Мы привыкли воспринимать понятие «зазеркалье», как что-то сказочное или мистическое, совсем забывая о том, что мир, в котором мы живем, многогранен и бесконечен в своих проявлениях.

Откуда взялось название праздника? С чем связан этот праздник? Какие поверья дошли до наших дней из старины? Какие обычаи, касаемо ночи Творилы и дня Купалы, сохранились до начала 20 века в русских деревнях? И, наконец, а как вы сами в детстве или уже во взрослой жизни справляли Ивана Купалу?

В этом посте использованы сведения русских и советских учёных-этнологов, опубликованные в следующих книгах:

Аничков Е.В. Язычество и Древняя Русь, Пг., 1914
Виноградова Л.Н. Мифологический аспект полесской «русальной» традиции//Славянский и балканский фольклор, М., 1986
Завойко Г.К. Верования, обряды и обычаи великороссов Владимирской губернии// Этнографическое обозрение, 1914 №3,4.
Носова Г.А. Язычество в православии, М., 1975
Русская мифология. Энциклопедия, Москва, изд-во ЭКСМО, 2006
Соколова В.К. Весеннее-летние календарные обряды русских, украинцев, белорусов. 19-начало 20 в. М., 1979
+ самое начало блога взяла из Википедии.

[more\

Иван Купала, также Иванов день — народный языческий праздник, отмечаемый в славянских странах в дни летнего солнцестояния. Иван Купала празднуется 24 июня учитывая природный и исторический фактор солнцестояния. В России Иван Купала многими празднуется 7 июля (по новому стилю). Иванов день имеет старинную традицию празднования практически по всей Восточной Европе. Название праздника возникло в результате совмещения дня Иоанна (Ивана) Крестителя, который стал отмечаться после принятия христианства в Киевской Руси, и дохристианского славянского праздника Купало, посвящённого древнему языческому богу Купале. Иванов день связан с обрядами, посвящённым воде, огню, земле и травам.

Вода
Купаться в Иванов день — обычай всенародный, но в некоторых областях крестьяне считали такое купание опасным, так как в этот день именинник — сам водяной, который терпеть не может, когда в его царство лезут люди, и мстит им тем, что топит всякого неосторожного. В этот праздник, по народным поверьям, вода может "дружить" с огнем, и их союз считается природной силой. Вода в этот день по поверьям обладает продуцирующими и лечебными свойствами, её собирали в сосуды и хранили.

Огонь
Главная особенность купальской ночи — очищающие костры. Вокруг них плясали, через них прыгали: кто удачнее и выше прыгнет, тот будет счастливее. В некоторых местах через купальский огонь прогоняли домашнюю скотину для защиты её от мора. В купальских кострах матери сжигали снятые с хворых детей сорочки, чтобы вместе с этим бельём сгорели и болезни. Молодёжь и дети, напрыгавшись через костры, устраивали шумные весёлые игры и бег наперегонки. Обязательно играли в горелки. По поверьям крестьян, в купальскую, самую короткую ночь, нельзя спать, так как оживает и становится особенно активной всякая нечисть — ведьмы, оборотни, русалки, змеи, колдуны, домовые, водяные, лешие.
 

Травы
Характерная примета Ивана Купалы — многочисленные обычаи и предания, связанные с растительным миром. Травы и цветы, собранные в Иванов день, кладут под Иванову росу, высушивают и сберегают их, считая такие травы более целебными. Ими окуривают больных, борются с нечистью, их бросают в затопленную печь во время грозы, чтобы предохранить дом от удара молнии, употребляют их и для разжигания любви или для «отсушки».
 

Главным героем растительного мира становился в Иванов день папоротник, с которым повсеместно связывались предания о кладах. С цветком папоротника, раскрывающимся всего на несколько мгновений в полночь на Иванов день, можно видеть все клады, как бы глубоко в земле они ни находились. В дореволюционной России Иван Купала принадлежал к числу самых почитаемых и важных праздников в году, в нём принимало участие всё население, причём традиция требовала активного включения каждого участника торжества во все обряды и обязательного выполнения ряда правил, запретов и обычаев.

