Истинное богопочитание и трансформация иудаизма
Для начала я скажу пару слов о том, для кого и для чего я пишу этот очерк: главным образом, я обращаюсь к обманутым людям, которые всё ещё верят, будто сегодняшний иудаизм является логическим продолжением веры Адама, Авраама, Исаака, Иакова и Моисея. То есть, я обращаюсь к той части еврейской аудитории, которая, с одной стороны, не изверилась ещё до полного атеизма, а с другой – не готова пока сознательно поклониться сатане, врагу Бога и человеков. К тем десяткам или даже сотням тысяч евреев, на которых сегодня преимущественно обращена работа так называемых национально-культурных фондов, еврейских школ, университетов и синагогиальных общин, им же несть числа. Увы, мы в большом долгу перед современниками-евреями, поскольку наша критика сегодняшнего иудаизма ориентирована преимущественно не на еврейскую, а на русскую аудиторию, а потому и задачу свою такая критика видит, по большей части, не в обретении погибших овец дома Израилева, а в призывах к бдительности. Призывов бессильных и бессмысленных, кстати, поскольку бдительность – атрибут скорее политического бытия, нежели религиозного. Сила же наша – есть сила Божия, а не сила политическая.
Евреи – такие же люди, как и мы, они точно так же могут оказаться обречёнными на вечную погибель, и мы не должны смотреть с равнодушием на то, как стаи стервятников-люцифериан терзают их разлагающиеся от безбожия души. Мы можем и должны спасти хотя бы некоторых. И ради этих некоторых, в частности, я принимаюсь за рассказ о стезях Божиих в падшем мире.
Есть другая категория гибнущих душ, которым может оказаться полезным знакомство с собранными здесь сведениями и выводами. Это те потерявшиеся соотчичи, которые говорят: ваше православие появилось совсем недавно, а язычество существует многие сотни тысяч лет; как может быть правдой то, что вы нам проповедуете!
Для православного человека история минувших веков ясна и прозрачна. Безверам всё вокруг представляется до крайности запутанным. Я помогу разобраться в этой путанице тем, кто ещё способен воспринять что-то, кроме бесконечных отражений собственных помышлений; людям, не потерявшим вменяемости. Остальным – да поможет Бог!
1. От Адама до Ноя.
Господам Дарвину и Энгельсу мы преимущественно обязаны распространённым верованием в то, что человек, происходя от животных, совершил в своём общественном и интеллектуальном развитии путь от примитивного - к сложному, от низкого - к высокому. Был де сначала первобытнообщинный строй. Тут и промискуитет, и общественные формы собственности на всё, и неудобные орудия труда, и экстремальная охота на мамонтов с последующим обязательным обжорством, ну и анимистические верования, плюс всякие там тотемы и табу,- такую безотрадную картинку нам вложили в сознание с детства.
Дальше, нам говорят, постепенно стали образовываться государства. Тут уже наблюдаются всё усложняющиеся системы управления, разнообразные имущественные отношениями, а главное - всё более усложняющиеся формы поклонения богам, всякие разновидности язычества. Из таких языческих культов, якобы, выкристаллизовалась со временем идея единобожия.
Постарайтесь выкинуть из головы весь этот бред. История человеческого общества выглядит совершенно иначе. Антропоцентрическая схема Дарвина-Энгельса была создана с единственной целью: пошатнуть христианский взгляд на историю человечества.
Такая схема, увы, по сей день является господствующей в так называемом светском образовании, несмотря даже на то, что научные факты скорее опровергают, нежели подтверждают теорию биологической эволюции Дарвина и социальной эволюции Энгельса.
Я не имею ни желания, ни возможности вести здесь научную полемику с эволюционистами, а главное – не вижу смысла. Есть обширный пласт специальной литературы, имеющей предметом опровержение положений эволюционизма с позиций логики, физики, теории информации, палеонтологии, археологии и смежных дисциплин. Ищущий обрящет. Я же просто изложу, как умею, альтернативный эволюционизму взгляд на нашу историю.
Итак, из Библии мы знаем, что первый человек, сотворённый Богом, изначально имел возможность общаться с Творцом примерно так же, как мы общаемся с начальством на работе или как дети общаются со своими родителями. С той, разве, разницей, что у Бога не бывает дурного расположения духа.
Понятие об истинном богопочитании, основанное на личном опыте богообщения, Адам передал своим детям, появившимся на свет после грехопадения. А те передали эти знания адамовым внукам и так далее. Впрочем, уже в первом поколении Адамовых потомков проявилась вопиющая неспособность падшего человека строить свои отношения с окружающим миром в соответствии с волей Творца: Каин убивает своего брата Авеля из пустой зависти.
Знания о Боге, полученные от Адама, раньше всего стали путаться и забываться именно в роду Каина, который после убийства брата стал изгнанником, как и его ближайшее потомство.
