-Метки

Чеснок апологетическое (основное) богословие архимандрит тихон (шевкунов) богословие богослужение варсонофий оптинский весна воцерковление вышивка вязание вязание на спицах гармония грибы дети духовная жизнь елизавета правикова жена женщина женщины жизненные позиции жизненный сценарий жизнь жизнь церкви здоровье игумен нектарий (морозов) идеал иеромонах роман (матюшин) иеромонах симеон (томачинский) история картофель квартира красота личностная психология лук любовь миссия церкви митрополит антоний сурожский митрополит сурожский антоний моральные принципы морковь муж мужчины мыло мыловарение мясо настроение общество одиночество ольга гуманова ольга рожнёва оптина пустынь отдых отношения полезные советы постные блюда постные вторые блюда. постные закуски. постные первые блюда. правда.ру праздники природа протоиерей андрей ткачев протоиерей димитрий смирнов протоколы сионских мудрецов психологические проблемы психологическое здоровье психология общения путешествия работа рацион ребенок религия рецепты решение проблем рождество россия рукоделие самоанализ самопомощь самосовершенствование священник димитрий шишкин священник павел гумеров семья семья и личность современная проза современность супруги супружество схиархимандрит илий (ноздрин) творчество успех успешность характер христианство христос церковь человек человечество эгоизм юмор

 -Рубрики

 -Фотоальбом

Посмотреть все фотографии серии Русские монастыри
Русские монастыри
19:52 09.05.2011
Фотографий: 17
Посмотреть все фотографии серии Просто так
Просто так
12:27 09.05.2011
Фотографий: 43
Посмотреть все фотографии серии Сретенский монастырь
Сретенский монастырь
23:51 04.04.2011
Фотографий: 72

 -Я - фотограф

Все, что вы хотели бы узнать о Боге и религии...


0 фотографий

 -Поиск по дневнику

Поиск сообщений в Алена_Премудрая

 -Подписка по e-mail

 

 -Сообщества

Участник сообществ (Всего в списке: 61) Креативные_идеи Классные_фоны Рамки_для_днева МОНАСТЫРИ Иосиф_Бродский МИЛЫЕ_ВЕЩИЦЫ Вопросы_Батюшке Домашняя_Мастерская Темы_и_схемы группа_Маврин_Сергей про_искусство Дружба_Народов Рецепты_домохозяек Мир_рукоделия Моя_косметика Наши_рецептики Live_Memory Hand_made_TOYS Пушкиниана ПРОГУЛКИ_ПУТЕШЕСТВИЯ ПРИГОТОВИМ_И_СЪЕДИМ вязалочки мир_красивых_поделок_и_изделий Я-Женщина Рукоделочки Всем_Вкусно О_женщинах_и_для_женщин Страны_народы_история Дачные_дела магазинчик_Рукоделочек Ветеринарный_кабинет BeautyMania Это_волшебное_ПЛАТЬЕ Мир_леса Воронеж Вяжем_задорно Кошколюбам СЕРЕБРЯНЫЙ_ВЕК Уголок_психолога Рукодельница Бисероплет Книжный_БУМ НАШ_САД Стихи_любимых_поэтов Да_Бог_с_Вами Abortam-NET Anime_Manga Decor_Rospis Feo-Gorodok Gallery_Vermont Geo_club СДЕЛАНО_С_ЛЮБОВЬЮ JMusic pro_Chtenie ЯРМАРКА_РУКОДЕЛИЯ Арт_Калейдоскоп Сообщество_Творческих_Людей Вкусно_Быстро_Недорого Creative_Designs JAM_Music_Journal Клуб_Фотопутешествий
Читатель сообществ (Всего в списке: 10) Мой_цитатник _ПрОсТо_ДлЯ_ВаС_ АРТ_АРТель Дизайны_дневничков Умелые_ручки Cine-Cinema КАПЕЛЬКИ_ЖИЗНИ pravoslavie Wandelhalle О_Самом_Интересном

 -Статистика

Статистика LiveInternet.ru: показано количество хитов и посетителей
Создан: 30.05.2010
Записей: 5303
Комментариев: 426
Написано: 6103




 

                                                     


Рецепт настоящего плова

Вторник, 21 Сентября 2010 г. 00:12 + в цитатник

Центральный момент в приготовлении плова - зирвак. В зирваке - мясо, мелконарезанные овощи (морковь, лук, помидоры) и сухофрукты (урюк, курага, изюм) проходят совместную тепловую обработку (обжаривание и тушение) всегда с большим количеством масла или сала. Наконец, закладка среднеазиатских пловов для окончательной совместной варки всех продуктов имеет определенный порядок: на дно котла кладется зирвак (уже готовый, по крайней мере, наполовину), на него плотно утрамбовывается сухой, промытый, подготовленный рис, а поверх риса, не нарушая его целостности, наливается слой холодной воды, после чего под котлом разводится сильный огонь. Когда вода сверху выкипает, то это означает, что плов готов.

Для приготовления плова вам понадобится казан либо объемная кастрюля с масимально толстыми стенками.

Ингредиенты:
- 700г мяса (баранины, свинины или говядины),
- 500г длиннозернового пропаренного риса,
- две моркови,
- 1 крупная луковица,
- 1 ст.л. зиры,
- 1 ст.л. барбариса,
- 1/2 ст.л. куркумы,
- 1 головка чеснока,
- красный молотый перец,
- черный молотый перец,
- соль,
- растительное масло.

Рецепт:

1. Готовим зирвак (мясо с овощами, сухофруктами и специями). Лук нарезать соломкой. Морковь нарезать брусочками. Ни в коем случае не трите морковь на терке - плов получится кашеобразным.

2. Мясо нарезать небольшими кусочками. Налить в казан масло, разогреть, добавить лук и поджарить его до почти золотистого цвета (от этого зависит цвет плова). Добавить мясо и жарить до тех пор, пока из мяса не начнет выделяться сок, мешать мясо нужно не часто, для того чтобы кое-где была поджатистая корочка. Все это делается на большом огне.

3. Затем положить морковь и сухофрукты, перемешать, убавить огонь, накрыть крышкой и тушить.

4. Добавить зиру, барбарис, куркуму, посолить, поперчить, перемешать. Налить воду так, чтобы она покрывала мясо. Накрыть крышкой, тушить 35-40 минут, на среднем огне.

5. Рис промыть 5-6 раз, в холодной воде. Выложить ложкой поверх мяса, ни в коем случае не перемешивать. Разровнять. Аккуратно влить горячую или теплую воду так, чтобы она покрывала рис на 2 см. Немного посолить. Накрыть крышкой, варить до тех пор, пока рис не впитает воду.

6. Затем в серединку положить чеснок, вдавить его в рис. Деревянной палочкой сделать отверстия в рисе (рис и мясо не перемешивать) для выхода пара. Готовить под крышкой до готовности риса (около 20-25 минут).

7. Перемешать и подавать к столу.

http://eva.ru/recipes/articles/150/recept-plov
 

Рубрики:  Еда и кулинария

Метки:  

Настоящие сибирские пельмени

Вторник, 21 Сентября 2010 г. 00:11 + в цитатник

Ингредиенты:
Пельменное тесто:
3 стакана муки,
1 яйцо,
2/3 стакана воды,
1/2 - 1 ч ложка соли

для фарша:
мясо (может состоять из разных видов мяса (свинина, говядина, баранина) и в разных соотношениях),
лук, соль, перец

Рецепт:
1. Просеять муку горкой на стол, сделать наверху углубление, разбить туда яйцо, влить тёплую воду, посолить и замесить крутое тесто. Затем накрыть его салфеткой или крышкой и дать постоять 30~40 мин.

2. Для фарша мясо прокручиваем через мясорубку, солим, перчим, смешиваем с мелко порезанной средней луковицей.

3. Тесто раскатать в тонкий пласт. Специальной выемкой, тонким стаканом или рюмкой вырезать кружочки. Обрезки теста скатать в ком, слегка вымесить и снова раскатать.

4. Лепим пельмени. На кружок теста, в самый центр, положить немного фарша. Согнуть кружок с фаршем пополам и защипнуть края. Далее нужно соединить два уголка вместе.

5. Варить пельмени нужно в кипящей подсоленной воде (на 4 литра воды неполную ст. ложку соли). Можно добавить в воду лавровый лист и душистый перец. Когда пельмени всплывут, проверяем их на готовность, вынимаем шумовкой и сразу подаем на стол с маслом, сметаной или уксусным соусом.

Пельмени от Кисюлечк@


Ингредиенты:
Для теста:
- 400 г муки,
- 1 яйцо,
- 50г сливочного масла,
- вода (150 мл.), соль.

Для начинки:
- филе индейки 200 г,
- свинина 200 г,
- лук репчатый - 1 шт.,
- соль, перец.

Рецепт:
1. Сначала готовим тесто. Муку высыпьте на стол горкой, в серединке сделайте ямку и вбейте в ямку яйцо, положите мягкое масло, посолите, влейте чуть водички и осторожно смешивайте с мукой. Воды потом еще добавляйте, пока тесто не станет упругим и будет отлипать от стола и рук.

2. Тесто скатайте шариком, накройте хлопчатобумажным полотенцем и дайте полежать минут 40.

3. В это время приготовьте фарш: мясо и лук прокрутите в мясорубке, приправьте и хорошо размешайте.

4. Отрежьте кусочек теста и раскатайте скалкой в тонкий пласт (стол и руки не надо обмакивать в муке, тесто и так не должно прилипать). Уложите этот пласт на посыпанную мукой форму, затем кусочки фарша и сверху еще один пласт. Сверху формы прокатайте скалкой, чтобы края пельменей склеились.

5. Высыпьте пельмени из формы. Положите пельмени в морозилку на 30 минут.

6. Пельмени отварите или пожарьте на растительном масле. Подайте их со сметаной и кусочком сливочного маслица.

http://eva.ru/recipes/articles/150/recept-pelmeni

Рубрики:  Еда и кулинария

Метки:  

Прохлада и свежесть

Вторник, 21 Сентября 2010 г. 00:09 + в цитатник

Рецепты освежающих коктейлей от Perrier


22 июля в Marusya bar&restaurant при поддержке марки Perrier, активно участвующей в развитии всемирного искусства создания коктейлей, состоялся мастер-класс знаменитого французского миксолога Лорана Греко.

Миксология - это не просто приготовление коктейлей. Это умение, страсть и творчество, поддержание лучших традиций в сочетании с новейшими технологиями. Талант миксолога подобен дару художника. Он требует врожденного абсолютного чувства вкуса. Perrier привносит в миксологию свой стиль, вдохновляет барменов всего мира создавать сложные коктейльные творения, воплощающие новейшие тенденции и технологии.

Приготовьте три освежающих коктейля от Perrier и Лорана Греко - они подарят вам ощущение прохлады в это жаркое лето.

Magic Perrier

Для приготовления этого коктейля используется высокий бокал Хайболл, куда кладут сладкую вату. В качестве вкусовой добавки к напитку идеально подойдёт клубника, но можно использовать и другие ягоды. Так как коктейль безалкогольный, то всё содержимое бокала наполняется минеральной водой Perrier (для желающих в коктейль можно добавить водки). Вот тут и происходит магия: сахарная вата начинает таять, вода Perrier приобретает красивый розоватый оттенок, а через пузырьки распространяется сладкий приятный аромат. Коктейль Magic Perrier идеально подойдёт для пляжной вечеринки.

Perrier Royal Framboise
В бокал для шампанского положить 5 ягод свежей малины и соединить её с 40 мл малинового пюре. Обязательно всё тщательно перемешать. При отсутствии свежей малины, вполне можно обойтись малиновым пюре. Используя ложку, аккуратно залить содержимое бокала доверху 100 мл минеральной воды Perrier. Сочетание свежей малины с малиновым пюре придает напитку насыщенный аромат, а минеральная вода Perrier делает его вкус с нотами кислинки более сбалансированным.

Kinky Anfisa
Этот коктейль - результат совместного творчества Лорана Греко и Анфисы Чеховой - популярной телеведущей, а также настоящей кокетки. Лоран назвал коктейль «Кокетка Анфиса». Для приготовления напитка в смесительный бокал нужно положить кусочек свежего имбиря, 5-6 ягод малины, немного лимонного сока, затем размять все ингредиенты мадлером. Добавить в полученную смесь малиновое пюре и водку. Все содержимое затем нужно перелить в шейкер, заполненный льдом, и тщательно взбить. Потом через ситечко отделить коктейль ото льда и мякоти ягод, вылить в коктейльную рюмку и долить Perrier. Подавать в коктейльной рюмке с украшением из 2 малинок. При подачи коктейля на стойке располагался сухой лед который Анфиса легко превратила в густые клубы дыма, окутав свой коктейль-афродизиак аурой таинственности.

Освежайтесь!

http://eva.ru/recipes/articles/150/perrier-cocktails

Рубрики:  Еда и кулинария

Метки:  

Салат "Мимоза"

Вторник, 21 Сентября 2010 г. 00:07 + в цитатник

Ингредиенты:
- консервированный лосось - 1 банка,
- картофель - 1 шт.,
- морковь - 1 шт. большая,
- 3 яйца,
- зеленый лук,
- майонез.

Рецепт:

1. Картофель, морковь и яйца отварить. Лосось размельчить вилкой. Зеленый лук мелко нарезать.

2. Отварные яйца почистить, отделить желтки от белков и протереть все по отдельности через маленькое сито.

3. Выложить все ингредиенты салата слоями (можно воспользоваться формой) в следующем порядке: картофель, морковь, лук, майонез, яичный белок, лосось, яичный желток, майонез, картофель, морковь, лук, майонез, яичный белок, лосось, майонез, желток.

4. Перед подачей украсить салат зеленью и тертым яичным желтком.

http://eva.ru/recipes/articles/150/recept-mimoza
 

Рубрики:  Еда и кулинария

Метки:  

Три супа-пюре: луковый, грибной, овощной

Вторник, 21 Сентября 2010 г. 00:05 + в цитатник

Суп-пюре из шампиньонов

Ингредиенты:
- шампиньоны - 400г
- лук репчатый - 1 шт.
- чеснок - 1 зубчик
- горячий бульон - 500мл
- молоко - 1 стакан
- сливки - 50 мл
- зеленый лук - по вкусу
- соль, перец по вкусу.

Рецепт:
Мелко нарезать репчатый лук и чеснок. Отложить один или два шампиньона (в зависимости от их размера) в сторону, для украшения, а остальные шампиньоны мелко нарезать. Мелко нарезанные лук, чеснок и шампиньоны положить в закрытую миску и тушить примерно 5 минут при 100%. После этого добавить горячий бульон, вместе с которым растереть шампиньонную смесь до получения пюре, и добавить к нему молоко. Все это варить 4-5 минут в плотно закрытой миске. Добавить сливки. После этого еще раз прокипятить около 5 минут при 100%. Добавить соль и перец, украсить нарезанными кусочками свежих шампиньонов и мелко нарезанным зеленым луком.

Луковый суп-пюре


Ингредиенты:
- 40 гр масла
- 2 ст л оливкового масла
- 1 кг лука, мелкопорезанного
- 1 ст л соли и 1 ст л сахара
- 2 дольки чеснока, мелкопорезанные
- 300 мл сухого вина
- 1,5 л мясного бульона.

Рецепт:
В кастрюле растопить масло, добавить лук, сахар и соль и обжаривать 10 мин, помешивая, до золотистого цвета. Снизить огонь, добавить чеснок и продолжать готовить, аккуратно помешивая, до коричневого цвета 20-30 мин. Влить вино, размешать, затем добавить бульон, довести до кипения. Подавать с гренками или поджаренными хлебцами.

Суп-пюре из брокколи


Ингредиенты:

- 1 кг брокколи,
- 2 большие луковицы,
- 1 большая картофелина,
- 2 ст. л. оливкового масла,
- 1,5 л куриного бульона,
- 200 мл сливок жирностью 10%,
- щепотка кайенского перца.

Рецепт:
Сварить брокколи, отвар слить. Лук очистить, порезать и обжарить на оливковом масле 10 мин., добавить очищенный измельченный картофель и тушить еще 5 мин. Залить овощи бульоном, довести до кипения, варить 10 мин. Добавить брокколи, довести до кипения, добавить перец. Посолить. Измельчить в блендере, добавив сливки, и еще раз подогреть.

http://eva.ru/recipes/articles/150/recept-sup-pure

Рубрики:  Еда и кулинария

Метки:  


Процитировано 2 раз

Домашние сырники

Вторник, 21 Сентября 2010 г. 00:04 + в цитатник

Ингредиенты:
- 500г творога (лучше брать сухой и жирный),
- 1-1,5 стакана муки,
- 1 яйцо,
- 2 ст.л. сахара,
- 100г изюма,
- масло для жарки.

Рецепт:
1. Творог размять в миске, добавить яйцо, сахар, соль (по вкусу), хорошо перемешать.

2. Постепенно добавить муку. Ее количество может варьироваться в зависимости от вашего вкуса. Если добавите немного муки - сырники будут легкие и менее калорийные, а если добавите побольше - сырник получатся крепкие и поджаристые.

3. Изюм промыть, просушить, присыпать мукой и добавить в тесто.

4. Сформировать из теста небольшие шарики, каждый приплюснуть. Если в тесте мало муки - можно делать это с помощью ложки, если тесто у вас "крепкое" - скатайте из теста "колбаску" и разрежьте ее на одинаковые кусочки, после чего из каждого сформируйте лепешку.

5. Жарим сырники на сковороде с растительным маслом. Подаем со сметаной, сгущенкой, вареньем, шоколадным соусом или свежими фруктами. Сытный и вкусный завтрак!

http://eva.ru/recipes/articles/150/recept-syrniki
 

Рубрики:  Еда и кулинария

Метки:  

Омлет - идеальный завтрак

Вторник, 21 Сентября 2010 г. 00:02 + в цитатник

Омлет пришел к нам из Франции, но прочно поселился на наших кухнях. Яйца для омлета следует взбивать непосредственно перед приготовлением и выливать на сковороду, когда масло хорошо разогреется. Омлеты нужно жарить в тяжелых сковородах с очень ровным дном.

Ингредиенты:
- 2 яйца,
- 30 мл молока,
- сливочное масло, соль.

Рецепт:
Яйца разбить в миску, добавить молоко, посолить (по вкусу), взбить венчиком. До того, как начнем взбивать, поставить разогреваться сковороду с кусочком сливочного масла. Взбить яйца с молоком, если хотите омлет с сыром - добавить в смесь мелко потертый сыр. Перелить на разогретую сковороду, накрыть крышкой, жарить на среднем огне 3-4 минуты. Появляющиеся пузыри можно прокалывать ножом или лопаткой.

Чтобы положить омлет на тарелку целиком, накроете сковороду тарелкой и быстро переверните.

Омлет можно сделать со множеством начинок. Для этого начинку надо предварительно обжарить на сковороде и затем залить яйцами, взбитыми с молоком.

Варианты начинок:
- Обжаренные кусочки помидоров,
- Ветчина,
- Различные овощные смеси, брокколи, сельдерей, морковь, зеленый горошек,
- Шампиньоны,
- греческий вариант: сыр фета и оливки.

Фантазировать можно бесконечно, так на основе одного омлета можно получить несколько разных блюд.

http://eva.ru/recipes/articles/150/recept-omlet
 

Рубрики:  Еда и кулинария

Метки:  

Солянка: классический рецепт

Вторник, 21 Сентября 2010 г. 00:00 + в цитатник

Ингредиенты:
- 300-400 грамм мяса с косточкой для бульона (лучше говядины),
- 100 грамм ветчины,
- 2 сосиски,
- 100 грамм колбасы,
- 3 луковицы,
- 2 морковь,
- 4 соленых огурца,
- лавровый лист,
- перец горошком,
- томат-паста,
- маслины,
- лимон,
- зеленый лук,
- сметана.

В солянку можно положить любые мясные продукты. Мясное ассорти, колбасу, сардельки, буженину, сосиски, даже вареное, жареное или запеченное мясо или язык. И чем больше сортов мяса вы возьмете для солянки - тем вкуснее она получится.

Рецепт:

1. Сварите бульон. Для этого мясо с косточкой заливаем водой, добавляем одну очищенную луковицу, одну очищенную морковь, лавровый лист и душистый перец горошком. Солим, но не сильно. После закипания снимаем пену и варим на маленьком огне час-полтора.

2. Мелко шинкуем две луковицы и обжариваем их на сковороде до золотистого цвета. После этого добавляем тертую на крупной терке морковь и пассеруем все вместе. Добавляем к овощам томат и тушим под крышкой минут пять.

3. Огурцы нарезаем тонкими ломтиками (если это корнишоны) или широкой «лапшой» (если они крупного размера).Нарезаем мясные продукты.

4. В процеженный через мелкое сито бульон добавляем лук и морковь с томатом. Доводим до кипения и по очереди выкладываем в суп огурцы и мясные продукты. После этого все вместе следует проварить 5-10 минут. Наша солянка готова и настаивается под крышкой.

5. Перед подачей солянки в порционные тарелки кладем мелко нарезанную зелень, кружочек или два лимона, порезанные на четвертинки, маслины или оливки без косточек, нарезанные колечками и одну-две чайные ложки каперсов. Затем заливаем это очень горячей, но не кипевшей солянкой и добавляем сметану.

http://eva.ru/recipes/articles/150/recept-solyanka
 

Рубрики:  Еда и кулинария

Метки:  


Процитировано 1 раз

Настоящие щи из свежей капусты

Понедельник, 20 Сентября 2010 г. 23:59 + в цитатник

Щи - национальное русское блюдо. Щи готовят из свежей и квашеной капусты, щавеля, крапивы, шпината, приправляют кореньями, томатом, сметаной, пряностями. Они хорошо возбуждают аппетит. Классические щи варят как из свежей, так и из квашенной капусты, на мясном, рыбном или грибном бульоне или воде.

Ингредиенты:
- 500 г говяжьей грудинки с костями
- 500 г свежей капусты,
- 2 луковицы,
- картофель - 5 шт,
- две средних моркови,
- 2 ст. ложки масла
- 200 г помидоров,
- свежая зелень - укроп, петрушка,
- чеснок - по вкусу,
- соль, перец.

Рецепт:
1. Грудинку разрубить на большие куски. В кастрюлю положить грудинку, одну морковку, обожженную луковицу и лавровый лист, залить холодной водой и поставить на огонь. Когда вода закипит, снять шумовкой пену, убавить огонь и варить 30 мин. За 10 мин. до готовности положить лавровый лист. Затем снять кастрюлю с огня, достать мясо, освободить его от костей и нарезать кубиками.

2. Бульон процедить и вновь довести до кипения. Пока варится бульон, подготовить овощи: тонко нашинковать капусту, крупными кубиками порезать картофель, морковь нарезать соломкой, а лук мелко нашинковать.

3. Помидоры разрезать пополам. Обжарить лук на среднем огне до прозрачности. Добавить морковь и обжаривать все вместе еще 3 мин. Положить в сковороду помидоры, готовить все вместе до тех пор, пока от помидоров отделится кожица; кожицу удалить, помидоры размять деревянной ложкой. Продолжать готовить, помешивая, еще 5 мин. Снять с огня.

4. В кипящий бульон положить капусту и картофель. Готовить до мягкости картофеля, 5-7 мин. Добавить обжаренные овощи, убавить огонь до минимума. Готовить еще 15 мин. Чеснок растереть с 1 ст. л. соли, добавить за 5 мин. до готовности щей.

5. Готовые щи снять с огня, дать немного остыть. Приправить солью и перцем по вкусу. При подаче к столу посыпать мелко нарезанной зеленью.

http://eva.ru/recipes/articles/150/recept-shi
 

Рубрики:  Еда и кулинария

Метки:  

Главный суп лета. История и рецепты настоящей окрошки

Понедельник, 20 Сентября 2010 г. 23:57 + в цитатник


Лето в самом разгаре, за окном - жара. Вроде и время обеда пришло, да аппетита особо нет. А если быть более точным, жажда мучает намного сильнее, чем голод. Такая вот дилемма. Как решить данную проблему? Здесь следует отдать дань благодарности предкам, которые придумали блюдо, до сих пор любимое всеми нами. Окрошка! И только иностранцы, приезжая к нам, удивляются: как это можно разбавлять овощной салат кока-колой? «Странные люди русские… едят холодный суп» - восклицали французы, которых впервые привели пробовать национальную кухню! И правда ведь, кто не ел окрошки - тот либо живет не в России, либо что-то в этой жизни явно упустил.

Спасает от голода, утоляет жажду, быстро готовится - это все про окрошку. Название традиционно русского блюда произошло от глагола «крошить». Если говорить просто, то берем все овощи, которые находим в холодильнике, крошим их и заливаем квасом. Однако, нет! Все не так просто. Оказывается, не все продукты «совместимы» друг с другом, да и тот факт, что окрошка заправляется только квасом, является стереотипом.

Традиционный рецепт окрошки готовится из доступных в это время года продуктов. На мелкие кусочки режут обычный набор овощей: отварной картофель, репа, морковь, свежие огурцы, мелко нарезанный лук, укроп, вареные яйца. Все это перемешивается и заправляется квасом, а затем по вкусу можно добавить сметану или горчицу. Окрошка также бывает мясная или рыбная, когда добавляется мелко порезанное отварное мясо или рыба на выбор. Главное условие - мясо может быть разных сортов, но оно не должно быть жирным. Если же выбор пал на рыбу, то сюда подойдут отварные осетровые, линь, судак или треска. В качестве заправки используется квас.

Однако возможна и другая жидкая основа: молочная сыворотка, пиво, кефир, огуречный рассол, разбавленный уксус и даже минеральная вода! Выбор достаточно широк, все зависит от вашей фантазии! Конечно, проще всего не заморачиваться и купить квас в магазине. Однако, как показывает практика, успех блюда на семьдесят процентов зависит от кваса. Лучше, конечно, чтобы он был немного кислым, поэтому магазинный вариант не подходит. Можно приготовить этот напиток самостоятельно. Для этого необходимо положить в холодную воду ржаные сухари, перед этим предварительно подрумяненные в духовке (четверть банки сухарей на 5 литров воды). Затем добавляем 4-5 столовых ложек сахара, изюмины и немного хмеля. Через некоторое время банку закрываем марлей, ставим в теплое место, предварительно помешивая содержимое примерно раз в сутки. Квас будет готов через 3-5 дней. Чтобы определить готовность: хлеб должен осесть на дно.Если же подобные процедуры с квасом представляются вам сложными, то есть один необычный рецепт окрошки, оригинальность которого не в заправке. Все дело во фрукте! Для приготовления крошим яблоки, редиску, огурцы, добавляем мелко нарезанный лук, укроп, соль и горчицу, все это перемешиваем и заправляем холодным кефиром. Для вкуса можно добавить сметану.

Достаточно интересен тот факт, что то, что сейчас мы называем окрошкой, на самом деле имеет отношение совершенно к другим блюдам. К примеру, узбекский холодный суп «чалопа» - это прообраз нашей окрошки, заправленной кефиром, также во многих народах существует пивной суп с хлебом. Тогда как на свекольном отваре готовится ботвинья. Поэтому, как это и принято, мы с каждым годом перенимаем традиции наших зарубежных друзей в приготовлении холодного супа. Однако основная причина видоизмененности окрошки - это наше желание все делать на скорую руку: вместо отварного мяса использовать колбасу, вместо тертой редьки класть порезанную на мелкие кусочки, вместо кваса заправлять салат минералкой. Конечно, эксперимент не возбраняется. Тем более что «на вкус и цвет…фломастеры разные»!

Источник: Ovkuse.ru


http://eva.ru/recipes/articles/150/okroshka
 

Рубрики:  Еда и кулинария

Метки:  

Рецепты русских блинов

Понедельник, 20 Сентября 2010 г. 23:54 + в цитатник

Гурьевские, "Кружевная пенка" и другие


Блины… при одном этом слове тут же перед глазами возникает праздничное масленичное веселье: с катаниями на горке и розовощекими красавицами, подающими с пылу - с жару эти самые блины! М-м-м, объедение!.. Кстати, как известно, блины - еще и символ солнца - румяные, кругые и горячие. И пекут их не только из пшеничной, но и из гречневой муки - тоже очень вкусно и полезно. Настоящие русские «масленичные» блины готовят на опаре, но ничуть не хуже тонкие блинчики без дрожжей. А еще - очень вкусны блины «с припеком», то есть с начинкой. Она может быть любой - мелко нарезанными яблоками, яйцом или луком, кусочками сельди или другой рыбы… Фантазируйте - все у вас получится! И пусть «первый блин не будет комом»!

Блины "По маминому рецепту"

Ингредиенты:
1 литр молока
5 яиц
1/3 чайн. л. соли
2 стол. л. сахара
Пол ложки пищевой соды
Немного лимонной кислоты (на кончике ножика)
2-3 стол. л. Растительного масла
Полтора стакана кипятка

Рецепт:
1. Сперва взбиваем молоко с яйцами, добавляем во взбитую смесь сахар и соль, снова взбиваем. Затем добавляем соду и лимонную кислоту.
2. Добавляем муку в смесь до тех пор, пока она не станет похожа на жидкую сметанку. Количество муки будет зависеть от размера яиц. Обычно уходит примерно 4 стакана (поначалу тесто чуть гуще, чем обычное тесто для блинов).
3. В получившуюся смесь добавляем растительное масло и доводим до нужной консистенции при помощи кипятка.
4. Оставляем тесто на 15 минут отдохнуть. Затем как обычно печем блины со обоих сторон.

Хитрость: сковороду намазываем маслом только один раз. Наливаете ложечку, накаливаете и выливаете его в тесто (помимо уже добавленного). Благодаря этой хитрости блины не прилипают к сковородке. Которая, кстати, должна быть специальная, блинная.

Начинку выбираете по собственному вкусу. Можно нафаршировать, можно посыпать кунжутом или намазать блины медом.

Гурьевские блины

Ингредиенты:
мука пшеничная- два стакана
яйцо - 5 штук
масло сливочное - 100 г
молоко кислое (кефир) - 2 1/2 стакана
соль, сахар по вкусу.

Рецепт:
Вылить в кастрюлю яичные желтки и, добавив к ним соль и сахар, хорошо растереть. Затем всыпать муку, добавить сливочное масло, молоко и замесить довольно жидкое тесто. Тесто нужно очень хорошо взбить. Чем лучше взбито тесто, тем вкуснее получатся блины.

Блины русские

Ингредиенты:

Мука пшеничная - 600 г.
сахарный песок - 1 ст. л.
масло сливочное - 5 ч. л.
яйца - 1 шт.
дрожжи - 25 г.
соль - 1 ч. л.
молоко - 4 стакана,
масло оливковое - 3-4 ст. л.

Рецепт:
3 стакана молока подогреть, растворить в нем дрожжи, добавить 1/2 ст. ложки сахарного песку, соль, желток и растопленное сливочное масло, перемешать и всыпать 300 г. муки.

Вымесить тесто. Посуду с тестом накрыть полотенцем и поставить для брожения в теплое место (25-30ш). Через 2 часа, когда объем теста увеличится вдвое, развести его оставшимся молоком, подогретым до температуры 50ш, добавить остальные муку и сахар и постепенно влить хорошо взбитый белок. Снова вымесить тесто и дать ему подняться. Тесто должно бродить в общем около 3-х часов.

Смазать сковороду тонким слоем растительного масла и нагревать до тех пор, пока не исчезнет дым. Разливательной ложкой осторожно зачерпнуть порцию теста и разлить по сковороде. Когда нижняя сторона блина подрумянится, обмакнуть кисточку в растительное масло, смазать верхнюю сторону и перевернуть блин.

Когда вторая сторона блина подрумянится, снова смазать верхнюю сторону растительным маслом и переложить блин а кастрюлю, укутанную полотенцем. Во время выпечки тесто мешать нельзя.

Подавать горячими или теплыми, поливая медом, сметаной, вареньем.

Блины "Кружевная пенка"

Ингредиенты:
2 яйца
3 ст.л. сахара
1ч.л. ванильного сахара
100 мл водки
0,5 ч.л. соли
1 л кефира жирностью 1 %
мука
1 ч.л. соды
3 ст.л. раст. масла

Рецепт:
1. Яйца взбить с сахаром в пену. Добавить ванильный сахар, водку, соль и еще раз взбить.
2. Влить кефир, перемешать.
3. Муку просеять и, перемешивая, постепенно всыпать в смесь до тех пор пока тесто не приобретет консистенцию густой сметаны.
4. Добавить в тесто гашеную уксусом соду и растительное масло. Перемешать, дать постоять 20 мин.
Затем, взбивая тесто, постепенно вливать кипяток, пока тесто не станет напоминать жидкую сметану.
5. Растительное масло разогреть в сковороде. Влить немного теста, круговым движением распределить его по всей сковороде. Выпекать. Перевернуть блин на другую сторону и готовить еще 30 сек. Испечь все блины.
6. Каждый блин слегка смазать сливочным маслом, присыпать сахарным песком. Свернуть в четыре раза. Сложить блины в кастрюлю, сверху посыпать 2 ст.л. сахара и положить 100 гр сливочного масла.
Плотно накрыть крышкой и поставить в теплую духовку на 15 минут.

Интересные факты о блинах

- Самый старый рецепт блинов на английском языке датируется XV веком.

- Мировой рекорд на самый большой блин поставили в Рочдейле в 1994 году. Блин был 15 метров в диаметре, весил три тонны и два миллиона калорий.

- Самый большой в мире блинный завтрак проводится ежегодно в Спрингфилде, Массачусетс, США. Сотни добровольцев принимают участие в мероприятии, и с 1999 года за это время подали более 71,233 порций более 40,000 людей. Если все эти блины составить в стопку, она будет выше 3.5 км.

- Ральф Лау из Лейпцига поставил мировой рекорд по подбрасыванию блинов в воздух - за две минуты он подбросил его 416 раз. А Майк Куцакре бежал марафон, постоянно подбрасывая блин, в течение 3 часов, 2 минут и 27 секунд.

Источник: Ovkuse.ru
http://eva.ru/recipes/articles/151/bliny-recepty

Рубрики:  Еда и кулинария

Метки:  

Красивое вязанное платье

Понедельник, 20 Сентября 2010 г. 23:30 + в цитатник

 

http://radikal.ru/F/i066.radikal.ru/1009/d9/e59213305b54.jpg.html

Рубрики:  Рукоделие

Метки:  

Какую пользу приносит глина?

Понедельник, 20 Сентября 2010 г. 22:32 + в цитатник

Десять лет назад мне на глаза попалась книга о целебных свойствах глины.

О чудесах глины давно было известно нашим предкам. До сих пор мы любуемся абашевскими, дымковскими, филимоновскими, жбанниковскими глиняными игрушками. Глиняные свистульки повышают настроение. В глиняной посуде пища дольше сохраняет свои свойства. Глиной обмазывали свои дома крестьяне.

Из новой книги я узнала и об омолаживающем эффекте, которым обладает глина. «Зачем ждать старости?» – подумала я и попробовала накладывать маски из глины. Голубой глины под рукой не оказалось. Воспользовалась той, которая остается на стройке после рытья котлована для фундамента. Размешала ее водой до консистенции сметаны и нанесла на лицо минут на 15, пока глина не стала засыхать, смыла водой и нанесла крем. Через 2 недели коллеги стали интересоваться, как я улучшила цвет лица. Узнав о глиняных масках, удивились.

Тут-то коллега и поведала свою историю о голубой глине. Пласты этой целебной глины размываются водой на дачном пруду. Дачники обмазываются глиной и загорают. Чем не SPA-курорт? На этом водоеме моя коллега самостоятельно вылечила за лето конкретную болезнь.

Правда, в домашних условиях вместо прогревания на солнце приходится укутывать больное место в шерстяной платок, а глину, размешанную до консистенции сметаны, нужно накладывать на марлю (сантиметра три) и прикладывать в виде компресса. Через 2 -3 минуты Вы почувствуете, как боль начинает уходить, а потом потянет в сон. Можно и вздремнуть минут 30! Глина сама Вас разбудит! На больном месте появится ощущение тяжести или холода. Вам захочется скинуть компресс. Больное место надо смазать вазелином и укутать, а глину можно выбросить.

Заинтересовала меня глина своей лечебной силой. В Пензенской губернии начали восстанавливать храмы, и обнаружилось, что стоят некоторые церкви на земле с голубой глиной. Для усиления лечебных свойств эту глину надо разводить святой водой, а после использования – закопать под фруктовым деревом. Со временем глина восстановит свои целебные силы, а плоды дерева будут помогать Вам поддерживать свое здоровье. Так появился новый метод лечения глиной в моей копилке.

Было интересно узнать историю выздоровления женщины, которая перенесла инсульт. Она училась делать свои первые шаги после болезни с «канавки Пресвятой Богородицы», которая находится в Дивеево. В состав здешней земли тоже входит глина, но силу дает не только она. Исцеляет православных людей вера.

Я вспомнила эту историю, когда у меня начала неметь нога, а врач на мое: «Почему?» – ответил: «Да ты и сама знаешь!» На медицину надежды не было. Тогда я попробовала походить по земле с «канавки» минут по 10-15 ежедневно. Неудобно, больно. Но через 2-3 дня стала замечать, что нога перестала неметь. Во время ходьбы еще и активные точки на ступне массировались. Значит, ходьба по глине помогает при болезнях ног. А пользоваться одной и той же глиной можно многократно. Конечно, обычной глине потребуется больше времени в борьбе с недугом. А компрессы из глины помогут и снять усталость с глаз, и простуду победить.

При лечении глиной необходимо контролировать свои мысли. Не стоит ожидать лечебного эффекта, если Вы вынашиваете в своей голове способ мести соседям. В этом случае лечить надо голову. Глина внесет ясность.

Спасибо! Ваша оценка принята!

Средний балл: 4.68 (голосов: 25)
Просмотров статьи: 4306


Так в моей домашней аптечке появилась глина.

http://shkolazhizni.ru/archive/0/n-8542/

Рубрики:  Красота и здоровье

Метки:  

Церковь направит предложения в Минэкономразвития по работе социально ориентированных НКО

Понедельник, 20 Сентября 2010 г. 15:53 + в цитатник

Изменения, внесенные в законодательство о социально ориентированных НКО, стали предметом обсуждения на первом заседании рабочей группы по правовым вопросам благотворительности и социального служения РПЦ, которое прошло 16 сентября в Синодальном отделе по церковной благотворительности и социальному служению. Участники встречи решили направить свои предложения в Минэкономразвития.

 В настоящее время в Министерстве экономического развития разрабатываются проекты подзаконных актов, поясняющих применение законодательства о социально ориентированных НКО. Со своей стороны, Русская Православная Церковь планирует принять участие в разработке этих подзаконных актов. Напомним, что в апреле этого года президент России Дмитрий Медведев подписал Федеральный закон № 40-ФЗ, который посвящен «вопросу поддержки социально ориентированных некоммерческих организаций». Этот закон предусматривает, что органы госвласти будут оказывать финансовую поддержку социально ориентированным некоммерческим организациям (НКО) в приоритетном порядке. К числу таких НКО отнесены и религиозные организации.

Участники совещания в Синодальном отделе по благотворительности наметили несколько направлений работы. Прежде всего, Русская Православная Церковь планирует представить в Минэкономразвития свои предложения по механизму признания религиозных организаций социально ориентированными. Также в министерство будут направлены предложения по установлению налоговых льгот для благотворителей, поддерживающих социально ориентированные НКО. Кроме того, было принято решение создать единую внутрицерковную форму заявки для религиозных организаций, претендующих на статус социально ориентированных НКО.

«Широкая социальная деятельность Церкви выгодна государству. Такой опыт есть за рубежом. И наша задача внести такие предложения по изменению законодательства, чтобы мы могли активнее вести социальную деятельность», — обозначил важность работы группы председатель Синодального отдела по церковной благотворительности и социальному служению епископ Орехово-Зуевский Пантелеимон.

Любовь ПОПОВА

http://diaconia.ru/news/tserkov-napravit-predlozhenija-v-minekonomrazvitija-po-rabote-sotsialno-orientirovannykh-nko/

 

Рубрики:  Новости

Когда мы служим другим, мы очищаем себя для того, чтобы воспринять любовь Божию

Понедельник, 20 Сентября 2010 г. 15:51 + в цитатник

Как решить проблемы детей-инвалидов, как изменить отношение общества к ним? И как найти в себе силы для любви к нуждающимся? Эти вопросы обсудили студенты открытого в этом учебном году отделения социальной работы ПСТГУ с председателем Синодального отдела епископом Орехово-Зуевским Пантелеимоном. На встрече также присутствовало несколько студентов РГСУ.

 


Встречу в Синодальном отделе открыла лекция епископа Пантелеимона, в которой он отметил ряд острых проблем, стоящих перед людьми, занимающимися социальным служением. Прежде всего – это проблема недостатка любви. «Любовь к ближнему выражается в совершении каких-то действий, — отметил председатель Синодального отдела. — Если медсестра плохо делает укол, она не любит ближнего. Если вы ухаживаете в детском доме за детьми-инвалидами и не знаете правил их реабилитации, вы тоже не любите этих детей. Если, занимаясь со стариками, вы не понимаете их проблем, не знаете времени, в которое они жили, не знакомы с историей, с тем, что для них является важным, то вы тоже их не любите». Умение проявить внимание, сочувствие, услышать человека является одним из самых важных качеств для людей, желающих посвятить свою жизнь помощи ближнему.

По мнению епископа Пантелеимона, именно приобретение дара любви, неразрывно связанной с социальным служением, есть главная цель нашей жизни. К этому призваны социальные работники, которые должны явить эту любовь и научить ей других.

Впрочем, всякое желание стяжать дар любви обречено на неудачу, если ее источником не является Бог, считает глава Синодального отдела.  «Самое главное – это память о Боге, — отметил владыка Пантелеимон. — В Боге мы черпаем силы, получаем ту любовь, которую ищем, служа другим. Когда мы служим другим, мы очищаем себя для того, чтобы воспринять любовь Божию. Когда мы делаем что-то      другим, это любовь не природная, а сверхъестественная. Это любовь – нелегкая, это не чувство, не влюбленность, не восхищение. Служа этим людям – старикам, у которых часто бывают психические отклонения, детям-инвалидам – мы делаем над собой усилие. Эта любовь — волеизъявление».

К сожалению, далеко не все способны к такой любви. Сегодня многие осуждают родителей детей-инвалидов, которые отдают своих чад в детский дом — именно эту проблему подняли студенты по окончании лекции. Однако осуждать этих родителей нельзя, убежден епископ Пантелеимон: «Осуждать нельзя никого. Родители, которые дома, в Москве воспитывают детей-инвалидов – это герои. Если родители живут, например, в Австрии, они получают пособие, равное средней заработной плате. И они вполне могут не работать и заниматься только своим ребенком. В Москве это пособие очень маленькое, нет специальных школ и детских садов для этих детей. Если ребенок тяжелый инвалид или в семье он мешает другим детям – конечно, это очень трудно для родителей. Я думаю, в этой ситуации родители не должны отказываться от таких детей, но можно, не отказываясь от ребенка, отдать его в детский дом для детей-инвалидов на воспитание. Можно к этому ребенку приходить, брать его домой, делать для него что-то дополнительное». 

