Вскоре после того, как Мадонна и Шон Пенн оповестили о своем романе весь мир. поп-звезду спросили, что она на­шла в этом парне. «Ну. у него есть кое-что. чего нет у других мужчин». – сказала Мадонна с пло­тоядной улыбкой, которая была ее фирменным знаком в 80-е. Все выдающиеся качества Шона Пенна были, как говорится, на виду: агрессив­ная сексуальность, тренированное тело спорт­смена и сногсшибательное обаяние…

Но к своим двадцати шести годам Мадонна Луиза Верони­ка Чикконе повидала немало «плохих парней», и удивить ее улич­ными замашками и показной крутос­тью было нелегко. Тем более что Шон Пенн не столько был «уличным парнем», сколько играл в него.

Он родился 17 ав­густа 1960 года в ар­тистической семье, чей жизненный ук­лад, впрочем, был весьма схож с тради­циями американского среднего класса: дом в кредит, кукурузные хлопья на завтрак. Дед Пенна по отцовской ли­нии был выходцем из Литвы, но внук не унас­ледовал и капли знаменитой прибалтийской флегматичности.

Темпераментом он был подо­бен вулкану – с раннего детства он пугал роди­телей вспышками агрессии. Нельзя сказать, что они были совсем уж беспричинными. Мальчик никогда не взрывался «на пустом месте». Но там. где другой ребенок успокаивался через десять минут. Шон буйствовал часами. Когда он начал выплескивать свою агрессию на других людей, мать повела его к врачу и узнала, что у ее ребен­ка «чрезвычайно подвижная психика, которая нуждается в некоторой коррекции».

Возможно, не будь она актрисой, а ее муж -режиссером, сказанное врачом ее бы напугало. Но для нее. чьим инструментом являются эмо­ции, «подвижная психика» была неотделима от того, что принято называть «творческим скла­дом». Кто знает, как сложилась бы жизнь Шона Пенна, если бы мать все же задалась целью «скорректировать» его характер.

Детство и юность малыша прошли в Санта-Монике. месте, о котором писательница Джеки Коллинз сказала: «Здесь звезд больше, чем на небе». Отец Шона, режиссер Лео Пенн, имел в Голливуде достаточно хорошую репута­цию, чтобы его сын считался «золотой моло­дежью».

Лучши­ми школьными друзьями Шона Пенна были Чар­ли Шин и Эмилио Эстевес. Как и Шон. отпрыски знаменитого Мар­тина Шина не ис­пытывали сомне­ний относительно своей будущей про­фессии. «Он всегда знал, что будет акте­ром, – говорил о сы­не Лео Пенн. – И был настроен стать ни больше ни меньше как вторым Джеймсом Дином».

В первых ролях Шона действительно за­метно безотчетное подражание кумиру 50-х: мрачный взгляд, дерзкая ухмылка, немного вы­зывающая манера игры. Режиссер его дебютно­го фильма впоследствии вспоминал: «Шон Пенн был похож на застоявшегося в стойле молодого скакуна. Талант бурлил в нем. требовал выхода, и было совершенно очевидно, что Шон не имеет представления, что с ним делать».

Они с Мадонной во многом похожи. Оба с дет­ства были одержимы стремлением не прос­то прославиться, но стать «великими». «Мадон­на родилась с волосами, родинкой на затыл­ке и бешеным духом соперничества. – говорил о ней ее брат Кристофер Чикконе. – О чем бы ни шла речь, ей непременно нужно было быть са­мой лучшей». Как и Шон. Мадонна любила иг­рать «девчонку из низов», и. как в случае Пен­на, это было неправдой.

Она родилась в обеспеченной мичиганской семье. Отец, немногослов­ный, сдержанный человек, работал в оборонной отрасли. «Кто служит правительству, болтать не должен». – говорил он. словно оправдывая этим собственную эмоциональную скупость. Мис­сис Чикконе была домохозяй­кой и. согласно воспоминани­ям самой Мадонны, «ангелом дома»: «Она озаряла радостью всё вокруг. Когда мама меня обнимала, я была счастливее всех на свете».

