О сайте Nationalism.org

Современные представления о национализме в цивилизованном мире радикально отличаются от тех, что бытуют в России. Достаточно взглянуть на определения понятия «национализм», которые даны в ряде авторитетных словарей и энциклопедий:

nationalism
1. Devotion to the interests or culture of one's nation.
2. The belief that nations will benefit from acting independently rather than collectively, emphasizing national rather than international goals.
3. Aspirations for national independence in a country under foreign domination.
The American Heritage Dictionary of the English Language (4th ed.) © 2000 by Houghton Mifflin Company

nationalism
1. The state of being national; national attachment; nationality.
2. An idiom, trait, or character peculiar to any nation.
3. National independence; the principles of the Nationalists.
Webster's Revised Unabridged Dictionary © 1998 MICRA

nationalism
Ideology based on the premise that the individual's loyalty and devotion to the nation-state surpass other individual or group interests.
Encyclopaedia Britannica © 2002

Мы видим, что в этих определениях понятие «национализм» имеет нейтральную или скорее даже положительную коннотацию (преданность культуре своей нации, стремление к национальной независимости - что в этом плохого?). Иначе и быть не может, поскольку все европейские государства-нации - Франция, Великобритания, Германия - созданы, сконструированы на базе идей национализма - национализма, соответственно, французского, британского, немецкого. То же самое можно сказать и о «новых нациях» Латинской Америки, Азии и Африки, Центральной и Восточной Европы.

В то же время в российском общественном сознании национализм устойчиво ассоциируется с «экстремизмом», «расизмом», «фашизмом», «антисемитизмом» и прочими малоприятными вещами. Причины этого положения, на наш взгляд, таковы.

Во-первых, негативное отношение к национализму досталось нам в наследство от коммунистической эпохи.

Во-вторых, негативизм постоянно подогревается деструктивной деятельностью разнообразных экстремистских «патриотических» и «националистических» групп, нагло объявляющих себя «русскими националистами».

В-третьих, и это, по-видимому, самое главное - Россия в своём историческом развитии так и не смогла достичь состояния «русского национального государства». Русской нации никогда не было и нет до сих пор - она не успела сформироваться. На смену Российской империи пришла империя СССР, посткоммунистическая Россия несвободна от «имперских комплексов» и никак не может вписаться в реалии сегодняшнего дня.

На наш взгляд, именно формирование новой русской нации сделает, наконец, Россию «нормальной европейской страной» и позволит русским занять адекватное и достойное место среди других наций планеты. Если русские не создадут своей нации, они исчезнут с исторической сцены. «Русский националист» сегодня - это проектировщик, конструктор и строитель русской нации.

Цель проекта Nationalism.org - создать интеллектуальный ресурс для этой работы.

Редакция Nationalism.org
 

+++++++++++++++++++++++++++

Владимир Авдеев
Детская болезнь евразийства в русском национализме
 

http://nationalism.org/aziopa/avdeev.htm

«Азия — для азиатов»
(лозунг японских дипломатов
времён империализма)

Свершилось! Из кабинетов Лубянки и душных кухонь коммунальных квартир проблема русского национализма плавно перебралась в литературные салоны и на первые полосы солидных аналитических журналов. Пройдя испытание на механическую прочность, национализм рискует теперь выродиться, получив инъекцию смертоносного идеологического заболевания, имя которому — евразийство.

Уже столетие, как мыслители, мнящие себя борцами за русскую идею, пичкают нас этим одуряющим зельем, увещевая повернуться к миру материального достатка спиной и посвятить себя всецело праздному созерцанию необъятных просторов Евразии, что якобы просветляет и дарует вожделенное спасение. Эта тихая настойчивая ложь развратила множество пытливых и независимых умов. Столетие русскому человеку объясняют, что маскарадный хоровод национальных одежд и мультипликационная чехарда чьих-то чужих привычек — это благо для нас — русского «народа-богоносца», строителя помпезного «храма Третьего Рима». И никто не пытается вникнуть в суть этой агитации, буйным цветом колосящейся при всех режимах. Ни царь, ни большевики, ни рыночники-демократы, ни нынешние социал-революционеры из патриотического подполья не устают принуждать нас к мазохизму оголтелого братания со всеми народами.

Не ищите: вы не найдете ни одного серьезного исследования, направленного против этой концепции. Опытные кукловоды изобрели дуалистическое деление на «атлантистов-западников» и «евразийцев» в духе примитивной христианской морали, и никому до сих пор не пришло в голову, что эти два словесные штампа изобретены с одной и той же целью — разрушения белой расы и русского народа в частности.

Этим нашим кратким эссе мы намерены не просто усомниться в ценности евразийства как такового с позиций приверженцев так называемого «западного образа жизни», но и рассмотреть его концепцию в качественно новом — русском — измерении. Все доводы «евразийцев» в адрес ненавистных «атлантистов» известны сегодня каждому, равно как и высокомерие последних по отношению к «континентальному имперскому мышлению». Мы же намерены русским задать вопрос: имеет ли смысл в этой давней борьбе с таким изнуряющим остервенением хвататься за цветастое знамя Евразии? Нужна ли она нам вообще? Стоит ли мистическое континентальное просветление миллионов русских жизней, постоянно приносимых в жертву «евразийской идее»? Оправдан ли геноцид по отношению к самим себе ради мифических чертогов «Третьего Рима»? Нужна ли империя для разных народов, построенная преимущественно на русских костях?

Если отбросить всю высокопарную риторику нынешних национал-революционеров, призывающих к сокрушению запада и реставрации евразийской империи, если продраться сквозь словесные штампы о «традиции», «сакральном», «героическом», «соборности» и т. д., то очень скоро выяснится, что всё, чего хотят борцы с «новым мировым порядком», так это лишить нас теплого ароматизированного туалета и заставить искать мистическую пуповину Евразии в монгольских степях. Их эстетика — это сущее упоение при виде грязного халата кочевника-работорговца с непременным ритуальным обвинением «новых» русских, «продавшихся Западу», в том, что они, дескать, ходят в красных пиджаках. И это притом, что опрятно и элегантно одетых евразийцев, и именно русскоязычных евразийцев, в природе вообще не существует. Евразиец одевается, точно маскируясь под господствующий цвет местности — неприметно серый. Особый шик в борьбе с атлантизмом «профанического Запада» они видят в том, чтобы разбить дубиной компьютер как некое мистическое сатанинское зомбирующее средоточие. Им никогда не приходит в голову построить свой — «сакральный», «традиционалистский», «имперский», какой угодно!

Современное евразийство, как его видят национал-революционеры, — это концепция сугубо маргинальная. Дугин, Лимонов и фигуры меньшего масштаба открыто заявляют на страницах своих изданий, что евразийскую альтернативу Западу они видят в антисистеме, а все их лозунги начинаются с контр- и анти-. То есть ничего позитивного. Их мировоззрение и их стиль — это просто отрицание всего западного, это нечто аморфное, но обязательно со знаком «минус». Они, к сожалению, не помнят слов Мартина Хайдеггера, который сказал, что «всякое антинеминуемо исчезает в том, что оно отрицает». Можно сказать еще жёстче, как Григорий Климов: «Ничто, которое само себя ничтожит».

Евразийство — это заповедник мифов. Евразийцы ищут пресловутый «золотой век» с настойчивостью промотавшегося студента, заложившего в ломбард некий фамильный ювелирный антиквариат и никак не могущего найти злосчастную закладную квитанцию. Они пытаются искать в болотах «утонувший град Китеж» или натужно щурятся, выискивая «Небесный град Иерусалим». Либо предпочитают окопаться в берлоге «Третьего Рима», а также впасть в нирвану «Русского космизма».

Они — враги действительности, они ненавидят реальность. Вперёд, точнее, назад — вот их лозунг. Это крестоносцы «Града Небесного», потому что в земном они просто не умеют жить. Гийом Фей сказал о них, что «нет ничего более далекого от традиции, чем традиционализм». Они — это вечная судьба «всечеловеков» сидеть у разбитого корыта в ожидании золотой рыбки в виде мистического искупления. Они живут, чтобы «спастись». Что они будут делать после того, как спасутся, они никогда не задумывались.

Слово «традиция» используется евразийцами как некое общеобязательное заклинание и одновременно наркотическое зелье. Ибо под понятием «традиция» они подразумевают убийственную, валящую с ног смесь постного русского православия, византийского имперского обскурантизма, народничества, черносотенства, мистического социализма и все это, присыпанное сверху некоей соборностью для приличия. Традиция в их понимании — это винегрет, причем неизвестно кем замешанный. То, что традиции создаются людьми, что они имеют расовые родословные, и то, что они могут существовать в чистом виде безо всяких этнических примесей, им никогда не приходит в голову.

Когда первые католические миссионеры приехали в Африку, то для удобства агитации среди чернокожего населения они изображали Деву Марию на иконах негритянкой. Точно так же и современные евразийцы готовы изобразить Христа на иконе раскосым азиатом, лишь бы сохранить лозунг о том, что православие является духовной скрепой евразийства.

