Версии происхождения карт

Современная колода карт — результат сложного развития этой старинной игры.

Времени точного происхождения карт не известно, также не ясно и место их изобретения. В старинном китайском словаре Чинг цзе Тунга, получившем известность в Европе в 1678 г., говорится, что карты были изобретены в Китае в 1120 г., а в 1132 г. получили здесь всеобщее распространение. Но в целом существует несколько версий появления карт. Помимо китайской, рассмотрим также индийскую и египетскую.

Китайские и японские карты слишком уж непривычны для нас и по внешнему виду, и по характеру игры, которая больше похожа на домино. Однако несомненно, что уже в VIII веке в Китае для игр использовались вначале палочки, а потом и полоски бумаги с обозначениями различных символов. Эти далекие предки карт использовались также вместо денег, поэтому у них было три масти: монета, две монеты и много монет. Затем у японцев появились четыре масти карт: они символизировали времена года, а 52 карты в колоде означали количество недель в году.

Существуют также сведения, что китайцы и японцы еще до появления игральных карт из бумаги уже играли табличками, наподобие карт, из слоновой кости или дерева с нарисованными фигурами, а в средневековой Японии были оригинальные игральные карты из раковин мидий. Они были украшены рисунками, изображавшими цветы, пейзажи, бытовые сценки. С помощью таких карт можно было раскладывать и «пасьянс» — раковины раскладывали на столе и искали среди них «двойников». В XIII веке карты стали известны в Индии и Египте.

А в Индии на игральных картах изображалась фигура четырехрукого Шивы, который держал кубок, меч, монету и жезл. Некоторые считают, что эти символы четырех индийских сословий и дали начало современным карточным мастям.

Но куда популярнее египетская версия происхождения карт, растиражированная новейшими оккультистами. Они утверждали, что в глубокой древности египетские жрецы записали всю мудрость мира на 78 золотых табличках, которые изображались также в символическом виде карт. 56 из них — «Младшие Арканы», стали обычными игральными картами, а оставшиеся 22 «Старших Аркана» вошли в состав загадочной колоды Таро, используемой для гаданий.

Эту версию впервые обнародовал в 1785 году французский оккультист Эттейла, а его продолжатели французы Элифас Леви и доктор Папюс и англичане Мэзерс и Кроули создали собственные системы интерпретации карт Таро. Название это якобы происходит от египетского «та рош» («путь царей»), а сами карты были занесены в Европу то ли арабами, то ли цыганами, которых часто считали выходцами из Египта.

Правда, никаких доказательств столь раннего существования колоды Таро ученым найти не удалось.

Появление карт в Европе

О появлении карт в Европе есть несколько версий. По одной из них начало игры в карты относится к XV столетию и совпадает с появлением цыган на европейской территории. По другой — общая же известность карт, по свидетельству иезуита Менестрие, приписывается XIV столетию, когда один малоизвестный живописец по имени Жикомин Грингонер изобрел карты для развлечений умалишенного короля Франции Карла VI (1368-1422 гг.), вошедшего в историю под именем Карла Безумного. Карты якобы были единственным средством, которое успокаивало царственного больного между приступами сумасшествия. А во время царствование Карла VII (1422-1461) они были усовершенствованы в и тогда же получили свое теперешнее название.

Долго существовавшее мнение, что карты были изобретены во Франции для развлечения душевнобольного короля Карла VI Безумного, — всего лишь легенда. Уже в Древнем Египте играли черенками с обозначенными на них цифрами, в Индии — пластинками из слоновой кости или раковинами; в Китае карты, похожие на современные, известны с XII века.

Первое документальное известие о картах относится к 1379 году, когда в хронике одного из итальянских городов появилась запись: «Введена игра в карты, происходящая из страны сарацин и называемая ими «наиб».