Увы. счастье длилось не­долго: когда Мадонне не было и шести лет, ее мать умерла от рака груди. Неизвестно, что стало для Мадонны большим ударом – смерть обожаемой матери или новая женитьба отца. Мачеху Мадонна нена­видела всей душой. За платья, которые та ей покупала. За то. что из соображений экономии она делила одну вареную курицу на десятерых.

Наконец за то, что эта чужая женщина заня­ла место ее матери не только за обеденным сто­лом, но и в постели отца. Джоан действительно была скуповата, не умела готовить и могла по­дать к столу обгоревшие сверху и ледяные внут­ри гамбургеры-полуфабрикаты. Но к детям она относилась хорошо и была очень обижена, ког­да годы спустя Мадонна начала рассказывать, каково быть Золушкой при злой мачехе.

Оборотной стороной ненависти к мачехе стала болезненная любовь к отцу. Мадон­на настойчиво требовала его внимания и всегда его добивалась. «Она явно страдает комплексом Электры – женским вариантом Эдипова комп­лекса, – пишет в своей книге «Жизнь с моей сес­трой Мадонной» Кристофер Чикконе. – Будучи детьми, мы все боролись за любовь отца, но по­беждала обычно Мэдди. Неважно, что она была уже слишком взрослой, чтобы сидеть у него на коленях, – она все равно карабкалась, отталки­вая остальных детей».

Сдержанный, скупой на проявления чувств, отец тем не менее выделял Мадонну – она действительно была его любимицей. Она была просто копией своей матери: похожий голос, мимика, живой ум. большие мечты. Эти меч­ты составляли отдельную гордость папы Чикконе: в отличие от ровесниц Мадонна не грези­ла карьерой модели или поп-певицы.

Ее куми­рами были звезды классического балета Мар­го Фонтейн и Рудольф Нуреев. Когда Мадонна поступила в Мичиганский университет, что­бы изучать искусство танца, гордости отца не было предела. «У папы было своеобразное представление о том. что такое искусство. -вспоминала Мадонна. – Он был бы счастлив видеть меня оперной певицей, балериной или голливудской дивой вроде Глории Свенсон. Все прочее считал недостойным».

Но классичес­кой танцовщицы из Мадонны не получилось -она быстро осознала свой «потолок» и поня­ла, что не желает всю жизнь добиваться ролей в кордебалете. Однако крушение собственных надежд выйти однажды на сцену «Метрополи­тен-опера» Мадонна пережила значительно легче, чем глубокое разочарование отца. Воз­можно, именно тогда у нее и появилось жела­ние стать великой актрисой. Желание, с года­ми превратившееся в манию.

10 января 1985 года на киностудии «Юниверсал» было не протолкнуться – целая толпа фана­тов хотела посмотреть на съемки нового клипа Мадонны Material Girl. Киношники презрительно кривились: для них эта крашенная под Мэрилин Монро блондинка в розовых шелках была не бо­лее чем выскочкой.

Впоследствии Шон Пенн ут­верждал, что забрел в съемочный павильон толь­ко для того, чтобы поздороваться с приятельни­цей Мэри Ламберт, режиссером клипа: «Я вообще толком незнал, кто такая Мадонна. Конечно, она была уже очень знаменита, но в моем мире мало кто интересовался поп-музыкой».

Это лукавство: согласно свидетельству Эмилио Эстевеса. Шон был прекрасно знаком с творчеством Мадонны и являлся ее большим поклонником. Более того, говорят, что он и попросил Мэри Ламберт пред­ставить его поп-звезде. Свое первое впечатле­ние от будущей жены 11енн описал одной фразой: «Довольно противный голос и отличная задница». Мадонна, в свою очередь, назвала это «ударом молнии»: «Увидев Шона, я поняла, что это мой мужчина на всю жизнь».