Как и все подлинные христиане, евразийцы находятся во власти дуалистической этики, в рамках которой евразийство — это всегда хорошо, а атлантизм — это всегда плохо. Это их умственная конституция. Они не способны посмотреть на данное мифическое противостояние сверху, ибо обе данные концепции изобретены одними и теми же людьми для борьбы с белой расой. Атлантизм сталкивает лбами две части арийской расы в постоянных и совершенно бесплодных в военном отношении войнах, а евразийство в это время тихо и по-азиатски коварно разбавляет кровь арийской расы всяческими примесями. Бвразийство — это рай для метисов, скрывающих фамильные преступления предков. В расовом отношении евразийство — это метис. Евразийцы скрывают происхождение деда с бабкой и при этом заявляют, что любят Л. Гумилёва — это их тактика. Евразийство — это гностицизм наследственности. Евразийство распыляет силы нации. Оно ослабляет потенциал русского этноса.

Вытравить из воздуха все чудеса и убить самый привкус данного мифа — вот наша задача. Утонул «град Китеж» — туда ему и дорога, значит, такая у него судьба. «Небесного града Иерусалима» тоже что-то не видно. И ладно, лишь бы на нас не упал. «Третий Рим» — это вообще не концепция, а дурная наследственность. Первый разрушили вандалы, второй — турки-сельджуки, а третий — большевики. Это не идея растущей силы, это — констатация обреченности. «Русский космизм» с его сумасшедшими блажениями — это просто разновидность эзотерической мастурбации. Удовольствие от мнимого обладания есть, а результата нет. Ни один оккупант не нанес Русским такого вреда, как все эти идеологические кустари-алхимики. Евразийство — авангард вредительства. Это теория приспособления к внешней оккупации на основе духовной маргинальности. Вечный удел евразийцев — прозябать в плену кровососущих мифов; вечное занятие — пополнять русскими невольничьи восточные рынки.

Фридрих Ницше, предрекая национальный подъем Германии, говорил о «национальной узости, которая все упрощает и концентрирует». Именно это нам сейчас и нужно. Ясность, простота, концентрация только на себе и своих актуальных национальных проблемах. Никакого экуменизма, эзотеризма, богочеловечества, рериховщины. Никакого братания с кем ни попади. Хватит в угоду евразийской концепции радостно жать всем руки, а потом настойчиво искать, обо что бы их вытереть. Евразийство — это осознанное культурологическое дикарство, ибо оно сродни желанию папуаса красоваться в бусах, где на одной нити болтаются и крест, и полумесяц, и семисвечник, и пятиконечная звезда и рериховский символ человечества. Это синдром сороки-воровки — хватать все что ни попадя и тащить к себе в гнездо. Но ведь следом за серебряной ложкой может попасться и перстень с ядом.

Нужно понять раз и навсегда, что традицией может быть только живое тело, а не истлевшие мощи, которым поклоняются из уважения. Что она обладает расовым и кастовым происхождением, что на ней лежит печать среды происхождения и наследственности. Наконец, это осознанный ответственный акт творения, а не спонтанная евразийская помесь разнохарактерных элементов, проявившаяся в процессе идейного блуда. Мы не за традицию с темным прошлым, а за традицию в чистом виде. Мы за селективный традиционализм и евгенику в области метафизики. Мы не за смешение, а за апартеид.

Опорный лозунг евразийских империалистов известен давно: «Православие, самодержавие, народность». Рассмотрим его пристальнее.

Нынешнее православие — это коммунисты на крестном ходу, легко сменившие в своей кумирне портрет «отца народов» на лик «сына Божия», памятуя очевидно о том, что в Троице все взаимосвязано. Это также Храм Христа Спасителя, который строят «стахановцы» капитализма из типовых железобетонных блоков по ускоренной системе и с помощью турецких рабочих.

Нынешнее самодержавие — это низкорослый толстопопый чернявый инородец, которого отдали в советское военное училище, якобы для поддержания традиций русского офицерского корпуса, а затем с помощью геральдической алхимии из афериста, не имеющего ни капли русской крови, будут пытаться сотворить венценосного русского монарха — «помазанника Божия». Это и новые «дворяне» Пугачева с Киркоровым.

Что касается народности, то это определение времен наскальной доисторической агитации, которое тоже никуда не годится. Не о родоплеменном пережитке, но только о Нации в высшем ее понимании может теперь идти речь. Не нация для государства, как хотят кустари от «теории Третьего Рима», а государство как форма сохранения нации. Русская Нация сама решит, каким должно быть государство. Не может понять столь очевидных истин именно народность, которую подают вместе с православием и самодержавием на съедение «теории Третьего Рима». Только новая традиция, очищенная от чуждых расовых примесей, имеет право обслуживать духовные запросы Русской Нации. Только избавившись от чужеродных химер, можно создать Нацию.

Евразийство — это узаконенное право всех говорить от лица Русских, кроме самих Русских, потому что их тогда объявят фашистами. Вопреки высокопарным витийствам евразийцев нужно заметить, что евразийство — явление не аристократическое, а, напротив, антиаристократическое, разночинно-плебейское. В условиях всеобщего смешения не может быть выбора между лучшими и худшими, потому что у всех народов и рас свои принципы выработки социальной иерархии общества и селективного отбора элиты. Выравнивание всех народов в правах, смешение воедино принципов наций производящих и наций торгующих, народов оседлых и кочевых неминуемо ведет к деградации. Аристократизм, элитарность всегда подразумевали закрытость и селективность на протяжении поколений, а не пресловутое объединение народов лесов и степей в единую орду против «нового мирового порядка».

Атлантизм и евразийство — это две стороны одной медали, это смешение благородной крови с нежелательными примесями, только различными способами. В обоих случаях торжествует не разум и чувствительность белого европейца, но инстинкт торгаша в первом случае и диктат кочевника во втором. Евразийство — это не царство гармонии народов, это мафиозный восточный базар, где в обход православного добротолюбия и исламского шариата можно купить все: от водки и наркотиков до белокурой рабыни и гранатомета. Евразийство поощряет любые примеси: от суфизма и восточной эзотерики до любой ереси и приверженности общечеловеческим ценностям. В этом винегрете все и вся позволительно.

Деление на «левых» и «правых» придумали специально затем, чтобы перепутать местами верх и низ, ибо в социальном плане евразийство — это концепция не вертикальных, а горизонтальных ценностей. Именно поэтому евразийство бывает и «левым» и «правым» — на любой вкус. Это анархия и деспотия одновременно, это мистическое самодурство. Если Вы поддались на их уловку, то «левые евразийцы», не моргнув глазом, скажут Вам, что «Ленин — это махатма», а «правые» с пеной у рта будут доказывать, что «Гитлер — это последний аватара». Весь ужас, однако, заключен в том, что и те, и другие будут правы. Смешанная конституция евразийства допускает любые идейные мутации по горизонтали, но не терпит вертикального национального роста.

Евразийцы комплексуют от обиды, что атлантисты не берут их с собой в «золотой миллиард». А за что их брать туда? Изобрести свой альтернативный «золотой миллиард» или что-нибудь в этом роде, даже на это у них не хватает ума.

Посему мы, представители Русской элиты, ни левой, ни правой, ни новой, ни старой, а просто Русские, должны отказаться от теории евразийства раз и навсегда.

Наша концепция - это русский этноэгоцентризм.

Мы не отказываемся от мира западных ценностей в угоду восточным причудам. Мы берем на Западе и Востоке то, что нужно нам — Русским. Судьба всех остальных нас больше не касается. Мы не знаем никаких «общечеловеческих» ценностей, есть только наши — Русские ценности. Мы не живем более «гуманистическими идеалами прогрессивного человечества». Мы не замечаем других. Есть только Мы.

Все, хватит.
«Русская идея» умерла!
Да здравствует Русская Идея!
Наша цель — не торжество истины, наша цель — торжество Нации.
Наша цель — не национальная исключительность, наша цель — национальный эгоцентризм.
 

Четверикова Ольга Николаевна

к.и.н.
Кафедра истории и политики стран Европы и Америки, доцент

Закончила факультет МО МГИМО в 1983 году. Работала в Институте общественных наук на кафедре международного рабочего движения. Специализировалась по проблемам социальной и политической истории стран Латинской Америки. Имеет научные статьи по проблемам изучения особенностей политических религиозных движений, политического сознания и политической культуры латиноамериканских стран. Кандидатская диссертация на тему «Тенденции и противоречия рабочего движения в Перу в 1975-1980 гг.» посвящена исследованию социальных конфликтов Перу в период пребывания у власти военного режима Моралеса Бермудеса.После работы в институте сотрудничала в ряде газет и журналов, занималась вопросами политической истории России, имеет публикации по темам, связанным с русской политической культурой.

Область научных интересов: основы и эволюция европейского религиозного сознания, Римско-католическая церковь в европейской геополитике, этнические и религиозные конфликты в Западной Европе в конце XX - начале XXI вв., финансовые механизмы европейской политики новейшего времени, религиозно-финансовые аспекты глобализации, новые религиозные движения и корпоративная религия.

Публикации

Монография «Религия и политика в современной Европе». М.: Московские учебники и Картолитография, 2005.

