Перечитывала напечатанную в № 5 «Иностранной литературы» 1993 г. автобиографию моего любимого режиссера Акиры Куросавы. Автобиография называется «Жабий жир», к сожалению, в «ИЛ» были опубликованы только фрагменты. Думала смогу найти в Интернете все целиком, однако - ничего. Даже фрагментов нет.
Я уверена, что многие люди так же как и я очень любят творчество Куро-сан (как его называют в Японии), и я позволю себе немного рассказать об этой его автобиографии.
      В предисловии Акира говорит, что не думал писать автобиографию, но потом прочитал автобиографию, написанную его другом французским режиссером Жаном Ренуаром и изменил свое мнение. Он цитирует Жана Ренуара: « Истина заключается в том, что этот самый индивидуум, которым мы так гордимся, состоит из столь разных элементов, как: мальчишка с которым он дружил в детском саду, герой первой прочитанной им сказки и даже песик его двоюродного брата Эжена. Мы существуем не сами по себе, но через окружение, сформировавшее нас… И я стремился припомнить тех людей и те события, которые, как мне кажется, сделали меня тем, что я есть». Акира решил написать свою автобиографию ограничив ее периодом до съемки фильма «Ворота Расёмон» в 1950 году.
Потрясает его описание детства. Акира вырос в семье отставного военного. Его отец был из рода самураев и поощрял занятия спортом у сыновей. Акира с детства занимался кэндо (борьба на мечах). Чтобы посещать школу кэндо, он вставал до восхода солнца и шел полтора часа быстрым шагом в эту школу. В школе они начинали занятия с медитации, и им приходилось сидеть зимой на ледяном полу. После занятий он шел в храм, потом домой завтракать, а потом уже на занятия в обычную школу. Закончив школьные занятия, Акира шел к преподавателю заниматься каллиграфией, и потом шел к другому учителю. Домой он возвращался уже после захода солнца. И так все время пока он учился. В любую погоду он ходил в деревянных сандалиях без носок таби и в хлопковом кимоно. Отец запрещал ему одеваться тепло, чтобы закалить его тело и дух. Мать лечила потом руки и ноги Акиры от обморожений. Но Акира считал, что его отец при этом не был жестоким. Он пишет: « Я думаю как раз мой отец и был сентиментален, хотя его поведение скорее говорило об обратном, а матери был свойственен рациональный взгляд на вещи». Он вспоминает как гораздо позже в разгар войны, когда он боялся, что видит родителей в последний раз, он навестил их в деревне. Уходя, он долго оглядывался и махал рукой. Мать почти сразу ушла, а отец продолжал стоять и смотреть ему вслед, пока его фигура не превратилась в точку.
Живя в городе, рядом со старшим братом, Акира часто посещал фильмы и спектакли, ходил на выступления чтецов и исполнителей рассказов и песен. В его квартале жили в основном рабочие люди и небогатые служащие. Акира был удивлен тем, что в соседях он узнает образы сказочных злодеев. Он сталкивается со злом в виде стриков насилующих внучек, мачех пытающих падчериц. Акира пишет: «И почему мачехи мучают падчериц? Не потому ведь, что ненавидят прежнюю жену своего мужа, мать этого ребенка. Мне кажется это от невежества. А невежество – один из видов сумасшествия. Человек, который истязает беззащитных детей и животных, - сумасшедший. Однако хуже всего то, что эти сумасшедшие имею самый обычный вид». Однажды Акира попытался спасти маленькую девочку, которую мачеха прижигала моксой. Он развязал ей руки, а девочка стала ругаться и просить привязать обратно т.к. если мачеха увидит, что она развязана, ее накажут сильнее.
Брат Акиры был комментатором немых фильмов. После того как появилось звуковое кино, его профессия стала не востребована, и его уволили. Он возглавил забастовку, но она не принесла результатов. Он говорил: « Я умру до того, как мне исполнится 30. После тридцати люди делаются уродливыми и злобными». Акира не верил ему и сказал матери, что мол те кто много говорят о смерти, обычно не умирают. Но брат покончил жизнь самоубийством в 27 лет. Это было большим потрясением для Акиры, который потом себя винил в том, что отнесся не серьезно к словам брата.