«Я был поражен тем. как моя сестра уцепи­лась за этого парня. – вспоминает Кристофер Чикконе. – Он был хорош, но совершенно не в ее вкусе. Ни для кого не секрет, что Мадонна пред­почитает латино». Шон не был скромником, к моменту знакомства с Мадонной он пережил несколько бурных романов, в том числе с акт­рисой Сьюзен Сарэндон. У него были серьезные отношения с партнершей по фильму «Напере­гонки с луной» Элизабет Мак-Говерн. Но напор Мадонны оказался для него полной неожидан­ностью. «Он растерялся! – вспоминал друг Пен­на Чарли Шин. – Он просто не знал, что ему де­лать, ведь Мадонна – не девчонка, живущая по соседству, а полноценная звезда».

Впрочем, в некоторых кругах имя Шона Пен­на пользовалось гораздо большим уважени­ем, чем имя Мадонны, и она об этом знала. Его называли самым талантливым актером нового поколения, молодым гением. «Оскары», которые Шон имеет сегодня, подтвердили прозорливость этих оценок. Мадонна, в ту пору встречавшая­ся с певцом Принсом. без колебаний оставила кумира подростков смутной сексуальной ориентации ради серьезного молодого актера, пусть и с репутацией хулигана

На первом свидании они просто разговаривали. Мадонна сделала все, чтобы Шон забыл о ее славе поп-дивы: оделась подчеркнуто просто, поразила его своим знани­ем мировой киноклассики, сказала, что боль­ше всего на свете любит смотреть старые филь­мы с Клодет Кольбер и есть пиццу. Много лет спустя тот же самый трюк она провернет со своим вторым мужем, режиссером Гаем Ричи. И он снова сработает.

Разница между «настоящей Мэдди» и сцени­ческим образом, которую так мастерски под­черкнула Мадонна, привела Пенна в восторг. Впоследствии Шон сам удивлялся, как он. впи­тавший лицедейство с молоком матери, плоть от плоти Ролливуда. не распознал притворства.

Отношения молодого актера и поп-звезды развивались стремительно. Через несколько не­дель после знакомства Пенн и Мадонна объяви­ли о помолвке. На вопрос журналистов, сколь­ко она продлится. Мадонна ответила: «Ров­но столько времени, сколько мне понадобит­ся, чтобы сшить свадебное платье». И родители

Пенна, и отец Мадонны уговаривали влюблен­ных хоть немного подождать. Но Мадонна не слишком-то считалась с мнением отца. А Шон был настолько влюблен, что впадал в ярость от одного только слова «ожидание».

То, что Шона многое приводит в ярость. Мадонна поняла еще в первые месяцы общения с ним. Агрессивное поведение, ре­гулярные нападки на всех вокруг, кажется, и были той самой коррекцией, которая требо­валась чрезвычайно подвижной психике Пен­на.

Но для певицы на тот момент было важно, что она встретила человека бесконечно страс­тного, и их двоих тянуло друг к другу. «Шон говорил мне, что она сводит его с ума, – вспо­минала актриса Мэг Лоури, подруга Пенна, в книге Рэнди Тараборелли «Мадонна». – Но это его беспокоило. «Она сумасшедшая, – говорил он мне. – И я сумасшедший. Представь себе нас вместе. Да, не слабо…»

Больше всего союзу «сумасшедших» были рады журналисты. Фотографы дежурили у до­мов Мадонны и Пенна посменно. Они сопровож­дали парочку то на свидание в ресторан, то на тусовку в клуб, то на прогулку на кладбище Вествуд. где Мадонна посещала могилу Мэрилин Монро. На волне подскочившей популярности мужской журнал «Пентхаус» объявил о публика­ции снимков обнаженной Мадонны, сделанных несколько лет назад, когда девушка была еще не особенно известна и вовсе не думала, что невин­ные хулиганства на фотосессии могут позже ей так навредить.

О наличии скандальных сним­ков в свою очередь сообщил и журнал «Плейбой». Мадонна публично заявила, что ей нечего сты­диться, а сама призналась своему другу Томми Квину. что не знает, как поступить. Квин пред­ложил плюнуть на это – в конце концов, Мэри­лин Монро тоже снималась обнаженной, и ни­чего. «А что скажет мой отец? – распереживалась Мадонна. – Почему он должен видеть подобное? А Шон! Что подумает Шон?!»

