Для здорового, цельного общественного организма (как и для цельной человеческой натуры) – слово, идея означают одновременно и соответствующее действие. Не обязательно это деяние будет праведным, моральным – ведь грехом повреждена природа человека. Но бездеятельным, пассивным, мертвым слово не останется. Оно принесет плод – дело. Если это греховное движение, то, например, человек будет рваться к власти, переступая через трупы. Если духовный подвиг, то человек отречется от мира, в стремлении к Господу. Это – максимы. Но есть и обыденная практика: приятие Слова Божия означает не
знание заповедей, но
исполнение их. То же касается и здорового общества: принятие Христианства одновременно означает желание обустроить весь строй жизни – личной, семейной, государственной – по-христиански. Понятно, что практическое исполнение далеко от идеала, но стремление приблизиться к этому идеалу есть. В иных случаях эта единая идея-устремление общества может быть направлено на завоевание, колонизацию, революцию и т.д.
Это не удивительно. Ведь в Божественной полноте своей слово – и есть действие. «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. Оно было в начале у Бога. Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть» (Ин. 1, 1-3), учит Св. Писание. «Сказал Он и стало, повелел – и создалось» (Пс. 148,5), говорит псалмопевец. Сам Господь Иисус Христос учит, что полнота слова (в вере) – есть действие: «Иисус же сказал им: ...истинно говорю вам: если вы будете иметь веру с горчичное зерно и скажете горе сей: «перейди отсюда туда», и она перейдет» (Мф. 17, 20).
Для больного, деградирующего, распадающегося общества (как и для утратившей цельность натуры человека) слово становится лишь средством передачи информации. Утратив же онтологически присущую ему функцию действия, движущую силу, слово начинает стремительно разлагаться, утрачивая смысл, становясь средством оправдания
бездействия. Человеческое общество надмевается «знанием», потребляет информацию, но не превращает слова в дела, лишает слово его Божественного предначертания. Не вызывая действия, «извращенное» слово начинает служить не объединению, но разделению людей, разномыслию и разночувствованию. В итоге оно становится способом
сокрытия Истины, обмана людей, игры, что мы можем наблюдать сейчас каждодневно.