Угроза цезарепапизма




http://www.desyatina.ru/sv-nomr/05-05/rim.htm,
http://www.desyatina.ru/sv-nomr/06-05/rim.htm

Москва или Рим?
Священник Александр Шумский, Десятина

Актуальные темы / 05.07.2005


Антихрист назовёт себя богом. О! Я говорю смело, что кто назовёт себя епископом вселенским, тот предтеча Антихриста.
Святитель Григорий Двоеслов

Католичество есть корень западного охранения.
Константин Леонтьев



Читатель, конечно, догадывается, что речь в данной статье пойдёт о католичестве. Мне уже приходилось затрагивать эту тему в статье "От провинциализма к католицизму?", опубликованной на страницах "Десятины" в 2003 г. (N 11). (В настоящий момент этот материал можно найти в интернете на сайте Гермоген.RU)

Кто-то, вероятно, озадачится: "Неужели сегодня, в начале XXI в. от Рождества Христова, есть основания ставить вопрос столь резко, по-гамлетовски, - Москва или Рим? К чему такой набатный тон? Ведь не XVII век на дворе, не Смутное время. Поляки прозябают в своей провинциальной Варшаве, а не хозяйничают в нашей первопрестольной столице, только что почивший папа Римский Иоанн-Павел II, поляк по национальности, ещё совсем недавно восседал, словно музейный экспонат, в пуленепробиваемом прозрачном кубе, олицетворяющем, по всей видимости, папскую неуязвимость, и просил, в духе Франциска Ассизского, прощения у всех тварных существ подлунного мира, от бабочек до распинателей Иисуса Христа, совсем не напоминая неистового папу Григория VII. Что же вы так волнуетесь, отец Александр?"

Я не могу разделить беспечности моего гипотетического оппонента и постараюсь доказать, что причин для беспокойства у православных в отношении католиков сегодня не меньше, чем четыреста лет назад.

Живое впечатление

Начну с недавнего события, непосредственным свидетелем и участником которого, в качестве диакона, мне довелось быть. 28 августа 2004 г., в день празднования Успения Пресвятой Богородицы в Успенском соборе Московского Кремля, кардинальская делегация папы Римского Иоанна-Павла II передавала Русской Православной Церкви в дар список иконы Казанской Божией Матери, который долгое время пребывал в Ватикане. Это произошло по окончании Божественной литургии. В продолжение всей службы посланцы Рима стояли перед солеёй храма, среди молящегося народа. Ярко-красные кардинальские шапочки удивительно напоминали свежие шляпки подосиновиков, затаившихся в густом разнотравье. Я пытался вспомнить, когда в последний раз ноги папских легатов и кардиналов переступали порог цитадели русского Православия - Успенского кремлёвского собора. Разве что в 1812 г., когда Наполеон занял нашу первопрестольную. Но сегодня они прибыли к нам с мирным и дружественным визитом, которого очень долго и упорно добивались. Я не предполагал, что когда-нибудь в жизни увижу подобное. Мелькнула мысль: какие же мы с ними разные! Вот наш протодиакон, приземистый, плотный, широкий, с густыми русыми волосами до плеч, глазами немного навыкате и как бы слегка удивлёнными, румяным курносым лицом, обрамлённым аккуратной окладистой бородой. При взгляде на него время будто исчезало, казалось, он просто вышел из стены собора и по окончании службы снова сольётся с ней. Всем, кто хочет по-настоящему увидеть наше прошлое, рекомендую побывать на одном из кремлёвских богослужений. Вот где можно в полной мере, до мороза по коже, ощутить спокойно-величавую силу Православия, убеждающую в том, что вратам ада никогда не одолеть Церковь.

Ясный и мощный протодиаконский баритон неспешно произносит: "Прокимен, глас третий, песнь Богородицы: Величит душа Моя Господа, и возрадовася дух Мой о Бозе, Спасе Моем?" Семинарский хор Троице-Сергиевой Лавры повторяет слова прокимна. Не передать словами спасающую красоту успенского литургического богослужения. Выходит из царских врат Святейший Патриарх Алексий, каждое движение которого подчёркивает величие переживаемого события, и благословляет молящихся. Разве могли многие из нас ещё совсем недавно представить, что станут свидетелями патриаршего богослужения в самом Успенском соборе?! И разве это не подлинное чудо?! И начинаешь действительно осознавать всем своим существом, а не по-книжному, что значит для христианского мира Москва, по выражению псковского старца Филофея, Третий Рим.
А что же представители Рима Первого, исторического?

Господи, какие же они старые - приходит на ум при взгляде на папских посланцев. Сами собой всплывают строки из пушкинской поэмы "Руслан и Людмила", в которых говорится о старом волшебнике Черноморе:

Ревнивый, трепетный хранитель
Замков безжалостных дверей,
Он только немощный мучитель
Прелестной пленницы своей.

Меня в тот день поразили их лица, точнее сказать, личики: худенькие, беленькие, чистенькие, чуть на бочок (почему-то у всех) склонённые (видимо, знак особого умилительного почтения), с тонкими (тоже почему-то у всех) птичьими, с горбинками, носиками. В общем, сплошные ласкательно-уменьшительные суффиксы. Хотелось пожалеть их, таких трогательно-слабеньких. Но что-то мешало проявлению этого чувства, был какой-то диссонанс. В чём же причина? И вдруг я догадался - всё дело в их глазах! Именно глазах, а не глазках. Тут уж шутки в сторону, никаких уменьшительных суффиксов! На нас смотрели необыкновенно умные, чёрные глаза. Я даже вздрогнул, встретившись с твёрдым взглядом одного из них. Вы скажете, что это всё мои эмоции и фантазии. Полагаю, что нет. Мне ведь никогда раньше не приходилось так близко и столь долго наблюдать папских легатов. Поэтому, смею думать, что моё впечатление претендует на непосредственность первого взгляда, а значит - и на весомую долю объективности. Видимо, есть в этих людях какая-то сила, раз у них такие глаза. И сила эта называется опытом веков - огромным, холодным, неумолимым, точно знающим свою цель. Похожие глаза должны быть, наверное, у старого академика-хирурга, выполняющего сложную операцию.

Хотелось спросить посланцев Рима, что же вам, с вашими умом и волей, нужно от нас? Мы ведь хорошо знаем из истории, что просто так, бескорыстно, вы на Русь никогда не приходили. Недаром же прадеды наши наказывали правнукам: "Бойтесь Рима пуще татарской орды": татарин приходил за нашим телом, католик - за душой. Сильный ум и железная воля явно недостаточны римо-католичеству сегодня для продления жизни. Необходимо омоложение. Но где достать молодильные яблоки? Как где? Здесь, в России, в Православии. Правильно писал наш замечательный историк Л. Н. Гумилёв, что великороссы - молодой суперэтнос, у которого ещё далеко не исчерпан потенциал. Запад же представляет собой старый, умирающий суперэтнос. И, конечно, кардинал с бескровным личиком обязан любой ценой добыть для угасающего Рима элексир молодости. Латинство сегодня напоминает инопланетную особь из фантастического триллера, которая проявляет чудеса изобретательности и настойчивости, чтобы внедриться в здоровый организм и таким способом продлить своё существование.

Начнём с "мелочей"

Кто-то, вероятно, заметит: "Да мало ли чего они хотят. Если мы сами им не попустим, ничего у них не получится". Совершенно с этим согласен. И здесь закономерно возникает вопрос: много ли в современной России людей, в том числе и православных, сочувствующих римо-католикам? Статистики я не имею, но, по моим многолетним наблюдениям, количество таких людей возрастает, особенно за счёт интеллигенции и молодёжи, получивших возможность свободно общаться с Западом. Да и раньше это было. Не скрывал, например, своего расположения к латинству ныне покойный протоиерей Александр Мень, оставивший множество духовных чад и последователей, в том числе и среди духовенства. В упоминаемой мной статье "От провинциализма к католицизму?" я писал о прокатолически настроенных известном публицисте Валентине Курбатове и иконописце архимандрите Зиноне (Теодоре). О последнем будет ниже специальный разговор.


Используя медицинский язык, можно сказать, что духовные и социальные болезни России имеют, как правило, длительный инкубационный период и прорываются наружу совершенно неожиданно для большинства людей. Помните, как Василий Розанов передавал удивление этого большинства от революции 1917 г.: "Русь слиняла в два дня. Самое большее - в три? Не осталось Царства, не осталось Церкви, не осталось войска?"
Таково было общее впечатление, хотя тот же Розанов, а до него Достоевский с Леонтьевым и другие предупреждали о грозящей катастрофе, опираясь на, казалось бы, незначительные и случайные факты. Например, Ф. М. Достоевский, прочитав в газете заметку об убийстве нигилистом Нечаевым студента Иванова, написал пророческий роман "Бесы". Мы, безусловно, не Достоевские и не Розановы, но мы вправе считать себя их прилежными учениками. Так почему бы нам не воспользоваться, если можно так выразиться, их методом "мелочного" исследования.
На упоминаемой мной в начале статьи службе в Успенском соборе имел место следующий сюжет: когда ватиканский кардинал Вальтер Каспер передал нашему Святейшему Патриарху Алексию икону Казанской Божией Матери, стоящий недалеко от солеи холёный высокий мужчина лет сорока, судя по всему, представитель нашей новой "аристократии", громко заявил, указывая на папскую делегацию: "Вот где настоящая любовь, вот настоящее христианство, а у вас (при этом он выразительно и с презрением посмотрел в противоположную сторону, где в основном толпились православные женщины) всё христианство только в том, чтобы платками замотаться". Пусть читатель сам решает, как ему относиться к такой "мелочи". Конечно, можно сказать: "Да мало ли что там вякнул какой-то недоумок". Не знаю, может быть, этот дядя действительно недоумок, но почему же он позволяет себе такое в святая святых русского Православия, в сердце Третьего Рима, в Успенском соборе Московского Кремля.

В этой связи отрадно было слышать предельно сдержанное, не выходящее за рамки положенного в таких случаях протокола, слово Святейшего Патриарха Алексия в ответ на елейно-высокопарную речь кардинала Каспера, передающего икону.

Теперь поговорим о других "мелочах". Откроем в "Независимой газете" (16 февр. 2005 г. N 31) приложение "НГ - религии" (N 3). Перед нами материал Юлии Глезаровой под впечатляющим названием "Покорение Ватиканом Сибири", где предлагается интервью с председателем Конференции католических епископов в России Иозефом Вертом, сменившим на этом посту архиепископа Тадеуша Кондрусевича. Иозеф Верт, из семьи ссыльных, родился и вырос в СССР, учился в советской школе, служил в Советской Армии. В настоящий момент возглавляет католическую епархию с центром в Новосибирске, является иезуитом (Орден Иисуса). Впервые за много лет член этого ордена стал представителем Ватикана в России. Факт знаменательный, если учесть, что иезуиты - соль католичества, главная опора папизма. Вот что писал о них наш великий поэт и мыслитель Фёдор Тютчев: "Иезуитский орден и является сосредоточенным, но буквально верным выражением Римского католичества. Проще сказать, он есть само католичество, но только в состоянии действия, в положении воинствующем".

Поставление иезуита главным католиком России свидетельствует о передислокации сил Ватикана на нашей канонической территории и о готовящемся новом мощном наступлении латинства. Я пишу эти строки на другой день после смерти папы Иоанна-Павла II. В некоторых СМИ прошла информация о том, что епископ Иозеф Верт может стать преемником почившего понтифика. Так ли это будет, мы скоро увидим, но то, что перед нами одна из самых перспективных фигур римо-католичества, сомнений не вызывает. По моему глубокому убеждению, эту очередную религиозную экспансию латинства следует рассматривать в контексте общего тотального наступления Запада на Россию, поскольку Рим, по точному определению Тютчева, "и теперь, как был и всегда, - корень Западного мира". Ведь не приходит же нам в голову оппозиция вроде: Москва или Париж? Москва или Лондон? Даже Берлин, несмотря на две мировые войны, здесь не подходит, потому что Гитлер, при всех своих тибетских вывертах, видел в Третьем рейхе прежде всего наследника первого, языческого, Рима. Достаточно взглянуть на архитектуру и скульптуру фашистской Германии, чтобы убедиться в решающем влиянии на неё древнеримской культурной традиции. А что такое Вашингтон, как не пластмассовая голливудская копия Вечного города?