Оторванные от остального человечества, эти люди погрязли в тяжких преступлениях и устремили свой ум к земному преуспеянию. Именно в их среде богопочитание быстро трансформировалось в суеверия и бесопоклонничество, когда под именем богов люди начинают служить окружающим их демоническим сущностям.
Увы, не только потомки убийцы-Каина, но и все вообще люди оказались ближе по своим наклонностям к бесам, нежели к Богу и ангелам. А потому древнейшее человечество вскоре отступило от заветов общего предка Адама и с готовностью приняло верования «прогрессивных» и зажиточных потомков Каина. Истинное богопочитание, культ Единого Бога сохранился в чистом виде лишь в роду сына Адамова Сифа. Перечислим имена этих великих подвижников благочестия: Сиф – Енос – Каинан – Малелеил – Иаред – Енох – Мафусал – Ламех – Ной.
Во времена Ноя случился Всемирный потоп, уничтоживший первое, древнейшее человечество, получившее в античных преданиях имя атлантов. Атланты эти, кстати, выступают в преданиях вовсе не первобытными дикарями, а носителями высокой культуры, хранителями обширных научных и оккультных познаний. Их эпоха именуется у античных авторов Золотым веком.
Но для нас важнее всего другое. Во-первых, Библия сообщает нам, что культ единого Божества появился вместе с человеческим родом, а не в результате длительной общественной эволюции.
Во-вторых, не язычество стало «колыбелью» веры в Единого Бога, а напротив, само язычество появилось в итоге угасания памяти об Истинном Боге. Более примитивные, тотемные и анимистические верования появились ещё позже, как результат полного одичания и морально-нравственной деградации отдельных частей человеческого рода. Пример этого мы увидели в нашей стране в годы Советской власти, когда под названием атеистической идеологии нам привили примитивный культ природы и человека. Оторванное искусственно от Бога, поколение 70-х с великим энтузиазмом погрузилось в пантеистические верования, в грубые суеверия и в спиритизм. То есть, под влиянием богоборцев, наше общество повторило многократно наблюдавшийся в истории путь духовного одичания.
2. От Ноя до Христа
Можно с полным основанием говорить, что современное человечество произошло от Ноя, потому что всё остальное Адамово племя погибло в волнах Всемирного потопа. Благодаря этому катаклизму, православное (в широком смысле слова) почитание Единого Бога не исчезло окончательно, как это очень скоро могло бы произойти среди морального разложения, царившего в обществе атлантов.
Итак, Ной сохранил благочестие предков и передал поклонение Единому Богу своим потомкам. К сожалению, тут отчасти повторилась история первых людей, населивших землю до потопа: численность населения быстро росла и люди в большинстве своём забывали веру праотца Ноя, вступали в общение с демоническими силами и скоро превращались в язычников. Снова возникла ситуация, когда истинная вера могла попросту исчезнуть с лица земли. Только прямые потомки сына Ноева Сима сохраняли в среде своей изначальное Православие.
Для того, чтобы не возникло необходимости вторично истребить людей, отрекшихся от своего Творца, Бог произвел от ветхозаветного патриарха Авраама новый народ, призванный стоять в истине, нести веру в Истинного Бога до прихода в мир Мессии, Сына Божия. Это было давно, несколько тысяч лет назад.
Новый народ назывался народом Израиля по имени Авраамова внука. Позже представителей этого народа стали именовать еще и евреями в честь Евера, одного из предков Авраама (Евер был правнуком Сима, родоначальника всех семитских народов; о родстве Евера и Авраама Библия сообщает следующее: "Евер жил тридцать четыре года и родил Фалека. По рождении Фалека Евер жил четыреста тридцать лет и родил сынов и дочерей [и умер]. Фалек жил тридцать лет и родил Рагава. По рождении Рагава Фалек жил двести девять лет и родил сынов и дочерей [и умер]. Рагав жил тридцать два года и родил Серуха. По рождении Серуха Рагав жил двести семь лет и родил сынов и дочерей [и умер]. Серух жил тридцать лет и родил Нахора. По рождении Нахора Серух жил двести лет и родил сынов и дочерей [и умер]. Нахор жил двадцать девять лет и родил Фарру. По рождении Фарры Нахор жил сто девятнадцать лет и родил сынов и дочерей [и умер]. Фарра жил семьдесят лет и родил Аврама[1], Нахора и Арана").
Таким образом, не совсем точно было бы называть евреев народом, избранным Богом. Это народ, созданный Богом для служения Ему в любых, даже в нечеловечески тяжёлых условиях. Несмотря ни на какие препятствия.
Для выполнения такой задачи народ Израиля должен был обладать невероятной стойкостью, невероятным упорством, даже упрямством; и всё это должно сочетаться с полной покорностью Божией воле. Свойства, трудно уживающиеся в рамках одной личности. В этой противоречивости внутренних свойств, вероятно, берут начало бесчисленные проблемы, возникавшие в среде сынов Израиля на всех этапах их истории. И именно эти свойства, получившие с некоторых пор дурное применение, создают столько проблем христианским народам.
