Видения М-ской зоны.

Дмитрию Ильичу Еремину не так давно «стукнуло» 60, мы знакомы с ним со времен нашей туристской молодости, но, пожалуй, лучше всего узнали друг друга во время экспедиции в так называемый М-ский треугольник, аномальную зону близ села Молебка в Пермской области. Он в то время работал в цехе КИПиА* на Волжском заводе синтетического волокна, увлекался водным туризмом, и вообще был легок на подъем, по-хорошему азартен, и, наверное, поэтому попал в состав экспедиции, которую организовала волгоградская тележурналистка и поэт по совместительству Татьяна Батурина. Было это летом 1991 года.
Помнится, приезжего люда там было много, и, наверное, поэтому в «зоне» ничего особенного не происходило. Правда, двое из нашей команды поначалу видели знаменитые «мультики» – цветные изображения, которые кем-то, по-видимому, транслировались людям прямо в мозг, но обнадеживающего развития этот способ передачи информации тогда не получил. Одним из «подопытных» был Еремин.
– Мы оба видели море темно-синего цвета, гигантскую стену высотой более ста метров, выложенную из крупных каменных блоков, которая играла роль защитного мола от водной стихии, – вспоминал Дмитрий Ильич. – По морю плыли три больших белых корабля необычной конструкции. По ним мы догадались, что нам показывают, скорее всего, другую планету. Суда имели яйцеобразную форму с полого поднимающейся палубой впереди и отвесно обрывающейся к корме. Судя по иллюминаторам, корабли имели пять-шесть палуб. И был еще пришелец, вернее, его изображение…
– Тогда меня смутило, что инопланетянин был черного цвета, – рассказывал Дмитрий Ильич. – Пропорции лица и тела нормальные, нос и губы не как у негроидной расы, но кожа темная, лоснящаяся. Человек на чем-то сидел и смотрел прямо на меня. Он был совершенно лысым, одет во что-то типа комбинезона. А нас перед поездкой предупреждали, что если видения будут идти на темном фоне, то это, по-видимому, контакт от темных цивилизаций. Не стоит, мол, его развивать. Таким тогда был уровень наших знаний. У меня черный человек вызвал, естественно, испуг, и я мысленно стал его отторгать. Он сидел, ждал-ждал, когда я очухаюсь, а затем вместе с картинкой исчез. Потом я хоть и пытался вызвать вновь видение – результат нулевой.

По поводу черной расы есть любопытнейшая подробность в «Тайной Доктрине» Е.П. Блаватской, где говорится: «...на фрагментах халдейских таблиц, собранных Георгом Смитом, записана Вавилонская легенда о Сотворении, в первом столбце таблички упоминаются семь человеческих Существ, «с лицами воронов», иначе говоря, черного, смуглого цвета кожи, «созданных семью Великими Богами». Первая раса, «была расой темной». На этом основании негры считают себя расой выше белых, происхождением от Великих Богов.
И вот прошло около десяти лет… Еремин жил в ту пору уже на Украине, в деревне Грабово Донецкой области. Малопонятные перемены в наших странах тяжело ударили и по их семье. Из-за безработицы два года назад сначала жена, а следом и ее дочь, не родная Дмитрию, уехали на заработки в Италию. Дмитрий Ильич тоже завербовался в какую-то строительную фирму в Москве и ждал вызова на работу. Семья значилась ячейкой общества только условно. Отсюда и соответствующее настроение. Поганое, одним словом.

Встреча с пришельцами.

Конец апреля 2000 года перед Первомаем, выдался теплым, а для Дмитрия еще и до одурения свободным от всяческих забот. Семьи нет, вызова из Москвы тоже, хотя настроение уже вполне чемоданное. Утром пошел от нечего делать в огромную балку на краю села, взяв на дорогу две баночки пепси-колы. Не сказать бы, что слишком туда тянуло, просто так хоть чем-то было занять время.
Шел вдоль ручья, помогая прутиком пустой банке, застревавшей иногда на камнях и в извивах течения.
– Вдруг поднимаю голову – передо мной сидят на каменных валунах двое, – вспоминал Дмитрий свои первые впечатления от неожиданной встречи. – Метрах в десяти от них…– Дима пытливо смотрит на меня, предугадывая реакцию, – ты-то, пожалуй, больше других подготовлен… В общем, стоит яйцеобразный аппарат на двух, с широкими ребристыми пятаками, опорах. Две другие опоры мне не видны из-за низкой посадки аппарата. В открытой полуовальной двери стоит третий человек. И все – черные! Я сразу вспомнил Пермскую зону... Даже пытался определить, кого из них видел там, в «мультиках», но все показались на одно лицо. Моя первая реакция: «Ну, ни хрена себе! Вот и мы дождались…»
По описанию Еремина, аппарат представлял собой типичную «летающую тарелку» восьми-девяти метров в диаметре и три с половиной метра высотой. Цвет серебристый, по кромке широкая темная полоса, которая, как оказалось, закрывала прямоугольные окна со скругленными краями.
Сидевшие на камнях одеты были совсем как земляне: брюки с синевой, свободные, не облегающие тело, голубые куртки без воротников, наподобие водолазок, высокие ботинки с каблуками. Стоявший в дверях был в комбинезоне стального цвета. Все совершенно лысые и без каких-либо признаков щетины на лицах.
– По-видимому, они меня ждали, – рассказывал Дмитрий, – но смотрели вполне доброжелательно, и я подавил свой испуг. Тут же в мозгу появилось изображение двери аппарата и как бы предложение: туда или сюда, на выбор. Вспомнив Молебку, я решил войти внутрь. Поднимался по лесенке из шести ступенек, основанием которых служила дверь «тарелки».
Поднявшись почти до ребра «тарелки», Еремин увидел перед собой матовую стену и узкий коридор в обе стороны. По верху стены шли полоски, которые давали свет. Две ступеньки вниз и шаг вправо, и Дмитрий оказался в небольшой комнате с пультами и четырьмя креслами. Два кресла стояли перед прямоугольными экранами и рядами кнопочек на небольшой столешнице, два – сзади, вроде как для пассажиров. Перед креслами были окна, начинавшиеся от колен и уходившие под потолок: два широких, более полутора метров высотой, два узких, сбоку. Сами кресла напоминали яйцо с вырезом, гладкие, но не металлические, кофейного цвета, с низкими подлокотниками. В помещении цвета и вообще дизайн выполнены в лучших, по человеческим нормам, традициях – ничего лишнего, все удобно и приятно глазу. Скругленная стена сзади говорила о том, что там, скорее всего, располагается двигательная установка. Догадка Еремина вскоре подтвердилась.

Чужая планета.

– Мы сели в кресла, и сразу пошла беседа, – продолжил свой рассказ Дмитрий. – Ну, не совсем уж беседа, так как она велась не словесно, а с помощью образов, которые возникали в голове. Хотя между собой они общались на каком-то языке.
Сидя в кресле, он понял, что надо расслабиться и закрыть глаза. Тут же пошли картинки. Поначалу беседа касалась технической подготовленности Еремина. Ему показали, как он ремонтирует телевизоры, магнитофоны… Четко обозначилась мысль: «Если мы вам покажем то-то и то-то, вы сможете это сделать?» Дима выразил интерес к предложению и в свою очередь мысленно спросил: «Почему именно я?» Ответ был в том смысле, что это не имеет значения, а просто – пора! Это, дескать, скоро понадобится человечеству.
Надо сказать, что Еремин, не имея высшего образования, хорошо разбирался в разного рода аппаратуре и был мастером на все руки. На Волжском заводе синтетического волокна он имел дело с тончайшими приборами, мог на станке выточить любую деталь, был на хорошем счету как рационализатор. Словом, это был своего рода умелец-самородок.

Но прежде чем ему показали двигательную установку, был долгий и интересный показ незнакомой планеты. Возможно, этим пришельцы снимали страх и напряжение со своего то ли гостя, то ли пленника.
– Я понял, что они хорошо знают нашу планету и ее проблемы, – сказал Дмитрий. – Наверное, поэтому подробно показали свою. Она у них состоит из океана, суша составляет всего 4,5 процента всей поверхности. Правда, их планета, видимо, значительно больше Земли, поэтому площадь суши не такая уж маленькая, она расположена в виде островов. Раньше земли было больше, но в доисторические времена произошел какой-то катаклизм, и почти вся суша ушла под воду. Спаслись немногие – лишь те, кто жил на возвышенных участках, и те, кто плавал в это время на кораблях. Они долго, в течение многих тысячелетий развивались, но не считают себя сверхцивилизацией, а относят себя к высокоразвитому сообществу. Название своей планеты и координаты ее во Вселенной мне не дали.
Недостаток суши инопланетяне возмещают тем, что построили подводные города разнообразной конструкции. Есть те, что располагаются на шельфах, закрытые колпаками, со строениями внутри, а есть в виде плавающих островов, с многоэтажными конструкциями. Глубины в океанах таковы, что не полностью исследованы. Острова суши они вынуждены защищать огромными каменными стенами, чтобы оградить от штормов, которые иногда разыгрываются на водных просторах. Вот откуда каменные стены в тех первых видениях в М-ском треугольнике!

