Она ухмыльнулась и выдохнула струйку дыма.
Он сказал: "Давай проведем хорошо время, ты мне нравишься".
Она затушила сигарету и посмотрела ему в глаза.
Он понял, что она не возражает.
Он спросил: "У тебя, наверное, было много мужчин?"
Она обняла его и сильнее прижалась к нему.
Он спросил: "Тебе хорошо со мной?"
Она закрыла глаза и поцеловала его.
Уходя утром, он сказал: "Все было здорово, только давай это останется между нами".
Она протянула руку и смахнула невидимую пылинку с его плеча.
Он сказал: "Я как-нибудь тебе позвоню".
Она кивнула и захлопнула дверь.
Он позвонил вечером того же дня.
Её не было дома.
Он дозвонился ей на сотовый только поздней ночью.
Она позволила приехать только через неделю.
Он спросил: "Ну, как ты развлекалась без меня?"
Она улыбнулась и предложила ему кофе.
Он звонил ей почти каждый день.
Она иногда просто не поднимала трубку.
Он приезжал к ней, когда она разрешала.
Она не объясняла, почему приглашения были такими редкими.
Он понял, что хочет быть только с ней.
Он нервничал, когда она не отвечала на звонки.
Он выходил из себя, когда узнавал, что её видели с другим.
Он хотел, чтобы об их связи знали все.
Она была против.
Он хотел, чтобы она была только его.
Он приехал к ней с огромным букетом алых роз.
Она приняла цветы, но попросила больше не приезжать без приглашения.
Он хотел попросить её стать его женой.
Она сказала: "Я сама по себе".
Он закурил, у него дрожали руки.
Она сказала: "Я свободна".
Ему вдруг стало холодно.
Она сказала: "Я никому ничего не должна".
Ему показалось, что сердце остановилось.
Она сказала: "И Я не собираюсь что-либо менять".

ЛЮБОВЬ-беспощадная тварь...она как болезнь валит всех без разбора...)

нам тяжело постоянно быть с кем-то...и тяжело от одиночества...

 

 

Обычный...Красивый мужчина в твоей постели, горячий крепкий кофе для двоих
на следующее утро... такое вот облако грез. А что в реальности?

Давай поиграем...

А давай наперегонки до горки? – предложил он ей, предвкушая победу.
- Неа. – отказалась она – Воспитательница сказала не бегать. Попадет потом.
- Струсила? Сдаешься? – подначил он ее и засмеялся обидно.
- Вот еще. – фыркнула она и рванула с места к горке.
Потом они сидели в группе, наказанные, под присмотром нянечки, смотрели в окно как гуляют другие и дулись друг на друга и на воспитательницу.
- Говорила тебе – попадет. – бурчала она.
- Я бы тебя перегнал обязательно – дулся он – Ты нечестно побежала. Я не приготовился...

- А спорим я быстрей тебя читаю? – предложил он ей.
- Хахаха. – приняла она пари – Вот будут проверять технику чтения и посмотрим. Если я быстрее – будешь мой портфель до дому и до школы таскать всю неделю.
- А если я – отдаешь мне свои яблоки всю неделю! – согласился он.
Потом он пыхтел по дороге с двумя ранцами и бурчал:
- Ну и что! Зато ты не запоминаешь что читаешь и пишешь медленнее. Спорим?.


- А давай поиграем. – предложил он – Как будто бы я рыцарь, а ты как будто бы дама сердца.
- Дурак. – почему-то обиделась она.
- Слабо? – засмеялся он – Слабо смущаться при виде меня? И дураком не обзываться тоже слабо.
- И ничего не слабо. – повелась она – Тогда вот чего. Ты меня тоже дурой не обзываешь и защищаешь.
- Само собой – кивнул он – А ты мне алгебру решаешь. Не рыцарское это дело.
- А ты мне сочинения пишешь. – хихикнула она – Врать и сочинять – как раз рыцарское дело.
А потом он оправдывался в телефон:
- А не надо было себя как дура вести. Тогда никто бы дурой и не назвал. Я, кстати, и извинился сразу...
- Ты сможешь сыграть влюбленного в меня человека? – спросила она
- С трудом. – ехидно ответил он – Я тебя слишком хорошо знаю. А что случилось?
- На вечеринку пригласили. А одной идти не хочется. Будут предлагать всякое.
- Нуу.. Я даже не знаю.- протянул он.
- Слабо? – подначила она.
- И ничего не слабо. – принял он предложение – С тебя пачка сигар, кстати.
- За что? – не поняла она.
- Эскорт нынче дорог. – развел руками он.
А по дороге домой он бурчал:
- Сыграй влюбленного, сыграй влюбленного. А сама по роже лупит ни за что... Влюбленные между прочим целоваться лезут обычно…