Западный мозговой стратегический центр, являющийся прообразом мирового правительства, называется Римским клубом. Слово "Рим" - это фермент Запада, ключ, отверзающий двери в тайники романо-германского архетипа. У него сегодня есть только одна альтернатива и единственный противовес - это слово "Москва", олицетворяющее собой великорусский архетип. Когда-то таким противовесом был Константинополь (Второй Рим), воплощающий принцип византинизма, творчески усвоенный нами. Никого не должны смущать слова "Второй Рим" и "Третий Рим", поскольку они есть православное опровержение, отрицание Первого, язычески-ветхого Рима, полностью воспринятого римо-католичеством в виде антихристианского принципа папизма. Об этом мы ещё поговорим, а теперь вернёмся к Иозефу Верту. Я хотел бы обратить внимание читателей на одно место из интервью. Корреспондент спрашивает ставленника Ватикана: "Как вы относитесь к идее создания православного телеканала?.."

Иезуит-епископ отвечает: "Если православные хотят - пусть у них будет свой телеканал, ничего плохого тут нет. Но если этот канал будет создаваться на государственные деньги, то там, конечно, должны присутствовать не только православные, но и другие религиозные организации. Ведь Россия - многоконфессиональное государство".

Как можно прокомментировать такой поистине иезуитский ответ? Вроде бы в нём всё вежливо, корректно. Но, знаете, есть такое понятие - вежливое хамство, когда формально все правила хорошего тона вроде бы соблюдаются, а по существу получается издевательство. Одни слова "ничего плохого тут нет" чего стоят! Словно Верт хочет добавить: "Но и ничего хорошего тоже". Кроме того, на каком основании католический епископ-иезуит определяет (именно определяет, а не советует!) условия создания в православной стране православного телеканала?! Можно ли представить, чтобы аналогичным образом позволил себе рассуждать в католической Италии православный епископ?

О своей деятельности в Новосибирске этот иезуит говорит следующее: "Мы понимаем, что мы в меньшинстве, что мы - не привилегированная Церковь, но, несмотря на это, мы регулярно встречаемся с руководителями города, стараемся помогать бедным и обездоленным?"
Кто-то, естественно, подумает: "И что же здесь плохого? Помогают бедным и т. п.". Главное в этой ситуации, дорогой читатель, отдавать себе отчёт в том, какую конечную цель преследуют Иозефы Верты. А её очень чётко определил в своё время А. С. Пушкин в "Борисе Годунове", где самозванец Гришка Отрепьев обещает католическому священнику:

Ручаюсь я, что прежде двух годов
Весь мой народ, вся северная Церковь
Признают власть наместника Петра.
Священник-иезуит отвечает ему:
Вспомоществуй тебе святый Игнатий,
Когда придут иные времена.

(Игнатий Лойола - основатель в 1534 г. Ордена иезуитов. - А. Ш.)

Нет никаких оснований полагать, что главная задача иезуитов в отношении православной России изменилась со времён Бориса Годунова. Духовные наследники Игнатия Лойолы умеют выжидать, их терпение выковано веками; это не какие-нибудь оголтелые сектанты, пристающие к прохожим на улице; и, конечно, Иозеф Верт надеется, что в недалёком будущем римо-католики окажутся в Новосибирске если не в большинстве, то хотя бы в равном с православными положении. Такой привилегии они рассчитывают добиться через городские власти, которым я хотел бы в этой связи напомнить о незавидной участи праха предателя Гришки Отрепьева, выпаленного из московской пушки в сторону Рима.

Наши слабости

У русского человека есть одно великое качество - благодушие, т. е. благое расположение души, готовой в своём пределе обнять весь мир. Именно о всеотзывчивости и всечеловечности русской души говорил Ф. М. Достоевский в своей знаменитой Пушкинской речи. Но любое, даже самое лучшее душевное свойство может быть обесценено, если им, по беспечности его обладателя, воспользуется противник. Так вот, оборотной стороной нашего благодушия является наша же невиданная беспечность. Стоит порой с русским человеком ласково поговорить, хорошо его угостить, и он тут же готов отдать последнее. И нередко происходит так, что с последней рубахой он незаметно расстаётся и со своей душой.

Не пора ли нам повнимательнее отнестись к мысли жёсткого оборонца К. Леонтьева, резко критиковавшего русскую всечеловеческую распростёртость? Я, конечно, понимаю, что наша степная беспредельная натура уже никуда от нас не денется (и слава Богу!), но научиться лучше думать, сдерживать эту "степную кобылицу", иногда жёстко "наступать на горло собственной песне" мы обязаны. В противном случае нас просто выбросят из собственного дома, швырнув вдогонку нашу уже никому не нужную, последнюю рубаху. Коротко говоря, нам необходимо считаться наконец с умом в его рациональном аспекте. Довольно презрения. Я неожиданно поймал себя на мысли, что не испытываю былого восторга от тютчевских строк: "Умом Россию не понять". Нет, я, разумеется, не изменил своего отношения к величайшему творению любимого поэта. Речь идёт лишь о новом восприятии самого себя в реальном времени - пространстве. Да и сам Тютчев, в своём творчестве, не даёт ли нам поучительных образцов умственного постижения России? В свете сказанного следует особенно заострить мысль о том, что нет у нас сегодня никаких оснований благодушно относиться к римо-католичеству - самому большому врагу Православия. Протестантизм нам не опасен, так как он лишён даже отдалённого подобия Церкви и напоминает какое-то выхолощенное законничество. Протестантская буржуазная этика с её местечковым индивидуализмом никогда не станет близкой русскому сердцу. Помните слова шукшинского героя Егора Прокудина из фильма "Калина красная": "Деньги я вполне презираю". Серость, стандартность, бескрылость и ханжеская мораль протестантизма способны вызвать у нас разве что зевоту. Другое дело - католицизм. Он совсем не буржуазен, а скорее аристократичен. Кто-то засомневается: "Как же так? К какой категории, буржуазной или аристократической, вы отнесёте, например, сребролюбие, разврат и другие пороки, распространённые в среде католического духовенства?" Я отнесу это к категории тех слабостей, которые были есть и будут во все времена и во всех социумах, в силу повреждённости человеческой природы. Но сущность католицизма совсем в другом - в авторитете, предполагающем абсолютную власть над миром, что гениально показал Ф. М. Достоевский в "Легенде о Великом инквизиторе". Очень многое можно усмотреть в этом персонаже, воплощающем дух римо-католичества и папизма, но только не буржуазность. Инквизитор тоже "вполне презирает" жёлтый металл, но не так, как Егор Прокудин, ощущающий греховность денег и богатства, т. е. не с позиций христианской совести, а как предельно гордый человек, для которого высшей ценностью, мерилом всего и вся является абсолютная власть. Он воплощение человекобожия. Кто-то из святых отцов заметил, что предельная гордыня по внешним признакам может быть неотличима от высшего смирения. Не в этой ли, искусно созданной, иллюзии будет заключаться главная причина временного успеха антихриста?

Образ настоящего властелина, великого кесаря не сопрягается с примитивными алчностью, сребролюбием и т. п. Можно ли представить себе, например, чтобы у Иосифа Сталина был личный счёт в Швейцарском банке? Когда после смерти вождя вскрыли его сейф, то, ко всеобщему удивлению, обнаружили там лишь пару дырявых сапог и несколько сломанных карандашей. Недаром сегодня, по прошествии полувека со дня смерти Сталина, некоторые не вполне духовно трезвые русские люди объявляют его святым и даже сочиняют ему (не смейтесь!) акафисты!

К чему я всё это говорю? Да к тому, что русский человек, с его врождённой склонностью доверять высшей власти, не застрахован от ошибки отождествления авторитарности папизма с христианской отеческой любовью. Русского человека, в отличие от западного, не купишь за деньги, но его можно обмануть поддельной любовью! Слишком доверчиво и не слишком рассудительно, повторю ещё раз, русское сердце, словно не для него произнесены апостольские слова: "Трезвитесь, бодрствуйте, потому что противник ваш диавол ходит, как рыкающий лев, ища кого поглотить" (1 Пётр, 5,8). Именно на это свойство нашего характера уповает иезуит Иозеф Верт, говоря: "По моему мнению, иезуиты в России в области просвещения могли бы сделать много полезного". Только возникает вопрос - полезного для кого: для нас или для них? В настоящее время иезуиты активно осваивают систему российского образования. Например, недавно получил лицензию департамента правительства столицы католический колледж философии, теологии и истории им. Фомы Аквинского, в котором Ордену иезуитов поручены духовное окормление и организация учебного процесса. В ближайшем будущем планируется сделать из этого колледжа учебное заведение университетского типа. Активизируют свою деятельность иезуиты и в других регионах и городах России. Желающие подробнее узнать об этом могут сами обратиться в Интернет.

В Российской Федерации Орден иезуитов был впервые зарегистрирован в 1992 г., в 2000-м прошёл перерегистрацию.
У нас сегодня в православных СМИ много говорят и пишут о различных сектах. Конечно, делать это необходимо, спору нет, но почему ничего не сообщается о нынешней деятельности иезуитов на нашей земле, словно их нет. На вопрос к православным, что они знают об иезуитах в современной России, они, как правило, удивлённо пожимают плечами. Один пожилой диакон ответил мне не без иронии: "Да какие там иезуиты? Где они? Всё это бабушкины сказки". То есть воспитанники Игнатия Лойолы воспринимаются обыденным сознанием как "преданье старины глубокой", как ветхие сандалии основателя ордена, хранящиеся в Париже. Это хорошо известная уловка дьявола: он умеет внушить многим, что его нет. Конспирология у иезуитов в крови. Они не хватают вас за руки в метро, не тычат вам в физиономию книжонки, листовки и прочую макулатуру, а тихо, "скромно", не суетясь, но с железной последовательностью выполняют свою многовековую работу по трём самым главным направлениям: правящая элита, система образования, духовная сфера. В качестве основных методов деятельности используются прямое внедрение и создание групп агентов влияния. Хорошо известно, что лучшие разведки мира многому научились именно у иезуитов. В 1684-1689 гг. они развернули активную деятельность в Москве, подчинили своему влиянию фаворита царевны Софьи князя В. В. Голицына, основали школу, которую посещали дети многих вельмож (Голицыны, Нарышкины, Апраксины, Долгорукие, Мусины-Пушкины, Куракины и др.). Сын Петра, царевич Алексей был связан с австрийской миссией иезуитов. В этой связи в 1719 г. им высочайшим повелением предписывалось покинуть Россию. Можно не сомневаться, что и в сегодняшней России они действуют в том же духе. Например, что я должен думать, когда один из нынешних российских министров, католик по вероисповеданию, пытается передать германской корпорации "Сименс" российское производство силовых машин, обеспечивающих энергией наши подводные лодки и ракетное вооружение?
Я убеждён, что в настоящий момент иезуиты в России опасней всех тоталитарных сект вместе взятых. Предвижу вопрос: "Что же, все католики одержимы одним маниакальным желанием обмануть нерассудительного русского человека и заставить его подчиниться власти Римского папы? Неужели там вовсе нет подлинных христиан? А как относиться к их культуре: Джотто, Рафаэлю, храмовой архитектуре Рима, Флоренции, Венеции, Сиены и т. д.? А музыка? А поэзия? А философская мысль?" Хочу подчеркнуть, что я не подхожу к западной культуре и к западному человеку с обскурантских позиций. Мне по-прежнему близки слова А. С. Хомякова о Европе - "страна святых чудес". Недаром русские люди так любили и любят бывать в Италии, особенно в Риме. Да и сам я мечтаю об этом. И давно съездил бы, да денег нет. Многие там жили и творили годами. Н. В. Гоголь прожил в Риме 15 лет и все свои лучшие, в высшем смысле православные и почвеннические произведения создал на этой католической земле.

