В газете Berliner Illustrierte Zeitung за 22 октября 1942 г. был напечатан репортаж, который, появись он на 70 лет попозже, идеально подошел бы для сообщества "Один мой день".Итак, 19-летняя Инге приезжает на поезде в Киев из Львова. Она собирается работать секретаршей в немецкой компании. В сопровождении носильщика она отправляется в гостиницу.

На заре строительства метро в Киеве первый пусковой участок должен был включать в себя 7 станций (Завод Большевик (ныне Шулявская) - Политехнический институт - Вокзальная - Университет - Крещатик - Арсенальная - Днепр). Для решения архитектуры станций в 1952 г. был проведен Всесоюзный конкурс на проекты станций первого пускового участка. В конкурсе принимали участие десятки архитекторов из Киева, Москвы, Ленинграда, Харькова, Львова и других городов Союза. Эскизы рисовались в эпоху наивысшего ра

Предлагаю вашему вниманию мини-альбом, посвященный пуску Киевского метрополитена.Скачать http://ru-metro.livejournal.com/3555373.html

Впервые со времен Второй мировой войны цивилизованный мир столкнулся с глобальной угрозой самим основам своего существования. Опасности и превратности конфликта 75-летней давности постепенно погружаются в глубины истории. Если бы не исходящие из Москвы попытки гальванизировать труп «великого подвига и победы», а заодно и основанную на этой «победе» систему международных отношений, эта сакрализованная мифологияуже давно пылилась бы на полках исторических библиотек где-то между Memorial de Saint—Helene и «Августовскими пушками»…

Я не случайно начал разговор именно с этой темы. В крахе СССР важнейшую роль сыграла именно десакрализация и дискредитация базовых положений советской идеологии. У современной России остается единственный и последний идеологический бастион. Его следует разрушить, невзирая на то, какую роль эта страна действительно сыграла в жизни тех, кто не успел стать жертвами Холокоста. Нацизм и Холокост давно стали достоянием истории. Россия же представляет собой угрозу вполне актуальную.

2. Теория: «демонизация» России.

Эта дискредитация должна охватывать не только научное и публицистическое пространство. Эпоха глобальных информационных технологий позволяет сосредоточить усилия на двух главных направлениях: во-первых, ментально и символически приравнять СССР к гитлеровской Германии, разделив между ними для начала поровну статус воплощения абсолютного мирового зла. Сейчас русские особенно опасаются запрета их символики и демонтажа памятников «освободителям-оккупантам». Нет сомнения, что именно это необходимо делать повсюду, где эта символика и эти памятники присутствуют. «Красное знамя победы» Серп и молот и георгиевская ленточка должны стать таким же табу, как свастика! Этот демонтаж надо проводить молча и деловито, без истерических выкриков, митингов и оскорблений. Не надо создавать из памяти мученицу. Она просто должна исчезнуть, стереться из реальности. Большая часть этих памятников расположена в Восточной Европе и на постсоветском пространстве. Кроме, пожалуй, Беларуси, повсюду можно найти соответствующий задаче общественно-политический потенциал.

Во-вторых, необходимо сосредоточить усилия на эмоциональном воздействии на аудиторию, в первую очередь молодежную, путем создания фильмов, клипов, текстов эстрадных песен, компьютерных игр, в которых роль носителей «абсолютного зла» прочно закрепилось бы за русскими/советскими солдатами и офицерами, вне зависимости от эпохи и конкретного исторического контекста – будь то «подвиги» солдат Б.Шереметьева в Прибалтике в эпоху Северной, С.Апраксина в восточной Пруссии в период Семилетней войны или Г.Жукова в Германии во Второй мировой. При этом не только русская история дает более чем достаточно материалов для творчества на подобные темы. Современная жизнь России настолько убога, безотрадна, эстетически безобразна и нравственно уродлива, что соотвествующий материал в буквальном смысле лежит на поверхности.

В этой сфере необходимо отказаться от любого рода исторической псевдообъективности. Неужели трудно показать, как хорошо, комфортно и цивилизованно жили красивые симпатичные люди, пока их жизнь не была скомкана и в конечном счете уничтожена солдатским сапогом носителя «русского мира»? Эта страна насильников, воров, мародеров, алкоголиков, бездельнико, лжецов и грабителей не может существовать без внешней агрессии, без разрушения цивилизованных основ жизни и не доводить все, до чего сможет дотянуться, до абсолютной культурной, духовной и нравственной деградации.