- Что это? – спросила она.
- Кольцо. Не очевидно разве? – промямлил он.
- Нибелунгов? Власти? Какая-то новая игра затевается?
- Угу. Давай в мужа и жену поиграем. – выпалил он
- Надо подумать. – кивнула она.
- Слабо? – подначил он.
- И ничего не слабо. – протянула она - А мы не заигрываемся?
- Да разведемся если что. Делов-то. – хмыкнул он.
А потом он оправдывался:
- А откуда мне знать как предложения делаются? Я ж в первый раз предлагаю. Ну хочешь еще раз попробую? Мне не слабо.

- Сыграем в родителей? – предложила она.
- Давай. В моих или в твоих? – согласился он.
- Дурак. В родителей собственного ребенка. Слабо?
- Ого как. – задумался он – Не слабо, конечно, но трудно небось..
- Сдаешься? – огорчилась она
- Не,не. Когда эт я тебе сдавался? Играю, конечно. – решился он.


- Усложняем игру. Ты теперь играешь в бабушку.
- Правда? – не поверила она.
- 3900. – кивнул он – Пацан. Слабо тебе в бабушку сыграть?
- А ты в данном случае во что играешь?
- В мужа бабушки. – засмеялся он – Глупо мне в бабушку играть.
- В де-душ-ку. Как бы ты тут не молодился. – засмеялась она – Или слабо?
- Куда я денусь-то...

Она сидела у его кровати и плакала:
- Сдаешься? Ты сдаешься что ли? Выходишь из игры? Слабо еще поиграть?
- Угу. Похоже что так. – ответил он – Неплохо поиграли, да?
- Ты проиграл раз сдаешься. Понял? Проиграл.
- Спорное утверждение. – улыбнулся он и умер.

Эмили Дикинсон:

почему её называют «Белой затворницей»?

Дом Эмили Дикинсон в Амхерсте   15 мая 1886 года маленький провинциальный городок Амхерст штата Массачусетс навсегда утратил свою главную «достопримечательность». В этот день умерла Эмили Дикинсон – наверное, самая странная жительница этого скучного благопристойного местечка, прозванная «белой затворницей». Свое прозвище она получила за то, что последние 20 лет практически не покидала пределов своего дома, носила только белое и даже с редкими посетителями разговаривала через приоткрытую дверь... То, что она при этом еще писала стихи (совершенно не собираясь их публиковать), лишь добавляло штрих к ее странности. Вряд ли жители Амхерста понимали в тот день, что они хоронят величайшую поэтессу – наверное, самую великую за всю историю Соединенных Штатов.

Ф.А. Рубо. Фрагмент панорамы «Бородинская битва»

15 (3 по ст. стилю) июня 1856 года в многоязычной, прокаленной солнцем Одессе в семье небогатого французского коммерсанта Алекса Рубо родился мальчик. Францу, как в честь деда назвал его отец, уготовано было торговое поприще, но судьба распорядилась иначе. Вместо коммерческого училища юноша оказался в Одесской рисовальной школе Общества изящных искусств. Талант будущего баталиста был замечен, и с 1878 года он продолжил учебу в Мюнхене в Королевской Баварской академии художеств.

Мюнхен того времени был признанным центром батального искусства. В нем находились мастерские В. Каульбаха и К.Пилоти, здесь создавали свои полотна Т. Горшельт, совершивший с российскими войсками походы на Кавказ в 1858-63 годах, известные русские баталисты А.Г. Коцебу и В.В. Верещагин. Художественная среда Мюнхена, в которую все больше проникали живительные идеи реализма, оказала на формирование мастера большое влияние.

Атака запорожцев в степи. 1881 г.

Уже первые картине Рубо: «Отряд арабов», «Атака запорожцев в степи» показали, что он окончательно остановил свой выбор на батальном жанре. Несовершенство ученических полотен в композиции и колорите художник компенсировал умением передать динамизм и разнохарактерность атакующих всадников, связать боевой эпизод с пейзажем.

