– Соблазняю молодую хорошенькую девушку, имеющую несчастье оказаться невестой Драко Малфоя, – с усмешкой, но такой тёплой и радушной, которую мы, его питомцы, никогда не видели, сообщил профессор Снейп.

– Простите, господа профессора, я уже ухожу.

 

Я вылетела из комнаты, за мной закрылась дверь, на простенькое для взлома  звукопоглощающее заклинание. И я, прислонив ухо к двери, стала слушать.

Странный звук, а, да это же бокалы. Будут опять квасить, ну, это не интересно. 

А почему "имеющую несчастье", кто мне подскажет, как не Он? Впрочем, тут раздался тихий стон, я знаю, когда…  так стонут. 

Получается, они там трахаются, что ли?!? Не верю! Он не может быть геем, и всё тут.

– Пусти, Рем, я не обезопасил дверь, а там мисс Уорси. 

 

Я мигом отправилась наутёк.

 

…  Неделя и один день отработок прошли, как в блаженном сне, ещё бы, Он меня соблазнял, откровенно, но потом выгонял без повода. Больше Его друг не приходил, но однажды Северус ушёл сам. 

Он разоделся в мантию всех оттенков лилий, от сиреневых до белоснежных. Мантия была очень странно скроена, с длинным шлейфом и широкими, расходящимися рукавами раструбами. Если опустить руки, они со шлейфом будут волочиться по полу. Я видела это незадолго до полуночи, чувствуя сегодня на отработке, что Он совершенно не занят мною, а думает только, как меня побыстрее вытурить. Ему это вскоре удалось, а я заняла "свой" наблюдательный пункт. Я даже не осмелилась проследить за Ним дальше. Явно торжествующий вид был у Северуса в этом удивительном одеянии, столь похожем на изображения дамских нарядов, именно, волшебниц Средневековья на семейных гобеленах. Я лишь с изумлением, распахнув глаза, заметила необычайную покорность, даже ни разу не виданную сутулость, будто Он не только и не столько торжествовал.

Я постаралась уснуть, но не могла, всё вертелась в постели и поняла, что Он ушёл к кому-то очень важному на свидание, наверное, к той самой Прекрасной Даме, о которой что-то пел в пьяном виде. Понятно, что она где-то в Школе, но кто? Главное, откуда эта вселенская скорбь перед ночью любви?..  

Мне надоело дальше думать в этом направлении, всё равно этого таинственного Снейпа не угадаешь.                  

 

 

…  Сегодня Выпускной Бал. Я приглашу Его на белый танец, хотя на Балу будет присутствовать и мой жених, чтобы составить мне пару, а после завалить в спальне. Странно, Малфой ни разу за все его визиты не стремился уединиться со мной. Ну, уж теперь-то он отыграется…  

Но для начала вволю потешусь я.

 

– Позвольте, профессор Снейп, сэр, – говоря, я присела в светском реверансе, которому меня научили в детстве.

– Не хотелось бы огорчать Вас, мисс Уорси, но Ваш жених…  

– Плевать, – я настаиваю зло, – Я приглашаю Вас на Белый танец.

– Ну что ж, тогда всё на Ваше усмотрение, а я согласен.

 

Мы кружимся в вальсе, Его рука на моей талии, почти невесомо, а мне так хочется прикосновения, как в тот вечер, когда ладонь в ладони…  

 

– Лорд Малфой уже знакомил Вас со своей матушкой, верно?

– Нет, я и сама удивилась, но на церемонии помолвки она отсутствовала. Профессор…  

– Вы знаете, с…  кем Вам придётся увидеться, может быть, завтра?

– Примерно представляю, но Вы, профессор, кажется, не хотите выслушать меня.

– Нет, мисс Уорси, не хочу. В любом случае, это ни к чему не привело бы обе Высокие Договаривающиеся Стороны. Сожалею.

– Я Вам совсем не нравлюсь? – выжимаю я.

– Ну, отчего же, для женщины Вы весьма привлекательны.

– А Вы, значит, предпочитаете свой пол?

– К сожалению для Вас, да… отныне. Это исчерпывающий ответ?

– Нет, я же отлично заметила и оценила многозначительную паузу, а Вы слов на ветер не бросаете, сэр.