 

 

Ирина РЕДЬКО

http://diaconia.ru/news/kogda-my-sluzhim-drugim-my-ochishhaem-sebja-dlja-togo-chtoby-vosprinjat-ljubov-bozhiju/

 

Рубрики:  Новости

Социальное служение как основная форма участия мирян в жизни Церкви

Понедельник, 20 Сентября 2010 г. 15:48 + в цитатник

Миряне как члены церковного организма
Сердцевиной жизни каждого христианина является служение Богу и ближним. Формы и способы такого служения могут быть различны, как различны призвания и дарования людей. Они дополняют друг друга, как члены живого организма. В этом Церковном организме все связаны единой любовью и все служат друг другу и Христу. И как в организме нет ненужных, лишних членов, так и в Церкви не может быть членов ненужных, бездеятельных. Тем более, когда речь идет о самой большой части Церкви – мирянах, народе Божием. И если для священника центр его служения Богу и ближнему – это совершение богослужения, таинств, окормление паствы; если для монаха заповедь о любви к ближнему заключается в молитве за весь мир; то для людей, живущих в миру, как пишет Паисий Святогорец, главное церковное служение – это дела милосердия.

Конечно, дела милосердия – это наше общее дело, как и Евхаристия, как молитва за других. Социальное служение мирян будет возможно только в том случае, если они живут церковной жизнью, являются участниками совершения Евхаристии – словом, осознают себя «царственным священством». К сожалению, многие из тех, кто пришел в Церковь после 70-летних гонений, не успели стать полноценными ее членами: они не понимают смысла церковных таинств, не считают себя участниками богослужений – а лишь «созерцателями»; не знают о том, что могут принимать участие в церковных соборах и т.д. Поэтому сейчас дело священников – помочь мирянам стать полноценными членами Церкви и объяснить им их высокую миссию, сердцевиной которой являются дела милосердия.

Социальная деятельность как служение Христу
Социальная деятельность никогда не была для Церкви самоцелью. Наша цель – не устроить земной рай, накормив всех голодных и одев всех нищих. Эта деятельность – выражение сострадания и любви к ближнему. Спаситель прямо сказал, что помогая нищим, больным, заключенным, мы тем самым служим Ему. И мы не можем сузить круг ближних до нашей семьи и друзей, потому что Господь показал нам, кто есть наши ближние и как мы должны им служить, на примере милосердного самарянина. Милосердный самарянин оставил свои дела и взял на себя попечение о совершенно чужом ему человеке-иноверце, потратив на это силы и все имеющиеся у него деньги, обещая помогать и дальше. Так и наше служение должно распространяться на всех страдающих, живущих в нашем Отечестве.

Даже в Израиле времен Ветхого Завета люди должны были платить не только десятину на храм, но и пожертвования на помощь нуждающимся. С пришествием Христа помощь нуждающимся обрела новый, высший смысл и стала долгом каждого верующего. Поэтому нам нечем оправдать наше бездействие. Конечно, многодетная мать не сможет уделять такому служению много времени, у старого и больного человека может не быть на это сил. Но все-таки участвовать в таком служении любви должны все – каждый в свою меру.

Мы не можем оправдать наше бездействие и тем, что заботу о социальных нуждах наших граждан взяло на себя государство. Всем нам очевидно, что государство с этими проблемами само справиться не может – и не должно. Для этого нужна помощь общества и Церкви.

Категории мирян – участников церковной социальной деятельности
В зависимости от обстоятельств, профессии, места работы и проч., верующие могут участвовать в социальной деятельности в разном объеме и качестве:

1) Профессионально, в максимальном объеме, в качестве штатных сотрудников – сотрудники церковных социальных учреждений (детских домов, богаделен, благотворительных столовых и т.д.), а также соцработники на приходах – институт, создание которого было недавно благословлено Патриархом Московским и всея Руси Кириллом.

2) В свободное время и бесплатно работают добровольцы – люди, имеющие свою работу, но помогающие столько, сколько они могут, и там, где сами чувствуют потребность: кто-то хочет помогать бездомным, другие – детям в детских домах, третьи – в больницах.

3) Верующие сотрудники государственных социальных учреждений, даже если они не воцерковлены. Они являются нашими соработниками, и мы должны помочь им наполнить духовным смыслом их деятельность. Они заняты в сфере, трудиться в которой очень сложно, а без веры в Бога и знаний духовных основ милосердия порой и невыносимо (откуда синдром выгорания и другие последствия). Поэтому нельзя их обличать и критиковать, им нужно помочь.

4) Дети воскресных школ. Они с детства должны воспитываться в понимании важности служения ближним. Поэтому с ними можно и нужно заниматься не только изучением основ веры, но и социальной деятельностью: поздравлять больных на Пасху и Рождество, устраивать кружки юных сестер милосердия и т.д.

Различные формы социального служения мирян
Разным категориям мирян соответствуют разные формы их участия в служении милосердия. Такими формами могут быть:

1) Работа в церковных социальных учреждениях;

2) Общины сестер милосердия;

3) Сообщества добровольцев;

4) Молодежные сообщества социальной направленности;

5) Пожертвования мирян на социальные нужды. Мирян нужно призывать к тому, чтобы они участвовали в социальной деятельности не только делами, но и своими ресурсами. Во время кризиса, длительность которого нам неизвестна, наш девиз может быть только таким: не «много от немногих», а «немного – от многих». Каждый член церкви должен обязательно уделять часть своих денег не только на содержание церковной общины, но и на помощь нуждающимся. Особенно это важно в богатых городах, таких как Москва.

Участие в социальной деятельности священников и архиереев
Сейчас, когда после 70 лет гонений служение милосердия только возрождается как общецерковное дело, помочь его возродить и организовывать должны священники и архиереи. Они должны побуждать к ней мирян, объяснять им их высокое призвание в Церкви.

1) Необходимо призывать их к более полному участию в церковных таинствах, объясняя, что церковные таинства совершаются всей общиной. И хотя участие в этом священника наглядно и очевидно, а мирянина – незаметно глазу, однако прихожане должны понимать, что священнодействие совершается по общим молитвам, и без участия каждого Литургия не станет общим делом. Необходимо учить мирян навыкам духовной жизни, рассказывать о борьбе со страстями, о том, как нужно молиться. Без этого, как и без ответственного участия в церковной жизни, таинствах, без чтения Евангелия, невозможно творить дела милосердия, ведь они всегда связаны с большой самоотдачей и концентрацией всех душевных и духовных сил.

2) Необходимо побуждать прихожан заботиться друг о друге, напоминать им, что церковный приход – это не случайно оказавшиеся вместе люди. Он должен быть общиной, связанной духом любви. В общине не должно быть голодных, нуждающихся, одиноких, обездоленных. О них необходимо заботиться, как это было в первой христианской общине.

3) Нужно напоминать мирянам, что наша община – это не только наш приход, но и вся Церковь. И она должна быть большой дружной семьей. В нашей Церкви есть богатые приходы и бедные – как есть богатые и бедные епархии. И как во времена апостольские, собирались пожертвования для церквей, пребывающих в нищете (2 Кор. 8-9), так и сейчас богатые храмы и епархии должны обязательно помогать тем, кто нуждается. По слову апостола Павла, «не требуется, чтобы другим было облегчение, а вам тяжесть, но чтобы была равномерность. Ныне ваш избыток в восполнении их недостатка; а после их избыток в восполнении вашего недостатка» (2 Кор. 8, 13-14).

Категории нуждающихся
Итак, кто является тем самым ближним, кому должен помогать церковный народ?

1) Те, кто составляет единую с ним церковно-приходскую общину. Силами прихода можно организовать помощь попавшим в трудную ситуацию, лежащим в больнице или прикован болезнью к своей постели, а также многодетным семьям. Им в современных условиях особенно трудно – несмотря на призывы поднимать рождаемость, реальной помощи им практически не оказывается.

2) Вся Церковь. Нужды бедных епархий и приходов можно решать сообща, так же как сообща нести попечение об общецерковных социальных проектах.

3) Люди, которые обращаются в храмы за помощью. Нужно каждого человека, который приходит в церковь, принимать с любовью, помня, что в образе нищих приходит к нам Сам Христос. Отвергать их на том основании, что среди таких людей много обманщиков, мы не можем. Ведь даже обманщики и пьяницы стали таковыми под влиянием непосильных несчастий. Мы не можем для всех сделать все, что они просят, но помочь им хотя бы в чем-то необходимо.

4) Люди, которые сами не могут прийти в церковь: дети-инвалиды, которые собраны в специальных учреждениях; больные, которые умирают в больницах; дети в детских домах; старики, не покидающие своих квартир; заключенные и другие. Это наиболее страдающие наши ближние, и наша обязанность – разделить их страдание, выразить свою любовь к ним заботой о них.

Мы часто придумываем для разных социальных и возрастных групп прихожан разные формы участия в церковной жизни. Мы забываем о том, что забота о нуждающихся, которые есть образ Самого Христа, эта «Литургия после Литургии», может объединить всех нас точно так же, как объединяемся мы для совершении Евхаристии. А для тех, кто остается пока за пределами Церкви, это служение любви станет, может быть, единственно действенной сегодня формой проповеди.

http://sobor.miloserdie.ru/archives/48

Рубрики:  Новости

Метки:  

При Синодальном отделе будет создан Координационный центр защиты материнства

Понедельник, 20 Сентября 2010 г. 15:46 + в цитатник

Предложение создать Координационный центр защиты материнства при Синодальном отделе по церковной благотворительности и социальному служению прозвучало на совещании, проходившем на Николоямской улице 14 сентября. В Синодальном отделе по благотворительности встретились представители различных организаций и движений, занимающихся защитой жизни нерожденных детей. Совещание проходило под руководством председателя Синодального отдела по церковной благотворительности и социальному служению епископа Орехово-Зуевского Пантелеимона.

 

Выступление прот. Максима Обухова. Он рассказывает о том, как за последние 12 лет изменилось отношение россиян к проблеме абортов


Прот. Максим Обухов, руководитель центра «Жизнь», в докладе «Демографическая и семейная политика РПЦ» рассказал о положении дел в области церковной семейной политики. «Церкви удается что-то   сделать не зависимо от того, какие законы принимаются государством — плохие или хорошие. Уже сейчас удается повлиять на умонастроения людей», — сказал он. Однако отец Максим отметил, что сегодняшняя ситуация, когда совершаются аборты, распадаются семьи, требует некоторого изменения политики Церкви в области семьи и брака.

 

Сейчас в сфере защиты материнства действуют различные организации. Центр «Жизнь» распространяет агитационные и просветительские материалы, проводит лекции. Благотворительный фонд защиты семьи, материнства и детства организовал сеть центров кризисной беременности (телефон доверия по вопросам кризисной беременности 8-800-200-05-07). Институт демографических исследований ведет сайт Демография.Ру, на котором публикуются аналитические материалы. Фонд Андрея Первозванного реализует программу «Святость материнства». Общероссийская общественная организация «За жизнь и в защиту семейных ценностей» объединяет основные организации, работающие в этой сфере. Фонд социально-культурных инициатив проводит в июле ежегодную акцию «Неделя против абортов». Почти во всех регионах действуют православные организации в защиту жизни. В Костромской области ежегодно проходит кинофестиваль «Семья России».

В тоже время за последние 10 лет попытки общественности изменить законы, внутриведомственные инструкции не дали результата. Например, не удалось ввести двухнедельный период ожидания перед абортом, чтобы женщина могла задуматься и изменить свое решение.

«Очень важно, чтобы церковь решила, что есть вещи более ценные, чем отлить колокол или покрыть храм штукатуркой – это спасение жизни людей, — сказал о. Максим Обухов. — Я предлагаю внедрение семейного компонента в ОПК, внедрение семейного образования в учебные курсы семинарий, введение катехизации со вступающими в брак. Например, в католической церкви катехизация перед венчанием является обязательной, в католической стране просто не обвенчают, пока молодая семья не пройдет специальный курс обучения, пока они не узнаю то, что надо знать христианской семье. У нас есть опыт такой катехизации во многих епархиях, но не повсеместно. Необходимо создание интеллектуального центра, возможно, это кафедра семьи при ПСТГУ или какая-то другая группа аналитиков. Сейчас во многих епархиях есть ответственные за вопросы семьи и брака, как правило, это их инициатива и они делают огромную работу. Если бы можно было наладить обмен информацией, опытом, тогда сеть епархиальных центров семьи превратилась бы в механизм благотворного влияния на общество».

Среди проблем прот. Максим Обухов отметил химические аборты: они не регистрируются, поскольку таблетку, вызывающую аборт, можно без проблем купить в аптеке или заказать через Интернет. «Химический аборт – это новая, еще окончательно неоцененная угроза, которая в будущем вытеснит хирургические аборты, — сообщил о. Максим Обухов. — Химические аборты тоже вызывают осложнения, но медицинское сообщество стало поддерживать химические аборты. Облегчение производства абортов приводит к увеличению их числа. Я пытался выяснить, сколько ввозится в Россию мифепристона (препарат, вызывающий прерывание беременности – прим. ред.), но это невозможно посчитать, потому что что-то   возится, что-то   вывозится, что-то   здесь производится. Сейчас говорят о снижении числа абортов, но наиболее вероятно, что снижение числа абортов произошло потому, что хирургические аборты уходят в химические. Причем очень часто пациентки не воспринимают химический аборт как аборт».

О программе Фонда Андрея Первозванного «Святость материнства» рассказала Наталья Якунина, председатель Попечительского совета этой программы. В рамках программы действует несколько проектов.

Проект «Ты не одна» заключается в поддержке женщин, которые оказались в кризисных ситуациях. Программа началась в Красноярске (в Сибири остро стоит демографическая проблема). В этом городе была создана служба психологов, которые работают в женских консультациях Красноярска. 18-20% процентов женщин изменяют свое решение. По программе Министерства здравоохранения психологические службы должны быть во всех женских консультациях страны, но этого на самом деле нет. «Мы выходим со своей инициативой и этого добиваемся, — пояснила Наталья Якунина. — В Красноярске мы начали с одной консультации, а через год министерство ввело такие службы во всех женских консультациях города».

«Мы несем ответственность за судьбы женщин, которые отказались от аборта“, — продолжает Наталья Якунина. — Женщинам помогают волонтерские отряды, состоящие из студентов педагогических и медицинских вузов, на базе Красноярского педагогического университета есть волонтерский штаб».

Главной задачей программы «Святость материнства» Наталья Якунина считает изменение отношения общественного мнения к семье. Для этого ведется работа со СМИ. «Мы предложили меморандум, подписав который, журналист берет на себя моральную ответственность по пропаганде семейных ценностей, — рассказала Наталья Якунина. — Большую поддержку мы находим в регионах, к сожалению, на федеральном уровне нам пока не удалось получить такую поддержку. Просветительскую работу мы ведем и через организацию конкурсов рисунков, журналистских конкурсов».

В планах фонда внедрить программу «Святость материнства» во всех регионах. На местах уже есть организации, которые работают в этом поле и которые не просто хотели бы сотрудничать с фондом Андрея Первозванного, но и хотели бы поделиться своим опытом, узнать, что происходит в других регионах. 27-28 ноября 2010 года в Москве ко Дню матери и 5-летию программы пройдет всероссийский форум программы «Святость материнства“, где все смогут встретиться, принять совместные решения».

Алексей Комов, хорошо знакомый с международным pro-life движением, предложил провести международный конгресс в 2011 году в Москве. Такие конгрессы проводятся раз в 2 года и собирают многочисленных pro-life-активистов.

О проекте миссионерского центра св. блгв. Петра и Февронии рассказал прот. Димитрий Смирнов. На территории храма свт. Митрофания Воронежского будет построен храм св. блгв. кнн. Петра и Февронии. Это будет венчальный центр столицы. Кроме самого храма, в комплекс войдут помещения для загса, для катехизаторских бесед, будет банкетный зал.

 

На встрече было многократно отмечено, что борьба с абортами неотделима от мер по защите материнства. Она не должна ограничиваться пропагандой, расклеиванием листовок. Даже каждая пачка пеленок, переданная малоимущей маме, находящейся в крайней, кризисной ситуации, имеет большое моральное значение.

Основное решение совещания — создать Координационный центр защиты материнства при Синодальном отделе по благотворительности. В рабочую группу были приглашены прот. Максим Обухов, руководитель центра «Жизнь», прот. Димитрий Смирнов, председатель Синодального отдела по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными учреждениями, иер. Михаил Зазвонов, руководитель отдела по взаимодействию с медицинскими учреждениями Нижегородский епархии, иер. Димитрий Моисеев, духовник екатеринбургского центра «Колыбель», Наталья Якунина, председатель Попечительского совета программы «Святость материнства», Сергей Чесноков, президент общероссийского общественного объединения «За жизнь и защиту семейных ценностей», Сергей Емешев, центр «Благовещение» (Чебоксары). Эта рабочая группа определит, как лучше организовать работу координационного центра и сделать ее постоянной.

 

Ирина РЕДЬКО

 

Священник Димитрий Моисеев, духовник екатеринбургского центра «Колыбель»

http://diaconia.ru/news/pri-sinodalnom-otdele-budet-sozdan-koordinatsionnyjj-tsentr-zashhity-materinstva/
Рубрики:  Новости

Господь хочет, чтобы мы были вместе

Понедельник, 20 Сентября 2010 г. 15:42 + в цитатник

Как создать приход? — Наверное, этот вопрос еще не так давно носил бы сугубо риторический характер. В наши же дни он имеет совершенно прикладное значение. Нередко можно видеть храмы, в которых налицо некое странное и, сильнее скажем, страшное разобщение: настоятель и духовенство живут своей жизнью, а прихожане — своей, каждый отдельно от всех остальных. И более того: всем кажется, что иначе и быть не может…

Болезнь потребителя

Наше общество привычно именуется обществом потребления. И это соответствует действительности. Современного человека характеризует именно это: привычка потреблять, пользоваться — не только теми благами, которые ему необходимы в плане материальном, но и людьми, и отношениями, всем вообще. Если продолжить эту мысль, то можно сказать, что дух потребления проник и в религиозную жизнь. Человек зачастую приходит сегодня в храм как в некий «духовный супермаркет», где в молитве он получает утешение, надежду на исполнение своих чаяний, «очищение» — в таинстве Покаяния, «подкрепление» — в таинстве Причащения. Все это носит сугубо личный, частный характер. Некоторые даже специально любят приходить в храм в будние дни, когда на службе народу немного — чтобы «никто не мешал», или вообще — между службами. С одной стороны, как это осудишь? Ведь духовная жизнь человека — его личное дело, неслучайно она называется нередко «внутренней жизнью». С другой, мы молимся в молитве Господней: «Отче наш…», молимся от лица всей Церкви или, если брать немного уже, той церковной общины, в которой мы состоим. Мы, многие, составляем одно тело во Христе, а порознь один для другого члены (Рим. 12, 5),— говорит апостол Павел. И еще: Один хлеб, и мы многие одно тело; ибо все причащаемся от одного хлеба (1 Кор. 10, 17). Это не может быть реальностью лишь мистической, но обязательно должно иметь внешние, зримые и ощутимые каждым из нас на практике проявления. 

В Древней Церкви такое единство, общинный уклад жизни Церкви были совершенно естественны: человек входил в Церковь не как сейчас — переступая порог кем-то давным-давно построенного храма, а именно — в конкретную общину, услышав слово о Христе от возглавляющего ее епископа или священника либо от кого-то из ее членов. Либо — просто увидев жизнь этой общины, поразившись ее святости и чистоте, а еще более — той взаимной любви, которая связывала составлявших ее христиан.

Какое зло таит в себе обособленность современного христианина? Во-первых, не происходит то преодоление эгоизма, которое неизбежно будет понемногу, шаг за шагом совершаться внутри общины, человек живет своими интересами, «не замечая» тех, кто, по сути, ближе для него, чем кто бы то ни было,— людей, с которыми он молится в одном храме, причащается из одной Чаши. Во-вторых, он остается в плане церковной жизни «дикарем» — сколько бы ни молился дома, сколько бы ни читал, сколько бы ни приступал к таинствам. Он остается чуждым того опыта, который передается лишь в личном общении, воспринимает традицию церковной жизни поверхностно, внешне и, на деле, мистически, таинственно принадлежа к Церкви, сам является для нее человеком внешним. 

Созидание общей жизни

Очевидно, что создание приходской общины — дело по преимуществу возглавляющего ее священника, от него зависит в этом смысле очень многое. Если он ощущает себя пастырем словесных овец, то неизбежно будет заботиться о каждой овце, в том числе и о том, чтобы она не отбивалась от стада. Сегодня распространено убеждение, что настоятель должен быть хорошим администратором, хозяйственником. Или (тут зачастую наличествует некое противопоставление с предыдущим мнением) — усердным молитвенником. Это очень важные качества, но прежде всего он должен быть… отцом. Отцом для прочих клириков храма, отцом для прихожан. Что требуется от отца? — Любовь, забота, наставление и научение. Если все это есть, то приход постепенно превращается в одну крепкую семью. Как это достигается на практике? — У священника буквально под руками находится множество средств, которые это превращение совершают. 

Прежде всего, это исповедь. Один духовник как-то назвал ее «таинством усыновления». Усыновления не только Богу — вновь, через преодоление, разрушение разделяющей его с Творцом стены греха,— но и священнику, эту исповедь принимающему. Именно в таинстве Исповеди совершается поистине уникальное единение христианина и его наставника. Если священник понимает это и именно так подходит к исповеди, то достаточно скоро у него появляется то, что в Древней Руси называлось «покаяльной семьей», которая становится тем ядром, вокруг которого и формируется приход. В этой покаяльной, или, скажем иначе, духовной, семье царит один дух, одни и те же представления о церковной жизни — это естественно, поскольку от одного духовника люди научаются ее истинам, у него они получают сходные советы и наставления.

Но как возможна семья без внимания, заботы — реальных проявлений любви? И священник обязательно должен именно заботиться о своих прихожанах: знать их обстоятельства, проблемы, нужды и всегда быть готовым прийти на помощь, поддержать, утешить не только словом, но и самым делом. Это не во всех случаях реально? — Безусловно, поскольку в этом отношении возможности священника, как и любого другого человека, ограничены. Но разве он обязательно должен помогать сам? Ведь он же знает не только то, кому и какая помощь нужна, но и то, кто из прихожан и в чем может помочь. И так протягиваются невидимые нити, связывающие людей в приходе между собой в единое целое. Не обязательно, конечно, чтобы основой этого единения была только взаимопомощь (просто она — самое естественное, самое необходимое, без нее как говорить о деятельном христианстве?). Священник вообще должен использовать любой повод для того, чтобы дать прихожанам возможность друг друга узнать, познакомиться, сдружиться. Как? — Способов множество, если сказать кратко, то просто нужно использовать для этого любую «бытовую» возможность. Увидев это главное, преобладающее «направление», прихожане сами примут его. Обычно люди приобретают друзей в школе, в вузе, на работе… Но ведь так естественно для христианина быть связанным узами дружбы с теми, с кем он живет самой главной жизнью — жизнью церковной! И если священник «подсказал» это своим прихожанам, подтолкнул их к подобному «открытию», они будут ему искренне благодарны.

Общее дело

Общим делом в высшем смысле этого слова мы называем богослужение, Божественную литургию, то, что является общим не только для верующих во Христа людей, но и для Небесных Сил Бесплотных. Но каждый в разной мере участвует в этом деле, в разной мере отдает ему свои силы и свое сердце. Тут все зависит от глубины веры, от мистического настроя, от способности понять, наконец, в чем заключается то, что именуется «делом», и почему оно обязательно должно быть общим. 

Поэтому для единения христианской общины, для ее постепенного возрастания необходимы и более простые «общие дела» — вполне материальные, зримые. На приходе такими делами становятся труды по благоустроению этого прихода. Благодаря им вырабатывается чувство ответственности за Церковь, человек перестает быть «внешним» по отношению к ней. Для этого достаточно бывает порой совсем ненадолго взять в руки половую тряпку и ведро, или почистить картошку в трапезной, или убрать на церковном дворе снег. 

Это очень важно — знать, что в том благолепии, которое являет собой храм, в который мы регулярно приходим, есть доля и нашего участия, нашего труда. В особенности, опять-таки, общего труда. Мы можем стоять на службе, не говорить, разумеется, друг с другом, но краешком сердца помнить: вот здесь мы потрудились вместе, и здесь… И уже от этого на душе станет так хорошо и тепло, что не останется никакого сомнения: ты — среди родных людей, ты дома. 

Сотрудничество

Как уже говорилось выше, очень многое на приходе зависит от его настоятеля. Многое, однако не все. Требуется совместный труд, сотрудничество. Ведь священник — всего лишь навсего человек. Получивший в хиротонии дар Божественной благодати, которая «немощная врачует» и «оскудевающая восполняет», но тем не менее человек. И ему свойственно уставать, болеть, изнемогать, а иногда и попросту — унывать. И если прихожане «делегируют» все полномочия по созиданию общей жизни и всю ответственность в этом отношении ему, а сами предпочтут роль пассажиров в поезде, где он и машинист, и кочегар, то надолго его, скорее всего, не хватит. Не потому даже, что сил окажется недостаточно и здоровья — и того, и другого может быть в избытке. А просто — не видя отдачи, отклика, ответственности взаимной, можно впасть в духовное расслабление, потерять надежду на то, что подъемлемые труды не бесполезны. Конечно, неправ настоятель, который, глядя на прихожан, думает: «Я их учу, наставляю, служу, в конце концов, они должны!..». Как и прихожане, которые убеждены, что, напротив, «ему дана благодать, и он должен!..». Что-то доброе получится лишь в том случае, если каждый будет считать должником себя и делать все, чего этот долг требует: священник — осуществлять свою просветительскую, наставническую миссию, свою отцовскую заботу, а прихожане — помогать ему, участвовать в жизни прихода кто чем может — и духовно, и материально…

Друг друга тяготы…

Есть много частностей, о которых, вероятно, еще можно было бы сказать. Но они и есть частности, а о главном, думается, сказано. Есть, пожалуй, еще лишь одна маленькая, но очень важная деталь: памятование апостольского заповедания, без исполнения которого не получится вообще ничего: Друг друга тяготы носите, и тако исполните закон Христов (Гал. 6, 2). И слов Христа Спасителя: Симон! Симон! се, сатана просил, чтобы сеять вас как пшеницу (Лк. 22, 31). Каждый из нас представляет собой совокупность тех тягот, которые ближним надо нести, если они не хотят нас терять. Но и нам надо нести их тяготы, чтобы не лгать, когда мы называем кого-то «братом» или «сестрой». Без этого невозможна церковная жизнь в принципе, без этого невозможна и нормальная, полноценная жизнь приходская. Без этого враг и правда рассеет нас в разные стороны, как ветер пшеницу. А Господь хочет, чтобы мы были вместе, были едино, были одним целым — во имя Его и ради Него. И если мы к этому стремимся, то Он обязательно нам в этом поможет.

http://www.eparhia-saratov.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=10667&Itemid=3

Рубрики:  Православие и современность

Метки:  

Приход требует жертв

Понедельник, 20 Сентября 2010 г. 15:40 + в цитатник

Жизнь нашей общины начиналась с катакомбного периода. Храма в селе не было — он был разрушен в советские годы. Но нам очень хотелось узнать побольше о своей вере. Поэтому где-то с 2000 года несколько семей стали собираться у нас дома, читать Закон Божий, некоторые другие книги — какие могли достать. В результате у нас сложились представления о том, какой должна быть православная община, и мы стали искать духовного руководства.

 

Священники к нам в Елшанку приезжали крайне редко, поэтому при каждой возможности мы выезжали на богослужение в храмы Саратова и Вольска. Мне особенно запомнилась Литургия в саратовском храме Покрова Божией Матери. Почти всю службу я проплакала, внезапно ощутив, что я, наконец, дома. Это ощущение храма как дома только укрепилось со временем.

Я застала еще елшанских бабушек — прихожанок старого, разрушенного Михаило-Архангельского храма. Они поражали меня силой своей веры — в богоборческие годы, не боясь расправы, они ходили на святой источник, расположенный неподалеку от нашего села — там, по преданию, была обретена чудотворная икона святой Параскевы Пятницы. До революции каждую десятую пятницу после Пасхи, в день памяти святой Параскевы, от храма до источника совершался крестный ход с этой иконой. После революции икона была утрачена, но традицию ходить на источник свято хранили наши благочестивые бабушки. Что только не предпринимали власти — и засыпали источник землей, и выставляли вооруженную охрану, но бабушки в день святой Параскевы все равно шли к источнику. Они никогда не сомневались, что храм в нашем селе будет. Батюшки, к которым мы обращались за помощью и советом, говорили, что это невозможно — дескать, село небольшое, приход «нерентабельный». Но мы верили и вслед за нашими бабушками стали молиться об этом: каждый четверг читали акафист святителю Николаю Чудотворцу. Поначалу еще ничего не знали, коверкали слова, молились как умели. Но искренне. Может, это и была настоящая молитва — неграмотная, но от всего сердца.

Где-то через год часть нашей маленькой елшанской общины отправилась в Саратов, в Свято-Никольский монастырь — и как радовались дорогой: ехали на богослужение, словно в гости к святителю Николаю. Там все исповедовались, причастились. Батюшка — а это был иеромонах Никита (Сергеев) — вышел к нам после службы, долго разговаривал с нами, мы засыпали его вопросами, он отвечал и, как потом рассказывал, радовался: горожан не всегда удавалось убедить в том, что надо молиться, читать духовную литературу. А тут к нему приезжают из села, где и храма-то нет, и рассказывают, что собираются где-то на квартире, что-то читают. 

Отец Никита согласился приехать на Крещение послужить молебен. Как мы его ждали! Столько людей пришло! Тогда батюшка крестил несколько детей и пообещал приехать к нам еще.

Обещание он свое сдержал, и со временем наша квартира уже не могла вместить всех молящихся. Мы стали просить помещение у администрации села. Сначала нам дали раздевалку в музыкальной школе, потом — фойе в больнице, потом комнату в сельсовете. В то время было выставлено на продажу здание магазина — бывшего купеческого особняка — и батюшка как-то заметил: «Вот бы в этом здании сделать храм!». Но в администрации ответили категорично: «Даже не мечтайте».

Мы не мечтали, мы продолжали молиться. А потом созвали сход жителей, собрали подписи, написали заявление в администрацию с просьбой предоставить нам помещение для храма. На сход приехал глава Облпотребсоюза, которому тогда принадлежало здание магазина. Не помню, что я ему тогда говорила, но он согласился помочь. Дал разрешение продать нам это здание. Тут-то и встал вопрос: а сможем ли мы его купить?

Нам назначили неподъемную по тем временам цену — 80 тысяч. Разумеется, ни у кого таких денег не было. И вдруг нашлись люди, готовые внести нужную сумму — у них решался «квартирный вопрос», но между покупкой собственного дома и храма они выбрали храм (а вопрос их впоследствии решился-таки положительно!). Это было в начале Страстной Седмицы. В понедельник мы вошли в здание и почти не выходили из него до Великой Субботы — под руководством батюшки мы работали не покладая рук, прорубили в перегородке Царские врата, затянули стены тканью, и в воскресенье отец Никита уже служил Пасхальную литургию.

Первая Пасха в своем храме — это было незабываемо. Мы верили и не верили своему счастью, многие плакали. Уже через неделю отца Никиту назначили к нам настоятелем. Так создавался наш приход — и это было удивительное время. Сначала батюшке негде было жить, и он поселился у нас на квартире, а потом уже обустроил себе келью при храме.

Поначалу мы думали, что наш храм будет освящен, как и прежний, в честь Архангела Михаила. Но Владыка Александр (Тимофеев) благословил освятить его во имя новомучеников и исповедников Российских. Мы тогда о таких и не слыхивали. Стали читать литературу, и чем больше узнавали, тем больше убеждались, что наши бабушки — они тоже исповедницы. А во время ремонта с одной из стен обвалилась штукатурка, и явственно проступили буквы: «И М» — как мы подумали «Исповедники и Мученики». Вероятно, это были инициалы того купца, который строил дом. Но для нас это тоже стало свидетельством Промысла Божиего о нас.

В 2003 году Владыка Лонгин освятил наш храм, передал нам частицу мощей святой Параскевы Пятницы. Возобновилась традиция крестного хода на источник, который тоже с Божией помощью удалось обустроить — там поставлена новая часовня, купальни. И теперь уже к нам в Елшанку приезжают паломники из Саратова и Вольска.

Стройка не прекращается и по сей день — храм благоукрашается, и это при том, что спонсоров у нас никаких нет — все, что делается, делается на средства прихожан и совместными усилиями. Это укрепляет нашу общину, в которой, как и в любой семье, случаются и споры, и непонимание. Но есть главное, что объединяет всех,— совместная молитва. И жертвенная любовь, когда люди готовы поступиться многим ради общего дела — без жертвы прихода не бывает.

Елена Сердитова, педагог воскресной школы 
храма во имя новомучеников и исповедников Российских 
в селе Елшанка Воскресенского района Саратовской области

http://www.eparhia-saratov.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=10657&Itemid=3

Рубрики:  Православие и современность

Метки:  

Что важнее – ходить в церковь или быть хорошим человеком?

Понедельник, 20 Сентября 2010 г. 15:38 + в цитатник

Зачем ходить в церковь, если Бог в душе? Не важнее ли быть хорошим человеком? Сегодня часто можно услышать эти вопросы. А может ли и должна ли Церковь делать людей хорошими? В чем истинный смысл церковной жизни? О «хороших людях» в церкви и вне ее мы поговорили со священником московского подворья Троице-Сергиевой лавры Сергием Фейзулиным.

Сегодня многие люди хотя и не отрицают веру, хотя и признают Бога, но с церковной жизнью не имеют ничего общего, считая, что Бог у них в душе, и искать Его нужно именно там, а не в построенном человеческими руками храме.

Сразу вспоминается один эпизод из моей священнической практики. Жена одного человека решила привести его в церковь. Она ходила уже сама несколько раз, была на исповеди, причащалась, а муж ее отказывался. И вот она как-то расстроенная стоит – муж рядом с храмом, но не заходит. Я предложил пойти познакомиться с ним. Очень хороший, приятный человек, но отказывался зайти, потому что у него «Бог в душе». Я помолился про себя, думаю, ну что ему сейчас сказать, и вдруг меня осенило, я говорю: «Скажите, а завтракаете вы тоже в душе?» Он как-то так смешался, задумался и так смущенно говорит: «Нет». Так вот, подумайте над этим, вера – это то, что должно быть осуществляемо практически, вера не может быть теоретическая, она должна быть живая, подтвержденная жизнью, непосредственно, нашими поступками.

Но почему нельзя осуществлять веру практически, просто живя по совести, стараясь исполнять заповеди, творить добрые дела? Многие считают, что гораздо важнее быть хорошим человеком, чем регулярно ходить в церковь.

Что такое быть хорошим человеком? Это настолько относительное понятие, все люди хорошие. Бог создал все свое творение хорошим, и человек есть венец творения, самая совершенная его часть. Человек может быть подобен Богу, он есть образ Божий – каждый человек! Независимо от того, знает он об этом или не знает, пытается ли он найти в себе этот образ Божий и осуществить его, приблизиться к Богу, стать похожим на Него, стать Ему родным. Этого Господь ждет от нас – чтобы мы уподобились Ему. А в этом смысле – каждый человек хорош, и не просто хорош, каждый человек прекрасен, человек – это совершенство.

Но в обыденном смысле хороший человек, говорят еще “порядочный человек”, – это очень относительная вещь, все мы для кого-то хороши, а для кого-то не очень хороши. Можно быть, скажем, замечательным врачом и скверным семьянином, невыносимым в личных отношениях. Можно быть готовым на самопожертвование ради своей Родины, и в то же время, жестоким, беспощадным и не иметь милосердия к врагу. Это хороший человек? Для кого хороший? Церковь не призывает нас быть хорошими, более того, желание «быть хорошим» – это очень опасно. Желание быть с каждым человеком хорошим – это не любовь к человеку, а человекоугодие и лицемерие. Об этом говорит сам Господь в Евангелии: «Горе вам, когда все люди будут говорить о вас хорошо». Человек приспосабливается к другому, чтобы произвести на него впечатление, таким образом вызвать о себе доброе мнение, на это затрачивается очень много душевных усилий, и это страшная вещь. Христос в Евангелии таких людей называет унылыми лицемерами.

Мы призваны не к тому, чтобы быть хорошими, а мы призваны быть святыми, это совсем другое измерение человеческого духа. Паскаль, французский философ и ученый, говорит, что условно можно разделить всех людей на праведников и грешников. Праведники, говорит Паскаль – это те, кто считает себя грешниками, а истинные грешники – это те, кто считает себя праведниками, чувствуют себя хорошими людьми. Именно поэтому они не видят своих недостатков, не чувствуют, как далеки они от Бога, от любви. Потому что любви всегда должно быть мало, должна быть великая жажда. Любовь – это когда я всегда во всем ищу собственную вину, в каких-то обстоятельствах, в общении с людьми, в семейных, в профессиональных отношениях. Я чувствую, что у меня всегда не хватает любви. Мы призваны – «Будьте святы, как Я свят». И в этом смысле хороший – это тот, кто постоянно чувствует себя, условно говоря, плохим, недостаточным, чувствует свои недостатки – недостаток веры, надежды, и конечно, любви, недостаток благочестия, молитвенности. В общем-то, это в любом творческом деле так – как только человек начинает удовлетворяться, возникает самодовольство, которое ограничивает его творческие импульсы, и человек замирает, остывает, его творческий огонь не освещает больше его жизнь.

Это как раз очень страшная мысль и очень обывательское представление, что достаточно быть хорошим человеком. Но, слава Богу, Господь помогает нам почувствовать эту свою недостаточность через какие-то обстоятельства, когда мы видим, что у нас нет любви к людям, что мы не можем устоять перед какими-то соблазнами, падаем,– это тоже милость Божья, таким образом самый главный грех обнаруживается – это самодовольство, это себялюбие. Оно противоположно любви. Любовь – это недовольство собой, это сознание собственной ничтожности, малости, и святые – это люди, которые всю жизнь живут в сознании собственной малости, именно поэтому им становится доступно величие Божие. Церковь не призывает нас быть хорошими, это глубочайшее заблуждение. Церковь помогает человеку почувствовать как раз свою греховность, почувствовать глубокую нарушенность личности, глубокую болезнь личности. И Церковь, одновременно обнаруживая эту болезнь, ее и исцеляет.

Почему же только Церковь может исцелить человека? Почему он не может спасаться сам по себе, зачем обязательно быть частью Церкви?

Надо для себя осмыслить, что такое Церковь вообще. Вопрос мирского человека, для которого Церковь – это что-то непонятное, чуждое, отвлеченное, далекое от его реальной жизни, поэтому он и не входит в нее. Апостол Павел отвечает на него так, как никто больше не смог ответить за всю историю человечества: «Церковь есть тело Христово», при этом добавляет – «столп и утверждение истины». И дальше добавляет, что мы все «уди от части», то есть члены этого организма, частички, клеточки, можно сказать. Здесь уже чувствуешь какую-то очень глубокую тайну, это уже не может быть чем-то отвлеченным – организм, тело, кровь, душа, работа всего тела и соподчиненность, соорганизованность этих клеточек. Мы подходим к вопросу отношения к вере в Бога мирского человека и церковного. Церковь – это не столько юридический институт и общественная организация, но, прежде всего, это то, о чем говорит апостол Павел – некое таинственное явление, общность людей, Тело Христово.

Человек не может быть один. Он должен принадлежать какому-то направлению, философии, взглядам, мировоззрению, и если в какое-то время ощущение свободы, внутреннего выбора, оно – особенно в молодости – интересно для человека, то опыт жизни показывает, что человек не может добиться ничего в жизни один, ему нужно иметь какой-то круг, какую-то социальную общность. На мой взгляд, чисто индивидуалистичен такой мирской подход к «личному» Богу вне церкви, это просто иллюзия человеческая, это невозможно. Человек принадлежит человечеству. И та часть человечества, верующая в то, что Христос воскрес, и свидетельствующая об этом – это и есть Церковь. «Будете Мне свидетелями», – говорит Христос апостолам – «даже до края земли». Православная церковь это свидетельство свое осуществляет, и во время гонений осуществляла, и эта традиция сохранилась поколениями людей в разных обстоятельствах.

В православии, в церкви есть очень важная вещь – есть реальность, есть трезвость. Человек постоянно вглядывается в себя и не своим собственным зрением исследует что-то в себе и в окружающей жизни, а просит помощи и участия в своей жизни благодати Божией, которая как бы просвечивает всю его жизнь. И здесь очень важен становится как раз авторитет традиции, тысячелетний опыт церкви. Опыт живой, действенный и действующий в нас через благодать Духа Святаго. Вот это дает другие плоды и другие результаты.

Однако, как часто мы видим одну только внешнюю «церковность», но на деле – отсутствие любви и какую-то закостенелость. Сколько людей исправно посещают церковь, но живут совсем не по Евангелию. И исповедь их нередко формальна, и причастие – «привычно». И в то же время, встречаются потрясающие люди, совсем далекие от церкви, даже убежденные атеисты, но живущие – на деле, а не на словах – истинно христианской жизнью.

Да, такое возможно, но это недоразумение, как в том, так и в другом случае. То есть человек чего-то недопонял в своей жизни. «По плодам их узнаете их», «Не всякий, говорящий Мне: «Господи! Господи!», войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного»,– говорит Христос. Когда человек пытается воцерковиться, он как бы меняет оболочку, надевает длинную юбку, отращивает бороду или еще что-то такое, а сущность, внутренность его, она в каком-то замороженном состоянии пребывает. Он сохраняет себялюбие, сохраняет отчужденность от людей.

Если человек формально относится к себе, он поверхностно воспринимает и мало значения придает своему внутреннему миру (таких людей тоже много, к сожалению), то для него и исповедь формальна – перечисление, наименование грехов. Человек не сознает самое опасное как раз – он хочет быть «хорошим». Хочет быть хорошим в собственных глазах, быть в ладу со своей совестью, в ладу с людьми. Для него это страшное разочарование – оказаться ничтожным, пустым, далеким от великих каких-то вещей. И человек внутренне бессознательно сопротивляется такому страшному знанию, он выстраивает психологические защиты, он пытается спрятаться от самого себя, от Бога, в какую-то тень уйти. Поэтому для него проще назвать какие-то грехи, чем попытаться понять, в чем же он виноват на самом деле.