Статьи:
Духовные бизнес-корпорации: секты в экономической и политической жизни современной Европы//для сборника «Государство, Церковь, общество: исторический опыт и современные проблемы». ИВИ АН. 2008.
Этнические меньшинства и дезинтеграционные процессы в Европе// Сборник по материалам международной конференции «МТБЮ в системе международных отношений: опыт Сербии». Белград, 2008.
Стратегия балканизации Европы: этносы и регионы в планах европейского строительства//Россия ХХ1. 2007, №5,6.
Бельгия, Испания, далее везде: механизмы перекройки карты Европы// Фонд стратегической культуры. Электронное издание.28.12.2007 // www.fondsk.ru/articlelist.php?author_id=128.
«Опус Деи» в России: миссионерство или политическая миссия?// Фонд стратегической культуры. Электронное издание. 27.04.2008//http://www.fondsk.ru/article.php?id=1333
Июльские манёвры Ватикана//Фонд стратегической культуры. Электронное издание. 23.07.2008. Часть1. 24.07.2008. Часть2//http://www.fondsk.ru/article.php?id=1500
Бильдерберг-2008//Фонд стретегической культуры. Электронное издание. 07.08.2008. Часть1. 08.08.2008. Часть 2//http://www.fondsk.ru/article.php?id=1527

Курсы

Чтение лекций и проведение семинарских занятий по курсу «Новейшая история Запада» на 2 курсе МО и семинарских занятий по курсу «Новая история Запада» на 1 курсе МО. Чтение курсов «История Бельгии и Нидерландов на 3 курсе МО, «Внешняя политика Бельгии и Нидерландов» на 4 курсе МО, «Культура и религия стран Запада» на 3 курсе МО, «Религия и политика в современной Европе» на 1 курсе магистратуры «Регионоведение», «Финансовые механизмы мировой политики» на 3 курсе МЭО и 1 курсе магистратуры МЭО «Международные финансы», участие в чтении курсов «Политическая система и культура стран Запада» на 3 курсе МЭО и «Конфликты в современной Европе» на 1 курсе магистратуры «Регионоведение».

Участие в научных конференциях:
Научная конференция «Церковно-государственные отношения в современной Европе». Брюссель, 2006, 20 октября. Брюссельский свободный университет.
Международная конференция «МТБЮ в системе международных отношений: опыт Сербии» (Белград, 2007 г.).
Международная научная конференция «Христианство, культура, нравственные ценности» (ИВИ РАН, Москва, 2007).

Повышение квалификации:
В октябре-ноябре 2006 г. прошла трехнедельную стажировку в Бельгии в Свободном Брюссельском университете (Центр междисциплинарных религиозных исследований) и Лувенском католическом

+++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++

Публикации
22.03.10
Католицизм в наступлении: идеология и политика Ватикана в условиях перехода к глобализированному мировому порядку

Израиль: подготовка к катастрофе в свете эксперимента на Гаити

Католическая церковь в "диалоге" с иудаизмом: история отступничества

ЕС с лицом Саркози или как работает израильское лобби в Европе

Кризис как способ построения мирового тоталитарного государства (часть1)

Бильдерберг 2009: "глобальная элита" перед выбором

Закулисная предыстория второй мировой войны: об ответственности Запада

Ватикан: курс на мировое правительство

Копенгагенский саммит: шоу глобальных спекулянтов

Копенгаген и глобальная афера с глобальным потеплением

Лаборатории управления будущего: оккультные секты как партнеры ТНК

Культура и религия Запада. Религиозные традиции Европы: от истоков до наших дней

Бильдерберг-2008

Июльские маневры Ватикана на Украине

"Опус Деи" в России: миссионерство или политическая миссия?

Стратегия балканизации Европы: этносы и регионы в планах европейского строительства

Бельгия, Испания, далее везде: механизмы перекройки карты Европы

Религия и политика в современной Европе

Ислам в современной Европе: стратегия "добровольного гетто" против политики интеграции

(по ссылкам этого адреса статьи практически не доступны - ищите отдельно интересующие статьи  в поисковиках; полезен запрос "Четверикова Ольга Николаевна")

 

Обо мне
Влад Правица
РУСС: Исходя из своих непоколебимых убеждений, относительно естественного права каждого народа на собственное самоопределение, мы превселюдно и ответственно заявляем, что не возвеличиваем свой народ над другими народами Земли, а всего лишь стремимся достичь в его единении состояния наивысшего национального самовыражения, приветствуя при этом каждый народ с попытками, подобными нашему высокому намерению.

+++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++

понедельник, 12 декабря 2011 г.
Католическая церковь в «диалоге» с иудаизмом: история отступничества


Доклад на международной научно-практической конференции «Русская цивилизация и Ватикан: неизбежен ли конфликт?» …
Преп. Амвросий Оптинский: «Римская церковь, так как не хранит свято соборных и апостольских постановлений, а уклонилась в нововведения и неправые мудрования, то совсем не принадлежит к Единой Святой и Апостольской Церкви».
Преп. Феодосий Печерский: «Множеством ересей своих они (латиняне) всю землю обесчестили... Нет жизни вечной в вере латинской»
Второй Ватиканский собор (1962-1965) явился поворотным моментом в истории Католической церкви. Провозгласив её открытость миру сему и утвердив экуменическую направленность её деятельности, он положил начало активному межрелигиозному «диалогу», а вместе с ним и радикальным изменениям в отношениях между католицизмом и иудаизмом.
Хотя первые шаги к установлению «диалога» с иудеями были предприняты ещё до Второй мировой войны, важнейшим водоразделом в отношениях между двумя конфессиями стало признание Католической церковью факта холокоста, которое было использовано иудейскими лидерами в качестве главного средства давления на католиков в целях добиться от них пересмотра оценки иудаизма. Крайне зависимым от этого внешнего влияния Ватикан стал в силу той примиренческой позиции, которую он занял в годы нацистского режима, не только подписав конкордат с германским правительством, но и активно сотрудничая с нацистами во время войны и помогая их спасению в послевоенные годы. В этом, в частности, был замешан кардинал Монтини, будущий папа Павел VI, который участвовал в устройстве так называемого «Ватиканского коридора», созданного для бегства военных преступников, нацистов и усташей, в Южную Америку, и показательно, что с началом его понтификата архивы Ватикана, касающиеся Независимого Хорватского государства, повествующие о зверствах усташей, были закрыты.
Однако, если для католиков «диалог» с иудеями означал начало примирения, то со стороны иудаизма речь шла о хорошо продуманной и последовательно реализуемой стратегии, направленной на достижение пересмотра основополагающих положений христианского учения. Дело в том, что главной идеей, из которой исходил и исходит иудаизм в наши дни и официального признания которой он добивается от Католической церкви, заключается в том,что христианство содержит в себе «учение презрения» в отношении евреев, которое является главной причиной светского антисемитизма нового времени. Данное учение в свою очередь связывается с принципиальным христианским положением о лишении Израиля обетования и благодати, которое иудеи называют идеей «вытеснения» Израиля Церковью и считают самой опасной. Этот подход и стал обоснованием того утверждения, что холокост надо рассматривать как «кульминацию многовековых гонений именно со стороны христиан» и что политика Гитлера не имела бы успеха, если бы её фундаментом не послужили те обвинения, которые предъявляли христиане в отношении иудеев.

Формула «учение презрения» («l’enseignement du mépris») с вытекающими из неё выводами была введена иудейским французским историком и писателем Жюлем Исааком (1877-1963), сыгравшим ключевую роль в становлении иудейско-католического «диалога». Основные его идеи были изложены в книгах «Иисус и Израиль» (1946) и «Генезис антисемитизма» (1956), в которых было подвергнуто жёсткой критике христианское учение, рассматриваемое как главный источник антисемитизма. И евангелисты, и святые отцы Церкви были представлены им как лжецы и преследователи, полные антиеврейской ненависти, несущие моральную ответственность за Освенцим и холокост. Свою главную задачу он видел в том, чтобы доказать необоснованность содержащегося в описаниях евангелистов обвинения иудеев в богоубийстве и добиться соответствующего «очищения» христианского учения.
«Очищение» предполагало: изменение или изъятие тех молитв, в которых говорится об иудеях, в частности, читаемых в Страстную Пятницу; заявление о том, что иудеи не несут никакой ответственности за смерть Христа, осуждению за которую подлежит всё человечество; удаление тех мест из писаний евангелистов, в которых повествуется о Страстях Христовых, в особенности это касается Евангелия от Матфея, которого Жюль Исаак обвиняет в извращении правды (именно у него сказано: «И, отвечая, весь народ сказал: кровь Его на нас и на детях наших» Матф. 27, 25); заявление, что Церковь всегда порицали за то, что она находилась в течение двух тысячелетий в состоянии скрытой войны между иудеями, христианами и остальной частью человечества; обещание, что Церковь окончательно изменит своё поведение, смирившись, раскаявшись и принеся извинения перед иудеями и предпримет все необходимые усилия для устранения того зла, которое она им принесла, исправив и очистив своё учение.
В 1946 г. при поддержке американских и британских иудейских организаций в Оксфорде прошла первая конференция, собравшая католиков и протестантов для установления контактов с иудеями. А в 1947 г. после проведения ряда международных встреч с симпатизировавшими ему католическими деятелями Жюль Исаак опубликовал меморандум «Исправление католических учений, касающихся Израиля», главные положения которого вошли в декларацию из 10 пунктов, принятую на созванной в том же году конференции христиан и иудеев в Зеелисберге (Швейцарии).
Она была организована британским и американским обществами иудейско-христианской дружбы и собрала 70 экспертов из 17 стран мира (28 иудеев, 23 протестанта, 9 католиков и 2-х православных) В 1948 г. Жюль Исаак создал Ассоциацию иудео-христианской дружбы Франции, а затем, установив контакты с римским духовенством и получив с его стороны большую поддержку, добился короткой аудиенции у Пия ХII, которому передал «10 пунктов Зеелисберга». Однако встреча эта не имела результатов.

