Ревнующий о благочестии! Тебе придется слышать, и может быть нередко, более от своих домашних, что ты тяжелый, невыносимый человек. Ты увидишь к себе сильное нерасположение, вражду за свое благочестие, хотя враждующие и не будут выражать, что именно за благочестие они враждуют против тебя, — не возмущайся этим и не приходи в отчаяние, потому что диавол в самом деле может преувеличивать до огромных размеров некоторые слабости твои, от которых и ты не свободен, как человек, но припомни слова Спасителя: «Враги человеку домашние его» (Мф 10, 36), и от недостатков исправляйся, а благочестие держи твердо.

Поистине, братия мои, знаю я одного, пришедшего некогда в сие жалкое состояние. Сначала, если кто из братий говорил ему что-либо, он уничижал каждого и возражал: «Что значит такой-то? нет никого достойного, кроме Зосимы и подобного ему». Потом начал и сих охуждать и говорить: «Нет никого достойного, кроме Макария». Спустя немного начал говорить: «Что такое Макарий? нет никого достойного, кроме Василия и Григория». Но скоро начал охуждать и сих, говоря: «Что такое Василий? и что такое Григорий? нет никого достойного, кроме Петра и Павла». Я говорю ему: «Поистине, брат, ты скоро и их станешь уничижать». И поверьте мне, чрез несколько времени он начал говорить: «Что такое Петр? и что такое Павел? Никто ничего не значит, кроме Святой Троицы». Наконец, возгордился он и против Самого Бога и таким образом лишился ума. Посему-то должны мы, братия мои, подвизаться всеми силами нашими против первой гордости, дабы мало-помалу не впасть и во вторую, т. е. в совершенную гордыню.

Прп. Авва Дорофей «Душеполезные поучения». 
Поучение второе. О смиренномудрии

«…повиноваться им (родителям - прим. моё) должно только в том, что не противно благочестию. Святое дело — воздавать им всякое иное почтение. Когда же они потребуют более надлежащего, не должно им повиноваться».

Иоанн Златоуст

Когда я выполняю те или иные задачи регулярно, мне легче находить необходимую для них энергию. Классический пример - мытьё посуды. Если я позволяю себе не мыть посуду в течение недели, то, когда мне, наконец, придётся приступить к этой работе, энергии у меня не будет. А если я буду делать эту неприятную мне работу после каждого приёма пищи, моя энергия никуда не исчезнет, и я смогу забыть о посуде до следующего раза.

Марк Форестер,
специалист по тайм-менеджменту
и личной продуктивности

Недостаточно опытные люди, впадая в сомнение, думают, что они будто бы становятся неверующими и от этого весьма мучаются. [...] <Но> неверие есть непризнание или отрицание предметов веры, <а> при сомнении такого отрицания нет. Есть лишь недоуменная мысль: да так ли это? Вопрос есть только вопрос, недоумение – только недоумение. Но никак не больше. Уже одно это должно внести в душу мир, успокоение. [...] <В сомнении> нет никакой дурной, греховной воли нашей. Нам всегда нужно помнить одно основное правило духовной жизни: “единственное зло есть только грех!”.
А греха в сомнении, с нашей стороны, при появлении его не было и нет. И это правильное, как мы видим, суждение снова внесет в нашу душу мир.

Митрополит Вениамин (Федченков),
“О вере, неверии и сомнении“

Сколько надо терпения духовному чаду, сколько времени пождания, чтобы понять и примириться со своей духовной немощью и с сознанием, что взращивает добро его души Един Господь, не сам (труждающийся), не духовник, но Бог. Вот в чем сокрыта истинно духовная жизнь - в глубине смирения. <...> Духовникам и чадам Божиим остается только понять, что сила их не в подвигах, не в учености, но в немощи, которую надо принять как свою спасительницу, примириться с ней, полюбить ее и сознательно принести свою немощь к Стопам Божиим, чтобы в ней начала действовать благодать и сила Божия и возобразился в нас Христос.

Иоанн (Крестьянкин),
"О духовничестве"

Господь взирает не на наружные наши действия, а на намерения наши, почему так или иначе поступаем, и если намерение — благое... то и можно быть покойным. <...> Мир тебе! Мужайся о Господе!