Соответственно, значительное место в этой информационнойвойне должно уделяться прямому геноциду народов, якобы добровольно вошедших в состав Российской империи.Национальный вопрос, летопись принудительных русификаций, национальных страданий и обид – всегда былиодним из самых уязвимых мест русской государственности. Именно в эту сферу и должен быть нанесен удар. Одно сухое перечисление исторических примеров подобной политики и практики России могло бы занять целую статью.

Не следует забывать и о не столь медийном, но от этого отнюдь не менее важном направлении. С легкой руки русской пропаганды, из сочувствия к страданиям белой эмиграции, а также усилиями интеллектуалов-русистов, восхищающихся Л.Толстым Ф.Достоевским, А.Пушкиным, И.Тургеневым и С.Дягилевым, признаком хорошего тона стало признание «мирового значения русской культуры» императорского периода, то есть XIX-начала ХХ вв.

Необходимо же довести до сведения как студентов-славистов, так и более или менее образованной западной публики, что, во-первых, эти культурные достижения бесконечно малы. А, во-вторых, глубоко вторичны по отношению к огромным пластам культурной традиции каждого из европейских народов. Сравнительное изучение истории европейских университетов, естественно-научной и философской традиций, книгопечатания, литературы, архитектуры и музыки подводят под это утверждение вполне достаточные основания.

II. Практика международных отношений.

Нельзя не согласиться с известным российским экспертомАлександром Сытиным в его утверждении, что на смену антисоветизму должна прийти русофобия, как целостная система исторических и политических взглядов (https://lb.ua/world/2017/02/27/359802_miru_reagirovat.html). Можно развить его тезис, в котором он утверждает, что любой европейский политик, высказавший симпатии к России, должен в одночасье прощаться с политической карьерой. Это должно относиться не только к политикам, но и журналистам и интеллектуалам.

Повторюсь: Все разговоры о величии и мировом значении России и ее культуре – не более чем подлежащие в обязательном порядке демонтажу и разрушению штампы.

Победа Дональда Трампа на президентских выборах США открыла миру новый виток борьбы с Россией и ее имперской идеей многополярного мира, которая на самом деле скрывает лишь банальное желание раздела сфер влияния с США, как когда-то Иосиф Сталин стремился к разделу Европы с нацистским лидером. Тогда два диктатора не сошлись в цене – результатом несостоявшейся сделки стала война, оккупация половины мира коммунистической Россией (СССР) и почившая на сегодняшний день в бозе ялтинско-потсдамская система международных отношений, которую осталось лишь окончательно похоронить.

Все чаще из Вашингтона и штаб-квартиры НАТО звучат заявления, по духу близкие этой статье. Все меньшие сомнения, как у экспертного сообщества, так и у политиков, дипломатов, военных и разведчиков вызывает тот факт, что Россия выступает главным спонсором и вдохновителем мирового терроризма, вне зависимости от его политической или конфессиональной принадлежности. Все чаще срываются попытки достичь с Кремлем каких-либо договоренностей. И все ближе тот час, когда Кремль, наконец, будет окончательно признан недоговороспособным.

Сейчас западное общество находится в самом начале пути к признанию России террористическим государством. Из Москвы в ответ раздается лишь невнятное пропагандистское блеяние: Это не мы! У вас нет доказательств! Давайте рассмотрим все аспекты и версии! – Нечего рассматривать! Никаких других версий нет и быть не может! Россия объявила цивилизованному миру и фактически уже ведет против него гибридную информационно-террористическую войну. История учит, что эта война, это противостояние цивилизации и культуре, ненависть к ним является константной составляющей русской жизни и политики на протяжении по крайней мере последних 500 лет.

Это реальность. Все остальное – демагогия и отговорки. Эти тезисы должны стать не просто mainstream`ом, они должны стать столпом и непререкаемой догмой, органической частью западного мышления и духа. Отрицание или попытка пересмотра этого тезиса должно для интеллектуала и журналиста означать то же, что публичное признание в расизме, антисемитизме или гомофобии – полное отлучение от профессии, общественный остракизм и презрение соратников по цеху.

В еще большей степени это должно относиться к тем живущим на Западе русским, которые сохраняют свою русскую/советскую идентичность, демонстрируют неспособность к ассимиляции, прежде всего непонятно для чего давая своим детям русскоязычное образование, поддерживают какие-либо контакты с русскими землячествами, общественными и государственными организациями России за рубежом. Указанные стереотипы поведения должны восприниматься какнелояльность по отношению к новой родине, а значит влечь за собой негативные последствия в социальной и трудовой сферах.

