Броня крепка и танки наши быстры!)))

1.


2.

Достаточно появиться статье с упоминанием автомата Калашникова, как не позже чем в десятом комментарии к ней будет упомянуто имя «талантливого», а то и «гениального» немецкого конструктора, «предвосхитившего целую эпоху», «заложившего основы», «предопределившего» и т.д. Причем роль этого гения не ограничивается «предвосхищением». Абсолютное большинство таких комментаторов приписывает ему ни много ни мало как авторство АК-47. Аргументы, конечно, бесспорные — внешнее сходство АК-47 с Stg-44 и, особенно, факт в биографии, по которому этот «талантливый конструктор» работал на одном заводе с подлинным автором.

Удивительное дело: человек прославился за счет оружия, которого не разрабатывал. Глава фирмы ERMA Бертольд Гайпель, используя разработку Генриха Фольмера, поставил на производство пистолет-пулемет MP-40, но называется он и до сих пор называется «шмайссером». Автомат АК-47 известно кто разрабатывал, но «ботва» упорно приписывает авторство этого оружия Шмайссеру. Тем не менее, на базе двух этих парадоксов зиждется слава «великого» немецкого оружейника. Ни одна конструкция Шмайссера не выпускалась в количестве более нескольких десятков тысяч, за исключением штурмгевера, который достиг к концу войны 420000 штук. Немецкая оружейная мысль имела несомненно замечательные успехи в виде пистолета Вальтера P-38, пистолет-пулемета MP-40 Фольмера, пулемета MG-42 Грюнера, винтовок и карабинов Маузера 98 и другие.

Вот только о Грюнере, Штанге, Фольмере, Вальтере никто не говорит в превосходных степенях. Да и фамилии их известны не каждому, а тому, кто интересуется историей оружия. Давайте узнаем почему так ...

Часть первая. Теодор Бергман и Луис Шмайссер

В чём не ошибается история, так это в том, что Хуго Шмайссер действительно был «потомственным» оружейником. Его отец Луис Шмайссер, по воспоминаниям современников, был человеком скромным, доброжелательным и даже сердечным. Стремление к обогащению не было его самоцелью. Как любого творческого человека, его больше интересовала практическая реализация своих творческих идей. Для этих целей он организовал свою мастерскую. Но каким бы гениальным не было изобретение, оно так и останется на бумаге и не принесет славы своему автору, пока не выйдет массовым тиражом на рынок. А для этого нужны не только производственные мощности и оборотные средства, нужны инженеры и технологи для разработки оснастки, техпроцессов. Нужны коммерсанты. В общем, если у конструктора есть предпринимательская жилка, способная не только изобретать, но и организовывать производство, то тогда и появляются фирмы, имеющие торговую марку изобретателя — Маузеры, Вальтеры. Но если нет, то нужно хотя бы уметь договориться с такими людьми, как Теодор Бергман. В этом случае конструктор получит возможность увидеть свое произведение на прилавках, но под торговой маркой той фирмы, которая его произвела. Именно таким было взаимодействие двух знаменитых для своего времени людей, но инсинуации вокруг фамилии «Шмайссер» начинаются именно с их взаимоотношений. Вот типичная картина:

«В 1902-1903 годах отец и сын Шмайссеры разрабатывают удачный самозарядный пистолет «Марс»... Этот пистолет получил патент по фамилии владельца фирмы — Бергмана, что, в свою очередь, обескураживает его реального создателя Луиса Шмайссера, но сделать он так и нечего не сможет, Бергман дает понять, что он всего лишь наемный работник, хоть и из числа незаменимых. Именно в это время Хуго понимает как жадно, цинично и самое главное без особых угрызений совести Бергман присваивал себе чужие изобретения, зарабатывая себе имя чужим трудом. Несмотря на то, что образцы оружия, разработанного Луисом Шмайссером, принимались на вооружение в Дании, Бельгии и Испании, он сам официально его разработчиком не считался и практически не был никому известен, оставаясь в тени «великого Бергмана». Это сильно затрагивало самолюбие Шмайссера-старшего, и в 1905 году Луис окончательно разрывает все деловые отношения со своим работодателем и покидает город Зуль, передав техническое руководство оружейной фабрикой своему сыну, числившемуся оружейным техником. Бергман не возражает».