Один из наиболее резких обличитателей римо-католицизма, священномученик архиепископ Иларион (Троицкий), выдающийся богослов, называющий папство "историческим чудовищем в недрах христианства", восхищался, тем не менее, архитектурой Кёльнского собора, а о самой известной картине Рафаэля высказался так: "Как религиозная картина Сикстинская Мадонна - единственное и неповторимое произведение художественного гения. Пережитое мною пред Мадонной впечатление, это как бы тихое и возвышенное видение, остаётся у меня лучшим воспоминанием о Западе". С таким же восхищением относился к рафаэлевскому шедевру и Достоевский. Очень близкий мне духовно, уже почивший о Господе, игумен Михаил, выходец из народа, прошедший всю войну, всегда повторял: "Нет для нас, православных, врага опаснее католизма". (Он говорил именно "католизма", а не "католицизма", считая слог "ци" лишним).

Однажды отец Михаил подобрал на улице выброшенную кем-то весьма посредственную, ученическую копию Сикстинской Мадонны и повесил её на стене своей маленькой квартиры. Когда его спросили, как же это он, такой ревностный обличитель латинства, не гнушается католической картиной, батюшка ответил: "Но ведь всё-таки изображена Божия Матерь".

К простым католикам я отношусь вполне терпимо, без всякого предубеждения. Не сомневаюсь, что среди них немало искренне верующих и добрых людей. Я высоко ценю творчество известных католиков: английского писателя и мыслителя Честертона, кинорежиссёров Феллини, Ларса фон Триера, Мэла Гибсона и многих других. В 2003 г. был опубликован мой очерк "Последний рыцарь Европы" о президенте Франции генерале Шарле де Голле, искреннем католике, неподдельно любящем Россию.

Но здесь надо подходить с рассуждением в духе святителя Григория Двоеслова: "Ради заблуждения не будем питать ненависти к человеку, но и ради человека не будем любить его заблуждений".



* * *


"Шире и глубже"

Очень верное рассуждение о католиках и католичестве находим в константинопольском дневнике (1921 г.) выдающегося подвижника благочестия, митрополита Вениамина (Федченкова): "Конечно, я и не думаю отрицать доброе в них? И прямо добрые и искренние есть иноки. Это - всё правда! Но ведь и турок хороших я тоже видел. Нужно смотреть шире и глубже".

Давайте и мы продолжим рассмотрение темы статьи в свете двух последних слов православного владыки. Для этого необходимо прежде всего обратить внимание на одну из ключевых фигур римо-католичества за всю его историю - папу Григория VII (Гильдебранда), понтификат которого начинается в 1073 г., т. е. почти сразу после так называемого разделения церквей в 1054 г. на восточную - Православную и западную Католическую. Именно Григорий VII аккумулировал все худшие тенденции латинства и жёстко запрограммировал его развитие на последующие века, вплоть до наших дней. По существу, он совершил революцию в западном христианстве. Этот понтифик - ярчайшее воплощение "исторического чудовища", называемого папизмом. Вот как характеризуется Григорий VII в монографии венгерского исследователя Е. Гергея "История папства": "Гильдебранд был монахом маленького роста и невзрачного вида, но в его неказистом теле обитал необычайной силы дух. Он чувствовал себя харизматиком и, выполняя своё предназначение, был не слишком разборчив в средствах. Даже современники воспринимали его со смешанным чувством страха и удивления или даже с ненавистью. Пётр Дамиани назвал фанатичного монаха, попавшего на папский престол, cвятым cатаной". Согласись, читатель: в этом образе нет ничего буржуазного. Кого же он нам напоминает? Конечно, Ленина! Кстати, Гильдебранд совершенно по-большевистски захватил папский престол, поставив кардиналов перед фактом.
Суть папизма Григория VII заключается в том, что вселенская (церковная и светская) верховная власть папы должна занять место имперской идеи Карла Великого, т. е. Церковь должна превратиться в Государство. Так и произошло в истории. Старец Зосима в "Братьях Карамазовых" говорит: "В Риме же так тысячу лет вместо Церкви провозглашено Государство".

Программа понтификата Григория VII была изложена в специальном документе под названием "Диктат папы". Вот основные положения этой папской партийной программы: "Только Римская церковь была основана самим Господом. Только Римский папа вправе называться вселенским. С отлучёнными папой от церкви лицами запрещено даже находиться в одном доме. Никто не имеет права судить папу. Римская церковь ещё никогда не ошибалась, она, согласно свидетельству Писания, вечно будет непогрешимой".

На мой взгляд, нет никаких оснований полагать, что "Диктат папы" перестал быть руководящим документом в деятельности Католической Церкви. Очередным подтверждением этого вывода является повышенная мировая экзальтация, вызванная кончиной папы Римского Иоанна-Павла II. Для меня очевидно, что ажиотаж вокруг смерти и похорон понтифика специально разжигается теми самыми глобалистскими силами, которые видят в папизме одно из главных средств для установления мирового господства. Они пытаются внушить всему миру, что подлинное христианство - это только Римский папа, всё остальное - лишь несущественный довесок, обязанный слиться с Римом и подчиниться его безусловному авторитету. Проводам в мир иной папы Иоанна-Павла II мог бы позавидовать главный теоретик папизма Григорий VII. Почти вся вселенная собралась на эти похороны, чтобы засвидетельствовать Риму своё почтение. Особенно знаменательно, что в полном составе в Вечный город прибыли хозяева мира - руководители США. Перед нами не просто похороны, а некий важнейший вселенский ритуал, меньше всего напоминающий христианство, но очень походящий на идолопоклонство. Недаром Тютчев говорил о папизме: "Идолопоклонство это сделалось как бы последнею религией Запада". Какая там Пасха Христова, какое Рождество, какое схождение Благодатного Огня в Иерусалиме?! Нет никакого Иерусалима, есть только Рим! Так провожают языческих императоров, а не Xристовых архипастырей. В центре мироздания оказывается не Господь наш Иисус Христос, а человек, именуемый вселенским епископом. Что это означает, читаем у святителя Григория Двоеслова (см. эпиграф).

Совершенно очевидно, что никакой диалог, т. е. разговор на равных, с Католической Церковью невозможен. Наблюдая сегодня погребальный ритуал в Риме, невольно вспоминаешь "Итальянские впечатления" В. В. Розанова: "Ну, с ними довольно трудно заговаривать о соединении Церквей. Они сшибут вас с ног, просто самым движением, бытием своим, раньше, чем вы успеете договорить первую фразу предложения; сшибут - и перейдут через вас, и пойдут к своим целям". Католицизм не может измениться в принципе. Ты знаешь, читатель, сколько было римских пап с 1054 г., т. е. с момента разделения Церквей? (Православная Церковь признаёт многих дораскольных пап, архиепископов Рима, а некоторых почитает святыми, например, святителя Григория Двоеслова.) Сто тридцать четыре! Каждый кардинал, претендующий сегодня увеличить это число, ощущает на себе его гигантское давление. И, конечно, "историческое чудовище" не позволит никому с собой шутить. Печальным примером служит папа Иоанн-Павел I, неожиданно скончавшийся в 1978 г., всего лишь через тридцать три дня после своего избрания. Свет на тайну этой смерти проливает фильм Фрэнсиса Копполы "Крёстный отец-3".

В объятия к "историческому чудовищу"?

Сегодня среди православных нет-нет, да и услышишь разговоры о возможности и необходимости соединения Православной и Католической Церквей. Вот передо мной лежит небольшая книжечка известного иконописца, архимандрита Зинона (Теодора) "Беседы иконописца". Об авторе я знаю давно, у нас есть общие знакомые, в частности псковский критик В. Я. Курбатов и московский искусствовед С. В. Ямщиков.

Как оценить книгу отца Зинона? Только как открытую апологию католицизма! "Беседы иконописца" - событие знаковое, потому что о своём латинофильстве свидетельствует не кто-нибудь, а православный, всем известный архимандрит! Я ничего подобного припомнить не могу. Эта книжечка - та самая симптоматичная "мелочь", которая сигнализирует о серьёзных болезненных процессах, подспудно развивающихся в православном организме. Суди сам, читатель. Отец Зинон утверждает, что никаких серьёзных препятствий для сближения Православной Церкви с Католической нет: "Что касается филиокве, то теперь это вообще нельзя считать проблемой, и тем более такие мелкие обрядовые разности, как квасной или пресный хлеб?"
То, что для архимандрита Зинона не является проблемой, составило самую главную причину разделения Церквей в 1054 г. Филиокве, означающее в переводе с латинского (filioque) - "и Сына", представляет собой ложное учение католического богословия, утверждающее, что Третье Лицо Святой Троицы, Дух Святой, исходит не только от Отца, как учит Православная Церковь, но и от Сына. Крупнейший православный богослов Владимир Лосский следующим образом определяет смысл этой католической формулы: "Дух Святой исходит от Отца и Сына как единого начала Своего изведения".
В XI в. Рим официально принял филиокве и добавил его к православному Символу веры, что и привело к нашему полному разрыву с римо-католиками в 1054 г. По этому поводу В. Лосский пишет: "Вопрос об исхождении Святого Духа - хотим мы признать это или не хотим - был единственной догматической причиной разделения Востока и Запада". Догмат о Пресвятой Троице является основой и сущностью христианской религии. Он определяет всё учение Церкви. Его точная формулировка содержится в Никео-Константинопольском Символе веры, который исповедуют православные. Любое искажение этого догмата неизбежно приводит к катастрофическим духовно-нравственным последствиям.

В филиокве происходит смешение Трёх Лиц Пресвятой Троицы: Отец и Сын сливаются в едином начале изведения Святого Духа, Который, в свою очередь, теряет ипостасное различение и смешивается с Божественной сущностью. Троица исчезает. В своём пределе учение о филиокве возвращает богословское сознание от христианского монотеизма (понимание Бога как Триединого) к ветхозаветному, иудейскому монотеизму (понимание Бога только как Отца).

Позвольте вас спросить, отец Зинон, когда и для кого, кроме вас, филиокве перестало считаться проблемой? Разве кто-нибудь из римских пап признал филиокве догматической ошибкой? Возможно ли, даже теоретически, чтобы он когда-нибудь это сделал? Очевидно, что такое признание означало бы девальвацию огромной части латинского богословия и неизбежно повлекло бы за собой крушение самого принципа папизма, несомненно являющегося духовно-нравственным и историческим порождением филиокве, поскольку, по словам В. Лосского, "все другие расхождения (между Православием и Католицизмом. - А. Ш.), исторически сопутствовавшие первому спору о "филиокве" или же за этим спором следовавшие ? в большей или меньшей степени связаны с этим первоначальным определением".

Церковь учит, что искажение христианских догматов, т. е. повреждение в высшей духовной сфере, обязательно приводит к нравственному расстройству жизни людей. Римский папа считается у латинян не только преемником апостола Петра, но ещё и носит титул наместника Христа!
В пространном "Катехизисе Католической Церкви", изданном в 1997 г., так прямо и написано: "Римский Первосвященник имеет над Церковью, в силу своей должности наместника Христа и пастыря всей Церкви, полную, верховную и вселенскую власть, которую он вправе всегда свободно осуществлять". В этом предлоге "над" сосредоточено всё латинство.

