МЕД ПЧЕЛИНЫЙ — продукт питания, представляющий собой частично переваренный в зобе медоносной пчелы (Apis mellifera) нектар.


Мёд содержит 13-20 % воды, 75-80 % углеводов (глюкоза, фруктоза, сахароза), витамины В1, В2, В6, Е, К, С, провитамин А-каротин, фолиевая кислота.


Особый вкус и аромат мёда, наряду с его полезностью, заставляет многих людей предпочитать именно мёд всем другим подсластителям.



У нас ОРЕХИ называют ГРЕЦКИМИ потому, что тысячу лет назад их привозили на Русь греческие купцы. А кое-где в мире их зовут английскими - потому что туда орехи завезли английские купцы, или персидскими - потому что произрастали в древней Персии. Но когда именно люди узнали об этих вкусных орешках, неизвестно: видимо, больше чем 8000 лет назад.

Ядро ореха удивительно похоже на человеческий мозг. Считалось, что орехи оказывают положительное влияние на развитие человеческого разума и сами имеют разум.
Грецкие орехи очень полезны. Кто ест грецкие орехи, тот правильно поступает. Их очень ценят в своем рационе йоги. В ядре ореха много полезных веществ. В народной медицине грецкие орехи издавна используются для снятия усталости, восстановления сил.


Перекатывание по ладони нескольких грецких орехов является отличным средством от нервного перевозбуждения.


Еще Авиценна рекомендовал толченный грецкий орех с медом при заболеваниях, сопровождающихся истощением.

Положите несколько орехов в вазу или тарелочку и пусть они будут там постоянно - моль, мухи и комары не выносят запаха ореха. Вдыхание запаха ореха в малых дозах приятно человеку.

В Альминском сражении русская армия потеряла


Убитыми: 6 штаб-офицеров, 40 обер-офицеров и 1755 нижних чинов. Всего 1800 человек Ранеными: 4 генералов (Квицинского, Куртьянова, Гогинова и Щелканова), 8 штаб-офицеров, 76 обер-офицеров и 2611 нижних чинов. Всего 2700 человек. Контуженными: 1 генерала, 9 штаб-офицеров, 47 обер-офицеров и 417 нижних чинов. Всего 474 человека. Без вести пропавшими: 7 обер-офицеров и 728 нижних чинов. Всего 735 человек. Общие потери русской армии - 5709 человек.
Только один Владимирский пехотный полк потерял 51 офицера и 1260 нижних чинов. В том числе 12 офицеров и 561 нижний чин убиты; 7 офицеров и 108 нижних чинов пропали без вести.

В сражении на Альме войска союзников потеряли:


Французы: убитыми 6 офицеров и 253 нижних чинов, ранеными 59 офицеров и 1033 нижних чинов Общие потери - 1351 человек. Англичане: убитыми 25 офицеров и 337 нижних чинов, ранеными 81 офицер и 1540 нижних чинов без вести пропавшими: 19 нижних чинов Общие потери - 2002 человека. Общие потери армии союзников - 3353 человека.


Генерал Кишинский писал: "День 8 сентября останется участвовавшим в нем навсегда памятным своим беспорядком и поучительным относительно неуменья выбирать главных начальников




В 1902 году на бывшем поле брани, где сохранился исторический ландшафт и военное кладбище, где были похоронены русские и английские солдаты, воздвигли мемориал.




Большой обелиск - главный русский памятник на месте сражения. Воздвигнут он в конце XIX в. по проекту инженер-полковника К. Е. Геммельмана (проект выполнен в 1885 г.).


На лицевой стороне обелиска надпись: "Памяти воинов, павших в Альминском сражении". На тыльной стороне выбиты три большие буквы. Расшифровать эту аббревиатуру пока не удалось.

Его украсил памятник пехотинцам Владимирского полка, - первый в отечественной истории памятник, увековечивший простого солдата..




Слева от входа на кладбище возвышается высокий мраморный постамент-
памятник пехотинцам Владимирского полка, - первый в отечественной истории памятник, увековечивший простого солдата..

Надпись на нем гласит: "Здесь 8 сентября 1854 г. Владимирский мушкетерский полк под командой полковника Ковалева отражал атаки англичан, три раза бросаясь в штыки и опрокидывая их к реке Альме, он потерял 51 офицера и 1260 нижних чинов убитыми и ранеными. Сооружен 8 сентября 1902 г. 61-м пехотным Владимирским полком..."