По своей атмосфере и составу воды планета, видимо, близка к земной. Небо голубое, облака над морем, солнца, правда, ему не показали. Однако кислорода у них меньше, и пришельцы об этом сказали. При этом они во время беседы часто подносили к лицу небольшие коробочки с загубником и по полторы минуты дышали через него.
В «Письмах Е.И. Рерих» за 1935 год есть любопытное упоминание о том, что в астральном мире обитатели дышат озоном. Кроме того, так же дышат через озонаторы Владыки Шамбалы, когда они приходят из горних высей пообщаться с людьми. К примеру, Владыка Мория, когда он явился в горы Сиккима на Тибете для свидания с Е.П. Блаватской «почти все время вдыхал особый препарат из озона». Так что эта деталь может говорить о том, что чернокожие пришельцы прилетели из астрального мира.
Их цивилизация исследует не только ближний, но и дальний космос. «Насколько я понял, для этого используются обычные аппараты, подобные тому, в котором шла наша беседа, – заметил Еремин. – Мне показали, как вокруг корабля создается гравитационное поле, вроде капсулы. Этим аппарат отделяется от материального мира, и затем корабль может двигаться при любом ускорении куда угодно. Главное в полетах – гравитационный двигатель».

«Почему вы избрали для аппаратов форму тарелки?» – в какой-то момент спросил Еремин.
«Любое устройство, работающее на гравитации, должно быть похоже на натуральную гравитационную систему, – последовал ответ. – А натуральная – это планетарная система. Вот почему планеты имеют форму приплюснутых шаров».
– Теперь я знаю, что если летит нечто круглое, – сказал мне Дмитрий, – значит, четко: там гравитационный двигатель. На мой вопрос, есть ли у военных разработки земных «летающих тарелок», последовал краткий ответ: «Такие работы ведутся, но полетов пока нет». Я не понял, о каких военных они говорили. Может, о наших, а может, об американских.
Рассказ о своей планете пришельцы начали с тех же картинок, что показывали когда-то в Молебке, – словно давали понять об их давнем знакомстве. Тот же берег моря, высокая каменная стена, синяя бескрайняя гладь и три белоснежных корабля перед глазами.
– Но раньше мне не показывали, что было за стеной, – пояснял Дмитрий. – А теперь пошли картинки об этом. Там дома стоят – светлые, красивые, высотой 7-9 этажей, с закругленными стенами, арками между зданиями, куполами на крышах. Город выглядит небольшим. Посередине поселения, на площади, огромный высокий купол – наверное, их центр отдыха или театр. Окна в домах широкие, шире, чем у нас, почти во всю стену. Показ идет не сверху, а как бы сбоку. Есть улицы, но транспорта на них не припомню, а вот самолеты видел. Плоские, вытянутые, с широкими крыльями, сужающимися к хвосту. Вместимость, по всей видимости, приличная. Пролетали невдалеке на небольшой высоте – то ли шли на посадку, то ли взлетали. Картинки были в движении, не фотографиями.

Потом его опять повернули «глазами» к морю. Он как бы стоит на пирсе, а мимо проплывает красавец-корабль. Высокие палубы, изящность в линиях, легкость конструкции, нет нашей земной мощи. «У меня мелькнула мысль: «Значит, здесь больших штормов не бывает, климат – супер», – и тут же прошла по телу какая-то легкость – дескать, правильно понимаешь. Будто шло одобрение. Потом-то я догадался, что у них может действовать и энергозащита от стихий, но это пришло позднее».
Подводный мир и подводные города Еремину показали более подробно. Возможно, потому, что с этим связана важная часть их жизни, а может, в виде намека землянину: вам тоже надо учиться осваивать подводные пространства.
– Я обратил внимание, что на шельфе рыб там меньше, зато много моллюсков и водорослей. Их, видимо, собирают и заготавливают для питания, потому что я видел на грунте короба, похожие на корзины. Их помогают добывать осьминоги. Да-да, обычные осьминоги с восьмью щупальцами, ну, может, покрупнее наших. Значит, так: вижу двух пловцов с аквалангами на спине в виде небольших коробок. Кислород в них в твердом состоянии, с такими аквалангами можно плавать по трое суток. Лица прикрывает маска типа прозрачного шлема, низ открытый, а по верху идет небольшой гребешок – антенна, как мне дали понять. Они имеют связь как под водой, так и с поверхностью. Возможно, для этого используются всепроникающие торсионные поля. Вижу, подплывает крупный осьминог, и человек жестом показывает ему на лежащий на дне короб. Тот ныряет, цепляет щупальцем корзину и легко тащит ее наверх. Вверху виден квадрат то ли плота, то ли платформы. Глубина здесь метров пятнадцать, не больше. У меня мысль: «Осьминоги полуразумные...» И сразу легкость в теле – правильно понял. Думаю: они, как наши прирученные слоны... Реакция моих экскурсоводов: нет, осьминоги по разуму выше слонов, у них более развитый интеллект.
Дмитрий вспоминал, что во время трансляции картинок он мог открывать глаза, и тогда видел пилотов в кабине. Зажмуривался – картинки продолжали идти. То есть он был свободен в своих действиях, и это не было гипнозом.

Подводное поселение людей было показано почти во всех деталях.

На глубине 3-4-х километров он увидел громадный светлый купол. Купол не стеклянный, а созданный силовым полем. Перед этим ему показали подводную лодку, охваченную подобным силовым полем, но обтекающим корабль в виде белесой неширокой оболочки, позволяя двигаться в воде так быстро, словно для него не существовало сопротивления среды. Отсюда становилось понятным, как судно, заключенное в оболочку, входит без всплеска в воду, – это иное состояние материи.
Подобным полем, обтекающим фигуру пловца тонкой светлой оболочкой, наподобие ауры, был окружен человек в металлизированном скафандре, который опускался на глазах Еремина в глубину к сияющему куполу. Он опустился на дно и шагнул через защитную оболочку – поле легко пропустило его.
– Он мог в любом месте проникнуть сквозь оболочку? – спросил я Дмитрия.
– Так он упал бы с высоты!.. – удивился вопросу Еремин.
Человек выключил защитное поле, подошел к транспортному средству в виде наших детских самокатов, которых стояло там, у шлюза, штук двадцать, и быстро помчался по бетонной дорожке к высокой, голубого цвета, коробке вдалеке, не отталкиваясь от земли ногой, как делают дети. В здании промышленного корпуса, в просторном вестибюле со стеклянными стенами он набрал код на клавишах панели и положил в открывшийся проем какой-то пакет, выглядевший как ноутбук. Убедившись, что пакет отправлен по назначению, подошел к следующей нише с крышкой. Опять манипуляции с клавишами, и документация ушла по новому адресу. «Типа нашего посыльного...» – подумал Еремин.

Цех предназначался, видимо, для переработки водной растительности. Работала автоматика, мигали лампочки, кое-где прыскали струйки пара, на выходе конвейера выплывали коричневые брикеты размером примерно 50 на 50 сантиметров. На их сторонах заметны были переплетения стеблей и листвы. С другого конвейера стекали небольшие баночки, скругленные, похожие на наши металлические упаковки с дорогим чаем. Вероятно, это были продукты питания.
– Жилой комплекс примыкает к производственным корпусам. Люди там живут и там же работают, – продолжает свой рассказ Дмитрий. – Освещение – ярко светящиеся дневным светом шланги, которые образуют над городом сияющую сферу. Свет равномерный, даже теней нет. Жителей на улицах немало. Видел женщин. У них тоже черная кожа, фигурки изящные, красивые, одеты в комбинезоны, как и мужчины, но с отделками в виде вышивок, аппликаций или блесток. В центре городка есть лифт из прозрачной трубы большого диаметра. По нему можно за считанные минуты подняться из глубины океана на поверхность, и большинство именно так и делают, не облекаясь в скафандры, чтобы пробраться через толщу воды.
Одна пара, молодые мужчина и женщина, направлялась к себе домой, в жилой, из нескольких этажей, корпус. Работа у них, похоже, необременительная, не как на Земле, по восемь-десять часов, потому что многое делают автоматы. Люди о чем-то разговаривали, улыбались, и по какому-то внутреннему чувству Дмитрий знал, что они куда-то собираются. Возможно, на концерт... Квартиру инопланетян Еремину не показали. Затем картинки в голове прекратились, и он открыл глаза.

Двигательная установка.