Не ожидал, читатель? Я, признаться, тоже опешил от такой абсолютной откровенности. Беда в том, что в отношении католицизма у нас, как говорится, "глаз замылился". Надеюсь, что теперь наше зрение сфокусируется. Очевидно, что папа у римо-католиков идентифицируется с Иисусом Христом. Говоря словами Достоевского, человекобог заменяет собой Богочеловека. Один из главных теоретиков папизма XIX в., француз Жозеф де Местр, в своём трактате "О папе" постулирует: "Папа необходим, он - единственный и исключительный отец христианства. Он обладатель обетованного, без него исчезает единство, а значит, и Церковь". Таким образом, в папизме, как и в большевизме-коммунизме, главным вопросом является вопрос о власти, причём в безусловном, абсолютном её понимании. То есть речь идёт о такой власти, над которой уже никого и ничего нет и быть не может. Теперь становится понятно, почему тела почивших понтификов так же, как и тела умерших революционных вождей, бальзамируют! Это стало известно из завещания папы Иоанна-Павла II, в котором он настоятельно просит не подвергать бальзамированию его останки.

Можешь ли ты, читатель, представить себе, чтобы в Православной Церкви бальзамировали умерших? Не напоминает ли обработка папских тел мумифицирование фараонов в Древнем Египте? Что общего здесь с христианством? Не есть ли это откровенное возвращение к самому натуральному язычеству?

Итак, Православие свидетельствует о Божественной власти Церкви и Её главы Богочеловека Иисуса Христа; Католичество утверждает человекобожескую власть над Церковью в лице Римского первосвященника. Тогда почему вы, отец Зинон, в своей книге ни слова не говорите о папизме как важнейшем препятствии в деле объединения Церквей? Вы ведь прекрасно понимаете, что папа никогда не откажется от своих привилегий и, следовательно, никакого равноправного объединения с Римом быть не может. Зачем же вы искушаете православных, утверждая, что католики после Второго Ватиканского Собора (1962-1965 гг.) "стали воспринимать Восточные Церкви по отношению к Католической Церкви церквами-сёстрами"? Какими сёстрами?! Разве что младшими - золушками, беспрекословно подчиняющимися "наместнику Христа". Вы так бы прямо и сказали: "Мы, православные, должны безоговорочно признать власть папы Римского". Было бы, по крайней мере, честно. Совершенно очевидно, что Католическая Церковь мыслит единение только в форме полного подчинения Риму. Согласно католическому катехизису, "папа, епископ Римский и преемник св. Петра" возглавляет "коллегию епископов". Отсюда следует, что любой православный первоиерарх, если он захочет соединиться со "святым престолом", должен стать членом этой коллегии. Другого места ему не уготовано. Благое, угодное Богу единение Православной Церкви с римо-католиками возможно лишь в том случае, если Римский папа откажется от всех выше названных привилегий и станет только Римским патриархом, наравне с Иерусалимским, Московским и т. д. Но это будет означать для Запада самоубийство, так как исчезнет "корень западного охранения".

На патриаршем литургическом богослужении возглашается в определённом порядке многолетие первоиерархам всех братских православных церквей. Ответьте, отец Зинон: если Римский папа станет нашим литургическим братом, на каком месте в этом списке, по-вашему, должно стоять его имя? Не сомневаюсь, что вы отдадите ему первое место. Такова логика ваших рассуждений. Но это будет означать... впрочем, лучше, чем святитель Григорий, слова которого вынесены в эпиграф, не скажешь. Характерно, что отец Зинон величает папу Иоанна XXIII, созвавшего Второй Ватиканский Собор, не только "великим человеком", но не сомневается и в его святости: "Думаю, со временем Римская Церковь причислит его к лику святых". (Уже причислила. - А. Ш.). Весьма странная позиция для православного архимандрита, не правда ли?

Теперь следует сказать об употреблении квасного хлеба православными и пресного католиками на литургическом богослужении. С точки зрения отца архимандрита - это всего лишь "мелкие обрядовые разности". А вот преподобный Феодосий Печерский, великий православный святой, считал употребление опресноков "недобрым латинским обычаем". А митрополит Георгий (1062-1077 гг.) в своём известном слове "Стязанье с Латиною" подробно объясняет, почему недопустимо служить на пресном хлебе: "Латиняне служат на опресноках и едят их: это по-иудейски; Христос же не предал того и совершил Святые Тайны не на опресноках, а на хлебе совершенном и кислом?" Квасной хлеб используется православными как соответствующий полноценной живой человеческой плоти, в отличие от мёртвых, сухих опресноков. На литургии это имеет принципиальное значение! Известно, что отец Зинон богословски весьма образован, и тем более вызывает удивление вот такая его убеждённость: "Никто из серьёзных православных богословов не дерзнёт вслух заявить, что Католическая Церковь - это не Церковь".

На самом деле очень многие православные подвижники благочестия и богословы не усматривали в католичестве признаков Церкви и так или иначе высказывали данное мнение в своих сочинениях. Почитайте труды святителя Игнатия Брянчанинова, считавшего католицизм "еретической церковью"; А. С. Хомякова, который называл католицизм и протестантизм "ересями против догмата о существе Церкви, против её веры в самоё себя". Один из самых выдающихся богословов новейшего времени, уже упоминавшийся мной, священномученик Иларион (Троицкий) более чем определённо говорит: "Латинство, отпав от Церкви? провозгласило: истина дана отдельной личности папы".

В Окружном Послании Восточных Патриархов 1848 г., которое признаётся авторитетнейшим документом, читаем: "Единая, Святая, Соборная и Апостольская Церковь? ныне вновь возвещает соборне, что сие нововводное мнение, будто Дух Святой исходит от Отца и Сына, есть сущая ересь, и последователи его, кто бы они ни были, - еретики. Составляющиеся из них общества суть общества еретические, и всякое духовное богослужебное общение с ними православных чад Соборной Церкви - беззаконие".

Отец Зинон, дерзнёте ли вы сказать, что приведённые мной примеры иллюстрируют "несерьёзное" богословие? Ведь вы взываете: "Сегодня больше нужно делать акцент не на том, что нас разделяет, а на том, что у нас общего, - а общего гораздо больше". Я не понимаю, батюшка, что вы имеете в виду. Если речь идёт о христианской культурной общности (Шекспир, Данте, Рафаэль, Феллини и т. п.) и проявлениях межличностной симпатии (вспомните слова владыки Вениамина о хороших католиках), то всего этого, увы, явно недостаточно, чтобы заполнить догматическую и вероучительную пропасть, которая пролегает между Востоком и Западом.

Как тогда быть с римо-католическим "догматом о непорочном зачатии", принятом Католической Церковью в 1854 г.? Это что, тоже "мелкие обрядовые разности"? Причём сей "догмат" был утверждён папой Пием IX без созыва Собора. (А зачем Собор, если понтифик стоит над Церковью?)
Речь идёт о нововведённом ложном римо-католическом учении о непорочном зачатии Девы Марии Её родителями Иоакимом и Анной. (Не путать с общехристианским догматом о девственном зачатии Самой Пресвятой Девой Господа нашего Иисуса Христа.) Согласно этому учению, Пресвятой Деве дана особая привилегия "быть не подверженной первородному греху с момента Своего зачатия (естественным путём) Её родителями Иоакимом и Анной". Получается, что Она уже искуплена до искупительного подвига Спасителя. Дева Мария, таким образом, поставляется вне потомства Адама. Тогда естественно предположить, что и другие люди (в частности, предки Иисуса Христа) могут иметь такую же привилегию. И если это так, то ради кого Господь совершал Свой жертвенный подвиг? Этот католический "догмат", по существу, обесценивает Крестную Жертву и уравнивает Богородицу с Сыном Божиим. Сейчас Католическая Церковь вплотную подошла к принятию нового "догмата" о Пресвятой Деве Марии как соискупительнице. Но это уже будет самый настоящий языческий культ некоей богини, не имеющей к Богородице ни малейшего отношения. Не потому ли Католическая Церковь так бледно празднует Пасху Христову, что Господь ей уже давно не нужен (вспомним Великого инквизитора)?

И не должна ли, отец Зинон, Римская Церковь признать свой "догмат о непорочном зачатии" ложным, если она собирается объединяться с Православной Церковью? И может ли Православная объединяться с Католической, если та не признает данное учение заблуждением? Как христианин и православный священнослужитель вы не имеете права небрежно отмахнуться от этих и других вопросов, заданных мной, потому что я в данном случае выражаю обеспокоенность огромной части православных.

Отец Зинон утверждает, что для нас "всякая изоляция будет равносильна самоубийству". Никакой "всякой изоляции" Русская Православная Церковь и не допускает. У неё обширные экуменические контакты с инославными в тех вопросах, которые не касаются основ православной веры. Бросаться же в объятия "историческому чудовищу", как предлагают некоторые иконописцы, она не собирается. Отец архимандрит ратует за созыв Вселенского Собора с участием Православной и Римской Церквей. А какой в нём смысл, если римо-католики не желают отказываться ни от одного из своих фундаментальных заблуждений? У нас же подобных заблуждений нет, мы Символ веры не меняли и новых "догматов" не вводили. Поэтому для Русской Православной Церкви участие в таком Соборе как раз и оказалось бы самоубийством. Характерно, что отец Зинон в своей книге ни слова не говорит об Антихристе, хотя последняя глава называется "Об эсхатологии и спасении". Эсхатология (от греческого eschatos - последний, конечный) - это учение Церкви о конечных судьбах мира, истории и человека. Согласно этому учению, Второму Пришествию Господа нашего Иисуса Христа в славе и Страшному Суду будет предшествовать временное воцарение на земле Антихриста, выдающего себя за Бога. Но отец архимандрит игнорирует слова апостола Павла: "Ибо день тот (т. е. Второе Пришествие. - А. Ш.) не придёт, доколе не придёт прежде отступление и не откроется человек греха, сын погибели, противящийся и превозносящийся выше всего, называемого Богом, или святынею, так что в храме Божием сядет он, как Бог, выдавая себя за Бога" (2 Фессал. 2, 3-4). Я полагаю, что читатель не нуждается в дополнительных пояснениях относительно того, кого нам напоминает "человек погибели" и почему не желает ничего слышать о нём известный иконописец. В своей книге отец архимандрит упоминает крупнейшего русского философа Владимира Соловьёва, что, конечно, не случайно, так как тот всю жизнь был озабочен идеей создания всемирной теократии, основанной на союзе Православной и Католической церквей. Он был убеждён, что такое единение приведёт к массовому принятию иудеями христианства, поскольку в единстве православного царя с римским первосвященником они увидят исполнение своих ветхозаветных чаяний - построение земного рая. Соловьёв полагал, что в христианской теократии иудеям будет отведено пророческое служение. В реальной жизни, разумеется, этот проект воплотиться не мог, но философ, несомненно, тонко почувствовал внутреннее духовное родство католицизма с иудаизмом.

И тогда, отец Зинон, как вы оцените следующие слова католического катехизиса: "И христиане и иудеи празднуют Пасху: Пасху историческую, устремлённую в будущее, - у иудеев; Пасху, совершившуюся в смерти и Воскресении Христа, - у христиан, хотя всё ещё в ожидании окончательного свершения"? Итак, будущее у иудеев и окончательное свершение у католиков совпадают. Кого же они вместе ждут?
Люди по типу мышления делятся, на мой взгляд, на две большие группы: мыслящие централистски и мыслящие периферийно, провинциально (это не обязательно жители провинции). Отец Зинон - типичный представитель последней группы. Центр, называемый Москвой, им отринут. Но парадокс провинциального сознания состоит в том, что оно не может долго находиться вне какой-либо центрообразующей силы. Если провинциал отрезал себя от одного центра, он неизбежно прилепится к другому. Так и наш отец архимандрит, возненавидев Москву, попал в объятия Рима. В этой связи я хотел бы напомнить ему, что латинофильство чревато прямой изменой Родине. Это хорошо видно на примере известного русского общественного деятеля и философа XIX в. В. С. Печерина, перешедшего в католичество и написавшего следующие строки:

Как сладостно отчизну ненавидеть
И жадно ждать её уничтоженья!