Ну, а если человек пришел в церковь только потому, что ему кто-то посоветовал – у тебя плохое самочувствие, ты болеешь, ты вот сходи, и у тебя все наладится в жизни – это глубоко противно христианскому отношению вообще к жизни, такая модель восприятия себя и своего места в жизни. Может быть, с этим, конечно, он и останется, к сожалению.

И атеист, который по сути своей христианин и по сути своей несет в себе любовь, радость – это тоже недоразумение, то есть недопонимание, недодуманность какая-то. Это атеизм иллюзии, когда человек не понимает, о чем он говорит. Когда начинаешь с таким человеком общаться, выясняешь, что он верующий человек, и жизнь его, по сути, церковна, то есть он любовью связан с другими людьми. Но он не додумал самую важную мысль. Он живет, подчиняясь не мысли, а своему сердцу, интуиции. Такие люди часто очень страдают в жизни, потому что многие вещи не могут принять, они пытаются отделить свет от тьмы, зерна от плевел, любовь от лицемерия и не могут этого сделать, очень часто ощущая тщету всего того, что они делают. Им недоступно Богообщение, поэтому полноты бытия у них все равно нет. У них есть любовь как деятельность, но любовь как полнота жизни для них недоступна.

А так ли доступно Богообщение в церкви? Ведь там мы встречаем так много несовершенного, неправильного, отвлекающего, множество людей, со всеми их недостатками. Чтобы общаться с Богом, люди ищут уединения, зачем же нужно это разноречивое скопление людей?

Первая церковь – это Адам и Ева, а вообще первая Церковь – это Троица. Ведь если мы говорим о любви, а Бог есть любовь, сказано в Евангелии, значит, любовь должна на кого-то изливаться. Любовь – это когда ради кого-то я готов даже жизнь свою отдать, я готов умереть ради этого человека. Поэтому не может человек, находясь один, находясь в одиночестве, осуществить высший смысл. Конечно, подвижники-пустынники являются в этом смысле исключением. У подвижников это особый дар Божий – находясь в одиночестве, точнее, в уединении, осуществлять высший смысл. А высший смысл – это любовь. Она неосуществима в одиночестве. Человек должен выйти за пределы, за собственную оболочку, чтобы разрешить проблему любви. Любовь – это когда кого-то ты любишь. Поэтому Бог – это Святая Троица. Как сказал один богослов, если мы понимаем Троицу, мы понимаем, что такое любовь. И напротив, если мы чувствуем любовь, то для нас тайна Святой Троицы становится очевидной. Потому что любовь – это когда ты стремишься отдать кому-то что-то. Когда ты любишь сам себя, то это не любовь, это замыкание в самом себе, это уже почти болезнь. Поэтому в наше время, когда многие люди думают, что можно прожить без Церкви, мы видим, я думаю, такую пандемию психических патологий. Особенно в странах, где религия совершенно четко отделена от государства, где у людей разрушена традиция общежития, где нарушено бытие народа, и люди разделены на островки индивидуальной жизни. Что интересно, после Реформации, когда в протестантских храмах люди перестали исповедоваться, через какое-то время психология становится самостоятельной наукой, и возникает психоанализ как попытка хоть какого-то исцеления. Возвращается языческое отношение к человеку как к мере всех вещей. Возникает сначала антропоцентризм – вокруг человека начинает вращаться вселенная, и потом это приводит уже через какое-то время к разным патологиям в области душевной жизни.

У человека должна быть ответственность и за себя, и за других. Отвечать за себя только перед самим собой – это трагизм, потому что рано или поздно мы чувствуем свою ограниченность и недостаточность, свою немощь и какую-то слабость. И любой человек чувствует потребность в прощении, потому что у каждого, каким бы прекрасным он ни был, все равно в тайниках души возникают какие-то помыслы, человек никакой не может быть идеален. А мы призваны к святости: «Будьте совершенны как Отец ваш Небесный», – говорит Христос. Поэтому святость непременно включает в себя чувство своей недостаточности, глубокое сознание своей греховности, но это одновременно и вера в то, что великий Бог, Владыка мира, тем не менее, любит меня вот таким, какой я есть. Это примиряет. Не я сам себе судья, а Бог мне судья. Бог, распятый на кресте за меня – вот суд Божий. Взять мой грех на себя, взять мою боль, умереть за меня. Когда это чувствуешь, когда невинный Бог берет нашу вину на себя, что может быть кроме благодарности? Любовь – это когда человеку стыдно за себя и за других людей, он чувствует зло, которое они совершают, как свое собственное. Чувствует, что другой человек совершил нечто, но меня это касается, потому что я тоже человек. Это и есть полнота церковности, это и есть жизнь в Церкви.

Православие и мир

 

Рубрики:  Православие и современность

Метки:  


Процитировано 2 раз
Понравилось: 2 пользователям

А если бы эта Литургия была последней?

Понедельник, 20 Сентября 2010 г. 15:35 + в цитатник

Иногда приходится слышать: «Я хотел бы чувствовать себя частицей целого, принадлежать к церковной общине. Должны же быть какие-то мероприятия по объединению, сплочению людей! Почему их нет в том храме, в который я хожу, почему священник их не организует?». Но в Церкви людей должно объединять богослужение, в котором выражается любовь ко Христу. Поэтому только вокруг богослужения может состояться приход. Если люди не объединены богослужением, если они этого не чувствуют — никакие мероприятия не помогут, все рано или поздно рассыплется. 

Кто-то скажет: а как же социальное служение, а как же миссионерство, а разве мы не должны помогать обездоленным? Но здесь надо просто все расставить по местам. Мы можем развести сколь угодно бурную деятельность, можем бегать по улицам и звать людей в храм, но если тем, кто уже пришел в храм, мы не в силах дать главного, то зачем мы их сюда звали? Мы говорим о миссионерстве, но, к сожалению, огромное количество наших постоянных прихожан плохо знают церковную жизнь, плохо знают Евангелие, вообще его не читали. 

То же можно сказать и о помощи обездоленным. Если мы поставим это выше богослужения, чем мы будем отличаться от обычной благотворительной организации? Мы кого-то накормим, может быть, кого-то оденем, но чью душу мы спасем?

Долг священника — объяснить людям, что такое богослужение, научить их читать духовную литературу и соотносить то, что они слышат в храме, то, что они читают — о смирении, терпении, подвиге — с собою, своей жизнью и жизнью ближних. Центр церковной жизни — богослужение, центр богослужения — Евхаристия. Если человек в этой бескровной жертве участвует, значит, он призван переносить ее в свою повседневную жизнь. Жить с постоянной мыслью о том, что происходит за Литургией, как это должно влиять на него, на его отношения с другими людьми. Если священник выносит Чашу, и люди рвутся к ней, отталкивая друг друга локтями,— тогда непонятно, что и зачем они сейчас собираются делать. Люди ведут себя так зачастую по привычке. Мы ведь много чего делаем по привычке — обижаем друг друга, опаздываем на работу и т.д. А что такое трезвение? Это именно способность человека в любую минуту своей жизни дать себе отчет в том, что он на самом деле делает. А умная молитва — это когда человек каждое мгновение своей жизни оценивает себя по отношению к Богу. Видит свои слова, свои поступки в свете Евангелия. Тогда человек, даже и сорвавшись по греховности своей, даже и произнеся нечто вроде: «Женщина, отойдите от стола, вы мешаете!» (бывает такое — возле столика с «теплотой» после Причащения), тут же остановит себя и подумает: так, что это я такое говорю? Это не «женщина», это моя сестра, мы только что причащались с нею из одной Чаши; а когда мы причащаемся вместе, мы становимся одним телом, не только одной душой. И боль моего брата или сестры должна стать моей болью, как боль ребенка становится болью матери.

Вот этому должен священник научить прихожан. Есть такая поговорка: «Каков поп, таков и приход». Я с нею согласен на сто процентов. Прихожане перенимают опыт священника, его отношение к людям. Как батюшка будет относиться к людям, так и они будут относиться друг к другу. 

Священник не должен придумывать какие-то методики воспитания своих прихожан. Я спрашивал одного моего знакомого, у которого четверо детей: «Как ты их воспитываешь?».— «Никак. Просто живу. Стараюсь быть хорошим христианином, хорошим человеком, они это видят, вот и все». Мне кажется, так и в церковной жизни. 

Священник ведет человека ко Христу, его можно сравнить с указателем в незнакомом городе: «Господь — там, идите в ту сторону». Но если — продолжим это сравнение — человек не только указатель видит, но еще и людей, идущих в указанном направлении, ему легче прийти к цели. Когда человек приходит в храм и видит прихожан, которые истово молятся, но при этом не воспринимают его как помеху, не отталкивают, напротив, помогают, говорят: «Становись сюда, здесь лучше слышно», протягивают книжку с тропарем, который сейчас поется,— человек понимает, что он здесь не одинок. Каждому ведь нужно человеческое участие. Вот почему для меня как настоятеля очень важно, чтобы между людьми устанавливались добрые отношения. Чтоб была любовь меж ними. Чтоб они продолжали общаться после службы, перезванивались, узнавали, не надо ли помочь кому-нибудь. Когда это у нас появилось, я был очень рад. Общество сильно единством, и Церковь тоже. Сегодняшнее общество разобщено. Чтоб сосед помог соседу — это просто удивительно сегодня! А в Церкви не должно быть так. Священник должен проповедовать единство. Если человек приходит в храм и не находит единства с другими прихожанами, значит, в этом человеке что-то не так. 

«Посмотрите на христиан, как они любят друг друга»,— это было в древности сказано — язычником! Первые христиане, собираясь в своих катакомбах, знали, что это их собрание может стать последним. Они не ведали, доживут ли они до завтрашнего дня, потому каждую Литургию воспринимали как последнюю. И это их сплачивало. Если бы мы узнали, что мы видимся последний раз, мы, наверное, сразу стали бы очень хорошими, очень добрыми людьми друг для друга. Стало бы не до обид, не до раздражения. Нам не грозят гонения сегодня. И мы не всегда можем отнести к себе этот опыт древних христиан, задать себе вопрос: «А если бы эта Литургия была последней?» Но мы и сегодня — малое стадо (Лк. 12, 32). Христиане никогда не станут в обществе большинством. Мы живем в условиях нехристианской цивилизации. И это должно сплачивать нас.

В монастырской жизни отшельничеству всегда предшествует общежитие со всеми его утеснениями, иначе не приобрести человеку смирения, не достичь высоких ступеней духовной свободы в отшельничестве. Вот так и на приходе — пока мы не научимся быть рядом с ближним, предпочитать его себе — церковной жизни не будет. И об этом должен заботиться священник, и прихожане должны к этому стремиться. Это должен быть обоюдный процесс. Прежде чем упрекать священника, который мало делает для нашего воцерковления, вспомним, что и мы тоже что-то должны.

Очень важно, чтобы прихожанин не ждал, когда его возьмут за руку и куда-то поведут. Приходишь в храм — посмотри по сторонам, может быть, кому-то нужна твоя помощь. Не стесняйся спросить у священника, не надо ли чем в храме помочь. Начав помогать, сразу окажешься среди людей, ближе познакомишься с ними и со священником. 

Московскому старцу, священнику Алексию Мечеву, было видение — ответ на его размышления о том, что такое священство. Он лезет в гору и, изнемогая, тащит за собой на веревке толпу людей. Люди эти не хотят подниматься, толкаются, кричат, рвутся кто вбок, кто вниз. Силы оставляют его, и он срывается по склону. И чувствует, как эти люди, объединив свои силы, не дают ему съехать, подталкивают его вверх. Вот так и в храме, и в приходской жизни. Священнику бывает тяжело, он устает, изнемогает — и вдруг чувствует, что те прихожане, ради которых он трудился, поддерживают его и тянут вверх.

Но это касается не только взаимоотношений священника и прихожан. Это столь же применимо к отношениям между прихожанами: тот, кого я сегодня поддержал, завтра поддержит меня.

http://www.eparhia-saratov.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=10650&Itemid=3

Рубрики:  Православие и современность

Метки:  

Приход не создается. Он рождается

Понедельник, 20 Сентября 2010 г. 15:33 + в цитатник

Сложно задумываться над тем, как приход создать, когда уже несколько лет являешься прихожанкой храма, в котором этот приход есть. К хорошему привыкаешь быстро, оно становится столь же естественным, как чистый воздух и нормальные человеческие отношения. Оценить его в полной мере можно, только потеряв. 

Мне кажется, что хороший приход не создается, а рождается, как ребенок, стихотворение или научное открытие. Есть причины его рождения, есть условия, которые способствуют его появлению на свет, но никогда с уверенностью нельзя сказать, родится или нет. И все же об условиях и причинах рождения прихода я могу немного поразмышлять.

Главная причина рождения православного прихода — это богослужение. Прихожан храма в первую очередь объединяет совместное участие в Таинствах и молитва. Именно это отличает приход от всевозможных клубов «Для тех, кому за…» или, наоборот, домов творчества детей и молодежи. Чем дороже и ближе для человека богослужение, тем прочнее его связь с церковной общиной, с приходом. 

Когда мы выбираем себе друзей, мы создаем круг общения исходя из своих интересов, вкусов и взглядов на жизнь. Центр этого круга — наше «я». Приход же призван объединить людей вокруг Христа. И только в этом случае он жизнеспособен. Все остальное — настоятель, который приход создает, добрые дела, совершаемые прихожанами, красивое здание храма — должно прилагаться. Иначе приход будет подобен дому, построенному на земле без основания (см.: Лк. 6, 49).

Церковь Христову часто сравнивают с кораблем. А можно сравнить и с целым флотом, состоящим из множества небольших кораблей-приходов. А настоятель схож с капитаном корабля, и роль его в плавании по житейскому морю сложно переоценить. Неслучайно советские реформы, направленные на развал Церкви изнутри, в первую очередь вводили демократическое управление на приходе — печально памятные «двадцатки». 

А Церковь по природе своей иерархична. И потому на приходе должен быть глава, который управляет его жизнью. Не просто издает властные директивы и требует почтительного отношения, а несет отеческую ответственность за всех и за все, что происходит на его приходе. Если настоятель сам горит любовью к Богу и к людям, если он на деле, а не на словах готов жертвовать ради своей паствы временем, силами, здоровьем, люди обязательно это увидят и оценят. И он станет настоящим примером и образом.

Очень важно, чтобы настоятель, несмотря на свою занятость, находил время для личного общения с прихожанами. И хорошо, если это общение строится вокруг духовной жизни. Например, у нас, в Свято-Троицком соборе, очень важную роль в развитии приходских отношений сыграли еженедельные встречи-беседы настоятеля игумена Пахомия с прихожанами. На этих встречах отец Пахомий читает вместе с прихожанами творения святых отцов, прихожане вместе с батюшкой рассуждают о духовной жизни. И не только сами многое узнают, но и своим близким впоследствии смогут рассказать, каково мнение священника по тому или иному вопросу. Особенно это важно для людей, только перешагнувших порог храма.

Укрепляет приход совместная молитва, не только в храме за богослужением, но и в домашнем правиле. Келейное или домашнее правило — дело сугубо личное. Но иногда и здесь может быть место общему деланию. Практикуются, к примеру, молитвы по соглашению, когда несколько человек договариваются молить о чем-то Бога в определенное время, где бы они сами в это время ни оказались. Но к такому усилию над собой нас, к сожалению, чаще всего подвигает беда. 

А вот чтение Псалтири во время многодневных постов — это усилие запланированное. В нашем соборе читать Псалтирь начали по благословению настоятеля с Рождественского поста 2004 года. Двадцать человек ежедневно на протяжении всего поста прочитывали по одной кафизме в соответствии с графиком, поминая на славах священнослужителей, участников чтения, а также их живых и усопших сродников. Таким образом, все вместе прочитывали полностью Псалтирь за день, а каждый участник — за пост. Сейчас в чтении Псалтири участвует более восьмидесяти человек. Для многих это чтение стало первым по-настоящему вдумчивым знакомством с Псалтирью. Помимо этого, каждый участник чтения учится брать на себя ответственность за общее дело. 

Целым событием в жизни и важным этапом воцерковления стало для многих прихожанок нашего собора создание женского любительского хора в 2006 году. В раннехристианской Церкви не существовало хора, песнопения за богослужением исполнял молящийся в храме народ. Создание любительского хора дало возможность нашим прихожанкам участвовать в богослужении и лучше его узнать. У многих не было даже начального музыкального образования, но всех объединяло горячее желание научиться петь, и петь именно в храме. И благодаря терпению нашего регента Светланы Пьянковой это желание осуществилось. 

Участвовать в богослужении могут в силу разных причин не все, но принять посильное участие в жизни прихода может каждый. Помощь в уборке храма или прилегающей территории, в трапезной или в подготовке к празднику — все это дает гораздо больше самому помогающему, чем храму и его настоятелю. Помню, когда я начинала ходить в храм, мне очень хотелось стать как-то причастной к его повседневной жизни. Но даже самая простая помощь в храме казалась мне тогда чем-то недостижимым: как это я так, запросто, не зная никого из священников и прихожан, начну в чем-то участвовать? И была просто счастлива, когда на Крещение мне предложили разливать святую воду. 

Постепенно у меня появились и другие послушания в храме. Но то, первое время — время совместных уборок и помощи в трапезной — я до сих пор вспоминаю с ностальгией. Ведь именно тогда я поняла, что человек для Бога не может сделать ничего. Все, что он делает в храме, ему самому нужно в тысячу раз больше, чем Творцу и окружающим людям. За каждое дело, которое человек постарался сделать во славу Божию, он получает то, что во много раз превышает практическую пользу от его работы. Помогая в храме, человек что-то понял, чему-то научился, увидел себя со стороны. И это становится дороже любого подарка. Мы часто говорим с коллегами, педагогами воскресных школ, о том, что неизвестно, есть ли польза от нашего преподавания для детей и родителей, но для нас самих — несомненно есть, и огромная.

Кстати, именно воскресная школа помогает не только детям, но и их родителям почувствовать себя частью прихода, увидеть поле собственной деятельности. Многие семьи посещают храм вместе с детьми. И более того, я знаю множество случаев, когда именно из-за необходимости водить ребенка в воскресную школу родители начинают регулярно ходить в храм. Бывает и так: то, что преподают в воскресной школе ребенку, все больше и больше интересует его родителей, и они сами втягиваются в этот процесс.

Вообще, воскресная школа, на мой взгляд, является лучшим полем миссионерской деятельности. Ведь в нее приходят и дети, и взрослые, желающие что-то узнать, готовые что-то услышать. Если им в этой школе интересно, они приводят своих родных, друзей, знакомых. Но не стоит думать, что вновь пришедший важнее того, кто на приходе и в воскресной школе постоянно. Воцерковление длится всю жизнь. А правильно организованная воскресная школа воспитывает естественных миссионеров и сознательных прихожан, для которых приход является важной частью их жизни буквально с пеленок. 

Развитию приходской жизни содействуют и газета, и сайт Троицкого собора, которые также были созданы по благословению нашего настоятеля отца Пахомия в 2006 году. Ведь в епархиальных, а тем более общецерковных СМИ не освещаются события, незначительные для всей Церкви, но интересные для каждого прихожа-нина храма — реставрация храмовых икон, поездки, праздники в воскресной школе и многое другое. Если приход большой и на нем постоянно что-то происходит, многие прихожане могут даже и не знать обо всех событиях. А газета помогает им почувствовать себя «в курсе последних событий». 

Кроме того, в газете и на сайте есть возможность размещать интервью со священнослужителями храма. Ведь часто общение священника с прихожанами происходит либо в личных беседах, либо во время проповеди, посвященной празднику или Евангельскому чтению. А в интервью можно расспросить священника о его пути к Богу, о его отношении к различным явлениям в церковной жизни. Это помогает читателям-прихожанам ближе познакомиться с батюшкой, найти в нем что-то родственное.

Любой человек, имеющий опыт паломнических поездок по святым местам, знает, как отличается поездка в обществе чужих людей, объединенных лишь обращением в одну фирму, от поездки со своим приходом. К сожалению, организовать такие поездки непросто — тут и финансовые сложности, и невозможность вместить даже в самый большой автобус весь приход, и занятость священников, и многое другое. Но когда все-таки получается куда-то выбраться, поездка становится настоящим событием. И настоятель, и прихожане готовят доклады о тех святынях, которые предстоит посетить, по дороге мы слушаем их и все вместе молимся. И, конечно, любое путешествие сопровождают множество больших и малых ситуаций, когда нужно оказать помощь друг другу, проявить терпение, поддержать ближнего хотя бы словом. Эти моменты, как и впечатления от посещения новых мест, остаются в памяти надолго.

Но взаимовыручка бывает нужна не только во время паломнической поездки. Невозможно перечислить, да и ни к чему перечислять все маленькие и не очень ма-ленькие услуги друг другу, которые оказывают прихожане нашего храма. Не у всех есть деньги, чтоб материально поддерживать нуждающихся. Но помочь делом может каждый. У кого-то есть машина, и он подвозит старенькую прихожанку до дома после службы, кто-то работает врачом и может помочь заболевшим. Для приходской газеты и сайта нам постоянно требуются фотографии богослужений в соборе. Заодно наши фотографы печатают и раздают прихожанам их собственные фото, сделанные во время службы. Для человека публичного, привыкшего видеть свое лицо в газетах, это покажется незначительной мелочью. А для пожилой прихожанки храма это целое событие. 

Такую помощь нельзя запланировать, ее нельзя назначить в обязательном порядке. Она рождается спонтанно, как практический результат всего того, о чем слышит, что переживает человек в храме. Благодаря ей мы чувствуем себя пусть и не совсем идеальной, но все-таки семьей. 

Да, от самих людей — и священников, и мирян — зависит многое. Но все же приход рождается по воле Божией, по Ему одному ведомому Промыслу о нас. Он возникает, когда Господь в ответ на человеческие усилия творит чудо рождения новой человеческой общности — приходской семьи.


http://www.eparhia-saratov.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=10647&Itemid=3

Рубрики:  Православие и современность

Метки:  

Свидетельство нашей веры

Понедельник, 20 Сентября 2010 г. 15:30 + в цитатник

Десять лет назад в Москве, в храме Христа Спасителя, прошел Юбилейный Архиерейский Собор. Пожалуй, самым главным деянием этого церковного собрания стало прославление в лике святых сотен исповедников и новомучеников Российских, претерпевших во времена гонений на Православную Церковь со стороны советской власти в ХХ веке всевозможные скорби и мученическую смерть за веру Христову. От них нас отделяет совсем немного времени — всего лишь несколько десятилетий, однако мы очень мало знаем о тех, чьей кровью и твердостью была спасена наша Церковь.

Однажды мне довелось услышать возле храма беседу двух милых барышень. Они советовались по поводу маршрутов будущих паломничеств, одновременно пытаясь рассказать друг другу о святых и почитаемых иконах. Конечно же, им хотелось поехать и в Псково-Печерский монастырь, и в Дивеево, и в Санаксары… Но вдруг одна из них сказала, что мама советует лучше съездить на Бутовский полигон в Москву.

— Бутовский полигон? А что это? — спросила ее подруга.

— Там, кажется, хоронили кого-то — то ли во время войны, то ли еще до революции…

Поняв, что девушки не знают, что же такое на самом деле Бутовский полигон и кого, как и когда там «хоронили», я бестактно вмешалась и удивила их своими познаниями в истории. Рассказала, как в 1930-е годы по ночам на окраине Москвы, в Южном Бутове, расстреливали тех, кто так или иначе мешал советскому строю: кто-то своими политическими воззрениями, кто-то просто нестандартностью мышления, а кто-то — верой в Единого Бога, Который несоизмеримо больше любой идеологии…

Ушли барышни ошарашенные. А я осталась думать о такой странности: почему в век стремительных информационных технологий многие не знают простых фактов родной истории? И почему до сих пор неизвестными для большинства христиан остаются судьбы тех, кто достоин почитания за духовный подвиг? Ответить на этот вопрос можно по-разному. И каждый ответ будет дополнять предыдущий.

Конечно же, новомучеников почитают. Вспомним, что во время богослужения мы молимся им, особо чтимым в своей епархии. В Саратове — это священномученики Косма (Петриченко), Гермоген (Долганёв), Герман (Косолапов) и Михаил (Платонов), мученик Александр (Медем). Даже если не все прихожане саратовских храмов знают в подробностях обстоятельства их судеб, то приблизительно понимают, за что их причислили к лику святых.

Святой Косма, выходец из крестьянской среды, ставший священником в грозные 20-е годы, был расстрелян после трех дней следствия в 1937 году. Святой Гермоген, епископ Саратовский, был брошен с гранитной глыбой на ногах в реку Туру в 1918 году. Святые Герман и Михаил, отпевшие сами себя, были расстреляны как заложники красных при наступлении войск Деникина на Саратов в 1919 году. Святой Александр, «добрый помещик», выстроивший храм в родном имении Александрия, умер в тюрьме после множества арестов и заключений в 1931 году. Разные жизни, но цель у всех была одна — войти в Царствие Божие, приблизиться ко Христу. Страдали они смиренно, благословляя палачей, потому что знали, ради Кого.

Конечно же, о большинстве новомучеников не знают — их сотни, если не тысячи. Труд игумена Дамаскина (Орловского) «Мученики, исповедники и подвижники благочестия Русской Православной Церкви XX столетия», который попытался в нескольких томах свести воедино всю известную информацию о подвижниках XX века, доступен немногим. То, что публикуется на страницах церковной периодики, выходит в эфир на православных телеканалах,— всего лишь капля в море. И проблема усложняется тем, что распространению информации о новомучениках способствуют энтузиасты, единицы.

Человек по своей природе ленив, но ведь христиане призваны преодолевать свою природу, разве не так? Невозможно жить в Церкви и не знать тех, кто составляет ее славу. Нельзя верить в Бога и не почитать тех, кто стоит у Его Престола. Сегодня почти всё можно найти в Интернете. Если нет доступа к Интернету — в библиотеке храма. Если книги нет, то можно попросить купить ее для библиотеки — наверное, любой настоятель обрадуется, когда увидит неподдельный интерес своих прихожан к истории Церкви, которая является при этом и ее живой жизнью…

Есть люди, которые сомневаются в целесообразности института канонизации, в правильности молитвы тем, которые когда-то тоже были грешными людьми. Однако молитвы святым — это просьба о помощи, о посредничестве между нами и Богом. Это не поклонение, которое принадлежит только Господу. Тот, для кого «облако свидетелей» заслоняет Солнце Правды,— идолопоклонник.

Наши молитвенные обращения к ушедшим братиям и сестрам основаны на простом факте: Бог не есть Бог мертвых, но Бог живых (Мк. 12, 27). Ведь здесь, на земле, мы поверяем друг другу свои нужды, просим друг друга о помощи, о совместной молитве (где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них (Мф. 18, 20)), и потому можем рассчитывать на любовь тех, кто отошел от нас в сиянии славы небесной.

То, что души праведников взывают к Богу, известно из книги Откровения. То, что наставников наших надлежит поминать, прямо заповедовал Апостол. И мы просим ушедших поддержать нас. Обращение к святым — это свидетельство нашей веры в то, что любовь не умирает.

Наталья Волкова
Газета «Православная вера» № 17 (421) 2010 г.

http://www.eparhia-saratov.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=10633&Itemid=3

Рубрики:  Православие и современность

Метки:  

Обретение любви

Понедельник, 20 Сентября 2010 г. 15:27 + в цитатник

История, которую мы вам сейчас расскажем, очень проста. Ее участники воспринимают собственный поступок как совершенно естественный, решительно не видят в нем никакого подвига и даже не считают, что приняли на свои плечи слишком большую тяжесть. Они считают, что Господь неисчерпаемо добр и щедр. Он привел их обоих в Церковь, помог им обрести друг друга, подарил двух сыновей, поддерживал и защищал в самые трудные, бесквартирные и безденежные времена, которые, кстати, еще не кончились… И, наконец, исполнил их давнюю мечту.

На окраине Саратова есть маленький храм с небольшим приходом. В нем служит 30-летний священник, рукоположенный всего год назад,— назовем его отцом Димитрием, хотя на самом деле его зовут иначе. Дадим его 26-летней супруге имя Татьяна. Сейчас вы поймете, почему мы не можем назвать их настоящие имена.

Батюшка с матушкой — не саратовцы; они приехали к нам из миллионного города, куда более приличного и перспективного, нежели наш. В тамошней семинарии есть отделение иконописи, Таня училась на этом отделении; Дмитрий же готовился стать священником. Незадолго до венчания Татьяна поделилась с избранником своей давней мечтой: вдобавок к родным, кровным детям принять когда-нибудь в дом и сироту. Избранник понял, Господь услышал — все произошло раньше, чем они думали. Петру, их старшему сыну, сейчас три года, младшему, Павлу, полтора… А вот как они обрели третье свое дитя, дочку Машеньку.

Летним утром, сразу после службы, к отцу Димитрию подошла молодая женщина с крохотным ребенком на руках. Она стала рассказывать — путано, многословно и лихорадочно. Дескать, шла откуда-то домой поздно ночью, услышала плач ребенка, подобрала, принесла домой, напоила молоком из холодильника, теперь вот не знаю, что делать, куда ее девать…

Родительский опыт нашего героя помог ему увидеть в рассказе незнакомки массу несуразностей. К тому же она назвала себя сначала Викторией, а затем, забывшись (от волнения, конечно!), Светланой. Вероятней всего, это была «биологическая», как выражаются правоохранительные органы, мать ребенка. Уличать ее в обмане было некогда — нужно было убедиться, что жизни и здоровью девочки ничто не угрожает. Виктория-Светлана исчезла, оставив несуществующий номер телефона, а батюшка с матушкой привезли дитя в ближайшую горбольницу. Врачи сообщили им, что ребенку не более двух суток. Рожала его мать, скорее всего, дома, без всякого родовспоможения. Однако девочка здорова. Слава Богу, что родившая ее не убила, говорит теперь отец Димитрий, что не бросила где-нибудь на вокзале, а принесла, по старинному обычаю, в церковь…

Приехала милиция, составила протокол. Никто, к счастью, не возражал против того, чтобы священник и его супруга сразу после осмотра отвезли ребенка к себе домой. Через несколько дней отец Димитрий крестил свою дочь Марией.

Теперь дело за малым — за тем, чтобы государство признало батюшку с матушкой законными родителями девочки. Органы опеки сразу пошли навстречу. Самым большим препятствием в оформлении временного опекунства стало то, что семья снимает квартиру и не имеет сколько-нибудь ясных жилищных перспектив. Но и эту трудность удалось некоторым образом преодолеть. Сейчас супруги готовят документы для обращения в суд с целью окончательного удочерения Машеньки.

Нет, конечно, все естественно. Конечно, никакого подвига. Вообще, чем больше детей, тем легче — вы этого не знали? Смотрите: трехлетний Петя уже заботится о полуторагодовалом Павлике. А что до материальной стороны… Есть ведь Промысл Божий!

— В том-то и проблема большинства людей сегодня, что они перестали надеяться на Бога и надеются только на свои силы,— говорит отец Димитрий.— Когда просто делаешь то, что должен делать, не задумываясь о том, что с тобой будет, Господь тебе все, что нужно, дает. Я в этом давно убедился.

Итак не заботьтесь и не говорите: что нам есть? или что пить? или во что одеться? потому что всего этого ищут язычники, и потому что Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всем этом. Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам (Мф. 6, 31–33).

Не надо, однако, думать, что супруги находятся в каком-то эйфорическом состоянии. Отец этого семейства очень хорошо понимает, как трудно теперь придется его жене:

— Если уж говорить о подвиге, то это, прежде всего, ее подвиг. Я ухожу из дома полседьмого утра, возвращаюсь в десять вечера. Она все время занята детьми, и ей не хватает поддержки, не хватает общения…

А матушка Татьяна говорит, что у нее все хорошо. И что она постарается вырастить дочь достойным членом Церкви.

Марина Бирюкова
Газета «Православная вера» № 17 (421) 2010 г.

http://www.eparhia-saratov.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=10601&Itemid=4

 

Рубрики:  Православие и современность

Метки:  

Кто в доме хозяин?

Понедельник, 20 Сентября 2010 г. 15:23 + в цитатник

Многие современные женщины с улыбкой воспринимают слова о том, что муж — глава семьи. Они получают образование и работают наравне с мужчинами, а нередко и зарабатывают больше. И не только потому, что им так хочется быть независимыми,— не каждый мужчина сегодня может полностью обеспечивать жену и детей. Словом, в наши дни все совсем не так просто в семейных отношениях, как это было когда-то при патриархальном укладе. Однако в Священном Писании сказано: Жены, повинуйтесь своим мужьям, как Господу (Еф. 5, 22), а также: Досада, стыд и большой срам, когда жена будет преобладать над своим мужем (Сир. 25, 24). О том, какими должны быть отношения в семье с православной точки зрения, мы беседуем с настоятелем храма в честь иконы Божией Матери «В скорбех и печалех Утешение» города Саратова священником Андреем Евстигнеевым.

— Во время венчания священник, совершающий Таинство, читает отрывок из Послания святого апостола Павла к Ефесянам, в котором говорится: «…Жена да боится своего мужа». Многих это смущает, кто-то считает это дискриминацией женщин…

— Так может показаться человеку, незнакомому со Священным Писанием, в котором сказано: Нет уже Иудея, ни язычника; нет раба, ни свободного; нет мужеского пола, ни женского: ибо все вы одно во Христе Иисусе (Гал.3, 28). Именно христианство уравняло женщину с мужчиной, возвысив ее от положения рабыни до самостоятельной личности. До этого во многих странах, а на Востоке и до сих пор, женщина была полностью подчинена мужчине. Однако равноценность мужчины и женщины перед Богом как членов Церкви Христовой не означает равенства во всем: у каждого есть свои обязанности и своя роль в семье. Так исторически сложилось, что обязанности мужчины всегда были труднее, ответственнее и опаснее, чем обязанности женщины. Именно мужчина являлся добытчиком, кормильцем и защитником своей семьи как физически более сильный человек. А женщина была хранительницей домашнего очага, создательницей семейного уюта. Как у дерева — есть корни и есть ветви. Корнями оно достает воду и цепляется ими за землю, что позволяет дереву выжить и устоять при любом ветре. А на ветвях появляются листья и плоды.

— Почему жена должна бояться мужа?

— Слова апостола Павла вовсе не означают, что жена должна испытывать страх перед мужем. Скорее она должна уважать и почитать его — не как деспота и самодура, который делает то, что хочет, а как главу семьи, который несет за нее ответственность, заботится, помогает и защищает ее. А муж, и об этом говорится в Послании апостола Павла к Ефесянам, должен любить жену, как самого себя.

— В наши дни от женщин можно услышать, что мужья им не нужны: они сами могут родить и воспитать ребенка, а если нужно прибить гвоздь, всегда можно вызвать мастера, который так и называется — «муж на час».

— Разрушение семьи, ее традиций приводит к серьезным последствиям. Сегодня у нас имеется огромное число неполных семей, где дети воспитываются без отцов и, вырастая, сами не могут выстроить правильную иерархию в своей семье. Да и в полных семьях все перемешалось. Там, где женщина берет на себя управление домом, мужчина ложится на диван и смотрит телевизор. Однако в психологическом плане не каждый мужчина согласен подчиняться жене, что приводит к конфликтам. Семья становится похожа на уродливое дерево, ветви которого пытаются укорениться в землю, а корни вылезают наружу. Но даже если ветвям удастся врыться в грунт, они не смогут питать дерево, а на корнях никогда не вырастут плоды. Знаете, как сегодня можно определить, кто является главой семьи? Тот, кому первому наливают тарелку супа. А сегодня в большинстве семей это — ребенок. Именно он становится центром семьи, хотя физически и не может исполнять эту роль, поскольку еще не умеет отвечать за самого себя, не то что за других. Такие искаженные отношения зачастую приводят к развалу семьи,— когда дети вырастают, и родители понимают, что их больше ничего не связывает.

— Что же нужно делать, чтобы сохранить семью?

— Христианской основой семьи является любовь — жертвенная, терпеливая, вдумчивая, ответственная. Главой семьи должен быть муж, и жена должна признавать это, а муж — ответственно исполнять свою роль. Даже если жена зарабатывает больше, лучше разбирается в житейских вопросах и чаще принимает правильные решения — умная женщина никогда не даст своему мужу почувствовать, что он находится на вторых ролях. Каждый должен быть на своем месте — не бороться за власть, а делать то, что нужно для блага семьи. Только так можно сохранить семейный мир.

Ольга Новикова
Газета «Православная вера» № 17 (421) 2010 г.

http://www.eparhia-saratov.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=10600&Itemid=4

Рубрики:  Православие и современность

Метки:  

Почему дети воцерковленных родителей уходят из Церкви?

Понедельник, 20 Сентября 2010 г. 15:05 + в цитатник

Беседа с протоиереем Георгием Тарабаном, священником Виталием Шатохиным и иеромонахом Макарием (Маркишем)

У одного моего знакомого есть взрослый сын, недавно поступивший в институт. С самого детства он регулярно ходил в храм, ездил в паломнические поездки, занимал призовые места на олимпиадах по ОПК. А став студентом, совсем отошел от веры, в храм даже просто зайти не хочет. Так почему же дети верующих родителей уходят из Церкви? Размышляют об этом протоиерей Георгий Тарабан – секретарь Сумской епархии Украинской Православной Церкви, педагог, священник Виталий Шатохин – преподаватель Калужской духовной семинарии и иеромонах Макарий (Маркиш) – руководитель службы коммуникации Иваново-Вознесенской епархии.

– Так в чем же причина того, что дети из воцерковленных семей, вырастая, уходят из Церкви?

 

Священник Георгий Тарабан
Священник Георгий Тарабан

Священник Георгий Тарабан: Вопрос весьма актуальный для всех родителей, в том числе и для меня: у меня дети-подростки. Рассуждая на данную тему, хорошо бы быть максимально честным с собой. Для начала нужно самому себе ответить: а что означает «быть воцерковленным»? Если под этим кроется формирование весьма распространенных мифов, которые оправдывают и легитимизируют собственный эгоизм, то желание убежать от такой церковности является проявлением инстинкта самосохранения.

Главная причина, на мой взгляд, – это отсутствие действительной любви. Любовь должна быть не только к своим детям, но ко всем людям, которые встречаются на жизненном пути. Если любви на самом деле нет, а на ее месте – непрерывное наставление, как в ней преуспеть, – это начало конца. Маленькие дети это еще будут терпеть, но в их голове будет зреть и укрепляться желание освободиться от такой «любви». И когда мы видим результаты «усиленного воцерковления» уже после 20 лет, то понимаем, что человеку нужен новый жизненный опыт, который бы опроверг ложное понимание духовной жизни, некогда ставшее причиной мировоззренческого кризиса.

Я не хочу приуменьшать силу антицерковного влияния современного мира (даже не столько «антицерковного», сколько «антирелигиозного»). Современное общество формирует такое мировоззрение, в котором нет места духовным ценностям. И это правда. Духовное трактуется как лично-интимное, не имеющее права на внешнее проявление. Кроме того, взрослеющему ребенку еще предстоит завоевать право исповедовать свою веру в среде сверстников. Это взрослому хорошо: он уже имеет какой-то социальный статус, в конце концов многие вопросы социализации уже решены. А ребенку надо одновременно вписаться в среду одноклассников, друзей, оставаясь при этом верующим. Это очень непросто! А если его еще и дома не понимают самые близкие люди, добиваясь ложного «духовного совершенства», то результат будет очевиден.

Так что если повзрослевшие дети уходят из Церкви, то во многом это «заслуга» школы фарисейства, которая была пройдена в детстве, но на самом деле не являлась приобщением к духовной жизни.

 

Священник Виталий Шатохин
Священник Виталий Шатохин

Священник Виталий Шатохин: А мне кажется, здесь не одна причина, их множество. Во-первых, многое зависит от того, когда сами родители воцерковились. Они с самого детства росли в верующих семьях или пришли ко Христу в зрелом возрасте? Это совершенно разные вещи. Если человек вырос уже в христианской семье, то он с младенчества естественно перенял христианский уклад жизни. Ведь наша вера должна проявляться не только в храме. Если человек приобрел этот опыт сохранения веры и жизни с Богом, ежедневной и ежеминутной, то он сможет передать это и своим детям.

Думаю, в большинстве случаев из Церкви уходят дети тех родителей, которые сами пришли к вере не так давно. Оно и понятно: 1990-е годы, массовый приход людей в храм, ко Христу. Теперь они пытаются своих детей воцерковлять. А то, как они это делают, – большой вопрос. Обычно, конечно, стараются водить малышей в Церковь, записать их в воскресную школу. Но, собственно, этим подчас все и ограничивается. А нужно, если говорить простым языком, дружить с детьми. Нужно постоянно находиться с ними в тесном личном общении. И если родитель – авторитет для ребенка, и если взрослый является большим старшим другом и наставником для него, то он сможет передать своему чаду любовь к Богу и Его Церкви.

Большая проблема – это переходный возраст. Известно, что после 12–13 лет многие дети перестают ходить в храм. Как правило, детей в воскресных школах мы видим от 7 до 13 лет. Если есть 14–16-летние прихожане, то это достижение воскресной школы, что смогли удержать подростков в переходном возрасте. По опыту работы духовником в воскресной школе нашего храма твердо могу сказать, что остаются те дети, у которых родители, действительно, давно и серьезно воцерковлены. Именно эти дети остаются в воскресной школе. Почему? Потому что они вместе с мамой и папой исповедуются, вместе с ними причащаются, встречают праздники, ездят в паломнические поездки. Для них это естественная, нормальная жизнь, а не какая-то неожиданность: мама вдруг привела дите в храм: мол, давай, исповедуйся, тебе это надо и полезно.

Ну и, во-вторых, очень важна среда. Родители должны заботиться о том, чтобы окружить ребенка, особенно подростка, его верующими сверстниками, а желательно даже – серьезными, хорошими ребятами чуть и постарше. Ведь что такое переходный возраст? Ребенок переходит из детского состояния во взрослое. И он начинает искать авторитетов для себя вне своего семейного круга. Для него становится авторитетом кто-то с улицы, из класса, какие-то знакомые, преподаватели. И здесь умный родитель должен позаботиться о том, чтобы ребенок приобрел себе в качестве авторитета верующего человека, на него ориентировался, с него копировал поведение. То есть запоминал его слова, принимал его упреки, старался удержать в памяти его поучения как что-то важное для себя. Для этого, повторюсь, родителям необходимо приложить максимум усилий. А там уже на все воля Божия. Конечно, куда-то занести может любого человека, в том числе и воцерковленного взрослого. А уж ребенка, познающего мир и увлекающегося в переходном возрасте, и подавно. Если вдруг подросток встретит интересного неверующего человека, который станет для него авторитетом, то велика опасность, что ребенок уйдет из Церкви. Родители для повзрослевших детей именно в этом возрасте перестают быть авторитетом, и их слова уже не имеют прежней силы.