И все же главным в этой встрече была, по-видимому, отнюдь не информация о далекой планете пришельцев. Это шло попутно. Основным, как очевидно теперь, была демонстрация двигательной установки. Это произошло в самом конце беседы, длившейся более часа. Дмитрия Ильича попросили подняться с кресла и открыли позади овальный люк, в который при желании можно было войти человеку.
– Я увидел часть круга, широкую спицу, ведущую к центру, а на этой спице большой набалдашник, – рассказывал Еремин. – Догадался, что это обмотка катушки. Понял, что этих спиц с обмотками должно быть три. Если б их было, допустим, четыре, то в том секторе, что был доступен взору, пару катушек я бы увидел. Значит, все же три… Я хотел рассмотреть устройство подробнее, но они закрыли люк: «Дальше вы догадаетесь…»
– И действительно – меня как молнией озарило, – выдохнул Дмитрий. – Я догадался! Догадался, что и как там может быть устроено. Вероятно, меня просто проверяли на сообразительность, поэтому принципа движения не давали. Только показали образно, как что-то засасывается внутрь кольца – видимо, гравитационное поле.
– Но для чего это нам необходимо знать? – задал я естественный вопрос моему собеседнику. – Может, это соответствует каким-то их интересам, а не нашим?
– Нет, я убедился в их доброжелательности к людям, – возразил Дмитрий. – Они не боятся нашей агрессивности, нашей непредсказуемости. Они прошли через все это. Я понял, что им наша Земля не нужна, они любят свою родную планету. Более того, по их намекам я понял, что цивилизация «серых», из Сети Дзета, значительно менее гуманна по отношению к землянам. «Мы спрашиваем согласие землян, когда что-то хотим узнать или предложить вам, – пояснили пришельцы, – а «серые» ставят свои эксперименты и опыты над вами без уведомления. Как с подопытными кроликами». И этим все сказано…
– Тогда зачем нам двигатель, почему прозвучало слово «пора»?
– Мне показали огромную конструкцию, которая парит в небе. Это многопалубное сооружение яйцеобразного типа, а посредине гравитационная установка, – пояснил Еремин. – Этот корабль не предназначен для дальних полетов, он просто должен подняться над поверхностью. На нем можно спастись. «Очень скоро это понадобится землянам, – отложилось в моем сознании. – Вашей планете грозит мощный катаклизм».

– Да, есть сообщения о возможном столкновении с огромным астероидом или прохождении в эклиптике Солнечной системы таинственной двенадцатой планеты. Может произойти изменение наклона оси вращения Земли…– подтвердил я. – Участившиеся землетрясения и ураганы – один из признаков подобной ситуации.
– Нет, похоже, дело не в астероиде или смене полюсов, – возразил Еремин. – Катаклизм, грозящий нам, идет изнутри Земли. Возможно, ее ядро разогревается, и вскоре начнут таять ледники… Что-то связанное с этим. Мы считаем, что парниковый эффект развивается за счет избытка углекислого газа, но, кажется, разогрев идет изнутри.
– И что – нам предстоит делать такие огромные корабли?
– Нет, мы не успеем их создать для всего населения Земли. Но спасти часть накопленных знаний, литературу, изобретения, всевозможные носители информации мы должны и сможем, если не станем засекречивать информацию о гравитационных двигателях. Они четко показали, что должны быть задействованы средства массовой информации, технические лаборатории, институты – лишь бы начались работы в нужном направлении. Может, неспроста я приехал именно к тебе: я прошу помочь мне выйти на авторитетные инженерные круги или на серьезные издания прессы.
«Мы еще встретимся?» – поинтересовался Дмитрий у пришельцев. «Это будет зависеть от того, как вы сумеете справиться с данной проблемой…» – отложилось у него в голове.
Землянин поднялся и вышел на трап. Ему никто не подал руки, не было иных, принятых при расставании эмоций. «Отойдите подальше, вблизи опасно», – перевел он последнюю картинку в мозгу. На его просьбу немного полетать в аппарате пришельцев, последовал твердый отказ.

Мытарства российского изобретателя.

– Я отошел метров на тридцать, – продолжил свой рассказ Еремин. – Встал за дерево, посмотрел на циферблат: прошло около полутора часов. Вновь открылся проем, мне жестами показали – мол, отойди дальше. Я еще отодвинулся метров на шестьдесят, спрятался за дуб и стал наблюдать. Люк закрылся, и я даже не заметил никакого шва по борту.
По черному днищу «тарелки» побежали искры, потом появилось ярко-желтое кольцо. Аппарат слегка приподнялся в воздухе, убрались посадочные лапы. Кольцо накалялось ярче и ярче, затем развернулось в шарообразную форму, окутавшую весь диск. Желтая оболочка шара стала голубеть, превращаясь в светло-голубое свечение, как от лампы дневного света, а потом – фу-ух! – за полторы секунды диск исчез высоко в небе. Ни хлопка, ни иного звука, хотя скорость была явно сверхзвуковой.
– Я шел обратно окрыленный, – вспоминал Еремин. – С двигателем было, в общем-то, понятно, и хотелось сразу, не откладывая надолго, заняться моделью. Хотелось рассказать знакомым об этом происшествии. Но потом вдруг подумал: а кому здесь, в деревне, рассказывать? Кто поверит? Все заняты своим, едва выживают, озлоблены, пьют от безысходности… Кому все это нужно? Ну и останусь в глазах большинства местным придурком, хоть и чинил здесь многим телевизоры…
Модель на ферритовом кольце диаметром 36 сантиметров он собирал в своем сарае. Ступы-спицы изготовил из нарезанных ферритовых стержней, склеивая их эпоксидным клеем, густо перемешанным с ферритовыми и никелевыми опилками. Катушки сначала наматывал по 30 витков, но потом почему-то остановился на шестидесяти.

– Вся работа у меня шла, как на автомате, – вспоминал Дмитрий. – Ощущение, будто мне извне помогают, даже думать не надо было. И главное – все под рукой, всякого нужного электрохлама у меня было запасено вдоволь. Они словно знали, что у меня все есть! В том числе и частотный генератор для запитки катушек. Правда, старенький, ламповый, и мне пришлось менять систему конденсаторов и сопротивлений, чтобы повысить его частоту. Все три обмотки должны были запитываться поочередно с высокой частотой пульсации. На одно плечо шло 150 килогерц, значит, на круг выходило 50 кГц, и при поле в 50-60 тысяч оборотов в секунду мое сооружение стало подавать признаки «жизни». Ферритовый диск стал подрагивать, приподниматься на частях кольца, сдвигаться...
Это было уже примерно через неделю его затворничества в сарае. Тут Дмитрий озаботился безопасностью испытаний. И тоже у него осталось ощущение, что об этом ему шла подсказка.
– Я вспомнил, что где-то читал, будто американцы после Розуэлла пытались воссоздать «летающую тарелку», упавшую там во время грозы, но их пилоты умирали или сходили с ума из-за какого-то излучения. По наитию я тоже почему-то близко к конструкции опасался подходить. Штуковина стояла на земляном полу в углу сарая, и если надо, я подтягивал ее ближе за провода, а обратно перемещал древком. Решил проверить излучение на мышах.
Дмитрий ловил мышей просто: на ночь оставлял десятилитровую бутыль с жареными семечками на дне, жердочку к горловине намазывал салом, и мыши сами падали в бутыль, стремясь к лакомству. До десятка за ночь набиралось. Многие из них честно послужили будущей науке о гравитационных движителях. Еремин в специальной плетеной клетке опускал мышь на удочке над сооружением и включал генератор. Первые же результаты его ошеломили: 30 секунд, и мышь больше не подавала признаков жизни. При этом заметил, что с соседского двора порой доносилось чертыханье: «Опять сигнал барахлит!..» Похоже, что при включении конструкции что-то происходило с телевизорами. Да и у него приемничек в сарае немилосердно завывал и хрипел.

Надо было думать о защите. Сначала пробовал закрывать отдельно катушки, но мыши все равно погибали, потом догадался заключить свое изобретение в алюминиевые полусферы, позаимствовав их от уличных фонарей. Мышь над алюминиевым шаром могла висеть живой и час, и полтора.
Уверенность, в то, что конструкция взлетит, у него окрепла. Она уже приподнималась на сантиметры, но была неустойчивой. Похоже, нужен был другой генератор, большей частоты пульсации. Правда, в какой-то момент в аппарате обгорел один провод... А тут вскоре пришел вызов из Москвы на работу, и Д.И. Еремин уехал в столицу. С собой вез, помимо одежонки, две коробки: в одной сферу килограммов на 25, в другой ламповый генератор.
– В Москве идея познакомить кого-то из специалистов с принципами работы двигателя, а главное испытать его с использованием генератора, не оставляла меня ни на час, – рассказывал Еремин. – В общем, я пошел в Министерство обороны, там, на Набережной, недалеко от Кремля. Сначала мне посоветовали обратиться в отдел изобретений, затем направили в Мытищи, в отдел вооружений.
Общение с неким капитаном по имени Володя шло не дальше проходной. Правда, тот проникся интересом испробовать штуковину в работе.