После смерти брата, он стал старшим сыном в семье и был вынужден серьезно заняться зарабатыванием денег для семьи. В киностудии «PCL» открылась вакансия помощника режиссера. Выиграв огромный конкурс, Акира поступил на работу и встретил там своего учителя - режиссера Кадзиро Ямамото.
При приеме на работу был интересный момент с назначением зарплаты. Вместе с вакансиями помощников режиссера, были открыты вакансии конооператоров и звукорежиссеров. Также набирали людей в контору компании. Акира вспоминает: «Зарплату всем нам назначили 28 иен, а служащим конторы – 30. Секретарь объяснил, что они получают на 2 иены больше потому, что в отличие от людей творческих профессий у них меньше надежд на будущие успехи» :)
Он начал снимать фильмы. Первый фильм он снял в 33 года «Сансиро Сугата» (1943г.), потом «Самая красивая» (1944г.) Фильм «Самая красивая» Акира называет самым дорогим для него фильмом, говорит что был «неистовым» когда его снимал. Фильм о девушках-добровольцах работающих на военном заводе. Желая добиться правдивости, Акира старался убрать все актерские замашки у актрис. Он заставлял их бегать, играть в волейбол, маршировать по городу, играя на барабанах, есть простую еду, реально работать на заводе. Девушки, замученные таким «спортом», отправляли на переговоры к Агире актрису Ёко Ягути (она играла командира девушек). Режиссер с Ёко ругались, но после фильма она стала женой Агиры. А большинство девушек ушли из кинематографа. Акира думал, что из-за его жестокости, но девушки сказали в последствии, что: «когда они сбросили всю эту приставшую к ним актерскую мишуру, то вновь стали обычными людьми, зажили обычной женской жизнью, которая и привела их к замужеству».
После окончания войны Акира увлекся стихами хайку. Он даже посещал клуб сочинителей хайку. Вот стихотворение его современника Кёси Такахамы, которое потрясло его своим совершенством и простотой:
***
На самом верху водопада
Вода, едва появившись,
Падает вниз.
Акира также увлекся изучением традиционной японской культуры, изучал искусство керамики и форфора, театр Но, древние пьесы, драматургию XVII века.
Фильм «Скандал» Агире снял как протест против «свободы слова», которая была объявлена после войны и вылилась в то, что газеты стали печатать самый вульгарные материалы и сплетни. Вот что он писал: «Это не свобода слова, а насилие над словом, считал я. Если эту тенденцию не пресечь в самом начале, она наберет силу. Должен найтись мужественный человек, который вступит в борьбу с этим насилием, иначе все пропало. Так сложился мой фильм «Скандал». Мои страхи подтвердились, и теперь в мире никто не удивляется таким вещам. Иными словами «Скандал» выступивший против этой тенденции оказался бессилен, но это вовсе не значит, что я смирился, я и сейчас продолжаю ждать человека, который сразится с этой разбойной, антигуманной, жестокой распущенностью».
Фильм «Ворота Расёмон» снимался в огромном павильоне студии «Дайэи» в Киото, в лесу рядом с храмом Комёдзи в окрестностях Киото. Сценарий был написан Хасимото, на основе трех новелл Акутагавы и нового рассказа по сценарию самого Хасимото «Женское-мужское». Оператором был Кадзуо Миягава. Композитор – Хаясака. Художник – Мацуяма. Помощники режиссера в начале не поняли о чем фильм и приходили к Акире за разъяснениями. Вот что он им сказал: « Человек не говорит о себе правды. Он не может говорить о себе без позерства. Сценарий изображает людей, не способных жить без этого. Более того, в нем показана глубокая вина человека, не оставившего своего позерства и после смерти. Это как причудливый свиток, который разворачивается и являет картину врожденной человеческой вины, непереносимой черты характера – эгоизма. Вот вы говорите, что вам непонятен сценарий, но это как раз потому, что душа человека непостижима. Если вы будите читать, помня об этой непостижимости, вы непременно все поймете».
Акира говорит далее, что, работая на «Воротами Расёмон», он не мог не предаваться самоанализу и «как человек пишущий собственную автобиографию, я почувствовал, что не могу выйти за эти ворота и двинуться дальше».
Последние слова автобиографии: «Человек не способен честно сказать себе: «Вот это - я», но от имени своих героев я часто говорил правду о себе самом. Ничто не скажет больше о художнике больше, чем его работы».