А. Ручко «Хуго Шмайссер — от Бергмана до Калашникова»

 

Я понимаю, хочется возвысить Шмайссеров, этих пролетариев умственного труда, но зачем походя марать достойного человека, называя его действия жадными, циничными и бессовестными? Теодор Бергман был известным предпринимателем. Его талант заключался в первую очередь в том, что он умел определять передовые направления в машиностроении, умел подобрать кадры и, самое главное, организовать производство в новых, еще только осваиваемых областях. Одним из первых Бергман освоил производство пневматического оружия и даже сам был его конструктором. Организовал производство первых торговых автоматов. В 1894 году осваивает производство первых «самодвижущихся экипажей», занимается производством гоночных автомобилей и авиамоторов. На родине его называют четвертым номером в немецкой автоиндустрии. Освоив автомобилестроение, Теодор Бергман увлекается новой идеей — автоматическим оружием. Он продает своё автопроизводство, которое через некоторое время становится известно под маркой «Бенц» и начинает вплотную заниматься автоматическими пистолетами.

В отличие от нынешних «эффективных менеджеров», умеющих с равным успехом рулить торговой сетью и министерством обороны, Теодор Бергман не только держал в руках оружие, но и сам занимался конструированием, был превосходным инженером, прекрасно и досконально разбирался в той области машиностроения, в которой ему приходилось работать. Ну, а к кому лучше всего применить эпитеты «жадность», «нахрапистость» и «циничность», мы скоро узнаем.

В 1884 году Бергман вместе с Луисом Шмайссером приступают к разработке автоматического оружия. В 1887 году Бергман открывает оружейный филиал своей компании в Зуле и назначает его техническим директором Луиса Шмайссера. В 1891 году семейство Шмайссеров постигает несчастье — умирает жена Луиса. Дети остаются без матери, а ребенок, лишенный материнской ласки и внимания отца, занятого производством, вырастает, как правило, эгоистичным. Становясь взрослыми, такие люди продолжают страдать из-за отсутствия к ним внимания со стороны окружающих.

 

Часть вторая. О патентах

Есть патенты и есть патенты. Патент имеет смысл, если его невозможно обойти другим инженерным решением, или такой обход существенно дороже. Например, отверстие у острия иголки в швейной машине Зингера, или отверстие в лезвии складного ножа Spyderco. Но когда получают патент на расположение возвратной пружины под стволом, если ее можно разместить и над, и за, и вокруг ствола, то это не патент. Это тщеславие, а автор патента — патентный тролль.

Программа Андрея Малахова «Пусть говорят» многое потеряла из-за несвоевременной кончины Луиса Шмайсера и Теодора Бергмана. История о том, как проклятый капиталист Бергман щемит талант непризнанного гения, приписывая себе все его изобретения, а бедный Луис Шмайссер весь в слезах уходит работать и изобретать на другую фирму, наверняка вошел бы в сокровищницу его сюжетов. Обратимся лучше к двум аргументам и двум фактам.

 

Аргумент первый: если Бергман что-то и патентовал из изобретений, сделанных лично Луисом Шмайссером, то цена этих патентов была нулевая. Откровенно провальная модель пистолета 1894/96 года. Это оружие проектировалось без представления о физике процесса в автоматике со свободным затвором, поэтому было ненадежным и неудобным. Другие модели были надежнее, но большими тиражами похвастаться не могли. Более успешная модель «Марс» принимала участие в конкурсе на поставку в кайзеровскую армию в период с 1902 по 1904 года, но проиграла Люгеру. Как инженеры, Бергман и Шмайссер не могли не понимать, что модели Браунинга, Маузера, Люгера имеют гораздо лучшие перспективы на рынке, чем разработки Шмайссера. Слабым утешением был заказ на опытную партию «Марсов» из Испании. Но тут Бергмана постиг еще один удар. Он заключил договор на производство пистолетов с субподрядчиком, который через некоторое время его банально «кинул», после чего Бергман продал лицензию на производство «Марсов» бельгийцам и на этом решил пока завязать с пистолетами.