Как и договаривались, Еремин позвонил дня через три. Ему с извинениями сообщили, что, дескать, с аппаратом произошла неувязка. Обмотки запитали трехфазным током напряжением в 380 вольт, и он… взлетел, едва не пробив потолок, но при этом все там погорело. «Нет, ни фига себе, додумались! Трехфазным током! – возмущался Дмитрий. – Я же говорил им про пульсирующий ток на небольшое напряжение…»
– А ты уверен, что они его сожгли? – спросил я. – Тебе показывали сгоревшую модель?
– Н-нет… Но Володя, капитан этот, так красочно описал, извинялся… Там вроде люди серьезные, погоны носят, как не поверить? Правда, тупые, наверно… Я им говорю, дайте мне феррит, провода на обмотки, я за полдня установку вам соберу, там даже паять ничего не надо, на скрутках можно. Генератор бы да толкового специалиста – и все! Да нет, говорит, у нас ничего, на днях, мол, даже тиски последние украли. Видно, в завале у них все…
Да, это бесспорно: российские вооруженные силы в те годы были в страшном разоре. Мы все это видели и по безуспешным военным действиям в маленькой Чечне, и по гибели подлодки «Курск», и по падению офицерской чести именно у тех, у генералитета, кто должен бы давать пример воинской доблести и стойкости. Увы…

Но я не верю, что среди военных остались одни лишь тупицы. Тут два варианта: или гравилет Еремина действительно спалили, или его идею решили прикарманить. Что, впрочем, тоже многое говорит касательно уровня офицерской чести в современной России.
– Ты знаешь их имена, фамилии, телефоны? – интересуюсь у Дмитрия Ильича.
– Да, телефоны остались, есть некоторые фамилии, но кое-кого, скажем, того последнего капитана, я знаю только по имени. Я думал, что для всех лучше, если мы будем общаться без фамилий. Да я и не в претензии, если они решили прикарманить идею. Мне важнее, чтобы ее опробовали, чтобы начали создавать промышленные установки. Время-то у нас, говорили, мало остается… Если честно, то я мысленно перекрестился, когда конструкция осталась у них. Я же от этого капитана ничего не скрывал. Если не тупой, то сами додумаются, доработают, у меня же что-то начинало получаться!..
– А почему вспомнил обо мне? – интересуюсь, хотя сам-то уже прикидываю, куда надо направить Еремина, кого подключить к испытаниям гравилета…
– Так ведь мне было сказано: или воспользуйтесь серьезными инженерными структурами, или через СМИ… Выходит, пришел черед подключиться журналистам, рассказать обо всем, – посерьезнел Дмитрий. – Только вот как ты будешь описывать «летающую тарелку»? Ведь сразу заподозрят «шизу»… Может, без пришельцев как-нибудь обойдемся? Хотя… я-то честно, как на духу тебе рассказал. Может, и другие поверят?
Еремин уезжал от меня через день, увозя нужные адреса, фамилии и телефоны в Москве и Санкт-Петербурге. Я, конечно, позвонил своим друзьям, рекомендовал внимательнее отнестись к изобретателю. Собирался наблюдать за событиями, и если надежды на гравилет оправдаются, – читатели о продолжении истории узнали бы.

…И продолжение было. Но не такое, каким ожидалось. Дима исчез. В последний раз я разговаривал с ним по его служебному московскому телефону. Он сказал, что увольняется из своей организации и уезжает в Пермь. Якобы оттуда приезжали представители, обещали создать ему условия, давали лабораторию… «Ну, Пермь – известный город, там один только моторостроительный завод чего стоит…» – подумал я. Договорились, что Дима мне позвонит, как только что-то в его работе определится.
Звонка так и не последовало. Прошло несколько лет – от Дмитрия не было никаких вестей, и от этого становилось тревожно на душе. Что могло произойти? Непонятно...
Только спустя пять-шесть лет Дмитрий вновь оказался в Волжском. Здесь у него была старенькая мама, и она болела. Судьба изрядно поиграла с ним в игры, хотя внешне он не особенно унывал. Такой характер...
– Ты слышал, что на создателей гравитационных генераторов идет своего рода охота? – спросил я его осторожно, как только мы встретились. – Изобретатели или пропадают, или, может, их работы тщательно засекречиваются. В прессе вообще ни гу-гу...
– Да слышал... – неохотно отозвался Еремин. – У меня после той встречи с пришельцами тоже идет сплошная полоса невезения.

– Расскажи, что было в Перми? Почему не удалось с пользой поработать в лаборатории?
– Там оказалась не лаборатория, а что-то вроде мастерских. Меня с Ибрагимовым, доктором технических наук из Перми, познакомил инженер и уфолог Вадим Чернобров. Мы встретились у него в Москве чисто случайно: я зашел, потому что мы с ним условились, а тот уже был в гостях. Ну разговорились, и Рафик Измаилович предложил поработать у него в лаборатории. Мне особо терять было нечего, и через пару месяцев, уволившись из московской строительной организации, я поехал в Пермь. Приезжаю, а меня встречает на перроне расстроенный вдрабадан Рафик Измаилович: вчера у него полностью сгорела его мастерская. Он купил двухэтажный дом с каменным первым этажом, был участочек при нем, были завезены какие-то станки, оборудование. В общем, хотел человек, выйдя на пенсию, заняться разработкой и внедрением полезной для бытовых нужд техники. Бизнес организовать, что ли... И все сгорело... Случайно или нет – тут остается только гадать. Вроде списали пожар на замыкание проводки. Ну у него была своя квартира в многоэтажке, и я там пожил некоторое время, но вижу, человек в беде, огорчен, а тут еще я... В общем, вскоре устроился подрабатывать у людей. Я же печи могу класть, хорошие камины делаю, надо было зарабатывать на жизнь, хотя идею с гравилетом тоже не оставлял.
Потом Дмитрий, как рассказывает, откликнулся на приглашение из Минска: какие-то молодые инженеры просили его приехать, обещали помочь в реализации проекта.
– Прочитали в Интернете твою же статью, ну и загорелись... – ворчит Еремин. – А у самих ни технических возможностей, ни средств – одно лишь желание да энтузиазм. Естественно, никакой лаборатории, в квартире собирались испытывать аппарат. Ну, полная авантюра... Покрутился немного и уехал.

– Ну и что с аппаратом? Махнул рукой?
– Да не-ет... Я все же надеюсь его собрать. Действовал же он, что-то уже получалось!.. Мне бы несколько тысяч долларов, и я б по новой начал. Паскудно чувствуешь себя, когда не довел дело до конца.
– А не опасаешься? Помнишь же, разработчики гравитаторов исчезают... Как думаешь, земные спецслужбы действуют или какие-нибудь другие?
– Нашим спецслужбам не до этого, они политикой в основном заняты, – отмахнулся Дмитрий Ильич. – Те знакомые инопланетяне тоже, считаю, непричастны – зачем бы они мне показывали устройство, помогали, пусть косвенно... Здесь могут вмешиваться «чужие», конкурирующая цивилизация, для которой человечество в космосе несет реальную угрозу. Но знаешь, по некоторым признакам я замечаю: поддержка мне пошла. Видимо, от тех, с водной планеты. Похоже, они возвращаются...
Дмитрий не стал дальше распространяться, да я и не настаивал – может, человеку просто кажется. Спросил лишь об одном, что давно сидело у меня в голове:
– Дима, ты бы полетел на их планету, если б они предложили?
– Конечно, – удивился вопросу Еремин. – Но они не предложили...
Посмотрим, чем закончится дело. Мне очень интересна эта очередная тайна...

Геннадий Белимов
Отрывок из книги «Загадочный Волжский»
Urano.ru

Речь идет о таком материале, как аэрогель. Это на сегодняшний день, наверное, самое необычное изобретение людей. Аэрогель представляет из себя искусственный материал с огромным количеством пор и уникальными свойствами, за которые он много раз попал в книгу рекордов Гиннеса. Его название в вольном переводе с латыни означает «замороженный воздух» («aer» – воздух и «gelatus» – замороженный), но часто его еще называют замороженным дымом. Ведь и внешне он очень похож на застывший дым – пористый прозрачный, редко с голубым отливом, материал, по консистенции схожий с мелким пенопластом или же с затвердевшей монтажной пеной.
Внутренняя структура этого нового искусственного материала состоит из множества ячеек, маленьких настолько, что увидеть их можно только при помощи микроскопа. Если не вдаваться в технические подробности, то можно сказать, что аэрогель – это тот же обычный гель, только вместо жидкости в нем использован газ.