Для того, чтобы народ Израиля не сбился с пути, к которому он был призван Богом, ему через пророка Моисея дано было своего рода практическое руководство по устройству общественной, религиозной и частной жизни - Закон (по-еврейски - Тора). Основу Закона составляли десять заповедей. К этим заповедям были присоединены довольно подробные инструкции, конкретизирующие требования основных заповедей.
Эти заповеди представляют собой неизменную волю Божию, которой мы должны стремиться соответствовать, поэтому приведу их здесь (в русском переводе):
1) Я Господь, Бог твой, Который вывел тебя из земли Египетской, из дома рабства; да не будет у тебя других богов пред лицем Моим.
2) Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже земли; не поклоняйся им и не служи им, ибо Я Господь, Бог твой, Бог ревнитель, наказывающий детей за вину отцов до третьего и четвертого рода, ненавидящих Меня, и творящий милость до тысячи родов любящим Меня и соблюдающим заповеди Мои.[3]
3) Не произноси имени Господа, Бога твоего, напрасно, ибо Господь не оставит без наказания того, кто произносит имя Его напрасно.
4) Помни день субботний, чтобы святить его; шесть дней работай и делай [в них] всякие дела твои, а день седьмой - суббота Господу, Богу твоему: не делай в оный никакого дела ни ты, ни сын твой, ни дочь твоя, ни раб твой, ни рабыня твоя, ни [вол твой, ни осел твой, ни всякий] скот твой, ни пришлец, который в жилищах твоих; ибо в шесть дней создал Господь небо и землю, море и все, что в них, а в день седьмой почил; посему благословил Господь день субботний и освятил его[4].
5) Почитай отца твоего и мать твою, [чтобы тебе было хорошо и] чтобы продлились дни твои на земле, которую Господь, Бог твой, дает тебе.
6) Не убивай.
7) Не прелюбодействуй.
8) Не кради.
9) Не произноси ложного свидетельства на ближнего твоего.
10) Не желай дома ближнего твоего; не желай жены ближнего твоего, [ни поля его,] ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, [ни всякого скота его,] ничего, что у ближнего твоего.
Остальные заповеди, конкретизирующие десять основных, представляют собою то, что мы сегодня назвали бы уголовным, гражданским, трудовым, моральным и пр. кодексами.
Для иллюстрации приведу несколько небольших примеров.
Из "уголовного права":
- Отцы не должны быть наказываемы смертью за детей, и дети не должны быть наказываемы смертью за отцов; каждый должен быть наказываем смертью за свое преступление.
- Кто украдет человека [из сынов Израилевых] и [поработив его] продаст его, или найдется он в руках у него, то должно предать его смерти.
- Кто злословит отца своего, или свою мать, того должно предать смерти.
- Когда ссорятся [двое], и один человек ударит другого камнем, или кулаком, и тот не умрет, но сляжет в постель, то, если он встанет и будет выходить из дома с помощью палки, ударивший [его] не будет повинен смерти; только пусть заплатит за остановку в его работе и даст на лечение его.
- Если кто украдет вола или овцу и заколет или продаст, то пять волов заплатит за вола и четыре овцы за овцу.
Из "гражданского кодекса":
- Один суд должен быть у вас, как для пришельца, так и для туземца; ибо Я Господь, Бог ваш.
- Если кто отдаст ближнему своему осла, или вола, или овцу, или какой другой скот на сбережение, а он умрет, или будет поврежден, или уведен, так что никто сего не увидит,- клятва пред Господом да будет между обоими в том, что взявший не простер руки своей на собственность ближнего своего; и хозяин должен принять, а тот не будет платить; а если украден будет у него, то должен заплатить хозяину его; если же будет зверем растерзан, то пусть в доказательство представит растерзанное: за растерзанное он не платит.
- Если кто займет у ближнего своего скот, и он будет поврежден, или умрет, а хозяина его не было при нем, то должен заплатить; если же хозяин его был при нем, то не должен платить; если он взят был в наймы за деньги, то пусть и пойдет за ту цену.
Из "семейного кодекса":
- Никто ни к какой родственнице по плоти не должен приближаться с тем, чтобы открыть наготу.
- Если кто-нибудь встретится с девицею необрученною, и схватит ее и ляжет с нею, и застанут их, то лежавший с нею должен дать отцу отроковицы пятьдесят [сиклей] серебра, а она пусть будет его женою, потому что он опорочил ее; во всю жизнь свою он не может развестись с нею.
- Если кто переспит с женщиною, а она раба, обрученная мужу, но еще не выкупленная, или свобода еще не дана ей, то должно наказать их, но не смертью, потому что она несвободная: пусть приведет он Господу ко входу скинии собрания жертву повинности, овна в жертву повинности своей; и очистит его священник овном повинности пред Господом от греха, которым он согрешил, и прощен будет ему грех, которым он согрешил.