Бергману не привыкать. А каково Шмайссеру? Десять лет работы, и всё коту под хвост? Правда, есть еще пулемет, над которым Шмайссер с Бергманом работают с 1901 года. Но конструктору уже 57 лет. Для начала двадцатого века это — срок. Его самый способный сын Хуго, уже достаточно зрелый и самостоятельный инженер, готовый взять на себя ответственность за разработки нового оружия. Поэтому вполне логично, что Луис Шмайссер отправился дорабатывать пенсионный стаж во Франкфурт, где ему предоставили возможность продолжать заниматься пистолетами, а его место занял сын.

 

Аргумент второй: итак, Бергман «жадно и цинично…» Надо полагать, на фирме «Рейнметалл» с Луисом Шмайссером обходились по-другому. Но, тем не менее, пистолеты Шмайссера благополучно патентовались и выпускались, но теперь уже под торговой маркой Дрейзе. Кстати, такие же далекие от технического совершенства, но с гораздо более ощутимым коммерческим успехом.

 

Факт первый (на уровне слухов). Говорят, ко всему еще сын Бергмана по уши влюбляется в дочь Шмайссера, а Бергман отказывает ему в кумовстве. Шмайссер расстроился и ушел от Бергмана. Не знаю, свечку не держал. Но во всяком случае, аргумент более весомый, чем обида за приписывание патентов.

 

Факт второй.

Луис Шмайссер уезжает в город Эрфурт на фирму «Рейнметалл». Его семья остается в Зуле, и техническим директором у Бергмана становится сын Шмайссера Хуго, занимающийся разработками, которые начал его отец. Папа освободил место сыну и сохранил техническую преемственность на предприятии. Бергман выпускал оружие под своей торговой маркой. И все были счастливы.

 

Ремарка 1

В 1907 году 19-летний Луис Штанге поступает в ученики Луису Шмайссеру. Посадить дерево, построить дом и вырастить сыновей — это удел каждого мужчины. Иметь собственных учеников — это вершина достижений творческой личности. Но и дается она не каждому. Штанге стал достойным учеником и состоявшимся конструктором и после смерти Луиса Шмайссера, стал его преемником на «Рейнметалле». Таким образом, Луис Шмайссер воспитал двух технических директоров — своего сына, работающего у Бергмана, и Луиса Штанге, работающего на «Рейнметалл», будущего разработчика первого единого пулемета MG-34 и автоматической винтовки FG-42.

 

Ремарка 2

Через год после рождения Хуго Шмайссера, в немецкой деревне Альтдорф, в семье немецких крестьян Фольмеров родился четвертый ребенок, которого назвали Генрихом. Мальчик вырос, получил образование в ремесленном училище и устроился на работу слесарем-механиком. Четыре года учился в воскресной школе и наконец поступил в конструкторский отдел фирмы по производству станков. Свое первое изобретение он сделал в 1908 году. Это была машинка для разводки пил. Далее патент, своя фирма. К началу Первой мировой войны у Фольмера уже было солидное предприятие, производившее машинки для заточки и разводки пил, детали для пулеметов, пропеллеры для аэропланов. Как видите, перед нами редкий случай, когда конструктор и предприниматель совмещаются в одном лице. Забегая вперед, скажу, что фирма Фольмера существует до сих пор.