В основе конструкции аэрогеля лежат кластеры, которые образуют сеть в трех измерениях. Поры этой сети наполнены газом. Размер пор во много раз больше размера одного кластера, что позволяет сделать плотность материала аэрогеля чрезвычайно низкой. Его плотность в тысячи раз меньше обычного стекла и только на 50 процентов выше плотности воздуха.
На данный момент аэрогель является самым легким твердым веществом из всех известных на Земле. Одно из самых уникальных и полезных его свойств – это высокая прочность при том, что 99,8 процентов материала является простым воздухом. Опытные образцы этого вещества выдерживают нагрузку, превышающую собственный вес аэрогеля в 2000 раз.
Он способен выдержать перепады температур на экстремальном уровне при этом, не нарушая своей структуры, является прекрасным звуковым изолятором и способен выдерживать очень серьезное давление, в том числе и ударного типа. Если на бронежилет нанести слой аэрогеля всего в сантиметр, то он сможет выдержать ударную нагрузку даже от взорвавшегося килограмма динамита. Аэрогель должен стать новым шагом в будущее во многих отраслях.

erudytam.net

Астрономы Древнего Востока интересовались Юпитером и Сатурном.

Астрономы Древнего Востока могли определить солнечные и лунные затмения, новолуния, а также предсказать много других стихийных явлений. Они выяснили, что лунный месяц длится примерно 29,5 суток, а солнечный год – 365,25 суток. Основываясь на этом, астрономы составили лунный и солнечный календари. А в 4 столетии до н. э. – лунно-солнечный-юпитерный календарь.
Среди стран Восточной Азии Китай был первой страной, где сформировалось классовое общество. В этой стране рабовладельческий строй процветал полторы тысячи лет, начиная с 14 столетия до н. э.
Город Чжоугун был самым крупным астрономическим центром Древнего Китая. В Чжоугун ещё более 3 тысячи лет тому назад уже была сооружена астрономическая обсерватория, проводились и фиксировались наблюдения за звёздами и планетами. Более всего астрономы Древнего Востока интересовались Юпитером и Сатурном. В те времена астрономическая наука не владела точными сведениями о времени обращения планет, делалось предположение, что планеты вращаются вокруг Земли. Но, всё же, было установлено, что кругооборот Юпитера примерно 12 лет, а Сатурна – 30 лет. А в середине 2 столетия Птолемей в «Альмагесте» предоставил подсчёты видимого движения Луны, Солнца, Сатурна, Юпитера и других планет с максимальной точностью. Несколько позже были даны более точные подсчёты, а также определено, что время обращения Сатурна – 29, 458 года, а Юпитера – 11, 862 года.

Год Солнца, Нила и Сириуса для древних египтян послужил основой календаря.

В Древнем Египте жизнь египтян была тесно связана с Нилом, который они обожествляли. В нижнем течении Нила подъём воды совпадал с летним солнцестоянием. Эти явления происходили постоянно, потому служили удобным эталоном измерения времени. Более наглядной эту связь делало то, что на рубеже 4 и 3 тысячелетия до н. э. во время разлива Нила и солнцестояния также происходило первое утреннее появления Сириуса, первый гелиакический восход этой планеты. Именно год Солнца, Нила и Сириуса для древних египтян послужил основой календаря.
Один из самых древних в мире египетский календарь возник в 4 тысячелетии до н. э. и относится к типу солнечных. Год этого календаря состоял из 3 сезонов, каждый из сезонов включал в себя по 4 тридцатисуточных месяца.
В эллинистическом Египте предпринималась попытка усовершенствования календаря. В дельте Нила в 1866 году была обнаружена плита с надписью одного из царей династии Птолемеев, царя Птолемея Эвергета III. Из надписи следует, что Эвергет III предписывал через каждые 4 года (если год будет насчитывать 360 дней и 5 дней добавочных) отмечать праздник богов Эвергета перед новым годом и после 5 добавочных дней. Дата этого артефакта – 238 год до н. э. Из этого следует, что египтянам почти за 200 лет до юлианского календаря была известна система високоса. Но реформа Эвергета не прижилась, а в 26 году до н. э. Август ввёл систему юлианского календаря.

Множество календарных систем Индии.

Так как племена и народности Индии были политически разобщены и имели различные языки, это привело к созданию многих календарных систем. В основном индийские календари относились к типу лунно-солнечные, но были также солнечные и лунные календари.
Год, насчитывающий 365-366 суток, разделялся на 12 месяцев, состоящих из количества дней от 29 до 32. Если использовалась лунно-солнечная система, то один раз в трёхлетие, для согласования с продолжительностью солнечного года, вставлялся 13 месяц.
С 1957 года в Индии был введён Единый национальный календарь, который разработали на основе самых распространённых систем в стране.

Жрецы Древней Месопотамии наблюдали за планетами с башен.

Ещё в 3 тысячелетии до н. э. жрецы Древней Месопотамии регулярно наблюдали за звёздным небом, накопив немало астрономических знаний. Чтобы вести космические наблюдения при храмах строились многоэтажные башни-зиккураты, высотой до 20 метров. Венера, Луна, Солнце, Юпитер, марс и Сатурн были обожествлёнными светилами. Особое внимание уделялось Луне, потому первые календари городов-государств были лунными. Но при Хаммурапи (1792-1750гг. до н. э.), который объединил Двуречье под эгидой Вавилона, официальным был признан лунно-солнечный календарь города Ура. В календарь произвольно вставлялся добавочный месяц. Такой метод просуществовал в Вавилоне от эпохи Хаммурапи до 6 столетия до н. э., когда стали использовать систему периодического вычисления. С начала 6 до конца 4 столетия до н. э. добавление 13 месяца регулярно проводилось 3 раза за восьмилетие, а с конца 4 столетия до н. э. – 7 раз в 19 лет.
Вавилонский год состоял из 12 месяцев, а месяц состоял из 29 или 30 суток. Год начинался в день весеннего равноденствия. А семидневную неделю вавилоняне позаимствовали у шумерийцев.
По прошествии времени действие вавилонского календаря распространилось на Персидскую державу, Ассирию, а потом на эллинистические государства Восточного Средиземноморья.

В Древней Греции самый известный – афинский календарь.

Изначально у каждого греческого центра была своя система счёта времени, и это приводило к некоторой путанице. Как сообщал философ Аристоксен, например 5 день месяца у афинян – это 10 день у коринфян и восьмой у кого-нибудь ещё. Это объяснялось тем. Что греческие государства самостоятельно регулировали лунно-солнечный счёт времени в каждом полисе. У всех по-разному определялось начало календарного года. На Хиосе – с весеннего равноденствия; В Родосе, Крите, Спарте и Милете – с осенним равноденствием; на Делосе и в Беотии – после зимнего солнцестояния; в Афинах и Дельфах с первого новолуния после летнего солнцестояния.
Самый известный – афинский календарь, который состоял из 12 лунных месяцев. Календарный год насчитывал 354 суток. По свидетельству Геродота, в каждый 2 или 3 год, ради соответствия времён года греки вставляли месяц.
Но в 432 году до н. э. афинский астроном Метон ввёл девятнадцатилетний цикл с семью тринадцатимесячными годами. Позже были разработаны циклы Гиппарха и Калиппа, которые ещё более уточнили лунно-солнечный календарь.
До 2 столетия до н. э. по мере возникновения необходимости добавлялся 13 месяц. Иногда такая необходимость появлялась из политических или иных соображений. Спартанским царём Агесилаем была нарушена регулярность вставок с целью увеличения ежегодного дохода. Грекам не была известна семидневная неделя, они считали дни в пределах месяца по декадам.

В истории человечества календарь древних майя был одним из самых точных.