Атака полка произвела сильное впечатление на англичан. А. В. Кинглек, непосредственный очевидец событий, служивший при штабе английского главнокомандующего, писал, что русская колонна "имеет жесткие, резкие очертания стены и цвет темной тучи". Атака владимирцев особенно поразила его в тот момент, когда лавина войска "в 3000 человек без выстрела, в полном молчании текла через гребень высоты..."


За памятником Владимирскому полку - мраморный саркофаг. Это надгробие над могилой семи английских офицеров из 23-го Уэльского пехотного полка, погибших в битве на Альме.








На фото могила капитана Колдстримского полка гвардии (Coldstream regiment of foot guards) капитана Горация Вильяма Каста смертельно раненого в Альминском сражении.


На - братская могила английских солдат (верхняя часть обелиска к сожалению, утрачена).



И фото братская могила русских солдат. Расположена с правого берега Альмы, рядом с мостом. Сюда переносили убитых и раненых в контратаке владимирцев и казанцев. После чего захоронили мертвых в братской могиле.





… В этом году исполняется 155 лет со дня начала сражения.
Примечателен тот факт, что для англичан Крымская война является одной из наиболее памятных военных кампаний Британской империи. Поэтому в Англии, как ни в какой другой зарубежной стране, много знают или как минимум много слышали о Крыме. В самом центре Лондона, в пяти минутах ходьбы от Трафальгарской площади и трех минутах от улицы Пикадилли, находится грандиозный «Крымский мемориал».


Этот памятник был воздвигнут в 1859 году на деньги, собранные по подписке. На гранитном пьедестале – три бронзовые фигуры: гренадер, фузильер и гвардеец. Артиллерийские орудия на тыльной части монумента – подлинные русские пушки из Севастополя.

Венчает композицию фигуры Славы. На монументе начертаны гордое имя Crimea и названия мест сражений английской армии в Крыму: Inkerman, Balaklava, Sebastopol, Alma …


Но каким бы ни было отношение народов воевавшей Европы к самой войне, на картах каждой из стран, принимавших в ней участие, с тех пор появились памятные и ранее неизвестные названия.


По имени крымской речки Альмы, где произошло первое сражение, назван в Париже мост.

Там же есть и станция метро "Крым" и городской район, названный в честь славного кургана в Севастополе – Малаховым. В Великобритании есть Крымская дорога, Балаклавская улица, Инкерманская терраса, а в самом центре Лондона был в 1859 году установлен на деньги, собранные по народной подписке, Крымский мемориал. Мало кому известно, что в английских колледжах учат стихотворение Альфреда Теннисона "Гибель бригады легкой кавалерии", как в наших школах учили лермонтовское "Бородино".
Мы проиграли войну, но научили Европу уважать и ценить свою воинскую доблесть.

[http://www.victorianweb.org/sculpture/misc/crimea/1.html The Victorian Web]

http://www.youtube.com/watch?v=ipdjwuSQcfE&feature=related
Charge of The Light Brigade- Вattle of Alma

… «Около 11 часов на левый фланг прибыл его светлость князь Александр Сергеевич Меншиков. Он сказал генерал-лейтенанту Кирьякову, что русские войска обходят слева.


Затем князь поехал в направлении к морю и скоро туда же потребовал Московский, а потом и Минский полки с легкими батареями № 4 и 5 17-й артиллерийской бригады.

Командующий английской армией лорд Раглан.
Полки двинулись на французов, но, обстрелянные шрапнелевой картечью и другими снарядами с пароходов, скоро начали отступать.


Видя это, и чтобы не дать неприятелю двигаться на наш левый фланг, генерал Кирьяков вызвал из резерва батареи: конную № 12 и донскую резервную № 3 и поставил их на позиции близ того места, где в резерве стоял Московский полк.


Эти батареи, открыв огонь по дивизии Канробера,

через головы тарутинцев и резервных батальонов 13-й дивизии и вправо через Альму по войскам принца Наполеона, не позволили французской полевой артиллерии начать продвижение вперед.