Он явно смущён, а это уже что-то с чем-то. С большим упорством, я откровенно настаиваю:

 – Я ещё понравлюсь Вам, профе…  Северус. Хватит, я уже выпускница, а, значит, могу именовать Вас так, как называла в своих мечтах!

– Хоуп, тише, ради всех богов в подлунном мире, ведь мы не наедине. Я выпил не одно Ваше Любовное зелье и, как видите.

– Так Вы знали про них?! – я не скрываю возмущения.

– Меня практически невозможно даже смертельно отравить, а тут… сплошной женский роман.

 

Ну, всё, начал злословить и отпираться! Ничего, я прикидываюсь ветошью и говорю, ласково заглядывая Ему в непроницаемые, но явно печальные глаза:

– Северус, приглашаю Вас на свадьбу от имени жениха, Вашего крестника, и от меня, влюблённой дурочки, которой Вы так замечательно подыграли во время тех памятных отработок. Вы ведь не откажете? Можете прийти с Вашим избранником, но один танец мой.

– Повторюсь, я согласен. Благодарю, Хоуп, за тур вальса, подаренный Вами. А теперь, зная нрав моего крестника, Вам лучше до конца Бала танцевать с ним. Он ревнив.

– Вот ещё. Я пока не его жена и вольна танцевать с тем, кто мне по нраву, то есть с Вами.

– Извините, Хоуп, но больше я сегодня не танцую. Простите за отработки. Мне было хорошо с Вами и тогда, да и сейчас превосходно. Помните эти мои слова и не просите о большем.

 

Когда Он уже шёл к преподавательскому столу, я вырвала у Него греющее мне душу обещание бывать у нас с Малфоем и после свадьбы. Как ни странно, Он тут же, не задумываясь, уступил.

Я Ему действительно нравлюсь! Это всё лишь пустые отговорки, церемонные отказы чужой невесте…

 

Остаток вечера я провела, отвечая на все приглашения, которые мне поступали в избытке. Я знаю, что красива.

На последние два танца меня подхватил Малфой и не отпускал до спальни, где достаточно грубо взял меня. Я утешалась в его объятиях, вскоре уже опротивевших, думая о нашем вальсе. Нет, Драко, мне не нравится его имя, оказался любовником хоть куда, но мне он принёс мало радости отточенными до профессионализма движениями. Он двигался во мне как-то механически, бесстрастно. И это наша первая ночь! Только теперь я поняла давние слова Северуса о "несчастной" невесте… 

На следующий день нас поджидала карета с малфоевскими гербами и впряжёнными в неё парой пегасов. Ну, хоть пегасы у него есть, люблю их. За красивый, плавный полёт, не то, что у тестралов.

Я еду знакомиться с maman моего наречённого.

 

… Стильно и по последней моде одетая, далеко не старая леди, кажется, даже моложе Него, спокойно сидела за накрытым изысканными яствами столом. Увидев его, я поняла, что после ночи "любви" мне страшно хочется жрать. Но впереди было знакомство с будущей свекровью. Она даже не шевельнулась, когда мы с Малфоем расселись за столом. Потом возвела на меня безгрешные глаза дурочки и удивилась:

– Люци, смотри, пришла Нарси Вторая. К тебе. Удовлетвори её немедленно.

Как Вам, дорогуша Хоуп, секс с моим Драко? – внезапно ясно спросила она.

Я впала в ступор. Так она ещё и озабоченная. Что же ей сказать?

Малфой помог:

– Рассказывайте всё, как было, милая Хоуп, да с подробностями послаще и ничему не удивляйтесь, маменьке это нравится.

 

Я покраснела, чему разучилась лет с десяти, и начала вяло, эвфемизмами и научными словами изъясняться, как меня трахал Малфой. На большее я была не способна в присутствии, как-никак, а всё-таки мужчины и, тем более, жениха.

– Драко, ты не удовлетворил Хоуп, – проворковала озабоченная идиотка тем же светским тоном, – Иначе бы твоя невеста, о которой я так пекусь, не рассказала мне всё столь…  бесцветно.

Давайте есть, дети мои. 