В июне 1960 г. при содействии французского посольства в Риме и лично кардиналаАвгустино Беа (1881-1968) Исаак встретился уже с папой Иоанном ХХШ , которого пытался убедить в необходимости пересмотра «учения о презрении», передав ему соответствующий меморандум - «О необходимости реформы христианского учения относительно Израиля» . Кардинал Беа возглавлял созданный незадолго до этогоСекретариат по христианскому единству, занимавшийся подготовкой к IIВатиканскому собору, и входил в ближайший круг советников папы. Это был теолог модернистского направления, находившийся под влиянием протестантских идей, член ордена иезуитов, в своё время руководивший иезуитским Международным исследовательским центром в Риме, а затем возглавлявший Папский Григорианский университет. Именно ему были переданы предложения Исаака, для рассмотрения которых внутри Секретариата по христианскому единству была сформирована специальная рабочая группа, установившая контакты с иудейским миром и его главными ассоциациями во Франции, Израиле и США (в частности, со Всемирным еврейским конгрессом). Взяв за основу Зеелисбергскую декларацию, она разработала основные положения об иудаизме, подготовив краткий проект декрета de Judaeis, который должен был быть представлен на II Ватиканском соборе. Однако в силу протестов арабских лидеровв период подготовки к собору текст этот временно был отложен в сторону, а затем вновь представлен к рассмотрению, но не в качестве самостоятельного документа, а как часть общей декларации о нехристианских религиях.