Ранний период творчества художника связан с Кавказом и Средней Азией. «Рубо, иностранец по родителям и русский по месту рождения и первоначальному образованию, отлично изучил наш юг. В особенности силен в воспроизведении кавказских типов, он с ними сроднился»,– писал историк Б.С. Кривенко, следивший за развитием мастерства художника. Путешествия по Кавказу и Средней Азии завершились созданием цикла батальных полотен, которые принесли автору широкую популярность.

Ахульго. 1888 г.

В восьмидесятых годах XIX века он получил правительственный заказ на серию больших картин для созданного в Тифлисе военно-исторического музея, названного «Храмом Славы». Рубо снова отправился на Кавказ, осмотрел места былых сражений, внимательно изучил этнографические источники, скрупулезно подбирал типажи и сделал массу зарисовок пейзажей, оружия, костюмов. Тенденциозность официального заказа, в котором перечислялось, что обязательно должно быть отражено на картинах, сковывало творческие возможности мастера, и он написал несколько небольших картин «для души». На них сдерживают коней кубинские казаки, готовятся к набегу чеченцы, гарцую воинственные курды, молятся перед боем воины Шамиля – идет обыденная жизнь воинственного Кавказа.

За десять лег кропотливого труда художник создал восемнадцать больших картин для музея. Серия охватывает период с июня 1722 года, времени вступления войск Петра I в Тарки, до марта 1885 года – сражения на реке Кушке. На его картинах, где в смертельной схватке сходятся большие массы воинов, главными героями становятся не полководцы, а простые солдаты и офицеры, казаки и ополченцы. Они штурмую крепости, яростно рубятся в поединках с горцами, погибают или побеждают противника.

Художник стремился отобразить масштабность боевых событий, их героический пафос, но для этого в обычных картинах ему явно не хватало пространства. В поиске новых форм Рубо начал изучать практику создания панорам и диорам. В панораме его привлекала возможность не просто передать крупномасштабные исторические события, но и сделать зрителя как бы их участником.

Фрагмент панорамы «Штурм аула Ахульго»

Над своей первой панорамой «Штурм аула Ахульго», изображавшей взятие русскими войсками считавшейся неприступной резиденции Шамиля в Дагестане, художник работал за границей. В 1891 году он показал её в Мюнхене, после чего получил от Баварской академии художеств почетное звание профессора. Затем панорама с успехом демонстрировалась в Париже. А в 1896 году была представлена в Нижнем Новгороде на Всероссийской художественно-промышленной выставке, где для неё построили специальное здание.

Панорама была тепло принята российскими зрителями, удостоилась благожелательных отзывов в прессе. «Петербургская газета» 28 мая 1896 года, подчеркивая создаваемую панорамой иллюзию действительности изображенных событий, писала: «Как нарисовано! Сколько знания, таланта и вкуса».

К сожалению, судьба талантливого произведения сложилась трагично, из-за плохого хранения 100 метровое полотно сильно пострадало. Сегодня зрители могут увидеть только его отдельные фрагменты, экспонирующиеся в Дагестанском музее изобразительных искусств в Махачкале, а также этюды и подготовительные эскизы.

Фрагмент панорамы «Оборона Севастополя»

Новым этапом в творчестве мастера стала панорама «Оборона Севастополя». Над ней Рубо работал в 1901-1904 годах. На огромном, 14 на 115 метров, полотне изображен бой утром 6 июня 1855 года, когда русские войска отбивают очередную атаку англо-французской армии. Зритель, находясь на вершине Малахова Кургана, видит всю панораму боя: стойкость солдат Суздальского, Якутского и Селенгинского полков, слаженность и презрение к смерти расчетов артиллерийских батарей, яростную рукопашную схватку за батарею Жерве, самоотверженность военных медиков, уверенность и решимость руководящего обороной адмирала Нахимова.

По свидетельству современников, новая панорама Рубо потрясла зрителей, заставила по-новому взглянуть на историю. Пользующийся авторитетом в среде художников профессор П.П. Чистяков, осмотрев панораму, заявил, что «это искусство большое, сильное и красивое, это искусство будущего». А в одной из газет даже написали, что художник «своим талантом оживляет минувшие сражения».