Тяжелейшим наследием Второй мировой войны является факт правопреемства современной России по отношению к СССР. Речь идет о праве вето в СБ ООН, которое в сложившихся условиях холодной гибридной войны делает эту международную организацию фактически недееспособной.Международному сообществу необходимо в полной мере осознать эту проблему и начать разработку «дорожной карты» по минимизации и конечному преодолению влияния России в международных организациях.Сложившаяся же сегодня ситуация ставит под сомнение саму целесообразность существования ООН в том виде, в котором она была создана.

В отношениях с Россией необходимо избавиться от свойственного западной культурной и политической традиции правового подхода. Строго говоря, Россия должна быть исключена из международного правового пространства, объявлена out of law. За последние два десятилетия русские дипломаты, политические деятели и пропагандисты в совершенстве овладели механизмами, базирующимися на правовых демократических нормах. Уязвимым местом современной западной ситемы ценностей является автоматическое распространение этих норм на государственные и общественные структуры, использующиеся их в свою очередь для достижения собственных целей, при этом не связывая себя какими-либо правилами и обязательствами.

Невозможно представить, чтобы в XIX в. правительство США проводило политику, основанную на субъектно-правовом равенстве с вождями индейских племен, а в новейшее время с террористическими вождями типа Бен Ладена, М.Каддафи, С.Милошевича, Б.Асада или С.Хуссейна! Чем современная Россия отличается от упомянутых режимов? Наличием ядерного арсенала? Это безусловно усложняет решение задачи, но не делает ее качественно иной. Сбор формальных доказательств – дело долгое и хлопотное, его вполне можно отложить до международного трибунала. Для ликвидации режима С.Милошевича в Югославии или С.Хуссейна в Ираке никаких особых доказательств не потребовалось. Россия блокирует любые решения на этот счет? Но почему нельзя действовать вне рамок таких решений? О необходимости выработки механизмов, лишающих Кремль каких-либо мер воздействия на принятие решений в области международных отношений, мы уже говорили.

Ангела Меркель права: с Россией нужно вести переговоры, но при этом следует полностью отдавать себе отчет, в том что целью этих переговоров является не достижение каких-либо договоренностей с их последующим исполнением, а исключительно мониторинг текущей ситуации.

Следует, наконец, понять, что несмотря на все разглагольствования кремлевских пропагандистов, за той волной миграции и терроризма, которая угрожает ныне основам европейского миропорядка, однозначно стоит Россия и ее спецслужбы. Никакому Ирану реализация подобных программ не под силу. То, что принято называть «радикальным исламским терроризмом» является детищем российских спецслужб и орудием антизападной борьбы России за восстановление своего мирового статуса и влияния, утраченного с поражением в Холодной войне и крахом СССР. Втягиваться в дебаты по поводу юридического доказательства этого тезиса – значит занимать заранее проигрышную оборонительную позицию.

Необходимо на уровне не только отдельных экспертов или Институтов, но на уровне массового повседневного сознания принять тезис о том, что Россия является, вне зависимости от персонального состава элиты, которая ею управляет,врагом цивилизованного западного мира, каковым в сущности была и во времена Московского царства, Российской империи и СССР.

В качестве первоочередных практических шагов нужно, не обращая внимания на риторику Кремля и параграфы Минских соглашений, признать самопровозглашенные ДНР/ЛНР террористическими государствеными образованиями, которые ни при каких обстоятельствах не могут выступать субъектами переговорного процесса и международных соглашений. Без согласования с Москвой ввести на их территорию вооруженные миротворческие контингенты, под прикрытием которых ВСУ смогут восстановить русско-украинскую границу и осуществить комплекс мероприятий по демилитаризации региона по образцу Сербской Крайны. Возложить на Россию политическую и финансовую ответственность за разорение этих территорий и считать эти репарации внешним государственным долгом РФ.

Волею обстоятельств Украина стала авангардом борьбы против России. Соответственно, необходимо предпринять максимум усилий для укрепления мощи ВСУ, а не дискутировать бесконечно об обоснованности/необоснованности поставок Украине летального оружия. Проявить максимум политической воли и вопреки всем соображениям, диктующим промедление в этом процессе, форсировать присоединение Украины и Грузии к блоку НАТО. Планомерно осуществлять комплекс экономических мер, направленных на переориентацию экономики Беларуси в сторону интеграции с Западом и разрыв технико-экономических связей Минска с Москвой.

В отношении Беларуси поставить во главу угла именно хозяйственно-экономические процессы. Демократизация белорусского политического пространства и замена Александра Лукашенко более прозападно настроенным лидером возможны лишь как результат существенной переориентации белорусской экономики.

Без каких-либо обсуждений и объяснения причин максимально усилить «восточный фланг» НАТО, обратив особое внимание на присутствие военных судов Альянса в акватории Черного и Балтийского морей. Русские, никогда не обладавшие военно-морской мощью, весьма опасаются присутствия ВМС НАТО вблизи их территориальных вод.