- Если кто возьмет жену и сделается ее мужем, и она не найдет благоволения в глазах его, потому что он находит в ней что-нибудь противное, и напишет ей разводное письмо, и даст ей в руки, и отпустит ее из дома своего, и она выйдет из дома его, пойдет, и выйдет за другого мужа, но и сей последний муж возненавидит ее и напишет ей разводное письмо, и даст ей в руки, и отпустит ее из дома своего, или умрет сей последний муж ее, взявший ее себе в жену,- то не может первый ее муж, отпустивший ее, опять взять ее себе в жену, после того как она осквернена, ибо сие есть мерзость пред Господом [Богом твоим], и не порочь земли, которую Господь Бог твой дает тебе в удел.
- Если кто взял жену недавно, то пусть не идет на войну, и ничего не должно возлагать на него; пусть он остается свободен в доме своем в продолжение одного года и увеселяет жену свою, которую взял.
Из "морального кодекса":
- Пришельца не притесняй и не угнетай его, ибо вы сами были пришельцами в земле Египетской.
- Ни вдовы, ни сироты не притесняйте; если же ты притеснишь их, то, когда они возопиют ко Мне, Я услышу вопль их, и воспламенится гнев Мой, и убью вас мечом, и будут жены ваши вдовами и дети ваши сиротами.
- Если дашь деньги взаймы бедному из народа Моего, то не притесняй его и не налагай на него роста.
- Никто не должен брать в залог верхнего и нижнего жернова, ибо таковой берет в залог душу.
- Когда будете жать жатву на земле вашей, не дожинай до края поля твоего, и оставшегося от жатвы твоей не подбирай, и виноградника твоего не обирай дочиста, и попадавших ягод в винограднике не подбирай; оставь это бедному и пришельцу.
Дух злобы нашёптывает некоторым сектантам, что Закон Моисеев – дикий и жестокий. Обычно ссылаются на норму «Око за око, зуб за зуб». Люди, высказывающие такое суждение, не понимают, что эта заповедь не призывает к мщению, а ограничивает произвол при назначении наказаний. В современном праве аналогичная норма существует под названием «принцип справедливости». Эта норма устанавливает, что наказание должно соразмеряться с тяжестью преступления. Для того чтобы понять, насколько благ и возвышен ветхозаветный Закон, думаю, вполне достаточно приведённых мною примеров.
Народ еврейский и их цари часто отступали от Закона Моисеева, перенимая языческие верования окружающих народов. Но, так или иначе, историческая задача, поставленная перед сынами Израилевыми, оказалась выполнена: ко времени вочеловечения Мессии-Христа истинное богопочитание не угасло, хоть и было подчас загрязнено чуждыми элементами. Именно против этих уклонений от Закона, была в значительной степени направлена проповедь Иисуса Христа (другой, и наиглавнейшей, частью проповеди было благовестие о приближении Царства Божия, то есть о пришествии Христа-Мессии).
4. Предпосылки и начало трансформации еврейского религиозного сознания.
Вот как описывал историю отступничества еврейских религиозных лидеров от Бога (так называемую «Тайну беззакония»), ныне почивший митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн (Снычёв): «Истоки "тайны беззакония" коренятся в седой древности. Ее отправной точкой являются события внешне мало значительные - в VIII и VII веках до Р. Х. под ударами Ассирии и Вавилона пали маленькие ближневосточные царства Израильское (в 727 г. до Р. Х.) и Иудейское (в 606 г. до Р. Х.). Лишившись независимости и превратно истолковав священные книги, часть религиозных сект Израиля и Иудеи связали свои надежды на восстановление государственности c пришествием Мессии - царя Израильского, который соделает их rocподами мира. Считая себя народом, якобы избранным Богом, для господства, они ревниво оберегали свою национально-религиозную "исключительность". Закоснев в ожидании Мессии как политического и военного лидера, эти люди отвергли истинного Мессию - Иисуса Христа, пришедшего в мир с проповедью покаяния и любви[5]» (статья «Тайна беззакония», впервые опубликована в газете «Советская Россия» в 1993 году).
Владыка Иоанн очень ярко и точно набросал в этих строках общую картинку. Попробуем наполнить её некоторыми деталями.
Итак, самой очевидной предпосылкой к отступничеству стало близкое соседство языческих народов. Опасность заражения язычеством сынов Израиля была настолько велика, что Закон прямо запрещал брать жён из окрестных языческих племён и смертью карал отступников от ветхозаветного Православия, возлагая на самых близких обязанность побивать такого преступника камнями: если любовь к Богу у члена Церкви не выше земных привязанностей, значит он уже отступил от Бога в душе своей, и сам должен быть подвергнут наказанию. Такова была цена исторического служения сынов Авраама, Исаака и Иакова.
