Зверства российских террористов не перестают ужасать своей жестокостью и изощренностью. Пытки, которым подвергаются как украинские военнослужащие, попавшие в плен, так и мирные жители, не поддаются описанию: голод, холод, жестокое избиение, удары электротоком, выбивание зубов, ломание суставов.Это не досужие выдумки, а подтвержденные фотографиями и медицинскими документами свидетельства пленников, вернувшихся домой.

От того, что изверги сделали с 19-летним Василием Пелишем из Старого Самбора Львовской области, берет оторопь. Парню отрубили топором руку, а потом долго возили на танке по блокпостам, не оказав даже первую медицинскую помощь. Когда же наконец сообразили, что этого «айдаровца» можно обменять на пленных сепаратистов, смилостивились и повезли в больницу. Не дойдя до травматологии, Василий потерял сознание от потери крови ...

«На мне лежал мертвый товарищ, еще трое догорали внутри микроавтобуса»

- Мы стояли в одной из самых горячих точек - под Новосветловкой Луганской области, - рассказывает «ФАКТАМ» Василий Пелиш. - Было невероятно трудно.Больше двух недель наши позиции безостановочно обстреливали из «Градов» и «Ураганов». Даже если наша разведка вычисляла, откуда ведется огонь, это ничего не меняло - мы делали заявку на артиллерию, а артиллерии не было ... Невозможно было дозваться и военно-полевых хирургов, и «скорую помощь».Если нужно было спасать жизнь бойца, приходилось рисковать своей и везти его в медпункт самостоятельно. В тот день, 26 августа, наш товарищ был тяжело ранен в живот - у него уже внутренности вываливались наружу, кожа едва прикрывала рану в брюшной полости. Я и еще трое ребят погрузили раненого в уазик и повезли в Новосветловку, в больницу. Так спешили, что у меня даже не было времени надеть бронежилет.

До больницы мы не доехали - попали в засаду. Причем сначала думали, что это наши ребята стреляют из подствольных гранатометов, приняв нас за сепаратистов. Мне в колено попал осколок. Мы стали кричать, что это свои, продемонстрировали опознавательные знаки. Сначала огонь вроде прекратился, проезжая позицию, я мысленно выдохнул: слава Богу, все позади, едем дальше. Но в этот момент послышался звук, как из пушки - это в нас прицельно, прямой наводкой, влупил танк. Я потерял сознание. Очнулся на земле - нас выбросило из машины. На мне лежал мертвый товарищ, еще трое догорали внутри микроавтобуса. Я был, как еж - весь в осколках.

Окровавленный, обессиленный. Двигаться практически не мог. Но в уазике были гранаты, которые в любой момент могли взорваться. Собрав последние силы, откинул с себя труп и потихоньку отполз подальше от горящего автомобиля. Как я не погиб в этой мясорубке, не взорвался и не сгорел, до сих пор не понимаю.Полежал я на земле, покурил, а потом собрался с мыслями и пошел на позицию, с которой велся огонь. «Ребята, - кричу, - не стреляйте! Я свой, «айдаровец» »« Какой ты ... свой -?. Матом ответили мне И под дулом автомата куда-то повели Вот тогда я понял, что попал к врагам..

Спокойно спросил, будут ли расстреливать. Узнав, что берут в плен, попросил убить прямо здесь и сейчас. В ответ меня повалили на землю и начали бить прикладами и ногами. Кричали, что я фашист, наемник, бандеровец. Других слов они, видимо, не знают. Один из террористов увидел на моей руке татуировку в виде трезубца и надпись «Слава Україні!» Я сделал эту наколку после победы Майдана. В остервенении боевик выхватил топор и отрубил мне руку по самое плечо. После этого меня посадили на танк и долго возили по своим позициям.Кровь из руки хлестала во все стороны. Они что-то кричали, но я не слышал - во-первых, из-за болевого шока, а во-вторых, из-за контузии. Я и теперь не очень хорошо слышу.

Через какое-то время меня показали врачу, который просто перевязал то, что осталось от руки, бинтом, чтобы я не умер от кровопотери. Правда, это не сильно помогло - кровь все равно лилась. Посадили в БМД и повезли в Луганск, в областную больницу. Дойти сам до травматологии я не смог -. В глазах потемнело, потерял сознание и упал 
«Сепаратисты захватывают и волонтеров, и журналистов, и медиков, затем требуют огромные выкупы»

Василия раздели догола, все вещи, вплоть до трусов, отобрали. Несмотря на то что парень себя чувствовал очень плохо и совершенно не мог двигаться, к кровати приставили охранников, которые держали его под прицелом автоматов, ежедневно устраивали допросы и грозили пытками - например, обещали прострелить ноги.