Ф. Ондрушек. Портрет Франца Алексеевича Рубо

Вершиной творчества мастера стала созданная им в 1910-1912 годах панорама «Бородинская битва». В ней Франц Рубо средствами художественной выразительности раскрыл «дух российского воинства», высокий патриотизм и стойкость простых солдат. В панораме два композиционных центра – кавалерийская схватка у батареи Раевского и отражение русской пехотой у деревни Семеновское атаки тяжелой французской кавалерии.

Художник не случайно выбрал эти эпизоды Бородинской битвы. В яростной схватке у батареи Раевского решалась судьбе битвы. У французов появилась реальная возможность прорвать оборону в центре русских позиций, но мощную атаку вестфальской, саксонской и польской кавалерии приняли на себя русские кирасиры, новороссийские и киевские драгуны. На панораме отражен кульминационный момент кавалерийской атаки. Еще ни одна из сторон не имеет перевеса, но по ожесточенной решимости, с которой врубаются в ряды противника русские кавалеристы, чувствуется, что этот бой будет за ними.

У деревни Семеновское каре гвардейских Литовского и Измайловского полков насмерть стоят против кирасир Нансути, давая возможность привести в порядок отошедшие полки армии Багратиона, потерявшей своего командующего. Видя самоотверженные действия русской пехоты, понимаешь, что и на этом участке противнику прорваться не удастся.

Внимательней зритель увидит на панораме многих известных участников великой битвы, ощутит небывалый размах и ожесточенность сражения, в котором решалась судьба войны.

Вкладывая громадный труд в создание панорам, Франц Рубо не оставлял и станковой живописи. В этот период с успехом проходят несколько его выставок. В Академии художеств он возглавляет батальную мастерскую, вырабатывает собственную педагогическую систему обучения художников.

Перед первой мировой войной Франц Рубо уехал за границу на лечение. Начавшаяся вскоре война, а затем и революция не позволили ему вернуться на родину. Прошли десятилетия. В 1928 году почти забытый соотечественникам скончался в Мюнхене Франц Алексеевич Рубо. Но дело, начатое первым создателем российских панорам, подхватили его ученики: Н.С. Самокиш, М.Б. Греков, М.И. Авилов, Г.Н. Горелов, П.С. Добрынин. И сегодня панорамы и диорамы, созданные учениками Франца Рубо, помогают нам глубже узнать и понять героическую историю Отечества.

Источник: http://shkolazhizni.ru/archive/0/n-28718/

 Когда-то этот дом собирались сносить. Была такая идея, пока не выяснились интереснейшие факты.

Дом старый, еще готической постройки, XV века. Затем его перестроили так, чтобы придать фасаду ренессансный вид с надстройкой четвертого этажа и карниза. И дом обрел свое имя.

Фасад дома "у Минуты"

Дом «у Минуты» рядом со Староместской ратушей в Праге впервые стал знаменит в 1919 году, когда при реконструкции здания была обнаружена роскошная ренессансная живопись. Всю плоскость фасада покрывает орнаментальное сграффито (итал. sgraffito, буквально – выцарапанный, способ отделки фасадов, при котором рисунок процарапывают в верхнем слое штукатурки, обнажая нижний слой, отличающийся по цвету).

Сграффито

И кого там только нет: и Бахус с шествием танцующих сатиров, и Ева с Адамом, и традиционные аллегорические фигуры Справедливости, Мудрости, Плодородия, и портреты представителей членов Габсбургского рода (Филиппа II Испанского, Максимилиана II и других).

Дом "у Минуты"

В этом доме провел свое детство Франц Кафка.

А само название дома – «У Минуты» – происходит, по одной версии, от слова «мелкий». Действительно, в доме была табачная лавка, в которой продавался табак «nadrobno» и прочая мелочь.

А владели этим магазинчиком торговцы табаком, потомки некоего голландца П. Минуйта (Петер Минёйт, Peter Minuit, Pierre Minuit или Peter Minnewit).

Того самого, который в 1626 году выкупил у индейцев остров Манхэттен. И купил он его, особо не торгуясь, всего за 60 гульденов, или 24 доллара. Недавно Университет штата Орегон произвел вычисления, которые показывают любознательным американцам, что сейчас эта сумма соответствует примерно 500-1000 долларов, в то время как стоимость этой земли в наше время находится в пределах 50 миллиардов долларов США.