Около 121/2, часов князь Александр Сергеевич, возвратясь к Тарутинскому полку, у которого генерал Кирьяков до того времени находился, приказал ему ехать к Московскому и Минскому полкам и ими руководить. Кирьяков выполни приказ и повел их в атаку.


Дивизия Канробера не выждала наступления русскаих войск: она сняла свои батареи и спустилась с нагорного берега.

В этот момент, когда на левом фланге остановлен был первый успех неприятеля, в центре и на правом фланге оборот боя становился для русской армии неблагоприятным.


Отразив натиск французов, генерал-лейтенант Кирьяков начал выводить Московский и Минский полки из-под огня неприятельских судов. Французы русские войска не преследовали.


Отступление совершалось русскими войсками в примерном порядке: батальоны шли в ногу, останавливались и поворачивались налево кругом. Легкие № 4 и 5 батареи, действовавшие с этими полками, лишенные прислуги и лошадей, с рвением вывозили орудия на двух, а ящики на одной лошади и на людях.

Неприятель недаром отзывался с похвалой об отступлении русских войск-оно было примером хладнокровия, свидетельствующее о твердости и присутствии духа русских войск.

Московский и Минский полки были выведены из-под огня с пароходов, генерал Кирьяков сначала оставил их за левым флангом альминской позиции, почти на том месте, где первоначально были поставлены московцы.

Французы между тем снова стали подниматься по верху нагорного берега и открыли как оттуда, так и из-за Альмы артиллерийский перекрестный огонь по резервным батальонам и тарутинцам.


Оставлять левый фланг под перекрестным огнем французов было невозможно; ждать приказаний было некогда, ибо на правом фланге русские войска уже отступали.


Вследствие чего генерал-лейтенант Кирьяков распорядился , отвести левое крыло назад, и все его войска выстроил по обеим сторонам большой дороги, за высотою, на которой первоначально стоял главный резерв русской армии (минцы и волынцы).


Убедившись в полном отступлении правого фланга и желая сообразовать с его движениями левого крыла, Кирьяков отвел еще назад Московский, Минский, Тарутинский полки и резервные батальоны 13-й дивизии, выстроил их на следующей высоте, а впереди пехоты поставил на позиции до 30 орудий (Донская № 3 батарея и легкие № 4 и 5 17-й бригады).



Левее батарей стали два гусарских дивизиона полков герцога Максимилиана Лейхтенбергского и Саксен-Веймарского, прибывшие сюда для прикрытия отступления. На тех же местах, где было правое крыло русских войск и его резерв, уже ясно видны были неприятельская пехота и кавалерия в больших количествах.
Неся сильные потери, наши батареи начали отход, преследуемые английскими войсками.

Находившиеся здесь русские полки пытались перейти в штыковую атаку, но были встречены сильнейшим огнем. Только Владимирский полк во время атак потерял командира, 48 офицеров и 1300 солдат.


После одной из них командир английской дивизии герцог Кембриджский, понеся большие потери, сказал: "Еще одна такая победа, и у Англии не будет армии"


Меншиков видя, что на левом фланге и в центре восстановить положение нельзя, в 16 часов приказал отвести на возвышенность и правый фланг.


С занятием тыловой позиции, под прикрытием Волынского полка, гусарской бригады и трех батарей русские войска начали отходить на Качу. Понеся большие потери, союзные войска отказались от преследования.


Простояв некоторое время в этой второй позиции, Кирьяков дал приказание пехоте идти на Качу, куда отошли войска правого фланга; 4 орудия Донской резервной № 3 батареи и кавалерия прикрывали отступление.
В 9 часов вечера войска левого крыла, за исключением Бородинского егерского его императорского величества полка, прибыли на Качу и в темноте переправились через речку…."


Продолжение следует.


Список литературы: Крымская война на сайт britishbattles.com.
Дубровин, "Материалы для истории Крымской войны", Спб" 1871, вып. 2, стр. 432-439

http://www.youtube.com/watch?v=q9LwncPGSRU&feature=related

Армия князя Меншикова в 8 часов утра 2 сентября была уже на Альме,


за исключением Московского пехотного полка, два батальона которого прибыли на позицию только за два часа до боя. Полки стали на левом, возвышенном берегу речки, не строясь в какой-либо боевой порядок, и на основании приказания, переданного подполковником Вуншем. С 2-го по 8-е число сентября в русском лагере ни работ, ни приготовлений к бою не предпринималось почти никаких; 6 сентября сделалась уже известна диспозиция боя. Боевые линии были размещены на скатах левого берега Альмы, и в тот же день войска заняли свои места по жалонерам.