В этой связи хотелось бы коснуться статьи некоего Бориса Семёнова "Какого католичества нужно бояться православным", опубликованной в газете "Радонеж" (N3 2005 г.). Интересно её название, не правда ли? Получается, что католицизм бывает разным. Одного надо бояться, следовательно, другой - безопасен. Согласно статье, страшиться православным нужно либерального, модернистского католичества, а традиционное, напротив, - наш друг, товарищ и брат. О себе автор сообщает, что он "католик-традиционалист, но, тем не менее, русский патриот и даже монархист". В таком случае у меня вопрос к Борису Семёнову один: "Если завтра папа Римский объявит крестовый поход против православной России, чью сторону вы займёте: Москвы или Рима?" Думается, не стоит преувеличивать ни модернизм почившего понтифика, ни консерватизм вновь избранного. У них одна задача - укрепление власти Рима.

Отступать некуда!

История не знает положительного опыта общения Православной Церкви с Католической (отдельные культурные контакты не в счёт). Латинство всегда стремилось уничтожить Православие. Это историческая реальность. Очевидно, что никаких перемен в лучшую сторону в наших отношениях быть не может. А вот причин для нового беспокойства хоть отбавляй.

Как уже было сказано в начале статьи, латинство нуждается в свежей крови, и следующая генерация католических руководителей нас в покое не оставит. Иногда можно услышать: "Да у них там у самих идёт борьба, есть свои консерваторы, есть либералы. Что, они только про нас и думают?" Я уверен, что в отношении к Православию, к России католический мир, во всяком случае на уровне церковного руководства, единодушен. Хотя они и могут иногда разыгрывать несогласие между собой, как, например, в связи с уже упоминаемым мной визитом кардинальской делегации в Москву для передачи Казанской иконы Божией Матери. Накануне этого визита в прессе появилось провокационное интервью с одним из авторитетнейших иезуитов, вице-ректором Папского института восточных исследований архимандритом Тафтом, который заявляет буквально следующее: "Многое из того, что предпринимают иерархи Русской Православной Церкви, - следствие их лунатического блуждания; православные не в состоянии воспринять реальность, не понимают уроков истории"; угрожает возможностью раскола: "Не стоит думать, что Патриарх и Синод сохраняют постоянный контроль над иерархией и Церковью в той же мере, что и папа в Католической Церкви. Московский Патриарх - не папа Римский"; куражится: "Да ну её к псу, эту Москву".
Отрезвляющие сентенции, не правда ли? В них словно спрессовались многовековая неприязнь и ненависть не только Католицизма к Православию, но и всего Запада к России. За столетия ничего не поменялось и стремительно идёт в ещё худшую сторону.

Но эти оскорбительные высказывания Тафта нуждаются в дополнительном пояснении. У кого-то может сложиться впечатление, что нарочитое хамство этого иезуита объясняется желанием определённых католических кругов сорвать визит кардинальской делегации в Москву. Так, кстати, и оценивали это интервью в некоторых наших СМИ. Получается, что есть хорошие, расположенные к нам кардиналы, вроде Каспера, а есть плохие, злые иезуиты, ненавидящие Москву. И нам нужно с плохими не дружить, а с хорошими водиться. Вот именно на эту реакцию, я уверен, рассчитывал Тафт. На то он и иезуит, чтобы по-иезуитски обманывать. Тут была использована всем известная игра в хорошего и плохого следователей. Каспер - хороший, а Тафт - плохой. Значит, надо говорить с Каспером. Но и у того и у другого одна задача - подчинить вас общему начальнику - папе Римскому. Не может латинско-иезуитское царство разделиться само в себе. Ещё не такие фокусы ждут нас впереди - вот увидите! В день похорон Иоанна-Павла II по НТВ была показана программа Светланы Сорокиной "Основной инстинкт", посвящённая нашим отношениям с католиками. В ней приняли участие писатель Ерофеев, протоиерей Всеволод Чаплин, диакон Андрей Кураев и другие. Были там и представители католической стороны. Один из них, поляк, оценивая роль покойного понтифика, особенно подчеркнул его вклад в разрушение мировой коммунистической системы. Привожу почти дословно его высказывание: "Покойный папа приложил много сил для развала коммунизма, для развала СССР, а СССР для нас был империей зла". При этом надо было ещё видеть гаденькую ухмылку польского представителя. Но меня удивил не поляк. Что ещё можно ожидать от исторического неудачника, для которого уже всё давным-давно "сгинело" и не осталось ничего, кроме сжигающей душу ненависти?!

Меня поразило, что в нашем стане не нашлось никого, кто дал бы ему достойный отпор. Это не тот случай, когда можно махнуть рукой, дескать, "собака лает - ветер носит". Передачу смотрели миллионы, и кто-то из её участников обязан был сказать примерно следующее: "Не коммунизм стремился разрушить покойный папа Римский. Ещё Достоевский точно определил, что коммунизм - родное дитя католицизма. Вон, в Латинской Америке полно католиков-коммунистов (там разрешено это совмещать), и Ватикан с ними почему-то борьбу не ведёт. Иоанн-Павел II стремился разрушить не коммунистическую систему, а Православную Церковь, подобно тому как в своё время это же пытался сделать Пий XII руками Гитлера. Во времена Советской власти, особенно после Великой Отечественной войны, католицизм в России разгуляться не мог. Да, в СССР преследовали за веру, было много других огромных пороков и недостатков, но функцию удерживающего от проникновения латинства Советская власть выполняла. Что касается покойного папы, то не следует забывать, что при нём Католическая Церковь в 1987 г. причислила к лику святых архиепископа Алоизия Степинаца, возглавлявшего католиков в Хорватии в годы Второй мировой войны. Сей архипастырь поддерживал режим усташей, которые зверски истребляли православных сербов. Особенно свирепствовали хорватские монахи-францисканцы. Среди них невиданной жестокостью отличался отец Мирослав Филиппович-Мейстрович, одежда которого была буквально пропитана кровью его жертв. Архиепископ Алоизий после войны на открытом военном процессе был осуждён как военный преступник, но его вскоре освободил хорват Иосип Броз Тито, коммунист-латинофил. А о том, что такое католицизм в своём пределе, напомним ещё раз словами князя Льва Мышкина из романа Ф. М. Достоевского "Идиот": "Католичество римское даже хуже самого атеизма. Атеизм только проповедует нуль, а католицизм идёт дальше: он искажённого Христа проповедует, им же оболганного и поруганного, Христа противоположного! Он антихриста проповедует."

Нас ждут большие перемены и испытания. Нарастает глобальный, управляемый революционный процесс, отличительной чертой которого является псевдорелигиозность. Время атеистических революций, когда открыто отрицалась вера в Бога, прошло. Знамя католицизма-папизма в этом процессе будет одним из самых заметных. Рим наступает! Великий греческий святой равноапостольный преподобномученик Косьма Этолийский в середине XVIII в. пророчествовал: "Папа да проклят будет, ибо он станет причиной общемировых бедствий и войн".
В год 60-летия Великой Победы, не позволившей Западу уничтожить нашу православную Родину, будем особенно помнить некомиссарские слова политрука Клочкова: "Велика Россия, а отступать некуда - позади Москва!"

Официальный сайт Ватикана

http://www.vatican.va/

Это официальный сайт Ватикана. Информация на нем на целом ряде языков,в том числе и на английском.

три мушкетера

(цитата Дениско)

 

 

Два месяца в Сербии

Эта беседа состоялась с моим товарищем, наполовину сербом, который недавно вернулся из двухмесячной поездки на историческую Родину, и рассказал много интересного про свой мужественный народ, который последние 18 лет выдерживал последовательно гражданскую войну, натовские бомбардировки и лишение своей национальной святыни – края Косово. Выдерживал – и не сдавался, не ломался. Как говорят сами сербы: «Войны не дает нам расслабиться».

- Где ты побывал?
- В Белграде, конечно. Потом - в Нови-Саде и Сремской Митровице.
- Начну с главного. Как себя чувствуют сербы после того, как их лишили Косова?
- Они не смирились совершенно. Можно сказать, что потеря Косово расставила все точки над «и». Само за себя говорит то, что на последних выборах, которые якобы «выиграл» либерал Тадич, по оценкам социологов, сербский националист Воислав Шешель набрал порядка 70 % голосов. При том, что у него в программе прямо заявлено о намерении арестовать и судить послов США и ввести войска в Косово. К слову сказать, после недавнего визита Путина в Сербию и его встречи с Шешелем, Воислав стал еще более радикальным. Возможно, были достигнуты какие-то тайные договоренности.
- То есть, народ настроен националистически, патриотически?
- Да. Но с оговорками. Дело в том, что там это практически общее умонастроение. Но при этом, там очень не любят слово «правые». «Правые» - это Тадич, Коштуница и прочие либералы. А такие, казалось бы, левые, анархистские организации как «Черный Илья» - стоят на патриотических, антилиберальных позициях.
Патриотизм там проявляется во всем. Например, могут купить товар, который хуже по качеству, чем, допустим, немецкий аналог – только потому, что он – сербский. Также радует, что не произошло того, что случилось на Украине в плане ассортимента продовольственных товаров. В Сербии большинство не едят чипсы все эти, бургеры, там у них свои сербские пищевые эквиваленты, по национальным рецептам и с другими названиями. Хотя есть, конечно, в городах, как правило, подражатели европейцам.
- Молодежь как настроена?
- В-основном, реваншистски. Намерена все вернуть. Это видно из общего духа неформальных движений: футбольных фанатов, рэперов. Фанаты – вообще особая тема. Например, «грабари», фанаты «Партизана» - у них целая идеология, записанная в уставе. Например, не употреблять спиртное до матча. Соблюдать все правила считается честью. «Грабари» во время гражданской войны ездили добровольцами на помощь Караджичу. Ну, про «Тигров Аркана» ты, наверное, сам знаешь… (Прим. – Аркан – герой сербского сопротивления, формировавший свои отряды из болельщиков «Црвены Звезды»). Вообще, сербский футбол – это реально жестко, вплоть до стрельбы на трибунах, если приезжают хорваты или еще какие-то кровные враги.
- Какие отношения с албанцами?
- Их пускают. Только на стройки, как гастарбайтеров. А вообще, сейчас новая фишка пошла: сербы массово покупают в жены албанок. Говорят: сербки развратились, все хотят в города, все хотят моделями быть, а албанки рожают много, так мы албанцев их же оружием и победим. Платят в среднем 500 евро за жену, а албанцы и рады лишние рты сплавить. Но предпочитают выбирать среди албанок-католичек (православных албанцев совсем мало), а не среди мусульман.
- Как там с экономикой?
- Я не экономист, строго судить не могу. Но там приватизация не превратилась в «прихватизацию», спасибо Милошевичу. Очень распространена «общинная собственность» - когда рабочие предприятия имеют его акции. Только рабочие данного предприятия! Там не может какой-то левый дядя купить 51 % акций. Увольняешься – продаешь свои акции по строго фиксированной цене. И как-то оно так нормально. Олигархов, как таковых, нет.
А вообще, промышленность сильно пострадала во время американских бомбежек.
- Ты сказал «спасибо Милошевичу». Как относятся к его памяти сербы?
- Очень хорошо относятся. Там сейчас мода: на балконе или возле своего окна писать «Милошевич херой» (герой). Прямо на балконах нарисованы сербские триколоры и такие вот надписи. Я их в Белграде насчитал 43. В деревенских домах часто встречал его портрет со свечкой перед ним, как перед иконой или портретом умершего близкого человека.
Еще один момент. Милошевич был убежденным атеистом. И просил его похоронить без всяких религиозных обрядов. Но общественность настояла, буквально принудила церковь совершить отпевание. И сегодня очень много людей заказывают в храмах панихиды по Милошевичу.
- Нынешнюю власть там не любят?
- Да, и заслуженно. Там стена между народом и властью во всем – в устремлениях, ценностях, морали. И «евровласть» стремится подавить инакомыслие. Например, недавно во время демонстрации задержали четверых анархистов и впаяли им по 15 лет за якобы разбитую витрину. Просто за разбитую витрину – ничего не было похищено. Так что никакого диалога у власти с народом нет. Есть давление. Типа как на Украине.
- Как там относятся к Украине?
- Да никак. К России – очень тепло. Там эдакий панславизм, но только в отношении братства русских и сербов. Болгар или украинцев там братьями не считают. И я подозреваю, что по итогам оранжевой революции, в которой принимали участие члены сербского оранжевого «Отпора» - Украину вообще не любят ни разу.
Кстати, про «Отпор». Помнишь, я упомянул организацию «Черный Илья». Про них вообще мало известно что-либо, ни лидер неизвестен, ни численность. Но программа – экстремистско-патриотическая. Они не так давно взорвали штаб «Отпора». Правда, он пустой был. Полиция никого не нашла.
- Как сейчас дела в Косово?
- Многие сербы, которые оттуда бежали – теперь вернулись. По той причине, что власть Тадича не предоставила им не жилья, ни помощи. Живут сербы анклавом в Косовской Митровице. Самоуправление, выборная власть. Вооруженная народная милиция.
- В чем разница в настроениях народа в сравнении с Россией и Украиной?
- Там очень мало пофигистов. Их просто не осталось в результате последних двух десятилетий перманентной катастрофы. У нас их много, а там они как-то теряются на общем патриотическом фоне.

