Собачка. Сентиментальный рассказ.
У меня есть друг, с которым я не виделся более 20 лет.
Я – успешный художник, проживший в тепличных условиях и довольный безмятежной жизнью. Он большую часть своей жизни просидел в тюрьме. Освободился, нашел домик, привязал к нему собачку и потихоньку живет.
Когда мы встретились, он плакал. Он сказал, что нет того греха, которого он не совершил. Это были слезы покаяния. Таких слез я никогда в своей жизни не видел.
Я никогда не забуду эти слезы.
Я никогда не смогу с такими слезами произнести молитву разбойника "Помяни мя, Господи, во Царствии Твоем."
Не хочется его идеализировать. Тем более, не хочется пройти такой путь. Но хочется научиться так плакать. Не знаю, за что можно получить от Господа такой дар - такие слезы. Но в этот момент мне показалось, что если умыть себя такими слезами покаяния, то жизнь будет прожита не зря.
Я не умею так плакать.
Вот так и стояли два человека: один – сытый и холеный, и второй – потрепанный жизнью.
После того, как мы обнялись, я почему-то посмотрел на эту собачку. Потом постарался как можно точнее зарисовать ее.
Вот и получилась такая картина под названием "Собачка".Дмитрий Кустанович родился в 29 мая 1970 года в городе Минске. Живет и работает в Санкт-Петербурге.





Собачка

Машина Штирлица
Фильм «Семнадцать мгновений» весны я любил в детстве, даже не понимая, о чем там говорят. И сейчас люблю.
Это – фильм-состояние. Конечно, этот фильм - ностальгия по детству. Но все же, если попытаться «взрослыми мозгами» разобрать, то понимаешь, что нас, детей, к Штирлицу притягивала его тайна. И тоска по какому-то светлому, настоящему миру. В принципе, это состояние верующего человека. По-доброму, вежливо живущего в этом мире, ради настоящего, честного, справедливого и т.д. Нам нравилось играть в Штирлица и ощущать себя в образе разведчика.
Конечно, это мальчишество. И конечно, мальчишеский атрибут – машина. Его автомобиль проходил во всех лирических темах. В нем он мог быть самим собой, мог думать, быть открытым, в нем он принимал решения, вспоминал о Родине и т.д. В нем он закрывал дверь от вражеского мира. «Родина на колесах». Нам, мальчишкам, это нравилось.
Там есть еще один образ – Мюллер. Этот злодей, разбойник, который был нам почему-то симпатичен. Мы хотели, чтобы он тоже стал «нашим». Было ощущение, что он все понимает. Но это отдельная тема…