…«7 сентября неприятель подошел к русской позиции на 2 или 21/2 пушечных выстрела.

Открытая местность, занимаемая русскими, дала союзникам возможность высмотреть, как расположены, сколько и где батарей и батальонов, и определить силу позиции и силу войск.
Чтобы русским войскам раскрыть намерение союзников и заставить их удалиться от позиции, главнокомандующий князь Меншиков поручил генералу Кирьякову в тот же день произвести рекогносцировку.


Движение вверенного генералу отряда против левого фланга союзников заставило их отойти назад...


В объяснении расположения войск на позиции генерал-лейтенант Кирьяков ограничивался только частью позиции влево от большой дороги, или левым флангом, где генерал командовал. Войска этого фланга стояли в том почти порядке, как показано на плане, то-есть: влево от большой дороги расположен был Бородинский егерский его императорского высочества наследника цесаревича полк, в две линии; левее его, в 1-й линии, стали четыре резервных батальона Брестского и Белостокского полков, а за ними, во 2-й линии, поместился Тарутинский егерский полк.

Между 12 батальонами боевых линий левого фланга на позиции не было вовсе артиллерии; обе боевые линии были сведены с гребня высот вниз и на уступе построены в колонны к атаке. На всем протяжении левого фланга не было насыпано эполементов.


Расположение войск на покатостях и у подошвы обрывистого берега Альмы принудило, от тесноты места, расположить 1-ю линию в 150 шагах от 2-й, а цепь стрелков перед батальонами рассыпать не далее 50 шагов; две же роты 6-го стрелкового батальона, высланные в цепь перед Бородинским егерским полком, были от него удалены на 10 шагов.

Столь сгущенное размещение войск. имевших в своем тылу утесистый берег Альмы, благоприятствовало неприятельским выстрелам, а потому, когда бой начался, войска тотчас нашлись вынужденными помышлять о том, как бы подняться на верх;

столь же затруднительно было успешное противодействие огню неприятельскому, по причине сгущения линий и совершенно открытого расположения их под выстрелами его батарей и огнем штуцерных.
/img0.liveinternet.ru/images/attach/c/1//48/758/48758833_frenchzouave.jpg" _fcksavedurl=" />/img0.liveinternet.ru/images/attach/c/1//48/758/48758833_frenchzouave.jpg" width="460" height="314" alt=" (460x314, 85Kb)">
Этим обстоятельством только и можно объяснить начало отступления, о котором определительно никто не приказывал.


Что же касается до боя, происходившего в промежутках между моментами подъема войск наверх и полным с позиции отступлением, можно сказать, что он состоял в отдельных действиях частей, с целью покровительствовать и выручать товарищей;


так, на правом фланге Владимирский полк выручил эполементную батарею и егерский его императорского высочества великого князя Михаила Николаевича полк;

в центре Бородинский егерский полк прикрывал отступление легкой № 2 батареи 16-й бригады. На левом фланге Московский и Минский полки выходили из огня с пароходов под прикрытием конной батареи № 12 и донской резервной № 3, выдвинутых в то время, когда полки эти, потеряв до 1 600 человек, совершенно растерялись.

Очевидно, что если цель и связь в действиях наших войск исчезли и общий бой раздробился на частные дела полков, то никто из начальствующих, увлеченных в бой с ближайшими против них частями, не мог знать и видеть того, что делалось на других пунктах поля сражения, а как притом резервы были введены в дело при самом почти начале боя, то и не осталось никакой возможности ни восстановить единства в управлении, ни дать ему иного оборота.


...В 8 часов утра неприятель показался в виду позиции. Подполковник Ракович, отличный офицер, стоявший со 2-м батальоном Минского полка в наблюдательном посту, ближе к морю, первый завязал перестрелку с войсками дивизии Канробера.