Когда номер «Пентхауса» с фотографиями обнаженной Мадонны, услужливо выслан­ный на адрес Пенна, оказал­ся перед его глазами, он не­истовствовал. Певица еле ус­покоила возлюбленного. Но 30 июня 1985 года, когда пара готовилась к пресс-конферен­ции в отеле города Нашвилла, кто-то подкинул к дверям их номера связку воздушных ша­риков с визиткой, намекаю­щей на беременность Мадон­ны:

«Поздравляем маму и па­пу. Как насчет эксклюзива?» -то Пенна уже ничто не могло сдержать. «Он вылетел из но­мера, крича, что сейчас всем башки поотрывает. – вспоми­нала свидетельница этой сце­ны Лори Малренин. – Когда кто-то из журналистов сфотог­рафировал его, он совсем разъярился. Где-то по­добрал камень и точно запустил в голову фото­графа, потом вырвал у него фотоаппарат и раз­бил о его спину.

Фотограф упал, а Пенн продол­жал в ярости пинать его ногами. Когда другой журналист попытался выступить вперед. Пенн подбил ему глаз. Мадонна, тоже вышедшая из номера, надвинула шляпу на глаза и скрылась». Тогда актера арестовали, приговорив к девянос­та дням тюрьмы и штрафу.

Уже в период помолвки стало ясно, что Ма­донна собирается устроить из своей свадь­бы представление века. «Я выхожу замуж в пер­вый и. надеюсь, последний раз. – откровеннича­ла она в интервью. – Я хочу, чтобы это было тор­жество, которое гости запомнят на всю жизнь». Так оно и вышло: актер Мартин Шин до сих пор вспоминает день бракосочетания 16 авгус­та 1985 года с содроганием. «Больше всего это было похоже на войну во Вьетнаме»

.

Мадонна планировала провести церемонию как можно более скромно, в узком кругу. Гос­тям были разосланы приглашения без указания места, а адрес сообщали по телефону не раньше чем за сутки до церемонии. «Надеюсь, эти шакалы не догадаются, где будет свадь­ба, – сказал Пенн про журналистов. – И тог­да у нас получится именно то, о чем мечта­ет Мадонна. – спокойная, тихая свадьба».

Од­нако сложно было не догадаться, когда невес­та болтала об этом при любом удобном случае. Вскоре все журналисты были в курсе того, что свадьба состоится на открытом воздухе в хорошо обозримом со всех сторон поместье Дона Унгера Пойнт Дьюм в Малибу, 16 авгус­та 1985 года в шесть часов вечера. В этот день Мадонне исполнялось двадцать семь, а Шону на следующий день – двадцать пять.

Известно стало даже то, что жених и невеста поругались прямо накануне свадьбы. Она и ее менеджеры требовали подписать брачный до­говор, а Пенн считал, что это «смертный при­говор браку», и простецки посылал «эту бан­ду напыщенных идиотов, обвиняющих меня в том. что я зарюсь на ее деньги» куда подаль­ше. «Это было таким идиотизмом, что я прос­то с ума сходил. – вспоминал Пенн. – Все эти люди целыми днями висели на телефонах, что­бы убедиться, что я не получу ни цента из ее де­нег, если моя собственная карьера сложится неудачно. Мерзкие идиоты!» Бу­маг он так и не подписал.

За несколько часов до свадь­бы охрана на всякий случай прочесывала окрестности в поисках папарацци. однако их и не надо было искать: ре­портеры всех лос-анджелес­ских газет собрались перед местом церемонии и пытались всеми правдами и неправда­ми проникнуть внутрь. Они подкупали персонал, снима­ли за бешеные деньги окрес­тные дома, чтобы суметь сде­лать хотя бы кадр. И наконец нанесли неожиданный удар с воздуха – над поместьем за­висли вертолеты, да так низ­ко, что ветер от лопастей вин­та портил гостям прически.