Юго-Восток - новости регионов Украины
Донбасская Русь
Украинология
Донбасская Русь в ЖЖ
Русский Донбасс - скачать книги
Донбасская Русь

Иконы и псевдоиконы

ПСЕВДОИКОНЫ НАШЕГО ВРЕМЕНИ

Наша Церковь переживает период возрождения, который, как и всякий переходный момент, сопровождается различными духовными искушениями.
Все мы, православные христиане, являемся членами Церкви Христовой, глава которой – Сам Иисус Христос.

Принципы иерархичности строения церковного общества и каноничности церковного искусства – это основные принципы Православной Церкви.

Их нарушение ведет за собой отпадение от соборного тела Церкви и уклонение в ересь и раскол.

Тем не менее, новоявленные «ревнители православия» публично критикуют церковных иерархов, составляют лжеобряды, внедряемые в богослужение православных, тиражируют и распространяют неканоничные изображения и провокационную литературу, нарушая каноническую дисциплину и раскалывая Церковь изнутри. Все это является следствием большого количества новообращенных в Церкви, невежества относительно учения Церкви об иконах и, зачастую, невоцерковленности некоторых современных иконописцев.

 
Одним из таких серьезных искушений стало появление в последнее время большого количества неканоничных икон. Эти иконы в течение уже нескольких лет широко распространяются на территории России, и наша епархия в этом не исключение. Движение, казавшееся поначалу стихийным, последнее время приобретает сектантские формы. В чем же опасность их почитания?

Слово "канон (kanonos)" по-гречески буквально означает "тростник". В древности из тростника делали мерные палки, которые использовались при землемерных работах. Со временем это слово стало обозначать вообще норму, меру, стандарт. В Церкви канонами называют правила, регулирующие жизнь церковной организации. В иконописании канон окончательно утвердился и оформился после эпохи иконоборчества. Определение каноничности образа дано правилом Пято-Шестого (Трулльского) Собора. 82 правило ознаменовало переход от раннехристианских символов к символическому реализму восточнохристианского иконографического канона.

Л.А. Успенский в книге «Богословие иконы» пишет: «Иконописный канон есть известный принцип, позволяющий судить, является ли данный образ иконой или нет. Он устанавливает соответствие иконы Священному Писанию и определяет, в чем заключается соответствие, то есть подлинность передачи божественного Откровения в исторической реальности тем способом, который мы называем символическим реализмом. Основным критерием, предъявляемым к образу, является его литургичность. Критерий литургичности неотделим от истины Боговоплощения и Искупительной Крестной жертвы Спасителя».

Для канонической иконы характерны:

1. Подчеркнутая условность изображения. Изображается не столько сам предмет, сколько идея предмета; все подчинено раскрытию внутреннего смысла. Портретные черты изображаемых святых могут быть весьма условны. Иконописный канон ориентирован на обобщенный, символический образ, в котором индивидуальные черты едва намечены - ровно настолько, чтобы образ был узнаваем, чтобы он вычленялся из общего сонма. К каноническим требованиям русской иконографии также относится отсутствие на православных иконах черт чувственной, плотской привлекательности.

2. Принцип изображения пространства. Для иконы характерна обратная перспектива, где точка схода располагается не в глубине картинной плоскости на воображаемой линии горизонта, а в предстоящем пред иконой человеке - идея изливания Мира Горнего в наш мир, мир дольний. В обратной перспективе удаляющиеся предметы увеличиваются в размере, в то время как в реальности, т.е. в прямой перспективе они уменьшаются.

С помощью обратной перспективы существенно облегчается решение одной из самых сложных задач начальной стадии искусства Иисусовой молитвы - соединение ума с сердцем. Существует две принципиально различающиеся формы зрительного восприятия. Первое из них - обычное восприятие, которое состоит в том, что глазные оси фокусируются в одной воспринимаемой точке. Типичным примером такого восприятия является чтение печатного текста. Второй формой является панорамное восприятие. В отличие от дискретного оно представляет собой цельное восприятие всего зрительного поля. При таком восприятии напряжение с фокусированных глаз снимается.
Наблюдение за взаимосвязью зрительной и сердечной деятельности обнаруживает, что расслабленному состоянию глаз соответствует сердечное восприятие.
Геометрия обратной перспективы в иконе настраивает зрение на панорамное восприятие, ее расходящиеся оси приводят глаза в расслабленное состояние, в результате икона воспринимается сердцем.

3. Отсутствие внешнего источника света. Свет исходит от ликов и фигур, из глубины их, как символ святости. Преображенный мир иконы не имеет внешнего источника света, в ней все наполняется внутренним свечением. Фон в ней всегда ровный по цвету и свету, поэтому он исключает иллюзию перспективы и не пробуждает чувства пространства. Слово "фон" переводится с греческого языка как "свет", он символизирует свет духовного мира.

4. Цвет не является средством колористического построения иконы, он несет символическую функцию. Например, красный цвет на иконах мучеников может символизировать жертвование собой ради Христа, а на других иконах - это цвет царского достоинства.

5. Для икон характерна единовременность изображения: все события происходят сразу. На иконе Преображения Господня мы видим и Христа, поднимающегося с учениками в гору, и Господа Преобразившегося, и учеников павших "на лица свои" (Мф. 17,6), и их же, спускающихся с горы. Чтобы исключить чувство движения, которое связано с чувством времени, композиция иконы чаще всего строится статичной. Если движение невозможно исключить, тогда оно изображается нереальным.
Каждое душевное чувство человека связано с каким-либо представлением физического мира, основу которого оставляет время, движение и пространство. Если эти категории исключить из композиции иконы, то она преобразуется в очень условное представление, которое не пробуждает чувства реальности изображаемого мира и связанные с ним душевные чувства. Икона, написанная по канону, являет духовный мир, при этом характер его изображения в иконе облегчает процесс погружения в него сознания. Каноническая икона не имеет случайных деталей, украшений, лишенных смыслового значения.
Икона, вне зависимости от того, старая она или новая, может быть названа православною только в том случае, если с точки зрения композиции и художественного исполнения удовлетворяет догматико - каноническим, историческим и иконографическим требованиям.

Леонид Денисов, духовный писатель и церковный деятель первой половины ХХ века, в статье «Каким требованиям должна удовлетворять православная икона?» приводит следующие признаки православного иконописного канона:
1. Верность композициям, унаследованным от христианской древности, если они не заключают в себе ничего противного православной догматике и каноническим постановлениям;
2. Соблюдение церковно-исторических и археологических указаний применительно к изображению построек, костюмов и утвари;
3. Сохранение этнографических (в типах лиц) и географических (в пейзаже) особенностей данной местности и эпохи;
4. Точное и неуклонное изображение общеизвестых символических признаков, присутствием которых до некоторой степени свидетельствуется православие иконы.

Рассмотрим подробности иконографии Божией Матери.

 

Образ Богоматери, принятый как канонический в православном искусстве мы видим уже в VI – VII веках на синайских иконах, в мозаиках Рима и Равенны. Для православного образа Богоматери характерны определенные цвета одежд – красный мафорий и синее нижнее одеяние. Таковы одежды Богоматери на всех иконах (за редким исключением), и их цвета символизируют соединение в Ней Девства и Материнства, Ее земной природы и небесного Ее призвания. Важная деталь одеяния Богородицы – поручи (нарукавники). Поручи – деталь облачения священников на иконах это символ сослужения Божией Матери (а в Ее лице – всей Церкви) Первосвященнику Христу. На челе и плечах Богородицы изображаются три золотые звезды в знак того, что Богородица пребывала Девою до Рождества, в Рождестве и после Рождества.
Существует пять основных типов изображений Божией Матери: «Оранта» («Молящаяся»), «Одигитрия» («Путеводительница»), «Елеуса» («Умиление»), «Панахранта» («Всемилистивая») и «Агиосортисса» («Заступница»). Все многообразие существующих икон Богоматери сводится именно к этим пяти основным типам.
Давайте рассмотрим, удовлетворяют ли этим требованиям те новоявленные иконы, которые так активно распространяются в среде православных.

Специалист по иконографии священник Борис Михайлов в статье «Иконография чутко реагирует на состояние церковного сознания», опубликованной в газете «Церковный вестник», отмечает, что многие новые иконы Пресвятой Богородицы не отражают всей глубины православного богословия и вместе с тем свидетельствуют о невоцерковленности некоторых современных иконописцев.

Так, в последние годы широко распространяется по России псевдоикона «Воскрешающая Русь». Поводом к написанию этого изображения стало видение жительницы города Пятигорска Ольги Павленко. В соответствии с видением, на образе женщина в белом одеянии, в которой поклонники псевдоиконы предлагают видеть Пресвятую Богородицу, разбрасывает крестики. Маленькие существа, изображенные внизу, по-разному относятся к этим летящим крестикам. Одни принимают их и просветляются, другие в ужасе убегают, а третьи - превращаются в темные комочки.
На лжеиконе центральная фигура изображается в белых одеждах, что совершенно нехарактерно для православной иконографии Богоматери. Напротив, в оккультных сектах такое изображение встречается довольно часто. Достаточно вспомнить времена «Белого братства», когда уличные столбы были «украшены» плакатами с изображением женщины в белом балахоне с надписью «Мария Деви Христос». Некий иеромонах Корнилий в брошюре «О Чудотворной иконе Пресвятой Богородицы Воскрешающая Русь»утверждает: «Покров Божией Матери — это Богородичное Воздвижение Креста, ибо, что для Господа Крест, то для Пречистой Его Матери — Покров»? «"Воскрешающая Русь" — Преображение Богородицы», — еще одно «богословское открытие» иеромонаха Корнилия. Что это такое — вразумительно не может объяснить никто. Но нелишне вспомнить, что одно из наименований секты «Богородичный Центр» — «Церковь Божией Матери Преображающейся», которое было официально зарегистрировано в июне 1991 года. Неудивительно, что это изображение пользуется популярностью у представителей секты богородичников.