Услышав стрельбу, генерал Кирьяков взял из резерва два батальона Московского полка с легкою № 4 батареею 17-й бригады и поставил их левее телеграфа, фронтом к морю, верстах в 21/2 от берега, вне выстрелов с неприятельских пароходов, а 3-й батальон того же полка, с полковником Соловьевым, послал левее оконечности левого фланга, на гребень берега Альмы; 4-й батальон оставлен в резерве. До 10 1/2 часов французы приближались и поднимались на левый нагорный берег

Напрасно думают, что Канробер шел по узкой тропинке и был затруднен в дебушировании из долины речки. Береговая дорога так же хороша и удобна, как и прочие крымские дороги: по ней татары постоянно возили в Севастополь сено, арбузы и другие громоздкие продукты земледельческой промышленности.


Взойдя на верх, Канробер, под покровительством огня с пароходов, мог свободно выстроиться и развернуться, что он и сделал….»

Продолжение следует.


Список литературы: Крымская война на сайт britishbattles.com.
Дубровин, "Материалы для истории Крымской войны", Спб" 1871, вып. 2, стр. 432-439

http://www.genrogge.ru/1853/index.htm

В это время в распоряжении князя Меншикова находились 42 батальона пехоты, 16 эскадронов кавалерии, 9 сотен казаков, 68 пеших и 16 конных орудий.

Светлейший князь Меншиков А.С.

В отряде генерала Хомутова, расположенном в северо-восточной части полуострова, было 11 батальонов пехоты, 1 эскадрон кавалерии, 18 сотен казаков, 8 пеших и 16 конных орудий. Получив известие о появлении союзного флота с десантом, князь Меншиков телеграфировал главнокомандующему Южной армией князю Горчакову о готовящейся высадке неприятеля и принял меры к сосредоточению войск, разбросанных по полуострову.

Генерал-адьютант, генерал от кавалерии Хомутов М.Г.

Генерал Хомутов, получив также известие о появлении союзников под Евпаторией, 2 сентября направил в распоряжение князя Меншикова Московский пехотный полк, Донской казачий № 60 полк и донскую батарейную № 3 батарею, 6 сентября направил два Черноморских пеших батальона, Черноморский резервный линейный батальон, четыре сотни Донского казачьего № 67 полка и донскую конно-легкую № 2 батарею. 2 сентября русские войска двинулись к реке Альме. Туда же направились части из-под Перекопа и Керченского полуострова. Основная масса войск сосредоточилась на позиции 4 сентября, 7 сентября вечером на Альму пришел Углицкий егерский полк, а два батальона Московского пехотного полка подошли утром 8 сентября, за несколько часов до сражения.
Вечером 1 сентября союзники высадили в Евпатории десант свыше 3000 чел., при 12 орудиях и без боя заняли город.


Военный совет союзной армии.


2 сентября с рассветом союзный флот уже был южнее Евпатории и на пространстве между озерами Кизил-Ярским и Кичик-Бельским у деревень Контуган и Богайлы, начал высадку под прикрытием боевых судов. Она закончилась к вечеру 6 сентября. Было высажено 62000 чел. при 134 орудиях.

Совершенно плоский берег, протянувшийся далеко в глубь полуострова, позволял военным кораблям держать его под прицелом своих крупнокалиберных орудий. Русская армия не препятствовала высадке десанта.

капитан-лейтенант Стеценко В.А.-адъютант князя Меньшикова

Лишь в отдалении маячило несколько казаков, да по берегу хладнокровно разъезжал лейтенант В. Стеценко, отмечая число высадившихся врагов. Вскоре объединенная армия англичан, французов и турок двинулась в сторону Севастополя, прикрываемая с моря военным флотом.
Высадка союзного десанта проходила спокойно, по-деловому, в течение шести дней. Высадившись, союзники пошли на Севастополь.
Она закончилась к вечеру 6 сентября. Было высажено 62000 чел. при 134 орудиях.


7 сентября союзники двинулись вдоль берега в сторону Севастополя под прикрытием паровых судов. Войска под командованием Меншикова, заняв позицию на возвышенном левом берегу реки Альмы, готовились встретить противника. Здесь было сосредоточено 33600 чел., из них 3600 кавалерии при 96 орудиях.


