Демоны, от которых рожали монахини

Инкуб, из Энциклопедии тайных знаний, 1870 год

В Средние века проблема инкубов была настолько актуальна, что в 1484 году папа римский Иннокентий VIII даже издал специальную буллу, в которой содержались указания, как следует защищаться от похотливого демона. Особенно инкубы донимали монахинь. Сотни затворниц в женских монастырях рожали от них. Не обходили вниманием инкубы и мирянок. Хотя, как представляется, женщины ссылались на связь с этой потусторонней сущностью только от крайнего отчаяния, когда ничем другим нельзя было оправдать нежелательную беременность…

В раннем Средневековье инкубов описывали как мерзких горбатых карликов. Считалось, что рожденные от них дети такие же уродливые и горбатые. Нередко вообще всех младенцев с физическими отклонениями объявляли родившимися не от законных мужей, а от инкубов.

Согласно сохранившимся документам, начиная с ХVII века инкубы представали женщинам красавцами мужчинами. Зафиксированы также случаи, когда это были знакомые мужчины, но к тому времени скончавшиеся. Нередко инкубы являлись в образе покойных мужей.

Сообщения о зачатиях от инкубов можно назвать выдумками. Но не все так просто. Среди случаев любовной близости во сне, закончившихся беременностью, встречаются действительно загадочные.

Казус мистический и юридический

“Ночной кошмар” Генри Фюзели, 1791 год

В 1698 году профессор Иоганн Клейн из университета города Ростока в Германии описал случай с 32-летней Марией де Монделон. Эта знатная дама подала в суд города Гренобля с требованием утвердить в наследственных правах своего малолетнего сына.

Пикантность ситуации заключалась в том, что сын никак не мог родиться от ее мужа, графа Жерома Огюста де Монделона. Граф умер в Америке за четыре года до появления ребенка на свет. А значит, мальчик не мог претендовать на его земли и имущество. Тем не менее Мария клялась, что зачала именно от мужа, который явился ей во сне. Суд отклонил ее просьбу. Тогда графиня обжаловала отказ в парламенте Гренобля. На сторону Марии встали акушерки и повитухи, которые подтвердили, что зачатия во сне возможны и случались не раз. Адвокаты представили старинные документы, удостоверяющие рождение детей у монахинь в женских обителях, происшедшие в результате явления им мужчин во сне. В конце концов парламент внял просьбам уважаемой дамы, попавшей в затруднительное положение.

Вся эта история о «зачатии во сне» вроде бы выглядит как курьез. Но через какое-то время окружающие стали замечать, что мальчик, вырастая, все больше походил на покойного графа Жерома. Помимо внешнего сходства, у молодого человека были его жесты и привычки, которым невозможно научиться. Друзья графа говорили, что у него даже голос покойного. Профессор Клейн писал, что, узнав обо всем этом, в Гренобль приехали старые кормилица и дворецкий Жерома. Они были поражены, увидев юношу, и засвидетельствовали, что это вылитый Жером де Монделон. Тайна происхождения сына графини так и осталась нераскрытой.

Потусторонние сущности способны на все

Не менее загадочным выглядит случай, произошедший в конце 1980-х годов в Москве. 20-летней Ольге Л. медики поставили диагноз гипоплазия, или, как говорят в народе, «детская матка». При таком диагнозе с мечтами о деторождении приходится распрощаться. От Ольги сразу же ушел муж. Как рассказывали родные Ольги, после его ухода она прорыдала всю ночь. Депрессия продолжалась целый месяц. Ольга плакала днями и ночами напролет.

Наконец в одну из ночей, когда она, обессиленная, уснула, ей приснился муж. Он раскаивался в своем поступке, просил прощения, но самое главное − вступил с ней в близость, которая, по признанию женщины, была невероятно бурной. Прощаясь с ней, он прошептал: «У нас будет сын» − и исчез.

Через два месяца женщина явилась к гинекологу, который определил у нее восьминедельную беременность. Как такое произошло − никто сказать не мог. А ведь диагноз Ольге поставил не один врач, а несколько, и в разных клиниках, которые она обошла в надежде, что, может быть, медики ошибаются…

Позже выяснилось, что женщины с таким диагнозом все же рожают, но это редчайшие случаи. В России до Ольги был зафиксирован всего один такой случай. Он произошел в 1910 году, тоже в Москве. Правда, между обоими эпизодами имеется существенная разница: у той женщины была обычная близость. А Ольга, получается, родила от призрака…

Реакция ее бывшего мужа на это событие и дальнейшая судьба самой Ольги нам неизвестна.

Зачатие от инкуба доказано научно

Нет смысла останавливаться на случаях «зачатий во сне» у здоровых женщин, сообщения о которых нет-нет да появятся в мировых СМИ. Здесь все-таки велика возможность обмана. Поэтому рассмотрим еще один невероятный с медицинской точки зрения эпизод, в чем-то похожий на случай Ольги Л.