 

Часть третья. Рождение пистолетов-пулеметов

Анализ боевых действий первого года Первой мировой войны заставил напрячься лучшие штабные умы воюющих стран: необходимость создания легкого автоматического оружия под менее мощный, чем винтовочный, патрон, стала очевидной. В России полковник Фёдоров пришел к идее создания ружья-пулемета с винтовочным патроном уменьшенной мощности, которую и реализовал в своем автомате в 1916 году. В Германии и Италии к пониманию необходимости патрона уменьшенной мощности, возможно, пришли позже, а пока решили ограничиться автоматическим огнём пистолетным патроном. Причем итальянцы и немцы подошли к постановке задачи с совершенно разных позиций. В Италии подходили к решению с оборонительной позиции. Майор Абель Ревелли разработал в 1915 году тяжелый двуствольный пулемет под пистолетный патрон для ведения оборонительного огня, который через некоторое время вполне логично трансформировался в первый полноценный пистолет-пулемет Beretta M1918.

А вот немецкие генералы исходили из атакующих позиций. Они реализовали идею малочисленных штурмовых групп для решения парадокса «позиционного тупика». Такие группы должны были начинать атаку с близкой позиции, по аналогии с абордажным боем. А для такого боя лучшим оружием были мушкетоны с раструбом ствола, стреляющие картечью. Это позволяло компенсировать время на точное прицеливание и давало шанс одним выстрелом поразить не одну цель. Но ведь не будешь в начале прогрессивного 20 века штурмовать окопы с мушкетонами. Поэтому начались поиски нового оружия. Очевидным было применение пистолетного патрона, а вот вопрос с оружием возник. У существующих автоматических пистолетов было два недостатка — малый объем магазина и отсутствие автоматического огня. И вот германский генштаб в 1915 году разрабатывает техзадание на оружие, которое по совокупности показателей уже можно было назвать пистолетом-пулеметом.

Я специально решил немного отвлечься от темы, чтобы показать саму эволюцию появления отдельного класса оружия. Как видите, возникновению класса пистолетов-пулеметов предшествовала коллективная мысль и анализ, а не озарение «гениального конструктора» (одиночки). Идея автоматического огня пистолетным патроном родилась вместе с самим пистолетным патроном. Собственно, авторами идеи оружия были безвестные офицеры германского генштаба, сумевшие грамотно и четко, говоря современным языком, «поставить задачу» конструкторам. А грамотно составленное техническое задание или постановка задачи — это наполовину решенная проблема. Задача конструктора — найти оптимальное решение из огромного числа технических, физических технологических и экономических противоречий, возникающих на этапе конструирования оружия.

Над темой нового оружия по техническому заданию германского управления вооружений начали работу: Хуго Шмайссер у Бергмана, Луис Штанге в «Рейнметалле», Андреас Шварцлозе и конструкторы DMW (Люгер). В итоге заказ достался Бергману, и MP-18 получил пальму первенства серийного пистолета-пулемета. Хотя был еще итальянский Beretta M1918, и насчет пальмы первенства можно бы поспорить…

В MP-18 использовалось два патента, оформленных на имя Хуго Шмайссера, но по сути это были перепевки патентов Браунинга — использование возвратной пружины в качестве боевой и использование отдачи для перезарядки оружия. Как и абсолютное большинство изделий машиностроения, MP-18 представлял из себя компиляцию деталей из других конструкций и систем: патрон пистолетный, приклад деревянный, ствол и магазин от Люгера, принцип автоматики — отдача свободного затвора. Даже защитный кожух на стволе был «элегантно» «взаимствован» от пулеметов. И всё! Причем если говорить о «гениальности» конструкции Шмайссера, нельзя не упомянуть отсутствие предохранителя для затвора в переднем положении. Благодаря такому упрощению выстрел из MP-18 можно было произвести методом товарища Сухова. Затвор ставился на предохранитель в заднем (боевом) положении, оформленный в виде фигурного выреза в затворном кожухе знакомого всем по прототипу обычной оконной щеколды.

