В союзном государстве наблюдается рост националистических и прозападных настроений

Вслед за Украиной националистические антироссийские настроения начинают охватывать Белоруссию. 21 декабря в Минске пройдет Конгресс в поддержку независимости республики. Координатор оргкомитета – белорусский филолог Елена Анисим, которая заявила о готовности участвовать в президентских выборах в качестве кандидата, объединяющего националистов и тех, кто симпатизирует идее национального возрождения Белоруссии.

«Официальная оппозиция находится в долгосрочном кризисе. Мы надеемся, что Конгресс в поддержку независимости даст импульс к консолидации общества», – заявил на пресс-конференции один из организаторов мероприятия, председатель Совета белорусской интеллигенции Владимир Колос.

Надо отметить, что в последние месяцы белорусские националисты действуют намного более слаженно и успешно, чем «титульная» оппозиция. Появилось множество кружков и обществ по изучению белорусского языка, истории и культуры белорусов. Резко вошли в моду «вышиванки» – рубашки и майки с национальным белорусским орнаментом. В Витебске установлен памятник средневековому князю Альгерду, который многократно и успешно воевал с Московским княжеством. Власти не препятствовали оппозиции отметить в сентябре и 500-летие битвы при Орше, когда было разбито 80-тысячное московское войско, вторгшееся на земли Великого княжества Литовского, которое в Белоруссии считается прообразом нынешнего государства.

При этом белорусские националисты в качестве единственной реальной угрозы суверенитету страны рассматривают Россию. В негосударственных СМИ, например, открыто обсуждаются вопросы типа «что делать, когда попрут русские?»

Все это до боли напоминает украинский сценарий. Насколько вероятно, что в Минске возникнет собственный майдан, и что Белоруссия, как и Украина, выберет прозападный курс с полным разрывом отношений с Россией?

– В Белоруссии и раньше пытались устроить майдан, но сейчас это более вероятно, – считает замдиректора центра украинистики и белорусистики МГУ им. Ломоносова Богдан Безпалько. – Проблема не в белорусских националистах, которые на волне украинских событий увеличили свою сплоченность и популярность, а в позиции официального Минска. Если бы белорусские власти просто смотрели сквозь пальцы на установку памятника князю Альгерду, на изменение исторической парадигмы в белорусской науке, всеми белорусскими националистами можно было бы смело пренебречь. Большинство населения Белоруссии и сейчас поддерживает курс на стабильность, и вовсе не хочет повторения украинского сценария.

Но беда в том, что белорусские элиты сами взяли тему национализма на вооружение, пусть в небольших масштабах, и начали этап «мягкой белоруссизации» страны. Этот курс в чем-то даже более опасен, чем украинизация, которую проводил последние годы Киев. Киев действовал грубо, пытался всем и сразу привить украинское сознание, заставить разговаривать по-украински и славить Степана Бандеру. Минск действует намного тоньше, и поэтому ситуация напоминает пресловутую попытку сварить лягушку незаметно для нее, постепенно нагревая воду с ледяной до кипятка.

Тот всплеск националистических настроений в Белоруссии, который мы сейчас наблюдаем, не является чем-то неожиданным для специалистов. Об этом говорили давно, но ради союзнических отношений старались этот момент не будировать. Однако сейчас, на фоне происходящего на Украине, обходить молчанием ситуацию в Белоруссии уже невозможно.

«СП»: – Киеву потребовалось два десятка лет, чтобы украинизировать страну. В какой срок может уложиться Минск?

– Все может произойти достаточно быстро. Нужно иметь в виду, что та же украинизация не сводится к вопросу языка. Это смена идентичности, что гораздо опаснее. Скажем, многие военнослужащие Украины и члены «Правого сектора» разговаривают на русском языке, но это не значит, что они являются частью русского мира. У них украинизировали самое главное – идентичность, сознание, культурно-цивилизационный код. Именно этого следует опасаться и в Белоруссии.

«СП»: – В Белоруссии выросло новое поколение, протестные настроения которого направлены и против официального Минска, и против ориентации на Россию. В возрождении белорусских традиций они видят альтернативу?

– Любой молодежи свойственна оппозиционность. Но когда говорят о белорусской традиции, как-то забывают, что никакой белорусской традиции нет. Посмотрите, какие герои выставляются в качестве образца белорусской традиции. Князь Альгерд никогда белорусом не был, для него белорусские земли были частью Литвы. А Кастусь Калиновский – один из руководителей восстания 1863 года на территории Российской Империи – был поляком, который мечтал перевести белорусов на латиницу, а простых белорусских крестьян считал быдлом, которым должны управлять польские помещики.

Это невозможно сравнить с Украиной. На Украине есть сельский, очень жестокий, грубый и агрессивный национализм, у которого действительно есть свои герои – пусть черные и отрицательные, вроде Степана Бандеры, Андрея Мельника или Романа Шухевича, которые выступали за уничтожение всех не украинцев.

Но у белорусских националистов, повторюсь, и таких героев нет.