А где Люци?.. Мой Люци?!

 

…  Моя свадьба запомнилась большим количеством выпитого, съеденного, сблёванного в кустах парка и прямо под стол, главное-то, Им, ведущим к Венчанию крёстного сына, ведь отец Малфоя умер в Азкабане, заключённый туда, как…  как это…  Ужиратель Смерти. В общем, что-то похожее, какое-то глупое название колдунов, наводивших страх на всю магическую Британию, во главе с неким Волмедортом, или как бишь его, тёмным волшебником. Нам рассказывали об этом на Истории магии, Тёмный Лорд был побеждён, вот это я точно помню, Героем Британии, сдуру отказавшимся от Посоха Мерлина, Гарольдом Джеймсом Поттером. О смерти Героя, вполне тихой, от врождённого порока сердца, писали все таблоиды. Кстати, он учился на одном курсе с Малфоем, но мой теперь уже муж отзывался о нём с неохотой и, что поражало, оставшейся глухой, затаённой ненавистью. Поэтому делал это редко. Он как-то раз даже заикнулся о связи этого Героя с Ним, которая, впрочем, ничем не увенчалась.

Как я посмотрю, кругом одни геи. Только лесби мало. Стать, что ли, для разнообразия? Шучу.

Я. Люблю. Его.

 

Вот, был же французский менуэт, когда я в ослепительно белом, прекрасном платье танцевала с Ним. Сложные, старинные фигуры и па, немногие согласились танцевать с нами. Мой Малфой отказался, чем я тут же воспользовалась. Зато Он… танцевал со мной удивительно изящно. 

Мы скрещивали руки в плавном изгибе, кланяясь друг другу, Он смотрел мне прямо в глаза фирменным непознаваемым взглядом, долгим, как летний день, и я чувствовала, в голове словно бы что-то шевелится. После этого Он ни разу, кроме положенных па, не взглянул на меня. Он пришёл один, без партнёра или мужа, не знаю, обвенчаны ли они. Мне страшно хотелось посмотреть на мужчину, завоевавшего Его сердце. А сердце подсказывало, что это Его собутыльник Ремус Люпин, оборотень, да-да! Вот, что было странного в этом, в общем-то, занятном профессоре. Интересно, каким он стал с отросшими волосами. Северус явно любит ухаживать за своими.

И вообще, как Он, столь изысканный во всём, может с… животным, по сути?..

Глупость какая! Оборотни же вполне себе люди, ну, почти, просто я точно не знаю.  

 

Я заплела сегодня две тонкие косички на висках и соединила их сзади лентой тёмно-синего бархата, всё для Него, а остальные волосы распустила по плечам. Даже камерных эльфов не допустила, расчёска, сеточка заклинаний, et voilà. 

Может, Ему нравятся простые средневековые причёски, как на одном из фамильных портретов в имении моих родителей? Очень смутно припоминаю ту ночь и Его в лилейном дамском старинном наряде, решила подыграть наугад. Получилось же! Северус во время танца сказал мне несколько изысканных, никогда не слыханных мною комплиментов, типа, голубица ясная, прекрасная любовью царица, и что-то ещё неимоверно пьянящее, не хуже шампанского. 

 

Его самое мы с Северусом пили из горлышек бутылок, много позже, в благодатной тишине ночи, когда новобрачный, видимо, перепутал меня с кем-то из гостюшек и побежал совершать супружеский долг. Он так заливисто смеялся, совсем неумело рассказывая анекдоты об Основателях, Моргане и Мерлине. Я, даже не дослушивая до конца эти очень смешные, жутко похабные анекдоты, заражалась смехом от Него, подхватывала, и душа моя летела куда-то ввысь, выше мира опиума с его разноцветными кружащимися красками. А я-то думала, что приход круче секса, даже с МакГонагалл, самым любящим, нежным, умелым и преданным моим поклонником. Здесь было превосходно и без секса, без опиума, только с веселящими кровь пузырьками ледяного шампанского, охлаждающего разгорячённую плоть, зато в Его желанном присутствии, да, изредка, взглядом, почему-то снова очень печальным. 

 

В итоге я заснула на террасе, на Его коленях. Так нас и нашёл мой муж.