А что же Штанге? Он не гнался за славой «первого» и спокойно доводил свое изделие до ума. Его MP-19 в итоге был функциональнее MP-18: имел переводчик огня, более надежный предохранитель, откидную крышку затворной коробки. Разумеется, к кормушке успело более простое изделие Хуго Шмайссера. Но все-таки лучшим пистолетом-пулеметом 30-х годов большинство аналитиков считает Steyr-Solothurn S1-100, изготовленный на основе MP-19. Это к сведению любителей мериться рейтингами, первенствами и длиной пиписек.

А теперь давайте сравним Rheinmetall-Borsig MP-19:

и Bergman MP-18 (на фото MP-28):

Было бы удивительно находить между ними много общего, если не знать, что за спинами Луиса Штанге и Хуго Шмайссера маячит тень Луиса Шмайссера!

Мы совсем забыли про Фольмера! В годы Первой мировой войны Генрих Фольмер серьезно стал заниматься оружейной тематикой. Первая его военная разработка — бронежилет — была представлена еще до войны, в 1912 году. Но в 1916 году он представил проект ручного пулемета с магазинным питанием. Эта разработка заинтересовала оружейную комиссию, и Фольмер получил контракт на разработку аналогичного узла питания для пулемётов MG 08 и MG 08/15, а также для крупнокалиберного пулемёта MG 18 TUF. В 1918 году он создал довольно оригинальную разработку — барабанный магазин со шланговым питанием для шмайссеровского MP-18.

Проблему «позиционного тупика» блестяще разрешил русский генерал Алексей Брусилов, и безо всяких пистолетов-пулеметов. Но прежде чем в Компьенском лесу будет объявлена передышка для подведения итогов Первой мировой войны и заложены основы для Второй, давайте констатируем один небольшой факт, который имеет прямое отношение к нашей теме. Чего достигли Хуго Шмайссер и Генрих Фольмер к 1918 году?

К этому времени оба достигли возраста Иисуса Христа, то есть того возраста, когда в полной мере раскрываются творческие способности личности. И в общем-то, мы приходим к выводу, что большим разнообразием творчество Хуго Шмайссера не отличается. Все его разработки относятся к оружию, и большое число работ основано на разработках отца. Появление пистолетов-пулеметов — это дело времени, а не научного предвидения или гениального озарения. А вот творчество Генриха Фольмера просто блещет разнообразием — здесь и оружейная тематика, и сельское хозяйство, и машиностроение. Мало того, Генрих Фольмер создал собственное производство и был совершенно независим от Теодора Бергмана!

 



Часть четвертая. Как братья Шмайссеры провели рейдерский захват фирмы герра Хэнеля

 

Первая мировая война закончилась. В далеком алтайском краю, в семье русского крестьянина Тимофея Александровича Калашникова родился 17-й ребенок, которого назвали Мишей, а на военную промышленность Германии опустился огромный медный таз. Потеряв военные контракты, Фольмер занимается всем, что хоть как-то может принести доход. Он занимается машинами для выпуска цепей, фрезерными станками, замками, свечами зажигания и даже мотоплугом. В 1923 году он создает машину для заточки пил, которую назвал «заточным автоматом». Одним словом крутился как мог, поднимал свое дело, зарабатывая и давая заработать другим. Причем работает не только как конструктор, но и как организатор производства. И так до 1929 года, года великой депрессии, поставившей на грань банкротства сотни тысяч предприятий по всему миру.

А чем в это время был занят Шмайссер? По условиям Версальского договора, фирме Бергмана было разрешено выпускать только полицейское оружие. И то в перспективе. В этих условиях, глава фирмы договаривается о лицензионном производстве MP-18 со швейцарской фирмой SIG. И тут следует с виду абсолютно необъяснимый поступок Шмайссера. Он вдруг заявляет, что раз в MP-18 используется два его патента, то Бергман без его согласия не имеет права вести переговоры о производстве со сторонней фирмой. На месте Бергмана, я бы послал Шмайссера подальше возмутился. Но, судя по всему, Шмайссеру просто нужен был повод чтобы уйти. А нужен ли Шмайссер Бергману, если ему запрещено выпускать оружие? Если бы Шмайссер крутился как Фольмер со своими пилами, станками, свечами зажигания, еще куда ни шло. Но у Шмайссера ничего кроме оружия не получается! «Вот и расстались», как пел Боярский.