прп. Амросий Оптинский
Письмо 79

...мне всегда вспоминаются слова Исаака Сирина: "Если увидишь новоначального, возносящегося на небо, схвати его за ноги и сбрось наземь, потому что чем выше он взлетит, тем больнее он ударится, когда упадет"... И мне кажется, что это очень, очень важно помнить. Трезвость, постническое отношение: то есть без жадности и в молитве, и в чтении, во всем... Готовность, как кто-то из писателей древности сказал, оставить Бога ради Бога, то есть оставить молитву, приобщенность ради того, чтобы послужить ближнему. Иоанн Лествичник говорит: "Если ты находишься в созерцательной молитве и услышишь, что твой сосед по келье просит чашу воды, оставь твою молитву и дай ему воду, потому что молитва – твое частное дело, а эта чаша воды – дело божественное".

Митрополит Сурожский Антоний,
“Мы должны нести в мир веру - не только в Бога, но в человека…”

«Я хотел убить Патриарха. Хотя, по порядку. 
Несколько лет назад я вернулся с Кавказа. Наверно, не стоит говорить, с какой я головой вернулся. Оттуда большинство с такими головами приходит. И понятно почему – столько пацанов за чужие деньги в землю легли. От боевиков - пули и пытки, от своих - воровство и брехня. За год лично я с друзей шестнадцать медальонов снял. Вернулся домой, думал, успокоюсь. Но без водки не засыпал. Устроился на автосервис слесарем. Вроде жизнь покатилась. «Жигули» через месяц уже взял годовалый. Только все время я думал – почему мир такой? Кто его таким сделал? Разве, когда я в школе учился, меня кто-нибудь предупреждал, что вокруг грязь одна. И однажды я в газете прочел статью о ситуации в Православной Церкви. Что там происходит – вообще кошмар, сигаретами торгуют, бриллиантами. И понял, что люди недаром говорят «каков поп, таков и приход». И еще понял, как смогу за ребят отомстить. Чего у меня тогда в мозгу творилось – не перескажешь. Патриарх и его прихвостни продали душу дьяволу и поэтому Бог от России отвернулся. Летают по Москве на «шестисотых», а матери слезами цинк умывают. В общем – сказано, сделано. Родина меня в любом варианте убивать научила. Нашел я, где их Патриархия находится, поле осмотрел – лучше не подберешь. Пять чердаков открытых, сквозные переулки вокруг, и три жирных мента чай в будке пьют. Работа для младенца. Можно по-простому с АКМ из «жигуля». Как в кино. И переулками. Хотя гнаться некому будет. Но я подумал – чего я турок что ли, что бы как в Папу из пестика пластилином? Мы люди русские, нужно скромно и наверняка. Нам рекламы не нужно. Не я стрелял – ребята из могил достали. Вобщем купил новую СВДшку, две упаковки «стальное сердце». Нашел точку и два дня у Патриарха затылок в прицел рассматривал. Растягивал удовольствие. А тот еще по двору, бывало, ходил, со своими чего-то переговаривался. Хотел даже позвонить и предупредить. Пусть помечутся. Но потом решил, вблизи ему в глаза посмотреть. Почувствует, не почувствует? Пошел в церковь у Красных ворот. Стою среди старушек. Жду. Подъезжает, выходит, руки жмет. На меня посмотрел. Потом я всю службу стоял в церкви и сомневался – может ошибочка выходит? Еще потом ночь не спал. Он три дня у себя в офисе не появлялся. На четвертый день приехал. Я был на месте. Помню, все собачник один вокруг с кобелем крутился. Но я в синем комбезе, провода на поясе, типа электрик. Подозрений никаких. Выходит Патриарх, я ствол уже развернул, взял на прицел. Улыбался он чего-то. Я про себя говорю – «за Родину» и на курок. Блин – осечка. Меня в холодный пот. Не может быть! Я несколько часов назад весь комплект проверил. Драгунов в принципе осечки не дает! Я эту машину лучше своих пальцев изучил. В общем, Патриарх - в здание, я - вниз, и на скорости к своему другану, у кого ствол брал. 

- Ты чего? — он говорит, на забор наводит. 
Бах! Норма, только щепки полетели. 
Даже не знаю, что думать. Ствол в полцены вернул. Приехал домой, сел есть за стол и уснул. Спал два часа, потом перелег на диван и еще пятнадцать. А когда утром проснулся, то понял, что никаких снов не видел. С тех пор сплю отлично. Из этой истории вот какой я вывод сделал – Божий он человек, стоит один на границе этого мира и дьявола в Россию не пускает. Если с ним что-то случится – страшно представить, что с Россией будет. 
Не так давно я начал ходить в церковь. Подруга затащила. Батюшка у нас простой, но очень хороший. Мне говорит:
— Надо душу молитвой лечить и сначала о своем спасении думать. Если ты спасешься, то и своих отмолишь. 
Я ему верю. Простите, что такую дурь вспомнил. Детали я не писал, что бы работы шпионам не давать, пусть лучше не обо мне думают, а о том, как Патриарха от «спасителей» Родины защитить. 
Помолитесь и Вы за меня и моих близких. 
Антон Яковлев».