В Латвии этот праздник до сих пор является наиболее почитаемым и всенародным, после Рождества и Нового Года. Здесь его называют "Лиго" или "Янов день". 23-24 июня являются государственными выходными днями, и все население страны (как латышская, так и русская часть) устремляется на дачи, огороды и берега всевозможных водоемов жарить шашлыки и разводить костры до утра. В эти дни выпивается половина годовой нормы пива, а усиленные "поиски цветка папоротника" ежегодно приводят к всплеску рождаемости в марте.

Приметы и обычаи
1. В ночь накануне Ивана Купала девицы опускают на речные волны венки с зажжёнными лучинками или свечками, вьют венки из Иван-да-Марьи, лопуха, богородицыной травы и медвежьего ушка. Если венок тонет сразу, значит, суженый разлюбил и замуж за него не выйти. У кого венок дольше всех проплывет, та будет всех счастливее, а у кого лучинка дольше погорит, та проживет долгую-предолгую жизнь!
2. В Иванову ночь ведьмы делаются более опасными, а потому следует класть на пороге и на подоконниках крапиву, чтобы защитить себя от их нападения. Нужно запирать лошадей, чтобы ведьмы не украли их и не поехали на них на Лысую гору: живой оттуда лошадь уже не воротится!
3. В Иванову ночь на муравьиных кучах собирают в сосуд масло, которое признаётся целительным средством против разных недугов.
4. В купальскую ночь деревья переходят с места на место и разговаривают друг с другом посредством шелеста листьев; беседуют между собой животные и даже травы, которые этой ночью наполняются особой, чудодейственной силой.
5. Если в эту ночь сорвать цветок Иван-да-Марьи и вложить в углы избы, вор не подойдёт к дому: брат с сестрой (жёлтый и фиолетовый цветки растения) будут между собою разговаривать, а вору покажется, что разговаривают хозяин с хозяйкою.
6. В полночь нужно, не глядя, набрать цветов и положить под подушку, а утром проверить, набралось ли двенадцать разных трав. Если набралось, в этом году замуж выйдешь. Под голову на ночь кладут трипутник (подорожник), приговаривая: «Трипутник-попутник, живёшь при дороге, видишь малого и старого, скажи моего суженого!»
7. Если на Иванов день перелезать двенадцать огородов, любое желание сбудется.
8. Особые свойства приписывались росе в Купальскую ночь – если бездетная женщина покатается в мокрой траве, считалось, что она должна забеременеть. Этот обычай описан ещё в «Стоглаве» (1551 г.), и сохранялся повсеместно в России до конца 19 века. В северорусских районах в ночь на Ивана Купалу девушки умывались росой, чтобы быстрее выйти замуж и чтобы за ними «парни гонялись».
9. Обливание на Ивана Купала носит «очистительный» характер. При обливании с человека смывались все беды и невзгоды, накопленные им за год, и чем большее количество человек тебя обольёт в этот день, тем больше удачи и урожая будет в твоём доме.
10. Ночь на Ивана Купалу считалась опасной, поскольку в эту ночь языческие боги обретают невиданную силу. В этой связи для праздника были характерны ритуальные бесчинства, устраиваемые ночью молодёжью: шум, драки, закладывание печных труб, заваливание ворот, перекладывание поленниц, и т.п.

Кто такой Купала?

В восточнославянской мифологии Купала — главный персо¬наж, находящийся в центре обрядовых действий и представле¬ний праздника летнего солнцеворота, который отмечали в ночь с 23 на 24 июня по старому стилю. Имя Купалы осталось лишь в названиях народного праздника «Иван Купала» и обрядового атрибута — украшенного деревца или чучела. Указание на то, что Купала — божество, содержится лишь в довольно поздних пись¬менных источниках. Так, в Густынской летописи (XVIIв.) с осуждением описываются празднования в честь Купалы:

«Сему Купалу память совершаютъ в навечерие Рож¬дества Иоанна Предтечи сицевымъ образом: съ вечера со¬бираются простая чадь, обоего полу, и соплетаютъ себе венцы из ядомого зелия, или корения, и препоясавшеся былием возгнетают огнь, инде же поставляютъ зеленую ветвь, и емшеся за руце около обращаются окрест оного огня, поюще своя песни потом чрезъ оный огнь прескакуютъ Купало, его же бога плодов земных быти мняху, и ему прелестию бесовскою омраченный благодарения и жертвы приношаху, в начале жнив, того ж купала бога, или истеннее беса, и доселе память держит¬ся по странам Российским, наипаче в навечерии, Рождества Иоанна Предтечи чрезъ огнь прескачюще самых себе тому же бесу Купалу в жертву приносятъ И егда нощь мимо ходить, тогда отходятъ к реце с великимъ кричаниемъ умываются водой».

Осуждение же самих купальских обрядов содержатся и в бо¬лее ранних славянских рукописях: например, в «Синодике» бол¬гарского царя Борила (XIIIв.), в обличениях игумена Псковско¬го Елеазаровского монастыря Памфила (1505 г.). В частности, игумен Памфил писал: «Егда бо приидет праздник, во святую ту нощь мало не весь град возмятется, и в селах возбесятся, в бубны и сопели и гудеиием струнным, плесканием и плясанием; женам же и девкам и главами киванием, и устнами их неприязнен крик, вся сквер¬ные песни, и хребтом их вихляние, и ногам их скакание и топ¬тание; ту есть мужем и отроком великое падение, мужеско, женско и девичье шептание, блудное им воззрение и женам мужатым осквернение, и девам растление».

Исследователи-лингвисты возводят имя Купала к индоевропейскому корню кuр- со значением «кипеть, вскипать, страстно желать». Слова с этим корнем известны многим народам, в том числе и соседствующим с восточными славянами. Так, в литов¬ском языке есть глагол kiipeti, означающий «бурлить, пениться», а и латышском kupet— «дымиться, чадить». Имя славянского се¬зонного персонажа Купалы родственно также имени римского бога любви Купидона, которое образовано от латинского глаго¬ла cupio, -ere— «желать, жаждать», восходящего к тому же индоевропейскому корню. Значение этого корня, связанное с поня¬тием огня, содержится в полесских словах «купало» (костер) и «куп'ец'» (тлеть, плохо гореть), и симбирских местных словах « купальница» и «купаленка» (костер в поле, огонь на ночевке).

Таким образом, изначально имя Купала связано с идеей огня.

Это косвенно подтверждается также наличием в восточнославянских языках однокоренных названий разных растений, признаки ко¬торых соотносятся с огнем. В некоторых локальных традициях у русских «купальницей», «купавкой» называли полевые цветы: лютик жгучий, то есть обжигающий, подобно огню; гвоздику и иван-да-марью, сближающиеся с огнем по признаку цвета — розовый (красный) и сине-желтый. «Купенью», или «купеной», в Псковской, Курской, Тульской губерниях называли ландыш, яго¬ды которого — оранжево-красные, как огонь, — использовали в качестве румян.
«Купальницей» и «купородом» в народе называли папоротник — растение, которое занимает важное место в поверьях, относящихся именно к празднику Ивана Купалы: согласно традиционным представлениям, папоротник цветет лишь один раз в году и особым цветком — золотого цвета с огненно-красным отливом.

В связи с идеей огня применительно к празднику Ивана Купалы нельзя не заметить, что он приходился на день летнего солнцестояния, то есть на рубеж двух периодов солнечного годового цикла, лежащего в основе древнего земледельческого календаря. Это было время наивысшей активности солнца, которое затем, как говорили в народе, «поворачивало на зиму» и постепенно начинало «угасать», отчего день становился короче, а ночь длиннее. Именно в связи с этими представлениями древние славяне в этот день чтили солнце, воспринимаемое как животворный небесный огонь, наблюдая за его появлением на заре и возжигая костры.

Наряду с почитанием солнца и природной стихии огня архаичный обрядово-мифологический комплекс купальского праздника включал многочисленные действия, связанные с противоположной стихией воды. Поэтому имя Купалы со временем стало соотноситься с близким ему по звучанию глаголом «купаться».