Шмайссер договаривается с бельгийской фирмой Pieper о лицензионном производстве MP-18 и начинает свой самостоятельный путь. Но у людей, знакомых с делом, сразу возникает вопрос. Невозможно просто продать или получить право на производство. Для производства нужна документация, которая по закону находится на фирме Бергмана и является его собственностью. Размеры деталей, расчеты допусков, режимов обработки, марки сталей. Шмайссер не имея технического образования не мог полностью и по памяти воспроизвести всю конструкторскую и технологическую документацию на оружие, чтобы начать его производство в Бельгии. Кто сказал «украл»?

Ничего странного в том, что конструктор хочет создать фирму со своим именем. Но фирмы с торговой маркой «Шмайссер» на первых порах так и не возникло. Хотя была создана фирма «Industriewerk Auhammer Koch & Co» (Аухаммер Кох). Собственно Кох в этой компании был фабрикантом, то есть человеком ответственным за дело, бизнес. Ну а Co это разумеется два брата — конструктор Хуго и коммерсант Ханс. Как мы уже говорили, ничего кроме оружия из головы Шмайссера не выходило даже на голодный желудок. В 1920 году им был запатентован жилетный пистолетик калибра 6,35мм (тоже с использованием отцовского прототипа). Казалось бы — фабрикант, конструктор и коммерсант - идеальный набор по распределению ролей. Бери кредиты, закупай оборудование, нанимай рабочих, производи продукцию, продавай, возвращай кредиты. Но не получилось. У Фольмера получилось, а у Шмайссеров нет. Способностей для организации собственного производства этих пистолетов у братьев явно не хватало. И тут на сцене возникает Герберг Хэнель.

Несколько слов о герре Хэнеле и его фирме, основанной в 1840 году. Фирма была так же оружейная и страдала из-за Версальского договора наравне со всеми. Внук основателя фирмы Герберг Хэнель был моложе Хуго Шмайссера на 7 лет. Помимо мягкости характера, видимо, отличался отсутствием технической жилки. К рассматриваемому времени фирма Хэнеля осталась без своего главного конструктора и технического директора, поэтому интересы сторон совпали и 11 марта 1921 года договор был заключен. По этому договору Хэнель получал исключительное право на производство карманных пистолетов Шмайссеров, но при этом не имел права производить оружие других марок. Хм.

Карманные пистолеты не выручали фирму Хэнеля. Производство другой продукции — велосипедов, охотничьих и пневматических ружей не находило спроса и было хуже чему конкурентов. Фирма уверено шла к банкротству. И в 1925 году братьями Шмайссерами был осуществлен типичный рейдерский захват фирмы герра Хэнеля. Вот как это происходило.

Как уже говорилось, на фирме Хэнеля не было технического директора. По нашим понятиям, это главный инженер предприятия. Хуго Шмайссер, имеющий опыт технического директора на фирме Бергмана подходил для этой роли как Ли Якокка для Крайслера, то есть идеально. Вот только в отличие от американского менеджера, установившего себе зарплату в один доллар, пока Крайсллер был на грани банкротства, Шмайссеры не стали стесняться. Хуго занял место технического директора, Ханс уселся в кресло коммерческого. Зарплату себе они установили вровень с герром Хэнелем по 900 золотых марок. Кроме того братья получили:

• отчисления за патенты,


• 1/6 долю в капитале фирмы Хэнеля (каждый) и, соответственно, долю в прибыли после выплаты отчислений за патенты


• обязательство поддерживать финансово ту самую фирму Шмайссеров «Industriewerk Auhammer Koch & Co»,


• и самое главное, Шмайссеры получили генеральную доверенность на совершение всех действий от лица фирмы не имея на эту фирму никаких прав и ничем за нее не отвечая! Даже своими патентами, которые были зарегистрированы на новую фирму по производству автомобилей(!) «Братья Шмайссер». Почему не на «Аухаммер Кох»? Да потому, что она была уже доведена славными братьями до банкротства.