«Позиция, занятая русскими войсками после высадки союзников, находилась на левом берегу реки Альмы, представляющим собой плато, высотой от 45 до 100 метров. Начиная от устья реки и до восточной оконечности селения Алматамак, высоты левого берега р. Альмы обрывисты и проходимы только по крутым и узким оврагам. Далее - высоты поворачивают к югу, отходя от реки и простираясь по обе стороны дороги ведущей из Евпатории в Севастополь. На этом участке они более доступны и имеют вид покатых террас. К востоку от Севастопольской дороги, возвышается гора, на северо-восточном склоне которой, на расстоянии не больше 650 метров от берега реки, находится довольно высокий холм, за которым пролегали две дороги от Тарханларского трактира к р. Каче.


На всем пространстве от устья р. Альмы до трактира правый берег был покрыт виноградниками и садами. К северу, правый берег реки представляет обширную равнину, на которой сады и виноградники находились только слева от дороги. На всем протяжении р. Альмы был только один деревянный мост, у селения Бурлюк, и имелось множество бродов. Левый фланг русской позиции находился на высоте напротив селения Алматамак, а правый фланг на высокой горе, у дороги, ведущей от Тарханларского трактира к реке Каче. Эта позиция представляла определенные преимущества: господство над правым берегом реки, удобство наблюдения за впереди лежащей местностью, которое не позволяло противнику производить скрытые передвижения войск, укрытие от огня вражеского флота за высоким берегом.

Продолжение следует.







 

Уже давно в Европе, как колосс,
Пугая всех, - что призрак полуночный,
Восстал какой-то роковой вопрос…
Решили звать его – вопрос восточный
П.Капнист


АЛЬМИНСКОЕ СРАЖЕНИЕ.


Альма - река в Крыму,впадающая в Черное море.
Бой в Крыму – всё в дыму... Эта поговорка – отголосок Крымской войны 1853-1856 годов.


Впрочем, Крымской её называют только в России, в Европе эта война известна под названием Восточной.




В её честь в столицах трёх европейских держав установлены памятники.


Эта кампания, унёсшая жизни двухсот тысяч человек, явила примеры беззаветного мужества и героизма воинов и столь же потрясающей бездарности командования всех армий участовавших в затяжной битве за Севастополь.



8 (20) сентября 1854 года, в день Рождества Богородицы, началось первое в Крымской войне сражение, получившее название Альминского. Оно унесло жизни более 10 тысяч человек с обеих сторон. Один из офицеров, участник битвы при Ватерлоо, утверждал в своих мемуарах, что англичане потеряли в том знаменитом сражении меньше офицеров, чем при Альме. «Разгром турецких войск на Кавказе и флота при Синопе показал неизбежность поражения Турции и ускорил вступление в войну Великобритании и Франции.


23 декабря 1853 года англо-французский флот вошел в Черное море и взял на себя защиту турецких коммуникаций. Враждебные по отношению к России действия означали их фактическое вступление в войну, и 9 февраля 1854 года российское правительство разорвало дипломатические отношения с Великобританией и Францией. 10 апреля союзный флот подверг бомбардировке Одессу, а в июне союзники высадили экспедиционный корпус в Варне.

В начале июля 1854 года английская газета "Таймс" писала: "Морские державы не могут постоянно держать флот для наблюдения за Севастополем, и потому главная цель политики и войны не может быть достигнута до тех пор, пока будут существовать Севастополь и русский флот.


Но раз только этот центр могущества России на юге Империи будет уничтожен - рушится и все здание, сооружением которого Россия занималась сотню лет. Взятие Севастополя и занятие Крыма вознаградят все военные издержки и решат вопрос в пользу союзников... Итак, мы полагаем, что 40000 чел., опираясь на флот, могли бы с успехом действовать против того числа войск, которое Россия может направить в Крым. Что союзные государства будут действовать именно в этом направлении, нас убеждает то, что из французских и английских арсеналов отправлены осадные орудия больших калибров".


Царское правительство, несмотря на то, что видело опасность, угрожавшую Крыму, долго не решалось перебросить войска из Бессарабии, так как Австро-Венгрия сосредоточила на границе
150-тысячную армию, хотя и сохраняла нейтралитет.


В июле по распоряжению главнокомандующего Южной армией князя Михаила Дмитриевича Горчакова, одобренному Николаем I, в Крым была направлена 16-я пехотная дивизия с артиллерией.


