В Турции было, пожалуй, два момента, когда я сильно рисковал своим здоровьем и даже жизнью. Всё позади и вряд ли повторится. Однако впечатления остались, и я хочу ими поделиться.
Лирическое отступление. На скалах обнаружилось, что у меня почти до нуля подавлено инстинктивное чувство страха, том числе страха высоты. Это очень помогает в скалолазании, потому что не боишься лезть выше оттяжки и делать трудные движения. Да и на нервы уходит много энергии, волнение отнимает ресурс и у внимания. Так я лез — срывался, но лез дальше — трассы на 2-3 буквы выше моего уровня. Трудно передать весь букет радостных чувств, когда получается техничное и трудное движение, когда преодолеваешь своё "не могу". И боль.
Первый случай произошёл на скале, когда у меня под обеими руками предательски отломился 30-килограммовый кусок скалы. В тот момент я был метрах в 5 от земли и без страховки, потому что ещё не вщелкнулся в первую оттяжку. Каким-то чудом я сообразил что делать и вместо того, чтобы спокойно полететь вниз в обнимку с булыжником, оттолкнувшись от него, прыгнул в сторону на скалу и там как-то закрепился. Бульник пролетел в паре десятков сантиметров от страхующей меня Даши и с грохотом покатился дальше. Он даже каким-то чудом перепрыгнул через фотоаппарат Кирилла, не повредив его, только осыпав мелкими камушками. После такого приключения я глупо хихикал и долго, очень аккуратно спускался обратно вниз, чтобы не дай Бог.
Скалы бывают живыми, и это всегда доля риска. Хорошо, что далеко не каждому в жизни достаётся отломить такой большой бульник, как мне. Тем более без страховки. Однако есть меры, которые сводят к минимуму шансы такому произойти. С того момента и теперь всегда я их применяю.
Теперь про второй случай. В голове поселилась навязчивая мысль, что надо совершить какую-нибудь глупость. В день отдыха я хорошо поплавал, отсюда появилась идея заплыть как можно дальше в открытое море — ночью! Желающих составить мне компанию почему-то не нашлось, но Даша согласилась посидеть на берегу с фонариком, чтобы в случае чего помочь. Дальше было так:
Ночь. Черное небо с вкраплениями звёзд. Почти полная луна оставляет дорожку на почти спокойной глади моря. Галька на пляже уже холодная, босыми ногами на ней стоять не очень приятно. Я разделся до плавок, растер и помассировал рабочие мускулы. Одел плавательную шапочку и очки. Теперь готов. Даша засекла время и я пошел в море.
Вода была холодной, но заходить было куда проще, чем днём: было ощущение, что я делаю что-то важное. Море быстро объяло меня, и я поплыл. Мир стал непривычным, но очень простым. Вокруг вода, вода холодная. По направлению два часа — Луна. Когда ныряешь, видны размытые руки и пузырики воздуха, а глубже - чернота, уходящая в бесконечность. Гребок, гребок, вдох. Чувствую всё своё тело, каждый мускул, как он работает и греется. И лишь сзади, если развернуться и посмотреть, медленно удаляется кусочек привычного мира: силуэты гор, огни улиц, полоска пляжа.
Достаточно быстро я доплыл до заградительных буйков пляжа и, проплыв под ними, двинулся дальше. Ритмичные движения и ровное дыхание вводят в необычное состояние. Теряется ощущение времени. Мне было непонятно, когда разворачиваться и плыть обратно. Поэтому я решил, что когда почувствую малейшую усталость, развернусь и поплыву назад.
Первая проблема случилась ещё по дороге "туда". В голову пришла шальная мысль, что море, вообще говоря, Средиземное и вполне себе открытое, а значит тут могут жить всякие страшные животные вроде ядовитых медуз и до человеченки голодных акул. Попытки убедить себя в том, что я на самом деле невкусный, и некому меня есть, успехом не увенчались. Каждые несколько гребков мне казалось, что я касаюсь рукой или ногой чьего-то плавника, а во время нырков я "разглядывал" в мутной воде подозрительные силуэты и блики.
Развернуться меня заставила мысль, что Даша, наверное, будет волноваться из-за моего долгого отсутствия. И сразу пришла вторая и самая большая проблема: тело начало замерзать. Этого, я считал, произойти не может, ведь мышцы работают постоянно. Не смотря на энергичные движения рук, ног и корпуса, холод от воды начал проникать внутрь. Тело постепенно стало терять свою подвижность. Я ясно чувствовал, как мышцы спины и рук снаружи замерзают, а внутри, горячие, работают как могут. В этот момент я добился своего — мною завладел страх. Возможность не доплыть до берега виделась уже не такой нереальной. Чтобы не замерзнуть, отдыхать было нельзя, и я только поднажимал, стараясь дышать глубже и делать более длинные движения руками. Закололо в левом плече. Я подумал, что, возможно, руку начинает сводить, и на всякий случай укусил её. С каждым гребком я ждал, когда же будут опять эти буйки? А буйки не появлялись.
Казалось, прошло не менее 15 минут перед тем, как я уткнулся в буйки и проплыл под ними. "Всё, осталось понятное расстояние, я практически спасен" - подумал я. Как-то я доплыл до берега, туда, где глубина очень маленькая. Но встать не смог, поэтому, поскальзываясь на скользких камнях, на четвереньках выполз на берег. Тут же меня охватила крупная дрожь во всём теле, которой не помогало растирание полотенцем.
Заплыв оказался короче, чем мне казалось в море — около 30 минут. По дороге в отель я стучал зубами и рассказывал Даше о том, как мне плавалось, а она всё повторяла что-то вроде: "если бы я знала, не отпустила бы". Оказалось, она думала, что я поплескаюсь две минуты в холодном море и вылезу обратно. Заподозрила неладное Даша, когда я попросил засечь время. Уже в отеле я пытался согреться под одеялом в теплой комнате, но оказалось, что под одеялом создаётся температура ниже, чем в окружающем воздухе (30 градусов).
Что ж, будет что вспоминать на старости лет.
На фото: камень, который отвалился от скалы под моими руками. Постамент изображает Олег Чекин.
©
freeperson