– Говорят, что есть два пика ухода из Церкви: подростковый и студенческий.

Священник Виталий Шатохин: Студенчество – это время, когда человек становится личностью, созревает для ответа на принципиальные вопросы: зачем он живет, чем он хочет заниматься в жизни, что в жизни для него самое главное и т.д. Но, как правило, дозревает он до этих мыслей в обстановке общежития, в обстановке какой-то уличной жизни, просто неформальной андерграунд-среды. И это не всегда способствует обретению Истины. На основании собственного опыта могу сказать: обычно у молодых людей в этом возрасте есть очень большое желание узнать мир религиозный, мистический. Но в это же время часто молодой человек или девушка впадают порой в тяжкие или даже смертные грехи, которые будут мешать им гармонично войти в церковную жизнь. Если на волне поиска чего-то мистического, когда молодая душа стремится познать мир духовного и религиозного, человеку встретится думающий христианин или хорошая православная книга, то велик шанс, что он придет в храм. Но чаще всего церковная среда, незнакомая и непонятная для современного подростка, отталкивает его, а если он уже был до этого воцерковлен, то часто ему мешают просто тяжкие грехи. Допустим, блуд или увлечение ложной мистикой. К тому же, молодой человек, особенно в 20 лет, хочет быть современным. Конечно, если в семье в нем воспитали стояние на своих принципах, независимо от духа мира сего, то он это испытание выдержит. Если же нет, то желание быть современным вынесет его из храма: здесь все ему чуждо, все ориентировано на какую-то древность, архаичность, здесь бабушки, мало молодых людей. Тут призывают следовать устаревшим представлениям, здесь к тому же просто непонятный язык. Здесь как бы все из истории, а молодому человеку требуется что-то ультрасовременное. Но Православие никогда не будет ультрасовременным, если под «современностью» понимать нынешнюю моду, дух времени, потворство страстям.

– Некоторые священники говорят, что примерно 75% воцерковленных подростков перестают ходить в храм. Мне, когда я осознал эти страшные цифры: из десяти подростков восемь уходят, стало как-то не по себе. По вашему мнению, эта статистика соответствует действительности?

Священник Георгий Тарабан: Я бы осторожнее относился к такому соотношению – 8 из 10. Не знаю, так ли это. Но даже если эти данные и меньше, то все равно есть о чем беспокоиться. Мне кажется, что в золотое время младенчества ребенку никто так и не объяснил, что впереди другой жизненный этап. Иногда годами ребенка регулярно причащают, даже не объясняя, в чем именно он участвует (я сейчас не о грудных младенцах, а о детках с 3–4 лет, которым вполне уместно хотя бы сказать, что в чаше – святые дары, а причастие – это праздник, его ждут и радуются люди, которые в праздничной одежде приходят в храм, чтобы тоже причащаться). Литургическое богословие будет потом (и, скорее всего, в виде ответов на задаваемые ребенком вопросы). Важно дать доступное понимание (а скорее, переживание) всей важности и величия происходящего в храме. Иначе ребенок, не получая понимания, воспринимает все как некий ритуал, обязательный к исполнению ради мамы или бабушки или кого-то еще, кого не хочется расстраивать. А в исполнении ритуала возможны и маленькие хитрости, усвоив которые легко скатиться до обычного цинизма.
Застыв в состоянии вечного «младенца», послушно идущего за руку в храм, ребенок не получает духовной основы своего взросления.

Иногда и взрослые, приходя в Церковь, не всегда знают, как это – быть христианином не только в храме, но и дома, на работе, в той среде, где действуют другие правила. А ребенку каково? Кто-то из питерских психологов как-то писал про социальное сиротство. Так что если из церковной среды и уходят, то чаще всего это ставшие сиротами (не духовными, а социальными) дети, которые не услышали, что Господь знает их тревоги и любит больше самых близких людей.

Что делать? Полагаю, что ответ находится в ответе на первый вопрос. Научиться любить детей – это самое главное и самое большое, что необходимо сделать. Во всяком случае, об этом следует неустанно молиться, чтобы Господь открыл и направил каждого из нас на этот путь. Все остальное – это детали. Основное препятствие – это личный эгоизм, произрастающий из секулярного мировоззрения. Вот главный враг, отнимающий наших детей у нас самих и у Христа.

– Сейчас при храмах создают спортивные секции, кружки, клубы, чтобы удержать молодежь. Как вы думаете, это поможет?

Священник Георгий Тарабан: Что касается кружковой работы, то этим я занимался на заре моей трудовой биографии. Могу сказать, что, по моему глубокому убеждению, это весьма перспективное направление. Вне учебного процесса, который и так весьма насыщен, очень трудно побудить детей снова садиться за парту и изучать закон Божий в классическом виде. Мнение специалистов, которые глубоко в теме, таково: надо искать такие методы, которые бы влагали духовно-нравственную суть в различные виды активности современного человека (и детей в том числе). И попытки есть. Степень успеха зависит от того, насколько интересна и целостна личность педагога (это не всегда священник) и насколько искренне все это делается. Дети готовы прощать случайные промахи, но «отбывание номера» не пройдет – никто ходить не будет. Вот и вопрос: а все ли способны к такой постановке задачи? Если нет – не надо и затевать, лучше поискать в себе иные таланты. А кто способен – Бог в помощь!

Священник Виталий Шатохин: Нужна приходская жизнь – богатая и разносторонняя. Необходимо организовать какое-то общее дело. К примеру, можно пойти почистить местные пруды или устроить «субботник»; организовать диспут с протестантами, с иеговистами; пойти ветеранов поздравить, навести порядок в их квартирах; сделать какие-нибудь поделки, которые можно будет отнести в детский дом. А можно просто вместе ходить в походы. В общем, приходская жизнь должна быть живая и как можно более разнообразная; главное – чтобы не было скучно.

Любое дело как-то может пригодиться в жизни человеку. Немножко соли православного миропонимания туда добавить, и это будет приемлемо для ребенка, чтобы он остался в Церкви. А если там живая молодежная атмосфера и он найдет там друзей, то шансы удержать молодого человека в лоне Церкви достаточно велики. К слову сказать, я и сам пришел к Богу в подростковом возрасте.

И еще. Для меня показатель – когда ребенок сам приходит на службу, без мамы. Приходит не для того, чтобы ему денежку заплатили за пономарство, и не потому, что завтра экзамен, а просто приходит помолиться, понимая, что ему нужно очистить свою совесть. Таких детей мало, но те, кто так поступают, уже не уходят из Церкви. А остальные… Пока ребенок не может противиться родительской воле, его тащат в храм, но как только у него появляется возможность отказаться от церковной «повинности», он скажет: «Не хочу», – и больше в храме не появится. Можно ли в таком случае будет сказать, что это был церковный ребенок, если он приходил на службу только с мамой? Большие сомнения…

 

Иеромонах Макарий (Маркиш)
Иеромонах Макарий (Маркиш)

Иеромонах Макарий (Маркиш): Не все идет от родителей, поскольку человек, в том числе и юный, обладает автономной свободной волей. А у нас принято об этом забывать и говорить о подростках как о неких механизмах, в лучшем случае как о домашних животных, с тем или иным успехом поддающихся дрессировке… Это ужасно, и расплата очевидна.

«Подростков вообще» не существует, существуют личности, все разные. Первое различие – между полами, и любой священник (и педагог, и милиционер, и следователь по уголовным
делам) подтвердит, что с юношами «проблем», бед и скорбей куда больше, чем с девушками. Почему – вопрос отдельный, а пока просто признаем, что именно юноши требуют особой заботы и внимания, причем в тем большей степени, в коей у них проявляются чисто мужские качества.

Отсюда вывод: да, военно-патриотические клубы, спортивные секции (бокс и борьба, а не художественная гимнастика), группы патрулирования улиц, народные дружины – наиболее перспективные формы приходской молодежной работы.

– Многие священники говорят, что у нас общинно-приходской жизни нет, поэтому подростки и уходят из Церкви. Как восстановить общину?

Священник Виталий Шатохин: Общинная жизнь начинается с готовности священника все свободное время проводить с прихожанами. Если у него есть решимость восстановить общину, то он будет оставаться с людьми, предлагать попить чаю вместе, обсудить сегодняшнее Евангелие или решить какую-то проблему: к примеру, у бабушки Мани сгорела дача, давайте поможем построить, и тому подобное. То есть из каких-то вполне обычных действий и складывается жизнь приходской общины, если, повторюсь, священник готов этим заниматься. Как правило, священнику просто этого не очень хочется. Но бывает еще и другая причина: у священника обычно большая загруженность. Священники могут быть задействованы на пяти-шести послушаниях: больница, казачество, семинария, вечерняя школа, средняя школа, воскресная школа… Но ведь работа с людьми не терпит какой-то халатности. Если на человеке висит сразу много дел, то, естественно, он будет делать их небрежно. А для того чтобы качественно работать с людьми, заниматься нужно чем-то одним. Идеально, когда в обязанности священника входит только богослужение и приход. Вот тогда батюшка может много сил отдавать своему приходу и действительно учить людей духовной жизни, помогая им решать насущные проблемы.

– От некоторых священников слышал, что подросткам изучать Священное Писание не очень интересно. А вы что думаете по этому поводу? К примеру, если подросткам предложить собираться за чаепитием, чтобы изучать и разбирать Писание со священником, им это будет интересно?

Священник Георгий Тарабан: Это хорошо, что батюшки стали замечать, что не всегда их стереотипы актуальны. Ведь существует наука педагогика, в ней много ответвлений (общая, возрастная, сравнительная педагогика, теория и методика преподавания, методика воспитательной работы, педагогическое мастерство и др.), которые, к сожалению, не преподаются на должном уровне в духовных школах. Вот батюшки и пользуются воспоминаниями своего далекого школьного прошлого. А ведь сейчас еще интереснее: становится доступным опыт зарубежный. Я как-то наблюдал, как проводят иностранцы-педагоги урок: задействованы все органы чувств на общем положительном эмоциональном фоне. Такое впечатление, что они просто шаг за шагом делали то, что написано в наших старых учебниках по педагогике. Так что не про чаепития нужно думать, а всерьез садиться за изучение педагогики и психологии.

Чаепития же не воспринимаю как метод обучения или воспитания категорически. Это мое личное мнение. Неорганизованное в педагогическом отношении времяпрепровождение всегда неконструктивно. В церковной среде чаепития рано или поздно трансформируются в перемывание костей священноначалия, передачу сплетен и небылиц. Если не ставится никакая дидактическая или воспитательная задача, то наши греховные навыки и немощи быстро заполняют этот пробел.

Если же беседа за чашкой чая – это грамотно подготовленный педагогический прием, который ставит конкретные задачи. Например, батюшка или кто-то из уважаемых взрослых лично разносит угощение, подавая пример готовности послужить даже самому маленькому, – это производит глубокое воспитательное впечатление; главное, чтобы это было искренне. В такой атмосфере легче говорить о том, как Спаситель омыл ноги Своим ученикам. И, поверьте, ни о какой скуке никто и не вспомнит.

Чаепитие само по себе не панацея, но при умелой организации может стать хорошим способом усвоения важных вещей. А может и не стать.

Мне кажется, главное – быть рядом с ребенком во всех видах его жизненной активности и научить его выживать как христианина во всех обстоятельствах современного мира. Ведь современные дети не только чай пьют. И нужно, чтобы кто-то из взрослых помог подростку разобраться, как ему действовать, где грань, пересекать которую без последствий нельзя, как создать и сохранить целостность своей души.

Иеромонах Макарий (Маркиш): Считаю, что такая форма изучения Священного Писания, как чаепитие, не будет полезна ни подросткам, ни взрослым. Сегодня есть гораздо более эффективные и разумные пути изучения Священного Писания, открытые для всех желающих. Литература в избытке, звукозаписи лекций и бесед тоже, не говорю уж об Интернете.

Но регулярное чаепитие со священником, застольные беседы – это, безусловно, замечательная форма приходской работы; ее надо стимулировать, рекламировать и правильно организовывать. Как правильно – зависит от целевой аудитории. Коль скоро мы говорим о подростках, надо добиваться того, чтобы именно для подростков они были интересны и привлекательны. Можно совмещать их с демонстрацией и обсуждением каких-либо материалов, предложенных ими самими, или
заранее просить кого-либо из них рассказать о чем-то интересном и волнующем.

Священник Виталий Шатохин: Полгода назад я начал со старшей группой воскресной школы – с 13 до 17 лет – разбирать Священное Писание, причем разбирать серьезно, глубоко: пять занятий мы рассматривали одну главу из Евангелия от Матфея. Им нравилось. Конечно, если подходить к этому формально и воссоздавать ту же бездушную и безрадостную атмосферу, которая знакома детям по общеобразовательной школе, только с молитвой перед началом занятий, то, конечно, так они долго не выдержат. А если это неформально: устали – давайте чайку попьем, интересный фильм или даже мультик интересный посмотрим, то, думаю, эффект будет совсем другой. То есть все должно быть просто и по-дружески. Причем именно в подростковом возрасте необходимо, чтобы преподаватель был старшим другом для ребят. Если он не смог завязать с ними нормальные, дружеские отношения, а просто пришел, лекцию прочитал и ушел, то, конечно, это никакого впечатления не произведет. Молодых людей надо заинтересовать, а сделать это можно, только создав на занятиях теплую и дружескую атмосферу. Если у подростка будет два-три друга или подруги в воскресной школе, то он будет туда ходить. И неважно, что он будет там делать: рисовать, изучать Евангелие или учиться пению.

http://www.pravoslavie.ru/guest/39176.htm

Рубрики:  Церковь, богословие

Метки:  

Пилигрим русского севера.

Понедельник, 20 Сентября 2010 г. 15:00 + в цитатник

 

Об исканиях известного лондонского фотохудожника

Английский дневник

Что ближе лежит – тем мужик не дорожит. Вот придумал я такую поговорку – так сказать, в дополнение к собранию Даля – после того, как в Интернете наткнулся на блог одного англичанина. Как и Владимир Иоганович Даль, происходивший не от русского роду-племени, так и этот англичанин – Ричард Дейвис – всей душой проникся русским народным наследием. И стал собирателем. Только не слов и поговорок, а... храмов. Восемь лет он уже ездит по дальним уголкам Русского Севера и фотографирует деревянные церкви. Конечно, и среди наших соотечественников есть такие энтузиасты (скажем, питерец Валерий Корсаков, давний наш автор, изъездивший Карелию с целью зафиксировать на плёнке умирающие старые церковки), но чтобы иностранец...

Почему мне горькие поговорки-то в голову полезли – Ричард в своём блоге упомянул храм Петра и Павла, что в селе Вирма Беломорского района. А ведь это моя родина. Помню, закадычный друг моего детства лазил туда в «попа» играть – голосил там и по-поповски, и по-дьяконски. А крёстная его, бабка Фотиния, дружка моего гоняла. Она была смотрительницей «памятника архитектуры», который долгие годы стоял в лесах. Ничего выдающегося в этом храме мы не видели. Ну, старинный – на охранной табличке 1625 год значится. Чего ж такого? Мы и подумать тогда не могли, что сюда, в отдалённое поморское село, из-за моря-океана иностранцы потянутся – лишь чтобы взглянуть на старые брёвна. Ричард Дейвис приезжал аж дважды – в разные времена года запечатлеть «пятиглавое чудо с чешуйчатыми куполками». В его интернет-блоге много таких снимков: храмы зимой и летом, до реставрации и после. Не лень же ему возвращаться на одно и то же место и фотографировать, фотографировать...

В своём блоге Ричард пишет только по-английски (русским он не владеет), поэтому его читают в основном на Западе. Не знаю, насколько интересны им приключения фотографа в России, но я читал с любопытством. Вот одна из дневниковых записей – о том, как он ездил на Пинегу:

«26 февраля 2005 г. Ранний подъём. Солнце (красное, удивительно красивое) только что поднялось, и ландшафт покалывает глаза искрящимся снегом. Мы проехали по лесу мимо четверых парней, сидящих на обочине с бурами, рыболовными снастями и котлами. Дорога петляет, и аккуратный Леонид управляет УАЗом осторожно, 80 км в час. Через два часа прибываем в Пиринемь. Здесь на берегу реки возвышалась чудесная церковь XVII века, но сгорела дотла двадцать лет назад (фото её знаю по книге 1976 года). Но есть ещё два храма, которые уцелели за рекой Пинегой в деревне Едома. Молодой парень объясняет нам маршрут, как добраться до церкви – оказалось, что можно только на лошади. Леонид видит лошадь и убегает договариваться с её хозяином. Слава запрягает её в сани, и вскоре Алекс и я (Леонид остался с УАЗом) уже в пути. Увлёкшись, я пытаюсь фотографировать поверх крупа Алиски (лошади) и лечу в снег. Поездка бодрит...


В сугробах. У Вознесенского храма в с. Ракулы Архангельской обл.

Прибыв в деревню, мы поняли, что церковь ещё на километр дальше и там снега по пояс. Один из пятерых жителей-зимовщиков Едомы – пожилой человек, нуждающийся в косметическом лечении зубов, – доброжелательно предложил нам две пары лыж. Мне достались лыжи с весьма несовременным креплением, но кое-как приладили их к своим ногам. Мы с Алексом пошли к храму, и Слава мужественно последовал за нами, проламывая наст и глубоко утопая в снегу в своих валенках. Я шёл осторожно, но скоро свалился и барахтался в сугробе как жук. Так мы продвигались, пока не достигли храма. К этому времени я был вывалян в белом, как снежный человек. Установил штатив, ножки его ушли глубоко в снег, но верхушка ещё торчала, так что смог установить фотоаппарат. Надо было как-то исхитриться маневрировать на лыжах у фотоаппарата и не провалиться. В уже упомянутой книжке фото этой церкви Святителя Николая (1700 г.) было опубликовано в 1976 году, тогда ещё с великолепным шатром, ныне утраченным. Сейчас особенно красиво смотрится стоящая чуть поодаль колокольня – на фоне мягко падающего снега.

На обратном пути в санях Алекс попросил Славу приглядывать за мной, чтобы я не свалился. Я вежливо ответил, что в этом нет надобности. Слава – 25-летний человек приятной наружности, с голубыми глазами и румяными щеками, он женат и имеет двухмесячную дочку, работает водителем грузовика. Работы, правда, мало, он вынужден подрабатывать, но и на подработке бывает трёхмесячная задержка с зарплатой. Мы с ним сердечно попрощались.

Леонид рассказал, что выше по Пинеге, в Верколе, монахами-энтузиастами восстанавливается церковь пророка Илии (XVII век). Наше путешествие продолжается...»

Как можно понять из дневника, Алекс – это Александр Гаврилович Попов, доцент Санкт-Петербургского университета. Звоню ему в Петербург, трубку поднимает супруга (сам хозяин оказался в отъезде):

– Ричард Дейвис? Да, знаю такого. Он однажды приехал в Петербург по линии туристического агентства, ему понадобился переводчик – и с той поры муж его сопровождает в поездках. А я помогаю выбирать маршруты, где есть красивые храмы.

Интересуюсь у Елены Гдальевны, кто же этот англичанин: учёный или просто чудаковатый турист?


Внутри деревянной Успенской церкви (1774 г.)
Карелия, г.Кондопога

– Знаете, сейчас по нашему Северу ездит много интуристов, и все щёлкают фотоаппаратами, – ответила она. – Но Ричард не такой. Во-первых, он известный на Западе фотохудожник. Является официальным фотографом Лондона – если в британской столице появляется новая постройка, меняется архитектурная среда, тогда Ричарду дают заказ это запечатлеть. Заказы ему приходят со всего мира – и он ездит фотографировать все более-менее выдающиеся здания. Много лет он сотрудничает с ведущими архитектурными мастерскими, в том числе со студией Нормана Фостера – того самого, что построил знаменитый небоскрёб Мэри-Экс и спроектировал новый Всемирный торговый центр в Нью-Йорке. Не так давно лорд Фостер представлял в Петербурге своей проект Новой Голландии – и в качестве фотографа с ним приезжал Ричард.

То есть Ричард живёт этим, у него много замечательных архитектурных снимков. Но что интересно, первую свою персональную выставку фоторабот он посвятил именно русскому деревянному зодчеству – тем церквушкам, что находятся под угрозой уничтожения. И проходила эта выставка в России. Потом были другие выставки, буквально в эти дни его экспозиция находится в Каргополе – она как колокольный набат призывает спасти древние храмы.

Елена Гдальевна работает в «Ленспецреставрации», поэтому её сопереживание деревянным храмам понятно. Спрашиваю: а почему англичанин так ими заинтересовался?

– Это, наверное, личное. Однажды Ричард листал книгу с иллюстрациями русского художника Билибина и был впечатлён... Да вы у него сами спросите. Он человек общительный.

С помощью Интернета связываюсь с Лондоном. И Ричард, действительно, нашёл время ответить на вопросы.

100 лет спустя

– Ричард, а что в рисунках Билибина вам так понравилось?


Ричард Дейвис в северной деревне Усть-Яндома

– Они очень красивые, очень романтические и, главное, очень русские. Конечно, мир его рисунков сказочен, и я ни минуты не сомневался, что этот мир никогда не существовал в реальности. Просто был благодарен Ивану Билибину, что могу погрузиться в этот мир, листая книгу «Сказки» с его иллюстрациями. Но однажды я наткнулся на открытки с билибинскими фотографиями деревянных русских церквей и был поражён: а ведь архитектура его «сказочного» мира вполне реальна! Тогда я решил отправиться на Вологодчину, где он их фотографировал, а также в Карелию и Архангельскую область, чтобы своими глазами всё увидеть. Была надежда, что эти чудные деревянные храмы ещё существуют, хотя с того времени прошла целая эпоха – революция, разные войны, годы советской власти. Билибин ездил по Русскому Северу летом 1902 года, и в своё путешествие я отправился летом 2002 года – ровно через сто лет.

– И много сохранилось храмов – из тех, что были на открытках Билибина?

– К сожалению, немного. Например, на одной из его открыток меня восхитила церковь Преображения Господня. Ныне от неё осталась лишь одна колоколенка. Стивен Грэм, мой соотечественник, в своей книге в 1912 году написал, что видел на Русском Севере тысячи церквей. А я за девять поездок встретил всего семьдесят. С собой я всегда беру справочники, изданные в СССР в 70-е годы, в том числе замечательную книгу Александра Ополовникова «Деревянная архитектура России», переведённую на английский. Увы, даже из того, что было сфотографировано в 70-е годы, многое утрачено. Деревянные церкви горят от пожаров, разрушаются по нерадению. Один прекрасный храм рассыпался на брёвнышки, когда местный тракторист случайно дал задний ход и врезался в него. Причины разные...

Отчасти в России произошло то, что было и в Англии. У нас иконоборцы на протяжении веков делали всё, чтобы разрушить средневековое наследие. Во время реформации сжигали иконостасы, разбивали скульптуры и витражи. Между тем большинство церковных зданий у нас сохранилось доныне. Русским не так повезло, и деревянные церкви во время богоборчества были особенно беззащитны. Они уникальны, и надо приложить все усилия, чтобы обеспечить их сохранение.

Поиск вечности


Исаак Левитан. «Над вечным покоем»

– В своём блоге вы пишете, что не только Билибин, но и Левитан с его картиной «Над вечным покоем» подвигнул вас к путешествиям по Русскому Северу. Кажется, вы даже пытались найти место, идентичное тому, что на картине?

– Когда я путешествую по Русскому Северу, то всегда держу в уме эту картину – в ней для меня заключён окончательный, совершенный образ северного Храма. Сам я не умею говорить красиво, поэтому лучше процитирую: «Безграничное водное пространство, глубокое как космос, обнимает островок с заброшенными церковкой и погостом и вводит в душу ощущение грандиозности, вечности Вселенной – и ограниченности человека, его такой краткой жизни». Это я прочитал в буклете в Третьяковской галерее. Но если внимательно взглянуть на картину, то видно, что церковка не совсем заброшена – из её крошечного окошка падает отсвет яркой лампады. Там кто-то молится – ангел или человек, неизвестно. Когда я это заметил, то весь пейзаж вдруг преобразился, стал одухотворённым.

– У нас в России есть самодеятельный поэт Эрнст Саприцкий, который в 65 лет начал писать стихи. У него родились такие строчки:


Над вечным покоем космический вид,
Как будто церквушка над миром парит...
Бескрайние дали, убогий погост,
От церкви лежит во Вселенную мост.
Отсюда стартуют бессмертные души,
С последнего мыса окраины суши,
Оставили здесь они тяжесть оков,
И машут им вслед только руки крестов.
Их ветер уносит в безбрежную даль,
А здесь остаются тоска и печаль...
Уходит на запад прощальное солнце,
Лишь светится ветхой церквушки оконце.

...Вот он тоже заметил на картине, что окошко-то светится! Как я понял, вы пытались найти эту церквушку в России?

– Однажды, читая книгу Аверила Кинга о Левитане, я узнал, что эту картину он писал близ Вышнего Волочка, на озере Удомля. Дальнейшие розыски подтвердили это, заодно я обнаружил, что если пейзаж он списал на Удомле, то храм для картины срисовал чуть выше по Волге, в городке Плёс. В мае 2009 года со своим московским другом я отправился туда в поисках «вечного покоя», надеясь увидеть хотя бы по отдельности пейзаж и храм – и всё это зрительно соединить.

Та церковка Петра и Павла, которую Левитан зарисовал в 1893 году, стояла чуть выше Плёса, на холме. К сожалению, как нам объяснил музейный работник, в 1903 году она сгорела, а рядом с пепелищем вместо неё построили каменный храм. В советское время в нём устроили электроподстанцию. А в 1974 году возник проект поставить на месте исчезнувшего левитановского храма точно такой же. Этот проект осуществил в 80-е годы реставратор Ополовников: похожий храм он нашёл в Ильинском районе Ивановской области. Этот храм несколько новее, XVII века (левитановский был XVI века), но имеет схожие очертания и конструкцию. Когда мы приехали, он стоял без купола и в лесах – реставраторы меняли подгнившие брёвна.


Озеро Удомля. Современный вид

Из Плёса мы отправились на озеро Удомля. Да, там великий простор... а на другом берегу озера возвышается дымящийся гигантский конус из бетона – Калининская атомная электростанция. Позже я наткнулся в Интернете на репортаж о том, как премьер-министр Путин вместе с министром атомной энергетики Кириенко приезжали на левитановское озеро, куда атомная станция сбрасывает отработанную воду. Кириенко рассказывал Президенту, что самолично плавал в Удомле с аквалангом и ел уху из местной рыбы. Может, экология там и не нарушена, но левитановского пейзажа уже нет.

После той поездки я пытался найти «Над вечным покоем» на Русском Севере. В деревне Кондобережная на Онежском озере вроде бы увидел знакомый пейзаж. Тот же серебряный водный простор, космическое небо, церковка... Но сколько ни ходил вокруг с фотоаппаратом и штативом, так и не смог найти нужный ракурс. В итоге получился снимок с верёвкой на переднем плане, на которой сушатся рубашки, носки и полотенца. В довершение ко всему шест, к которому крепилась верёвка, венчал флюгер в виде деревянной модели аэроплана. Помню, с озера дул бриз, пропеллер самолётика вертелся и трещал. «Под вечным домашним бытом» – на иное название снимок не тянул.

– И вы оставили поиски?

– Русский Север большой. Там много мест, где я не был, о которых пока даже не знаю.

Север и северяне

– По вашему ощущению, есть ли разница между жителями центральной России и северянами, с которыми встречались? Насколько она велика – настолько же, как между англичанами и шотландцами?

– Я не ездил много по центральной России, поэтому не могу сравнивать. Хотя уверен, люди, живущие в изолированных местах Севера, в экстремальном климате, конечно, имеют свои особенности. Мы встретили там много замечательных, великодушных людей, в морозные дни насладились их тёплым приёмом и были очень благодарны за блины и водку, которую нам предлагали. Шотландцы, кстати, тоже большие патриоты своих напитков и горячей каши, которые хорошо согревают зимой. Но дождливые, ветреные шотландские зимы не сравнятся с волшебством искрящегося снега тех зимних дней, что я прожил на Русском Севере. Ещё одна отличительная черта русских поморов – у них есть уникальный опыт выживания в сложной природной среде с минимумом материальных ресурсов. Когда нет возможности решать проблемы с помощью денег, они начинают изобретать замечательные способы борьбы с трудностями. Этот жизненный принцип необыкновенно ценен, на него стоит обратить внимание каждому.

– Что ещё вам запомнилось в поездках?

– Для меня каждый день путешествия по Русскому Северу был приключением. Бесконечные мили лесных дорог никогда не вводили меня в скуку. Встречалось так много чудесных вещей, замечательных людей, поразительных историй, которые нам рассказывали. Мы путешествовали на джипах, лодках, поездах и самолётах, на санях и лыжах, и даже на собственных коленях, когда проваливались в сугробы. Запомнилось, как русский парень Валентин на своей величественной лошади Веточке, запряжённой в традиционные деревянные сани, перевозил нас через замёрзшую Пинегу – температура была -30 градусов. Или как в Плесецке нас задержали и в течение двух часов допрашивали органы безопасности. Не зная, что это закрытый для иностранцев город, мы остановились в нём на ленч. Или как гребли на лодке через Яндомозеро, или как нас накормили замечательной ухой в Медвежегорске, а в Ошевенске, близ Каргополя, потчевали превосходной пасхальной трапезой... Многое вспоминается.

– В нынешнем году вы из Каргополя ездили на Белое море. Какие впечатления?

– Нам рассказали, что близ города Онега сохранились древние храмы, и мы поехали, чтобы их сфотографировать. Сначала попали в Ворзогоры – в село, что стоит на Белом море, в 25 километрах от Онеги. Одна из двух ворзогорских церквей была на реставрации, и в ней уже возобновилась приходская жизнь. А другая до сих пор используется как клуб – она окрашена яркой, аляповатой краской, внутри устроены театральные подмостки, колокольня так перекосилась, что кажется, вот-вот упадёт на голову. Оба храма открыли для нас, позволили фотографировать.

На следующий день мы взяли лодку до села Пурнема, что на северном берегу реки Онега. Там тоже две церкви – в очень плохом состоянии, и, как мне показалось, их воля к жизни уже иссякает – они погибнут, если им срочно не помочь. Был солнечный день, и мы воспользовались редким случаем, чтобы искупаться в Белом море, ныряя с лодки. Из-за аномальной жары вода оказалась тёплой – даже не верилось, что четыре месяца назад это море было сковано льдом.

Затем мы отправились в Малошуйку, где также есть две церкви. Добраться туда можно только на поезде, который следует на Беломорск. Опять был солнечный, жаркий день, и две церкви с колокольней смотрелись великолепно на фоне синего неба. Матильда Маритон, которая путешествует со мной по Русскому Северу с 2005 года и умеет говорить по-русски, сходила пообщаться с местными. Она вернулась с несколькими интересными историями. Время до поезда ещё было, и мы присоединились к мальчишкам, купавшимся в реке близ храма.

На обратном пути в Каргополь мы посетили храмы в Подпорожье и Турчасово, где уже однажды были. Две изумительные церкви по-прежнему находятся там в плачевном состоянии и требуют незамедлительного ремонта, иначе скоро они исчезнут.

– Встречались ли вы с русскими священниками, монахами или просто верующими людьми? Какое впечатление осталось после общения с ними?


Внутри храма в селе Ворзогоры. Он требует ремонта, но уже появились иконки... Снято летом нынешнего года

– Многие храмы, которые я посетил в первое своё путешествие, очень долгое время не видели священников, и там не было молитвы. Однако в последующие приезды я заметил признаки их оживления – на стенах внутри появились иконы, зачастую очень простые, бумажные. Их принесли местные православные люди. От них я услышал, что и священники стали приезжать в эти заброшенные храмы – как минимум раз в год, на престольный праздник. С некоторыми из священников мне тоже довелось общаться. Например, в Кеми местные монахи рассказывали о проблемах, связанных с присмотром за деревянным Успенским собором, что стоит на городской набережной. Храм этот называют «энциклопедией» северного деревянного зодчества, поскольку он один из древнейших на Беломорье.

А в 2008 году в Ошевенске, под Каргополем, мы удостоились привилегии присутствовать на Пасхальной всенощной службе. Храм был заполнен молодыми и старыми, и я почувствовал, как благожелательны к нам люди, каждый взгляд словно говорил: «Добро пожаловать». Матильда потом общалась с отцом Виктором и была очень впечатлена.

С прихожанами нам по-любому приходится встречаться. Как правило, ключи от храмов хранятся у старост, и мы обращаемся к ним, чтобы сфотографировать внутри. Когда объясняем цель своего приезда, то чаще всего нам оказывают содействие. Но иногда, пока не объяснишь, ключа не увидишь – его просто «niet». Но в целом русские северяне – потрясающий народ. Их архитектура повторяет их характеры – от деревянных храмов ведь даже в самый сильный мороз веет теплом. Так и от людей.

Где теплее молиться

– По профессии вы архитектурный фотохудожник. Чем, на ваш взгляд, отличается церковная архитектура от светской? Что именно придаёт ей религиозность?

– Церкви строятся во славу Божью – и они как бы сфокусированы на вечности. По сравнению с ними все другие строения приземлены в своих стремлениях – они нуждаются в водопроводе, туалетах, кухнях, спальнях, буфетах, начальственных кабинетах, местах для собак и кошек, кондиционерах и так далее, и так далее. Вот это внутреннее содержание – оно всегда себя проявляет. Как ни украшай обычное жилище, оно всегда будет жилищем. А храм всегда будет храмом.


«Лемехи» Яна Каплицки на здании
в Бирменгеме

– Как вы думаете, можно ли использовать стиль русских деревянных храмов в современном архитектурном дизайне? Я видел вашу фотографию «чешуи» на каком-то здании в Бирмингеме, которая очень похожа на деревянные лемеха церковных маковок. Кто придумал такое покрытие?

– Вы имеете в виду универмаг Сельфриджа в Бирмингеме? Его спроектировал Ян Каплицки, основатель и глава известной архитектурной и дизайнерской фирмы Future Systems. С Яном мне посчастливилось работать много лет. Он эмигрировал из Чехословакии, когда в 1968 году советские танки вошли в Прагу, так что у него не было резонов любить Россию и русских. И я немного нервничал, когда первый раз показывал Яну свои снимки деревянных русских церквей. Но он сразу же восхитился и проникся их простотой и величественностью... У него было удивительное, выходящее за рамки современной обыденности видение той архитектурной среды, в которой мы могли бы жить. Печально, что он умер год назад, так и не воплотив многие из своих идей.

Я думаю, архитектор не должен полностью копировать стиль русских деревянных церквей, но он может, вдохновляясь этой красотой, попытаться построить нечто равное по красоте.

Русские деревянные церкви могли бы многому научить современных дизайнеров. Эти храмы показывают нам, как технологическая ограниченность того времени подвигала плотников и архитекторов к совершенству – ведь приёмы строительства обыкновенной избы (простая рубленная клеть в четыре угла) использовались и при возведении изумительного, прекрасного Преображенского собора в Кижах. Нынешние архитекторы обязаны стремиться к ограничению современных технологий и тем самым учить нас и будущие поколения чувству меры, то есть основам истинной красоты.

Почему так привлёк меня образ русской деревянной церкви? Простота и утончённость её конструкции, её удивительно органичная вписанность в северный пейзаж под северными небесами, даже цвет и текстура её брёвен цельно входят в её совершенный образ.

– Наверное, в деревянных храмах «теплее» молиться Богу, чем в каменных? Как вы думаете?

– Знаете, лично мне русские деревянные храмы очень напоминают чудные средневековые соборы, какие есть у нас в Англии. Хоть те и каменные, но что-то общее есть. И те и другие изумительно «совпадают» с той местностью, где они построены, в них выражена вечность бытия. Дело ведь не в том, какой материал использован.

Что же касается молитвы, то по мне, так лучшее место для неё там, где я нуждаюсь в молитве. А там, где не чувствую «на земли мира, в человецех благоволения», – там вера начинает теряться.

– Как друзья и родственники относятся к вашим поездкам в русские «bears corners» (медвежьи углы)?

– Мои английские друзья и семья рады тому, что я счастлив в этих путешествиях, но не всегда разделяют мой энтузиазм. Говорят: ох, уж этот фотограф!

Планы на будущее


Церковь пророка Илии в Карелии
(с выставки в Хельсинки)

И всё же Дейвис не простой фотограф. Как рассказала Елена Гдальевна Попова, его сверхзадача – мобилизовать зарубежную помощь в сохранении русской архитектурной старины. В Лондоне проживает много русских эмигрантов, и Ричард два года назад организовал там фотовыставку, рассчитывая на их отклик. А в нынешнем году на свои же средства устроил выставку в Хельсинки и самолично на машине привёз туда из Лондона двести своих фоторабот в рамах.

– Я тоже там была и видела, какая масса народа пришла посмотреть, – вспоминает Елена Гдальевна. – Мне даже показалась, что финны наши северные церкви подспудно считают «своими», такое у них отношение. На той же выставке был стенд с рисунками одного финского учёного. Накануне аннексии Советским Союзом у Финляндии части «внутренней Карелии» он проник на эту территорию и зарисовал деревянные церкви. Думал, что их уничтожат. И отчасти был прав, поскольку многие церквушки потом разрушились. Так что Ричард нашёл в Хельсинки людей весьма заинтересованных в сохранении храмов. Нашёл он поддержку и у консула Великобритании в Петербурге, который на днях открывал его выставку в музее Иосифа Бродского, что на площади Искусств. Консул с большим интересом посмотрел фото северных церквей и обещал Ричарду поддержку.

Нынче в декабре будет презентация книги Дейвиса, которую печатают в Германии. В неё вошли не только фотоснимки храмов, но и разные истории, записанные при встречах с русскими северянами. Попал в книгу и удивительный случай, связанный с семьёй Поповых. Однажды Ричард Дейвис побывал в селе Верхняя Уфтюга, что в Красноборском районе Архангельской области, и сфотографировал там церковь св. Димитрия Солунского – самую древнюю в тех местах. Снимок получился очень красивым, и Александр Гаврилович попросил Ричарда подарить его.

– Из всех снимков за все годы мой муж попросил только одну фотографию – вот этого красивого шатрового храма, – рассказывает Елена Гдальевна. – И Ричард прислал ему из Лондона. Муж заказал рамку, и фотокартина стояла у нас на видном месте. Почему она была так дорога мужу, он и сам объяснить не мог. И вдруг мы получаем выписку из Вологодского архива о том, что в этой церкви в 1840-е годы служил его прапрадед – священник Иван Иванович Попов. Вот так генетическая память проявилась!

На самом деле русские не забыли о своём наследии, считает сотрудница «Ленспецреставрации»:

– Восстановление некоторых храмов потихоньку ведётся. Появляются спонсоры, какие-то московские люди берутся «шефствовать» над отдельными церквушками, каждое лето приезжают, вкладывают свои деньги. И местные православные многое делают. Но этого недостаточно, другие-то церквушки гибнут.


Ричард перед храмом в Усть-Яндоме. Сфотографировала его верная спутница,
художница Матильда Маритон

Слушал я рассказ питерского научного работника и вдруг представил, как «со стороны» смотрит на это англичанин Дейвис. Наверное, для него ситуация не лишена абсурда. Есть храм. Как правило, стоит он в деревне или неподалёку от того места, где живут люди. Также есть местная власть, есть и федеральная. Храм стоит и... разрушается. Разве не абсурд? Можно ли представить такое в Англии?

Чтобы исправить ситуацию, Ричард Дейвис собирался открыть фонд для сбора средств, но его отговорили: при нынешней ситуации в России фонд просто разворуют. Мол, уже есть Российский фонд культуры – и что? Да ничего. В прошлом году умер один из его основателей и член президиума – Савелий Ямщиков, «реставратор всея Руси», как его называл Н. Бурляев. Говорят, что этого кристально честного человека вогнали во гроб нынешние проблемы, связанные с фондом.

Между тем англичанин продолжает строить планы: «Если привлечь широкое внимание к уникальным памятникам, то на Север поедут туристы – как русские, так и из-за рубежа. И сразу найдутся средства на реставрацию церквей. На это совсем не нужно много денег. Необходимо лишь заменить сгнившие части на новые. Можно вспомнить опыт Японии, где деревянные храмы полностью перестраиваются каждые тридцать лет. Во время своих поездок я встретил женщину, которая на свои деньги нанимала рабочих для замены сгнивших перекрытий церкви в её родном селе, чтобы внутрь не проникали снег и дождь. Это и вправду небольшие деньги! В Британии я показываю свои фотографии архитекторам, с которыми работаю, – возможно, кто-либо из них заинтересуется этой проблемой...»

Так что же, «заграница нам поможет»? Или сами справимся? Не знаю. Пока что всё у нас происходит по известной поговорке: что имеем – не храним, потерявши – плачем. Или уже не плачем?

Михаил СИЗОВ
Фото Р. Дейвиса, присланные автором в редакцию «Веры»,
http://www.rusvera.mrezha.ru/619/3.htm

Рубрики:  Православная библиотека

Метки:  

Теология экуменизма: мистические узы христианского единства

Понедельник, 20 Сентября 2010 г. 11:37 + в цитатник

«Историей образована пропасть
между нашей и Западной Церковью.
Но как ни глубока эта пропасть,
всё-таки она вырыта не Божиими,
а человеческими руками».

В. С. Соловьёв

Церковь – это живой организм, нельзя этот благодатный живой организм человеческими руками сковать и держать в мире собственных идей. Многие вещи, к сожалению, судятся под углом зрения не Божественным, а человеческим. Разделение между христианами накладывает со временем на каждого определенный психологический отпечаток – стагнация, обособленность друг от друга, взаимные претензии. Необходимость преодолеть этот исторический христианский партикуляризм сегодня ощущается остро, ибо христианство призвано быть «одним телом в едином духе» (ср. Еф.4,4). И это призвание должно быть актуализировано в экуменическом движении. Православные христиане по-разному реагируют на слово «экуменизм». Зачастую неадекватная реакция некоторых христиан обусловлена тем, что они рассматривают экуменизм через призму собственных «богословских» стереотипов, идей и предрассудков, не имеющих никакого отношения к истинным предпосылкам экуменического диалога. Поэтому цель данной статьи представить богословское осмысление основных предпосылок для сближения и единения во Христе.