Начальник16 пехотной дивизии генерал-лейтенант КВИЦИНСКИЙ О.А.


11 августа главнокомандующий союзной армией французский маршал Сент-Арно отдал приказ об экспедиции в Крым и на совещании командного состава заявил: "Надо заставить неприятеля нас бояться. Крым был перед нами как залог. Поразить Россию в Крыму, застигнув ее в Севастополе - это было ранить ее в сердце


Армия представляла войска Франции, Англии и Турции. Французские войска, численностью около 28000 чел., состояли из четырех пехотных дивизий генералов Канробера, Боске, принца Наполеона и Форе, двух эскадронов кавалерии, 68 полевых и 65 осадных орудий. Английские войска, численностью до 27000 чел. - это пять пехотных дивизий генералов Броуна герцога Кембриджского, Эванса, Ингленда и Каткарта, бригада легкой кавалерии лорда Кардигана, полк гвардейских драгун, 54 полевых и 40 осадных орудий. Турецкая дивизия Ахмет-паши, численностью до 7000 чел., имела 12 полевых и 9 осадных орудий.


Флот союзников насчитывал 89 судов, из них 54 паровых, для перевозки войск и грузов предназначалось 300 купеческих судов. 31 июля в Варне началась погрузка на суда, и 13 августа Септ-Арно объявил в приказе по армии о цели экспедиции. "Час пришел сразиться и победить, - писал он - Может быть, само провидение... призвало нас в Крым и в Севастополь - опору могущества русских, под стенами которого мы должны дорогою ценою купить мир, а с ним и право на возвращение к своим очагам. Предприятие великое и достойное вас!... Скоро на стенах Севастополя мы будем приветствовать три союзных знамени нашим национальным криком: да здравствует Император!".


26 августа французский и турецкий десанты отплыли от берегов Турции, а 28 августа в районе острова Змеиного к ним присоединилась английская эскадра.


В десять часов утра 1 сентября в Севастополе заметили приближавшуюся со стороны моря неприятельскую армаду. Вечером того же дня были получены сведения, что флот союзников становится на якоря в районе Евпатории, и русские войска, находившиеся в Севастополе и окрестностях, получили приказ быть готовыми к выступлению по тревоге.

Продолжение следует

http://flot.com/news/dayinhistory/index.php?ELEMENT_ID=4960


"Новоизобретенными" кораблями называли плоскодонные мелкосидящие суда с артиллерией среднего калибра, какие только и можно было выводить в море с речных верфей. Иных Россия на юге еще не имела. В то же время они при небольшом волнении оказывались достаточно мореходными, но уступали сменившим их фрегатам.

Первый тип представлял один трехмачтовый корабль “Хотин” длиной 31,8, шириной 8,25, осадкой по­рожнем 1,83 и при полной нагрузке 2,75 м, вооруженный шестнадцатью 12-фунтовыми орудиями, с экипажем из 157 матросов и офицеров. Во второй, самый многочисленный, тип вошли семь двухмачтовых кораблей: “Азов”, “Таганрог”, “Новопавловск”, “Корон”, “Журжа”, “Модон” и “Морея”, каждый длиной 31,5 м, шириной 8,55, осадкой порожнем 1,53 и при полной нагрузке 2,44 м. Их вооружение состояло из четырнадцати 12-фунтовых орудий и двух бомбических однопудовых гаубиц, экипаж насчитывал 128 человек. По третьему типу было построено два бомбардирских корабля длиной 18,3, шириной 5,2 и осадкой в полном грузу 1,83 м, вооруженные каждый одной двухпудовой мортирой, двумя бомбическими однопудовыми гаубицами и восьмью 3-фунтовыми пушками. Экипаж этих небольших судов состоял из 60 человек.

Четвертый тип относился к транспортным двухмачтовым судам “Яссы” и “Бухарест” длиной 26,2, шири­ной 7,35 и осадкой в полном грузу 2,44 м, предназначенным для подвоза провианта и оказания помощи в проводке судов через мели. Вооружение их состояло из двенадцати 6-фунтовых пушек, а экипаж из 57 матросов и офицеров на каждом. При утверждении программы “Яссы” перевели в бомбардирское судно, добавив на нем две мортиры трехпудового калибра.