Это произошло в 1972 году в Калифорнии, США, с Терезой Розалией Ф. В 24 года ей поставили диагноз не менее серьезный, чем Ольге: непроходимость маточных труб. Диагноз означал невозможность рожать. До этого Тереза пять лет жила в браке с мужчиной, который был на 16 лет старше нее. У Терезы был выкидыш, после этого она перенесла воспалительное заболевание, следствием которого и стала непроходимость труб. После этого она, разумеется, не беременела. Когда врачи озвучили диагноз, муж ее покинул.

Два года женщину не отпускала депрессия. Затем в одну из ноябрьских ночей произошел случай, в который до сих пор верят не многие. Терезе приснился некий Майкл, с которым у нее когда-то давно, еще в школе, был роман. До настоящей близости у них не дошло, но молодые люди встречались до самой гибели парня в дорожной катастрофе. Он разбился на своем мотоцикле.

Майкл являлся Терезе во сне четырежды, и каждый раз их встречи заканчивались близостью. В четвертый, последний свой приход он загадочно пообещал, что скоро они соединятся навсегда…

В те ночи в доме Терезы наблюдались слабые полтергейстные проявления: в пустом коридоре слышались шаги, скрипели двери, раздавались звуки передвигаемой мебели. После четвертой ночи все прекратилось. Вскоре Тереза почувствовала, что беременна. Врачи были весьма удивлены и предлагали ей сделать аборт, утверждая, что плод в таких условиях все равно не сможет развиться. Тереза категорически отказывалась. Роды прошли очень тяжело и закончились смертью женщины. Ребенок родился мертвым.

Более чем через 25 лет объяснение этому загадочному случаю попытался найти доктор С. Ленихен. Он воспользовался тем, что в госпитале, где лежала Тереза и производилось ее вскрытие, сохранились частицы ее матки и плода. Оставалось найти генетический материал Майкла. Сначала Ленихен планировал взять этот материал у его близких родственников, но, оказывается, в семье молодого человека хранилась его окровавленная рубашка. Генетическая экспертиза показала, что отцом ребенка Терезы с вероятностью 98% был этот самый Майкл…

− Мы живем в более чем странном мире, если в нем могут происходить такие события, − разводит руками доктор Ленихен.

Впрочем, некоторые специалисты считают, что экспертиза была проведена некорректно…

В старинных текстах указывается, что спящую женщину во время ее близости с инкубом никто не видит. Все окружающие спят мертвым сном. Это заставляет предполагать, что потусторонняя сущность может переходить из бесплотного облика в осязаемый и обратно, ведь зачатия происходят по-настоящему. Похоже, в этом отношении природа инкубов сродни природе инопланетных пришельцев, которые, по мнению уфологов, обладают той же способностью.

Крысобойка Мэтьюза

Наиболее известным персонажем в деле создания «лучей смерти» в то время являлся некий английский инженер-электротехник. «В последнее время за границей поднят чрезвычайно большой шум около нового изобретения английского исследователя Гринделла Мэтьюза, – сообщал в январском номере 1924 года советский журнал „Радио”. – По словам самого изобретателя, его „лучи смерти”, как он их сам назвал, дают возможность убивать на расстоянии живые организмы, производить взрывы пороха, останавливать на ходу автомобили, аэропланы и пр. В иностранной газетной печати, чрезвычайно падкой до всяких сенсаций, уже рисуется военное применение нового изобретения: на границах какого-нибудь государства устанавливается ряд прожекторов, излучающих эти лучи, и ни один аэроплан не может приблизиться к границам, ни один снаряд не перелетит через эту оградительную зону, ни одно живое существо не сможет приблизиться к ней…»
Соблазну получить такое оружие тут же поддались британские военные круги, которые ассигновали изобретателю 25 тысяч фунтов стерлингов. Вскоре Мэтьюз в присутствии военных продемонстрировал всю разрушительную силу «лучей смерти»: кучка пороха под их воздействием сдетонировала; плавучая мина взорвалась; крыса, привязанная к табурету, издохла, и, наконец, заглох мотоциклетный мотор.
Впрочем, радовались генералы недолго: обнаружилось, что лучи-то были не смертельные, а самые что ни на есть
обычные. Фокус заключался в фотоэлементе, который при улавливании излучения инициировал детонатор в мине и под кучкой пороха, подал смертельную дозу тока через проволоку, которой была привязана крыса, и прекратил подачу топлива в мотор. Мэтьюз, спасаясь от травли в прессе и вполне возможного уголовного преследования за мошенничество, был вынужден уехать во Францию, а затем и в США.