Основой единства Церкви является Господь Иисус Христос, Святой Дух созидает это единство. В символе веры — Никео-Константинопольском (381 г.) — мы единодушно исповедуем и веруем в единую, святую, соборную (кафолическую) и апостольскую Церковь. Единство Церкви, конечно же, не определяется и не обуславливается только церковно-политическим и каноническим единством, но единство, соборность, святость, кафоличность и апостольство актуализируются, прежде всего, в единстве исповедании кафолической веры в Триединого Бога: христиане в эмпирической действительности объединены исповеданием в то, что в Иисусе Христе, который именуется и исповедуется Сыном, сам Бог открыл себя как Отца, и в Святом Духе Он дарит людям общение с собой, призывая их в Церковь. В этом суть «онтологии», реальной основы единства. Подобно тому, как в самом факте Боговоплощения обе природы во Христе (божественная и человеческая) соединены (в единстве Божеской Ипостаси Сына Божьего) неслитно, неизменно, нераздельно, неразлучно («ἐκ δύο φύσεων [ἐν δύο φύσεσιν], ἀσυγχύτως, ἀτρέπτως ἀδιαιρέτως, ἀχωρίστως γνωριζόμενον». Из халкидонского догмата 630-ти св. отцов IV Вселенского собора, 451 г.), — так и в Церкви, которая в мистическом измерении есть Тело Христово, ее видимая, историческая, сторона соединена неслито и нераздельно с ее невидимой (мистической) стороной. Таким образом, Церковь Христова в своем земном историческом воплощении онтологически неотделима от небесной.

Проблема христианского исторического единства является актуальной проблемой Церкви. Разделение между Востоком и Западом – это конфессиональный исторический грех. Для экуменически мыслящих христиан, эта неполнота вселенского христианского единства вызывает чувство тревоги и беспокойство в том смысле, что видимое каноническое разделение является соблазном перед лицом нехристианского мира. Проблема христианского единства, это проблема христианской полноты – полноты истины, но при этом каждая историческая христианская конфессия осознает себя носителем этой полноты. Мы забываем о том, что христианство, единое по своей богочеловеческой природе, в культурном, социальном, интеллектуальном плане – многообразно: в истории действует не только Бог, но и человек. Синергия Божества и человечества определяет сущностный конфессиональный признак и экологию духовной жизни. Таким образом, Церковь как Богочеловеческий организм актуализируется в культурном многообразии, но культурный элемент (традиция, обряд) является этническим атрибутом, а само христианство по своей природе – универсально: во Христе культуры «объединяются, не сливаясь» (ср. Кол. 3,11). Но зачастую божественный элемент в Церкви усложняется элементом человеческим, поэтому гарантий чистоты божественного вне христианского единства не может быть. И речь идет не столько об искажении истины, сколько о способах выражения этой истины. Христианское единство – это символ благодатной полноты, и в этой полноте истина осуществляется «в единстве многообразия». Но что есть истина? В христианстве истина персонифицируется и возводится в сакральный ранг. Ее воплощением — стал Христос; Он стал образцом всякой правды и отражением вечной истины (1 Пет. 2,22). Большая привилегия — знать Христову истину, но каждый познает истину в той мере, в какой это может быть необходимо и полезно для него.

Церковь имеет духовный и мистический характер в том смысле, что земной (видимый) аспект Церкви возможно мыслить только во Христе и Духе Святом. Это положение говорит о том, что сущностное единство Церкви актуализируется через Христа в Духе. Но человеческий элемент, как творческая (позитивная/негативная) сила в земной Церкви, в силу своего несовершенства выражает христианское Откровение сугубо в рамках конфессионализма, тем самым нанося ущерб вселенскому сознанию. Мы православные говорим, что вселенская истина осуществляется в поместной евхаристической полноте, в евхаристическом союзе Поместных Церквей; говорим, что святая, соборная и апостольская Церковь — это и есть Православная Церковь (восточно-христианская поместная полнота). Однако нельзя с этим вполне согласиться, потому что «ортодоксия» — это внутреннее качество всей Церкви Христовой, а не атрибут конфессионализма. Римско-Католическая Церковь (западный тип христианства) также является святой, соборной и апостольской Церковью, исповедующая во всей своей полноте ортодоксальную кафолическую веру. Само слово «православие» означает исповедание Истины. Поэтому каждый католик в душе — православный, а каждый православный в душе — католик. Таким образом, конфессионализм (как и каноническое «единство Церкви») есть категория историческая, обусловленная эволюцией церковного богочеловеческого организма. Человеческий элемент накладывает сам границы на свое исповедание кафолической веры в Бога. Экуменически мыслящий православный христианин верует и исповедует, что вселенская Церковь Христова актуализируется не в конфессионализме, а в мистическом единстве и целостности двух земных христианских Церквей — Запада и Востока.

Согласно Максиму Исповеднику, если Христа кто-то исповедует ложно, то общение с ним становится невозможным. Видимое единство Церкви, таким образом, определяется и обуславливается не столько церковно-политическим, каноническим единством, а сколько исповеданием ортодоксальной кафолической веры. Вся суть ортодоксии кафолической веры выражена в Никео-Константинопольском символе веры. Символ веры исторически связывает христиан Запада и Востока исповеданием в то, что в Иисусе Христе, единородном Сыне Божьем, сам Бог открыл себя как Отец, и в Духе Святом Он дарит людям общение с собой, призывая их в Церковь. Таким образом, критерием ортодоксальности («православности») является догматизм этого символа – в свете Троичного догмата определяется ортодоксия. Римско-Католическая Церковь исповедует и признает непреложное достоинство этого символа, как выражение единой кафолической веры Церкви Христовой.[1]

Сущностной связью между христианскими Церквями является верность апостольскому Преданию, апостольская преемственность во всей своей полноте и Евхаристия. Взаимное признание таинств – это видимая форма невидимой, мистической, связи между обеими земными Церквями. По своей природе Евхаристия — одна во времени и пространстве, она не может быть разделена, потому что Тело Христово — неделимо. Таким образом, Евхаристия воплощает в земном измерении мистические узы единства.

Христианство это не только откровение Истины, но и откровение Любви: «Заповедь новую даю вам, да любите друг друга» (Ин. 13,34). Новая заповедь потому, что она – Сам Христос, сама Любовь Божия, которая даруется нам, и Церковь Христова пребывает в Его любви. И главная цель христианского экуменизма – это восстановления видимого единства в любви. В любви Церковь Христова актуализируется и воплощает Истину во всей своей полноте. Правая вера во Христа объединяет, а любовь — скрепляет узы единения. Но видимая актуализация единства — это дело Святого Духа — Дух побуждает, а христианин воплощает. Тот, кто верен Христу не может грешить против Его любви, не может идти против истины, а истина в том, чтобы христианские сердца пребывали в единстве и любви, следуя завету Христа. Христианину, который жаждет видимого христианского единства, помогает Дух Святой – Дух изменяет его сердечное настроение, ум, преображает его психологическую ментальность. Ведь экуменизм – это не просто какое-то внешнее движение, «борьба за что-то», это, прежде всего, состояние души.

Теологическая основа экуменического движения выражена в евангелии от Иоанна: «да будут все едино, как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино» (Ин. 17,21). В этих словах выражается христоцентризм экуменизма, христианское чаяние единения в любви. Христос – это целостная Истина, поэтому христианская целостность может быть только во Христе. Христос выражает свое желание и призывает быть всем вместе – это Его сакральный завет. Поэтому христиане должны стремиться к единству во Христе, чтобы осуществить на деле свою христианскую бытийность: «Заповедь Его та, чтобы мы веровали во имя Сына Его Иисуса Христа и любили друг друга, как Он заповедовал нам» (1Ин. 3,23). Экуменизм характеризуется, прежде всего, реставрацией видимых потерянных отношений между конфессиональными Церквями. «Борьба» за единство требует честности и открытости, нужно быть готовым к изменению, чтобы, в конце концов, актуализировать в земном историческом измерении невидимую полноту вселенской истины в форме видимой единой Церкви Христовой. В этом и заключается главная экуменическая миссия конфессиональной Церкви – осуществить на деле мир, любовь и полное христианское единение.

Нужно понять, что трагическое разделение между Западом и Востоком имеет условный характер и существует больше на поверхности церковной жизни, поскольку этот раздор не коснулся самой сути кафолической веры, апостоличности и мистического единства Церкви Христовой. Все, кто был крещен во имя триединого Бога, включается в единое тело Христово и, тем самым, в мистическое сообщество «единой, святой, кафолической и апостольской Церкви». Таким образом, экуменизм в основе своей не только христоцентричен, но и пневматологичен: живое общение в Духе с теми, кто вошел в общение (в таинстве крещения) с Христом, а через Него и с Отцом. Но поскольку наши догматические абстрактно-спекулятивные концепты, наш излишний рационализм и логизм, не способны вместить в себя мистические категории, «трансцендентный божественный мир», поэтому мы не может пока что на каноническом уровне адекватно реализовать (видимым образом) нашу экклезиологическую кинонию.

Важно уяснить еще то, что экуменизм не проповедует догматическую толерантность и религиозный релятивизм. Формула «единство в многообразии» не выражает в буквальном смысле униформизм и конформизм. Единство – это koinonía между членами единого Тела Христова; это мистическое благодатное единство сохраняется исповеданием общей ортодоксальной кафолической веры. Koinonía – это дериват от греч. koinos, что означает «связь, соучастие в чем-то общем». Вертикальное измерение кинонии — это «я и Бог», горизонтальное измерение — это «другие христиане, которые также живут во Христе». Таким образом, «единство в многообразии» выражается в равноправном признании вариативности опыта веры в другой конфессии и культуре, считая его благодатным обогащением: обе Церкви — Запад и Восток — в плане веры и духовного опыта взаимно дополняют и восполняют друг друга. Общность глубока, она затрагивает самые корни христианской бытийности, ибо берет начало от прикосновения к единому Духу Святому, Который и вводит нас в общение с единым Христом и единым Отцом. В этом сущностный опыт кинонии, общения со всеми теми, кто включен в единое благодатное тело Христово, в мистическое сообщество «единой, святой, кафолической и апостольской Церкви».  



[1] Прп. Максим Исповедник в вопросе «о вечном исхождении Святого Духа» в письме к Марину, пресвитеру Кипрской Церкви, расставил все точки над «и», изложив два равнозначных подхода – каппадокийский и александрийский, т.о. доказав, что данное добавление не искажает и не изменяет самой сути кафолической веры (См. Письмо к Марину, пресвитеру Кипрскому. PG 91, 136A-В). Более того, в свое время проф. В.В. Болотов хорошо доказал правомочность существования «filioque» в качестве святоотеческого теологумена (См. B.B. Болотов. К вопросу о Filioque. СПб, 1914).

http://www.bogoslov.ru/text/1099522.html
Рубрики:  Церковь, богословие

Метки:  

Подвижник Спасо-Преображенского Валаамского монастыря монах Иосиф (Шорин) и его духовное наследие

Понедельник, 20 Сентября 2010 г. 11:35 + в цитатник

Спасо-Преображенский Валаамский монастырь за годы своего исторического бытия явил миру великое наследие святости и духовной мудрости, носителями которой были валаамские старцы. Преподобные Сергий и Герман, Антипа Афонский и Герман Аляскинский, игумены Назарий (Кондратьев) и Дамаскин (Кононов), а также множество иных подвижников шли тернистым монашеским путем, показывая подлинный пример борьбы со страстями и стяжания добродетелей. Они проповедовали не словами только, но прежде всего своей жизнью, всецело устремленной ко Христу. Так, старцы-молитвенники с их бесценным опытом духовной жизни стали главным богатством монастыря, снискав великую славу родной обители.

Одним из валаамских подвижников ХХ столетия был монах Иосиф (Шорин). Посетив в 1905 г. Валаамскую обитель, будущий митрополит Вениамин (Федченков) в своем очерке «На „Северный Афон“» писал об отце Иосифе как об «опытном старце и духовном человеке»[1], однако от более подробного описания жизнедеятельности старца воздержался. Краткие биографические сведения и характеристику его служения мы находим в воспоминаниях архимандрита Афанасия (Нечаева)[2], но это также не дает нам возможности наиболее полно, целостно и комплексно восстановить образ монаха Иосифа и исследовать его духовные наставления.

Нами были обнаружены в архиве Ново-Валаамской обители в Финляндии двадцать его неизданных рукописных дневников[3], рассмотрев которые мы постараемся в рамках настоящей публикации осветить тему старчества о. Иосифа, прозванного на Валааме «библиотекарем».

 

Личность монаха Иосифа

Монах Иосиф (в миру Иван Александрович Шорин) родился 1 июня 1851 г. в селе Вознесенское, Шлиссельбургского уезда, Петроградской губернии, в крестьянской семье помещика графа Шереметьева. В 1880 г. он поступил в Валаамский монастырь, в котором исполнял послушания садовника, гостинника, певчего, а с 1910 года до своей блаженной кончины был библиотекарем. Давнее его желание о пострижении в монашество осуществилось 10 июня 1889 г. В постриге он получил имя Иосиф[4].

«Если рядовые монахи так мудры, то, что же может представлять собою их библиотекарь отец Иосиф! — вспоминает архимандрит Афанасий (Нечаев), проживавший на Валааме в 1926 году и знавший лично старца. — О нем стоит поговорить особо. Это, действительно, „книжный муж“, по-видимому, тоже с малым школьным образованием. Но весь поглощен книгой[5]. Она для него — живая личность автора. И он любит говорить не столько о книге, сколько об авторе. Его келья вся завалена книгами. Как скупой рыцарь над сундуками с добром, так и отец Иосиф среди «живых мертвецов». И сам он, как оживший мертвец — весь белый, в белом балахончике, восковое лицо, маленькое с правильными чертами, и все сияющее от удовольствия, что у него так много духовного добра и что он может поделиться им с вами. Так внимательно расспрашивает: „Что вы хотели бы почитать?“ И, не дожидаясь ответа, сам начинает предлагать свой „товар“»[6].

Любовь к творениям святых отцов проявлялась и в устных наставлениях старца, и в его рукописях. Он обильно цитировал подвижников веры и все свои советы основывал непременно на святоотеческой мысли, считая неправильным наставлять «от себя», «всегда указывал на книгу и даже страницу, где нужно читать»[7].

«Особенно рекомендовал он мне сочинения Филарета, митрополита Московского, — продолжает о. Афанасий. — Это, конечно, не всякому послушнику он даст. „Но вы ведь готовитесь к деятельности. Вот он светильник был преизрядный. С ним и цари считались, и вельможи благоговели, а сам был простой-препростой. А какая книжная-то мудрость у него! На всю Русь и доселе сияет“. Как будто о своем хорошем знакомом говорит. Так, невзначай, старец валаамский укладывает на полочки истории духовные авторитеты. Тут им истинная оценка и классификация. Это своего рода „Академия бессмертных“. Только скрыта она в лесах валаамских и открывается для „посвященных“»[8].

Являя пример смирения, «отец Иосиф не замечает ни своей учености, ни своей роли ценителя незаурядного. Он тоже простой-препростой. Сейчас же предлагает вам и чайку откушать с ним. А тут на подносе, не убранном еще от прежнего чая, — несколько кусочков печеньица лежит. Видно, и у него есть свои „поклонники“ из монахов, чем-ничем норовят любимца своего угостить. И взаправду, как ему, „владельцу“ этого „книжного света“, самому не просиять от множества светильников. И уходишь от него приобщенным незаметно к этому источнику света. И сам ты уже не чужой, а свой, среди этих оживших для тебя светочей духа. Отныне для тебя, как монаха, библиотека — место вожделенное, святое, гора Фаворская, сияющая светом Преображения. И ты жадно прильнешь и прислушаешься к речам Моисея и Илии с долгожданным ими Мессией. И, исполнившись радости Преображения, воскликнешь вместе с Петром: „Господи, как нам здесь хорошо, построим три палатки“»[9].

За благочестивую и подвижническую жизнь игумен Гавриил (Гаврилов) возложил на монаха Иосифа послушание старчества. По своему смирению о. Иосиф считал себя недостойным такого благословения настоятеля. В своих дневниках он много рассуждал о старчестве, задавал себе вопрос: «Я немощен, неразумен и грешен, еще сам не положил истинного покаяния и подвига монашеского, как научу других? — и, умудренный святоотеческим опытом духовной жизни, сам отвечал: — Успокойся и не смущайся, послушник не имеет своей воли, отвергни свое недоумение и мудрование, смиренно сознавай свою немощь и неразумие. И веруй, что Господь и Бог разумов поможет тебе своею благодатью за молитвы отца игумена и старцев, а себя считай со смирением как слабое оружие, которое Господь укрепит и даст истинный разум, что рещи на пользу брату с верою приходящему…»[10]

Ученик валаамского старца иеромонаха Иоасафа[11], почитатель Святогорской Афонской традиции, о. Иосиф был сокровенным делателем Иисусовой молитвы. «Без молитвы нет успеха в духовной жизни»[12], — говорил сам старец. За молитвенный подвиг он получил дар прозорливости[13].

Скончался монах Иосиф на 81-ом году жизни 14 мая 1931 г., перед кончиной причастившись Святых Христовых Таин[14]. Погребен на старом братском кладбище.

 

Духовное наследие монаха Иосифа

О духовной опытности о. Иосифа свидетельствуют дневники[15], которые он вел со времени своего поступления в монастырь. Читая их, соприкасаешься с внутренним духовным миром старца. Это сокровенные его мысли, направленные, прежде всего, к самому себе для размышления о своей жизни во Христе. По стилю рукописи монаха Иосифа можно сравнить с дневниками св. прав. Иоанна Кронштадского, которого, кстати, он обильно цитирует[16].

Основываясь на Священном Писании и творениях святых отцов, монах Иосиф учит на все происходящее вокруг нас и с нами смотреть «оком веры, усматривая… Промысл Божий»[17]. Даже «если что делается неприятное тебе, не согласное с твоею волею, наносится тебе скорбь от кого-либо, пользующегося твоею помощью, прими все это как посланное от руки Божией, доброе о тебе промышляющей, а людей, наносящих скорбь, считай только орудиями Промысла, которыми испытывается душа твоя, насколько она преуспела в терпении и незлобии, что ими (людьми) обнаруживаются твои сердечные движения, приводимые в смущение от противных случаев. Считай это лучшей школой, образующей твое невежество и неведение в прохождении пути добродетели, показующей, как далек ты от истинного смирения и рассуждения, и что без помощи Божией ты не можешь потерпеть малейших приражений чего-либо. Смирись и проси у Господа все понести благодушно и терпеливо, считая себя достойным многих скорбей за то, что грехами прогневал Господа»[18].

Одной из основных тем всех рукописей о. Иосифа является тема скорбей: их природы, значения для христианина в деле спасения, их преодоления и терпения. «Все учения святоотеческие, — писал старец 22 сентября 1910 г., — утверждают ту истину, что скорби, на нас находящие, суть следствия уклонений наших от заповедей Божиих. Никого не обвиняя, сознаем виновными самих себя, и это самоукорение, растворяемое терпением находящих зол, соделается нам спасительной епитимьей, очищающей скверну наших греховных падений и ходатайствующей нам прощение на суде Христовом»[19].

В другом дневнике монах Иосиф называет скорби «лекарством для души»: «Всякую скорбь, поношение, презрение, причиненное от кого-либо, считай спасительным лекарством, посланным Промыслом для очищения грехов твоих. Не смущайся при скорбях, но помни слово Божие: „Его же любит Господь, наказует, биет же всякого сына, его же приемлет“[20]»[21].

Но как бы ни было тяжело, по мнению старца, следует «искать утешения в Едином Господе»[22], обращаясь к Нему: «Даруй, Господи, на все случающееся скорбное, противное, печальное смотреть оком веры, повергаясь в Твой Божественный Промысл, что все это должно быть, что все бывает не без воли Божией, и с терпением ожидать, если бы и случились какие искушения. Нельзя же быть ничем и никем не тревожимым и обеспокоиваемым. Такова здешняя жизнь, исполненная приключений и перемен. Через это мы должны познавать свою немощь, свою ограниченность, нужду в помощи Божией и в Его спасительном утешении, без которых все может быть тяжело, невыносимо, несносно, а в Божием защищении, благоволении, утешении и милости, даже при великих скорбях, будет на душе ощущаться рай, мир и спокойствие»[23].

Много писал о. Иосиф о бедственном положении тех людей, которые, надеясь на свои силы, забывают о Боге: «Человек, уповая, надеясь на свои силы, на свои способности, а забывая помощь Божию, Его благий Промысл, все полезное устрояющий, когда встретится с разными невзгодами, недоумениями, тягостями и оставленный сам с собою один, приходит в робость, в страх, в безнадежие, посему и нужно сознаться в смирении духа — сознаться, что я без помощи Божией не могу ни в чем добром и полезном преуспеть, вспоминая слова Спасителя: „Яко без мене не можете творити ничесоже“[24]»[25].

Монах Иосиф советовал осторожно относиться к людям и не делать поспешных выводов о них, не хвалить никого, потому что «часто хвалимые делаются дерзновенными и употребляют это во зло своим благожелателям»[26], уважать трудящихся, но не давать повода «мнить им о своем достоинстве, что приводит часто к гордости, ибо всякий человек ложь. «Люди изменчивы, — утверждал старец, — подобны ртути в барометре, то поднимающейся, то опускающейся. Только праведен Един Господь, „правду возлюби…“[27]»[28].

Важным в жизни монастырской для старца было братское единство. Он считал недопустимыми распри и раздоры в обители. Однажды после Всенощного бдения о. Иосиф сделал запись в своем дневнике, актуальную, на наш взгляд, не только для монахов, но и для всех христиан: «Се ныне что добро или что красно? Но еже жити братии вкупе: в сем бо Господь обеща живот вечный. В день причащения братии Святых Таин, на всенощном бдении воспевался торжественно сей Антифон 8-го гласа. Как прилично его представить к нашему многочисленному общежитию, собранному из всех концов обширной России. Блаженны вы, братия, добро и красно ваше духовное Собрание! Ибо пророческое слово обещает от Господа живот вечный сему жительству, оправдайте сие доброю вашею жизнию, тщанием о спасении, святым послушанием в смиренных трудах для братии, ради Господа, потерпите немощи друг друга, потерпите строптивые характеры, облецытеся в святую Кротость, и Господь, обещавший Кротким дать в наследие землю (где живут и не умирают), учивший: „Научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем, и обрящете покой душам вашим“[29], даст вам вечное блаженство. Истинно в словах псаломских „добро и красно“ обретается святой рай, если мы в любви и согласии пребываем друг с другом. Посему и стремитесь к сему с полным усердием и любовию»[30].

Одну из записей о. Иосиф озаглавил: «Цель христианства». Раскрывает означенную тему, по его мнению, цитата из пастырского послания апостола Павла Титу: «„Явися бо благодать Божия спасительная всем человеком, наказующи нас, да отвергшеся нечестия и мирских похотей, целомудренно и праведно и благочестно поживем в нынешнем веце: ждуще блаженнаго упования и явления славы великаго Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, иже дал есть Себе за ны, да избавит ны от всякаго беззакония, и очистит себе люди избранны, ревнители добрым делом“ (Тит. 2: 11—14), — вот цель христианства и воплощения Сына Божия, Его учения, страдания и воскресения. Мы всеми силами, как верующие в Иисуса Христа, должны отказаться от всякого нечестия и греховных похотей и проводить жизнь целомудренно, праведно и благочестиво с твердою надеждою на обетования Божии и на спасительные страдания Христовы, которыми мы спасаемся и веруем получить блаженное воздаяние в царствии Христовом…»[31]

Особое внимание старец обращал на то, что верующим во Христа следует быть не на словах только, но и на деле. В один из Богородичных праздников в 1901 г. он написал: «Ублажаем Приснодеву. Искренно ли, не с лестию ли? Льстим, если хвалим то, чего внутренно не уважаем. Итак, ублажая Приснодеву, чтим ли девство? Уважаем ли целомудрие? Храним ли чистоту? Ненавидим ли нечистоту? Ревнуем ли о своем очищении? <...> Делом чти, а не словом»[32].

Монах Иосиф пишет о необходимости иметь внутренний душевный мир: «Как нужен и спасителен мир Божий! Без него бедная душа, предоставленная сама себе, особенно при коварстве искушений вражиих, смущается, малодушествует, унывает, ничто её не утешает, ничто ей не мило»[33]. Старец подчеркивает, что в таком безблагодатном состоянии душа человека особенно подвластна силам тьмы, которые «воспоминанием прежних грехопадений окрадают надежду в милосердии Божием, представляют грехи непростительными, готовы душу повергнуть в отчаяние»[34]. В подобном случае необходима усердная молитва: «Сыне Божий! <...> Прости моя согрешения, помилуй меня по велицей милости твоей! <...> Даруй душе моей мир, тишину и спасение, всякий бесовский мрачный помысл, как сильный ветер разгоняет мрачную тучу, благодатию Твоею разгони, возрадуй её Божественным Твоим миром!»[35]

Неоднократно о. Иосиф обращается к теме борьбы с блудной страстью: «Тебя увлекает скверное вожделение, греховный навык тянет тебя как уздою, понуждая к удовлетворению смрадной греховной страсти, убойся, размысли, минутное удовольствие от греха угрожает тебе вечным некончаемым адским огнем»[36]. Называя блуд «змеёю»[37], старец предостерегает всякого человека: «Беги от греха как от яда… порви навсегда коварную с ним дружбу. Сколько он обманывал тебя своею лестию, своею мнимою сластию, взывай смиренно ко Господу: помилуй мя, согрешающего к тебе много! <...> Страхом Твоим огради все мои чувства и умертви обольщающий меня грех Твоею всесильной благодатию, милосердный Господи!»[38]

Вообще, «все греховные движения сердца и похоти плотские надо уничижать, презирать, ненавидеть всей душой как вредные и пагубные для человека и противные Богу. Надо возвышать и любить все духовные порывы и стремления к молитве, чтению слова Божия, к духовным собеседованиям, к любви, состраданию, милосердию, чистоте, воздержанию, смирению»[39].

О. Иосиф наставлял «благодушествовать в обидах», говоря, что «умеющий великодушно принимать и переносить обиды… подобен алмазу, острым гвоздям и огню, а думавший обидеть его оказывается ничтожнее грязи. Итак, не то худо, когда обижают тебя, а то худо, когда ты обижаешь других, или когда не умеешь переносить обид. Как многообижаем был Давид! Как много обижал его Саул! Но кто же вышел сильнее и счастливее? И кто остался несчастнее и достойнее жалости? Не тот ли, кто обижал?»[40]

Для старца покаяние — великая добродетель, которая преображает человека и помогает ему стать на благодатный путь духовной жизни во Христе. Он подчеркивает, что «всякий грешник, искренно обращающийся к Господу, должен вполне надеяться на всякую благодатную помощь от Бога при борьбе своей со грехами, страстями и всякими навыками греховными. Только надо искренне возненавидеть грех и усердно каяться с чистым намерением и впредь не поддаваться греху и несомненно веровать в Бога и усердно призывать Его в помощь»[41]. Покаявшись, «всеми силами крепись не падать, ибо крепкому борцу не подобает падать; если же случится пасть, скорее вставай и стой опять в добром подвиге. Хотя бы тьмократно случилось с тобою первое, по отступлению благодати, тьмократно да будет у тебя и второе, т. е. восстание. Так до конца жизни твоей…»[42].

Укрепиться в подвиге после покаяния, по мысли монаха Иосифа, помогает участие христианина в Таинстве Евхаристии. Своё отношение к этому старец выразил в стихотворной форме:

Что может быть этого лучше:
Прощение в грехах получать,
Благодатию Христа Иисуса
Пречистые Тайны вкушать?

Эта благодатная святая Трапеза,
Христова святая пречистая Кровь,
Любезно врата рая отверзает.
О, кто исследит Христову любовь?

Ничтоже пред ними житейские сласти,
Они всем отрада — оплот от грехов;
В житейских скорбях и страстных тревогах
Надежда, покров и мир от врагов.

О, братие! К этой священной Трапезе,
В которой сокрыта Христова любовь,
Стремитесь как лани, томимые жаждой,
Вкушайте с любовью сих Божьих даров.

Они, как огонь, опаляют все страсти,
Греховны привычки без вести творят,
Любить добродетель всегда помогают
И грешников жалких святыми творят.

О, сладкий Иисусе, погибших Отрада!
Путем добродетели идти помоги
И бедные наши и хладные души
Любовью небесной согрей, вспламени.

Забуди, что мы пред Тобою грешили,
Исправи, прости и всем помоги
И милости вечной на небе пресветлом,
Сладчайший Иисусе, нас не лиши[43].

Многие поучения о. Иосифа начинаются с описания евангельской истории и основываются на ней. Приведем пример из рукописи за 1907 г.: «Плывет Апостольский корабль по Галилейскому озеру, Господь остался на берегу, ветер все более и более свежеет… наконец, настает грозная буря, с вечера даже до четвертой стражи ночи, до утра усиливается все более и более. Апостолы в страхе и трепете… но вот Господь идет по водам, запрещает морю и ветрам, и они, услышав глас Владыки успокаиваются и утихают, и Апостолы радуются, видев Господа. И на тебя, брат, коль восстанет свирепая буря страстей и скорбей, и мир души твоей поколеблется и изнеможет, не убойся, не отчаивайся, воззови с верою к Христу Иисусу: „Господи, спаси меня, погибаю!“ И веруй, что Тот, Который „днесь, тойже и во веки“[44] прострет тебе длани, как подал Петру утопающему руку, и спасет тебя от всякого зла и греха и покроет тебя Своею милостивою десницею как Бог милосердия и утешения! Только с верою Ему молись, уповай и надейся»[45].

Любимой книгой о. Иосифа была «Лествица», написанная прп. Иоанном, игуменом Синайской горы. Именно этот труд в первую очередь старец рекомендовал читать всем приходящим к нему за советом. «Лествица св. Иоанна всегда была настольною книгою для иноков, живущих в общежитии. Отцы иноческой жизни Феодор Студит, Иосиф Волоколамский и друг. обыкновенно ссылались в своих наставлениях на Лествицу, как на лучшую иноческую книгу. Отличие Лествицы составляет глубокая духовная опытность, которою отзывается каждая частная мысль. С нею соединено глубокое знание Св. Писания… Сочинение писано языком простым, но чистым и живым, тем языком, которым выражается сердце чистое, глубоко чувствующее каждую мысль»[46].

В заключение отметим, что рамки настоящей публикации не позволяют рассмотреть рукописное наследие старца во всей полноте по причине его большого объема. Однако, на наш взгляд, уже из приведенных выше наставлений старца можно сделать вывод о его великом подвижническом служении. Необходимо констатировать, что о. Иосиф явил подвиг духовного делания, прежде всего примером своей жизни, девизом которой были его собственные слова: «Нужно более и более смиряться, не смотреть чужих дел, следить более за собою, за своим делом. Помнить и заботиться о приготовлении к вечности, а она двоякая: радостная и горестная»[47].

Сборник студенческих научных работ / Под ред. А. К. Светозарского;
Кафедра Церковной истории МПДА. С. 4 – 22. Сергиев Посад, 2010.
 

[1] Ф[едченков И. А.] На «Северный Афон» // Странник. 1906. Т. II. Ч. 1. С. 80.

[2] Архимандрит Афанасий (в миру Анатолий Нечаев) родился в Пензенской губернии в крестьянской семье (около 1892 года). По окончании Пензенской духовной семинарии работал на железной дороге в Москве. В 1923 году эмигрировал в Финляндию. Принимал активное участие в Армии спасения. Поступил в Валаамский монастырь в феврале 1926 года, через шесть месяцев по благословению старцев был направлен для продолжения обучения в Свято-Сергиевский Православный Богословский институт в Париже. Скончался в 1943 году в Париже (См. подробнее о нем: Смирнова И. А., Яровой И. А. Царский путь архимандрита Афанасия (Нечаева) (Из жизни русской церковной диаспоры в Европе в 1920-1930-х гг.) // Смирнова И. А., Яровой И. А. Валаамский монастырь и Православная Церковь в Финляндии 1880—1930-е гг. (из истории финнизации православной конфессии). Петрозаводск, 1997; Афанасий (Нечаев), архим. Старый Валаам // Русский Паломник. 1990. № 1 и др.).

[3] Приведем здесь полный список неизданных рукописных трудов монаха Иосифа:

1. Архив Финляндского Валаамского монастыря (далее — АФВМ). № 8078. Рукопись монаха Иосифа. Образец самоиспытания и самоукорения и др. 1888 г.
2. АФВМ. № 7303. Рукопись монаха Иосифа. Стихи. 1894 г.
3. АФВМ. № 7303\1. Рукопись монаха Иосифа. Стихи. 1894 г. (продолжение).
4. АФВМ. № 7302. Рукопись монаха Иосифа. О покаянии и девстве и др. 1894 г.
5. АФВМ. № 7304. Рукопись монаха Иосифа. Выписки из творений свв. Отцов и стихи. 1896 г.
6. АФВМ. № 8081. Рукопись монаха Иосифа. 1897—1900 гг.
7. АФВМ. № 7306. Рукопись монаха Иосифа. 1901 г.
8. АФВМ. № 7307. Рукопись монаха Иосифа. 1902 г.
9. АФВМ. № 7305. Рукопись монаха Иосифа. 1902—1904 гг.
10. АФВМ. № 7308. Рукопись монаха Иосифа. 1903—1906 гг.
11. АФВМ. № 7309. Рукопись монаха Иосифа. Сборник. Спеши в объятия покаяния. 1905—1906 гг.
12. АФВМ. № 8115. Рукопись монаха Иосифа. Сборник. Кончина схимонаха Авеля и др. 1906 г.
13. АФВМ. № 7339. Рукопись монаха Иосифа. Сборник. 1907 г.
14. АФВМ. № 8279. Рукопись монаха Иосифа. Сборник. Ищи утешения в Господе и др. 1910 г.
15. АФВМ. № 8279\1. Рукопись монаха Иосифа. 1911—1912 гг.
16. АФВМ. № 8087. Рукопись монаха Иосифа. Мир Твой даждь нам, Сыне Божий. 1912 г.
17. АФВМ. Без номера. Рукопись монаха Иосифа. Сборник. Времена небывалых в истории войн многомиллионных армий европейских и прочих народов, в которые пролито море человеческой крови, поливает землю не без воли Божией. 1915 г.
18. АФВМ. № 8088. Рукопись монаха Иосифа. 1916 г.
19. АФВМ. № 8088\1. Рукопись монаха Иосифа. 1916 г.
20. АФВМ. № 7314. Рукопись монаха Иосифа. 1916—1917 гг.

[4] АФВМ. Ва: 79. Послужной список.

[5] О любви монаха Иосифа к книге говорит также иером. Сергий (Иртель), составитель краткого Валаамского патерика (См. Архив Казанского скита в Калифорнии. Валамский патерик / Сост. Сергий (Иртель), иером. Рукопись. Л. 20).

[6] Афанасий (Нечаев), архим. Старый Валаам: Воспоминания // Русский паломник. № 2. 1990. С. 112.

[7] Архив Казанского скита в Калифорнии. Валамский патерик / Сост. Сергий (Иртель), иером. Рукопись. Л. 20.

[8] Афанасий (Нечаев), архим. Старый Валаам: Воспоминания // Русский паломник. № 2. 1990. С. 112—113.

[9] Афанасий (Нечаев), архим. Старый Валаам: Воспоминания // Русский паломник. № 2. 1990. С. 113.

[10] АФВМ. № 7305. Рукопись монаха Иосифа. 1902—1904 гг. Л. 90.

[11] Иеромонах Иоасаф (в миру Иван Шабалин), из мещан города Вятки. Духовник Валаамского монастыря. Скончался 11 июня 1905 года. Погребен на старом братском кладбище. Сам монах Иосиф пишет о нем как своем духовнике в следующем дневнике: АФВМ. № 8081. Рукопись монаха Иосифа. 1897—1900 гг. Л. 330.

[12] АФВМ. № 7305. Рукопись монаха Иосифа. 1902—1904 гг. Л. 234.

[13] Архив Казанского скита в Калифорнии. Валамский патерик / Сост. Сергий (Иртель), иером. Рукопись. Л. 20.

[14] Архив Казанского скита в Калифорнии. Валамский патерик / Сост. Сергий (Иртель), иером. Рукопись. Л. 20 об.

[15] Список сохранившихся дневников см. выше.

[16] См., например: АФВМ. № 7307. Рукопись монаха Иосифа. 1902 г. Л. 29 и др.

[17] АФВМ. № 8279. Рукопись монаха Иосифа. Сборник. Ищи утешения в Господе и др. 1910 г. Л. 93.

[18] АФВМ. № 8279. Рукопись монаха Иосифа. Сборник. Ищи утешения в Господе и др. 1910 г. . Л. 34.

[19] АФВМ. № 8279. Рукопись монаха Иосифа. Сборник. Ищи утешения в Господе и др. 1910 г. Л. 97.

[20] Ср. Притч. 3: 12; Евр. 12: 6.

[21] АФВМ. № 7307. Рукопись монаха Иосифа. 1902 г. Л. 24 об.

[22] АФВМ. № 8279. Рукопись монаха Иосифа. Сборник. Ищи утешения в Господе и др. 1910 г. Л. 87.

[23] АФВМ. № 8279. Рукопись монаха Иосифа. Сборник. Ищи утешения в Господе и др. 1910 г. Л. 87.

[24] Ср. Ин. 15: 5.

[25] АФВМ. № 7339. Рукопись монаха Иосифа. Сборник. 1907 г. Л. 3.

[26] АФВМ. № 8279. Рукопись монаха Иосифа. Сборник. Ищи утешения в Господе и др. 1910 г. Л. 46.

[27] Ср. Пс.44: 8.

[28] АФВМ. № 8279. Рукопись монаха Иосифа. Сборник. Ищи утешения в Господе и др. 1910 г. Л. 46.

[29] Ср. Мф. 11: 29.

[30] АФВМ. № 8279\1. Рукопись монаха Иосифа. 1911—1912 гг. Л. 277.

[31] АФВМ. № 7309. Рукопись монаха Иосифа. Сборник. Спеши в объятия покаяния. 1905—1906 гг. Л. 70.

[32] АФВМ. № 7306. Рукопись монаха Иосифа. 1901 г. Л. 58.

[33] АФВМ. № 8087. Рукопись монаха Иосифа. Мир Твой даждь нам, Сыне Божий. 1912 г. Л. 27 об.

[34] Там же. Л. 27.

[35] АФВМ. № 8087. Рукопись монаха Иосифа. Мир Твой даждь нам, Сыне Божий. 1912 г. Л. 27 об.—28.

[36] АФВМ. № 8087. Рукопись монаха Иосифа. Мир Твой даждь нам, Сыне Божий. 1912 г. Л. 43.

[37] АФВМ. № 8087. Рукопись монаха Иосифа. Мир Твой даждь нам, Сыне Божий. 1912 г. Л. 43 об.

[38] Там же.

[39] АФВМ. № 7305. Рукопись монаха Иосифа. 1902—1904 гг. Л. 16.

[40] АФВМ. № 7307. Рукопись монаха Иосифа. 1902 г. Л. 22 об.

[41] АФВМ. № 7305. Рукопись монаха Иосифа. 1902—1904 гг. Л. 10.

[42] Там же. Л. 34.

[43] АФВМ. № 8081. Рукопись монаха Иосифа. 1897—1900 гг. Л. 8.

[44] Ср. Евр. 13: 8.

[45] АФВМ. № 7339. Рукопись монаха Иосифа. Сборник. 1907 г. Л. 95.

[46] АФВМ. № 7305. Рукопись монаха Иосифа. 1902-1904 гг. Л. 246.

[47] АФВМ. № 7307. Рукопись монаха Иосифа. 1902 г. Л. 160.

http://www.bogoslov.ru/text/1091817.html
Рубрики:  Церковь, богословие

Метки:  

Вхождение в церковное общение в наше время: от самоизоляции к преображающей открытости

Понедельник, 20 Сентября 2010 г. 11:22 + в цитатник

8-11 сентября 2010 года в монастыре Бозе (Италия) состоялась XVIII международная конференция по православной духовности. В собрании приняло участие 250 делегатов – светских лиц, священнослужителей, монахов Римско-Католической, Православной, Англиканской, Армянской Церквей... Со стороны Русской Православной Церкви в конференции принял участие первый заместитель председателя Учебного комитета архимандрит Кирилл (Говорун). Его доклад мы представляем вниманию читателей.

В двадцатом веке, который, как и предсказывал Владимир Лосский, стал веком экклезиологии, одной из наиболее популярных дефиниций Церкви стало определение ее как Таинства. Таинства и в смысле тайны, и в смысле сакрального характера ее природы. Современное богословие помогло установить тесную связь между природой Церкви и таинствами, прежде всего Евхаристией. Многие стали говорить о Церкви как о сакральном пространстве. Вот только что это за пространство? Каково его соотношение с эмпирическим пространством мира, который вокруг нас? Антагонистичны ли эти два пространства, синергийны ли, или, может, вообще совпадают? Должен ли человек, вступающий в священное мильё Церкви, изолировать себя в нем от остального мира, или же обязан выступить за его пределы, чтобы наладить с ним общение, тем самым освящая его?

Найти ответы на эти вопросы – задача не такая легкая, как может показаться на первый взгляд. И в древней христианской традиции, и среди современных христиан мы встречаем различные, порой исключающие друг друга подходы к этой проблеме.

Один из возможных подходов предполагает, что сакральное пространство Церкви должно быть четко демаркировано и отгорожено от внешнего профанного пространства. В христианской истории попытки возвести между Церковью и миром высокий забор предпринимались неоднократно. Одни были менее радикальными, другие - более. Из самых ранних примеров можно привести недавно открытый в малоазийской Фригии «Новый Иерусалим» - огромный по меркам того времени полис, созданный на базе двух городов - Пепузы и Тимиона. Он строился как священное пространство, где верные могли находить для себя убежище от мира сего. Необходимо заметить, что к созданию таких сакральных пространств, как правило, прибегали лидеры различных харизматических движений. И фригийский «Новый Иерусалим» тоже был создан монтанистами.

Аналогичные тенденции существовали и в кафолических общинах. Еще до блаженного Августина, а особенно после него Церковь многими воспринималась как один из двух градов. И хотя для автора данной концепции церковный град имел преимущественно духовную природу, многие его последователи готовы были воспринимать этот град как нечто вполне осязаемое, имеющее свою собственную инфраструктуру, институты власти, собственные политические интересы и т.п. В эпоху средневековья в западной Европе данная концепция привела к чрезмерной политической субъектности католической Церкви, принятии ею на себя многих политических и квази-государственных функций.

Тенденция к самоизоляции часто давала о себе знать и на Руси. На уровне локальном она проявлялась в создании замкнутых общин, которые во времена обострения апокалиптических настроений иногда устремлялись куда-нибудь подальше в глубь леса, а на уровне всей страны - в неоднократно проявлялвших себя тенденциях политической и культурной самодостаточности, приводившей в конечном итоге к периодически обострявшимся процессам самоизоляции, отгораживания от остального мира и конфронтации с ним. Эти тенденции, к счастью, никогда не побеждали окончательно, и в конце концов им на смену возвращалась открытость по отношению к внешнему миру.