1999 год.

Мирослав Бакулин,
читать целиком в ЖЖ: "Заулыбался"

В чем суть спасения в миру? 
В миру веду малообщительный образ жизни, читаю духовную литературу, особо тяжелых проблем сейчас нет. Я в такой ситуации когда могу работать не очень много и средств хватает. Раскрылись глаза на многие вещи и планомерно меняю все, что раньше делал по бизнесу (крестился некоторое время назад).
Есть желание делать просветительские и благотворительные проекты но есть опасение что пока не пониманию смысл и суть христианства и могу ошибиться в таких проектах.

Хочется просто лечь в подножии Распятия и не вставать всю седмицу. 
А потом попросить милостыню у Марии Магдалины. В виде маленького кусочка того Света, что был в ее душе, когда она сказала слова, после которых в этом мире больше ничего не нужно: ВИДЕЛА ГОСПОДА!
Хочется. Мне.
Все только Мне да Хочется. Вот и итог поста.
А вот мученик Василий Оптинский сказал слова, которые вне его голоса, его присутствия, его любви звучат для меня, плотской, грубо и жестко:
Мы приходим ко Христу для того, чтобы испросить и получить у Него силу служить другим. Быть последними, быть рабами среди этого мира, для того, чтобы некоторые спаслись, – вот для чего мы с вами идем ко Христу. 

читать дальше

А было:
Бессонные ночи. Мой ребенок не может спать. Он кричит и кричит, кричит и кричит. Я не ем, не сплю. Но смотрю на корешок книги "Пасха Красная" (кто лично знает Нину Александровну - передайте ей поклон от меня, я перед ней в неоплатном долгу...) и мысленно в полубреду зову: "Отец Трофим, спаси нас, спаси!" Я дремлю...но задремывает и мой сын. Раз, другой. До улучшений еще далеко, но мне удается хотя бы иногда разогнуть руки. Потом лучше, лучше...
И вот мой сын начинает понемногу говорить и бегать. Он требует книгу, которую вряд ли может видеть с пола. Я протягиваю, открываю фотографии. Он трепетно, как иконы, целует лики отцов Василий и Ферапонта. А потом с громкими криками гладит и расцеловывает фото отца Трофима. И поясняет: "Этот дядя Сасу на рутьках катял!!!" 
Одного этого хватило бы другому человеку, чтобы всю жизнь служить Богу и ближним, думать только о своем покаянии и оставить все, что этому мешает. Но это другому. Не такому само-само-само..., как я.

читать остальное

Матушка Юлия Куликова,
запись в Живом Журнале

Говорят, когда идешь к «большому человеку» за подачками, нужно просить больше. Все равно дадут меньше. А когда молитвенно идешь к Богу, нужно наоборот просить меньше. Получишь в любом случае больше того, что ожидаешь. Проси «помилуй мя», «потерпи на мне», «очисти мя», а получишь то, о чем и не помышлял.

Филарет Московский, молясь Богу, говорил: «Ты любишь меня более, нежели я умею любить себя. Ты зришь нужды мои, которые сокрыты от меня. Зри и сотвори со мною по милости Твоей. Не дерзаю просить ни креста, ни утешения. Только предстою пред Тобою»

Есть, значит, в человеке некая глубокая тьма, которую никогда не освещал фонарик нашего ума. В эту глубину мы никогда не заглядывали и не спускались, но только знаем, что есть она. Бог же видит все, и эту тьму тоже, до донышка. Там спрятаны наши подлинные проблемы, там – корни наших духовных болезней, там же – сокровища, которыми не пользуются по причине их неизвестности. Знание об этой таинственной и страшной глубине заставляет человека, по подражанию мудрым, именно предстоять Богу на молитве, а не заполнять воздух прошениями.

У Бога, прежде всего, нужно просить даров, приличных Богу: мудрости, терпения, власти над похотями и проч. Остальное Бог даст по любви и по Своему всезнанию, даст благовременно и на пользу.

прот. Андрей Ткачев,
"Последняя молитва Великого Поста"

Конечно, делают люди и зло. Горько это. Продал Иуда Христа. А вспомни, кто купил его? Народ. Опять же фарисеи да книжники. Свидетеля так и не нашли, как ни старались. Кто ж его, невинного, оклевещет? А фарисеи на обман мастера, грамотные, хитроумные. Они и грамоте-то учились, чтобы к власти прийти, темнотой его воспользовавшись.