Когда «вертушек» стало восемь, терпение Пенна лопнуло: он исчез в доме, чтобы вернуться назад с ружьем. Как ошпаренный, он стал бегать по участку и с кри­ком «Добро пожаловать на ремейк «Апокалипси­са сегодня» принялся палить в воздух, не скры­вая намерений угодить в налетчиков. «Я был бы счастлив, если бы хоть один из этих черто­вых вертолетов загорелся, а тела поганых жур­налистов обуглились. – заявлял Пенн впоследс­твии. – Это не люди. Я никогда в жизни не стре­лял в живое существо». «Тогда я поняла, – вспо­минала несколько лет спустя Мадонна, – что моя жизнь больше никогда не будет прежней».

Пресса потом долго резвилась, описывая . глубокое декольте свадебного платья Ма­донны, двубортный костюм Пенна за 695 долла­ров, неумело завязанный галстук, порезы после бритья на его лице и отчаянные попытки стя­нуть подвязку с бедра невесты. Мадонна и Пенн и сами назвали свадьбу «цирком». Пресса, родс­твенники и гости сходились во мнении, что этот цирк организован собственными руками Ма­донны. «В чем уж она точно талантлива – так это в умении сделать себе настоящее промо», -говорил ее брат Мартин Чикконе.

После свадьбы молодоже­ны отправились на виллу в Малибу. За ними по-прежне­му следили папарацци, радос­тно фиксируя жизнь звездного семейства. «Я ненавижу этих лю­дей. Ненавижу всех вас!» – не сдер­живался Пени в беседах с прессой. Мадонне же, наоборот, присталь­ное внимание льстило: «Всегда нужно быть готовой к вторжению в твою личную жизнь, – говори­ла она. – Но я провожу черту, ког­да вхожу в свой дом. Люди толпятся у въезда в наше поместье. Они бес­престанно звонят нам по телефону. Хотят видеть нас. Думают, мы пригласим их на чашку чая или что-то в этом роде».

Поле боя с прессой переместилось в Шан­хай, куда Пенны отправились на съемки нового фильма. Шон давно вынашивал пла­ны картины, в которой хотел снять­ся с женой. К тому же ей бы это пош­ло на пользу: ведь он уже был кино­звездой, а она только собиралась ею стать. Ему попался в руки сце­нарий картины «Шанхайский сюр­приз», производством которого за­нималась HandMade Films, студия бывшего участника группы «Битлз» Джорджа Харрисона.

Сценарий был жутким, поэто­му первым делом Пенны занялись его доработкой. Затем полетели в Азию. Шон Пенн не сразу понял, что проект, в который он ввязал­ся, заведомо гиблый, зато тут же обозначил от­ношения с местной прессой: он поставил цель укрыться от их внимания и заодно оградить супругу. Итогами пребывания звездной пары в Шанхае стали стычки с фотографами, ссора со съемочной группой и, как следствие, неудач­ная картина, абсолютно непринятая публикой и собравшая в прокате всего 2,2 миллиона дол­ларов при бюджете в 17 миллионов.

«Шанхайс­кий сюрприз» не только не сделал кинозвездой Мадонну, а напротив, подтвердил ее неспособ­ность быть хорошей актрисой. Более того, это был самый неудачный фильм в карьере Пенна. «Похоже, режиссер вообще не понимал, что де­лает, – оправдывалась Мадонна. – Мы находи­лись на корабле без капитана. Уверена, вы все это заметили».

Пенн признался, что многократ­но во время съемок предлагал «не снимать та­кое дерьмо», но энтузиазм супруги и желание сделать из нее актрису заставляли его продол­жать работу. «К тому же я постоянно был наве­селе и занимался совершенно другими делами. Единственный раз я вспомнил о фильме, ког­да мне принесли мой чек». – сказал он. «Мы вы­брали неправильный сценарий, не того режис­сера (Джима Шддарда) и не тех звезд». – говорил Джордж Харрисон, продюсировавший картину. На вопрос о семейке Пенн он отмахивался ру­кой: «Лучше не спрашивайте!»

