Впервые такой череп был найден в 1927 году в Центральной Америке экспедицией известного английского археолога и путешественника Ф. Альберта Митчелл-Хеджеса. Предшествовали находке начавшиеся еще в 1924 году работы по расчистке древнего города майя во влажных тропических джунглях полуострова Юкатан (в то время — Британский Гондурас, ныне — Белиз). Тридцать три гектара леса, поглотившего едва угадывающиеся старинные постройки, для облегчения раскопок было решено просто выжечь. Когда дым окончательно рассеялся, участникам экспедиции открылось удивительное зрелище: каменные развалины пирамиды, городских стен и огромный, на тысячи зрителей, амфитеатр. Лубаантун, «Город упавших камней», — это название с легкой руки Митчелл-Хеджеса закрепилось за древним поселением.
Прошло три года, и в очередную свою экспедицию Митчелл-Хеджес взял юную дочь Анну. Руководитель раскопок и не подозревал, что она станет для всех счастливым талисманом. В апреле 1927 года в день своего семнадцатилетия Анна обнаружила под обломками древнего алтаря удивительный предмет. Это был изготовленный из прозрачнейшего кварца и прекрасно отполированный человеческий череп в натуральную величину. Правда, у него не хватало нижней челюсти, но через три месяца буквально в десятке метров нашлась и она. Оказалось, что эта хрустальная деталь подвешивается на идеально гладких шарнирах и приходит в движение при малейшем прикосновении.
Все бы хорошо, да с теми, кто притрагивался к этому черепу, начинали происходить странные вещи. Впервые это случилось с самой Анной. Как-то вечером она положила удивительную находку рядом со своей постелью. Как обычно, легла спать. И всю ночь ей снились странные сны. Проснувшись утром, Анна в деталях смогла рассказать все, что видела. А видела она ни много ни мало — жизнь индейцев тысячелетия назад.
Поначалу она не связала эти сновидения с черепом. Но странные сны продолжали посещать девушку всякий раз, когда хрустальный череп находился рядом с ее изголовьем. И каждый раз это были новые подробности жизни древних индейцев, в том числе и ранее не известные ученым. Когда череп на ночь убирали подальше, сны прекращались. Но как только находка возвращалась к изголовью, яркие цветные и звуковые «фильмы» возобновлялись. Анна снова слышала разговоры индейцев, наблюдала за их повседневной деятельностью, за ритуалами жертвоприношений...
В начале 60-х годов, уже после смерти отца, Анна решила передать череп для исследования специалистам: уж больно он был совершенен даже для таких искусных мастеров, какими были индейцы доколумбовых цивилизаций.
Сначала изучением черепа занялся искусствовед Фрэнк Дордланд. При тщательном осмотре он обнаружил в нем целую систему линз, призм и каналов, создающих необычные оптические эффекты. Исследователя поразило то, что на идеально отполированном хрустале даже под микроскопом не было видно следов обработки. Он решил обратиться за консультацией в знаменитую фирму «Хьюлетт-Паккард», специализировавшуюся в то время на выпуске кварцевых генераторов и считавшуюся наиболее авторитетной по экспертизе кварцев.
«Проклятая штуковина...»
Результаты экспертизы потрясли не только искусствоведа. Во-первых, исследование, проведенное в 1964 году в специальной лаборатории фирмы «Хьюлетт-Паккард», показало, что череп был изготовлен задолго до появления первых цивилизаций в этой части Америки. Кроме того, горный хрусталь столь высокого качества в этих местах вообще не встречается. И уж совсем поразительное открытие — «допотопный» череп, вес которого составляет 5, 13 кг, а размеры 125, 4*203, 4 мм, изготовлен из цельного кристалла. Причем вопреки всем известным законам физики.
Вот что по этому поводу говорил один из лучших экспертов фирмы, инженер Л. Барре: «Мы изучали череп по трем оптическим осям и обнаружили, что он состоит из трех-четырех сростков... Анализируя сростки, мы обнаружили, что череп вырезан из одного куска хрусталя вместе с нижней челюстью. По шкале Мооса горный хрусталь имеет высокую твердость, равную семи (уступая лишь топазу, корунду и алмазу), и его ничем, кроме алмаза, резать невозможно. Но древние как-то сумели обработать его. И не только сам череп — они вырезали из этого же куска нижнюю челюсть и шарниры, на которых она подвешена. При такой твердости материала это более чем загадочно, и вот почему: в кристаллах, если они состоят более чем из одного сростка, имеются внутренние напряжения. Когда вы нажимаете на кристалл головкой резца, то из-за напряжения он может расколоться на куски... Но кто-то изготовил этот череп из одного куска хрусталя настолько осторожно, как будто вообще не притрагивался к нему в процессе резки. Мы также обнаружили некий вид призмы, вырезанной в задней части черепа, у его основания, так что любой луч света, входящий в глазницы, отражается в них. Загляните в его глазницы, и вы сможете увидеть в них всю комнату».
С мнением эксперта согласны и его коллеги. Для того чтобы при обработке череп не рассыпался, нужны были точнейшие аналитические методы: распилы должны быть строго ориентированы относительно осей роста кристалла. Однако изготовителей таинственной находки эта проблема, похоже, ничуть не волновала — они сработали череп, игнорируя все законы и правила. Профессионалы из «Хьюлетт-Паккарда» так и остались в недоумении: «Эта проклятая штуковина просто не должна существовать. Те, кто ее сотворил, не имеют ни малейшего представления о кристаллографии и волоконной оптике. Они совершенно игнорировали оси симметрии, и эта штука неминуемо должна была развалиться при первичной обработке. Почему этого не случилось, представить невозможно». Однако факт, что называется, налицо: хрустальный череп — реальность, которую в Музее американских индейцев может увидеть любой желающий.
И еще. Технологи «Хьюлетт-Паккарда» подтвердили, что на черепе действительно нет ни малейших следов механической обработки — даже микроскопических царапин от полировки. По мнению экспертов, чтобы так отполировать этот чрезвычайно твердый материал, нужны сотни лет!
Источник
Источник
http://blogs.privet.ru