В последние двадцать лет тенденция к самоизоляции стала вновь ощутимой в тех Православных Церквах, которые возрождаются после советского атеистического режима. Процесс возрождения связан с приходом в Церковь огромного числа взрослых людей, многие из которых в прошлом были глубоко инициированы в коммунистическую идеологию, либо же попросту партийных функционеров. С одной стороны, хорошо, что люди приходят к истине и отказываются от прежних заблуждений. Попав в священное пространство Церкви, они пытаются сообразовать с ним свою новую жизнь. С другой стороны, в достаточной мере освоившись в новом для себя месте, некоторые из них начинают обустраивают его по своим вкусам и привычкам. Сознательно или несознательно, они привносят с собой те идеологические штампы или мировоззренческие позиции, которые исповедовали в своем прошлом. Благодаря им в жизнь Церкви вносится чуждый ей элемент идеологизация или даже политизации. То, что люди старой формации недополучают от широкого общества, которое становится все более открытым, они зачастую находят в Церкви. Здесь они обретают консервативную среду, которая позволяет им отгородиться от остального мира и предаваться ностальгии по «старым добрым временам», отчасти искусственно воссоздавая их атмосферу в церковной среде. Происходит странная вещь, когда церковная среда, которая в советские времена была по своей сути оппозиционной по отношению к коммунистическому режиму, иногда оказывается заповедником для тех, кто испытывает ностальгию по ушедшей эпохе. Я думаю, в этом было бы неправильно винить Церковь. Она держит открытыми двери для всех приходящих в нее. Просто люди, пришедшие в Церковь из советского прошлого, пользуются ее, с одной стороны, открытостью, а с другой стороны – консервативностью, и вносят в нее свое негативное отношение к обществу, в котором они не находят для себя места. Это социальное явление, на мой взгляд, и является одной из причин изоляционистских тенденций в пост-советской церковной среде.

В наше время шоу-бизнеса и виртуальных реальностей подобные тенденции приобретают причудливые формы. Новое поколение приходящих в Церковь в ее ограде зачастую воссоздают ту обстановку, которая окружает нас в профанном мире, за тем исключением, что эта обстановка, будучи воссоздана в священном пространстве Церкви, уже самим этим является для них освященной и дозволенной. В результате появляется, так ее назовем, псевдо-священная инфраструктура, которая копирует инфраструктуру, к которой принявшие христианство привыкли в обычной жизни. Так возникают довольно причудливые инициативы создания православных кафе и ресторанов, даже православных ночных клубов, православных гламурных журналов, православных фасонов в одежде, включая, например, купальные костюмы – то есть всего, что есть в профанном мире, только теперь уже православного.

Можно с улыбкой или сожалением относиться к этому любопытному социальному явлению, развивающемуся на религиозной почве, однако у него есть определенная духовная основа. Что же движет христианами, пытающимися спрятаться от мира за чертой сакральных пространств? Очевидно, прежде всего желание убежать от мира, который во зле лежит. Мир Церкви и мир профанный воспринимаются ими в дуалистических тонах. Природа одного мира – «онтологически» добрая, а другого – «онтологически» злая. Человек пытается освободиться от зла, максимально далеко убегая от профанного мира и максимально глубоко погружаясь в мир инной – мир Церкви. При этом человек не всегда осознает, что само по себе изменение местонахождения - из профанного в сакральное, не обязательно избавляет от зла, которое коренится в душе и воле. Часто, хотя и далеко не всегда, попытка найти убежище в сакральном пространстве кажется наиболее легким способом освободиться от прежней жизни и стать на путь праведности. Однако эта легкость кажущаяся, поскольку от самой по себе перемены места человек еще не претерпевает внутреннего изменения. Поэтому со временем человек, пытающийся спрятаться за высоким забором Церкви, но по-прежнему несущий в себе мирское начало, дает этому началу проявить себя. Так и появляется «православный гламур» и «православный шоу-бизнес».

Так и возникает парадокс, когда попытки искусственно изолировать жизнь человека в некоем замкнутом «священном пространстве» приводят к десакрализации этого пространства, его обмирщению. Ведь только открытость церковного сообщества внешнему миру, способность наладить с этим миром общение является необходимой предпосылкой для сохранения сакральности собственно церковного пространства.

Церковь в сознании людей, пытающих замкнуться в пределах «священного пространства», превращается в некий микрокосм - копию большого мира, только сакральную копию. Говоря современным языком, «священное пространство» Церкви, понимаемое именно таким образом, превращается в субкультуру. Эта субкультура оказывается замкнутой и, как результат этого, вторичной по отношению к открытым культурам. Поэтому, например, даже благие намерения создать собственные произведения искусства в рамках такой замкнутой субкультуры обречены в большинстве случаев на неудачу. Православное кино или православная литература, создаваемые в рамках замкнутой православной субкультуры, редко оказываются интересными даже самим православным, не говоря о более широких кругах.

Модель взаимоотношения сакрального пространства Церкви с внешним миром, построенную на попытках отгораживания и самоизоляции, я бы назвал дифференционной, поскольку она строится на радикальном дифференцировании сакрального пространства Церкви и профанного пространства внешнего мира, на дуалистическом отношении к ним. Наряду с такой моделью существует иной подход, который я бы назвал интеграционным. В отличие от описанного выше дифференционного подхода он исходит из того, что весь мир – это священное пространство. Оно нуждается в обновлении и преображении, но оно не должно быть отвергаемо. В нем нет необходимости создавать особые сакральные гетто.

Показательным для определения двух подходов является отношение к храму. При дифференционном подходе характерно восприятие храма как некоего священного периметра, который очерчивает область сакрального и отделяет это сакральное от профанного внешнего мира. Главный элемент храма при таком подходе - стены. Для интеграционного же подхода главный элемент храма - это его купол, символизирующий весь мир, который получает освящение от божественных Даров, лежащих на престоле. Храм с его куполом в виде неба – это не периметр, ограничивающий «безопасное место», но микрокосм, являющий вселенную в миниатюре.

Как я уже упоминал, дифференционный подход проявлял себя еще в раннехристианские времена. Он имел под собой дуалистическую подоплеку, которая получила наиболее явное распространение в гностических движениях. Отцы Церкви уже в те ранние времена сталкивались с проблемой самоизоляции христиан, добровольного замыкания в гетто, и были вынуждены противопоставлять подобным тенденциям более интеграционное отношение к миру.

Наиболее глубоко интеграционный подход разработан и сформулирован святым Иринеем Лионским. Для Иринея, весь мир и вся его история существуют не отдельным от Христа существованием, но соединяются в Нем и через Него возвращаются к Богу. Сын Божий, будучи главой всего невидимого мира, воплотившись, стал также главой всего видимого мира, и в первую очередь всего человечества. Человек как вид, как «всякая плоть всего человечества» вошел под главу Христа.  Христос, приняв плоть, как крыльями покрыл собой все человечество.

Вместе с человечеством Он взял под свое начало и все творение. Христос как глава всего творения – любимая тема Иринея. В развитии этой темы его отправной точкой стали слова апостола Павла: «Дабы все небесное и земное соединить (ἀνακεφαλαιώσασθαι) под главою Христом» (Еф. 1, 10), а ключевым понятием – ἀνακεφαλαίωσις (лат. recapitulatio), которое в данном случае можно перевести как возглавление Христом всего творения.

Концепция св. Иринея стала ответом на изоляционистские тенденции внутри Церкви, навеянные прежде всего гностическим дуализмом. Если перевести христологический язык св. Иринея на современный экклезиологический язык, то его концепцию можно было бы представить как взгляд на Церковь, которая охватывает весь мир и весь мир освящает. Вся вселенная становится сакральным пространством, внутри которого исчезают демаркационные линии между священным и профанным. Христиане не должны бояться мира и создавать для себя искусственные гетто, но должны освящать своей жизнью и своими действиями весь мир. Такое отношение к миру и месте христиан в нем нашло отражение и в других памятниках раннехристианской письменности. В частности, в «Пастыре» Ермы – памятнике ІІ века, мы находим следующий замечательный образ:

«Пастырь показал мне много деревьев без листьев, казавшихся иссохшими.
— Видишь эти деревья?
— Вижу, — говорю я. — Они похожи друг на друга и сухи.
— Эти деревья служат образом людей, живущих в этом мире.
— Почему же, господин, — спросил я, — они как бы засохли и похожи друг на друга?

Потому, — отвечал он, — что в этом веке не различимы ни праведные, ни нечестивые люди: одни походят на других. Ибо настоящий век есть зима для праведных, которые, живя с грешниками, по виду не отличаются от них. Как во время зимы все деревья с облетевшими листьями сходны между собою, и не видно, которые из них действительно засохли, а которые живы, так точно в настоящем веке нельзя распознать праведников и грешников, но все похожи одни на других.»

Таким образом, роль христиан в мире - не в том, чтобы создавать свой стиль в одежде или пропагандировать собственную субкультуру, но в том, чтобы быть закваской для всего мира. Это возможно, только если христианская община остается, выражаясь языком современной социологии, открытой социальной системой, способной к эффективной коммуникации с внешним миром и другими социальными системами. Об этом хорошо сказано в другом древнем христианском памятнике – «Послании к Диогнету»:

«Христиане не различаются от прочих людей ни страною, ни языком, ни житейскими обычаями. Они не населяют где-либо особенных городов, не употребляют какого-либо необыкновенного наречья, и ведут жизнь ни чём не отличную от других. Только их учение не есть плод мысли или изобретение людей ищущих новизны, они не приверженны к какому-либо учению человеческому, как другие. Но, обитая в эллинских и варварских городах, где кому досталось, и следуя обычаям тех жителей в одежде, в пище и во всем прочем, они представляют удивительный и поистине невероятный образ жизни. Живут они в своем отечестве, но как пришельцы; имеют участие во всем, как граждане, и все терпят как чужестранцы. Для них всякая чужая страна есть отечество, и всякое отечество — чужая страна».

Человек, попадая в священное пространство Церкви, должен преобразиться. Первоначальный дуализм, с которым многие приходят в Церковь и который является основой центростремительных тенденций, ведущих к обособолению и самоизоляции, должен быть преодолен и ему на смену должно прийти такое отношение к миру, которое исходит из изначальной доброкачественности творения, из того, что мир – это не воплощение зла, но творение Божие, о котором Бог сказал, что оно «хорошо весьма» (Быт. 1, 31). Такое отношение к миру было выражено автором, скрывавшимся под именем святого Дионисия Ареопагита. Пытаясь решить проблему зла в мире, он отвергал то решение, которое предлагалось в рамках дуалистических систем. Зло – это не материя и не мир. Зло – это отрицание добра. Если мир, окружающий нас, благ по своей природе, то зло природы не имеет. Это вакуум, пустота, которая образуется от отсутствия добра и которая должна быть наполнена добром:

«Зло, будучи злом, никакой сущности и рождения не производит, и только по мере сил причиняет зло и порчу лику сущего <…>

Зло-в-собственном-смысле-слова не является ни сущим, ни Добром, неспособно порождать бытие и творить существа и блага <…>

В числе сущих нет зла <…>

И в бессловесных животных нет зла <…>

И во всей природе нет зла. Ведь если все природные логосы происходят из всеобщей природы, то нет ничего, что существовало бы вопреки ей <…>

Зло природы - противоестественность, отрицание природы. Так что нет злой природы, зло же природы состоит в неспособности исполнить свою природу <…>

Вопреки широко распространенному мнению - и не в материи зло, происходящее, как говорят, оттого, что она является материей. Ведь и она причастна к порядку вещей, к их красоте и виду <…>

Остается считать, что зло представляет собой слабость и убывание Добра <…>

Зло вне пути, вне цели, вне природы, вне причины, вне начала, вне конца, вне предела, вне желания, вне субстанции. Следовательно, зло есть ущербность, недостаток, немощь, несоразмерность, грех, бесцельность, безобразие, безжизненность, безумие, бессловесность, необдуманность, безосновательность, беспричинность, неопределенность, бесплодность, бездеятельность, безуспешность, беспорядочность, несхожесть, неограниченность, темнота, бессущественность и само никогда никак ничего не-существование <…>

(«О божественных именах», гл. 4)

В богословии псевдо-Дионисия мы имеем дело с преодолением дуалистических тенденций, что связано с радикальной ревизией платонизма, приведшей к возникновению христианского неоплатонизма. Как известно, именно под влиянием такого обновленного платонизма блаженному Августину удалось освободиться от дуализма, привитого ему в манихействе. Изменение отношения ко злу как не-сущему поменяло и его отношение к миру, который для него перестал быть воплощением зла, но стал пространством, на которое должна распространяться освящающая благодать Церкви.

Христианин в Церкви призван пройти путь, который в свое время прошел блаженный Августин: от манихейского дуализма к дионисиеву утверждению благости всего существующего, от стремления изолировать себя в «сакральном» гетто к желанию общения со всем миром и распространению церковной ограды на всю ойкумену, от попыток законсервировать собственную праведность к преображению всего, что нас окружает, систему закрытого мировоззрения христианиан должен сделать открытой, тем самым избавляясь от страха перед внешним миром, со всеми его сложностями и вызовами.

Именно так христианин наполняется силой Духа, которая животворит и его и, через него – мир вокруг него. Это сила, воскрешающая душу еще в этом веке и дающая упование на полноту жизни в будущем веке. Это сила одновременно упования и освящения, потому что энергия преображения – это энергия надежды:

«Снова показал мне пастырь многие деревья, из которых одни расцвели, а другие были иссохшие.

— Видишь ли эти деревья?

— Вижу; господин, — отвечал я, — одни засохли, а другие покрыты листьями.

— Эти зеленеющие деревья, — сказал он, — означают праведных, которые будут жить в грядущем веке. Ибо будущий век есть лето для праведных и зима для грешников. Итак, когда воссияет благость Господа, тогда явятся служащие Богу и все будут видимы. Ибо как летом созревает плод всякого дерева, и становится понятно, какого оно, так точно обнаружится и будет видим и плод праведных, и все они явятся радостными в том веке».

http://www.bogoslov.ru/text/1091932.html
Рубрики:  Церковь, богословие

Метки:  

Духовенство как сословие: его права и привилегии

Понедельник, 20 Сентября 2010 г. 11:18 + в цитатник

Публикуемая статья представляет собой историко-канонический очерк русского писателя и богослова Владимира Александровича Керенского, который выходил ранее в газете «Известия по Казанской епархии» за 1918 год и в журнале «Вече. Альманах русской философии и культуры» в 2003 году. Публикация В.А. Бажанова. Печатается с сокращениями.
 

Миланский эдикт Императора Константина Великого 313 г. довольно существенно изменил правовое положение христианской церкви... она сделалась церковью, благоприятствуемою со стороны гражданских властей и представители ее получили многие права и преимущества... прежде всего свободу от несения общественных обязанностей... и имущественных повинностей. Не менее существенные привилегии при Константине Великом и его ближайших преемниках получили члены христианского клира и в судебном отношении... Утверждая таким образом за представителями церковного клира, особенно высшего, очень большие привилегии не только церковного, но и гражданского характера, первые христианские императоры однако же настаивали на том, чтобы представители клира не слишком вторгались в гражданскую сферу. Шестое правило святых апостолов гласит: «епископ или пресвитер или диакон да не приемлет на себя мирских попечений иначе да будет извержен из священного чина», что подтверждает и 10-е правило VII Вселенского собора: «клирикам не надлежит принимати на себя мирских и житейских попечений»... под коими разумелись не дела, вызываемые христианскою любовию, например, дела попечительства над детьми, но дела «корыстныя»...

 

С наступлением средних веков — периода особенного расцвета папской системы — правовое положение римско-католического духовенства на западе не только не ухудшается, а напротив улучшается. Общий принцип, легший в этот период в основу папской системы, в рассматриваемом отношении гласит: «духовныя лица не могут быть никем принуждаемы к тому, что несовместимо с званием их, как духовных лиц, и государство, которое не придерживалось бы подобных воззрений, было бы явным последователем духовенств». Исходя из этого принципа, римско-католическая церковь за представителями ее усвоила следующие привилегии: 1) privilegium canonis, в силу которой всякое намеренное фактическое оскорбление полноправного духовного лица влекло за собою отлучение от церкви лиц и нанесших это оскорбление, и подготовлявших последнее, и участвовавших в нем, и не препятствовавших ему... 2) privilegium fori, каковой привилегией не только освобождались от гражданского суда духовные лица, но и вместе с тем церковному суду подлежали дела, возникшие между клириками и мирянами... В постановлениях, издаваемых в IX века, все клирики, начиная с имеющих тонзуру, т.е. носящих самое низкое церковное посвящение, изъяты из светского суда и подлежат церковному суду по всем преступлениям... Кроме расширения круга лиц, подлежащих церковному суду, в период средних веков в силу privilegium fori расширяется и круг лиц, находящихся под юридическим наблюдением представителей римско-католической церкви. Кроме бедных, вдов и сирот, как это было по древнему праву христианской церкви, клирикам в средние века принадлежало наблюдение над продавцами съестных припасов, чтобы они не увеличивали цену на жизненные продукты, над брошенными детьми, над назначением опекунов, над судьями, крестоносцами и пилигримами... Дальнейшими льготами, усвояемыми римско-католическим клирикам средних веков, были: 1) privilegium servitiorum — освобождение от несения различных мирских обязанностей, например: от военной службы, от государственных должностей, от караульной службы, вообще от «грязных» обязанностей; 2) privilegium competentiae, в силу которой само духовное лицо не подлежало аресту, и если налагался арест на его имущество, то ему на содержание выдавалась достаточная сумма денег; 3) privilegium immunitatis, т.е. свобода от налогов, выражавшихся в подношениях денежных подарков королям, императорам, князьям, в оплачивании путешествий императорских послов и прочая... Рядом с этими привилегиями клирикам средних веков предъявлялись требования морально-религиознаго характера: 1) чтение бревиарий — кратких молитвословий, от коего освобождались только клирики низших степеней и получавшие бенефиций; 2) целибат, т.е. безбрачие обязательное для клириков всех церковных степеней и запрещались: 1) препровождение времени в кабаках и слишком частые посещения знакомых домов; 2) безобразный образ жизни, особенно связанный с пьянством; 3) азартные игры в карты и кости; 4) увлечения охотою... Тем не менее многие из них не исполнялись не только средним клиром, но и высшим, включая сюда и первосвященников... Эти ненормальности церковноморальной жизни римско-католического клира были одною из главных причин к возникновению реформационного движения, которое ошеломило было римско-католическую курию, но на короткое время. Вскоре она оправилась и сумела возвратить римско-католическому клиру не только в римско-католических, но и в протестантских государствах довольно прочное правовое положение благодаря тому главным образом обстоятельству, что она, т.е. курия, успела и сумела упрочить за римским клиром репутацию антиреволюционной силы. Можно видеть это прежде всего на Австрии, в коей сохранены за римским клиром почти все привилегии, усвоенные за ним в средние века... Например, третья привилегия — privilegium servitiorum не только не отменяется в Австрии, но и расширена, так как освобождает клир от несения военной, караульной службы, вообще от «грязных» обязанностей. Курия в то же время одобряет и требует, чтобы члены клира принимали самое деятельное участие в государственных выборах, запрещая лишь страстность духовенства в последних, доходящую до полного отождествления политических и церковных интересов... Очень хорошо правовое положение римско-католического клира в Италии. В силу законов о гарантиях, утвержденных 13 мая 1871 г., римско-католическая церковь в Италии признается государственной, не взирая на возвещенную свободу вероисповеданий, и ей дарована полная автономия, т.е. право издавать свои распоряжения без предварительного согласия с правительством... Почти то же самое из других западных римско-католических государств наблюдается в Бельгии, Испании и Португалии... Довольно хорошо правовое положение римско-католического клира в государствах протестантских, например, в частности и в особенности в Баварии как германском государстве с большим процентом и католического населения. В силу конкордата от 5 июля 1817 г. римско-католическая церковь признается здесь господствующей и потому представители ее сохраняют в Баварии почти все права и привилегии, связанные с их служением по средневековым воззрениям... Из германских государств правовое положение представителей римско-католической церкви поколебалось было на некоторое время только в Пруссии в силу так называемых майских законов 1872-73 гг., потому что по этим законам римско-католическая церковь лишилась автономии во внутренней жизни, ее представители — казенного жалованья, члены многих орденов, особенно иезуитского, изгонялись из Германии и прочая. Однако после выхода в 1894 году в отставку Бисмарка — главного виновника указанных законов — от них осталось очень немногое, стесняющее правовое положение римско-католической церкви в Пруссии, например, ограничение свободы в создании новых орденов и необходимость для членов клира государственного образования. Что же касается остальных привилегий, то они те же самые, что и в других выше указанных государствах... Аналогично правовое положение римско-католического клира в Англии. И здесь в XVII-XVIII веках, как и в начале XIX в. в Германии, представители и вообще члены римско-католической церкви были лишены государственных прав... С восшедствием в 1820 г. на престол Георга IV и особенно со времени премьерства в английском парламенте Гладстона, издавшего 1869 г. церковные законы, правовое положение римско-католического клира в Англии значительно улучшается: члены его не только получают полную автономию в церковной сфере, но и права участия в государственной жизни английского королевства...

 

Из некатолических государств очень хорошо правовое положение представителей римско-католической церкви и России. Пользуясь еще в XVI-XVIII вв. на основании законов 1627, 1705 и 1769 гг. внутренним самоуправлением (privilegium fori), римско-католическая церковь в России во второй половине XVIII века приобретает права особо покровительствуемой церкви, проявляющияся в свободе принадлежащих католикам храмов, школ и строений от всяких городских повинностей с правом ходатайства казенных пособий в случае построения храмов в среде бедного населения (напр. в колониях Саратовской и др. губерний) (privilegium immunitatis). Во второй половине своего царствования Екатерина II старалась ограничить дарованные ею римско-католической церкви privilegia fori и immunitatis с помощью главным образом законов 1772-73 гг., запрещавших в России без разрешения местного губернатора объявления каких либо папских булль и сосредоточивавших высшее управление в руках Могилевского епископа Сестренцевича. Правовое положение римско-католической церкви в России однако же опять изменилось к лучшему при императорах Павле I и Александре I... Не ухудшилось правовое положение римско-католической церкви в России и после 1810 г., т.е. после учреждения Главного Управления по духовным делам, потому что это Управление, хотя и ограничивало privilegium fori... но значение этих ограничений терялось от того, что во главе Управления был поставлен князь Голицин — друг иезуитов, в силу чего, по сознанию даже представителя римского-католицизма в России — епископа Сестренцевича, католики в Русском государстве пользовались такою свободою, которая присуща лишь господствующей церкви... При Николае I правовое положение римско-католической церкви... даже улучшилось, так как в силу заключенного в 1847 г. конкордата с римским первосвященником к прежним правам, усвоенным римско-католическому духовенству, были присоединены еще права: свободно определять границы римско-католических епархий и самому папе назначать епископов для России и Польши по соглашению с русским правительством. Только при Александре II после того как было установлено участие римско-католического клира в польском восстании, правительство русское издало узаконения, нормирующие правовое положение клира римского в России, по коим сношения русских католиков производятся при посредстве представителя русского государства, католическое духовенство избирается из русских подданных, при поступлении на должность члены его дают клятву исполнять государственные законы и за уголовные и государственные преступления судятся наравне с другими подданными... Что касается других привилегий, усвоенных римско-католическому клиру в России... то они — те же самые, которые усвоены и клиру православной церкви...

 

В правовом положении русского клира православной церкви можно подметить несколько периодов. С самого же начала существования России как христианского государства духовенство занимало в ней особое положение. Уже в княжеский период государственная власть в России, в лице, например, великого князя Василия Дмитриевича, считала нужным ограничить право поступления в духовное звание лиц служилых и податных. В XVIII веке в духовное звание было запрещено поступать и младшим сыновьям дворянских фамилий, дети духовенства были прикреплены к церковной службе и все без исключения до 1949 г. поступали в духовные школы, дабы готовиться к церковному служению. Не взирая на эту изолированность, православное духовенство долгое время не пользовалось почти никакими привилегиями, потому что вплоть до начала XVIII в. причислялось к неинтеллигентным классам. Поэтому и указания на какие либо исключительные права православного духовенства в России можно находить не в XI-XII вв., как это видимо в римско-католической церкви, а только в половине XVIII в. Да и притом эти привилегии были не настолько велики, чтобы их можно было сравнивать с привилегиями, принадлежащими римско-католическому клиру. Так, для православного духовенства никогда не существовало privilegium canonis, в силу которой лица, оскорбившие клириков, несли особые наказания. Некоторыми привилегиями пользовалось и пользуется православное духовенство России в юридическом отношении... Существует для православного духовенства России и privilegium servitiorum — свобода от несения некоторых обязанностей, хотя эти последние были усвоены ему сравнительно поздно. Вплоть до Елизаветы Петровны духовенство привлекалось к исполнению полицейских обязанностей: например, держать караул на рогатках как днем, так и ночью, являться на пожары с пожарными орудиями и прочая; в 1724 г. духовенство было освобождено от воинского постоя; в 1899 г. от военной повинности, каковое освобождение распространялось и на псаломщиков, пока они состоят на должности... воспитанники духовных академий и семинарий, призываемые к воинской повинности, получают отсрочку... По окончанию курса они пользуются годичной отсрочкою для поступления на службу по духовному званию... О privilegium competentiae для русского духовенства ничего не говорится в узаконениях, а потому в данном отношении оно не отличается от других сословий. Усвоено ему лишь privilegium immunitatis, хотя опять не сразу. Даже при Петре Великом, когда была введена подушная подать, ей подчинялись все церковники и дети священнослужителей. Лишь в 1722 г. по особому ходатайству Св. Синода православные клирики были освобождены от указанной подати. Кроме того, домы лиц белого духовенства, равно и домы вдов и сирот духовного звания, в которых они сами живут, с 1899 г. освобождаются от военного постоя и от платы квартирных денег... с выходом квартирного закона о налогах в 1839 г. лица духовные освобождены от этого закона. Рядом с этими льготами, предоставленными духовным лицам православной церкви, для тех же лиц существуют следующие ограничения: 1) лица, состоящие в клире, не могут в то же время быть на государственной службе; 2) никто из них не может лично обязываться или ручаться за других ни в каких судебных местах: по подрядам и т.п. делам; 3) никто из них не может быть ходатаем и поверенным по чужим делам, кроме дел, связанных с ходатайством за духовное ведомство, за жен и детей своих и малолетних, находящихся у них под опекою; 4) никто из них не может быть гласным городской думы, участвовать в городских выборах и в земских избирательных собраниях, хотя епархиальному начальству и предоставлено право назначать в собрания: губернские, уездные, земские и думские депутатов от духовного ведомства... Сравнивая правовое положение православного клира в России с соответствующим положением инославного клира в западных государствах, легко можно видеть, что и в данном отношении, как и в материальном, наше духовенство уступает последнему, т.е. инославному клиру. Оно, например, совсем почти не пользуется privilegium canonis, т.е. правом особой юридической защиты от личных оскорблений, чем пользуется духовенство всюду на западе; оно, особенно монашеское духовенство, слишком стеснено в своих юридических и экономических правах; оно принимает сравнительно слишком небольшое участие в государственных учреждениях по сравнению с римско-католическим и протестантским клиром в западных государствах и прочая.

 

Опубликовано:  «Известия по Казанской епархии» 1918, №4, С. 9-10 и в журнале «Вече. Альманах русской философии и культуры» (СПб), 2003, вып. 14, С. 94-99.

http://www.bogoslov.ru/text/1079223.html
Рубрики:  Церковь, богословие

Метки:  

О пределах человеческого познания, или Реальность и ее модели

Понедельник, 20 Сентября 2010 г. 11:15 + в цитатник

«О, бездна богатства и премудрости и
ведения Божия! Как непостижимы
судьбы Его и неисследимы пути Его!

Ибо кто познал ум Господень?..»

Рим.11, 33-34.

 

И все-таки человек неудержимо стремится постичь судьбы Его и исследовать пути Его! Да и Сам Христос сказал: «Сия же есть жизнь вечная, да знают Тебя, единого истинного Бога, и посланного Тобою Иисуса Христа» (Ин.17,3). Здесь тайна антиномии: непостижимость и познаваемость. Всякое уклонение к тому или иному концу ведет либо к ереси «незнаек», либо к ереси «знаек». Истина же в одновременном единении двух утверждений: я и постичь не могу, я и постигаю.

 

В своем познании человек непременно стремиться разъяснить своему разуму мир, Бога и Его творение. Разум дан человеку и для того, чтобы познавать Постижимое, и для того, чтобы смиряться с Непостижимым. Причем все: и Великий Бог, и малейшая травинка — одновременно и постижимы и непостижимы. И не в относительном, условном смысле, а именно принципиально. Нельзя говорить, что мы познаем не суть, не истину, а только некое подобие того, что есть. Это означало бы непознаваемость вещи в себе. Нет, мы именно познаем суть, истину того, что есть! И одновременно мы не можем постичь всю Истину. И не просто в том смысле. Что мы только сейчас чего-то не знаем. А потом все равно узнаем, дойдем и до этого. Нет! Именно принципиально мы не можем постичь того, что есть!

 

Как строится наше теоретическое познание Бога, мира, законов? Всякое учение создает и пользуется некоторой системой понятий или моделей реальности. И уже в системе этих понятий и моделей идет дальнейшее познание. Но реальность сложнее, глубже и шире любого понятия или модели, с помощью которых мы ее познаем. Поэтому на определенном этапе познания какие-то понятия (модели) отбрасываются, какие-то видоизменяются, какие-то вновь создаются и т.д. Самое страшное, когда какое-то понятие (модель) абсолютизируется и объявляется самой реальностью или, лучше, отождествляется с нею. Тогда непременно возникают неразрешимые парадоксы и проблемы и просто нелепицы. Это явление вполне присуще схоластике. Всякая модель более или менее соответствует реальности. Но всегда бедней ее! Всякая познавательная модель нам что-то разъясняет, отвечает на некоторые вопросы, т.е. ведет к познанию реальности. Но за это обязательно суровая расплата — объяснив одно, она запутывает другое. В каком-то месте модель непременно уже явно не соответствует реальности и ведет к противоречию. И если это ясно не понимать, может возникнуть большая беда. В эту беду и впадает схоластика всякого рода.

 

И если эта подмена в сознании произошла, т.е. на модель смотрят уже как на саму реальность, то, столкнувшись с неминуемыми противоречиями этой модели и реальности, схоласты начинают изощряться и выдумывать нелепицы, чтобы выйти из противоречия, сохранив модель. Либо оппоненты из-за этого противоречия отвергают саму модель, а вместе с нею и ту истину, которую она несла и раскрывала, либо же из-за несоответствия модели и реальности, оппонентами отвергается сама реальность (объявляется, например, несуществующей или негодной).

 

Все сказанное действительно происходит как в естествознании, так и в философии, и в богословии.

 

Пора пояснить все сказанное примерами.

 

 

 

Пример1. В саду сидит человек. Он блестящий естествоиспытатель и поэт. Ему предложено описать сад. Однако сколь совершенным ни было бы его описание, оно все равно не вместит все, что содержит в себе сад. В этом случае реальность — сад. Модель — словесное описание. И слово не способно вместить в себя всю реальность сада, оно беднее ее.

 

Пример2. Модель, объяснив одно, запутывает другое. Неразрешимый парадокс является расплатой за разрешившуюся истину. Возьмем пример из физики.

 

В механике употребляется модель абсолютно твердого тела, с ее помощью, например в статике, разрешаются сложнейшие задачи. И эти решения прекрасно соответствуют практике. Но вот парадокс! Непонятно, почему, например, когда на простую доску поставить груз в одну тонну, она ломается?! Этого не должно быть!

 
 
 

P = F1 + F2

 

По модели абсолютно твердого тела, чем больше груз тела Р, тем больше сопротивление опор F1 и F2 , и они всегда уравняют друг друга. А доска будет себе спокойно лежать! Чтобы объяснить, почему доска в таком случае все-таки ломается, надо ввести уже другую модель. Надо допустить возможность прогиба (упругости) доски. Ну а наш «схоластик» будет стоять на своем. Для него доска есть абсолютно твердое тело, а значит... того и гляди изощрится доказать, что она никогда не проломится, а то, что мы иногда видим сломанные доски, то это не сломанные доски, а... то-то и то-то! По крайней мере, из положения он выйдет и концы с концам все-таки сведет!

 

«Оппонент-1» скажет: Поскольку доски все-таки ломаются, модель абсолютно твердого тела применять нельзя, и все книги по механике угодили в мусорный ящик, раздел статики из учебных программ исключен!

 

«Оппонент-2», основываясь на науке статике и вообще никогда не сомневаясь в науках и прогрессивном мышлении, просто скажет, что статика и ее модели верны, ну а сломанные доски (а, может, и доски вообще) — это... скорее всего вымысел невежественных людей.

 

Подобные же вещи могут произойти и с любыми другими физическими моделями (материальная точка, несжимаемая жидкость, точечный заряд и т.д.).

 

 

 

Пример3. Из философии.

 

«История всех до сих пор существовавших обществ
была историей борьбы классов»

 

(К. Маркс и Ф. Энгельс «Манифест Коммунистической партии»).

 
 

Есть в модели классов в человеческом обществе и их борьбы между собою некоторая истина. Но ради этой модели исторический материализм приносит в жертву саму историческую истину. Сколько трудов исписано марксистскими историками, чтобы втолкнуть реальную историю человеческих обществ, государств с их внутренними структурами и развитием в эту модель! К примеру, в Древнем Израиле рабами были только военнопленные, а их было немного, и они никогда не составляли производительную силу общества. Так что же там был за строй, и борьба каких классов двигала этим обществом?! Как его втолкнуть в модель рабовладельческого строя? В этом и других случаях марксистам приходилось извращать историческую реальность или обходить ее молчанием, чтобы сохранить свою модель и учение.

 

И вообще модель классов и классовой борьбы проста, четка, схематична и всеобъясняюща, а поэтому уже не верна, хотя где-то и соответствует истине. По этой модели исторический процесс практически уподоблен некоторому механизму, работающему по четким законам. Вот и получается вопиющий разрыв учения и реальности!

 

Утверждая преимущество своего учения, марксисты упрекали «буржуазных» философов в отсутствии единого всеобъясняющего учения, которое те смогли бы противопоставить марксизму. В свете наших рассуждений это, однако, не упрек, а похвала! Да, они действительно не пытаются втиснуть всю реальность истории, экономики в одну схему.

 

 

 

Пример 4. Из богословия (Феодицеи).

 

Бог совершен и есть Любовь. Это исходная модель. Как согласовать с ней факт существования зла и участи нераскаянных грешников в озере огненном?

 

Модель и факт противоречат друг другу. Ну а дальше одни отвергают модель, например, вводят еще и злого бога (дуализм, манихейство), другие отвергают реальность существования Бога (атеисты), третьи отвергают факт вечных мучений (Ориген, адвентисты). А опытный богослов-схоластик создает виртуозные казуистические объяснения, от которых не успокаивается ни ум, ни сердце. Вот к чему приводит схоластика! В данном случае ею поражены и манихей, и атеист, и адвентист, и богослов.

 

Автор данного трактата, незыблемо веруя в Совершенство и Любовь Божию и в мучения грешников, не дерзает пытаться дать ответ на этот вопрос, ибо для этого должен бы был ввести еще более совершенные модели, которые ныне человечеству просто неизвестны. Кстати, если пожелать уйти от противоречия, вводя другие модели (манихейскую, атеистическую и пр.), то, легко избавившись от этого противоречия, тут же возникают другие, еще более неразрешимые. Например, атеизм полностью противоречит принципу достаточного основания в таких вопросах, как происхождение мира, возникновение жизни, возникновение разума, духовных сущностей и др.

 

Так что в вопросе Феодицеи, в вопросе о возможности происхождения зла и его вечного наказания необходимо смирить свой пытливый ум перед Непостижимостью. Автор считает, что для того, чтобы объяснить зло (его происхождение и наказание), надо выйти из сферы греха. Только оторвавшись от земли, можно ее обозреть. Только выйдя в третье измерение, можно обозреть плоскость. Ну а если, находясь в двухмерной плоскости, ее обозреть невозможно, то тем более невозможно из двухмерной плоскости «увидеть» трехмерный объект. А именно на это похожи многие попытки рационального, схоластического богопознания (в том числе Феодицеи)! Для нас же сейчас важно то, что Христос дал возможность выхода из «плоскости греха». И только по мере этого выхода и возможно распознавание греха. Поэтому понимание этого вопроса растет не по мере накопления знаний, а по мере стяжания святости. Не ученый, а святой может об этом нечто сказать. И только совершено освободившись от греха в вечности, можно будет увидеть начала и концы зла.

 

Так что и весьма совершенная система христианской догматики (но все-таки система, все-таки модель!) расплачивается за сокрытые ею истины парадоксами и противоречиями. И это всякий богослов должен отчетливо понимать, чтобы не запутаться и не сделать неверные выводы. Не противоречива только сама Реальность, Божественная реальность, а ее модельные описания несовершенны. Поэтому святые не столько рационально (моделями) познавали Бога, сколько непосредственно в религиозном опыте. Самое совершенное описание сада не заменит непосредственного пребывания в нем! Хотя, в силу разности в духовном совершенстве людей, для слабейших бывает полезно и описание совершеннейших. Ибо их описание бывает глубже, чем сам опыт слабых. Однако несовершенен не только сам разум человека, но и все его духовные силы. Поэтому, и побывав в саду, он все равно не постигнет всего того, что этот сад есть, и что он содержит. Поэтому даже и религиозный опыт святых все-таки меньше того, что есть Сам Бог! Ведь и на Фаворе ученики увидели Славу Божию только лишь «якоже можаху» (из тропаря празднику Преображения). Но тем не менее и опыт, и познание не эфемерны, не тщетны и не пусты, ибо приобщают нас к самой Реальности, к Самому Богу, а поэтому желанны для нас и вожделенны.

 

 

 

Пример 5. Понятие «Таинства» (Sakramentum).           

 

«Таинство есть священное действие, чрез которое тайным образом действует на человека благодать, или, что то же, спасительная сила Божия» (Катихизис митрополита Филарета Московского). При совершении видимого вещественного действия, происходит невидимое благодатное действие.

 

Схоластическое богословие дало точные определения Таинства, числа Таинств, вещества Таинств, формул Таинств и т.д. Сам термин Таинства в таком смысле впервые употреблен (или впервые встречается?) карфагенским церковным писателем Тертуллианом. Учение о седмеричном числе Таинств принадлежит средневековому западному богослову-схоласту Петру Ломбардскому (XIII в.).

 

Понятие Таинства — богословская модель. Очень сильная и очень глубокая. Модель, позволившая вскрыть глубокий смысл христианской сотериологии и экклезиологии. Но все-таки и «Таинство» — всего лишь модель, за которую, как и за всякую, приходится расплачиваться. И расплачиваться серьезно.

 

Вот конкретно. Таинство Елеосвящения (соборование). Основанием для этого священнодействия являются апостольские слова в Иак. 5,14-15 и их практика (Мк. 6,13). Но мы знаем, что случается так, что после совершения соборования над больным он не получает исцеления. Как это понять? И вот связанные определением Таинства или, лучше, принявшие это определение (эту модель) за саму действительность священники вынуждены думать о том, а что же при этом произошло? Ведь Таинство совершилось, оно действительно. Что-то произошло. А что же произошло? Что это за «что-то»? И связанные определением-моделью авторы-схоласты дорассуждались: «В елеосвящении Церковь приходит к одру болящего и даже умирающего человека не восстанавливать здоровье (прямо противоречат словам «и молитва веры исцелит болящего» (Иак.5,14)), не замещать медицину, когда та исчерпала свои возможности. Церковь в лице собора священников или одного священника приходит для того, чтобы ввести этого человека в Любовь, Свет и Жизнь Христа» («Наст. книга священнослужителя», т.4, М. 1983, стр. 313). Да так ведь можно что угодно объяснить! И как хорошо, что молитва не подведена под определение Таинства! А то ведь в случае каждой неуслышанной молитвы пришлось бы изощряться в объяснении того, а что же при этом произошло! Хорошо было в таких случаях в апостольские времена пресвитерам, еще не знавшим этого определения. Те пресвитеры могли спокойно сказать: «Вот вчера мы помазывали елеем болящего, но Господь не дал ему исцеления». И у них не было проблемы объяснять, а что же тогда произошло, когда они помазывали болящего, как и у нас нет такой проблемы в случае неуслышанной молитвы. Мы ведь можем спокойно сказать, что мы помолились о больном, но Господь не дал исцеления — видно, не воля Божия. Вот в какие тупики вгоняет схоластика, модель, взятая за саму действительность! Сначала даем определение, создаем модель, а потом не знаем, что с ней делать.

 

После того, как модель Таинства стала восприниматься как сама реальность, стали возможны рассуждения на темы: А отпевание Таинство или нет (ведь содержит разрешительную молитву)? Венчание (брак) — Таинство или нет? И ответы на эти вопросы даются не всегда одинаковые. В общем-то именно так, представляется нам, доходили когда-то до вопросов о том, сколько Ангелов могут разместиться на кончике пера. Кстати, иерейское благословение тоже можно было бы в некоторой степени рассматривать как Таинство. И, наоборот, в Венчании (браке) очень трудно указать «вещество» Таинства, и только с определенной натяжкой удается его вписать в модель Таинства. Далее схоластика приводит к формулам Таинств. Одно дело Крещение, которое должно совершаться во имя Отца и Сына и Св. Духа. И то, едва ли это можно назвать точной формулой, которая несколько иначе произносится в Православии и в Католичестве. У православных: «Крещается раб Божий (имя) во имя...»; у католиков: «Я крещу тебя (имя) во имя». И уж совсем другое дело разрешительная молитва в Таинстве Покаяния. В некоторых православных пособиях для пастырей схоласты уже указывают, что если разрешительная молитва прочитана не вполне точно, то Таинство не действительно, т.е. грехи не отпущены. Но ведь это абсурд! Даже в Таинстве Евхаристии (Таинстве Тела и Крови Христа) совершительные слова произносятся несколько по-разному в чинопоследовании св. Иоанна Златоуста и в чинопоследовании св. Василия Великого. Но ведь Таинство совершается! А как же в первые века, когда еще не было единообразных чинопоследований повсюду?! В покаянии суть в том, чтобы священник от Лица Христова простил кающегося (2 Кор.2,10), а не в точном произнесении известных слов. А в Таинстве Елеосвящения в совершительной молитве поминается ряд имен святых. Как же тогда совершали это Таинство до этих святых?! Ясно, что не в точном произнесении слов дело, а в молитве веры (Иак.5,15).