В подготовке текста активное участие принимал не только Жюль Исаак, но и связанные с ним иудейские круги, что достаточно подробно было описано в статье Джозефа Родди «Как иудеи изменили католическое мышление», опубликованной в январском номере американского журнала Look от 25 января 1966 г. Автор описал тайные переговоры, которые вёл в Нью-Йорке и Риме кардинал Беа с лидерами крупных международных еврейских организаций - Американского еврейского комитета (АЕК) и Антидиффамационной лиги Бнай Брит. Важную роль в них сыграл раввин Абрахам-Джошуа Хешель, хасидский мыслитель, глава иудейского теологического семинара Нью-Йорка, присутствовавший на соборе в качестве официального представителя АЕК при кардинале Беа.
Иудейские лидеры настойчиво добивались устранения из католического учения утверждения об иудеях как о богоубийцах, лишённых своего избранничества, а из литургических текстов - любых неодобрительных в отношении них слов. В этих целях была организована встреча Павла VI с представителем ООН Артуром Гольдбергом (судьёй Верховного суда), получившим соответствующие инструкции от раввина Хешеля, а затем папа принял и самого Хешеля, при этом условием встречи было сохранение её в тайне.
Первый вариант текста декларации о нехристианских религиях, в которой глава об иудаизме являлась основной, была поставлена на голосование в сентябре 1964 г. и получила одобрение. Однако положения об иудаизме были настолько революционны и опасны, что даже столь либеральный понтифик, как Павел VI, не решился утвердить данный вариант и перенёс его рассмотрение на следующее заседание. Текст полностью отрицал ответственность иудейских лидеров за смерть Христа, отвергал выражение «народ-богоубийца», обвинял Церковь в антисемитизме, ставил под вопрос достоверность писаний евангелистов (в особенности Св.Иоанна и Св. Матфея), дискредитировал учения отцов Церкви и крупных католических теологов. В итоге документ был переписан в более осторожных выражениях и, хотя его обсуждение не переставало вызывать острые дискуссии, 15 октября 1965 г. за него проголосовало большинство участников собора, а 28 октября он был утверждён. Так была принята декларация «Об отношении Церкви к нехристианским религиям», известная как декларация Nostra Aetate.
В Nostra Aetate давалась новая оценка значения мировых религий (включая и анимистические и другие языческие культы), признавалась их спасительная сущность и ценность, что фактически означало призыв к религиозному синкретизму. В ней, в частности, утверждалось: «Католическая церковь никоим образом не отвергает того, что истинно и свято в этих религиях. Она с уважением относится к этим образам жизнедеятельности, к этим нормам и доктринам, которые, хотя они во многом отличны от её собственных установлений и предписаний, всё же несут в себе лучи той Истины, которая просвещает всех людей». Однако наиболее радикальным был пересмотр отношения к иудаизму.
Игнорируя различия между религией Древнего Израиля и современным талмудическим иудаизмом, авторы декларации, отвергнув так называемую идею «вытеснения», пошли на отрицание лишения иудеев Царства Небесного и на признание истинным Богом нетриипостасного бога Иеговы, которому поклоняются современные иудеи, утвердив тем самым духовное родство последних с христианами. В документе говорилось: «Хотя иудейские власти и их приверженцы настояли на смерти Христа, однако то, что было совершено во время Его страстей, не может быть огульно вменено в вину ни всем живущим тогда иудеям, ни иудеям современным. Хотя Церковь и есть Народ Божий, однако иудеев не следует представлять ни отверженными Богом, ни проклятыми, как будто бы это вытекало из Священного Писания». «Иудеи в большинстве своём не приняли Евангелия, а многие из них даже воспротивились его распространению (см. Рим 11, 28). Тем не менее, согласно Апостолу, ради своих отцов иудеи доныне остаются любезными Богу, Чьи дары и призвание непреложны (Рим 11, 28-, 29)»
«Церковь верует, что Христос, мир наш, примирил иудеев и язычников на кресте, и из обоих сотворил Себе одно» и что «вместе с Пророками и с тем же Апостолом Церковь ожидает дня, ведомого одному лишь Богу, когда все народы единогласно призовут Господа и будут служить Ему единодушно» .
Искажая или прямо фальсифицируя суть Евангелия и Божественного откровения в целом, данные положения отрицают учение о Церкви Христовой. Христианство учит, что избранничество древнего еврейского народа состояло в том, чтобы, сохранив истинное Единобожие, дождаться Мессии, а затем понести Благую Весть о пришествии Мессии всем народам земли, что и совершили впоследствии апостолы. Но, отвергнув Мессию-Христа Спасителя, о котором свидетельствовал Моисей и пророки, иудейский народ завершил период своего избранничества, переданного апостолам и тем христианским общинам, которые стали основанием нового богоизбранного народа - Церкви Христовой, где уже нет «ни эллина, ни иудея». И если, согласно апостолу, Церковь Христова есть «род избранный..., народ святой, люди, взятые в удел» (1 Пет. 2, 9), то любые утверждения о продолжающейся, якобы, богоизбранности всего еврейского народа являются богословски несостоятельными.
Сам Христос, проповедуя в храме и отвечая «приступившим к Нему первосвященникам и старейшинам народа», сказал им: «Потому сказываю вам, что отнимется от вас Царствие Божие и дано будет народу, приносящему плоды его» (Матф. 21, 43). И Он предрёк: «Многие придут с востока и запада и возлягут с Авраамом, Исааком и Иаковом в Царстве Небесном; а сыны царства извержены будут во тьму внешнюю: там будет плач и скрежет зубов» (Мф. 8, 11-12). Положения декрета игнорировали эти слова, так же, как и слова самих иудеев: «И, отвечая, весь народ сказал: кровь Его на нас и на детях наших (Мф. 27, 25).
* * *
Значение декларации Nostra Aetate трудно переоценить. Как писал член Всемирного еврейского конгресса Жан Гальперин, она «действительно открыла путь к совершенно новому диалогу и положила начало новому взгляду Католической церкви на иудеев и иудаизм, продемонстрировав её готовность заменить учение презрения учением уважения». Ему вторит иудейский исследователь Поль Гиневский, заявивший в своей книге «Христианский антииудаизм. Мутация»: «Схема об иудеях, которую можно было рассматривать как завершение, напротив, оказалась очень быстро началом новой стадии в успешном развитии иудео-христианских отношений». Дверь иудеям была открыта, и теперь можно было переходить к «очищению христианского пространства».
«Диалог» обернулся дальнейшими уступками со стороны католицизма, который под давлением крайне наступательной позиции иудаизма начал создавать новую теологию иудейско-католических отношений, требовавшую пересмотра основополагающих положений христианского учения. Приравняв ветхозаветную религию к современному иудаизму, Ватикан стал последовательно проводить политику сближения принципиально разных религиозных воззрений и этических норм, осуществляя одностороннюю ревизию Нового Завета и истории христианства в угоду представителям ортодоксального иудаизма, для которого единственно приемлемое христианство - это христианство без Христа Сына Божия.
Начиная с 1971 г. встречи на уровне представителей двух конфессий приняли форму ежегодно проходящих собраний Международного комитета по связи между Католической церковью и Международным иудейским комитетом по межрелигиозным консультациям» (его называют просто Комитетом по связи). Одной из главных задач его стало формирование католической «теологии после Освенцима» (как назвал её католический деятель Иохан Баптист Мет), которая стремится избегать любой антииудейской формулировки и призвана «обогатить христианское мышление с помощью лучшего понимания значения того или иного термина или той или иной реальности в иудаизме» . Обе стороны изначально договорились, что новое понимание отношений между иудеями и христианами должно быть отражено в основах катехизиса и догматического образования в университетах. Как написал исследователь иудео-католических отношений А.Валь, в идеале «образование должно быть таковым, чтобы евреи могли в нём присутствовать, не чувствуя себя плохо понятыми».
Естественно, формирование новой теологии осуществляется поэтапно, постепенно подготавливая католиков к принятию положений, не соответствующих церковному учению. Первое, что полагалось сделать - это добиться более ясного признания того, что Ветхий Завет сохраняет полную силу и что иудеи остаются избранным народом.
В апреле 1973 г. французская Епископальная конференция, ссылаясь на Nostra Aetate, опубликовала революционный документ - декларацию «Отношение христиан к иудаизму» (или «Пастырские наставления по случаю иудейской пасхи», подготовленные Епископальным комитетом по отношениям с иудаизмом), во вступлении к которой указывалось, что документ намечает поворот в христианской позиции по отношению к иудейству и призывает к новому взгляду христиан на еврейский народ.
Здесь уже чётко было заявлено, что «нельзя вывести из Нового Завета заключение, что еврейский народ лишился своего избранничества», что «первый Завет... не был отменён Новым» и утверждалось неизменное призвание еврейского народа, который и сегодня является «благословением для всех народов земли». Утверждая, что еврейский народ получил всемирную миссию среди народов и что собственная миссия церкви «может лишь входить в этот же вселенский план о спасении», авторы документа задавали такой риторический вопрос, который фактически объединял христиан и иудеев в ожидании мессии: «Их общая забота не касается ли мессианских времён?»
Наконец, признавая, что «историческая ответственность за смерть Иисуса была поделена между некоторыми иудейскими и римскими властями», документ «категорически осуждает обвинение иудеев в богоубийстве», что можно толковать, как отказ признавать Христа Богом. Как писали Архим. Серафим (Алексиев) и Архим. Сергий (Язаджиев), «тут скрыта кощунственная хитрость, равносильная отрицанию Христа как Богочеловека: раз признаётся исторический факт, что евреи - убийцы Христа, но при этом отрицается, что они БОГОубийцы, то сие равносильно отрицанию Божественного достоинства Спасителя со стороны французского епископата в полном согласии с раввинатом!»
Так же «проговоривается» и составительница уже цитированной нами хрестоматии по иудейско-католическому диалогу Хелен Фрай, написавшая во введении к своей книге: «В 1965 г. Католическая церковь сняла с иудеев обвинение в «богоубийстве»: ранее считалось, что, совершив убийство Иисуса, иудеи убили самого Бога».
В октябре 1974 г. при Секретариате по делам единства христиан была создана новая структура - Комиссия по религиозным отношениям с иудаизмом, которая стала отвечать за развитие связей и сотрудничество между католиками и иудеями во всех сферах во исполнение решений II Ватиканского собора. Именно ею был подготовлен документ «Направления и добавления для применения примирительной Декларации Nostra Аetate», опубликованный Ватиканом по случаю 10-летия этого декларации в январе 1975 г. Он подтвердил новый подход к иудаизму и стал своего рода хартией диалога между католиками и иудеями, наметившей уже практические шаги для его реализации.
В нём шла речь о необходимости «уважения к партнёру такому, каков он есть», которое даёт возможность постичь богатства другой религиозной традиции и идёт вплоть до предложения «совместной встречи перед Богом в молитве и молчаливом созерцании там, где это будет возможно». Документ особо выделил ценность иудаизма, перечислив объединяющие две религия положения (вера в единого Бога, иудейская Библия и др.) и подчеркнув необходимость проповедовать миру Христа с осторожностью: «Чтобы своим свидетельством не оскорбить иудеев, католики, исповедуя в жизни и распространяя христианскую веру, должны с предельным уважением относиться к религиозной свободе...Они также должны постараться понять, насколько трудно для души иудея - в которой самым верным образом укоренилось необыкновенно возвышенная и чистая идея божественной трансцендентности - воспринять тайну воплощённого Слова».
Особое внимание в документе было уделено значению соответствующего преподавания и подготовке богословов, которые уже по-новому должны были освещать историю отношений между католиками и иудеями. Именно после этого во многих университетах стали создаваться кафедры по иудаике, а иудаизм вошёл в программы религиозного обучения в школах и семинариях. Началась самоорганизация иудейского сообщества, создававшего свои институты и учреждения, включая организации постоянного обучения, открытые и для христиан, которые могут воспользоваться этой возможностью и углубить свои познания в области иудаизма.
* * *
Новый этап в иудео-католических отношениях был открыт папой Иоанном Павлом II, предпринявшим более глубокий пересмотр всей истории западного христианства. В годы его правления укрепление международного влияния Ватикана сопровождалось расширением внешней открытости католицизма и активной интеграцией его в экуменическое движение, совершаемое с помощью «очищения исторической памяти», работавшей на «дело примирения» с другими религиями. Если II Ватиканский собор только наметил эту перестройку сознания, то Иоанн Павел II довёл её до логического конца.
Имидж Ватикана-примирителя создавался в период перехода к заключительной стадии развала СССР, так что «теология морали» нового папы служила прекрасным обоснованием необходимости перехода к постконфронтационному диалогу меду Востоком и Западом. В своём обобщающем докладе, который понтифик представил на заседании Европарламента 11 октября 1988 г., он заявил: «Времена наступили благоприятные: мир на Земле, сотрудничество между государствами, права человека, демократия - всё это вошло в массовое сознание. На пороге - поиск души: люди должны обрести единство друг с другом, с самими собой, с природой».
Политика Иоанна Павла II отличалась нарочитой открытостью: в 1986 г. он обратился к представителям ведущих религий мира организовать «всемирный день молитвы за мир», выбрав для этого уникального события город Ассизу. На это событие прибыло около 60 делегаций христианских и нехристианских конфессий. В целях примирения понтифик предпринял невиданную кампанию по покаянию, заключавшуюся в признании ответственности и вины всего католического сообщества в различных сферах его деятельности в течение десяти последних веков, апогеем которой стал так называемый «экзамен совести», провозглашённый в 1994 г. Это закладывало новое понимание апологетики, призванное изменить образ папства в глазах мирового сообщества, обновив и полностью вписав его в современную культуру терпимости и свободы. Папа торопился завершить этот процесс к 2000 г., чтобы ввести церковь в новое тысячелетие «обновлённой» и, как учил Г.Бальтазар, «современной среди современных».
В 1985 г. вышел официальный документ «Замечания по поводу правильного представления иудеев и иудаизма в поучении и катехезисе Католической церкви», разъяснявший более чётко положения предыдущих документов по этому вопросу. Напомнив, что иудеи являются «Народом Божьим Ветхого Завета, который никогда не был отвергнут», и отметив значение критического осмысления истории церкви, он выдвинул следующие крайне положительные для иудаизма рекомендации:
- христиане могут воспользоваться иудейскими традициями чтения Библии;
- Ветхий Завет сохраняет собственную ценность откровения;
- Иисус был иудеем и им всегда оставался;
- вечность Израиля - это исторический факт и предзнаменование в Божественном плане, что означает, что избрание иудеев остаётся, даже если христиане также рассматривают себя как народ Божий и дети Божьи.
Однако самым показательным жестом Иоанна Павла II стало посещение им 13 апреля 1986 г. главной синагоги Рима, которое представляло собой первый визит такого рода за всю историю католицизма. Он имел глубоко символическое значение, поскольку, как писал один из иудейских авторов, означал, что «Церковь Христова посредством Иоанна Павла II перемещается в синагогу и раскрывает свою связь с иудаизмом, познавая свою собственную тайну». Здесь состоялась встреча папы и его и молитвенное общение с главным раввином Рима доктором Елио Тоафом, что стало открытым нарушением церковных канонов, запрещающих религиозное общение с иудеями. Обратившись к раввинам с речью, озаглавленной «Вы - наши старшие братья» , он подчеркнул необходимость более глубокого признания связи и «общего наследия» между иудеями и христианами, упомянув только один раз об Иисусе из Назарета, и то, чтобы подчеркнуть, что Он является «сыном вашего народа», ни слова не сказав о том, что Он есть Сын Божий.
В ноябре 1986 г. папа произнёс перед участниками Второго международного иудео-христианского диалога речь на тему «О значении спасения и искупления в иудейской и христианской традициях», в которой говорилось о «взаимном ознакомлении с соответственным наследием в вере каждого из нас» и «о наших связях... в нашем понимании спасения», обойдя основной вопрос о Мессии. А в 1993 г. был принят документ библейской понтификальной комиссии «Толкование Библии в Церкви», который неоднократно предупреждал о недопустимости любой интерпретации, «провоцирующей, например, антисемитизм или другие антирасовые дискриминации» или любое объяснение, неблагоприятное для евреев.
В соответствии с этим в последующие годы из всех официальных документов католицизма стали изыматься любые упоминания об убийстве Христа иудеями, из Библии рекомендовалось исключать все слова Христа против иудеев, вносятся изменения в литургические тексты, которые имеют антииудейскую направленность или составлены в духе «вытеснения».Фактически это означало, что католицизм переходит к такому прочтению Библии, которое допускается иудаизмом, в то время как учение последнего сохраняется в полной неизменности
В 1988 г. по поручению Ватикана Томазо Федериччи подготовил специальный документ «Миссия и свидетельство Церкви», в котором отвергалась любая форма прозелитизма со стороны христиан в отношении иудеев, в связи с чем перед католическими теологами встала проблема оправдания своей позиции, никак не согласующейся с текстами Нового Завета. Наиболее развёрнутое объяснение нового подхода дал американский богослов Майкл Магарри, связавший его с требованиями постхолокостовской церкви. Указав, что холокост стал радикальным богословским вызовом христианству и частью его истории, он сделал следующий вывод: «Существуют богословские и библейские основания, в силу которых церковь, реализуя свою миссионерскую программу, должна сделать исключение для иудеев, поскольку холокост требует, чтобы иудеи остались иудеями, а не рассматривались в качестве предвестников веры во Христа».
«Холокост ставит вопрос о самом значении церкви, об определении церкви в контексте божественного плана спасения. Христиане уже не могут заученно повторять триумфалистские клише о выборе, сделанном Богом в пользу христиан, и непризнании Им иудеев (или в том же контексте любой другой религиозной традиции)...Можем ли мы оставаться прежними, можем ли мы всё так же относиться к себе, оперируя всё теми же богословскими, этическими и историческими конструкциями?...С долей смирения христианство начинает признавать: чтобы уцелеть и остаться при этом честным, необходимо самоопределяться в соответствии с требованиями постхолокостовской церкви, что возможно только в диалоге со своими иудейскими братьями и сёстрами».
Одним из главных таких требований является официальное извинение и признание ответственности всей Католической церкви за холокост, которого ждут от неё иудеи и к которому фактически шаг за шагом, поэтапно подводит её церковное руководство. Так, в 1991 г., выступая на закрытии европейского синода, Иоанн Павел II признал ответственность христиан за пассивность, проявленную во время холокоста.