И тем не менее, языческие верования и идолопоклонство успели пустить свои корни в среде избранного народа. И произошло это, как нередко бывает, через верховную государственную власть, то есть через людей, которых не так просто призвать к ответу за нарушение Закона.
Как уже говорилось, цари Израильского и Иудейского царств то и дело впадали в язычество. Порой они даже устраивали капища бесовские в Храме Божием, приучая к нечестию и ветхозаветное священство. Были страшные периоды, когда казалось, что силы ада торжествуют и с истинным богопочитанием покончено навсегда. Можно вспомнить в качестве примера яркий эпизод, описанный в 19-й главе 3-й Книги Царств, когда пророк Илия Фесвитянин обращается к Богу со словами глубокой скорби:
«И был к нему голос и сказал ему: что ты здесь, Илия? Он сказал: возревновал я о Господе Боге Саваофе, ибо сыны Израилевы оставили завет Твой, разрушили жертвенники Твои и пророков Твоих убили мечом; остался я один, но и моей души ищут, чтоб отнять ее. И сказал ему Господь: пойди обратно своею дорогою чрез пустыню в Дамаск, и когда придешь, то помажь Азаила в царя над Сириею, а Ииуя, сына Намессиина, помажь в царя над Израилем; Елисея же, сына Сафатова, из Авел-Мехолы, помажь в пророка вместо себя; кто убежит от меча Азаилова, того умертвит Ииуй; а кто спасется от меча Ииуева, того умертвит Елисей. Впрочем, Я оставил между Израильтянами семь тысяч [мужей]; всех сих колени не преклонялись пред Ваалом, и всех сих уста не лобызали его» (стихи 13-18).
Отрицательные подвижки, возникшие в религиозном сознании некоторых частей ветхозаветного священства в пору разделения еврейских царств, были двух, внешне ничем не связанных, родов. Первая из них возникла в прямой связи с языческим влиянием и заключалась в тайном приобщении к занятиям оккультизмом; в частности – к усиленному постижению теории и практики магии.
Вторая подвижка, казалось бы, коренилась в стремлении противодействовать влиянию язычества, углублять благочестие. Дело в том, что Законом запрещались одни действия и предписывались другие. Формалисты делали вывод: чем более полно внешнее поведение человека соответствует нормам Закона, тем более этот человек праведен, тем более угоден он Богу. Из этого вывода произросло не только пресловутое лицемерие фарисеев, которые, по слову Спасителя, были подобны окрашенным гробам: хороши снаружи, но внутри полны всякой нечистоты. Из этого же вывода вырастали толкования Закона, вырабатывавшие всё более жёсткие требования к поведению верующих. Именно об этих многочисленных толкованиях говорил Иисус Христос несколько сотен лет спустя: «И вам, законникам, горе, что налагаете на людей бремена неудобоносимые, а сами и одним перстом своим не дотрагиваетесь до них» (Евангелие от Луки, глава 11, стих 46). Такой формалистический подход, когда смысл духовной жизни видели в особо изощрённом выполнении требований Закона, приводил порой к немалой путанице, когда толкования одной заповеди вступали в противоречия с другой заповедью и в итоге их столкновения приходилось вырабатывать дополнительную норму, регламентирующую порядок применения противоречивых требований.
Бог устами пророка Исайи ещё во времена Ахаза, царя Иудейского, обличал и тайных оккультистов, и формалистов-начётников, уподобляя их пьяницам, одуревшим от вина:
«Им говорили: `вот - покой, дайте покой утружденному, и вот - успокоение'. Но они не хотели слушать. И стало у них словом Господа: заповедь на заповедь, заповедь на заповедь, правило на правило, правило на правило, тут немного, там немного, - так что они пойдут, и упадут навзничь, и разобьются, и попадут в сеть и будут уловлены. Итак слушайте слово Господне, хульники, правители народа сего, который в Иерусалиме. Так как вы говорите: `мы заключили союз со смертью и с преисподнею сделали договор: когда всепоражающий бич будет проходить, он не дойдет до нас, - потому что ложь сделали мы убежищем для себя, и обманом прикроем себя'. Посему так говорит Господь Бог: вот, Я полагаю в основание на Сионе камень, - камень испытанный, краеугольный, драгоценный, крепко утвержденный: верующий в него не постыдится. И поставлю суд мерилом и правду весами; и градом истребится убежище лжи, и воды потопят место укрывательства. И союз ваш со смертью рушится, и договор ваш с преисподнею не устоит. Когда пойдет всепоражающий бич, вы будете попраны» (Книга пророка Исаии, глава 28, стихи 12-18).