По учению сектантов, от Персоны (в видении О. Н. Павленко, ныне возомнившей себя "священнослужительницей церковной") исходит некая энергия, которую сектанты называют "чудесное света излучение". Эту энергию символизируют брошенные вниз крестики. Она, в соответствии с "видением" Павленко, целительна для тех людей, кто принимает крестики (люди эти светлеют), и та же самая энергия (ведь не может из одного источника одновременно истекать живая и мертвая вода) губительна для остальных. В одной из анонимных брошюр, посвященных псевдоиконе «Воскрешающая Русь» говорится, что: «кто не принял крестик, был наподобие таракана», «кто же уклонялся или убегал от крестика, видимым образом умалялся в росте, чернел, превращаясь в кучку мерзостей». И такую «икону» , на которой человек - образ и подобие Божие представлен как «кучка мерзостей» требуют объявить православной и каноничной.
Все это не только противоречит учению Православной Церкви о Божьей Матери, а является страшным кощунством. Нельзя даже предположить, что от Богородицы в принципе может исходить нечто такое, что (по словам составительницы "акафиста" в честь псевдоиконы Г. Андриановой) способно "скукожить" человека, будь он первым грешником. Сектанты, таким образом, вместо прославления Царицы Небесной возводят на Нее хулу. Само изображение является ложным по отношению к Пресвятой Богородице. То излучение, о котором они говорят в "акафисте", есть излучение лжи.

В околоцерковных кругах существует укоренившийся предрассудок, что демоны не могут являться в облике Пресвятой Богородицы, потому что, якобы, Сам Господь запретил это делать силам нечистым. Однако святитель Игнатий Брянчанинов в работе «О сновидениях» говорит: «Преуспевшим в самомнении демоны начинают являться в виде ангелов света, в виде мучеников и преподобных, даже в виде Божией Матери и Самого Христа, ублажают их жительство, обещают им венцы небесные, этим возводят на высоту самомнения и гордыни».
Ольга Павленко является т.н. «народным целителем», а по сути дела просто экстрасенсом, прикрывающимся православием. Видения «святых», повелевших «лечить людей», институт нетрадиционной медицины Я. Гальперина, международные слеты целителей, «космическая зарядка» по набору энергии, коллектив¬ное «молитвы за Россию» на фоне медитаций, «изгнание бесов» из людей — все это, очевидно, и привело О. Павленко к новым, «православным» обольщениям, к «особому служению» у «богородицы».
Одним из аргументов, приводимых сектантами в пользу чудотворности лжеиконы, является ее мироточение, и источаемые ею «чудеса». Но обратимся к творениям святых отцов, всегда ли чудотворения имеют божественное происхождение? Сам Господь говорил предупреждал об опасности обольщения ложными чудесами: « Востанутъ бо лжехрiсти и лжепророцы, и дадутъ знаменiя велiи и чудеса: якоже прельстити, аще возможно, и избранных.» (Мф.24.24). В особенности чудеса будет расточать антихрист, поражая и удовлетворяя ими плотское мудрование и невежество. Святитель Игнатий Брянчанинов в своем труде «О чудесах и знамениях» пишет: «Неведение и плотское мудрование, увидев эти удеса, нисколько не остановятся для размышления: немедленно примут их по сродству духа своего с духом их, по слепоте своей, признают и исповедуют действие сатаны величайшим проявлением силы Божией. (…) Не сообразят человеки, что чудеса его не имеют никакой благой, разумной цели, никакого определенного значения, что они чужды истины, преисполнены лжи, что они – чудовищное, всезлобное, лишенное смысла актерство, усиливающееся удивить, привести в недоумение и самозабвение, обольстить, обмануть, увлечь обаянием роскошного, пустого, глупого эффекта».
Именно такие безсмысленные, нелепые чудеса и происходят по молитвам к псевдоиконе «Воскрешающая Русь».
«Странник Михаил, 29 марта ослепнув, исцелился на следующий день по своим молитвам к Богородице "Воскрешающая Русь» (…)С другом случилось несчастье — обокрали дачу... из дома вынесли мебель... обошел с иконой вокруг дачи... приезжают через несколько дней... и ахнули! В доме мебель стоит вся на месте и даже убрано, как будто ничего и не было (…)Все это время икона часто благоухает, мироточит, исцеляет и показывает различ¬ные чудеса». Для истинно православного человека все эти ссылки на чудеса, пророчества и мироточения не могут быть критерием истинности, поскольку многообразные необычные явления происходят и у сектантов, и у магов, и у язычников. В Бурятии есть статуя Будды, источающая молоко, а у «богородичников» мироточат статуи.
Для поклонников лжеиконы критерием истинности тех или иных «чудес» служит радостное, восторженное чувство, испытывемое при этом. По мнению же Святых Отцов это является признаком прелестного состояния. «Отвергай приходящую радость рукою смирения, да не обольстишься». (Лествица 7:57) «Не сочиняй себе восторгов, не приводи в движение своих нервов, не разгорячай себя пламенем вещественным, пламенем крови твоей. Жертва приятная Богу – смирение сердца, сокрушение духа. С гневом отвращается Бог от жертвы, приносимой с самонадеянностью, с гордым мнением о себе, хотя бы эта жертва была всесожжением» (свт. Игнатий Брянчанинов «О любви к Богу»). Лжедуховность обычно стремится привлечь к себе внимание лжечудесами.
Почитатели псевдоиконы, твердя о послушании как о величайшей добродетели, проявляют упорное непослушание Церкви, обнаруживают отсутствие элементарной церковной дисциплины, но при этом готовность к безрассудному послушанию тем, кого они избрали себе в кумиры. Это происходит от гордыни, самоволия, жажды чуда и от невежества — все это благодатная почва для деятельности врагов Церкви, которые внедряют в наше сознание различные раскольнические и еретические идеи — в том числе и через «новые чудотворные иконы», к которым мы проявляем такой неестественный интерес.

Если изображение, именуемое «Воскрешающая Русь», иногда принимает некое подобие канонической иконы (только потому, что за основу берется иконография Покрова Божией Матери), то такие образы, как «Дары Дающая», «Самодержавная», «Яко орля крылья», с православным каноном не имеют ничего общего. При этом два последних в кругу их ревностных почитателей именуются «царскими» или «монархическими». До этого все иконы считались просто православными, теперь они, видимо, стали делиться по партийному признаку. Раз есть иконы «царские», значит, в скором будущем можно ожидать появления икон «аристократических», «интеллигентских» и «рабочее - крестьянских»…Все эти изображения остаются чуждыми православному иконографическому канону.

В труде Л.А Успенского «Богословие иконы православной церкви» читаем: «Иконописный канон есть известный принцип, позволяющий судить, является ли данный образ иконой или нет. Он устанавливает соответствие иконы Священному Писанию и определяет, в чем заключается соответствие, то есть подлинность передачи божественного Откровения в исторической реальности тем способом, который мы называем символическим реализмом. Основным критерием, предъявляемым к образу, является его литургичность. Критерий литургичности неотделим от истины Боговоплощения и Искупительной Крестной жертвы Спасителя».
На изображении, именуемом «Дары Дающая» мы видим Матерь Божию в архиерейском облачении с евхаристической чашей в руках – то есть она предстает здесь как священница, а точнее «архиерейша». Изображение Бога Саваофа, которое мы видим в верхней части композиции, является также неканоничным, и было отвергнуто на Большом Московском Соборе 1665 года. Самочинная «икона» напоминает католическое изображение Cвятой Троицы в виде Бога Отца как старца, Бога Сына как Христа и Святого Духа в виде голубя. Богородица заняла в образе этой «троицы» место Христа— то есть уподоблена Богу и представлена как некая «богиня». Это настоящая ересь в духе «Богородичного Центра». Богородица вытеснила Христа (а это является марионитской ересью, разоблаченной еще Иоанном Дамаскиным).

Кроме того, реалистичность, с которой выполнено данное изображение, не свойственна православным иконам. Чувство пространства в восприятии окружающего мира у человека развито очень остро. Имя Господа пробуждает духовные чувства, которые имеют сверхтонкий характер, поэтому, чтобы их осознать, необходимо предварительно исключить грубые душевные чувства, которые возникают при восприятии чувственной живописи.

Если художник строит реалистичную композицию по законам прямой перспективы, то взгляд фокусируется и сердечное восприятие прекращается. Такое восприятие дает простор образному мышлению, фантазиям в поисках ярких душевных переживаний, а это уже является неуправляемой стихией страстей. Молитва в данном случае будет только пробуждать, и укреплять страсти, уводя в духовную прелесть.

Может возникнуть вопрос, как же быть с известными, почитаемыми Церковью иконами типа «Нечаянная радость» или «Азовская», которые также выполнены в живописной манере и пространство в которых практически иллюзорно? По этому поводу известный богослов Леонид Успенский писал следующее: «Что же касается «живописного стиля», то как может стать церковным образ, не выражающий учения Церкви, образ, который не несет в себе «раскрытия жизни во Христе», и как же, в силу своего чудотворения, он становится приемлемым для выражения «христианских истин в Православии» и становится на один уровень с образом, который их выражает? Такой образ, если, конечно, по своему иконографическому сюжету он не содержит противоречия православному вероучению, то есть не еретичествует, может послужить основанием к появлению нового типа канонической иконы (при условии, конечно, подлинности чуда), то есть быть воцерковлен». (Л. Успенский. Богословие иконы православной церкви. - М.,1989 г.,С. 410.)

Изображения, именуемые иконами Божией Матери «Самодержавная» и «Яко орля крылья» очень схожи между собой. На обеих Богородица предстает на фоне двухглавого орла. Этот образ также не нов, он заимствован из оккультной каббалистической символики. Главным критерием, по которому почитатели этих изображений относят их к числу православных, является обилие чудотворений от них исходящих. Так, например, как сообщает почитательница псевдоиконы «Яко орля крылья» Ирина Давыдова, когда эту псевдоикону несли крестным ходом по Москве, то она являла чудеса, укрывала от гонителей, вразумляла и просвещала. Так и хочется добавить – и даже показывала фокусы. Как уже говорилась ранее для истинно православного обилие чудес это лишь очередной повод задуматься об их источнике.

Обе иконы были написаны в конце XIX века неизвестным художником по заказу князя Шаховского и до недавнего времени пребывали в храме, находившемся на территории имения князей Шаховских (храм Преображения Господня в селе Верзилово Ступинского района Московской области). Затем – по распоряжению благочинного – они были сняты, и на их место было установлено Распятие.
На иконе «Самодержавная» Богородица изображена в царском одеянии с короной на голове, восседающей на фоне двуглавого орла, в окружении святых.
Почитатели иконы дают достаточно вольную трактовку сюжета иконы: «Матерь Божия утверждает Царский престол, показывая тем самым, что истинное Православие возможно только при Самодержавной власти. У Божией Матери пояс в виде креста – в этом видно указание и нам распинаться за Царя-Батюшку. Радуга вверху – множество мира, примирение Бога с человеком. Несмотря на то, что икона написана в реалистичной манере, все же представляется, что рассматривать изображенное на ней необходимо через понимание символов». (Ирина Давыдова. «Гонимые святыни»). Сложные аллегории обычно вводят в язык живописи мистические учения и секты, православным же сознанием излишняя аллегоризация однозначно воспринимается как профанация святыни.
Но, если в иконе нарушены каноны, тогда, в лучшем случае, она становится живописным произведением на религиозную тему, которое пробуждает душевные чувства. Но для православного христианина любые душевные чувства являются формой проявления страстей, с которыми нужно вести постоянную борьбу.

Что же говорить о том, какие чувства вызывает изображения на оккультную тему, выполненное в реалистичной манере, да еще и почитающиеся в рамках ереси царебожия.
Много полемики вызывают также вопросы иконографии новомучеников, и в частности царственных мучеников. Повсеместно растет их почитание, тиражируются во множестве их иконы, но, к сожалению, в большинстве – с нарушениями иконописных канонов. Особенно много нарицаний вызывают иконы, на которых царь-мученик поименован как «св. Царь искупитель Николай», поскольку прямое именование его на иконах «искупителем» является непозволительной ересью. Для православных христиан искупитель может быть один – Господь Иисус Христос. На Голгофском Кресте искуплены все наши грехи, заглажены все беззакония, поэтому ни о каком искуплении грехов смертными людьми речь идти не может.