Такому восприятию имени мифологического сезонного персонажа способствовало также наслоение на языческую купальскую обрядность христианского празднования Рождества Иоанна Крестителя, образ которого однозначно связывался с водой. Согласно Евангелию, Иоанн, провозглашая появление Спасителя и приближение Царства Божия, призывал людей покаяться в грехах; покаявшиеся проходили обряд очищения в водах реки Иордан, который называли «крещение водой» или «полное погружение».

Значение купальских празднеств в народном сознании со временем было переосмыслено и стало восприниматься как ритуальное купание. Влияние же языческой основы праздника сказалось в том, что в русской традиции Иоанн Креститель известен более как Иван Купала, то есть, по сути, христианский святой получил прозвище языческого божества.

Купальские обряды сохранялись у восточных славян вплоть до начала, а в некоторых местах — до середины XX века.

Главным обрядовым действом, происходившим в ночь на Ивана Купалу, являлось разжигание костров, которые в некоторых местностях так и называли «купала». У русских этот обычай в XIX-XXвеках был распространен в основном в западных губерниях -Олонецкой, Санкт-Петербургской, Псковской, Смоленской, — а также встречался в Костромской губернии. Купальские костры раскладывали, как правило, за пределами селения: на холмах вблизи полей, чаще всего — на берегу рек и других водоемов. Для разжигания костра приглашали уважаемых в крестьянской общине стариков. В некоторых местных традициях зажигал костер парень, отличавшийся ловкостью и удалью. Огонь для купальского костра чаще всего добывали древним способом — с помощью трения двух кусков дерева. Такой огонь назывался «живым».

В некоторых областях в купальском огне сжигали соломенное антропоморфное чучело, которое называли Марой, олицетворяющее болезни и смерть. Центром купальских празднеств обычно становилось отдельно стоящее дерево, либо вкопанный в землю шест. На них вешали венки и цветы, прикрепляли свечи. Такое дерево в полесье называли «купало». Горящие на нём свечи олицетворяли собой солнце.

Праздник Ивана Купалы считался временем молодежи и молодых пар, возраст которых в народном сознании соотносился с периодом расцвета, пышности и буйства в самой природе. Соответственно этому возрастному состоянию для молодежи было свойственно особое, отличавшееся повышенной эмоциональностью поведение, которое выливалось в разные бесчинства. При этом шалости, которые совершались в праздничное время и носили ритуализованный характер, ни в коей мере не осуждались взрослым поколением. В купальскую ночь парни, как правило, объединялись в группы и разгуливали по деревне. Ватаги молодежи шумели, буянили, припирали дровами и сельскохозяйственными орудиями ворота и двери домов, закладывали печные трубы бочками и разным хламом, на проезжую дорогу сваливали в огромную кучу все, что попадалось на глаза во дворах и лежало без присмотра, выводили скотину из хлева и привязывали ее к двери в избу. В Рязанской губернии такие действия проделывали для того, чтобы узнать, где живет колдун. По народным убеждениям, обычный человек относится к молодежным шалостям без обиды и злобы, как принято в традиции; колдун же обязательно выйдет из дома, чтобы разогнать молодежь.

Упоминаемой в купальских песнях и рассказах о древности, но давно ушедшей в область преданий является такая архаичная особенность ночи на Ивана Купала, как снятие запретов на любовные отношения между мужчинами и женщинами. Разгул купальской ночи так осуждался в Слове св. Иоанна Златоуста:

«Жена на игрищах есть любовница сатаны и жена дьявола. Ибо пляшучцая жена многим мужам жена есть. А что мужи? После пития начинают плясание, а их по плясании начаши блуд творити с чужими женами и сестрами, а девицы теряют свою невинность».

Купальский праздник издревле был одним из самых ярких и почитаемых у восточных славян. Большая часть его архаичных элементов, имеющих сугубо языческий характер, сохранялась на протяжении веков.

Источник: книги и Википедия.

[/more]