Тайна Филиппова

Помимо Мэтьюза, подобными делами (причем в той же Великобритании) промышлял и другой изобретатель «лучей смерти» – итальянец Уливи. Перед Первой мировой войной он объявился на берегах Туманного Альбиона и предложил правительству генератор «лучей», способных подрывать все что угодно на расстоянии. Демонстрация, на первый взгляд, подтверждала слова изобретателя – плавучая мишень взорвалась, прямо как японский броненосец «Микаса» на рейде Сасебо после того, как рядом с ним были замечены таинственные личности с загадочным аппаратом.
Но после того как выяснилось, что мишень была подорвана не «лучами смерти», а банальной мини-торпедой, Уливи срочно перебрался во Францию, где несколько месяцев безуспешно пытался заинтересовать военное министерство. Потерпев неудачу, он отправился в Италию, где его ждал успех: на аппарат обратили внимание крупные промышленники, политики и даже адмирал Форнани. Уливи тут же развернул кипучую деятельность: создал акционерное общество по внедрению «Ф-лучей» в армию, выпустил акции и принялся подсчитывать барыши. Однако внезапный полицейский обыск в его конторе показал, что «лучи смерти» на самом деле представляли собой элементарное химическое соединение, бурно реагирующее с водой, следовательно, налицо было старое доброе мошенничество. После этого Уливи явил обществу последнее чудо: он бесследно растаял в воздухе.
В нашей стране первопроходцем в деле создания смертельных лучей следует признать доктора натуральной философии Михаила Михайловича Филиппова, издателя популярного в академических кругах журнала «Научное обозрение». «В ранней юности, – писал Филиппов в письме в редакцию газеты „Санкт-Петербургские ведомости”, полученном 11 июня (по старому стилю) 1903 года, – я прочел у Бокля, что изобретение пороха сделало войны менее кровопролитными. С тех пор меня преследовала мысль о возможности такого изобретения, которое сделало бы войны почти невозможными. Как это ни удивительно, но на днях мною сделано открытие, практическая разработка которого фактически упразднит войну. Речь идет об изобретенном мною способе электрической передачи на расстояние волны взрыва, причем, судя по примененному методу, передача эта возможна и на расстояние тысяч километров, так что, сделав взрыв в Петербурге, можно будет передать его действие в Константинополь. Способ изумительно прост и дешев. Но при таком ведении войны на расстояниях, мною указанных, война фактически становится безумием и должна быть упразднена. Подробности я опубликую осенью в
мемуарах Академии наук…»
Однако ни осенью, ни вообще когда-либо Михаил Михайлович подробности не опубликовал – на следующий день
изобретателя нашли в своем кабинете, лежащего ничком в луже крови. Смерть ученого окутана тайной до сих пор – домашние в ту ночь ничего подозрительного не слышали, медицинские эксперты разошлись во мнениях о причинах смерти, а полицейский отчет об обыске до сих пор хранится в архивах неопубликованным.

Гиперболоид Иоффе

В Советском Союзе к изучению «лучей смерти» подошли наиболее серьезно, нежели в других странах. Так, 13 декабря 1932 года председатель Реввоенсовета СССР Михаил Тухачевский в присутствии профессоров Иоффе, Черкашова и Шулейкина рассмотрел проект излучателя пресловутых лучей (на 5 и 10 мегавольт), разработанный Иоффе на базе Института рентгенологии. Согласно расчетным данным, «лучи смерти» должны были убивать все живое на расстоянии до 400 метров.
По результатам заседания работы постановили продолжить в Физико-техническом институте Академии наук СССР.
Позже отчет о создании излучателя был подготовлен наркомом Ворошиловым для председателя Совнаркома Молотова, однако ни его подробности, ни вообще какие-либо детали о приборе Иоффе неизвестны до сих пор.
Впрочем, очевидно было то, что «применение „лучей смерти” на войне в широких масштабах приведет в обычных
случаях к такому расточительному расходу энергии, что вряд ли какой-либо успех на поле сражения оправдает его», – писал в 1936 году журнал «Техника – молодежи». «Но все это вовсе не значит, что лучистая энергия вообще не может быть использована в будущей войне, – тут же делает оговорку автор статьи. – В отдельных случаях и более узких масштабах она может сыграть огромную роль».
В частности, указывалась высокая эффективность «лучей смерти» в качестве оружия ПВО. При традиционном обстреле самолета с помощью пушек и пулеметов поражающая энергия сконцентрирована в небольшом объеме пуль и снарядов, а вот лучом, имеющим гораздо большие скорость и объем, «поймать» и сбить летательный аппарат много легче.
«Таким образом, отвечая на вопрос о лучах смерти, мы можем сказать, что этот вид боевой техники должен учитываться как непременная часть сложной системы вооружения, выполняющая свои специфические функции, – подытоживал Джозеф Пок в своей статье „Лучи смерти”. – Современная военная техника сильна не только тем или иным способом поражения. Основное значение в этой технике имеет сложное и неожиданное сочетание разнообразнейших и удивительнейших свойств материи».
Вот уж точно: ни прибавить, ни убавить…

30 ноября 1939 года в 8.30 утра по московскому времени советские войска, сосредоточенные вдоль границы с Финляндией, после 30-минутной артподготовки перешли в наступление на всем 1600-километровом фронте от Белого моря до Финского залива. Так началась финская кампания, или, как ее еще называют, зимняя война 1939 - 1940 гг.