Вернувшись в США. пара появилась вместе на премьере картины «В упор» с участием Пенна. Написавшая и исполнив­шая для фильма песню Live То Tell Мадонна радостно по­зировала фотографам, а Шон бесился все больше. «Самым большим разочарованием для меня оказалась ее страсть к публичности, к саморекла­ме, – признался потом он. -Я не смог разглядеть этого сра­зу и получил в прямом смысле «шанхайский» сюрприз.

Я по­нял это. как только мы ста­ли жить вместе, но, когда дело касается сердца, не так прос­то освободиться от пристрас­тий. И вы не знаете, как дол­го это будет продолжаться. Все может пройти. Жизнь может нейтрализовать сама себя». Пенн не знал, что пресс-агенты жены звонили по ее просьбе в газеты и подкидывали инфоповоды. «Когда дело доходило до физи­ческих стычек Шона с репор­терами.

Мадонна была прос­то в ярости. – вспоминает друг Пенна Тодд Бараш. – Я был у них на следующий день пос­ле того, как Шон избил репортера, – он не мог успокоиться, снова и снова вспоминал об этом инциденте. Неоднократно Мадонна сама угова­ривала мужа попозировать. «Мы знаменитос­ти. – говорила она. – Люди хотят видеть наши фото». Пенн приходил от этого в излюбленное состояние ярости: «Тебя не волнует, что эти па­разиты вторгаются в нашу жизнь?»

Редко из­бегавшая конфликтов с мужем Мадонна тут же бросалась защищаться: «Я работала как вол, чтобы стать тем, кто я сейчас, чтобы люди ин­тересовались мной. Примирись с этим или убирайся!» Шон зло говорил, что однажды ей и правда придется выбирать. «Или они, или я».

Нередко эти разговоры заканчивались по­тасовками, особенно когда в отношения семьи вмешалась ревность. Пенн всегда чувствовал, что Мадонна не будет ему верна. «Она неукро­тима. – признавал он. – Не думаю, что какой-ни­будь мужчина сможет обуздать ее». Настоящий перелом в их отношениях произошел после того, как Шон узнал о давнем романе Мадонны с пев­цом Принсом. Тогда Пенн кулаком прошиб сте­ну, наломал мебели и вот-вот взялся бы за жену, если бы та вовремя не сбежала из дома. «Тогда я впервые увидела его демона». – говорила она.

Впрочем, когда страх проходил. Мадонна признавалась в удовольствии, которое она по­лучает от бешеной ревности мужа. «Как же он меня любит, раз пробивает кулаком стены!» -восхищалась она и звонила Принсу, просила прислать слесаря, чтобы тот отремонтировал стену – «потому что все из-за тебя».

Частенько в бешенстве Шон поколачивал знакомых супруги. Так под раздачу попал друг Мадонны Дэвид Волински. случайно встре­ченный ею в ресторане и необдуманно поцело­вавший ее в щеку. Шон набросился на Волинс­ки – повалил его и стал пинать ногами. «Он всег­да был горячей головой, – вспоминает Волинс­ки. – Я ничего не сделал, просто поздоровался с его женой, которую знал задолго до того, как она вышла за него замуж. Я не собирался его провоцировать. До сих пор не понимаю, что она нашла в этом подонке».

Разговоры о разводе впервые стали фигури­ровать в их отношениях в декабре 1987 года, когда Шон исчез из дома на несколько дней. В те дни Мадонна признавалась своим друзь­ям, что их брак погиб и что она начала ненави­деть мужа. «Мне стыдно за то. во что преврати­лась наша семья», – говорила Мадонна друзьям, но сама же подливала масла в огонь.

Тогда в ее жизни появился Джон Ф. Кенне­ди-младший. Вспоминая, как отец увлекался Мэрилин Монро, он заинтересовался Мадон­ной. Они познакомились в Нью-Йорке в том же декабре 1987 года. После первого же сви­дания Кеннеди дал Мадонне ключи от сво­ей квартиры, и они начали встречаться. Шон Пенн в невменяемом состоянии узнавал под­робности измены жены из светских колонок.