 

Я далек от мысли, что герра Хэнеля пытали утюгом или паяльником. Говорят его сестры со слезами на глазах умаляли не соглашаться со Шмайссерами на таких условиях... Ну как? «… и самое главное без особых угрызений совести».

А в это время. Луис Штанге и некоторые другие конструкторы передали права на свои патенты в Рейнтметалл. И не жалели. Штанге, например, на проценты купил себе три дома. И еще земельный участок. Под помидоры.

Ну а что получил герр Хэнель? О! Он получил нечто большее чем право на патенты Шмайссера. Он получил надежду. Надежду на то, что рано или поздно бывший технический директор Бергмана изобретет что-то такое, что найдет спрос и не даст его фирме исчезнуть окончательно.

Часть пятая. Как Шмайссер начинал становиться знаменитым

Техническая справка о жилетном пистолете Шмайссера.

В 1905-1906 годах отец всех автоматических пистолетов и систем оружейной автоматики Джон Мозес Браунинг разработал форм-фактор для малогабаритных карманных пистолетов в лице модели M1906:

С тех пор только ленивый не копировал этот форм-фактор и не пытался внести свой вклад внутрь этого маленького устройства. Менялись расположения пружин, предохранителей, устройства прицела, порядок разборки — с отверткой и без. На все эти вариации получены тонны патентов в разных странах мира.

Не миновала чаша сия и отца и сына Шмайссеров. Папа изменил конструкцию, запатентовал (как водится) и выдал модель Дрейзе M1908. При этом природная скромность не позволила ему писать на заборе «Патент Шмайссер», хотя имел полное право и патент на свое имя:

Сыновья не стали скромничать. Они умудрились внести в это маленькое пространство изменений аж на четыре немецких патента, о чем не преминули уведомить пользователей соответствующей надписью:

Это нормальный эволюционный процесс, когда конструктор, используя модель другого конструктора в качестве прототипа, вносит свои изменения.В конце концов, только потребитель может дать оценку тем решениям, которые он воплотил в металле. Иногда это приносит отличные результаты, как это было с пистолетом Борхарда-Люгера. Но иногда, когда, конструкция уже доведена до совершенства, это превращается в потуги потешить собственное тщеславие «изобретателей» поставив свое имя на изделии, которое и без них уже имеет определенную славу и успех. Это примерно тоже самое, что происходит сейчас с АК-12 , Печенегом, ВС-121. Но у братьев была еще одна цель. Вот так скромно в массовое сознание потребителей начало входить слово Шмайссер. В самом деле, приходишь в магазин и говоришь:

- Гебен зи мир битте аутоматик-пистоле калибер зекс кома фюнф унд драйссих варенцайхнен Хэнель. Их мёхте ди кэтце майне тёща эршиссен... 
Долго и нудно. То ли дело:
- Зи хабен "майссер"? Их мёхте шиссен... Данке шён! 

 
Обратите внимание на созвучие «шмайссер» , «шиссен (стрелять)», «шён (прекрасно, хорошо, красиво)». Коротко и понятно о чем речь. Учитесь маркетологи:

Нехилый закос под изделие уже получившее в гражданском обиходе название "карманный браунинг".
Возможно, в таком подходе есть рациональное зерно, где-то на грани морали. Но вот за такой фокус Хэнель имел полное право заехать Шмайссеру канделябром:

 

По неписанным правилам этикета, на верхней части накладки рукоятки помещалась эмблема торговой марки предприятия выпустившего пистолет. Даже Браунинг не посягнул на святое и на его модели в этом месте красовался товарный знак бельгийской FN. Надпись SCHMEISSER на рукоятке не говорила ни о чем, Такой торговой марки не было.