Понедельник, 20 сентября 1982
Два дня [на океане] в Easthampton у И.Урусовой. Изумительная погода, но я почти не двигался, так как чувствовал себя отвратительно. Читал S. de Beauvoir "Entretiens avec J.P.Sartre 1974-1980" (фр. - Симону де Бовуар "Беседы с Сартром 1974-1980").
Суббота, 25 сентября 1982
Четвертый день в [больнице] New York Hospital. Две опухоли, сотни "тестов". Писать об этом скучно и длинно. Письма, цветы, чувство чего-то незаслуженного... И второе - как просто, как поразительно просто меняется, в один момент, вся перспектива... "Здесь мир стоял простой и ясный, но с той поры, что ездит тот..." (из стихотворения В.Ходасевича "Автомобиль". Правильно: "Здесь мир стоял, простой и целый, / Но с той поры, как ездит тот...").
Преп. Сергия Радонежского. Жду о.Михаила Аксенова с причастием.
Воскресенье, 3 октября 1982
Тринадцатый день в госпитале. Все "tests" (англ. - анализы)... В общем, слава Богу, спокойствие, тишина. Присутствие Л. и девочек. Письма, карточки... За окном - удивительный вид на Нью-Йорк - Queensboro, Midtown... Вода, небоскребы. И солнце, каждый день солнце. Кругом любовь и волнения.
Только что, после причастия, ушел о. М[ихаил Аксенов].
"Идиже празднующих глас непрестанный и видящих Твоего лица доброту неизреченную..."
No comments.
Вера, надежда, любовь.
Понедельник, 4 октября 1982
Четырнадцатый день. Сижу в залитой солнцем палате и жду у моря погоды - решения о лечении... Вчера, как, впрочем, и все эти дни, - посетители... Масса добрых слов, любви, молитв - это чувствуется почти физически. Звонки вчера - от Сережи, Андрея, Братули. Присутствие Л. и Маши. Почти счастье.
Вчера сделал первую попытку "поработать", сел за "Таинство Святого Духа". Что мешает? Внутренняя суета, которой способствует госпиталь. Все время чего-то ждешь, и это ожидание не дает сосредоточиться на работе.
Среда, 1 июня 1983
Восемь месяцев - не писал сюда ни слова. И не потому, что нечего было сказать: никогда, пожалуй, не было столько мыслей, и вопросов, и впечатлений. А потому, пожалуй, что все боялся той высоты, на которую подняла меня моя болезнь, боялся "выпасть" из нее. И потом первые месяцы - до Пасхи - писал, работал, вдруг страшно захотелось, чтобы мои английские книги вышли по-русски, хотя, увы, написаны они не в русской тональности и вряд ли перевод передает то, что мне казалось нужным сказать.
Присутствие активное - Л. Я думаю, не будь ее со мною, не было бы этих - в основном мирных и глубоких - восьми месяцев.
Три приезда Андрея.
Три приезда Сережи.
Приезды Ткачуков...
Какое все это было счастье!