Опасности, связанные с языческим влиянием, особенно усилились, когда земли, населённые евреями, оказались под властью мощных языческих империй. Силы евреев и их поработителей были настолько неравны, что единственную надежду на освобождение можно было возлагать на чаемого Мессию-Христа. Именно тогда, как и писал владыка Иоанн (Снычёв), в среде религиозных лидеров утвердилось представление о Мессии, как о могучем царе, который победит все языческие державы, принудит народы оставить идолов и покланяться Истинному Богу, а евреям обеспечит беззаботную жизнь и господствующее положение на планете. Постепенно такая трактовка роли Мессии распространилась и в простом народе, став общепринятой. Народ Израиля до поры даже не отдавал себе отчёта в том, насколько такой мечтательностью приблизил себя к идолопоклонникам: подобно тем, служение Царству Божиему сыны Израилевы променяли на политиканство, на служение похотям мира сего.
С грустью хочу сказать, что опыт ветхозаветной церкви ничему не учит сынов церкви сегодняшней. Наше нынешнее состояние разительно напоминает то, о чём я повествовал здесь: с одной стороны мы имеем масонствующих церковных либералов, с другой – якобы ревнителей чистоты Православия, которые затевают непотребную возню вокруг электронных карт, взаимоотношений священноначалия и правительства, реставрации монархии и тому подобных политических вопросов.
В самом деле, чем отличается агитатор, требующий, чтобы архиерейский собор разругался в пух и прах с нынешними безбожными властями, от зилотов, посвятивших свою жизнь бессмысленной борьбе с римским владычеством? Даже аргументы те же: кто мирится с властью безбожников, отступает от Бога. Да, мы, подобно Израилю первого века, находимся под игом жестоких язычников-масонов, и было бы просто замечательно – воротиться под руку православных самодержцев. Но разве должны мы в такой ситуации руководствоваться принципом «чем хуже, тем лучше»? Вся Библейская история и книги пророческие говорят нам о том, что внешнее благополучие отдельного человека и целого народа зависит от внутреннего его состояния, а не наоборот. Поэтому, если хотим мы от ига люциферианского избавиться и зажить по-божьи, надо не публичные истерики закатывать, а обратиться внутрь себя, стать достойными Божией милости. Как ответил Господь наш Иисус Христос тем, кто надеялся внешними делами угодить Богу? Правильно!
- Фарисей слепой! очисти прежде внутренность чаши и блюда, чтобы чиста была и внешность их (Евангелие от Матфея глава 23 стих 26).
Так и будем поступать, и не забудем притом исторического урока: как в древней церкви, так и сегодня оккультисты и «ревнители», при всей их кажущейся взаимной неприязни, согласно влекут народ православный в пропасть богоотступничества. Огради нас Господь от такой беды!
5. Отвержение Мессии и прямые следствия этого несчастья.
Проблемы, возникавшие в ветхозаветной церкви, пока ещё не нарушали её самоидентичность, хоть и влияли катастрофически на духовное состояние отдельных её членов. Даже не самые достойные личности, занимая высокие церковные посты, получали через своё положение в иерархии дары от Бога. Помните, в Евангелии от Иоанна имеются такие знаменательные слова о Каиафе, неправедно осудившем на смерть Христа: «Один же из них, некто Каиафа, будучи на тот год первосвященником, сказал им: вы ничего не знаете, и не подумаете, что лучше нам, чтобы один человек умер за людей, нежели чтобы весь народ погиб. Сие же он сказал не от себя, но, будучи на тот год первосвященником, предсказал, что Иисус умрет за народ, и не только за народ, но чтобы и рассеянных чад Божиих собрать воедино» (глава 11, стихи 49-52).
Таким образом, от Православия иудейская церковь отпала лишь после того, как Иисус был предан на смерть. Да и то, смею полагать, не сразу: некоторое время по Воскресении Христовом Его ученики во главе с апостолами продолжали посещать Иерусалимский Храм и признавать совершающиеся там службы богоугодными. Только окончательный и бесповоротный разрыв с христианами привел к отпадению иудаизма от Бога и Церкви. И вот это стало настоящей духовной катастрофой для тех евреев, которые ушли в раскол вслед за своими духовными лидерами, отвергли своего Мессию и сделались богоотступниками.
Думаю, не лишним будет вспомнить, как именно сотворилось это страшное дело, почему многие из народа и подавляющее большинство духовных вождей не признали в Иисусе из Назарета истинного мессию.
Хочу напомнить знаменательный эпизод из шестой главы Евангелия от Иоанна: «Тогда люди, видевшие чудо, сотворенное Иисусом, сказали: это истинно Тот Пророк, Которому должно придти в мир. Иисус же, узнав, что хотят придти, нечаянно взять его и сделать царем, опять удалился на гору один» (стихи 14-15).