Системы счёта времени, которые разработали народы Нового света, отличались своей оригинальностью. Самыми известными являются календари индейцев майя, которые создали самобытную культуру в 1 тысячелетии н. э. в Центральной Америке. Майя строили специальные сооружения, чтобы наблюдать за небесными светилами. Они знали, какая продолжительность солнечного года, рассчитывали время затмений Луны и Солнца. Чтобы рассчитать обряды, жрецы применяли короткий год, называемый «цолькин». Он состоял из 260 дней – 13 двадцатидневных месяцев.
Кроме короткого года майя использовали два вида длинных годов. Распространённым был год хааб, продолжительностью 365 дней – 18 месяцев по 20 дней. Год тун (360 дней), имевший специальное назначение, применялся редко.
У древних майя был и лунный календарь, каждый месяц которого длился 29 или 30 дней, а дни обозначались числами внутри месяца.
В истории человечества календарь майя был одним из самых точных. Продолжительность солнечного года, которую жрецы вычислили в древности, отличалась от принятой в современной науке всего лишь на 0,0002 – 365, 2420 суток. Даже григорианский календарь был менее точен.

history-and-people.blogspot.com

19 специалистов из пяти научно-исследовательских организаций провели широкие полевые исследования подкисления океана с помощью датчиков, разработанных в Океанографическом институте Скриппса (США).
Сделан важный шаг к пониманию реакции конкретных экосистем на изменение химии морской воды в результате того, что Мировой океан поглощает больше углекислого газа.
Подкисление океана — тема довольно новая. Масштаб проблемы удалось оценить только в последнее десятилетие. Считается, что океан поглощает около трети углекислого газа, производимого человеком и его машинами. Поскольку мы интенсифицируемся, естественный уровень углекислоты в воде давно преодолён.
Самое главное последствие — снижение содержания карбонатных форм, которые нужны морским беспозвоночным (кораллам, стрекающим) для формирования скелетов. Этот эффект неоднократно моделировался в лабораторных условиях, но полевых работ не хватало. Поэтому учёные «обвесили» датчиками 15 регионов — от коралловых рифов в южной части Тихого океана до гидротермальных источников Средиземного моря.
Обнаружилось, что в некоторых местах (например, в Антарктике и близ тихоокеанских островов Лайн) диапазон разброса значений рН намного меньше, чем, скажем, в тех областях у побережья Калифорнии, где происходит вертикальное движение воды (апвеллинг). В некоторых районах снижение рН, вызванное выбросами парниковых газов, по-прежнему в пределах естественных колебаний, а другие области уже подошли к такому уровню кислотности, который прогнозировался только на конец века.

Короче говоря, различия огромны. Совершенно ясно, что оценка воздействия подкисления Мирового океана на экосистемы — чрезвычайно серьёзная проблема.
Исследователи отмечают, что высоченный уровень подкисления в некоторых районах — это даже хорошо, поскольку у организмов появляется шанс начать адаптироваться к тому, что другие районы испытают лет через сто. До этого специалисты били тревогу: мол, подкисление произойдёт слишком быстро.
Исследователи пользовались датчиками SeaFET и SeapHOx, разработанными группой Тодда Мартца. Они способны измерять рН и температуру в верхнем 70-метровом слое океана. С 2009 года учёные создали 52 таких прибора.

Источник "Всё не просто так"

Исследователи знают: люди из официальных органов, разного рода чиновники, пусть даже бывшие, очень неохотно говорят о своих паранормальных способностях, если таковые у них обнаруживаются. Вот и Борис Михайлович не хотел «засвечиваться» под своей фамилией: корпоративные «табу» настолько крепко засели в его сознании, что, даже будучи пенсионером, он не жаждет никакой публичности.
Однако и мне анонимы как-то не по душе. Им мало веры. И мы договорились ради науки быть предельно искренними.

История одного исцеления.

Сначала было знакомство по переписке, потом мы встретились: я приезжал в Саратов по приглашению Бориса Михайловича. В последние 15 лет перед выходом на пенсию Б. М. Сидоров был сотрудником в одном из районных отделов по труду и заработной плате, в постсоветское время переименованных в центры занятости. Он нередко встречался с бедственным положением людей и старался помочь в трудных ситуациях.
Впервые Сидоров столкнулся с непонятным феноменом, когда в очередной раз попал в больницу. Несколько лет назад он на ногах перенес грипп — некому было работать, и вскоре у него развился воспалительный процесс уха. То была уже четвертая операция, долбили заушную кость, поэтому он ходил по нейрохирургическому отделению с огромной подушкой из марли и ваты на правой стороне головы. Был год этак 1992—93-й.
А однажды в отделение привезли 12-летнего мальчика с подозрением на менингит — сильные боли парнишка переносил мужественно, терпел из последних сил. А вечером, ближе к полуночи, по коридорам началась беготня, в операционной зажгли свет, и он горел там до утра. Оказалось, оперировали того самого мальчика, сделали трепанацию черепа: в головном мозге обнаружили опухоль. Тот же хирург, что делал операцию Борису Михайловичу, опухоль удалил, почистил это место, но парнишка впал в кому. И лежал без сознания уже третью неделю. Около палаты реанимации день и ночь, как на часах, стоял или изредка сидел его отец, военный, подполковник. Они с сыном были очень похожи друг на друга, и отец беззаветно любил своего первенца.

Иногда Борис Михайлович подходил к отцу. «По-прежнему, без сознания…» — тусклым голосом отвечал офицер, посеревший от утомления и бессонницы. Жена лишь иногда сменяла его на печальном посту. Мальчишку было жалко до слез — врачи уже не надеялись на чудо.
— В одну из ночей я внезапно просыпаюсь, будто меня включили кнопкой, представляю этого бездыханного мальчонку, и меня переполняет любовь к нему, по сути, не знакомому мне, — вспоминает Борис. — Это чувство любви и желания помочь было таким сильным, что меня распирало от непонятных энергий. Я был словно в энергетическом коконе. Потом пришло ощущение, что этот кокон лопнул.
Борис поднялся, вышел в коридор — темно, тихо, свет только дежурный, у реанимационной палаты тень отца. Борис подошел к нему, спросил: «Как сын?» — но офицер мутным взглядом глянул на него и ничего не ответил.
— И в самом деле, что отвечать? Подошел какой-то чудак с небритой мордой, вата в ухе… Понятно, ему не до меня, — попенял на себя рассказчик.
Борис открыл дверь в реанимацию. Возле стены у тумбочки сидела медсестра, дремала, низко склонив голову. Он тихонько прошел к кровати мальчика. Тот был накрыт простыней. Поразил цвет лица больного — светло-зеленая кожа, на носу прозрачная кислородная маска, голова в бинтах.
— Вдруг что-то во мне включилось, — вспоминает подробности Борис Михайлович. — Я стою в ногах мальчика, а мое тело начинает пульсировать, и от него, как круги по воде, идут энергетические волны. От верхушки головы до пальцев ног ощущаю мощную вибрацию, которая направлена в сторону больного.

Так он стоял, вибрируя, минут пять. Потом всё разом закончилось, вибрация прекратилась. Но он стоит и чего-то ждет. Вдруг в голове возникает четкая мысль: «Всё в порядке, он будет жить. С головой всё будет нормально…»
— Я словно ждал этих слов. Повернулся, вышел из палаты, иду по коридору, открываю свою дверь… — Сидоров долго молчит, глядя на меня. — На моей кровати лежит мое тело… Подхожу близко — интересно же! — и вдруг у меня, у лежащего, на груди около горла, будто замок-молния раскрылся, и я, стоящий, — вжик! — влетел в свое тело. Щелчок, «молния» закрылась, и я отрубился. Проспал до позднего утра.
Утром Борис Михайлович не знал, что думать о ночном происшествии. Подошел к отцу мальчика: «Я видел сон, с сыном все будет в порядке, он выздоровеет…» Мужчина благодарно кивнул головой. А к обеду по отделению разнеслась весть: мальчик вышел из комы, попросил еду…
К вечеру Сидорова выписали из больницы, и окончания истории он не знал. Только через год, во время профилактического осмотра, спросил хирурга — что стало с мальчиком? Оказывается, того выписали дня через три после Сидорова, в хорошем состоянии. Еще через несколько лет до Бориса дошла весть — парнишка учится на втором курсе университета.
— Так это был сон или не сон? — спросил я, догадываясь о сути ночного приключения.
— Думаю, что не сон, — усмехнулся Борис Михайлович. — Похоже, меня подключили ради спасения этого ребенка. Мое астральное тело участвовало в той операции, но я еще не был осведомлен о тонких структурах человека. Эти знания пришли потом.
С того времени началось перерождение и самого Бориса. Юрист по образованию, он увлекся эзотерикой, много читал, иногда практиковал, открывая для себя новые реалии окружающего мира. Они далеко не во всем сходились с учебниками.

Когда всё началось?

По своему опыту я знаю, что подключение к информационным полям, открытие сознания человека обычно имеет свои резоны, особые вехи, поэтому опрашивал Бориса Михайловича досконально и придирчиво. Его жизнь была полна испытаний, и, наверное, это способствовало его перерождению.
В четыре года Бориса, когда он играл в прятки на улице, уронила соседская девочка-подросток, сломав мальчонке спину и ногу. Был февраль 1946 года, повсюду голодно и холодно, но его мать неимоверными усилиями перевезла сына за 400 верст от их села в Оренбуржье в город Бугуруслан, в детский костно-туберкулезный санаторий. Там мальчонку заковали в мокрые бинты, пропитанные гипсом. И именно тогда он вдруг впал в коматозное состояние, пролежав без сознания полторы недели. Все это время мама не отходила от него, молилась Богу.
Гипсовый корсет от низа спины до шеи стал его «одеждой» аж на четыре с половиной года. Раз в год корсет распиливали и вновь заматывали тело мокрыми бинтами: мальчонка рос, и корсет становился мал. Борис не ныл, не отчаивался, он принял такое положение как неизбежное. Мама лишь раз в несколько месяцев могла приехать к нему. С металлическим корсетом он пошел в школу, и только к двенадцати годам врачи разрешили его снять.
Я видел след перелома на спине у Бориса Михайловича: заметная вмятина на позвоночнике. Так обозначились три намертво сросшиеся позвонка.