Петер Минуйт

Но жители Америки подходят к вопросу расчетов очень серьезно, посему выяснилось, что, если бы эти 24 доллара были вложены в банк под проценты, то сейчас вся сумма равнялась бы 3,6 триллионов долларов (что во много раз превышает всю стоимость Манхэттена с землей и всем движимым и недвижимым имуществом).

Маленькая историческая справка

Генеральные штаты Соединённых Провинций в 1602 году основали Ост-Индскую Компанию, поставив перед ней задачу найти путь в Азию и присоединить к Нидерландам новые территории. Петер Минёйт, или Петер Минуйт, (1589-1638) – третий директор Новых Нидерландов. Он устроил аукцион, продал вещи за 24 доллара и на эти деньги купил славный кусочек Америки. История эта имела продолжение, потому что землю он купил у индейцев одного племени (которым принадлежала территория Бруклина), в то время как Манхэттен принадлежал другому племени, что повлекло за собой в дальнейшем двухлетний воооруженный конфликт индейцев и голландцев.

Вид Праги

В действительности, хотя цифра в 60 гульденов точно известна, все остальное еще требует более полного подтверждения исторической достоверности. Дальнейшая судьба Минуйта тоже известна хорошо, он ушел со своего поста, принял другое предложение и погиб во время урагана в Карибском море.

Любят пражане этот дом «У Минуты». А если бы не заступились за него тогда, еще в начале XIX века, то и не знали бы они о росписи, не ходили бы в табачную лавку. И Кафка жил бы совсем в другом доме…
 

 

 

Дом этот давно уже присоединен к ратуше, в нем сейчас находится пражская организация охраны памятников. А на первом этаже есть маленькое, уютное и тоже знаменитое кафе для сластен «У Минуты» («U Minuty»).

Источник: http://shkolazhizni.ru/archive/0/n-26483/

 

Ученые утверждают, что папоротники появились на земле более 400 миллионов лет назад.

Папоротник… Удивительное растение. Первое, что вспоминается, когда мы слышим это слово – лето, ночь на Ивана Купалу. Молодежь отправляется на поиски загадочного цветка, который по легенде цветет лишь один раз в году. И кто его найдет, обретет огромное счастье, доступ к несметным богатствам и огромную магическую силу. Но найти его не просто. По легенде, он распускается всего на мгновение. И именно в этот миг нужно оказаться в нужном месте. Говорят, что даже кому-то повезло – находили тот цветок. Не знаю, я его ни разу не видел.

Так представляет цветок папортника художница Н. Буханова

А папоротник видел. Красивое растение. И очень древнее. Ученые утверждают, что папоротники появились на земле более 400 миллионов лет назад. Представляете? В ту непредставимо далекую эпоху всю землю покрывали леса из огромных папоротников. Сейчас они, конечно, обмельчали. Не встретишь папоротник ростом с дерево.

Но видов папоротников существует огромное количество. В мире насчитывается более 10 000 видов, в России их растет более 2 000. Растут папоротники практически на всех континентах. Ну, кроме Антарктиды, конечно. Папоротники представляют отдельный биологический вид растений. Главная их особенность в том, что у них нет семян. А размножаются они спорами.

Большая Советская энциклопедия утверждает, что хозяйственное значение папоротников невелико. Ну что ж, не всем же пользу приносить. Природа создает растения, которыми можно просто любоваться.

Картина И.И. Шишкина «Папоротники в лесу»

Недаром папоротники вдохновляли и художников, и поэтов. Посмотрите на картину великого русского художника Ивана Ивановича Шишкина «Папоротники в лесу» или прочитайте стихи Валерия Брюсова, посвященные папоротнику:
«В этих листьях слишком внешних,
В их точеном очертаньи,
Что-то есть миров нездешних...»
И сразу поймете, что без этого растения жизнь на земле была бы значительно скучнее.

Но каждый раз, когда захочется полюбоваться папоротником, в лес не побежишь. Вот и придумали люди выращивать папоротники дома.

Комнатное растение Даваллия

Разводить их в домашних условиях вошло в моду еще в викторианские времена, в середине девятнадцатого века. Они украшали собой самые изысканные салоны, гостиницы и дворцы. Да и сейчас во многих квартирах имеется папоротник, раскидистый и зеленый.