Их примирил звонок Мадонны, у которой на медицинском обследовании обнаружили опу­холь в груди. Перепуганная, она набрала номер мужа. «Шон был потрясен, когда узнал об опухоли, – вспоминает друг Пен­на, актер Стивен Стернинг. — Он сказал, что ей обязательно нужно пойти к врачу и сделать биопсию. Она разрыдалась, стала говорить, что боится и не знает, что делать.

Он предло­жил ей пойти вместе с ней. Ма­донна сделала биопсию. Че­рез несколько дней пришел ре­зультат. К счастью, он оказал­ся отрицательным. У нее не было ничего серьезного». Сам Шон говорил: «Ничто так не от­резвляет мужчину, как осозна­ние того, что у его жены может быть рак. Я понял, что должен серьезнее относиться к сво­ей жизни, к Мадонне, к наше­му браку».

Однако Мадонна вовсе не планировала возвра­щаться к Шону. Роман с Кен­неди-младшим бурно развивался. Джон при­знавался друзьям, что она стала для него насто­ящим наваждением. Мать Джона. Джекки Кен­неди, опасалась за сына. Ее не столько смущала репутация Мадонны, сколько агрессивность ее мужа Шона Пенна. «Мама, я могу справиться с этим маленьким ублюдком, даже если у меня будут связаны руки». – говорил Джон. Но их от­ношениям с Мадонной явно не доставало его мужества. Мадонне всегда нравились властные мужчины, а Кеннеди-младший был слишком мягкотел и зависим от матери.

Отвлечь Шона от семейных неприятностей смогли лишь съемки фильма «Жертвы войны» в Таиланде. По возвращении он с головой оку­нулся в новый скандал, связанный с его же­ной. Мадонна вдруг объявила себя лесбиян­кой, стала повсюду появляться с Сандрой Бер-нхард. Даже на премьеру спектакля «Перепо­лох» с участием мужа она явилась с подружкой. «Если это мой вечер, то зачем ты притащила ее с собой?» – взбесился Шон, который терпеть не мог Сандру. Он обвинил супругу в том. что она нарочно подстрекает его на необдуманные пос­тупки, которые лишь привлекают внимание к их семье. Многие полагают, что она продолжа­ла держаться Пенна, поскольку все еще не ос­тавляла надежд стать хорошей киноактрисой.

Испытывая серьезные проблемы с алкоголем, Пенн не делал ничего для спасении семьи. На­против, вел себя все более непредсказуемо, мно­го пил. дебоширил, частенько брался за ору­жие. Бродил вокруг виллы и расстреливал птиц и мышей. В подвале дома Шон оборудовал тир, где ежедневно упражнялся. Говорят, что стрелял он то в изображения жены, то в снимки ее дру­зей и любовников.

Таким образом он изрешетил и Принса, и Джона Кеннеди, и Джона Бенитеса. Вскоре среди них оказался и актер Уоррен Вит­ти, осенью 1988 года предложивший Мадонне роль роковой красотки в фильме «ДикТрейси». Поскольку Мадонна вряд ли могла впечатлить Витти своими работами в кино, то было очевид­но, что она интересовала его как женщина.

Мадонна уговаривала Шона лечиться от алкоголизма. Они даже поехали в клини­ку, где зарегистрировались под вымышленны­ми именами, но потом отказались от этой затеи, испугавшись прессы. Супруги вернулись домой.

В 1988 году они думали, что их брак спасет общий ребенок. Но Сандра Бернхард убежда­ла Мадонну не вмешивать в этот непрекращае-мый семейный ад еще и дитя. Певица поддалась убеждениям подруги и после очередной ссоры попросила Шона уйти. Он переселился к своему отцу. По телефону Мадонна попросила развода.