А в свои двенадцать лет Борис едва не утонул — попал на реке в водоворот. Его спас неведомо откуда появившийся парень: никого не было на берегу, и вдруг… помощь. Наверное, тогда мальчишка опять был в коме — наглотался воды, и парню пришлось потрудиться, чтобы его откачать. Борис не знает, сколько времени он был без сознания.
Потом были три операции в нейрохирургии из-за нагноения уха. Во время четвертой он долго не мог выйти из анабиоза. Врачи тогда сильно поволновались. Борису минуло 47 лет, и, может, тогда произошел тот главный поворот в его судьбе — раскрытие новых способностей.
Впрочем, может, и раньше что-то было… К примеру, в четвертом классе ему запомнилось, как он внезапно остановил хлынувший ливень. Крикнул в отчаянии: «Дождик, прекрати!» — и через полминуты ливень будто выключили. А однажды, уже взрослым, он крикнул разгалдевшимся за окном гусям: «Замолчите! Тихо!» — и всё стадо смолкло. За весь вечер ни один гусак не пискнул…
Борис Михайлович не знал, не догадывался, что в его руках кроется загадочная сила…

Спасал, когда не было другого выхода.

Он не может похвалиться большим списком исцеленных людей, но около трех десятков фамилий помнит. И каждый раз его вмешательство было спонтанно-вынужденным: надо было помочь, и о другом речи не шло. Всякий раз Борис Михайлович тщательно скрывал от коллег по работе, что он может что-то особенное. Или просил исцеленных об этом не распространяться. Молва могла повредить его служебной карьере. Денег тоже не брал — в голову не приходило. Ведь помогал, когда человеку было совсем худо. Какие тут деньги?..
— Во-первых, я никогда не был уверен в своих целительских способностях, — объяснял он мне свою пассивность. — И другое: понимал, что всё идет от каких-то Высших сил, я всего лишь передатчик. «Они» решат — я выполняю, прочем всегда хватало только одного сеанса. Редко шли повторные.

Вот несколько эпизодов из разряда «странностей».

Однажды на работе что-то подняло его от стола, и Борис быстро пошел в комнату, где у него не было никаких дел. Подошел к Людмиле Т., у той глаза, как у рака, лезут из орбит, белки красные.
— Люда, ты что?
— Ой, Борис Михайлович, что-то с глазами, почти ничего не вижу, — корчится она от боли.
У Бориса вдруг пошел жар из правой ладони, он приложил ее к глазам Людмилы, левую ладонь — на затылок, словно ею принимал энергию. Держал минут пять, и тут тепло из ладони ушло. Глаза у женщины пришли в норму. Через пятнадцать лет он встретил ее: оказывается, глаза с тех пор не болели ни разу. Людмила Т. за это время стала начальником Центра занятости в одном из районов Саратова.
Однажды они с женой приехали на дачу к Кире Селезневой, их хорошей знакомой. А та корчится от боли в животе.
— У меня словно что-то включилось в голове, — вспоминает Борис. — Вижу внутренним зрением — аппендикс стоит торчком, наполнен гноем, вот-вот прорвется. Грозило перитонитом. Ехать до города около часа, не довезем. «Ложись!» — командую ей.
Из его руки пошел горячий столб энергии, а в голове картинка: надутая желтая головка начинает уменьшаться, съеживаться и потом совсем сморщилась. Кира перестала охать, а потом и вовсе развеселилась. Вечер прошел отлично. В больницу, чтобы вырезать аппендикс, она так и не пошла, потому что он ее больше не тревожил.
У Киры была подруга Наталья, и у нее сильно болели почки — даже с работы пришлось уволиться. Простуд смертельно боялась, все форточки в доме закрыты… Бориса привели к женщине. Он поработал пять минут руками, закрыл больное место крестом. Боль прошла. Через полгода встречает в управлении эту Наталью: пришла сдавать годовой отчет. Ее взяли главным бухгалтером фирмы, про почки забыла, теперь здорова.

Один случай особенно трогательный, хотя и трагичный тоже.

Пришла в их центр занятости красивая молодая женщина с большими голубыми глазами — ищет работу. Оказалось, она глухая, артель ликвидировали, муж тоже там работал… В общем, жить почти не на что, нигде инвалидов не принимают. Это были те беспросветные 90-е годы… Борис Михайлович усиленно просматривал вакансии, но тут ему пришел сигнал-мысль: «Правое ухо небезнадежно…»
Он попросил женщину сесть на стул, показал, что будет лечить, и сам, того не ожидая, сунул указательные пальцы в оба уха. Пошел прогрев. Через пять минут энергия кончилась. Он хлопнул в ладоши над левым ухом — женщина не шелохнулась. Хлопнул над правым — она как вздрогнет! В глазах изумление… Борис включил на полную мощность радиоприемник — подойди. Полметра оставалось…
— Она глазищи округлила — слышит музыку!.. Ты знаешь, я смотрю на нее — никаких орденов не надо! Вот это награда!.. — аж задохнулся спустя много лет Борис Михайлович.
Пишет ей — «купи аппарат». Она в ответ: «Пенсия у нее с мужем по 250 рублей, двое детей, аппарат стоит 5000 рублей». Ну что он мог сделать?! Увы, так потом и не узнал судьбу своей пациентки.

Была одна ситуация с трагическим концом… Знакомая попросила: брат, профессор, лежит в Новосибирске с третьим инфарктом, попробуй заочно помочь. Сообщила все данные, фотографию принесла. Борис начинает работу и понимает: тот не верит ни во что паранормальное! И в Бога, кстати, тоже. Но всё же воздействие помогло — профессора выписали, он стал ходить, правда, с палочкой. А Борису Михайловичу пришла мысль извне: «Если не поверит в Бога, то в начале января умрет». То есть оставалось полгода. Профессор не захотел менять своих убеждений, и 4 января его не стало.
Но одну жизнь в заочном поединке со смертью он всё же спас… Это была Нина Витальевна Н., ей сейчас 92 года, живет в Саратове. У нее отказало сердце, и с ней рядом в это время была экстрасенс Лидия Ивановна. Но, видимо, не справлялась. Позвонила Борису — помоги!
— У меня перед глазами возник график, как осциллограмма, и, судя по уменьшению амплитуды, сердцебиение затухало, — вспоминает он. — Я начал работать на расстоянии, и вижу — амплитуда возрастает, ритм сердца восстановился.
Он сел завтракать, и вдруг, как удар в лоб: «Смотри туда!» Смотрит мысленно — на графике ровная линия… Сердце остановилось.
— Я обозлился: не справился! Мысленно беру сгусток света, вроде шаровой молнии, и кидаю туда, в сердце. Там словно взрыв произошел, и сердце забилось, заработало, потом вошло в ритм. Женщина живет по сию пору, иногда мы с ней созваниваемся… — закончил рассказ мой собеседник.

Борис Михайлович уже давно не практикует энергетическое лечение. Он не стал развивать свои способности главным образом потому, что среди его коллег по работе это было не принято и даже осуждалось. Воспринималось недопустимой ересью. Только сейчас люди начинают осо­знавать, как много заложено в их собственной генетике и как важно разблокировать информацию, заложенную в наших ДНК. Этот процесс уже начался, и время полного раскрытия всех возможностей человека не за горами.

Геннадий БЕЛИМОВ
Аномальные новости 40, 2011
anomalia.kulichki.ru

Странное заболевание поразило жителей региона Ашанти в Гане. По официальным данным, распространяемым Минздравом, на начало этой недели зафиксированы два летальных исхода. Возможно, инфекция передалась людям от зараженных грызунов.
Есть информация о том, что около двух месяцев назад 19-летний мужчина обратился за помощью к медикам с симптомами малярии. Противомалярийная терапия не сработала. Неожиданно у пациента началось сильное кровотечение из носа, рта, ушей и ануса, спровоцировав немедленную смерть.
Руководитель департамента общественного здравоохранения доктор Джозеф Аманква рассказал, что болезнь на сегодняшний день идентифицировали как вирусную геморрагическую лихорадку Ласса. Это заболевание обычно тяжело протекает, часто приводя к смерти.

