Ушла из жизни великая Галина Вишневская, пережившая на пять лет своего великого супруга. Пусть Бог даст свидеться им, - людям, которые так любили друг друга.

Когда иностранные журналисты спросили Мстислава Леопольдовича, что он думает о столь стремительном заключении брака (через четыре дня после знакомства) с Галиной Павловной, он ответил, что думает, что потерял четыре дня.

Полвека назад мой друг предложил мне пойти на встречу с Ростроповичем, которая должна состояться в московском Доме актера. Поскольку мы старались посещать тогда подобного рода мероприятия, - творческие вечера знаменитых певцов, чтецов, артистов, - я немедленно согласился.

Если бы такая встреча состоялась лет пять назад – я не сомневаюсь, что сравнительно небольшой зал Дома актера вряд ли бы вместил всех желающих. А тогда – по не очень понятным для меня причинам – пришло на встречу зрителей так мало, что вышедший на сцену Ростропович, посовещавшись с директором Дома, предложил всем перебраться в более компактное и уютное помещение – в кабинет директора, что и было сделано.

Там мы расположились в удобных креслах. Я увидел, что напротив меня сидит очень красивая и явно знакомая женщина, с которой я почтительно поздоровался, сообразив через несколько секунд, что красавица эта – Галина Вишневская, которой я с галерки Большого зала филармонии недавно орал «бииис!» на выпускном институтском вечере.

Ростропович только что вернулся из гастрольной поездки в США, и делился свежими впечатлениями. Вот маленькие отрывки того, что запомнилось из его рассказов. Привожу смысл, - впрочем, близко к произнесенному тогда Мстиславом Леопольдовичем:

- «В Америке очень высоко качество симфонических оркестров. Я интересовался у руководителей, как удается собрать коллектив таких замечательных музыкантов, и после их объяснений понял: руководитель просто отказывается от услуг музыканта, уровень которого ему кажется недостаточно высоким. А у нас это не всегда возможно осуществить: профсоюз может возражать, объясняя, что у этого музыканта такие семейные обстоятельства, или он такой хороший общественник, что его уволить никак нельзя.

- Жизнь в США буквально наэлектризована, - иногда в прямом смысле: проскакивает искра при прикосновении к предметам. Все ускорено по нашим меркам. Когда я зашел в парикмахерскую, то приготовился расслабиться во время неспешной, как я привык в России, процедуры. Ан – не тут-то было: на меня тут же набросились три добрых молодца, - один меня стриг, другой брил, а третий чистил мне ботинки. Через десять минут я оказался на улице, расставшись с частью содержимого моего кошелька.

- Поражает, конечно, разнообразие товаров и продуктов. Я привез моему другу, композитору, рано начавшему лысеть, по его заказу – патентованное средство от облысения. На верхней крышке банки был изображен совершенно лысый субъект и там же надпись – «Таким я был до того, как начал применять этот крем».

Мой друг долго благодарил меня. Он старательно, согласно рекомендации, ежедневно втирал снадобье в кожу головы, ожидая чудодейственного результата. Когда он добрался до дна банки, то увидел там того самого лысого субъекта и надпись – «Таким я и остался».

Конечно, Ростропович рассказывал тогда много еще более интересных вещей, и я очень сожалею, что не записал тогда его рассказ по свежим следам, - простите меня.

Очень многое я узнал позднее из замечательной книги Галины Павловны – «Галина», которая и сейчас стоит на полке в моей библиотеке.

Какое счастье, что они были в нашей жизни!

Источник.