- А вот врачи ко мне относились хорошо, - говорит Василий. - Лечили, ставили капельницы. Влили в меня полтора литра крови - иначе не выжил бы. Жалели даже - по их глазам было видно, что они понимают, как мне трудно. Когда закончится плен, я не знал. Надеялся только, что меня выменяют на кого-то из пленных сепаратистов. И через месяц это, наконец, произошло. Один из их «особистов» пришел и хмуро сказал: «Собирай вещи - и на выход». Из вещей были только резиновые тапки и пижамные штаны, которые дали в больнице. Но это неважно. Меня отвезли в условленное место, где обменяли на вражеских пленных.

- Мы знали, что Василий - без вести пропавший, - рассказал в эфире «Еспресо» Владимир Дидух, председатель благотворительного фонда «Рідна Галичина», помогавший Пелишу освободиться из плена. - Их машину расстреляли, Васины друзья погибли, и никто не знал, куда подевался он сам. С ним не было связи, его искали все - и я, и волонтеры, и командование батальона. Пелиша удалось найти в луганской больнице. Мы с Игорем Радченко (командир подразделения, в котором служил Василий) ездили договариваться, на каких условиях они согласятся отпустить Пелиша. За Васю требовали отдать четырнадцать сепаратистов!

Представляете, какова ценность украинских патриотов по сравнению с их наемниками? Мы даже предлагали обменять Василия на жену одного из российских казачьих атаманов, которая была у нас в плену. Но россияне не согласились. Они меняют пленных, только когда им выгодно. Мы, например, не знаем, как сейчас спасти наших раненых и обгоревших десантников, находящихся в плену. Они герои. И мы будем прилагать все усилия, чтобы их спасти.

Слава Богу, нам удалось обменять Пелиша на брата одного из главарей «ЛНР».На одного, а не на четырнадцать человек. Конечно, когда мы ехали на вражескую территорию, страшно рисковали - ведь террористы могли не сдержать слово и уничтожить нас на месте. Они захватывают и волонтеров, и журналистов, и медиков, затем требуют огромные выкупы - до миллиона долларов. Но, слава Богу, все обошлось - наш герой теперь дома.

* Василия Пелиша удалось обменять на брата одного из главарей «ЛНР» 
Василий Пелиш проходит лечение во Львовском госпитале. Говорит, что его до сих пор мучают фантомные боли в правой руке.

- Но это не помешает мне в ближайшее время вернуться на передовую, - упрямо твердит «айдаровец». - Автомат я, конечно, удержать не смогу, но пистолет в левой руке - запросто. Как получилось, что я остался жив после всех пыток, не знаю. Но раз это произошло, значит, я еще нужен своей стране.

Зверства российских террористов не перестают ужасать своей жестокостью и изощренностью. Пытки, которым подвергаются как украинские военнослужащие, попавшие в плен, так и мирные жители, не поддаются описанию: голод, холод, жестокое избиение, удары электротоком, выбивание зубов, ломание суставов.Это не досужие выдумки, а подтвержденные фотографиями и медицинскими документами свидетельства пленников, вернувшихся домой.

От того, что изверги сделали с 19-летним Василием Пелишем из Старого Самбора Львовской области, берет оторопь. Парню отрубили топором руку, а потом долго возили на танке по блокпостам, не оказав даже первую медицинскую помощь. Когда же наконец сообразили, что этого «айдаровца» можно обменять на пленных сепаратистов, смилостивились и повезли в больницу. Не дойдя до травматологии, Василий потерял сознание от потери крови ...

«На мне лежал мертвый товарищ, еще трое догорали внутри микроавтобуса»

- Мы стояли в одной из самых горячих точек - под Новосветловкой Луганской области, - рассказывает «ФАКТАМ» Василий Пелиш. - Было невероятно трудно.Больше двух недель наши позиции безостановочно обстреливали из «Градов» и «Ураганов». Даже если наша разведка вычисляла, откуда ведется огонь, это ничего не меняло - мы делали заявку на артиллерию, а артиллерии не было ... Невозможно было дозваться и военно-полевых хирургов, и «скорую помощь».Если нужно было спасать жизнь бойца, приходилось рисковать своей и везти его в медпункт самостоятельно. В тот день, 26 августа, наш товарищ был тяжело ранен в живот - у него уже внутренности вываливались наружу, кожа едва прикрывала рану в брюшной полости. Я и еще трое ребят погрузили раненого в уазик и повезли в Новосветловку, в больницу. Так спешили, что у меня даже не было времени надеть бронежилет.

До больницы мы не доехали - попали в засаду. Причем сначала думали, что это наши ребята стреляют из подствольных гранатометов, приняв нас за сепаратистов. Мне в колено попал осколок. Мы стали кричать, что это свои, продемонстрировали опознавательные знаки. Сначала огонь вроде прекратился, проезжая позицию, я мысленно выдохнул: слава Богу, все позади, едем дальше. Но в этот момент послышался звук, как из пушки - это в нас прицельно, прямой наводкой, влупил танк. Я потерял сознание. Очнулся на земле - нас выбросило из машины. На мне лежал мертвый товарищ, еще трое догорали внутри микроавтобуса. Я был, как еж - весь в осколках.