При лихорадке отмечается поражение органов дыхания, почек, центральной нервной системы, кровотечения. В данном случае, по словам Джозефа Аманква, симптомы схожи с малярией, а пациенты просто умирают от обильных кровотечений.
Чиновники собираются направить группу экспертов в пораженный регион, дабы узнать, каково реальное положение дел и что делать в сложившейся ситуации. Также осуществляется активное взаимодействие с Всемирной организацией здравоохранения в надежде получить более детальную информацию об инфекции. По данным местной радиостанции Joy.fm, с подобной болезнью Гана сталкивается впервые.

meddaily.ru

Родные пропавших без вести моряков и пассажиров с затонувшей 18 декабря буровой платформы "Кольская" по-прежнему надеются, что их близкие живы. Тем более что иногда чудеса, действительно, происходят. Вчера во втором часу ночи жена судового врача Николая Свистунова Галина Викторовна получила с номера исчезнувшего мужа SMS, передает "Комсомольская правда".
Полученное сообщение состояло из нескольких знаков: *728#. Сын Свистунова Дмитрий тут же позвонил оператору МТС, у которого был зарегистрирован телефон отца. Там подтвердили, что сообщение с таким содержанием действительно было отправлено с номера исчезнувшего Свистунова, но, что оно значит, они не имеют понятия.
"Время отправки SMS примерно совпадает со временем прибытия в Корсаков судна "Смит Сахалин" с телами погибших на борту. Однако Свистунова среди опознанных нет", - рассказали в ГУ МЧС России по Сахалинской области.

По мнению специалистов, возможно, доктор отправил SMS еще на буровой, а дошло оно только тогда, когда телефон попал в зону действия сети. С другой стороны, вряд ли мобильник смог бы работать после стольких дней пребывания в холодной воде без подзарядки. В любом случае, спасатели попытаются по этому SMS установить место нахождения доктора.
Дозвониться на телефон, с которого было отправлено сообщение, сейчас не возможно. Автоответчик говорит, что "номер не обслуживается", и связь прерывается.
Напомним, "Кольская", буксировавшаяся с Камчатки на Сахалин, перевернулась во время шторма в ночь на 18 декабря в Охотском море. На ее борту в это время находились 67 человек, 14 из них остались живы. Спасателям удалось извлечь из воды 17 тел, 11 из них уже опознаны.
По факту катастрофы возбуждено уголовное дело по ч. 3 ст. 263 УК РФ ("Нарушение правил безопасности движения и эксплуатации морского транспорта, повлекшее по неосторожности смерть двух и более лиц"). Среди возможных причин затопления буровой платформы "Кольская" называются нарушение правил движения, техническое состояние установки и погодные условия.

Валерий ТУРАСОВ
Утро.ру

Мать необычного ребенка призналась, что на Рождество загадала желание родить близнецов.
На севере Бразилии родился двухголовый ребенок. О том, что чадо появится на свет не совсем нормальным, его мать, 25-летняя Мария-де-Назаре, узнала лишь за несколько часов до родов. Женщина решила не отказываться от малыша.
О необычной аномалии будущей маме сообщили во время ультразвукового исследования. Сперва врачи решили, что женщина станет счастливой матерью близнецов. Но после медики выяснили, что ребенок в ее животе - только один. У него две головы и две шеи, но одно сердце, печень и легкие.
Обычные роды в такой ситуации были бы большим риском и для матери, и для ребенка. Врачи решили сделать кесарево сечение, и через час спустя младенец появился на свет.
"Несмотря на все недостатки нашей маленькой больницы, нам удалось спасти и мать, и ребенка, - рассказал директор лечебницы. - Большой неожиданностью для нас стало и то, что малыш полностью здоров".
Несмотря на то, что тело у ребенка одно, две его головы функционируют абсолютно автономно. Поэтому врачи не рассматривают возможность хирургического вмешательства.

После того, как женщина пришла в себя, она сообщила, что мечтала иметь близнецов. На прошлое Рождество она загадала желание - родить двойняшек.
Сейчас Мария-де-Назаре чувствует себя хорошо. Врачи рассчитывают отправить ее с ребенком домой в начале следующей недели.
Стоит отметить, что это уже второй двухголовый ребенок, появившийся на свет в Бразилии в этом году, пишет Daily Mail. Необычного младенца ранее родила двадцатисемилетняя Суэли Феррейра. Однако ребенок скончался через несколько часов.
К счастью, подобные врожденные аномалии крайне редки. Даже рождение сиамских близнецов случается не чаще, чем один раз на 2 млн родов. Между тем в последнее время хирургам удается проводить даже очень сложные операции по их разделению.

Источник: utro.ru.

Есть в Приморье гора под названием Облачная Сопка. Время от времени оттуда доносятся странные звуки, похожие на женские вопли, да еще и с подвыванием. Приписывают их летающему существу, которое иногда доводится видеть местным жителям. По виду и размеру оно напоминает человека, но обладает перепончатыми крыльями, как у летучей мыши.
Один пастух рассказывал туристам, что встречал в горах огромную страшную птицу. «Дельтаплан называется, людей хватает! – говорил очевидец. – Сам видел, недавно стрелял и попал – отпустила ли человека, куда упал, не знаю…»
Подобные явления наблюдаются и в окрестностях соседней горы Пидан. Их описывал в свое время известный исследователь Дальнего Востока В. К. Арсеньев.
Возможно, именно эти существа стали героями сказок и легенд о драконах. Больше всего они распространены в Китае. Говорят, что китайские драконы обитают в пещерах, там же иногда находят кости, якобы принадлежащие им. Так, в 1916 г. американский путешественник Ирвин О’Мэйли опубликовал в журнале «Scientific American» отчет об обследовании одной из пещер на морском побережье в районе устья Янцзы. Она была огромных размеров и называлась «Священный склеп».

Путешественника сопровождала жена и британский консул с супругой. О’Мэйли пишет: «Мы прошли около 100 ярдов и вышли к странной гряде, которая преграждала путь к стоячей воде. Гряда извивалась по всей пещере, подобно змее. Схожесть была так велика, что мы решили приблизить наши фонари и посмотреть пристальнее. К нашему удивлению и удовольствию, пришлось обнаружить, что идем вдоль хорошо сохранившихся останков какой-то огромной рептилии. Дальнейшее исследование показало, что там есть еще шесть-восемь подобных монстров».
Обе пары взяли «несколько маленьких образцов этих существ для исследования» и измерили скелет. Его длина доходила до 140 футов. «Однако, добавлю, что здесь возможна ошибка, поскольку кости рептилий перемешались между собой, – заключает Ирвин О’Мэйли. – Интересно, что эти останки похожи на китайского дракона, представляемого по описаниям».
Путешественник сообщал, что скелет был выкопан лишь недавно, и «это открытие вызвало ужасный переполох среди местных жителей и иностранцев, которые ежедневно собирались толпой, чтобы посмотреть останки».
Не исключено, что зловещая чупакабра, наводящая страх на латиноамериканских фермеров, тоже крылата. Так, в горах Мексики время от времени встречается животное, похожее на человекообразную обезьяну с огромными, светящимися во тьме глазами. На каждой руке у него по три пальца с острыми когтями. Это существо видели парящим в воздухе. В тех районах, где оно появлялось, находили погибших животных: из них высасывали всю кровь, на трупах оставались следы острых когтей и зубов.

В 1987 г. в горах Тибета на высоте более 4 тыс. метров китайские ученые открыли новый вид приматов – так называемую – юньанскую золотую обезьяну. Это свидетельствовало, что приматы могут жить в высокогорье. Может, это обезьяны мутировали в крылатых чудовищ?
Хотя… Не так давно турецкие спелеологи обнаружили в одной из пещер гроб, изготовленный из неизвестного на Земле кристаллического материала. Внутри лежала загадочная мумия… Рост существа не превышал 1,2 м. У него была светло-зеленая кожа и прозрачные крылья за спиной. Судя по половым признакам, оно принадлежало к мужскому полу. Если не считать цвета кожи и крыльев, существо очень походило на человека. Но вот глаза – раза в три больше, чем у людей, и совершенно бесцветные. Кстати, медико-биологическое обследование так и не смогло точно определить, мертво ли это существо. Не исключено, что оно просто находится в состоянии летаргического сна, заявляют исследователи… Снова инопланетяне?

Юрий Супруненко
anubis.sokrytoe.com

Тишина висит над лесом,
Снегом все тут замело,
А вчера сгибались ели,
Вихрем снег кругом несло.

Вьюга выла всех пугая,
Засыпая все следы -
Тишина звенит немая,
Утро тихое в глуши.

Тишина благословенна,
В ней услышится раскат,
Грома майского весною,
Соловьиной трели лад.

Тишина наводит ужас,
Тишина - души рассвет,
Шум волны кому-то нужен,
А кому-то - может нет.

Тишина источник звуков,
Все услышать можно в ней,
Тишина как сборник сказок,
Для больших и для детей.

В тишине приходят строки,
Песен что в душе звучат,
В тишине собрались звуки,
Какофоний навсяк лад.

Тишина волшебна – чудо,
Среди леса и снегов,
И поверить в это трудно,
В тишине - весь Мир миров.

Владимир Шубников