Здесь мы видим, как Иисус сознательно избегал политической власти, то есть не желал исполнять ту самую роль, которую, по общепринятому заблуждению, должен был взять на себя Мессия. Чуть позже, в беседе о Хлебе, сходящем с небес, Спаситель попытался раскрыть перед народом истинное своё значение, как примирителя рода человеческого с Богом: не политическую власть римлян пришёл он низвергнуть, но власть греха над всяким верующим в Него. Народ, не желавший расставаться со своими иллюзиями, не принял вразумления. Реакция их была вполне предсказуема: «С этого времени многие из учеников Его отошли от Него и уже не ходили с Ним» (Евангелие от Иоанна, глава 6, стих 66).
Подобная ситуация возникла и с духовными вождями народа. В их представлении Мессия должен был объявить о себе перед первосвященниками, дать соответствующие случаю знамения, а те, в свою очередь, рассмотрев личность претендента и все обстоятельства дела, вынесли бы вердикт, благословили бы претендента на царство, возвели в ранг Мессии. Такое поведение было бы вполне логичным для будущего политического лидера, и многие лжемессии, появлявшиеся в среде евреев, начиная с Бар-Кохбы, поступали подобным образом и заручались самой влиятельной поддержкой. Иисус ничего подобного не делал. Он совершал величайшие знамения, проповедовал Царство Небесное, но не приходил в Синедрион с претензиями на верховную власть. Такое поведение сбивало с толку. Проиллюстрирую свои слова ещё одним эпизодом из Евангелия от Иоанна: «Настал же тогда в Иерусалиме праздник обновления, и была зима. И ходил Иисус в храме, в притворе Соломоновом. Тут Иудеи обступили Его и говорили Ему: долго ли Тебе держать нас в недоумении? если Ты Христос, скажи нам прямо. Иисус отвечал им: Я сказал вам, и не верите; дела, которые творю Я во имя Отца Моего, они свидетельствуют о Мне. Но вы не верите, ибо вы не из овец Моих, как Я сказал вам» (глава 10, стихи 22-26).
Вожди Израиля готовы были принять Иисуса, как Мессию, но Его поведение было поведением Спасителя, а не царя. Нужды в Спасителе иудеи в основной массе своей не испытывали.
Аллегорически, но очень точно и ярко описана причина неприятия Христа иудеями в романе «Агасфер» писателя-богоборца Стефана Гейма. Я приведу здесь отрывок из пятой главы романа. В этом отрывке автор рисует фантастическую интерпретацию евангельского эпизода – искушения в пустыне. По замыслу писателя, в качестве духа-искусителя выступает падший ангел Агасфер, который в романе подан, как персонифицированный образ еврейского народа. Вот этот текст:
«Мое сердце склонилось к тебе, когда ты был один в пустыне, когда я подошел к тебе, а ты спросил: Что ты за ангел? И я ответил: Я — Агасфер, один из поверженных. А ты сказал: Мой Отец небесный примет тебя к Себе.
Но Он — не есть Бог любви. Он — Вселенная, которой неведомы чувства, в ней существуют лишь хоры светил, силы притяжения и орбиты вращения. Всего этого реббе Йошуа знать не желает, зато он верует, что когда он вышел из вод Иордана и Иоанн Креститель принял его, то с небес был людям глас глаголющий: Сей есть Сын Мой Возлюбленный, в Котором Мое Благоволение.
Ах, каким он был тогда, в пустыне; кругом лишь сухой терн и голые камни. Волосы его были запорошены песком, нанесенным ветрами, живот распух от голода, острые колени, кажется, вот‑вот прорвут кожу, а срам под лохмотьями на чреслах посинел, будто червяк. Но глаза его горели, как у человека, который видел видения, он сказал мне: Ко мне приходил некто, он взял меня за руку, отвел в Ерушолаим, святой город, там поставил на крыле храма, на самый верх, и молвил: Если ты Сын Божий, бросься вниз; ибо написано: «Ангелам Своим заповедает о Тебе, и на руках понесут Тебя, да не преткнешься о камень ногою Твоею». И мне представилось, как я лечу над городом, а народ, выбежавший на улицы, и книжники, и солдаты — все смотрят наверх, видят меня, ликуют и кричат: «Осанна!»
Однако ты не бросился вниз, реббе Йошуа, сказал я. Почему?
Он погладил жидкую бороду сухими и грязными пальцами, качнул головой: Потому что написано также: «Не искушай Господа Бога твоего».
Я присел к нему, обнял его за плечи и сказал: Я знаю, кто приходил к тебе, кто взял тебя за руку, отвел тебя в святой город и поставил на крыло храма; если бы ты бросился вниз, то упал бы во двор под ноги торговцам и разбился. А так ты остался жив, реббе Йошуа, от тебя исходит свет большой надежды. Пойдем со мной, я покажу тебе твой мир.