 

К особенно тяжким последствиям привела замена реальности Таинства ее моделью в случае Крещения. Модель говорит, что крещеный омыт от грехов. Но от каких грехов омыт нераскаивающийся, едва ли верующий человек, если он и перед Крещением не каялся, и тут же после Крещения продолжает грешить. И перед Крещением, и в самом Крещении не собирался оставить грех и не оставил. Не связанный схоластической моделью св. Кирилл Иерусалимский (IV в.) мог спокойно сказать о недостойно крестившемся: «И крестился, но не просветился, омыл тело водою, но не просветил сердца Духом; погружалось в воду, и вышло из воды, тело, а душа не погребалась со Христом и не воскресла с Ним... Сорок дней имеешь на покаяние (оглашенный). Много у тебя удобного времени и совлечься, и омыться, и облечься, и войти. Если же останешься при злом произволении; предваряющий тебя не виновен, но ты не ожидай приять благодать. Примет тебя вода, но не примет Дух» (Св. Кирилл Иерусалимский, «Слова предогласительные», слово предогласительное, п.2 и п.4). Для православного схоласта эти слова будут ересью, ибо в них он увидит неверие в Таинство. И вот схоластика стала богословской основой глубоко порочной практики крещения людей без веры, без покаяния, без оглашения, без внутреннего перерождения.

 

Когда модель Таинства, объяснив нам столь многое в священнодействиях, однако, проявляет свое несовершенство, противоречит где-то реальности, тогда схоласты прибегают ко всякого рода богословским изощрениям, чтобы примирить противоречия между моделью и реальностью. А вот этого-то как раз и не следует делать!

 

Чтобы выйти из противоречия, можно было бы отказаться от этой модели. Но этого, насколько нам известно, в Церкви никто не сделал. Ибо тогда надо было бы предложить другую, более совершенную модель, а таковая просто не известна. Разве лишь можно указать на то, что многие православные богословы отказываются от ряда схоластических крайностей, которые особенно сильно проявляются в Католичестве.

 

И, наконец, третьи (протестанты, сектанты), увидев некоторые противоречия модели Таинства и реальности, отвергли саму реальность! Они просто объявили, что Таинств нет. И не в смысле модели, имеющей свои несовершенства, а именно в смысле той реальности, которую эта модель означает. И остались без реальных Таинств, а не только без учения о них. Остались без той благодати, которая реально через Таинства подается.

 

 

 

Пример 6. Церковный пост.

 

В Православной церкви тщательнейшим образом разработаны правила поста на весь год. Желающих ознакомиться с ними отсылаем к Типикону и Книге правил (свв. Апостол, Соборов и Отцов). Эти правила — тоже некоторая модель, схема. Это веками церковно выработанная лучшая модель, установка о том, как исполнить евангельскую заповедь о посте (Мф.9,15). Но все-таки это только модель. И взятая за саму истину, она прямо приводит к противоречию с Истиной, с заповедями Христа, «чтобы явиться постящимся не пред людьми, но пред Отцом твоим, Который втайне, и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно» (Мф.6,18). И хотя здесь (см. ст. 16-17), собственно, запрещен не самый пост пред людьми, а унылое, мрачное лицо, чтобы показаться постящимся, когда человеку не пост важен, а видимость поста пред людьми, т.е. запрещено фарисейское отношение к посту. Но все равно трудно сказать, что я соблюл эти слова Христа, если во время поста, оказавшись у неправославных (хоть неверующих, хоть инославных), я должен сначала сообщить хозяйке, что буду кушать, а что нет. Это всегда очень неприятно, а хозяйку часто вводит весьма в неловкое положение, и уж во всяком случае, такое «соблюдение поста» прямо противоречит словам Христа: «И если придете в какой город и примут вас, ешьте, что вам предложат» (Лк.10,8). Трудно в наше время православному. Не будешь есть — слова Христа нарушишь, неловкое положение создается, можешь обидеть хлебосольных странноприимцев. А поешь — правила нарушишь, да тут же и заработаешь: «Вот православный, да еще поп, а в пост скоромного наелся! Значит, и все они врут, не верьте им». Соблазн получился, а «горе тому человеку, через которого соблазн приходит» (Мф.18,7). А другой, глядя на это, вовсе перестанет поститься, а то и веровать. И такие случаи были. Однако причина (вина) этого не в словах Христа, они согласуются меж собой, а в схеме-модели, которой приписан догматический смысл, коего фактически она не имеет, а только в некоторой (пусть великой) степени отображает. Если же отказаться от правил поста (к чему многие ныне призывают), т.е. отказаться от модели, то скоро и от самого поста ничего не останется, как это в большой степени и произошло в Католичестве. Весьма утрачивается духовно-аскетическое направление в благочестии. Протестантизм в таких случаях отвергает, как правило, саму реальность. Аскетика там объявлена делом ненужным и даже не богоугодным.[1]

 

Так опять мы видим три неверных выхода: фарисейство схоласта, не глядя на жизнь и людей, соблюдающего правила[2] поста; отказ от правил поста (от модели); отказ от самого поста (самой реальности).

 

Наш вывод таков: пост и его правила нужны. Но следует знать, что правила поста — модель, а не догма, не сам пост, и за эти правила-модель приходится «расплачиваться» неизбежными противоречиями с жизненной реальностью. А уж как «расплачиваться», да подскажет Дух Божий в каждом отдельном случае особо (ср. Мф.10, 19-20). Тут «рецепты» как поступать едва ли возможны. Ведь сам «рецепт» будет новой моделью, которая приведет к новым противоречиям.

 

 

 

Пример 7. Догматы о св. Троице и Богочеловечестве Христа.

 

Мы не дерзаем вступать в конкретное рассмотрение моделей и Реальности по этим священнейшим вопросам. Но для всякого, вступающего своими рассуждениями в эту область, мы ставим как бы знак: Внимание! Осторожно!

 

Ведь и сами понятия: Троица, Ипостась, сущность, природа, рождение, нетварность и др. — это модели, взятые свв. Отцами из Св. Писания и, в большой степени, из эллинской философии платоников и неоплатоников, а также частично развитых ими самими. Поэтому в века Вселенских соборов часто разгорались споры не только по существу, но и из-за неодинаково понимаемых и не разработанных четко терминов. Например, только св. Василий Великий (десятилетия после I Вселенского Собора!) дает ясное различение понятий сущности и ипостаси, которое со временем принимается и на Западе, и на Востоке в Церкви. А такой богослов, как свящ. П.Флоренский, в своей книге «Столп и утверждение Истины» считает, что этим св. Василий Великий не улучшил, а, наоборот, ослабил ту силу формулировки этого учения, которая была у св. Афанасия Великого. Так что здесь необходима крайняя осторожность! Догматы и формулировки свв. Вселенских соборов являются лучшими теоретическими выражениями учения о Боге. Но если забыть, что и это только лишь модели, а не сама Реальность Божества, то можно впасть в беду. Опять начнутся либо схоластические выверты, либо отрицание догматов-моделей (ереси), либо самой Реальности (безбожие). И все это в истории учения о Боге действительно было.

 

Не только саму Божественную Реальность, Самого Бога, но даже и опытное постижение этой Реальности святыми невозможно вполне вписать в человеческие понятия и модели, ибо они «слышали неизреченные слова, которых человеку нельзя пересказать» (2 Кор.12,4). Значит, очень несовершенны все эти «пересказы»! Кстати, Апостол в этом случае даже не знал, в теле или вне тела он при этом находился (2 Кор.12,2). А вот в одной богословской книге, нам попадавшейся, автор, четко оперируя богословскими понятиями, смело и прямо утверждает, что Апостол, конечно, был вне тела. Так схоластика «позволила» тому автору лучше знать, чем самому Апостолу, опытно пережившему откровение! Жалкие «откровения» схоластики!

 

Человек, последовательно «уверовавший» в схоластику, стремится в конце концов создать модель всего мира, всего бытия Вселенной. Если уже частности этого мира не вписываются вполне в модели, а тут хотят всю Вселенную (а иногда еще и с Богом) вогнать в одну схему-модель! Этим неоднократно занимались религиозные философы. Вот труд, заранее обреченный на провал, ибо «человек не может постигнуть дел, которые Бог делает, от начала до конца» (Еккл.3,11). А посему всякий ученый, предпринявший попытку объять необъятное, в конце жизни вынужден признаться вместе с Екклесиастом: «И оглянулся я на все дела мои, которые делали руки мои, и на труд, которым трудился я, делая их: и вот, все — суета и томление духа и нет от них пользы под солнцем!» (Еккл.2:11). Такая участь постигла, например, в физике А. Эйнштейна, всю вторую половину своей жизни искавшего Единую теорию поля, которая должна была бы объяснить весь мир физических явлений, но не нашедшего ее и, может быть, зря растратившего на это свои силы и время. И уж вовсе «лопнула» классическая физика, когда-то позволившая Лапласу гордо воскликнуть: «Ум, который в данный момент знал бы все силы, действующие в природе, и относительное положение составляющих ее сущностей, если бы он был столь обширным, чтобы ввести в расчет все эти данные, охватил бы одной и той же формулой движения крупнейших тел Вселенной и легчайших атомов. Ничто не было бы для него недостоверным, и будущее, как и прошедшее, стояло бы перед его глазами» (Theorie analytique des probabilites par M. le Compe Laplase). Одной формулой он считал возможным охватить весь мир! Такая «формула» действительно есть. Но она уже не относится к области человеческих теорий (моделей). Она и есть Сам Бог, Его Божественная Реальность, в Себе соединяющая все! Этим же недостатком (постигнуть рационально в теории «формулу всеединства») страдают все всеобъемлющие системы в философии и догматическом богословии. Кстати, чем совершеннее какая-нибудь теория объясняет все, тем у нас больше недоверия к ней. Вот один пример из попыток осмыслить всю историю. Безусловно, известны сатанинские происки и дела масонов. Но «теория масонства», основанная на Протоколах сионских мудрецов, уж слишком ясно объясняет все, всю историю и все проявления зла. А уже только поэтому она не может быть вполне верна. По этой теории, в конце концов, «если в кране нет воды, значит выпили жиды», ну и выход один: «Бей жидов, спасай Россию!» А у оппонентов как всегда: или отбрасывают полностью само учение, или даже начинают отрицать сами сатанинские дела масонов.

 

И как отличается от всех схем и построений Св. Писание, святая Библия! Не случайно иные святые, приходя в полноту возраста Христова, опытно ведая Божественную Реальность, читали уже только Библию, оставив другую литературу. Библия — Божественная Реальность в слове, а не учение о Реальности, не схема-модель Реальности! Библия практически почти не дает определений, схем и систем. Она просто утверждает Истину, раскрывает Ее. И если говорить об относительности Библии, так уже только в том, насколько вообще само слово отображает то, что оно призвано выразить.

 

Автор этой статьи когда-то, находясь в духовных исканиях между Православием и протестантизмом, в сердцах, хотя и никогда не дерзал упрекать Бога, но иногда сожалел: «Вот почему Библия не написана в виде догматического пособия? Как катехизис. И было бы четко и ясно написано, что и как понимать. И не было бы споров, по крайней мере, не было бы столь разнящихся вероучений! Не было бы соответственно и таких делений среди христиан». Да, но тогда не было бы и самой Библии, не было бы Церкви, не было бы Божественной Реальности и Жизни Вечной, не было бы «Глаголов Вечной Жизни» (Ин.6,68), а была бы схема, выхоластившая жизнь, никогда не утоляющая жажду, а значит — огонь, огонь неугасимый...

 

 

 

Енисейск, 1985 г.

 

 

[1] Имеющиеся у протестантов посты не являются аскезой. Это, как правило, только краткий отказ от пищи для более усиленной молитвы в особых случаях жизни.

 

[2] Можно соблюсти правила поста, едва ли соблюдая пост.

http://www.bogoslov.ru/text/1046244.html
Рубрики:  Церковь, богословие

Метки:  

Вопрос о возрасте религиозного самоопределения учащихся в 1917-1918 гг.

Понедельник, 20 Сентября 2010 г. 11:13 + в цитатник

Временное правительство провозгласило необязательность изучения Закона Божия, в то время как советское правительство и вовсе сделало изучение религии недоступным для детей и юношества. Не стали ли соборные определения 1917 г. предпосылкой для дальнейшей отмены религиозного образования?
 

В 1917-1918 гг. ключевым вопросом, определяющим и допускающим возможность изучения детьми закона Божия в школе, стал вопрос о возрасте религиозного самоопределении учащихся.

 

До 1917 г. религиозная принадлежность детей устанавливалась и определялась полностью по воле родителей. В законодательстве этого периода признавалось, что «индивидуальная свобода совести и независимость гражданских и политических прав от вероисповедания обеспечиваются за каждым гражданином, но абсолютной неограниченной свободы совести не существует». Считалось, что свобода совести находит свой предел в возрасте гражданина, поскольку не может быть свободного религиозного самоопределения в детском возрасте и, следовательно, «дети должны получить религиозное образование и воспитание не по собственному выбору, а по указанию родителей, или тех, кто их заменяет»[1].

 

Временное правительство издало ряд постановлений и разработало пакет законопроектов, существенно изменивших правовое положение религиозного образования в школе, снизив возраст религиозного самоопределения учащихся с 18 до 14 лет, среди них главными были постановление «О свободе совести»[2], «Временное положение о преподавании Закона Божия»[3] и проект постановления «О некоторых изменениях в постановке учебной части в учебных заведениях ведомства Министерства народного просвещения, в связи с постановлением Временного правительства от 14 июля 1917 г. о свободе совести»[4]. В комментариях и объяснениях этого решения, указывались возможные случаи неизучения Закона Божия[5].

 

Постановлением о значительном понижении возраста религиозного самоопределения до 14-ти лет Временное правительство объективно ослабило власть родителей над детьми, разделило детей с их родителями, проигнорировав предложения съездов педагогов (с 16 лет)[6], Всероссийского родительского съезда (с 17 лет)[7].

 

После состоявшихся решений Временного правительства родители только до 14-летнего возраста своего ребёнка могли решать этот вопрос единолично. Теперь всякий юноша по свободному желанию мог определять своё отношение к изучению Закона Божия, а родители не были вправе принудить своего ребёнка изучать Закон Божий и теряли над ним власть. Кроме того, проблема самоопределения была превращена или переиначена в вопрос о праве выхода из православия, что можно было сделать задолго до наступления 18-ти лет, ведь препятствия к «добровольному выходу из православия» снимались.

 

Св. Собор Православной Российской Церкви посчитал, что 14-летний возраст для перемены вероисповедания и признания себя не принадлежащим ни к какой вере, а, следовательно, и для прекращения изучения Закона Божия в школе «представляется слишком юным, так как не обеспечивает надлежащей зрелости суждения в виду душевных и телесных особенностей отрочества»[8]. Была предусмотрена возможность «добровольного выхода из православия». Соборное определение от 2 декабря 1917 г. запретило решение вопроса о выходе из православия, а значит и саму возможность отказа от изучения религии до совершеннолетнего возраста, т.е. до 18 лет, но предусмотрело ряд оговорок: возможен добровольный выход из православия по достижении брачного возраста, а также «дети могут оставить Православие только по желанию родителей, и притом лишь в случае оставления Православия самими родителями; от детей, достигших 9-летнего возраста, требуется их согласие»[9]. Таким образом, Собор определил изучение Закона Божия до наступления совершеннолетия (18 лет) обязательным.

 

Все споры 1917 г. о возрасте религиозного самоопределения детей были прекращены решениями советской власти. Впервые норма, запрещающая преподавание религиозных учений детям до 18 лет не только в государственной школе, но и вне её, в любых организованных формах, прозвучала в разъяснении Наркомпроса от 23 февраля 1918 г.[10] Последующие постановления и циркуляры закрепили положение о недопустимости преподавания вероучения детям до 18 лет[11].

 

Фактически в советской школе для детей до 18 лет устанавливалось обязательно-принудительное антирелигиозное воспитание. Поэтому ни о каком религиозном самоопределении речи быть не могло. Государство лишило учащихся и их родителей этого права.

 

По установлениям советской власти для детей, отроков и даже юношей до 18-летнего возраста вообще не требовалось спрашивать мнения ни самих учащихся, ни их родителей по указанному поводу, тем самым юношество до 18 лет намеренно оставлялось без всякого духовного просвещения и помощи. Советское правительство, заботясь единственно о том, чтобы дети не попадали под влияние религии, и заинтересованное в пропаганде атеизма в школе, подняло возраст самоопределения до 18 лет. Это привело к ещё большему ослаблению власти родителей над детьми, к подрыву родительского авторитета, к внутрисемейному разладу. Фактически, отменив религиозное самоопределение учащихся, советская власть взяла на себя право и ответственность решать за ребёнка и его родителей этот сложный вопрос.

 

Целями и результатами указанных постановлений были, с одной стороны, создание облегченного порядка для выхода из православия, а с другой, - большие затруднения полноценного пребывания в православии. Советскими органами власти это называлось «соблюдением и осуществлением принципа свободы совести». Парадоксально, но советская власть подняла возраст самоопределения до той отметки, на которой настаивала Церковь. Однако в это вкладывался совершенно иной смысл. Конечно, юридическое и духовно-нравственное совершеннолетие не совпадают, но отнесение срока религиозного самоопределения к столь позднему возрасту говорит о недоверии советских законодателей как родителям, так и их детям, об озабоченности руководителей партии и государства, чем будет просвещаться душа и ум ребёнка: знаниями основ родной веры и религии или суррогатами коммунистической идеологии? Возраст от 10 до 18 лет - самый, пожалуй, ответственный в жизни человека: в эти годы складывается личность, закладываются жизненные навыки, отношение к миру и к себе, формируются основы мировосприятия и мировоззренческие установки, - то есть всё то, что определяет, чем и кем человек будет во взрослости.

 

Получалось, что, c одной стороны, возраст, с которого допускалось изучение религии, увеличивался, но годы учёбы к этому времени уже заканчиваются, юноша уже сформировался как личность, и в тех немногих разрешённых специальных богословских школах могли получить религиозное образование лишь немногие. Фактически, эта непомерно поднятая возрастная планка означала для 99 % вчерашних школьников насмешку. С другой стороны, до 18 лет ни родители, ни сами дети не могли позволить себе ни под каким предлогом возможности религиозного обучения.

 

Новые законы объективно означали для огромного числа детей разного возраста (до их совершеннолетия) принудительный выход из православия! Это - главное. Между родителями и детьми случился разрыв связей, произошло ослабление и даже устранение родительской власти над детьми. Советское законодательство прямо нигде не указывало на ограничение прав родителей в отношении религиозного воспитания детей. Более того, до 1923 г. формально существовало право на частное обучение детей. Однако в законоустановлениях советской власти отсутствовала чёткая формулировка этого права.

 

Систематизируем этот сложный вопрос, представив в форме таблицы четыре возможных ситуации-варианта с изучением Закона Божия и то, как они разрешались Временным правительством, Священным Собором и советским правительством, в соответствии с устанавливаемой в каждом случае возрастной границей религиозного определения:

 

 

 

 

 

 По решениям и определениям

 
 

 Временного Правительства

 

 Священного Собора
(до 18-летнего возраста детей)

 

Советского правительства
(до 18 лет)

 

 

 до 14 лет

 

 14 - 18 лет

 

 

Родители признают себя православными

При выходе родителей из православия

 

1)Родители и их дети хотят изучать ЗБ

(+) дети изучают ЗБ

 

 

(+) дети изучают ЗБ

 

(+) получают право и возможность на изучение ЗБ

 

(-) следует подождать до наступления 18-летия

 

2) Родители и их дети не желают изучать ЗБ

 

(+) получают право на изучение ЗБ

 

(-) дети не изучают ЗБ

(+) дети в обязательном
порядке изучают ЗБ

(-) только по желанию
родителей при условии их выхода из православия и с согласия детей с 9-летнего возраста

(-) желательный и приветствуемый законом вариант

 

3) Родители желают, а дети не хотят изучать ЗБ

(+) согласно воле родителей дети изучают ЗБ обязательно

(-) дети не изучают ЗБ

(+) право родителей решать за детей до 18-летнего возраста

(-) закон выступает на стороне детей против воли их «реакционных» родителей

 

4) Родители не хотят, а дети желают изучать ЗБ

(-) дети подчиняются воле родителей и не изучают ЗБ

(+) дети изучают ЗБ

(+) дети изучают ЗБ

 

 

 

(-) по желанию родителей и при условиях: а) подчинения воле родителей до 9 лет; б) согласия детей старше 9 лет

(-) у детей нет никакой возможности самостоятельно реализовать право на изучение ЗБ

 
 
 
 

Таким образом, установленный законодательством возраст религиозного самоопределения свидетельствует как о характере государственно-церковных отношений, так и о месте и роли, отводимых религиозному образованию и изучению Закона Божия. Этот признак является атрибутивным, выражающим самое существенное в отношениях Церкви и государства.

 

Временное правительство легкомысленно и безответственно манипулировало этой гражданско-правовой нормой. А с октября 1917 г. в результате сознательного и целенаправленно нормотворчества - в ущерб психолого-возрастным особенностям учащихся, общепризнанным педагогическим нормам и вопреки религиозно-нравственным ценностям - советская власть исключила возможность изучения религии в школьном возрасте, сделав её недоступной для детей и юношества.

 

При определении этой нормы естественным образом следовало учитывать исторический опыт России и культурообразующую роль православия, религиозный быт и традиции, глубоко укоренившиеся в народе. Введением разрешительной для изучения религии нормы лишь с 18 лет, советское правительство, не считаясь с духовной природой человека, игнорировало психолого-возрастные особенности детского, подросткового и юношеского возраста, отвергало педагогические разработки в этом вопросе и целиком следовало соображениям политическим и идеологическим. Отправной точкой при установлении указанной нормы была в первую очередь доктрина коммунизма, «альфой и омегой» которого являлся атеизм. Все иные факторы воспитательно-педагогического и культурно-образовательного значения были подчинены этой доктрине.


 

 [1] Суворов Н.С. Учебник церковного права. М., 1913. С. 164.

 

 [2] Постановление Временного Правительства «О свободе совести»[14 июля 1917 г.] // Церковные Ведомости. 1917. № 31. 29 июля. С. 247-248.

 

 [3] Временное положение о преподавании Закона Божия в правительственных, общественных и частных с правом правительственных, учебных заведений Министерства народного просвещения [заслушано на заседании Государственного комитета 29 июля 1917 г.] // ГАРФ. Ф. 1803. Оп. 1. Д. 22. Л. 31; То же // Бюллетени Государственного Комитета по народному образованию при Министерстве народного просвещения. 1917. № 4-5. С. 9.

 

 [4] Докладная записка Департамента народного просвещения о некоторых изменениях в постановке учебной части в учебных заведениях ведомства Министерства народного просвещения, в связи с постановление Временного правительства от 14 июля 1917 г. о свободе совести (6 сентября 1917 г.) // ГАРФ. Ф. 1779. Оп. 2. Д. 409. Л. 1.

 

 [5] Из «Вестника Временного Правительства» // Педагогические известия. 1917. № 3-4 (октябрь-ноябрь). С. 73-74.

 

 [6] Выписка из протокола № 3 съезда учащих г. Мариуполя и уезда, 9 августа 1917 г. // ГАРФ. Ф. 1803. Оп. 1. Д. 26. Л. 219.

 

 [7] Резолюция 1-го Всероссийского родительского съезда в Москве (7-10 августа 1917 г.) [секции по религиозно-нравственному обучению и воспитанию] // ГАРФ. Ф. Р-3431. Оп. 1. Д. 397. Л. 4.

 

 [8] Выписка из протокола Соборного совета от 28 сентября 1917 г. за № 15 // ГАРФ. Ф. Р-3431. Оп. 1. Д. 397. Л. 38.

 

 [9] Определение Священного Собора Православной Российской Церкви о правовом положении Православной Российской Церкви 2 декабря 1917 г. // Русская Православная Церковь и коммунистическое государство. 1917-1941. Документы и фотоматериалы. М., 1996. С. 14.

 

 [10] Постановление Наркомпроса РСФСР «О передаче всех учебных заведений в ведение Народного Комиссариата по просвещению» от 23 февраля 1918 г. [Электронный ресурс] URL: http://law-news.ru/cp/c25/page_243.html (дата обращения: 28.10.2008).

 

 [11] [Декрет ВЦИК «Об единой трудовой школе РСФСР» (Положение) 1918 г.] // Систематический сборник важнейших декретов. 1917-1920. М., 1920. C. 187; Постановление Народного Комиссариата по Просвещению от 23 апреля 1921 г. (Протокол Коллегии Наркомпроса 17-го заседания) // ГАРФ. Ф. А-353. Оп. 6. Д. 19. Л. 59; Циркулярное разъяснение Наркомюста, НКВД и Наркомпроса № 200 всем Губисполкомам об использовании зданий, предназначенных для богослужебных целей и других надобностей. (по дате заверенной копии - 17 октября 1921 г.) // ГАРФ. Ф. А-353. Оп. 6. Д. 19. Л. 61; Разъяснение V отдела Наркомюста № 227, 8 мая 1922 г. // Гидулянов П.В. Отделение Церкви от Государства в СССР. Полный сборник декретов, ведомственных распоряжений и определений Верхсуда РСФСР и других советских социалистических республик...[Систематизированный сборник действующего в СССР законодательства] / Под ред. П.А. Красикова. М.,1926. С. 368-369; Циркуляр НКВД № 336 всем губотделам управления (по губликвидкому) от 31 июля 1923 г. // ГАРФ. Ф. Р-5263. Оп. 1. Д. 55. Л. 344.

http://www.bogoslov.ru/text/1040742.html
Рубрики:  Церковь, богословие

Метки:  

Православие и Католичество сегодня. К вопросу общения в Таинствах

Понедельник, 20 Сентября 2010 г. 11:10 + в цитатник

На сегодняшний день не существует церковного разрешения православным участвовать в таинствах инославных Церквей. В конце 1969 г., когда Синод Русской Церкви издал постановление о возможности причащения католиков и старообрядцев в Православной Церкви, это вызвало множество нареканий. Сегодня это решение Церкви не действует, однако некоторые вопросы все же остались: как же мы можем «признавать» католические таинства, но при этом не участвовать в них? Если пастырской необходимости в совместном причащении нет, то чему служит причащение без единства? Кого представляют собой православные и католики, которые решили сами, без своих Церквей, восстановить евхаристическое общение? На эти и многие другие вопросы отвечает в своей статье диакон Александр Занемонец.
 

Поиск единства между разделившимися христианами — обязанность христиан и попытка исполнить заповедь Спасителя «да будут все едины». Еще в 4 в. святитель Григорий Богослов говорил, что «мы хотим не победы над братьями, но нас терзает разлука с ними». Таким должно быть и наше отношение к Католической Церкви, которая не состоит в общении с Православной с середины 11 в., уже почти целое тысячелетие.

 

Что такое «общение» между Церквами как в древности, так и сегодня? По-русски здесь нет созвучия, но на латинском и греческом языках «общение» между Церквами обозначается тем же словом, что и «причастие» — communio, koinonia. И это неспроста, так как церковное единство проявляется не только в согласованности деятельности, административного устройства и проч., но в первую очередь — в общем причащении. Причащаясь из одной чаши, мы становимся едины со Христом и друг с другом, признавая таким образом полное единство нашей общины и той, с которой мы вступили в общение.

 

Именно поэтому в древности наказанием за грех было отлучение от причастия, то есть от общения церковного. А если та или иная христианская община вводила неправильное учение, то ее также «отлучали от причастия», то есть члены Церкви — духовенство и миряне — не могли больше причащаться вместе с членами отделенной общины. Возможно, что такие перерывы в общении происходили иной раз из-за церковной политики, из-за властолюбия архиереев или просто непонимания между людьми, но все же главной причиной было введение нового учения, не принятого всей полнотой Церкви. Поэтому восстановлению церковного общения, то есть взаимного причащения, предшествовало восстановление единого церковного учения.

 

В 9 в., как раз во времена свв. Кирилла и Мефодия, при патриархе Фотии в Константинополе состоялся последний общий собор Западной и Восточной Церкви, который должен был разрешить накопившиеся между ними противоречия и уврачевать временные конфликты (879-880 гг.). Восстанавливая общение, отцы собора подтвердили употребление Символа Веры без filioque, постепенно входившего в практику многих Церквей на Западе, и подтвердили неизменность всего учения неразделенной Церкви. Таким образом, этот собор, почитавшийся до разделения 11 в. Восьмым Вселенским как на Востоке, так и на Западе, восстановил общение между Церквами на основании единого древнего учения. Как писал о. А.Шмеман, «Византийская Церковь в спорах с Западной Церковью неизменно формулировала проблему не в понятиях присоединения к себе Западной Церкви или естественного признания Таинств или церковной организации, но исключительно в области догматической, в которой Западная Церковь «предала» истину и выпала из кафолического единства: Filioque и т.д. И происходило так потому, что только в догматическом согласии, еще точнее в согласии веры Таинства другой местной Церкви могут быть признаны нами так же, как Таинства нашей Церкви; другими словами, эта Церковь может быть признана той же самой Церковью. Догматическое согласие необходимое условие признания другой Церкви, без него внешнее единство Церкви перестает выражать ее «онтологическое» единство»[1].

 

После разделения 1054 г. почти в каждом поколении, вплоть до падения Константинополя в 1453 г., предпринимались попытки восстановления единства. Конечно, они нередко предпринимались императорской властью для своих целей, но не подтверждает ли это, что разделение было не просто политическим или культурным, но догматическим? Естественно, что всем этим попыткам воссоединения сопутствовали многочисленные контакты, встречи и собеседования. Так что православные и католики отнюдь не избегали общения друг с другом. Последней великой попыткой восстановить единство был Ферраро-Флорентийский собор 1439 г., когда обе стороны сочли возможным назвать свою встречу Вселенским собором, хотя по ходу его не было и речи о совместном служении литургии. Поскольку древнее единство учения достигнуто не было, собор не стал подлинным объединительным собором.

 

В наше время, в 20 столетии, контакты между Православной Церковью и Католической стали более близкими. Это произошло как из-за эмиграции на Запад множества православных, так и из-за общей секуляризации, перед лицом которой христиане вновь начали осознавать свое единство. Пожалуй, главным стала отмена в 1965 г. анафем, наложенных в 1054 г. друг на друга Римской Церковью и Константинопольской, частью которой в то время была и Русская Церковь. Вот основные цитаты из этого документа, называемого Tomos Agapis:

 

«АФИНАГОР

 

милостью Божией Архиепископ Константинополя Нового Рима и Вселенский Патриарх. Во имя святой, единосущной, животворящей и нераз­дельной Троицы.

 

«Бог есть любовь» (I Ин 4.8), любовь же Богом данный знак, отличающий учеников Христа, эта сила, собирающая воедино Его Церковь, это начало мира, со­гласия и порядка, как постоянное и яркое явление Святого Духа в ней (...) И если случится так, что любовь охладится и единство в Господе прервется, должно всеми силами противодей­ствовать злу и стараться его устранить.

 

А ведь за грехи наши (...) разразилась ужасная гроза: от­ношения между Римской и Константинопольской Церк­вами были подвергнуты испытанию, и любовь, прежде эти Церкви связывавшая, была ранена столь тяжко, что в лоне Церкви Божией прозвучала анафема: римские ле­гаты, Кардинал Гумберт и его спутники, предали анафе­ме Патриарха Михаила Кируллария и двух его помощни­ков; Патриарх же Михаил Кирулларий с возглавляемым им Синодом, в свою очередь, предал анафеме эдикт, вы­несенный посланцами Рима и тех, кто его вынес и их со­трудников. Римской и Константинопольской Церквам надлежало тогда, подражая доброте и человеколюбию Божиему, взяться за дело и восстановить мир (...).

 

И ныне наши Церкви сочли необхо­димым приступить к исправлению допущенных в прош­лом ошибок и устранению всего, что этому исправлению препятствует, во имя углубления, возрастания, укрепле­ния и совершенствования любви.

 

Вот почему (...) Мы решили пре­дать забвению и изгладить из памяти Церкви вышеупо­мянутую анафему, произнесенную Патриархом Констан­тинопольским Михаилом Керуларием и возглавляемым им Синодом.

 
 

Итак, Мы письменно заявляем, что эта анафема (...) отныне и навеки предается забве­нию и изглаживается из памяти Церкви. Да будут ходата­ями за нас перед всемилостивым Богом Пресвятая Вла­дычица наша Богородица и Приснодева Мария, святые преславные Апостолы Петр Первоверховный и Андрей Первозванный и все святые. Да пребывает Церковь в ми­ре Господнем во веки веков (...).

Год от Спасения 1965, месяц декабрь 7 число (подписи Патриарха и членов Синода)».

 

Аналогичный документ был оглашен в тот же день и со стороны Римской Церкви. Так что анафемы, то есть взаимные проклятия и отлучение, сняты. Но привело ли это снятие анафем, так явно свидетельствующее о наличии доброй воли у патриарха Афинагора и у папы Павла VI, к возобновлению церковного общения, то есть совместному служению Евхаристии? Конечно же нет, поскольку единство вероучения достигнуто не было. Снятие анафем стало лишь началом пути к укреплению любви и единства.

 

В конце 1969 г. Синод Русской Церкви издал постановление о возможности причащения католиков и старообрядцев в Православной Церкви.

 

«Допущение к Святым Таинствам Православной Церкви старообрядцев и католиков. Определение Священного Синода. (16.12.1969)

 

Имели суждение о различных случаях, когда старообрядцы и католики обращаются в Православную Церковь за совершением над ними святых таинств.

 

Постановили: В порядке разъяснения уточнить, что в тех случаях, когда старообрядцы и католики обращаются в Православную Церковь за совершением над ними Святых Таинств, это не возбраняется»[2].

 

Через три месяца после этого решения митр. Никодим Ленинградский дал свое разъяснение по поводу этого решения:

 

«Разъяснение председателя Отдела внешних церковных сношений Московского Патриархата митрополита Никодима о невозбранном допущении к Святым Таинствам старообрядцев и католиков. (17.3.1970)

 

В связи с запросами, поступающими от представителей прессы относительно решения Священного Синода Русской Православной Церкви от 16 декабря 1969 года о невозбранном допущении к Святым Таинствам старообрядцев и католиков в тех случаях, когда они обращаются с просьбой об этом к священнослужителям нашей Церкви, считаю своим долгом сделать следующее разъяснение:

 

Священный Синод, принимая это постановление, руководствовался практикой в жизни Русской Православной Церкви в СССР, когда члены Старообрядческой Церкви, имеющей трехстепенную иерархию, а также члены Римско-Католической Церкви в случае болезни или по иной причине обращаются к священнослужителям Русской Православной Церкви с просьбой о духовном утешении и за совершением Святых Таинств. (Это может быть в тех случаях, когда последователи старообрядческого и католического исповеданий не имеют возможности обратиться к священнослужителям своих Церквей.) В таких случаях духовенству Русской Православной Церкви надлежит проявлять пастырскую заботу и преподавать нуждающимся духовное утешение и Святые Таинства.

 

При этом следует иметь в виду, что Православная и Римско-Католическая Церкви имеют одинаковое учение о Святых Таинствах и взаимно признают действенность этих Таинств, совершаемых в них.

 

Упоминаемое решение Священного Синода, как мы надеемся, будет иметь значение и окажет доброе влияние на укрепление братских отношений Русской Православной Церкви с Церковью Римско-Католической и Старообрядчеством и таким образом облегчит следование по пути к вожделенному вероисповедному единству, заповеданному Христом Спасителем всем, кто исповедует Его всесвятое Имя»[3].

 

Важно, что это постановление касалось не причащения православных у католиков, но причащения католиков или «умеренных» старообрядцев в Православной Церкви, когда рядом нет их духовенства. Это постановление, согласно разъяснению митр. Никодима, объяснялось «практикой жизни в СССР, когда последователи старообрядческого и католического исповеданий не имеют возможности обратиться к священнослужителям своих Церквей». Возможно, во многом это было вызвано ситуацией на Западной Украине, а также разрешением Второго Ватиканского собора причащать в подобных же случаях православных. В схожей ситуации, константинопольский синод разрешил в свое время (1878 г.) причастие в Православной Церкви армян в тех областях Малой Азии, где отсутствовало армянское духовенство. Все это можно считать пастырским попечением о тех людях, которые не считают возможным во всей полноте присоединиться к Православной Церкви, но по независящим от них причинам не имеют возможности приступать к Таинствам в своей Церкви. Конечно же, во всех этих случаях речь шла совсем не о туризме и не о пророческом предзнаменовании будущего единства.

 

Интересно, что решение московского Синода 1969 г. было опротестовано Константинопольской Церковью, считавшей, при всей своей открытости к диалогу, что такое решение не может приниматься на уровне одной поместной Церкви. Ответ из Москвы был таков, что это дело пастырское, касающееся ситуации в Советском Союзе.

 

Через 17 лет после этого решения, в 1986 г., русский Синод приостановил его действие:

 

«Имели суждение о Разъяснении Священного Синода от 16 декабря 1969 года о допуске в порядке икономии к Святым Тайнам римо-католиков. Постановили: Ввиду поступающих запросов по поводу данного Разъяснения Священный Синод сообщает, что практика эта не получила развития, и определяет отложить применение синодального Разъяснения от 16 декабря 1969 года до решения этого вопроса Православной Полнотой»[4].

 

Напомню, что ни в 1969, ни в 1986 гг. не шло речи о причащении православных у католиков.

 

Здесь позволю себе привести отрывок из интервью митр. Кирилла, нынешнего Московского Патриарха, данного в 1991 г. Я.Кротову:

 

« - А евхаристическое общение с Католической Церковью?
- В 1970-х годах Синод принимает решение о допуске к причастию католиков и старообрядцев в случае крайней нужды. Почему такое решение приняли? По пастырским соображениям. В целом ряде районов было много католиков, которые не имели своих храмов и регулярно посещали православные, принимали участие во всех службах, вели себя как "добропорядочные православные", активные члены православных приходов, и не могли причащаться. А католических церквей вообще не существовало
на многие тысячи верст вокруг. Особенно это касалось Украины. И тогда Синод, учитывая эту ситуацию, разрешил их причащать в крайних случаях. К тому же, Второй Ватиканский Собор разрешил католикам причащаться в православных храмах. И в 1970-х годах у нас был интенсивный диалог с Католической Церковью, и в этом диалоге мы также обсуждали униатскую проблему. Формально все говорили о том, что униатской церкви на Западной Украине не существует. Но было хорошо известно, что всегда были люди, которые разделяли убеждения греко-католиков. И обращаясь к ним, папа Павел VI сказал, что они, оставаясь католиками, находятся под пастырским окормлением Русской Православной Церкви в связи со сложившимися историческими обстоятельствами. И вот для того, чтобы дать возможность этим людям иметь таинства, Синод принял это решение. И мне кажется, что это был правильный путь решения униатской проблемы. В 1980-х годах отменяется решение Синода, причем речь шла только о католиках. Сыграли свою роль два фактора. Во-первых, было довольно сильное давление на Русскую Церковь со стороны Греческой, и особенно афонских монахов, которые утверждали, что это решение Синода является неправомерным. Но, правда, к этому времени начинает меняться и ситуация внутри нашей страны. Тогда еще не было массового открытия католических храмов, но уже было какое-то предчувствие начала этого процесса. И Синод отменил это решение.
- А православные могут причащаться в католических храмах, если они находятся в эмиграции, где нет православных церквей, или в туристической поездке за границу?
- С точки зрения официальной позиции Церкви
не имеют права причащаться в католической Церкви. А что касается реальной жизни, то знаю, что бывало по-разному. Иногда в госпитале на смертном одре принимали русские люди причастие у католиков, хотя это бывало довольно редко...»[5].

 

Кажется, что это на сегодняшний день остается позицией Русской Церкви. По словам митр. Илариона (Алфеева), «у нас (с католиками) фактически существует взаимное признание Таинств. У нас нет общения в Таинствах, но мы признаем Таинства... Если католический священник обратится в православие, мы его принимаем как священника, мы не рукополагаем его заново. А это значит, что де факто мы признаем Таинства Католической Церкви». В отношении причастия — «бывают исключительные случаи, когда, например, умирает католик где-то в городе, где нет вообще поблизости католического священника. Он приглашает православного священника. Вот в таком случае, я думаю, православный священник должен прийти и дать причастие этому человеку»[6].

 

Католическая позиция в этом вопросе менялась, но в принципе она схожа с позицией Русской Церкви. Цитируя один из документов II Ватиканского Собора, папа Иоанн-Павел II говорил в своей энциклике 1995 г., что, «учитывая тесные узы между Католической и Православной Церквами в сфере совершения таинств, Декрет о Восточных Католических Церквах Orientalium Ecclesiarum провозглашает: «... Пастырская практика показывает, что можно и должно принимать во внимание отдельные личные обстоятельства, когда не терпит ущерба единство Церкви и нет никаких опасностей, но к тому настоятельно понуждают необходимость спасения и духовное благо душ. Поэтому Католическая Церковь, смотря по обстоятельствам времени, места и лиц, часто применяла и применяет более мягкий способ действия, предлагая всем средства спасения и свидетельство любви между христианами посредством участия в таинствах и иных священнодействиях» (Энциклика Иоанна Павла II об экуменическом долге — Ut unum sint «Да будут все едино». 1995. §58).

 

Что касается православных на Западе, более вовлеченных в диалог и в общую жизнь с инославными, то их наиболее распространенная позиция заключается в широких контактах и диалоге с инославными, однако при воздержании от участия в Таинствах Церквей, не состоящих в общении. Почему? Пастырской необходимости в совместном причащении нет, а чему служит причащение без единства? Ложному представлению о том, что единство уже достигнуто? Совместные встречи — да, общая молитва (даже в некоторых случаях общее служение Литургии Слова — Литургии Оглашенных на уровне патриархов) — да, но не совместная Евхаристия. В тех случаях, когда инославные «случайно» причастились за православной литургией, им объясняется, что в этот момент они стали членами Православной Церкви, так что за ними остается серьезный выбор — остаться ли им в этой Церкви.

 

Итак, на сегодняшний день не существует церковного разрешения православным участвовать в Таинствах инославных Церквей. Хотя подобные случаи имеют место, еще никто не обосновал церковную необходимость таких действий. При этом есть определенная возможность совершать Таинства над инославными при наличии пастырской необходимости. И здесь должно быть осознание всей серьезности этого шага и его последствий. Если наша цель — единство друг с другом и с неразделенной Церковью древности, то может ли иметь место то, что достижению этого подлинного единства препятствует или создает о нем ложное представление?

 

В одной из энциклик папа Иоанн Павел II говорил: «Будучи взаимно исключенными из евхаристического общения, мы ощущаем нашу нищету и необходимость прилагать все усилия, чтобы приблизить день, когда мы вместе сможем разделять единый хлеб и единую чашу» («Свет с Востока», май 1995 г., §19). Не является ли такая позиция более трезвой, нежели попытка различными «партизанскими» действиями приблизить чаемое единство? И кого в конце концов представляют православные и католики, которые решили сами, без своих Церквей, восстановить евхаристическое общение? Не приведет ли такое не к единству с дальними, но, напротив, к разделению с ближними?