Диакон Даниил Сысоев совершенно справедливо пишет, что "человек, искренне считающий императора "искупителем", не может быть христианином, ибо тем самым он считает, что дело Господа было неудачно и потому нуждается в дополнении. Голгофа не смогла спасти русский народ, и Богу потребовалась еще одна жертва, которую Он принял в лице царя". Это означает, что "человек может быть спасен человеком же, причем Христос становится явно ненужным".

Изображения эти крайне низкого художественного уровня, порой даже отталкивающе некрасивы. Рассмотрим для примера одну из таких икон святого мученика царевича Алексия. Во-первых, это изображение реалистично, можно даже сказать натуралистично, что уж совсем неприемлемо для православной иконы. В древней традиции статус иконы для поклонения и почитания, усваивается написанному образу в первую очередь не через портретную схожесть, а через надписание святых.

Особенно отталкивающе выглядят грубые, натуралистично написанные, руки. Это руки человека явно преклонного возраста. Лик цесаревича тоже вызывает недоумение, если эту гримасу со странной полуулыбкой вообще можно назвать ликом. Иконографический канон ориентирован на обобщенный образ, в котором портретное сходство просто преображается путем отсечения случайных черт и приведением к единству соборных черт святости. Человек был сотворен «по образу и подобию Божию» (Быт.1.26). В грехопадении этот образ был замутнен (Рим.1:23)

Святые подвигом своим приближаются к восстановлению, в сиянии славы и красоты образа Божиего(1 Кор.15:49).

 

В ликах святых явлен образ Богоподобия. Святые, достигшие Царствия Небесного, избавились от страстей и пороков, поэтому лики их выражают полное безстрастие, покой и безмятежность. В лике святого иконописец стремится запечатлеть прежде всего Того, Чьим образом тот является, все же, что от плоти, - является несущественным. Еще Дионисий Ареопагит говорил о том, что в священных изображениях должно присутствовать сходство и несходство. Сходство для того. чтобы оно было узнано; несходство для того, чтобы подчеркнуть, что это подобие, как бы иносказание, но не зеркальное отображение.

«Икона – не портрет, а прообраз грядущего храмового человечества. И так как этого человечества мы пока не видим в нынешних грешных людях, а только угадываем – икона может служить лишь символическим его изображением. Что означает в этом изображении истонченная телесность? Это – резко выраженное отрицание того самого биологизма, который возводит насыщение плоти в высшую и безусловную заповедь.» (Князь Е.Н. Трубецкой. Три очерка о русской иконе. – Новосибирск,1991. – С.16.)

Облик цесаревича на указанной иконе никак не вписывается в православные каноны. Полуулыбка, никак не идущая к облику православного святого, видимо, заимствована с католических изображений. «В католических иконах нет метафизического трагизма. Там трагизм земных, душевных человеческих переживаний. А чаще всего другое – человеческая чувственность, то, что обращено к земле и принадлежит земле. Эта душевная чувственность и сентиментальность католических икон воспринимается подсознанием человека как возможность примирения с Богом без покаяния, без изменения себя. Улыбающееся выражение иконы действует как усыпление грешника, как капитуляция и примиренчество с грехом». (архим. Рафаил (Карелин) О языке православной иконы.// Православная икона. Канон и стиль. – М., 1998. – С.59.)

 

Напомним, что по преданию Спаситель и Божия Матерь никогда не улыбались.
Лик и руки (карнация) иконописец, как правило, выписывает с особой тщательностью, потому что они несут большую смысловую нагрузку. В данном случае именно они свидетельствуют о неправославном характере изображения.

 

Каждая икона несет ряд символов, раскрывающих определенный духовный смысл. Иногда привычные символы могут выстраиваться таким образом, что будут нести в себе смысл, противоречащий православному мировоззрению, что и вышло с вышеупомянутыми иконами.
Не имеет под собой догматической основы и образ св. царственных мучеников, написанный в Русском зарубежье. Он представляет святых царя и царицу стоящими с двух сторон от царевича Алексея и держащими крест над его головой. Их дочери написаны на полях, держащими в руках свечи. Аналогию этой композиции мы находим в образе праздника Крестовоздвижения, где св. император Константин и св. императрица Елена стоят с двух сторон от Патриарха, держащего на голове Животворящий Крест. Это символическое изображение созидания на земле Церкви: распятого на Кресте Тела Христова, с которым мы соединяемся священством, получившим на это особую благодать в день Пятидесятницы. Буквальное повторение композиции с замещением фигуры Патриарха на изображение царевича Алексея лишает изображение символической образности. Помещение образа царевича Алексея в центр иконографии мистически — неверно. Центром изображения должен быть царь, помазанный на царство в образ Христа.
Также очень по-земному воспринимается изображение императрицы и великих княжон в облачениях сестер милосердия, а государя с наследником — в военной форме. Надо иметь в виду, что в Церкви, а значит, и на иконах, согласно с библейской традицией, одежды имеют символическое значение. Золото, жемчуг, драгоценные камни, изображаемые на них, — это все символические знаки Небесного Иерусалима, как он описывается в Евангелии. Такой же иконографической ошибкой на некоторых иконах представляется раскрытый свиток в руках Николая II с начертанными на нем словами из Книги Иова. Любая икона, кто бы на ней не был запечатлен, всегда обращена к Самой Пресвятой Троице, а значит, и приводимый на свитках текст должен говорить только о Боге. Сам же свиток, как правило, держит тот, кто его написал: пророк, евангелист, святитель или преподобный.

Наиболее догматически верной представляется вариант иконографии царственных мучеников, предложенный О.В.Губаревой.

 

 Царская семья изображается на фоне Феодоровского Государева собора в Царском Селе. В центре композиции, на золотом фоне, знаменующем собою свет Небесного Иерусалима, находится государь с крестом в руке, в царских одеждах и в мантии. На голове его шапка Мономаха. Место его, как всеобщего главы, — в центре иконы и выше других. Персты правой руки его, учитывая особенность царского служения, сложены в отеческом благословении. С двух сторон от государя — члены его семьи, в царских одеждах, в мученических плащах и с крестами. У царицы, как венчанной вместе с Николаем II на царство, на голове корона. У царевен — головы покрыты платками, из-под которых видны волосы. Второй план в иконах обычно — символический, поэтому фигура Николая II вписана в изображение храма - (так часто на иконах изображается Христос), потому что всякий царь является образом своего царства. Храм — это образ телесной храмины государя, мистически вбирающей в себя весь собор подданных, за которых он пострадал и теперь молится на небесах. Феодоровский собор строился государем на свои средства, был молельным храмом его семьи и в архитектурном замысле воплотил представления Николая II о Святой Руси и соборной государственности, возродить которую он стремился. Это очень естественно вписывается в художественно-символическую структуру иконы. Множество архитектурных деталей и две открывающиеся по бокам пристройки: колокольни и крыльца царского входа, — помогают подчеркнуть соединенность всех предстоящих в центральной фигуре государя. Он стоит по оси купола храма, как глава всех, на возвышении, символизирующем престол: и царский, и жертвенный. Небольшая главка рядом с офицерским входом, оказывающаяся над образом царевича Алексея, становится знаком, выделяющим его как наследника престола. Этот образ, конечно, может не быть единственным, но представлен здесь как пример канонически верный.

Совершенно отдельную группу представляют собой неканонические иконы неканонизированных святых (Григорий Распутина, Иоанна Грозного, митрополита Иоанна Снычева, о. Николая Гурьянова, Евгения Родионова и даже Игоря Талькова).

Уже сам по себе факт почитания таких изображений, пренебрежение канонической позицией Церкви приводит к опасной позиции «церковного диссидентства» и гибельному для души состоянию. Ослепленные собственной «ревностью о благочестии» эти люди готовы отречься от Матери-Церкви в угоду чьим-то политическим или иным амбициям.

Указанные изображения насыщены символикой, зачастую оккультной. По слову прп. Максима исповедника, «весь мысленный мир таинственно и в символических образах представляется изображенным в мире чувственном для тех, кто имеют очи видеть, и весь мир чувственный, если любознательным умом разбирать его в самых началах, логосах, заключается в мире мысленном; этот в том своими началами, а тот в этом своими символическими образами». Проще говоря, по словам современного историка и публициста Михаила Назарова, «символы – это не безобидная вещь, это точки приложения духовных сил, добрых и злых, которые через эти символы – как через окна, двери, форточку – входят в нашу жизнь и, соответственно, влияют на нее».
Достаточно почитать самочинные акафисты и молитвы, составленные к этим иконам, чтобы понять, что дух этих изображений совсем не безобиден. Часто, вместо лика, на таких изображениях можно увидеть искаженное в гневе лицо человека, порабощенного страстями. Эти «иконы» больше напоминают агитационные плакаты советских времен, чем изображения людей, в безстрастии своем достигших святости.
Эти иконы могут быть выполнены в разной манере – более или менее «псевдоправославной». Объединяет их одно – сюжеты их не имеют с Православием ничего общего, поскольку, как мы уже говорили, каноничность и иерархичность – это два основания Православия. Иконы именуются православными, если «они не заключают в себе ничего противного православной догматике и каноническим постановлениям».
Наиболее веским аргументом в защиту своих икон их почитатели считают обилие источаемых ими чудес. Но чудо не является лучшим способом проповеди. «Церковь живет не тем, что преходяще и индивидуально, а тем, что неизменно. Не потому ли чудеса никогда не были для нее критерием ни в одной из областей ее жизни, и жизнь эта никогда по ним не равнялась? И не случайно то, что соборные постановления предписывают писать иконы, основываясь не на чудотворных образах (потому что чудотворение иконы есть вешнее и временное, а не постоянное ее проявление), а так, как писали древние иконописцы, то есть по иконописному канону. Это, подчеркиваем, относится к православному каноническому образу, то есть к полноценному выражению «тайн домостроительства Божия о спасении людей». (Л.Успенский. Богословие иконы православной церкви. - М.,1989 г., С. 410)

Бог ищет любви человека, произвольного, а не принужденного, хотя бы и чудесами, следования за Ним. Лжедуховность же, напротив, обычно стремится привлечь к себе внимание лжечудесами. Поэтому в данном случае множество чудесных явлений скорее свидетельствует о том, что автор их – князь тьмы, а написание подобных образов и почитание их является кощунством и антицерковным действием.

Как пишет святитель Игнатий Брянчанинов, «знамения ложные были споспешниками заблуждения и истекающей из него погибели... Человеки... потеряв смирение, признающее себя недостойным не только совершать знамения, но и видеть их, ждут чудес более, нежели когда-либо. Человеки в упоении самомнением, самонадеянностью, невежеством стремятся безразборчиво, опрометчиво, смело ко всему чудесному... Мы приближаемся постепенно к тому времени, в которое должно открыться обширное позорище многочисленных и поразительных ложных чудес, увлечь в погибель тех несчастных питомцев плотского мудрования, которые будут обольщены и обмануты этими чудесами» ( Святитель Игнатий Брянчанинов. Беседа в понедельник двадцать девятой недели "О чудесах и знамениях".// Творения: Аскетическая проповедь. Письма к мирянам. – М.: "Лепта", 2002. С. 511-570).
http://voskresloboda.ucoz.ru/publ/1-1-0-26

ФИЛЬМ документальный: ВЕЛИКАЯ ТАЙНА ВОДЫ. 2 части



1. ВЕЛИКАЯ ТАЙНА ВОДЫ . Фильм 1




Память воды запоминает любое воздействие.

1 атом серебра на 100 000 000 воды - обеспечивает дезинфекцию воды.
Структура воды намного важнее, чем ее химический состав. Молекулы объединяются в кластеры.
Ученые зафиксировали с помощью приборов, что в каждой ячейке памяти воды находятся 440 000 информационных панелей, каждая из которых отвечает за свой вид взаимодействия с окружающей средой.

Читать далее...