(((((((((((((((((Затем в 1994-1995 гг. соответствующие декларации об их ответственности за холокост были опубликованы католическими церквами Польши, Германии(((( в этом месте у Правыци активная ссылка с портретом Анны Герман из администрации Президента Украины)))))

и Венгрии, а в сентябре 1997 г. французский епископат принял Декларацию покаяния в Дранси, в которой Французская церковь не только попросила прощения у Бога и у еврейского народа за своё поведение в годы оккупации во Второй мировой войне, но и признала влияние многовекового антииудаизма на христианское учение, обусловившее ненависть к иудеям. Вслед за этим в октябре-ноябре того же года в Ватикане прошёл коллоквиум на тему «Христианские корни антииудаизма», на котором Иоанн Павле II решительно осудил антисемитизм, пойдя на признание того, что «ошибочные и несправедливые толкования Нового Завета относительно еврейского народа и его мнимой вины продолжались очень долго, порождая чувство вражды в отношении еврейского народа». И, наконец, в марте 1998 г. был издан соответствующий документ Ватиканской комиссии по развитию отношений с иудаизмом, названный «Мы помним: размышления о Холокосте» , в котором уже был поднят вопрос о связи нацистских преследований евреев с поведением христиан в отношение иудеев на протяжении веков, то есть было признано, что в холокосте есть доля вины и христианства. Так был сделан решительный шаг к переходу от «учения презрения» к «учению уважения».
Серьёзные богословские выводы сделали иудеи и из факта установления в 1993 г. дипломатических отношений между Ватиканом и Израилем, который до этого признавался лишь де факто. Многие исследователи оценивали его как имеющее революционное значение. Дело в том, что Католическая церковь всегда учила, что изгнание иудеев с их земли стало карой за отвержение ими Иисуса, поэтому вернуться на родину они смогут, только приняв Его. И так как иудеи считали, что именно это являлось причиной отказа Ватикана установить официальные отношения с Израилем, его признание они расценили как «признание католиками своих давних исторических и богословских пороков и последовавший отказ от них».

Венцом политики примирения Иоанна Павла II стал акт покаяние за грехи церкви (Mea Culpa), совершённый в ходе воскресной мессы в соборе Святого Петра 12 марта 2000 г. Признав вину церкви за восемь грехов, папа осудил антисемитизм как «грех против Бога», призвал христиан к покаянию за ужасы холокоста и выступил против миссионерской деятельности христиан в отношении иудеев. В продолжение этого акта через несколько дней (26 марта) папа прибыл в Иерусалим и посетил Стену плача, куда вложил свою записку, содержание которой было приведено в брошюре, написанной раввином Леоном Кленики и изданной Антидиффамационной лигой в 2006 г. В ней было записано следующее (сохраняется орфография оригинала): «Бог наших отцов, ты избрал Авраама и его потомство, чтобы твоё имя было донесено до народов: мы глубоко опечалены поведением тех, кто на протяжении истории, заставил страдать твоих сыновей и, прося у тебя прощения, хотим жить в истинном братстве с Народом Завета» .
Иудейские круги высоко оценили деятельность Иоанна Павла II и его вклад в «очищение» католического учения. Особенно точный анализ в этом отношении сделал уже упоминавшийся нами иудейский исследователь Поль Гиневский в своей книге «Христианский антииудаизм. Мутация», в которой он дал общую оценку 40-летнего периода идейной эволюции католицизма в свете иудейской мысли. Используя соответствующие понятия, взятые из иудейской традиции, он выделил три этапа процесса переосмысления: 1. «видуй» (исповедь) - искреннее признание своих ошибок; 2. «тешува» (покаяние) - обращение к другому поведению и 3. «тиккун» (искупление) - исправление. В настоящее время руководство Католической церкви переходит ко второму этапу, который «не будет завершён до тех пор, пока учение уважения не будет сформулировано в дидактических текстах и введено в новый катехизис, а их распространение не сформирует многочисленных по-новому мыслящих учеников и учителей». Как пишет Гиневский, «цель амбициозна: надо заставить слушать и принимать учение, говоря противоположное тому, чему обучали раньше, распространять «евангелие» любви к иудеям. Когда новое учение вытеснит старое, оно со временем, а времени может понадобиться много, искоренит антииудаизм, а затем и антисемитизм». Тогда и наступит время «тиккун» .
Гиневский вместе с тем констатировал важный факт: если в руководстве церкви идеи сближения с иудаизмом широко распространены, то этого нельзя сказать о низовых христианских общинах, которые в массе своей незнакомы с теми теоретическими новшествами, которые вводят католические богословы. Именно на «просвещение» и мобилизацию католических «низов» и должны быть направлены теперь интеллектуальные усилия прогрессивных «верхов». Выполнение этой задачи предстоит уже Бенедикту ХVI.
* * *

Вновь пришедший папа, бывший, как наиболее преданный Иоанну Павлу II человек, остался верен курсу своего предшественника, изменив лишь формы поведения и методы осуществления политики: в отличие от Иоанна Павла II, привыкшего работать открыто и на массы, новый понтифик действует более скрытно и сдержанно, но не менее эффективно. Надо отметить, что иудейское сообщество хорошо восприняло его избрание, прекрасно понимая, что прошлое нового папы, а именно его пребывание в своё время в рядах гитлерюгенда, делает его достаточно зависимым и что любое напоминание об этом в нужный момент может быть использовано как средство давления для обеспечения «правильной» позиции. В этом отношении действительно глубоко символичен тот факт, что в момент перехода Католической церкви к заключительному этапу «покаяния» («тешува») во главе её стоит папа-немец c нацистским прошлым.
Одним из первых шагов, предпринятых понтификом, стало посещение им летом 2005 г Кёльнской синагоги в ходе Всемирных дней молодёжи и принятие участия в состоявшемся там богослужении. Второй раз Бенедикт ХVI посетил синагогу в Нью-Йорке во время его поездки в США в апреле 2008 г., став первым понтификом, побывавшим в американском иудейском храме. Визит этот носил камерный и закрытый характер, он не только не был показан по телевидению, но и отсутствовал как пункт в официальной программе. Это стремление к сближению, продемонстрированное папой, вписывается в более широкую перспективу.

