Вообще-то, послушав лекции С. З. Агранович, я попыталась найти полный текст сказки о Курочке-Рябе, которым она пользовалась. Нашла много всяческих текстов, но все какие-то неполные. И среди этих текстов обнаружила настоящее золотое яичко, просто восторг! Ну или не золотое, коли уж золото связано с царством мертвых, а настоящее живое)))
И скопировала, естессно, чтобы все порадовались, кто прочитает)))


I.
«Курочка Ряба» в семи изложениях Владимира Успенского

(см. http://poesis.ru/poeti-poezia/uspensky/frm_vers.htm и http://poesis.ru/poeti-poezia/uspensky/biograph.htm )

1. В изложении Козьмы Пруткова

Пахом, держа яйцо в руках,
Сказал: «Его разбить должно!»
И тут же сдуру впопыхах
Взамен яйца разбил окно.

Мораль же басни сей, читатель, улови:
Коль надобно яйцо разбить — ты мышь зови.

Июнь 1945


2. В изложении Гомера (в переводе Жуковского)

Песнь первая
Муза, скажи мне о той многоопытной куре, носящей
Имя славнейшее Рябы, которая как-то в мученьях
Ночью, в курятнике сидя, снесла золотое яичко.


(Песни вторая — семнадцатая содержат описание того, как курица кудахчет над золотым яйцом.)

Песнь восемнадцатая
Встала из мрака младая с перстами пурпурными Эос;
Ложе покинул старик, и покинула ложе старуха;
Вышли из дома, к курятнику путь направляя свой близкий.

Песнь девятнадцатая
Входят в курятник и видят яйцо золотое лежащим;
Круглое, твёрдое, гладкое, ковано словно Гефестом,
Это яйцо всё кругом озаряло чудесным сияньем.

Песнь двадцатая
Тут, ослеплённые светом, поспешно к яйцу подбежали;
Стали усердно долбить, но напрасен был труд их нелёгкий:
Тщетно пытались они разломать скорлупу золотую.

(Песни двадцать первая — сорок пятая содержат описание того, как они долбят золотое яйцо.)

Песнь сорок шестая
Мышка веленьем судеб пробегала вблизи в это время,
Волей всевышних богов зацепила хвостом за яичко;
На пол упавши, яйцо на мельчайшие части разбилось.
________
Плачь же, старуха несчастная! Слёзы, старик, лей обильно!
Июнь 1945


3. В изложении Бальмонта

О воздушнобезбрежности златогладкой яичности,
Золотые аккорды скорлуп!
Ты лежишь безглагольное, порождение птичности,
И зефир обдувает твой труп.

Мчитесь к ясному солнышку и к зеркальной небесности
Гармоничности звучные слов!
Я клянусь окончательно мир лишить его пресности,
Я взволную его до краёв!

Та яичность волшебная — порождение курицы,
Чей могуч рябокрылый полёт.
Старец вещий и старица от сверкания жмурятся,
Но мышонок яйцо разобьёт.

И скорлупность яичная, там незримо лежащая,
Отражаясь в безмерности вод,
Подтверждает таинственность того звёздно-блестящего,
Что придёт, непременно придёт!
Июнь 1945


4. В изложении Маяковского

Смотрите —
вот курица.
Фамилия —
Ряба.
Перья нафабрив
Села,
натужилась,
глядит сконфуженно:
видит:
под нею,
солнца золотее,
— не отвертишься:
факт налицо —
лежит
золотое
яйцо!
Дед —
борода снега белей —
зовёт свою бабу
и мчится с ней.
Бегут,
шаги саженями считая.
Влетают —
стоят, глаза продирая.
Схватили яйцо
и об стену
давай долбить его в две смены.
Долбят неделю —
нету толку,
положили яйцо на полку.
Но тут,
узнав о яйце понаслышке,
с портфелем под мышкой
бежала мышка.
Бежала,
бежала
и
выкинула фортель:
махнула хвостом —
яйцо — к чёрту!
Июнь 1945


5. В изложении Вертинского

В этом старом курятнике, где Вы жили цыплёнком,
Вы яйцо золотое мимоходом снесли.
То яичко схвативши, стала бить старушонка;
Вместе с дедом долбили, но разбить не смогли.