Вырастить папоротник дома не сложно. Но за цветком требуется определенный уход. Папоротники – влаголюбивые растения. Поэтому следует следить, чтобы земля в горшке была постоянно мокрой, а воздух в комнате достаточно влажный. Да и температура имеет значение. Папоротники обычно не переносят температуру ниже 10 градусов и выше 22. Лучше всего держать горшки с папоротниками на восточных или западных окнах.

Размножаются папоротники делением, при пересадке отделяют корень с двумя-тремя листочками. Наиболее фанатичные цветоводы разводят папоротники спорами. Но это достаточно сложная процедура.

Наибольшей популярностью у цветоводов-любителей пользуются такие виды, как Циртомиум, Даваллия, Пеллея.

Щитовник мужской

Папоротники используют и как лекарственное растение. Так называемое растение Папоротник мужской (щитовник мужской) с давних лет используется в качестве противоглистного средства. Но нужно учитывать, что это растение вообще-то является ядовитым и применять его внутрь следует с большой осторожностью и под врачебным наблюдением.

Но зато отвар из корневища этого растения можно применять наружно. Способ приготовления: 100 г свежего корневища кипятить два часа в трех литрах воды. Из него делают примочки при судорогах ног, ревматизме, геморрое, гнойных ранах.

А еще из папоротников готовят вкусные блюда. Да, да, некоторые виды папоротников годятся в пищу. Не все, конечно. Но так называемый папоротник-орляк успешно используется кулинарами. Свое название он получил за схожесть листьев с крылом хищной птицы. Орляк довольно-таки распространен по всей территории и найти его несложно. В пищу идут молодые побеги, так называемые рахисы. Рахис – это центральная жилка с черешком сложного листа. Рахисы собирают весной, в пору цветения ландышей, когда листья папоротника еще не раскрутились, но черенки уже достаточно большие.

Орляк обыкновенный

При сборе нужно знать, что срезанные рахисы у папоротника не отрастают. Поэтому не обрезайте весь куст полностью – сгубите растение. Сырые рахисы ядовиты. Поэтому их сначала отваривают в течение 5-10 минут в соленой воде. Потом промывают и сливают воду. После этого его спокойно можно жарить, тушить, мариновать.

А можно приготовить салат:
Папоротник – 200 г
Морковь – 1 шт
Лук – 1 шт
Чеснок – 1 зубчик
Красный перец, соль – по вкусу.
Составляющие нарезать, обжарить в растительном масле. Для вкуса заправить соевым соусом и дать постоять. В пищу употреблять холодным.

Папоротник можно заготавливать и впрок. Например, засаливать. На 1 килограмм папоротника требуется 400 г соли. Засаливать можно в стеклянных банках, укладывая слоями папоротник и соль. Сверху придавить гнетом. Перед употреблением в пищу папоротник все равно требуется отварить, чтобы удалить излишки соли.
 

О папоротниках можно говорить до бесконечности. Но, я думаю, вы и из моей небольшой статьи поняли, что папоротники – растения удивительные.

Источник: http://shkolazhizni.ru/archive/0/n-20683/

Источник: http://shkolazhizni.ru/archive/0/n-27725/

Вот бреду я вдоль большой дороги
В тихом свете гаснущего дня,
Тяжело мне, замирают ноги...
Друг мой милый, видишь ли меня?

Всё темней, темнее над землёю –
Улетел последний отблеск дня...
Вот тот мир, где жили мы с тобою,
Ангел мой, ты видишь ли меня?

Завтра день молитвы и печали,
Завтра память рокового дня...
Ангел мой, где б души ни витали,
Ангел мой, ты видишь ли меня?
Ф.И.Тютчев, «Накануне годовщины 4 августа 1864 года»

Елена Александровна Денисьева

Не нам судить, насколько сложна и необъяснима бывает тропа любви, на каких невидимых струнах звучит над ней музыка притяжения, насколько сильна в этой мелодии нота страсти и как прочно она переплетена с сердечным порывом.

В разных судьбах это предстает по-своему, и порой внешний взгляд обращается к чувствам влюбленных и любящих с осуждением, а посторонние языки готовы опозорить эти чувства, особенно если они выливаются в длительные отношения.