Окровавленный, обессиленный. Двигаться практически не мог. Но в уазике были гранаты, которые в любой момент могли взорваться. Собрав последние силы, откинул с себя труп и потихоньку отполз подальше от горящего автомобиля. Как я не погиб в этой мясорубке, не взорвался и не сгорел, до сих пор не понимаю.Полежал я на земле, покурил, а потом собрался с мыслями и пошел на позицию, с которой велся огонь. «Ребята, - кричу, - не стреляйте! Я свой, «айдаровец» »« Какой ты ... свой -?. Матом ответили мне И под дулом автомата куда-то повели Вот тогда я понял, что попал к врагам..

Спокойно спросил, будут ли расстреливать. Узнав, что берут в плен, попросил убить прямо здесь и сейчас. В ответ меня повалили на землю и начали бить прикладами и ногами. Кричали, что я фашист, наемник, бандеровец. Других слов они, видимо, не знают. Один из террористов увидел на моей руке татуировку в виде трезубца и надпись «Слава Україні!» Я сделал эту наколку после победы Майдана. В остервенении боевик выхватил топор и отрубил мне руку по самое плечо. После этого меня посадили на танк и долго возили по своим позициям.Кровь из руки хлестала во все стороны. Они что-то кричали, но я не слышал - во-первых, из-за болевого шока, а во-вторых, из-за контузии. Я и теперь не очень хорошо слышу.

Через какое-то время меня показали врачу, который просто перевязал то, что осталось от руки, бинтом, чтобы я не умер от кровопотери. Правда, это не сильно помогло - кровь все равно лилась. Посадили в БМД и повезли в Луганск, в областную больницу. Дойти сам до травматологии я не смог -. В глазах потемнело, потерял сознание и упал 
«Сепаратисты захватывают и волонтеров, и журналистов, и медиков, затем требуют огромные выкупы»

Василия раздели догола, все вещи, вплоть до трусов, отобрали. Несмотря на то что парень себя чувствовал очень плохо и совершенно не мог двигаться, к кровати приставили охранников, которые держали его под прицелом автоматов, ежедневно устраивали допросы и грозили пытками - например, обещали прострелить ноги.

- А вот врачи ко мне относились хорошо, - говорит Василий. - Лечили, ставили капельницы. Влили в меня полтора литра крови - иначе не выжил бы. Жалели даже - по их глазам было видно, что они понимают, как мне трудно. Когда закончится плен, я не знал. Надеялся только, что меня выменяют на кого-то из пленных сепаратистов. И через месяц это, наконец, произошло. Один из их «особистов» пришел и хмуро сказал: «Собирай вещи - и на выход». Из вещей были только резиновые тапки и пижамные штаны, которые дали в больнице. Но это неважно. Меня отвезли в условленное место, где обменяли на вражеских пленных.

- Мы знали, что Василий - без вести пропавший, - рассказал в эфире «Еспресо» Владимир Дидух, председатель благотворительного фонда «Рідна Галичина», помогавший Пелишу освободиться из плена. - Их машину расстреляли, Васины друзья погибли, и никто не знал, куда подевался он сам. С ним не было связи, его искали все - и я, и волонтеры, и командование батальона. Пелиша удалось найти в луганской больнице. Мы с Игорем Радченко (командир подразделения, в котором служил Василий) ездили договариваться, на каких условиях они согласятся отпустить Пелиша. За Васю требовали отдать четырнадцать сепаратистов!

Представляете, какова ценность украинских патриотов по сравнению с их наемниками? Мы даже предлагали обменять Василия на жену одного из российских казачьих атаманов, которая была у нас в плену. Но россияне не согласились. Они меняют пленных, только когда им выгодно. Мы, например, не знаем, как сейчас спасти наших раненых и обгоревших десантников, находящихся в плену. Они герои. И мы будем прилагать все усилия, чтобы их спасти.

Слава Богу, нам удалось обменять Пелиша на брата одного из главарей «ЛНР».На одного, а не на четырнадцать человек. Конечно, когда мы ехали на вражескую территорию, страшно рисковали - ведь террористы могли не сдержать слово и уничтожить нас на месте. Они захватывают и волонтеров, и журналистов, и медиков, затем требуют огромные выкупы - до миллиона долларов. Но, слава Богу, все обошлось - наш герой теперь дома.

* Василия Пелиша удалось обменять на брата одного из главарей «ЛНР» 
Василий Пелиш проходит лечение во Львовском госпитале. Говорит, что его до сих пор мучают фантомные боли в правой руке.

- Но это не помешает мне в ближайшее время вернуться на передовую, - упрямо твердит «айдаровец». - Автомат я, конечно, удержать не смогу, но пистолет в левой руке - запросто. Как получилось, что я остался жив после всех пыток, не знаю. Но раз это произошло, значит, я еще нужен своей стране.