Думаю, именно поэтому у молодых белорусов, которые сейчас увлечены национализмом, неизбежно возникнет ощущение, что они гоняются за фейком. А разочаровавшись, они статут сторонниками глобализации, евроинтеграции, и будут воспринимать альтернативный русскому культурно-цивилизационный ход – европейский, со всем известным набором «человеческих ценностей», включая гей-парады. Либо они воспримут какой-либо вариант общерусской идентичности.

«СП»: – В Белоруссии в 2015 году пройдут президентские выборы. Они могут закончиться майданом?

– Это зависит от того, насколько мощными будут усилия внешнеполитических игроков, и от того, насколько успешно белорусские и российские власти смогут эти усилия нивелировать. Пока Александр Лукашенко – почти монарх в своей республике. Если он решит, что нужен преемник, и этого преемника удастся перевербовать – возможна смена курса Белоруссии. Если нет – Лукашенко переизберут еще на один срок. На мой взгляд, белорусский президент уверен, что общественное мнение он либо сформирует сам, либо оно его поддержит.

«СП»: – Потеря Украины оказалась для нас крайне болезненной. Что будет, если следом курс на евроинтеграцию возьмет Белоруссия?

– На мой взгляд, потеря Украины не столь болезненна, как принято считать. Все случившееся позитивно тем, что послужило поводом прекратить финансировать украинскую государственность – по факту антироссийскую, а по риторике дружественную. Мы 20 лет снабжали Украину энергоносителями, прощали миллиардные долги, открывали перед ней свои рынки – и при этом практически ничего не получали взамен.

С Белоруссией ситуация немного другая. Это пока что единственный верный союзник России в ближнем зарубежье. Этот союзник опирается на российскую военную мощь, но и предоставляет свою территорию для российских военных объектов.

В случае потери Белоруссии мы полностью вернемся к границам XVI века, и это будет нашим стратегическим проигрышем. Но, с другой стороны, если это произойдет, и сама Белоруссия потеряет преимущества – экономические, финансовые, политические – которыми сейчас пользуется. По сути, ее суверенитет обеспечивается исключительно Российской Федераций. Думаю, Александр Лукашенко прекрасно это понимает…

– Действительно, антироссийские и прозападные настроения в Белоруссии усиливаются, – отмечает замдиректора Российского института стратегических исследований (РИСИ), руководитель Центра исследования проблем стран СНГ и Балтии Тамара Гузенкова. – В последнее время это особенно ярко проявляется в интернете и неформальных группах. Этот постукраинский синдром Белоруссии можно объяснить несколькими причинами.

Первая – ставка Запада, прежде всего, США, на раскачивание ситуации в Белоруссии с помощью системной оппозиции себя не оправдала. Бесконечные попытки спонсировать «назначенных» оппозиционеров, и продвигать их в качестве альтернативных кандидатур на президентских выборах оказались безуспешными. Не только потому, что этому активно противодействовал действующий белорусский президент, но и потому, что сам по себе человеческий материал, который принимал участие в оппозиционных акциях, оказался нехаризматичным.

И вот теперь – с учетом «цветных» революций в Северной Африке, на Ближнем Востоке, а теперь и на Украине, – Западом сделана новая ставка, на этот раз – на белорусское гражданское общество, официально никак не формализованное, существующее в блогосфере и молодежных тусовках. Интернет-среду государство не может эффективно контролировать, кроме того, США весьма и весьма преуспели в так называемой «цифровой дипломатии». Белоруссия, по сути, стала очередным объектом этой «дипломатии».

Вторая причина связана с реакцией, которая продемонстрировала белорусская власть в ответ на украинский кризис. Это очень сложный и даже драматический момент в белорусско-российских отношениях. Белоруссия тоже оказалась зажатой в тисках между евразийским и европейскими интеграционными проектами. Сложная экономическая ситуация, плюс необходимость в 2015 году выплачивать крупную сумму по внешним долгам, заставляет белорусское руководство лавировать, и по-прежнему вести так называемую многовекторную политику, пытаясь не дразнить своих партнеров и экономических контрагентов.

Минск все это время продолжал поддерживать партнерские и почти дружеские отношения с нынешним Киевом, и тем самым дал сигнал силам с Белоруссии, которые Россию недолюбливали, что они могут активизироваться, выйти в публичное пространство и откровенно ориентироваться на Запад. Это и явилось спусковым крючком для роста национализма и антироссийских настроений в республике.

Но подлинная трагедия для белорусского народа заключается в том, что сейчас сложились политические реалии, при которых любая проевропейская риторика априори, автоматически превращается в антироссийскую. Не Россия в этом виновата. Но такая дихотомия – либо мы, либо они – стала очень тяжелым испытанием для белорусского общества, которое многими нитями неразрывно связано с Россией.
Россия может потерять Белоруссию
Возможно, антироссийские настроения в Белоруссии преувеличены – все-таки на уровне простых людей поддержка России и евразийской интеграции достаточно сильна и преобладает над проевропейской. Тем не менее, налицо тенденции, которые при неблагоприятных обстоятельствах могут дестабилизировать Белоруссию, и поставить ее, как в свое время Украину, перед выбором: либо Россия, либо Запад. В этом, безусловно, имеется серьезная опасность.
Андрей Полунин