В ту минуту печальную пробегал там мышонок,
Он яичко раскокал и в нору убежал.
Плач старухи несчастной был надрывен и звонок,
И слезу утирая, дед её утешал.
Июнь 1945


6. В изложении Андрея Белого

Язык, запрядай тайным сном! <…>

Я вижу: дующие зовы,
Я вижу: дующие тьмы <…>

Меня пленяет Гольбер Гент,
И я — не гимназист, студент... <…>

Вдыхая запах «poudre Simon» <…>

Так звуки слова «дар Валдая»
Балды, над партою болтая, —
Переболтают в «дарвалдая»... <…>

Стекло пенснэйное проснётся <…>

У той: —
— Над златокарей згой
Град Гелиополь: дева Отис <…>

О, эти розовые феи!..
О, эти голубые!.. Ишь: —

Красножилетые лакеи
Играют веером афиш.

Графиня толстая, Толстая,
Уж загляделась в свой лорнет... <…>

Я смыт вздыхающей волною
В неутихающий покой.

Андрей Белый. Первое свидание.
[Поэма в 4 частях, с предисловием и эпилогом]



ПРЕДИСЛОВИЕ

Над бледнопалевою згою,
Обрамапутрив индный Ганг*) ,
Летя эонною*) дугою,
Я впитывал иланг-иланг*) .

1.

Я гимназист: живу в деревне —
Луна, лазурные луга...
И был: старик, философ древний;
Была: жена его, карга.

Я помню чудное мгновенье:
И «куд-куда?» и «куд-кудах!», —

— Витая в выспренних мечтах,
Меж мараморохов*) сомненья —

Меж перламутровых яиц —
Яйцо родилось золотое:
Так Шлиман шлем находит в Трое,
И Каллисто и Каллироя*)
Вдруг восстают из небылиц;
Так сонмы мифов сонным роем
Внезапно хлынут из гробниц;
Так пред прославленным героем
Падут народа толпы ниц;
Так на вопрос глупейший «Кто я?»
Дурак ответит: «Белый шпиц»*) ;
Так в анекдоте в слово шиц*)
Сыча балды переболтают;
Так не худеющий Лифшиц*)
От полноты своей страдает.
Но вот:
— Яйцом привлечена,
Своим нутром озарена,
Шурша, надушенная шипром*) ,
В шафранном шарфе, шитом шифром*) ,
Шеренгой шествует она —

Та, кто прекрасна и ужасна,
Та, кто опасна и безгласна,

(Как Эльдорадо, всем опасна;
Как Эльдорадо, всем прекрасна) —

Старуха, чёрт б её побрал,
Идёт к курятнику.
За нею,
Простёршись фраком к Пиренеям,
Как Лазарь средь лазурных зал,
Идёт по липовой аллее,
Меланхолически алея,
Её насупленный старик —

— И скок-скок-скок, и прыг-прыг-прыг,
Как некий столп*) за Лилей Брик.

Войдут!..

2.

Оплёван, как Плевако,
Плюясь, как Плеве, к ним бежит,
Идиотически визжит
Индюк, восстав Анупадакой*) .

И — там червонное оно
Лежит, подобно летней грёзе...

Так в бледнопалевом навозе
Лежит жемчужное зерно.

В яйцо вцепившись с нервным тиком,
Кликушу-душу*) спёрши криком,
Карга визгливо прокричит,
Яйцом об стенку постучит. —
— Но тут мышонок подвернётся,
Красноволосый краснобай,
Летя бугаем*) на Валдай;
Яйцо тотчас же разобьётся,
Желточность яйцная проснётся,
Переплеснётся через край.


ЭПИЛОГ

О, экзотические бури,
Мифологические сны!..
В светомерцаниях лазури,
В искромолениях весны —
Мои мистические хмури,
Мои гностические дури —
Лишь голос лопнувшей струны
Среди бескрайней тишины.
1946


7. В изложении Пастернака

Провидица! Ты, верно, знала,
Когда пускалась на дебют
У режиссёра-сеновала,
Что при успехе яйца бьют.

Сквозь окна полночь бьёт в ладоши.
Ты смущена. Ты вся горишь.
Но, как на исповедь святоши,
В амбар проскальзывает мышь.

Продравшись, путаясь в мякине,
С насестами заподлицо,
Она углы обшаря скинет,
Как тяжесть с плеч, с гнезда яйцо.

Скорее бы аккорд финала!
Ты взгромоздишься на насест.
О, сколько раз ты наблюдала
Невольных зрителей разъезд.

О, сколько раз тебе придётся
Всё перепробовать потом,
Подменивая позолотцу
Простым колумбовым яйцом.
10 февраля 1972