 

Вопрос, который в подобной ситуации кажется логичным, это вопрос о том, как же мы можем «признавать» католические таинства, но при этом не участвовать в них? На это я могу ответить словами такого широкого человека, как покойный о. Георгий Чистяков. Как-то его спросили, можно ли считать действительной англиканскую литургию, за которой все же ни православные, ни католики не дерзнут причаститься. На это о. Георгий ответил: «Для них она может быть действительной». Что это значит? То, что Церковь не дерзает выносить суждение о том, что происходит за ее каноническими пределами. То обстоятельство, что «перегородки между нами — по словам святителя Филарета (Дроздова) — не доходят до неба», не означает возможности для нас принимать участие в таинствах тех общин, которые все еще пребывают вне вероучительного и евхаристического единства с Православной Церковью.

 

Позволю себе закончить словами о. А.Шмемана, сказанными в свое время на встрече с англиканами:

 

«В заключение скажу, что перед нами лежит трудный и, возможно, долгий путь путь, ведущий к "интеграции" вселенского и кафолического Предания Церкви. Любая попытка свернуть с этого пути и найти некую форму "эсхатологического" единства за пределами его "адекватного" исторического выражения приведет не к истинному единству, а к искусственному, чисто человеческому единству и к развоплощению Церкви. И лишь в том случае, если мы будем держаться этого пути, слова "воссоединение с Православием" перестанут восприниматься нашими западными братьями как проявление человеческой гордыни и откроются как единственно возможный конец и истинное завершение пути»[7].


 

[1] Прот. Александр Шмеман. Собрание статей. М., 2009. с.362.

 

[2] ЖМП. 1970. № 1.С.5.

 

[3] ЖМП. 1970. № 5. С. 25.

 

[4] ЖМП. 1986, № 9, стр. 7-8.

 

[5] http://www.krotov.info/spravki/persons/bishops/gundyaev.htm

 

[6] Из передачи «Церковь и мир» на телеканале «Россия» 17 октября 2009 г.

 

[7] Прот. Александр Шмеман. Собрание статей. М., 2009. с.363.

http://www.bogoslov.ru/text/1021046.html
Рубрики:  Церковь, богословие

Метки:  

Григорий (Чуков), митрополит Ленинградский и Новгородский: Таинство покаяния и «общая исповедь»

Понедельник, 20 Сентября 2010 г. 11:05 + в цитатник

В последние десятилетия в церковно-богослужебную практику начала входить так называемая общая исповедь, вытесняющая, особенно в городах, исповедь частную. Между тем такой практики никогда не знала древняя Церковь.

 

В конце прошлого века употребление общей исповеди было разрешено митрополитом Исидором покойному протоиерею Иоанну Сергиеву (Кронштадскому) в силу особенных обстоятельств его пастырской деятельности и во внимание к его исключительной личности, но и то — не как Таинство Покаяния, а как подготовление верующих к принятию святых Таин Тела и Крови Христовых.

 

В настоящее время оправданием такой практики обыкновенно становится большое число говеющих (особенно в дни Великого Поста) и якобы физическая невозможность для священника исповедывать каждого в отдельности. Некоторыми из мирян такая практика даже одобряется: не занимает много времени, не задевает самолюбия и не вызывает естественного чувства смущения и стыда пред духовником из-за совершенного проступка...

 

О таком «одобрении» этой практики, конечно, нельзя и говорить серьезно: высказывать это — значит совершенно не понимать смысла исповеди и уклоняться от того, что является одним из существеннейших ее элементов — сердечного сокрушения кающегося и именно болезненного для самолюбия, бьющего по чувству стыда выявления пред духовником тяготящего совесть греха, как показателя искренности раскаяния и желания исправления.

 

«Оправдание» же такой практики совершенно недопустимо, потому что так называемая общая исповедь, употребляемая в замену частной исповеди, не только коренным образом извращает установленный чин исповеди, но и ни в какой степени не является Таинством, так как не заключает в себе основных элементов, обуславливающих Таинство Покаяния как таковое.

 

В Таинстве Покаяния с необходимостью требуется: со стороны кающегося — полное выявление пред духовником искреннего раскаяния в гнетущем совесть грехе, с решимостью не повторять его; со стороны же духовника — личная убежденность в искренности этого раскаяния и твердости решения и, только на основании этого убеждения, разрешение кающегося от этого греха именем Божиим. В «общей исповеди» этих элементов нет; их может дать только исповедь частная, и только она одна и может иметь значение Таинства Покаяния.

 

Надо думать, что подмена этого Таинства в виде частной исповеди так называемой общей исповедью произошла в сознании некоторых пастырей и мирян из желания достойного подготовления верующих к причащению Тела и Крови Христовых. Но при этом вкралось недоразумение в отношении к Таинству Причащения и Таинству Покаяния: к Таинству Причащения хотелось приступать в «полной безгрешности», а на Таинство Покаяния смотрели как на то, которое, давая отпущение от всех грехов, должно непременно и всегда предварять Таинство Причащения.

 

Между тем догматические основания, древне-церковная каноническая постановка и психологический смысл обоих Таинств показывают, что такое мнение является не вполне правильным.

 

В Таинстве Причащения верующий соединяется с Христом и со всеми другими причастниками, и этим устанавливается единосущие таинственного Тела Христова — Церкви с воспринятым Христом в ипостасное единение и обожествленным человеческим естеством, а для каждого причащающегося это Таинство дает источник необходимых духовных сил для всего христианского строя жизни.

 

Отсюда ясно, что по этому своему значению для всей Церкви и для каждого христианина Таинство Причащения должно совершаться постоянно: христианин, чувствующий себя живым членом Церкви, не может не стремиться всем своим существом к реальному общению со своим Спасителем, а вся Церковь, как продолжательница дела Христова на земле, не может не содействовать всеми мерами осуществлению этого стремления.

 

И древняя практика Церкви первых веков вполне соответствовала сущности Таинства: все верные не только присутствовали, но и обязательно причащались за каждою Литургиею. При невозможности присутствовать в церкви они причащались дома запасными Дарами. Церковь тревожилась, когда кто-либо из верных не приступал к причащению, расследовала причину уклонения и побуждала не ослабевать в стремлении к соединению со Христом.

 

Со временем эта практика ослабела. Занятые житейскими делами христиане, сознавая свою греховную нечистоту, не решались приступать к этому великому Таинству без должного приготовления, и потому причащались все реже и реже, доведя это до говения один раз в год и соединив причащение с Таинством Покаяния, дающим разрешение исповедуемых грехов.

 

Так постепенно создалась современная практика получения особого разрешения от духовника на каждый случай причащения — практика, отклоняющаяся от осуществления цели, для которой установлена Евхаристия.

 

Объясняется это отклонение тем, что обыкновенно смешивают Таинство Покаяния с тем покаянным чувством, которое должно быть всегдашним душевным состоянием христианина и которое особенно должно быть возгреваемо приступающим к Таинству Причащения.

 

Христос пришел спасти не праведников, а грешников. И Церковь Христова (земная) фактически состоит из одних грешников, но только не «рабов греха» по своему душевному настроению (Рим.6,6), а врагов греха, даже в то время, когда они впадают в грехи.

 

Поэтому покаяние должно быть всегдашним душевным настроением христианина и тем более глубоким и искренним, чем строже и внимательнее он относится к своей внешней и внутренней жизни. Но это покаянное настроение не охлаждает стремление христианина ко Христу, а напротив — усиливает его все более и более, и не только не препятствует Евхаристическому общению со Христом, но составляет необходимое условие причащения Тела и Крови Христовых «во оставление грехов», действительно смываемых Евхаристической Кровию «во исцеление души и тела», действительно оздоровляемых и питаемых Телом и Кровию Христа.

 

Так как грехом является не тот или иной внешний факт, совершенный человеком, а отношение человека к этому факту (Рим.14,14), то и препятствием к Причащению Тела и Крови Христовых являются не фактические грехи человека сами по себе, а его душевное состояние. Когда христианин грешит сознательно, предпочитает земное небесному, любит мир, а Бога забывает, то он не грешит уже только, а РАБОТАЕТ ГРЕХУ вместо того, чтобы служить Христу (Римл.6,16). Тогда Таинство Причащения не может быть спасительно для него, потому что он не стремится уже ко Христу, а идет прочь от Него (в каком-либо отношении). Но так как своими силами он не может изгладить греха, которому работал и который теперь тяготит его, то он и имеет нужду в Таинстве Покаяния, которое для того и установлено, чтобы христианин, мучимый совестию уклонения от Христа, имел несомненное, видимое удостоверение, что грех, отчуждающий его от Христа и Его Тела — Церкви, прощен Богом, не существует более, что силы его, подавленные и извращенные грехом, восстановлены благодатию Божиею, и он снова может служить Христу, быть в теснейшем единении с Ним.

 

Древняя Церковь и смотрела на Таинство Покаяния как на врачевание, необходимое христианину лишь в исключительных случаях, когда он «грешит к смерти», когда, по зову апостола Иоанна Богослова, нельзя одною только братскою молитвою испросить ему от Господа прощения (1Ио.5,16), потому что он вышел из общего течения жизни Церкви, расстраивает совместную братскую работу созидания спасения, когда не случайно, а устойчиво вносит в эту братскую работу чуждые ей элементы, словом, когда возникает необходимость вновь ввести в Церковь христианина, отколовшегося от Нее какою-либо стороною своей личной жизни.

 

Таков истинный смысл Таинства Покаяния и по установлению его Христом. Из трех изречений Господа о «власти вязать и решить» два (Еф.16,9; Ио 20, 23) говорят не о Таинстве Покаяния в собственном смысле, а о всей совокупности полномочий, обещаемых ап. Петру (Еф.16,9) и вверяемых всем апостолам (Ио.20,23), и только в третьем (Мф.18, 15-20) говорится определенно о «грехе брата», т.е. христианина, соблазняющем собрата, и устанавливаются три формы прекращения этого соблазна и исправления согрешающего:

 

1. Братское частное увещание — исправление без Таинства Покаяния («обличи его между тобою и им одним»);

 

2. Призыв более авторитетных собратий для увещания согрешающего -— исповедь частная пред духовником и его разрешение («возьми с собою еще одного или двух»);

 

3. Перенесение вопроса о грехе соблазняющем на суд всей Церкви — публичное покаяние, с отлучением согрешающего на время выяснения вопроса для всей Церкви, заканчивающееся или публичным же примирением, разрешением грешника, или признанием упорного грешника «язычником и мытарем», т.е. для собратий — прекращением соблазна, поскольку упорно пребывающий в грехе откололся от Церкви, а для самого грешника — объявлением невозможности совершить Таинство Покаяния, снять с него грех, доколе он предпочитает этот грех общению с Церковью.

 

Таким образом, как видно из изложенного:

 

1) Оба таинства — как Причащения, так и Покаяния — являются самодовлеющими, так как каждое из них имеет соответствующую ему цель и преподает свой определенный благодатный дар.

 

Таинство Причащения постоянно нужно христианину, как живому члену Церкви — Тела Христова.

 

Таинство Покаяния нужно христианину тогда, когда он сомневается в своей принадлежности к Церкви вследствие совершенного, тяготящего его греха и ищет примирения с Ней. Идеал христианина в отношении к этому Таинству — быть всегда в живом единении со Христом и Его Церковью.

 

2)   В основе практикуемого требования обязательности Таинства Покаяния для каждого христианина, желающего причаститься, лежат две ошибки:

 

а) историческая: смешение субъективного чувства сокрушения о своих грехах, всегда присущего христианину и особенно желательного, когда он приступает к Святейшему Таинству Евхаристии, с объективным фактом -— Таинством Покаяния, необходимым лишь в определенных случаях отклонения христианина от Церкви какою-либо стороною своей личной жизни;

 

б) ошибка логическая: умозаключение о необходимости благоговейного отношения к Евхаристии и возможности, при существовании Таинства Покаяния, а поэтому и необходимости безгрешности при приобщении. Эта последняя ошибка возникла, конечно, лишь на почве юридической расценки деятельности человека, допускающей возможность сверхдолжных заслуг его (в католичестве).

 

3)   Отсюда явилось и требование очищения через Таинство Покаяния всех вообще грехов, а не отлучающих только христианина от живого общения со Христом. Такое требование, технически в точном смысле невозможное (кающийся не может серьезно и искренно обещать быть совершенно безгрешным, а духовник не может верить в исполняемость такого обещания), не соответствует значению Таинства Покаяния, ослабляет при исповеди тяжких грехов сознание их опасности и при необходимости исправления, низводит исповедь до степени простой беседы пастыря с пасомым, проверки его нравственного состояния и превращает Таинство Покаяния из «врачебницы» в «судилище», превращение, признаваемое Римской Церковью, но отвергаемое Православной.

 

4)   Поскольку в Таинстве Покаяния требуется от кающегося чистосердечное раскаяние в содеянном грехе и горячее желание оставить этот грех, а со стороны Церкви, т.е. духовника, убеждение в совершенной искренности кающегося, на основании чего он только и может разрешить его именем Божиим от исповеданного греха, общая исповедь не может заключать в себе убежденности духовника в искренности кающегося, а без разрешения нет и Таинства Покаяния; она не есть Таинство Покаяния, а может быть только одним из способов приготовления христианина к благоговейному причащению Св. Таин и, поскольку не дает разрешения ни от каких грехов, она не может являться заменой частной исповеди и оставляет каждого участника полностью ответственным пред Господом за достойное или недостойное принятие Его Тела и Крови.

 

5)   Только при частной исповеди возможно исполнять требование древней Церкви, выраженное в «Постановлениях Апостольских» («не изрекать одинакового приговора за всякий грех, но на каждый полагать свой особенный»). (Кн.8, гл.48; ср. правила 5 Анкирского и 2 Лаодикийского Соборов).

 

Общая же исповедь совершенно исключает возможность при разрешении и при наложении епитимьи соображаться со свойством греха, со степенью раскаяния и обстоятельствами кающегося.

 

Таково церковное понимание Таинства Покаяния и значения так называемой общей исповеди. Это понимание необходимо объяснять с церковной кафедры верующим, и, располагая их к частому причащению Св. Таин Тела и Крови Христовых для постоянного единения со Христом, вместе с тем призывать их к частому очищению своей совести через Таинство Покаяния, путем ЧАСТНОЙ исповеди, указывая, что так называемая общая исповедь, создавая доброе настроение пред принятием Св. Таин, не дает, однако, возможности глубоко анализировать свою духовную жизнь и потому легко может привести к ложному успокоению совести. Если же в исключительных случаях (особенно при многочисленности причастников) приходится священнику прибегать по необходимости к так называемой общей исповеди, то, выяснив ее подлинный смысл, надо непременно предлагать кроме того и индивидуально обращаться к духовнику с исповеданием особенно гнетущих душу грехов для получения их разрешения, чтобы верующие знали, что только одна «общая» исповедь не дает этого.

 

Так постепенно может быть восстановлена истинная древняя церковная практика Таинства Покаяния, и уяснится в сознании верующих неправильность взгляда на возможность замены частной исповеди общею.

 

 6 ноября 1944 г. Архиепископ Григорий.

 

 

 
 

Григорий (Чуков), митр. Таинство Покаяния и «общая исповедь». В сб. Избранные речи, слова и статьи. 1954.
Архив Историко-богословское наследие митрополита Григория (Чукова) © Александрова Л.К.СПб.2010.

http://www.bogoslov.ru/text/1013701.html
Рубрики:  Церковь, богословие

Метки:  

Зелёная волна

Воскресенье, 19 Сентября 2010 г. 17:27 + в цитатник

Мир, в котором мы живём, — богозданный храм. Он и свят и чудесен, и чуткое сердце слышит, как каждая травинка славит Творца и «всякое дыхание хвалит Господа». Эта удивительная планета была всецело доверена человеку, но что сделал с ней «венец творения»? Сегодня, когда облик Земли искажается в планетарных масштабах, многим из нас кажется, что мы-то тут ни при чём, от нас-то ничего не зависит. Виноваты кровожадные товаропроизводители и мировая закулиса...

Однако если присмотреться, то в деле сохранения Земли, нашего прекрасного дома и храма, найдётся работа для каждого.

Владыка или тиран?

Всё началось, когда сказано было человеку: наполняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над всяким животным, пресмыкающимся по земле (Быт. 1, 28). Бог не стал бы устанавливать гибельное владычество сумасброда с абсолютной властью, тирана «без царя в голове». Значит, в человека была заложена возможность разумного владения природой. С таким доверием отнёсся к человеку Бог, что умалился и «делегировал» ему часть Своих «полномочий» в познании природы, созданной Им: Господь Бог образовал из земли всех животных полевых и всех птиц небесных, и привёл к человеку, чтобы видеть, как он назовёт их, и чтобы, как наречёт человек всякую душу живую, так и было имя ей (Быт. 2, 19). Наречение имени — это проникновение в саму сущность нарекаемого. Сущность такой глубины, по сравнению с которой тайны молекулярного строения организмов, открываемые ныне, являются лишь таблицей умножения на два. Сущность, познание которой человек утратил по изгнании из рая.

Утратив само познание, человек, по-видимому, не утратил память о нём и о своём высоком владычестве. Отсюда и неусыпные старания познать тайны природы, отсюда и неумелые попытки управлять ею.

Но после грехопадения, когда человек стал вынужденно питаться от земли со скорбью (Быт. 3, 17), а не с любовью и благодарностью, все его «царёвы» замашки приобрели тот образ повреждённости, который Адам вынес с собою из рая вместе с «кожаными ризами». Поэтому отныне познание тайн природы всё больше походит на выбивание признания на допросе, а владычество превращается в тиранию тем больше, чем дальше человечество от изгнания из Эдема и чем ближе ко Второму Пришествию.

Новая вечность

25 листов бумаги сохраняют жизнь одному дереву. Или отнимают её, будучи выброшенными на ветер. Что это значит? Это значит, что если бы добыча леса переместилась под наши окна, то через неделю вокруг нашего офиса был бы не сквер, а всего лишь газон, лужайка. Зато на стенах красовались бы распечатки всевозможных фотоприколов или набившие оскомину картинки из серии «Никогда не сдавайся», где полусъеденная лягушка, не теряя надежды, душит глотающую её цаплю.

Бумага уходит пачками ради минутного веселья. И ради этого в тайге уходят из жизни деревья. А пока пила вгрызается в древесину, они, как солдаты, верят, что смерть их не будет напрасной. Они же часть природы и не могут иначе — ведь у природы нет напрасной гибели, и любая смерть приносит кому-то благо.

Но человек — единственное существо, которое не считает себя обязанным подчиняться этому закону. Что такое терпение? Это когда природа до сих пор с готовностью истощает себя ради ненасытимого «блага человечества», этой чёрной дыры, бездонного колодца.

Интересно, что при этом заставки наших мониторов пестрят удивительной красоты пейзажами той самой тайги, заснеженной, туманной, таинственной и величественной. Такой разной и так отличающейся от зелёной лужайки, покрытой пеньками. Что такое смирение? Это когда земля, «яко агнец пред стригущим его», безгласна, и только взирает на странное существо, у которого в одной руке фотик, а в другой ― цепная пила.

Но если после нас остаётся лужайка, это ещё куда ни шло по сравнению с идеей, что человека переживёт мусор. Это не выглядит шуткой, если вспомнить, что для разложения стекла нужен миллион лет, полиэтиленовых пакетов — 10–20 лет, бумаги и хлопка ― полгода. А пластик не разлагается вообще. Это искусственно созданный материал, и природа пока ещё «не придумала», как его разложить. Но, тем не менее, на долю пластика приходится 30 % всего объёма мирового мусора. И этот объём способен пережить праправнуков наших прапраправнуков.

Ну что ж, последний глоток живительной влаги, лёгкое движение руки — и моя пластиковая бутылка летит в траву. Ура! Никогда ещё создание вечного не было так доступно.

Гром грянул: действия на разных уровнях

Согласно последнему отчёту МГЭИК (Межправительственной группы экспертов по изменению климата), к изменению климата с вероятностью 90 % причастен человек. От сжигания ископаемых видов топлива (нефть, газ, уголь) атмосфера наполняется углекислым газом и превращается в тёплое одеяло, которое задерживает солнечную энергию и нагревает земную поверхность.

К этому добавляется увеличение выброса других парниковых газов, особенно метана, и уменьшение самоочищения атмосферы из-за вырубки лесов. Парниковые газы способны накапливаться и оставаться в атмосфере десятки лет. В настоящее время их концентрация уже достаточна, чтобы обеспечить повышение среднемировой температуры на 1—1,5 градуса Цельсия. То есть потепления в ближайшее время уже не избежать. Надо постараться, чтобы не стало хуже.

Учёные бьют тревогу, но политики не спешат с решениями, потому что и сами учёные не имеют единодушия в том, что именно и в какой очерёдности нужно делать. До недавнего времени человек не мог и предположить, что его деятельность способна нанести окружающей среде ущерб, достаточный для глобальных изменений. И даже сейчас некоторые эксперты продолжают заявлять, что изменения климата происходят сами собой, в силу природных климатических циклов. И что человеческого влияния всё ещё недостаточно для изменения такой огромной и сложной экосистемы. Однако данные статистики говорят об обратном.

Лишь 22 % лесов остались в нетронутом состоянии. И каждую секунду с лица Земли исчезает отрезок тропического леса, равный по размерам футбольному полю. Так, в день исчезает 86 400 «футбольных полей», а в год — более чем 31 миллион. А учитывая скорость исчезновения тропиков, 5—10 % тропических видов животных и растений будут исчезать каждое десятилетие.

Влияние человека на природу наблюдается на всех уровнях — индивидуальном, государственном и мировом, или, как сейчас принято говорить, глобальном. Значит, и действия по защите природы от человека должны осуществляться на всех уровнях — индивидуальном, государственном и глобальном.

На самом высоком уровне «проблема встречает понимание». Политики согласны с тем, что изменения климата представляют угрозу для человечества и всего мира. Однако позиции стран отличаются настолько, что на декабрьской конференции ООН в Копенгагене, посвящённой изменению климата, делегации-участники даже не смогли выработать общего мнения и разъехались по домам, подписав лишь ни к чему не обязывающий документ, «Копенгагенское соглашение». На конференции царили нервозность, растерянность и разочарование.

По тому, как трудно проходили переговоры и как неудачно окончился этот саммит, можно заключить, что мировая политическая элита не прониклась тревожными прогнозами, раз не сумела переступить через свои принципы ради объединения усилий. Ведь о величине грозящей опасности можно судить и по тому, как быстро стороны забывают свои различия ради объединяющего компромисса. Так, во время Второй мировой Запад сумел забыть о своём идеологическом противостоянии Советскому Союзу и всё-таки объединился с ним против Германии.

Пока же политические, экономические, национальные и разные другие интересы не позволяют жертвовать принципами ради глобальных решений. Мир всё ещё разобщён. Политики, скорее, играют в «защиту окружающей среды», просчитывая, как можно разжиться политическим капиталом на модной «зелёной волне».

Осознание — сила

«Зелёная» тема стала модной потому, что превратилась в этакий раздражитель, о котором всегда можно горячо поговорить, поволноваться и... ничего не сделать. Потому что неясно, что конкретно делать.

Политики ведут переговоры, государства реализуют программы, предприятия совершенствуют процессы утилизации, а мне, обычному человеку ― возможно ли что-то сделать в своей жизни?

Мы очень зависим от поступающей к нам информации. И это можно использовать для открытия «второго фронта». Статистика, социальная реклама, документальное кино, публичные акции — всё это призвано запечатлеть в умах мысль, что с природой что-то не так, побудить человека осознать свою ответственность, показать красоту того, что под угрозой исчезновения. Достучаться.

И вот пример, который меня взволновал и очень мне понравился смелостью в изменении своей жизни не ради нужды, а ради идеи. Это произошло с Ником Брандтом, режиссёром, который снимал рекламные и музыкальные клипы, работал с такими звёздами, как Моби и Майкл Джексон. Во время съёмок клипа на песню Майкла Джексона The Earth Song в Танзании от увиденной красоты дикой природы и в его душе произошёл перелом. Через пару лет он изменил свою жизнь, ушёл из кинематографа и полностью посвятил себя фотосъёмке дикой природы. Его идея была в том, чтобы показать миру, как быстро она исчезает, рассказать о пустеющих саваннах и вымирающих животных. Для этого он выбрал фотографию как наиболее подходящее художественное средство. И у него получилось ― великолепные чёрно-белые снимки, полные поэзии и трагизма, вызывают ощущение нереальности изображаемого. Таким образом фотограф старается показать, что мир, который он фотографирует, исчезает прямо на глазах, оставаясь лишь на снимках — открытках из несуществующего мира. «Мои снимки бесстыдно пасторальны и романтичны. Они рассказывают о моей собственной очарованной Африке, они — моя элегия миру, который медленно, но необратимо исчезает», — говорит Ник.

«Чтоб они остались с тобою в живых»

Бедный я человек. Не хочется мне ничего беречь, потому что всё есть и не прекращается. А понять, что видимое малое действие не пропадёт и приложится кирпичиком к невидимому большому, настолько же трудно, насколько легко выбросить бутылку в траву, говоря: «Да ладно, одной бутылкой я ничего не сделаю, вон есть такой-то в кабмине и такой-то в мэрии, пусть они и думают».

Но мои «одинокие» усилия не пропадают даром. Во-первых, потому, что формируют у меня самого новый подход к потреблению, более вдумчивый и ответственный. Я бы сказал, что и более целомудренный, если бы целомудрие не понималось сейчас слишком узко.

Более высокая культура использования природных ресурсов не есть что-то запредельное, но вполне осуществимое состояние общества. Это доказывают примеры Дании, Германии, скандинавских стран. При этом сформировать привычки, которые сформировали культуру, помогло государство, взявшее открытый курс на «озеленение» жизни не только словами, но и делами — штрафами, повышением налогов на одно, льготами на другое. Культура, умноженная на время, даёт традиции. А традиции остаются детям.

Научение детей ответственному отношению к природе способно принести в итоге больше, чем штрафы и запреты. Но ведь сейчас дети даже не знают, что охранять! По исследованиям американской организации C&NN (Children & Nature Network), современные детишки способны распознавать тысячи различных логотипов, но не в состоянии назвать и десятка растений, растущих вокруг дома. И я сожалею, но не удивляюсь этому, потому что и сам логотипов знаю достаточно, а вот из деревьев могу различать берёзу, потому что белая, сосну, потому что колючая, и тополь, потому что высокий. Как ни крути, а начинать приходится с себя.

А во-вторых, та самая статистика, которая пугала меня массовостью маленького вреда, от которой у меня то и дело пробегала мысль «неужели нас так много!» — она же способна убедить меня в массовости эффекта моей бережливости. Надо только раскрутить её в обратном направлении.

Сохраню 25 листов бумаги, и где-то вырубят на одно дерево меньше; закрою кран, пока чищу зубы, и сберегу пару литров воды; стану выключать свет, выходя из комнаты, не оставлять надолго телевизор в режиме stand by — и сэкономлю за день сотню килограммов условного топлива, которое не вылетит на ветер из трубы нашей ТЭЦ. Не забуду взять с собой сумку и откажусь от пакета в супермаркете, скажу бабушке на рынке, чтобы она не заворачивала мне пучок петрушки в отдельный пакетик — и на один пакет меньше окажется на переполненных полигонах бытовых отходов. А теперь дело за статистикой — пусть умножает сэкономленные литры, ватты, пакеты и деревья на тех, кто согласен жертвовать маленькими удобствами.

В конце концов, дело даже не в общественной сознательности. Ведь Бог не снимал с человека ответственности за всё живое рядом с ним и по-прежнему ждёт от него сотрудничества. Это символически показывает история Ноя. Казалось бы, после грехопадения доверие к человеку поколебалось, и Бог сказал Адаму: проклята земля за тебя (Быт. 3, 17). Но перед Потопом именно человеку, Ною, была доверена миссия спасения животного мира. И именно человек стал со-трудником Богу: Введи также в ковчег из всех животных и от всякой плоти по паре, чтоб они остались с тобою в живых (Быт. 6, 19).

Веря в человека, Господь даёт ему разделить ответственность за живой мир. А это значит, что человек всё ещё обладает неким отсветом царской свободы и царской благой власти над природой. Потому что если есть ответственность, то должна быть и свобода и власть. А иначе — что спрашивать с не имеющих свободы? Поэтому даже если статистика меня не вдохновляет, то надо бы мне, как и некогда Ною, озаботиться о всякой плоти живой и «зелени травной» ― как сделать, чтоб они остались со мною в живых.

http://otrok-ua.ru/sections/art/show/zeljonaja_volna.html

 

Рубрики:  Мир вокруг нас

Метки:  

ЖЗЛ

Воскресенье, 19 Сентября 2010 г. 17:25 + в цитатник

Люди, которые могли стать замечательными, но не стали

Есть такая серия книг — «Жизнь замечательных людей», «ЖЗЛ». Это собрание жизнеописаний выдающихся учёных, писателей, государственных деятелей. Они оказались замечательными, потому что успешно реализовали свои таланты и способности. Но в жизни бывает и так, что замечательные люди — заметные, выдающиеся, одарённые — оказываются пустоцветами, не добиваются ничего, кроме саморазрушения.

 

Таланты в землю

Прародители человечества были созданы непосредственно Богом, по Его собственному образу и подобию. Можно только представлять себе, каковы были Адам и Ева, какими талантами наградил их Творец.

Печать греха навсегда исказила и облик, и образ жизни человека. Однако щедрость Господа в момент сотворения мира была такова, что и сегодня мы рождаемся с разнообразными талантами и задатками.

Кто-то старательно развивает свои способности, а кто-то, как в библейской притче, зарывает таланты в землю (Мф. 25, 18), обменивает на сомнительные удовольствия и мимолётные радости. Бывает, что в результате в землю зарывают и беспечных прожигателей талантов.

Расскажу три истории о людях, которых знал. Каждый был по-своему одарён, необычен, чем-то выделялся или хотел выделяться. О таких говорят: «Далеко пойдёт», — или молча им завидуют. Но никто из них далеко не пошёл; ни война, ни болезнь, ни чужая воля — они сгубили себя сами.

Тарзан

Был у меня знакомый. Он жил на днепровском острове, работал дачным сторожем. Острова в низовьях Днепра — это настоящие джунгли, вроде Амазонии. Дачи тянутся вдоль берега узкой полоской, а потом на километры — непролазные топи, непроходимые леса и камыши, не обозначенные на картах озёра и речушки. Это — плавни.

Так вот, он был Тарзаном плавней, повелителем рыб, птиц, зверей и дачниц. Он и выглядел как Тарзан — мускулистый, загорелый, длинные спутанные волосы, ярко-голубые глаза. В чём бы он ни вышел на берег, всегда казалось, что на нём набедренная повязка из шкуры леопарда и ожерелье из зубов того же хищника. Куда бы он ни смотрел, казалось, что он прицеливается.

Иной дачник на своей даче — словно инопланетянин: он спотыкается обо все корни, его жалят все насекомые и кусают даже смирные ежи и ужи, а его посевы и посадки не приносят плодов. Одно слово — горожанин, интеллигент... С Тарзаном эти номера у природы не проходили: он безраздельно господствовал над нею, брал от неё всё, что ему было нужно. Не он приспосабливался к природе, а природа услужливо принимала необходимую ему форму.

Но наш Тарзан дружил с алкоголем. Можно сказать, они были неразлучны. Мне доводилось пить с ним под яркими южными звёздами; казалось, что водка делает Тарзана просто всемогущим, его глаза начинали светиться в темноте, а волосы развевались вокруг головы, словно он нёсся, озарённый лунным светом, по верхушкам деревьев, едва касаясь ветвей...

Прошло немного лет, и от Тарзана осталась жалкая тень. Он сжался, пожух, потускнел, глаза утратили яростное голубое сияние, черты лица сложились в маловыразительную маску, какую носят все алкоголики. А потом он умер.

Андрюша

Именно так он о себе говорил — в третьем лице, уменьшительно-ласкательно. Но в этой лингвистической отстранённости от себя не было самоиронии — чем ближе мы знакомились, тем отчётливее проступала его чрезвычайная снисходительность к своим слабостям и желаниям. Она его в конце концов и подвела.

Андрюша из толпы выделялся сразу же, в буквальном смысле. Он пытался быть вне толпы, но в то же время неподалёку — так остро он нуждался в зрителях и слушателях. Ему неистово хотелось быть обожаемым, всегда находиться в фокусе внимания. И Андрюша привлекал к себе внимание — любыми средствами. Огромной коллекцией сомнительных анекдотов, собственными удачными и неудачными остротами и пантомимами, специфической лексикой (феней, по большей части), нестандартными, но тщательно отрепетированными жестами и движениями, эпатажными привычками. Например, он часто останавливался в холле нашего корпуса, где занимались студенты-юристы, и при большом стечении народа небрежно пересчитывал толстую пачку разноцветных купюр.

Живость и гибкость ума, цепкая память и мгновенная реакция могли бы помочь ему стать хорошим юристом. Но Андрюша преследовал какие-то свои призрачные цели. Со временем его остроты и сентенции стали всё чаще повторяться, приелись всем, его одинокая антреприза уже не приносила былого успеха. Но выйти за рамки собственного образа, тщательно созданного ещё в школе, он не хотел. А может, уже и не мог; ведь мысль, словно лошадь, навсегда запоминает раз пройденную дорогу и может быть выведена к новым горизонтам только большим усилием воли...

Возможно, его стремление быть замеченным объяснялось маленьким ростом? Он действительно был всем по плечо, но при этом выглядел довольно экзотично: очень смуглый, лицо узкое, с резкими, просто заострёнными чертами. Люди часто бывают похожи на тех или иных животных — его же внешность можно было назвать только змеиной. Сходство дополнялось стремительными и неуловимыми переходами-перетеканиями из одной точки пространства в другую.

Занятый выделением из толпы, Андрей учился плохо. Уже к третьему курсу его отрыв от учёбы превратился в пропасть — и он стал теряться среди людей, постоянно погружённых в новые факты и закономерности. Он тут же утратил интерес к университету как таковому, потому что университет перестал быть сценой, на которой Андрюша мог кого-то поразить. Он стал искать себе новых почитателей.

Его новая компания не могла быть никак охарактеризована. В высшей степени ничем не примечательные ребята, с невыразительной внешностью, сливающиеся со стеной. Смотреть на них прямо было невозможно — они постоянно оказывались на самом краю поля зрения, оставляя самое смутное впечатление. Когда мы встречали Андрюшу, они безмолвно присутствовали, словно некий фон, нечёткие и размытые, как бы отделённые от нас полупрозрачным занавесом.

Потом я узнал, что эти ребята — наркоманы. Андрюша тоже стал употреблять эту дрянь. Наркотики — это совсем другая жизнь, со своей культурой, поэтому его речи стали для нас совершенно непонятны, кроме тех случаев, когда в его несчастной голове вдруг начинала вертеться заезженная пластинка намертво заученных острот и анекдотов...

Кончилось это как в трагическом кино — Андрюша погиб, бросившись под колёса поезда.

Букинист

Он был самым высоким в нашем классе, да и в школе, наверное. Весёлый, добрый мальчик, очень любознательный, он странным образом сочетал страстную любовь к чтению с довольно-таки посредственной учёбой. А книги он читал запоем: Верн, Дюма, Скотт — вот его любимые авторы, ему нравились приключения и романтика.

Эти книги, как и вообще хорошие книги в советское время, были дефицитом. Раздобыть их можно было у знакомых, в библиотеках или в магазинах «Букинист».

Он выбрал «Букинист» — потому что ни у знакомых, ни в библиотеках не было таких сокровищ. Но книги — хорошие, отличные книги — были весьма недешёвыми, 25–50 рублей, по тем временам целое состояние.

Откуда в самом начале 80-х школьнику взять денег? У родителей, например; однако его родители давным-давно развелись, а мать не могла себе позволить такие траты. — Накопить. — Но какое тут надо нечеловеческое терпение, ведь уже они стоят там, за стеклом, толстенные тома, с золотыми и серебряными буквами на корешках! — Заработать. — Пожалуй, да; в нашем городе тогда ещё работали заводы, и нас, мальчишек, даже брали туда, правда, в качестве «помощи нашим шефам». Как сейчас помню, по восемь часов мы собирали части карданных валов для грузовиков, а всё это время за спиной оглушительно ахал гигантский пресс с поэтическим названием «Аида». Дня через три вырабатывался автоматизм, через неделю заживали порезы и царапины, однообразная работа и ровный оглушающий шум гипнотизировали, и ты работал, как в полусне, как робот, бездумно и бессмысленно. Через месяц не хотелось уже ни читать, ни думать...

Таким образом, ситуация была очень сложной для человека пятнадцати лет. И он с ней не справился — начал красть книги в «Букинисте». Не помешал даже его рост; таким он оказался ловким специалистом, что скоро стал обладателем роскошной, просто волшебной библиотеки...

Наши проступки остаются с нами. Они уязвляют нашу совесть, заставляя раскаяться, а если очищающее раскаяние не приходит, они начинают разрастаться, как лишай, как плесень, как проказа. Очевидно, с ним случилось последнее; не уберегли его от разрушающей изнутри напасти ни Айвенго, ни лорд Гленарван, ни Д’Артаньян. Последний раз, когда мы встретились, много лет назад, он изо всех сил пытался поскорее уйти в армию, чтобы не попасть под следствие по делу о хищениях в кафе, где он работал поваром. Больше я его не видел.

Эпилог

Если рассматривать свою жизнь, здоровье и способности как нечто целиком и полностью нам принадлежащее, то легко можно увериться в своём праве ими распорядиться по своему усмотрению. Усмотрение моих знакомых, как оно их ни радовало, не принесло доброго плода. Всё с ними вышло как в притче о талантах: если человек имел что-то и не употребил на благое дело, то не только ничего не приобрёл, но и своё потерял: всякому имеющему дастся и приумножится, а у неимеющего отнимется и то, что имеет (Мф. 25, 29).

Можно сколько угодно бороться с алкоголизмом, наркоманией и прочими пагубными пристрастиями, а результата не будет. Можно призывать людей к честности, справедливости, доброте, впустую сотрясая воздух. Можно страшными словами клеймить все болезни века и даже бросать поражённых ими в тюрьмы, концлагеря и лечебницы, пока не опустеют города и сёла. Тщета этих усилий может быть объяснена лишь тем, что усилия эти основаны на ложном представлении о мироздании. Отнимая у наркомана шприц, у алкоголика бутылку — что им предлагают взамен? Ничего, кроме неотвратимой, только более поздней смерти. Но ведь ничто так не толкает обратно к дурману, как отсутствие смысла. Так, может, нужно наконец дать людям смысл? Может быть, люди, с детства узнавшие иное мироздание — мироздание, в котором есть Любовь, — найдут в нём своё место?

Не знаю, как сложилась бы жизнь Тарзана, Андрюши или Букиниста, если бы они были верующими, церковными людьми. Но в чём я уверен — их жизнь сложилась бы по-другому, иначе, лучше: Бог идеже хощет, побеждается естества чин: творит бо, елика хощет (Великий канон Андрея Критского, песнь 4). А ещё очень хочется верить, что я ничем не мог им помочь...

http://otrok-ua.ru/sections/art/show/zhzl.html

Серия сообщений " Перекрестки бытия, Линия жизни":
Часть 1 - ЖЗЛ
Часть 2 - «Нормальные люди»


Метки:  

Уха рыбацкая

Воскресенье, 19 Сентября 2010 г. 17:19 + в цитатник

Рыбаки знают, как чудесно пахнет уха из только что пойманной свежей рыбы, когда она варится в котелке над костром. Однако ароматный суп можно сварить и дома – и он будет ничуть не хуже.

Ингредиенты:


  • Рыба речная свежая – 1 кг
  • Лук – 500 рг
  • Сельдерей корень – 1 шт.
  • Лавровый лист, соль, перец


Приготовление:

Рыбу почистить, вымыть, залить водой и проварить примерно один час, добавив приправы и соль. Процедить бульон, положить лук, затем варить еще несколько минут. Посыпать бульон зеленью и подавать с кусочком рыбы. Уху можно приготовить из щуки, судака, сазана, налима.

http://www.pokushay.ru/2010/03/27/uxa-rybackaya.html

Рубрики:  Еда и кулинария

Метки:  

Перец с овощной начинкой

Воскресенье, 19 Сентября 2010 г. 17:17 + в цитатник

Перец фаршированный известен и любим многими. Однако, если вместо мясного фарша, начинить его овощами, вкус блюда от этого только выиграет. А добавление риса придаст таким перцам сытность и основательность.

Ингредиенты:


  • Перец болгарский – 8 шт.
  • Рис – 1 стакан
  • 2 луковицы
  • 2 моркови
  • 2 помидора
  • Корень петрушки
  • Чеснок – 3 зубч.
  • Соль, перец горошком, сахар
  • Вода – 2 стакана
  • Лавровый лист
  • Листья мяты


Приготовление:

Подготовить маринад. Для этого в воду добавить соль, лавровый лист, сахар, листья мяты, перец и варить приблизительно 5 минут, после чего залить уксус и прокипятить. Вымытые и очищенные перцы положить в маринад и варить около 5 мин. Затем их охладить и наполнить фаршем.
Для фарша сварить рис. Лук, петрушку, морковь нашинковать и обжарить. Добавить протертые помидоры, жарить еще 5 минут, приправить перцем, измельченным чесноком.

http://www.pokushay.ru/2010/03/30/perec-s-ovoshhnoj-nachinkoj.html

Рубрики:  Еда и кулинария

Метки:  

Плов с капустой

Воскресенье, 19 Сентября 2010 г. 17:15 + в цитатник

Плов бывает разный. Классический, конечно, делается с мясом, ну, а для постного стола весьма кстати окажется и овощной плов. Добавьте вместо баранины капусту или другие овощи – оригинальное блюдо готово!

Ингредиенты:


  • Кочан капусты
  • 4 ст. ложки масла
  • Рис – 1 стакан
  • 1 луковица
  • Вода – 2/3 стакана
  • 2 моркови
  • Соль
  • Зелень


Приготовление:

Капусту разобрать на листья, воду подсолить, варить капусту до мягкости.
В масле тушить морковь и лук. Затем к овощам добавить рис, все обжарить, посолить и залить водой. Тушить под крышкой, пока рис окончательно не впитает воду. В заключение добавить зелень и перец.

http://www.pokushay.ru/2010/04/01/plov-s-kapustoj.html

Рубрики:  Еда и кулинария

Метки:  

Поиск сообщений в Алена_Премудрая
Страницы: 133 ... 15 14 [13] 12 11 ..
.. 1 Календарь