В 2005 г. Католическая церковь торжественно отметила 40-летний юбилей Nostra Aetate, которую кардинал Каспар назвал только «началом процесса примирения и мира», отметив, что «необходимо написать ещё много исторических и теологических работ», так как христианская теология иудаизма на данный момент носит «фрагментарный» характер. Для стимулирования более глубокого ознакомления католиков с иудаизмом значительная группа католических кардиналов и епископов в конце марта 2006 г. впервые посетила йешива - религиозные иудейские школы
В целях углубления теологии иудаизма Католическая церковь стала разрабатывать «инновационные» подходы. Одним из таких шагов, направленных на искоренение самого корня антисемитизма, стала попытка фактической реабилитации Иуды Искариота, на которую пошли чиновники Ватикана. В январе 2006 г. глава Папского совета по вопросам истории, монсеньор Вальтер Брандмюллер и писатель Виттори Масури - оба близкие друзья Бенедикта ХVI - заявили, что образ Иуды стал жертвой «теологической инсинуации», которая послужила затем толчком к появлению и развитию антисемитизма, и что они намерены продвигать в массы идею, что он не был предателем, а лишь исполнял волю Божью, как и остальные участники этой истории. Проект был одобрен самим папой, посчитавшим, что он может оказать серьёзную помощь в налаживании отношений между христианами и иудеями. Для продвижения новой трактовки образа Иуды Масури и Брандмюллер впервые опубликовали найденный в ХХ в. апокрифический текст «Евангелие от Иуды», принадлежащий одной из гностических сект.
Новаторским стало и выступление папы в сентябре 2008 г. перед делегацией представителей французского иудейского сообщества во время посещения Парижа, в ходе которого он не только повторил известную фразу папы Пия ХI «мы, христиане, являемся духовными семитами и не можем быть антисемитами», но и пошёл на то, чтобы процитировать вавилонский Талмуд, желая показать общность учений двух конфессий. Это явилось уникальным случаем в истории папства - на такое не решился даже Иоанн Павел II. Поэтому неслучайно Давид Нёхоз, генеральный секретарь ивритоязычного Католического Викариата в Израиле назвал этот акт «молчаливой революцией» .
Пользуясь крайне толерантным отношением к себе со стороны понтифика, иудейское руководство позволяет себе всё более активно вмешиваться уже во внутренние дела Ватикана. Примером этого стала история с британским епископом Вильямсоном, одним из четырёх епископов Братства св. Пия Х, с которых в январе 2009 г. Бенедикт ХVI снял отлучение. Однако буквально накануне этого события шведское телевидение показало интервью с Вильямсоном, снятое ещё в ноябре 2008 г. (!), в котором последний заявил что нацисты во время Второй мировой войны не использовали газовые камеры для истребления евреев, а само число погибших в концлагерях евреев сильно преувеличено и составляет в реальности 200-300 тысяч человек. Было ли совпадение этих двух событий случайно или оно было специально организовано, неизвестно, но решение папы о снятии отлучения с Вильямсона тут же вызвало резкое негодование широкой еврейской общественности и руководства иудейских общин. Главный раввинат Израиля в знак протеста решил разорвать официальные отношения с Ватиканом, поставив под вопрос планируемую поездку папы в Израиль, а директор раввината Одед Вейнер заявил, что «без публичного извинения и пересмотра (решения папы - прим. О.Ч.) будет трудно продолжить диалог».
Всё это вынудило Бенедикта ХVI долго оправдываться и объясняться за свой поступок. Папа велел Вильямсону «безоговорочно и публично» отмежеваться от своих позиций, заявив при этом, что он был не в курсе заявлений епископа и что считает его взгляды совершенно неприемлемыми и решительно их отвергает. Официальный представитель Ватикана Федерико Ломбарди выразил надежду, что после заявлений понтифика главный раввинат пересмотрит своё решение и продолжит «плодотворный и умиротворённый» диалог. Однако главный раввин Хайфы Шеар Йешув Коэн подчеркнул в интервью газете Jerusalem Post, что для возобновления отношений с израильской иудейской общиной Вильямсон должен публично отказаться от своих предыдущих заявлений о холокосте. «Я разделяю усилия папы, направленные на восстановление единства в церкви. Но он должен понимать, что таким образом он - непрямо - обидел евреев. Мы ждём, что он сделает всё от него зависящее, чтобы исправить ситуацию», - отметил Коэн. Более определённо высказаться о неприемлемости отрицания холокоста призвала папу и Ангела Меркель, после длительного разговора с которой Бенедикт ХVI снял Вильямсона с поста главы католической семинарии Ла Реха в Буэнос-Айресе. Как передала Deutsche Welle, в ходе конструктивного разговора понтифик и Ангела Меркель подчеркнули важность «постоянного напоминания» о трагедии холокоста.
Между тем, епископ Вильямсон, хотя и извинился за то, что создалась сложная ситуация, от взглядов своих не отказался, что вызвало горячую дискуссию внутри церкви, так что Бенедикт ХVI вынужден был через два месяца после начала скандала обратиться с объяснительным письмом к епископам. В нём говорилось, что он вынес из этого события важный урок, поскольку снятие отлучения должно было быть лучше организовано, и выражалась благодарность «еврейским друзьям, которые помогли устранить недоразумение». Папа сместил с занимаемого поста кардинала Дарио Кастрильона Ойоса, принявшего решение вернуть в лоно церкви епископа Вильямсона, и решил оставить решение об отлучении в силе, пока епископы-лефевристы не будут готовы проявлять уважение к другим конфессиям. Только после этого состоялась встреча папы с представителем главного раввината Израиля Давидом Розеном, положившая конец напряжённости в двусторонних отношениях.

В мае того же года состоялась поездка папы на Ближний Восток, в ходе которой он посетил мемориальный комплекс жертв холокоста «Яд-Вашем», Стену плача и встретился с двумя главными раввинами Иерусалима. И хотя понтифик всячески подчёркивал приверженность иудейско-католическому «диалогу», израильские политики и раввины остались неудовлетворенными его речью, поскольку ожидали услышать извинение от имени Ватикана за пассивную позицию церкви во время Второй мировой войны. Как было указано в редакционной статье израильской газеты Ha’aretz, «в речи папы отсутствовало одно главное слово - «простите»». Спикер кнессета Ройвен Ривлин заявил, что евреи хотели услышать немца и католика, жившего вГермании 1940-х годов, а услышали историка, стороннего наблюдателя, не пропустившего трагедию через себя.
Зато иудейское руководство осталось полностью удовлетворено другим важнейшим событием, оценённым им как «решительно позитивное» - посещением Бенедиктом ХVI Римской синагоги, являющейся центром жизни старейшей иудейской общины в мире за пределами Израиля. Это произошло 17 января 2010 г., в День христианско-католического диалога (именно на эту дату, начиная с 1990 г. приходятся встречи теологов обеих конфессий). За несколько часов до прибытия в синагогу в ходе традиционной воскресной проповеди в Ватикане папа, вспомнив своего предшественника, заявил: «Спустя почти 24 года после исторического визита досточтимого Иоанна Павла II я отправляюсь в синагогу Рима, называемую Верховным храмом, чтобы встретиться с еврейской общиной города и осуществить очередной этап на пути согласия и дружбы между католиками и евреями...Несмотря на проблемы и сложности между верующими двух религий существует атмосфера большого уважения и диалога, свидетельствующая о том, насколько более зрелыми стали наши отношения при совместном осознании того, что нас объединяет»
А объединяет «в первую очередь, вера в единого Бога, а также защита жизни и семьи, стремление к социальной справедливости и миру». Папа несколько раз напоминал о «близости и духовном братстве» двух религий, закончив свою речь на беглом иврите.

Думается важным привести слова директора Osservatore romano Джованни Мария Виан, сказанных в связи с данным событием о нынешнем папе: «Найдётся мало католиков в ХХ веке, которые сделали столько же, сколько Йозеф Ратцингер, как теолог, епископ, глава конгрегации доктрины веры, а теперь и как папа, для сближения между иудеями и католиками».
В настоящее время Католическая церковь настойчиво призывает православных к взаимодействию и сотрудничеству в защите традиционных христианских ценностей перед лицом секулярного мира, концентрируя своё внимание на вопросах нравственности. Но как же можно отделить нравственность от веры? И если современные католики и иудеи веруют в единого Бога, то не является ли предлагаемое сотрудничество удачной формой приобщения нас к традиционным ценностям иудаизма?

Ольга Четверикова, доцент МГИМО МИД России,

кандидат исторических наук
Автор: Влад Правица на 16:18








 

+++

В жёстокой геополитической игре, которая ведётся сегодня на «великой шахматной доске», Ватикан играет совершенно определённую роль. Опираясь на мощный ресурс своих политических, дипломатических, разведывательных, финансовых и иных возможностей, которыми он обладает в качестве церковно-государственной структуры, Ватикан осуществляет глобальную идейную экспансию, направленную на то, чтобы обосновать необходимость «мировой политической власти» в качестве единственного спасительного шага для погруженного в глубокий всеохватный кризис человечества.

Именно папский Престол, а даже не Всемирный совет церквей, воплощает собой сегодня политику экуменизма, призванную объединить человечество на основе якобы универсальных ценностей, гарантом которых выступает папа Римский на правах, обеспеченных ему догматом о «непогрешимости», до сих пор остающимся основополагающим принципом папской власти. И целью тех «диалогов», которые сегодня активно ведёт Римский понтифик с представителями иных конфессий (вплоть до «сугубо частных» встреч с Далай-ламой), является не слияние, а достижение признания авторитета Ватикана в качестве ведущей религиозной силы в современной мировой политике. Вера в Бога должна быть заменена верой в папу, который поставлен на земле вместо Бога.

В отношении России миссия Ватикана остаётся неизменной на протяжении веков. Она нацелена на изменение основ русского духовного строя, на размывание вековых мировоззренческих принципов, сформированных православной верой. В самые трагические моменты русской истории, когда под вопросом стояло не только сохранение государственной независимости, но и выживание русских как народа и сохранение нашего самосознания, Ватикан направлял все свои силы на то, чтобы заменить собой Православную Церковь. Это особенно явно проявилось в годы революции и гражданской войны, когда католики откровенно признали, что «большевизм даёт возможность обращения в католичество России» и что православие «созрело, чтобы упасть в руки Рима».