Прекратить какие-либо переговоры по Сирии. Объявить уход Башара Асада conditio sine qua non любого сирийского урегулирования. Если Башар Асад не хочет повторить судьбу Саддама Хуссейна и Муаммара Каддафи, ему следует мирно завершить свой век на подаренной Кремлем даче на Рублевке. Прекратить бесконечное обсуждение вопроса о том, является ли Асад легитимным президентом. Тиран, уничтожающий собственный народ и призывающий иностранные войска для его дальнейшего уничтожения, не может быть легитимным. Присутствие же российских вооруженных сил в Сирии в любой форме является актом агрессии, который не может быть терпим в рамках цивилизованных международных отношений. Поставить отрядам сирийской оппозиции средства борьбы с русскими воздушными стервятниками. Совершенно непонятно, почему борцам с советскими агрессорами в Афганистане такое оружие поставлять было можно, а борцы с русской агрессией в Сирии должны быть его лишены. Любым антироссийским силам, готовым противостоять агрессии этой страны, в чем бы она не состояла, следует оказывать всестороннюю помощь и поддержку.

Прекратить игру вокруг отмены санкций. Санкции могут только усиливаться, они должны базироваться не на зыбких основаниях Минских соглашений, а выступать естественной реакцией на нарушение страной установленного миропорядка, проведение ею агрессивно-террористической политики в отношении цивилизованного мира. Объяснить, наконец, европейскому обывателю и лоббистам разного рода бизнес-интересов, что во-первых, разрушением сложившихся торгово-инвестиционных связей европейский бизнес обязан не причудам своих политиков, а той самой агрессивно-террористической политике Кремля, которую в России принято обозначать как возвращение международного авторитета и «вставание с колен», и что с точки зрения принципов и морали сохранение этих связей равносильно тому, чтобы британский или американский бизнес в 1942/43 гг. поддерживал экономические связи с Германией.

Во-вторых, снятие санкций отнюдь не означает снятия т.н. контрсанкций и свободного доступа на русский рынок, например, яблок из Польши, апельсинов из Испании, сыров из Франции и балтийских стран. Кремль уже сделал ставку на крупных отечественных продовольственных олигархов, связь с которыми позволяет ему контролировать продовольственный рынок страны. Менять, что-либо в этой ситуации он не намерен, а потому борьба лоббистов европейского бизнеса за отмену санкций теряет всякий смысл.

Указанные меры должны создать крайне отрицательный образ России за ее пределами и трудности для тех, кто сохраняет русскую идентичность, живя при этом на Западе.

Это необходимо, во-первых, для того, чтобы свести к минимуму воздействие русской пропаганды и ее «культурно-идеологическое влияние», рассчитанное на низы европейского общества.

Во-вторых, такая политика отрежет путь политикам-демагогам к тому, чтобы высказывать какую-либо симпатию к России, на чем бы эта симпатия не основывалась.

Наконец, в третьих, она позволяет в обозримо краткие сроки ассимилировать так называемых русскоязычных, которые должны будут понять, что сохранение ими русской/русско-советской национальной и культурной идентичности не сулит им и особенно их детям ничего хорошего. Дети – выходцы из русских семей должны стремиться стать не только политически, но и внутренне, духовно гражданами тех государств, в которых они живут. Тем самым будет выбита основа из под идеи русского мира и защиты «соотечественников»: русских соотечественников за рубежом просто не останется. Это позволит также существенно сузить сферу распространения русского информационного пространства, ограничить деятельность разного рода культурных, исторических, земляческих и прочих обществ, деятельность которых направлена на пропаганду, распространение и утверждение «ценностей» русского мира и русской «цивилизации». Общественная жизнь этнических русских найдет свое выражение в возможно более полном усвоении ментальности и принципов, лежащих в основе уклада и образа жизни страны их проживания.

Внутри страны реализация предлагаемых мер позволит создать атмосферу внутреннего упадка. Ухудшение условий жизни, рост социального неравенства, отсутствие у большинства населения каких-либо перспектив станет невозможно компенсировать пропагандой внешнеполитических псевдоуспехов.

История показывает, что в России поражения на международной арене практически всегда обостряли внутренний кризис. В данном случае важно будет не упустить момент и создать систему внешнего управления страной. Поскольку такая перспектива — дело более или менее отдаленного будущего, это должно стать темой отдельного разговора. 

Автор -полковник в отставке Войска Польского. Независимый политический эксперт. Живет и работает в Берлине.