Так случилось с той женщиной, к которой обращены строки стихотворения из эпиграфа. Елена Александровна Денисьева родилась в Курске в старинной дворянской семье, правда, изрядно обедневшей к моменту ее появления на свет. Девочка рано потеряла мать, а повторный брак отца привел к нарастающим проблемам в отношениях супружеской четы с ребенком.

Елену отправили в Петербург на попечение тетки, старшей инспектрисы Смольного института, которая быстро привязалась к племяннице, баловала покупками дамских туалетов и украшений, рано начала выводить в свет. Юная девушка с хорошими манерами, приятной внешностью и недюжинным умом была замечена и стала пользоваться вниманием мужчин, которое обещало ей возможность удачного брака. Но…

Федор Иванович Тютчев

Вместе в Еленой в Смольном воспитывались две старшие дочери Федора Ивановича Тютчева, поэта и дипломата. Он, к тому времени уже женатый вторично, обладал каким-то магическим влиянием на всех встречавшихся в его жизни дам. Не оказалась исключением и наша героиня. Но и Ф.И. Тютчев не устоял перед очарованием прелестной Е.А. Денисьевой. Страсть, вспыхнувшая в обоих, привела их в объятия друг друга. И пока она оставалась тайной для светского общества, ничто не препятствовало встречам. Ей было 24, ему – 47.

Однако случился скандал, когда перед самым выпуском и придворными назначениями
выяснилось, что воспитанница Смольного ожидает ребенка. Тетушку спешно выпроводили из института, назначив пенсию. От самой же Елены отказались почти все родственники и знакомые, а отец проклял дочь. Но как раз Александра Дмитриевна Денисьева, тетя, потерявшая престижное место службы, не оставила молодую женщину, поселившись вместе с ней, и даже классная дама из Смольного Варвара Арсентьевна Белорукова навещала отвергнутых обществом дам, проявляя заботу о них многие годы.

Е.А.Денисьева с дочерью Еленой Тютчевой

Несмотря ни на что, Леля Денисьева не порвала отношений с любимым мужчиной, и странный любовный треугольник существовал четырнадцать лет, до самой смерти Е.А. Денисьевой. Она родила Ф.И.Тютчеву троих детей, а он дал им свою фамилию с согласия своей законной жены Эрнестины, которая была в курсе отношений мужа с другой женщиной. Отношения же в этой неофициальной паре вовсе не были безоблачными. Измученная Леля могла закатить возлюбленному сцену, но не могла от него отказаться. И он, не взирая на эти сцены, тоже не мыслил жизни без нее.

Елена Александровна скончалась от чахотки 4 августа 1864 года в возрасте 37 лет, а вскоре умерли от этой же болезни старшая дочь, тоже Елена, и младший сын Николай, которому было неполных три года. Уцелел лишь сын Федор, проживший затем долгую жизнь.

Ф.И. Тютчев, обожавший почти полтора десятка лет двух женщин и потому не сделавший выбора между ними, посвятил безумной страсти к своей Леле самый пронзительный цикл стихотворений, среди которых многим известные «О как убийственно мы любим…», «Не говори: меня он, как и прежде, любит…», «Чему молилась ты с любовью…», «Я очи знал, – о, эти очи!..», «Последняя любовь» и другие.

Одно из них описывает предсмертные часы женщины, положившей на алтарь любви всю жизнь свою, а не только благополучие и светское одобрение:

Весь день она лежала в забытьи –
И всю её уж тени покрывали –
Лил тёплый, летний дождь – его струи
По листьям весело звучали.
И медленно опомнилась она –
И начала прислушиваться к шуму,
И долго слушала – увлечена,
Погружена в сознательную думу...
И вот, как бы беседуя с собой,
Сознательно она проговорила:
(Я был при ней, убитый, но живой)
«О, как всё это я любила!»
Любила ты, и так, как ты, любить –
Нет, никому ещё не удавалось –
О Господи!.. и это пережить...
И сердце на клочки не разорвалось...


И даже через многие годы после встречи с Еленой Александровной поэт по-прежнему будет обращаться к ней:

Сегодня, друг, пятнадцать лет минуло
С того блаженно-рокового дня,
Как душу всю она свою вдохнула,
Как всю себя перелила в меня...

 

Не нам судить историю любви, и язык не поворачивается назвать ее банальным словом «роман». Но сегодня, четвертого августа, о ней можно вспомнить…

Источник: http://shkolazhizni.ru/archive/0/n-29656/