Сегодня мы переживаем такой же исторический перелом. Цели Ватикана не изменились, изменилась лишь его тактика. Сегодня католицизм пытается предстать в образе «духовной сестры» православия, помогающей бороться с безбожным атеизмом и бездуховностью. И это – тогда, когда отступление католицизма от христианского учения, ставшее главной причиной дехристианизации Запада, достигло своего предела.

Главным проявлением той обновленческой политики, которую католицизм проводит со времён Второго Ватиканского собора (1962-1965), стало его идейное сближение с талмудическим иудаизмом. Начало этому было положено принятием декларации Nostra Aetate, сформулировавшей противоречащее христианству положение о сохранении непреложным призвания иудеев и утвердившей тем самым духовное родство последних с христианами.1 Однако если для католиков «диалог» с иудаизмом означал начало примирения, то для последнего речь идёт о хорошо продуманной стратегии пересмотра основополагающих положений христианского учения.

Разработана эта стратегия была после Второй мировой войны, и на острие её тезис о том, что христианство содержит в себе «учение презрения» по отношению к иудеям, что, дескать, является главной причиной светского антисемитизма нового времени. А это учение в свою очередь связывается с принципиальным христианским положением о лишении Израиля обетования и благодати, которое иудейские богословы называют «вытеснением» Израиля Церковью и считают самым опасным. Отсюда и утверждение о том, что холокост надо рассматривать как «кульминацию многовековых гонений именно со стороны христиан» и что христианское учение нуждается в фундаментальном «очищении». Процесс «очищения» должен пройти три этапа: 1)признание своих ошибок (исповедь); 2)обращение к другому поведению (покаяние); 3)исправление (искупление).

Первый этап «очищения» католицизм уже прошёл, создав новую теологию иудейско-католических отношений. Приравняв ветхозаветную религию к современному иудаизму, новая католическая теология стала вести дело к сближению принципиально разных религиозных воззрений и этических норм, а фактически – к отказу от Нового Завета. Она признала сохранение избранничества иудеев, являющихся «старшими братьями» христиан, веру в единого с ними Бога и такое толкование и прочтение Библии, которое допускается иудаизмом. Из официальных католических документов были изъяты любые упоминания об убийстве иудеями Христа, были внесены изменения в литургические тексты, имеющие антииудейскую направленность. Однако самыми показательными жестами стало посещение Иоанном Павлом II, а затем Бенедиктом ХVI синагог и их молитвенное общение с раввинами, что является открытым нарушением церковных канонов. В настоящее время католицизм переходит ко второму этапу «очищения», предполагающему введение «учения уважения» в церковный катехизис и дидактические тексты в целях формирования поколения «по-новому» мыслящих католических богословов. Эту задачу и решает Бенедикт ХVI. Недавний скандал вокруг епископа Вильямсона показал, кто и как управляет Римским папой.2

Ныне любой активный «диалог» Православия с католицизмом делается прелюдией к «диалогу» с иудаизмом, для которого единственно приемлемое христианство – это христианство без Христа Сына Божия. Первые шаги в этом направлении уже предпринимаются, а экспериментальным полем выбрана Белоруссия. Экспансия католицизма в эту страну происходит под знаком требований большей «открытости» белорусского общества.

В настоящее время к католикам причисляет себя около 14% населения Белоруссии, однако реальное идейно-политическое влияние Ватикана в этой стране намного больше. Католики в Белоруссии не только ведут широкую благотворительную деятельность, но и создают политические партии, различные профессиональные и другие общественные организации, внедряясь в первую очередь в молодежную и интеллигентскую среду. Здесь они, главным образом, делают упор на поддержку рыцарских орденов, имеющих откровенно прозападную направленность.3

Нынешний митрополит Минско-Могилевский архиепископ Тадеуш Кондрусевич в октябре 2009 г. был посвящён в рыцари Мальтийского ордена с титулом почётного конвентуального капеллана. Проводивший церемонию вручения посол ордена в Белоруссии П.Ф. фон Фурхерр отметил, что страна стала «местом встречи между Востоком и Западом, землёй, где великие христианские церкви – католическая и православная – братски сосуществуют и сотрудничают», и выразил надежду, что в Минск в 2010 г. приедет папа Бенедикт ХVI.4

Белорусское руководство, ранее отдававшее предпочтение Русской Православной Церкви перед другими конфессиями, стало проводить новый курс, утверждая, что Белоруссия является государством исконно многоконфессиональным, в котором к традиционным религиям относятся православие, католицизм, евангелическо-лютеранская церковь, иудаизм и ислам. В духе «нового подхода» укреплению авторитета католических кругов стало уделяться в Белоруссии особое внимание, что выразилось, в первую очередь, в поддержке Гродненской и Пинской духовных семинарий Римо-католической церкви. Официальный Минск предписывает уделять постоянное внимание взаимодействию с католическими организациями в сфере духовно-нравственного воспитания общества и расширения их участия в социальной жизни страны.5 Всё это привело к активизации католического прозелитизма в сфере образования, что особенно заметно проявляется в деятельности Института теологии Белорусского государственного университета и Фонда св. Мефодия и Кирилла, ставших опорным центром филокатоликов.

Свидетельством того, что Ватикан по достоинству оценил «новый подход» белорусского руководства, стал в апреле 2009 г. приём папой Римским президента А.Г.Лукашенко. Это был первый официальный визит лидера Белоруссии в Европу с 1995 г., когда в европейских столицах его занесли в «чёрный список». Состоявшиеся тогда же встречи А.Г.Лукашенко с главой Мальтийского ордена М.Фестингом, президетом С.Берлускони и министром иностранных дел Италии Ф.Фраттини явно подчеркнули, что Ватикан стал рассматриваться едва ли не главным партнёром Белоруссии в деле налаживания отношений с Европой. В свою очередь Белоруссия рассматривается папой как «место встреч основных христианских религий» – именно на белорусской земле А.Г.Лукашенко предложил осуществить встречу папы и Московского Патриарха. Как подчеркивалось в белорусских СМИ, тем самым А.Г.Лукашенко решал проблему своей «репутации и легитимизации режима, а Ватикан – укрепления своих позиций в Белоруссии».6

В настоящее время эти позиции настолько укрепились, что и в Белоруссии заговорили о христианско-иудейском сближении. В ноябре 2009 г. в Минске произошло уникальное событие – состоялась международная научная конференция «Христианско-иудейский диалог: религиозные ценности как основа взаимоуважения в гражданском обществе в условиях глобального экономического кризиса», в рамках которой впервые в истории Белоруссии на канонической территории Русской Православной Церкви встретились полномочные представители христианских и иудейских общин при участии знаковых европейских, израильских и белорусских экспертов. Главную поддержку в организации конференции оказали представители Ватикана, свидетельством чему стало участие в ней кардинала Вальтера Каспера. Характерная деталь: среди участников круглого стола, завершавшего конференцию в Минске, был только один православный священник, зато – три раввина, несколько глав иудейских общин и пять католических священников.

Как откровенно заметил белорусский обозреватель А.Шуман, «возникает ощущение, что белорусское православие, оставаясь частью РПЦ, становится тем не менее более европейским, либеральным, если сравнивать его, скажем, с православием московских кругов или Санкт-Петербурга».7

Плоды такой либерализации дали знать о себе немедленно. Уже в феврале 2010 года в Белоруссию прибыла Ариелль де Ротшильд, управляющий директор банковской группы Rothschild, которой была предложена роль консультанта при проведении в республике приватизации. А.Лукашенко предложил госпоже Ротшильд принять участие в приватизации от пяти до семи государственных предприятий. А 29 марта А. Лукашенко провёл встречу с представителями ряда крупных американских корпораций – «Ханивелл», «Майкрософт», «АрвинМеритор», «Ю-ЭС Интернэшнл Трейдинг Корпорейшн», «ЕРС-Инжиниринг», в ходе которой заявил, что американским инвесторам в Белоруссии будут предоставлены «самые благоприятные условия» и что американский бизнес мог бы способствовать улучшению отношений между Белоруссией и официальным Вашингтоном.

Историки ещё давно подметили, что традиционная схема западной экспансии включает три этапа: сначала идут миссионеры, затем торговцы, после них – солдаты. В наше время это происходит одновременно. Роль Ватикана как проводника идеи глобального мирового порядка обнаруживает себя всё более заметно.



Примечания:
1См. Четверикова О. Католическая церковь в «диалоге» с иудаизмом: история отступничества //http://www.rusk.ru/analitika/2010/02/20/katoliches...zmom_istoriya_otstupnichestva/
2http://www.rusk.ru/news_rl/2010/01/18/diakon_vladi...apu_rimskogo_usililsya_nazhim/
3Православная Церковь и религиозная обстановка в современной Белоруссии // Материк. 12.12.2009 //http://www.materik.ru/rubric/detail.php?ID=8117&SECTION_ID=5
4http://bdg.by/pnews/5375.html
5Православная Церковь и религиозная обстановка в современной Белоруссии // Материк. 12.12.2009 //http://www.materik.ru/rubric/detail.php?ID=8117&SECTION_ID=5
6http://www.ng.ru/cis/2009-04-28/5_lukashenko.html
7Шуман А. Возможен ли в Беларуси диалог между христианами и иудеями? http://churchby.info/bel/407/



24.04.2010 г. FondSK.ru

(Еще не оценили)

Распечатать