28 декабря 1988 года Шон решил все же по­говорить с ней лицом к лицу. Впоследствии его действия назовут незаконным проникновени­ем, что не совсем правда: в дом, согласно словам самой Мадонны, она впустила Шона доброволь­но. Да. он был пьян, но ведь она видела его пья­ным и раньше. «Я не верю, что Шон пришел, что­бы причинить Мадонне зло. – вспоминал его друг Чарли Шин. сам. впрочем, не раз замеченный в рукоприкладстве. – Он просто хотел обсудить их дальнейшую жизнь. А потом что-то пошло не так».

О том. что именно «пошло не так» и в какой мо­мент семейная ссора превратилась в материал для криминальной сводки, ни Мадонна, ни Пенн никогда не говорили. Строго говоря, никто, кро­ме этих двоих, до сих пор не знает, что же про­изошло той декабрьской ночью на вилле в Мали-бу. Впоследствии эти события обросли самыми невероятными слухами: якобы Шон истязал Ма­донну два дня. подвергал физическому и мораль­ному насилию.

«То, что от тебя останется, я по­хороню в спичечном коробке». – вроде бы сказал он. приставив к голове жены пистолет. А потом уехал за виски, оставив Мадонну привязанной к стулу на долгие двое суток. С особенным удо­вольствием женские журналы описывали, как Мадонна смеялась в лицо своему мучителю.

На самом деле все обстояло несколько ина­че. Ни о каких двух днях и речи быть не могло -Шон провел в доме несколько часов. Но. судя по тому, в каком виде Мадонна появилась в поли­цейском участке Малибу. это были кошмарные часы. «У нее были разбиты губы, лицо опухло от слез и напоминало фарш. – вспоминал лейте­нант Билл Максуини. – Она выглядела как ти пичная жертва домашнего насилия из «цветно­го района». EJ Малибу такое нечасто увидишь. Пока она не представилась, я и подумать не мог, что передо мной всемирно известная певица».

Полицейские среагировали молниеносно: они приехали к дому Мадонны и потребовали, что­бы Шон Пени вышел на улицу с поднятыми ру­ками. «Мы были готовы к стрельбе, вооруженно­му сопротивлению – миссис Пенн сообщила, что у ее мужа есть оружие. – рассказывал Билл Мак-суини. – Но все прошло на удивление спокойно. Пенн сдался властям быстро и добровольно».

Сам Шон утверждал, что произошло недора­зумение, и обиды на полицейских не держал: «Парни просто делали свою работу, и делали ее чертовски хорошо». В полицейском участке он рассказал, что у них с Мадонной произошла обычная семейная ссора.

В ту же ночь Мадонна позвонила своему бра­ту Кристоферу и попросила срочно найти для нее дом. «Она была так напугана, что даже не хотела возвращаться за своими вещами. – вспо­минал он. – Все. чего хотела Мадонна. – поско­рее убраться подальше от Шона».

Документы о разводе были давно готовы – адвокаты Ма­донны, более прозорливые, чем она сама, лишь ждали от­машки. К их удивлению. Ма­донна не стала оспаривать права Шона на половину свое­го 70-миллионного состояния: «По калифорнийским зако­нам он может забрать полови­ну». И запретила даже думать о том. чтобы засадить буйно­го мужа за решетку. Шон Пенн так и не понял, почему Мадон­на забрала заявление из поли­цейского участка и отказалась от своих показаний:

«Я был полным ублюдком, наказание было бы вполне заслуженным». Многие подозревали за этим благородным жестом сделку: мол. Мадонна не стала пресле­довать Пенна в обмен на от­каз от финансовых претензий. «Я бы не взял у нее ни цента! – отрицал Пенн. – Я скорее с го­лоду сдохну, чем возьму то. что заработано чу­жим трудом». Голодная смерть Шону. впрочем, не грозила: на момент развода у него было око­ло пяти миллионов собственных денег.

«Пусть Бог хранит Шона, но подальше от меня» -такова была эпитафия Мадонны свое­му первому браку. Когда спустя несколько лет популярный телеведущий Дэвид Леттерман прямо спросил ее. люб