Я отвел его на высокую гору, откуда показал ему все царства мира, в каждом из которых творится своя несправедливость, здесь у вдов и сирот забирают последний кусок хлеба, там бросают людей на съедение львам и другим хищным зверям, да еще смеются, в иных местах певцу приходится воспевать властителя, а крестьянину — самому тянуть свою соху, и всюду сильные угнетают, притесняют, унижают слабых.. Поэтому я сказал ему: Если ты впрямь Сын Божий, посмотри, мудро ли устроил мир твой Отец, возьми дело в свои руки, переверни все снизу доверху, ибо настало время для истинного Царства Божия. Иди к людям, собери народ, стань вождем, как некогда стал им другой Йошуа[6], скажи людям, чтобы опоясались мечами, пусть вострубят трубы, тогда врата всех царств земных раскроются перед тобой, стены крепостей рассыпятся в прах, ты же воцаришься в справедливости и славе, а человек будет свободен и сможет покорить небо.
Но он лишь обвел взглядом горы и долины, скалистые вершины с вечными снегами, видневшиеся вдали дворцы и хижины, после чего тихо сказал: Царство мое не от мира сего.
Начни хотя бы с этого царства, сказал я, сделай что‑нибудь.
Он промолчал.
О, реббе Йошуа, подумал я, придется мне бороться с тобой, как некогда Иаков боролся с Ангелом Господним; я сказал: Пророки говорят, что придет тот, кто сотрет земных царей и судей в пыль, будто не было никогда их племени, и семени, и ствол их никогда не укоренялся в земле.
Он взял мою руку, и я почувствовал, как холодна его ладонь, остуженная ветрами с горных вершин; он сказал: Но пророк говорил также: «Не возопит и не возвысит Он голоса Своего, и не даст услышать Его на улицах, трости надломленной не переломит и льна курящего не угасит...»
Реббе Йошуа, возразил я, однако ведь сказано: «Вот грядет Он с силою, и мышца Его со властью, Он воздаст врагам Своим — местью».
Он, покачав головой, проговорил: Нет, ты повержен и потому стремишься наверх, у пророка же сказано о Мессии: «Торжествуй, дщерь Иерусалима: се Царь твой грядет к тебе, праведный и спасающий, кроткий, сидящий на ослице и молодом осле».
Тут охватил меня великий гнев, и я крикнул: С таким, как ты, теста не заквасишь. Нет, ты не тот, с чьим приходом всякий дол да наполнится, и всякая гора и холм да понизятся, и неровные пути сделаются гладкими. За это схватят тебя, назовут царем самозваным, будут тебя бичевать, наденут терновый венец и распнут на кресте, пока твоя холодная кровь не вытечет до капли из твоего кроткого сердца; агнцу не дано изменить мир, агнец обречен на заклание.
Агнец, сказал он, возьмет на себя грех мира.
Я оставил его в пустыне и пошел своей дорогой».
Страшное и весьма откровенное признание. Иудеям не нужно искупление собственных их грехов. Они не тяготятся собственным духовным ничтожеством. Они слишком горды, чтобы принять волю Божию; Бог, по их мнению, не оправдал надежд еврейского народа, которому нужно царство века сего. И в этой потребности они уже совершенно сознательно отрекаются от Творца и выбирают сторону диавола.
И действительно, в первые же века христианской эры в среде евреев всё большее развитие получают опасные лжеучения, которые превратили иудаизм в ересь и вскоре нашли своё выражение в сборниках трактатов, именуемых Каббалой и Талмудом.
5. Глумления над Словом Божиим.
Лжеучения, исказившие до неузнаваемости лицо иудаизма, не оказались чем-то принципиально новым. Это были всё те же язвы, развивавшиес
Роман_Торчагин, печально, но проблема не в Греции, а в личности убийцы и в возможных ошибочных действиях покойного. Возможно, ограбление готовили со стороны, ведь ценные вещи сложно сбыть без огласки.
Для начала я скажу пару слов о том, для кого и для чего я пишу этот очерк: главным образом, я обращаюсь к обманутым людям, которые всё ещё верят, будто сегодняшний иудаизм является логическим продолжением веры Адама, Авраама, Исаака, Иакова и Моисея. То есть, я обращаюсь к той части еврейской аудитории, которая, с одной стороны, не изверилась ещё до полного атеизма, а с другой – не готова пока сознательно поклониться сатане, врагу Бога и человеков. К тем десяткам или даже сотням тысяч евреев, на которых сегодня преимущественно обращена работа так называемых национально-культурных фондов, еврейских школ, университетов и синагогиальных общин, им же несть числа. Увы, мы в большом долгу перед современниками-евреями, поскольку наша критика сегодняшнего иудаизма ориентирована преимущественно не на еврейскую, а на русскую аудиторию, а потому и задачу свою такая критика видит, по большей части, не в обретении погибших овец дома Израилева, а в призывах к бдительности. Призывов бессильных и бессмысленных, кстати, поскольку бдительность – атрибут скорее политического бытия, нежели религиозного. Сила же наша – есть сила Божия, а не сила политическая. 