Игра носила, по-видимому, военный характер, так как «наиб» по-арабски означает «капитан», «начальник». На арабских картах обозначались только цифры по той причине, что закон Магомета запрещал изображать человеческие фигуры. Поэтому скорее можно говорить не об изобретении карт французами, а об украшении фигурами уже существующих карт.

В карточных мастях не было единообразия. В ранних итальянских колодах они носили названия «мечей», «кубков», «денариев» (монет) и «жезлов». Похоже, как и в Индии, это было связано с сословиями: дворянством, духовенством и торговым классом, в то время как жезл символизировал стоявшую над ними королевскую власть. Во французском варианте мечи превратились в «пики», кубки — в «черви», денарии — в «бубны», а «жезлы» — в «кресты», или «трефы» (последнее слово по-французски означает «лист клевера»). На разных языках эти названия и сейчас звучат по-разному; например, в Англии и Германии это «лопаты», «сердца», «бриллианты» и «дубинки», а в Италии — «копья», «сердца», «квадраты» и «цветы». На немецких картах еще можно встретить старинные имена мастей: «желуди», «сердца», «колокола» и «листья». Что касается русского слова «черви», то оно произошло от слова «червонный» («красный»): понятно, что «сердца» изначально относились к красной масти.

Карты быстро распространились во всех европейских странах, на их основе появились азартные игры, и потому вскоре стали предприниматься властями строгие меры для их запрещения. Несмотря на это, изобретались все новые и новые карточные игры. В Германии появились ремесленные цеха, занимающиеся изготовлением карт, улучшались способы их выделки.

В XV веке во Франции установили тот тип карт, который существует и поныне. Считается, что масти карт символизируют четыре главнейших предмета рыцарского обихода: трефы — меч, пики — копья, бубны — знамя и герб, червы — щит.

Существует предположение, что колода — не случайный набор карт. 52 карты соответствуют числу недель в году; 4 масти — это четыре времени года; в каждой масти 13 карт, столько же недель в каждом времени года; сумма всех очков 52 карт составляет 364, то есть число дней в году без одного.

Ранние карточные игры были достаточно сложными, ведь помимо 56 стандартных карт в них употреблялись 22 «Старших Аркана» плюс еще 20 козырных карт, названных по именам знаков Зодиака и стихий. В разных странах эти карты называли по-разному и так запутали правила, что играть стало просто невозможно. К тому же раскрашивались карты от руки и стоили так дорого, что их могли приобрести только богачи. В XVI веке карты радикально упростились — из них исчезли почти все картинки за исключением четырех «старших мастей» и шута (джокера). Интересно, что у всех карточных изображений были реальные или легендарные прототипы.

Например, четыре короля — это величайшие монархи древности: Карл Великий (черви), библейский царь Давид (пики), Юлий Цезарь (бубны) и Александр Македонский (трефы). В отношении дам такого единодушия не было — например, дама червей была то Юдифью, то Еленой Троянской, то Дидоной. Дама пик традиционно изображалась как богиня войны — Афина, Минерва и даже Жанна д’Арк. В роли дамы пик после долгих споров стали изображать библейскую Рахиль: она идеально подходила на роль «царицы денег», поскольку обокрала собственного отца. Наконец, дама треф, на ранних итальянских картах выступавшая как добродетельная Лукреция, превратилась в Аргину — аллегорию суеты и тщеславия.

Самая сложная фигура карточного пантеона — валет, или, по английской терминологии, оруженосец. Само слово «валет» вначале означало слугу или даже шута, но позже утвердилось иное его значение — не вполне честный, хоть и храбрый искатель приключений. Именно таковы были все реальные прототипы валетов — французский рыцарь Ла Гир по прозвищу Сатана (черви), а также герои эпоса Ожье Датчанин (пики), Роланд (бубны) и Ланселот Озерный (трефы).

Первые карты, которыми играли в Европе, стоили очень дорого, т.к. литографического печатания тогда еще не было, они рисовались от руки. Во Францию карты привозились из Италии, этому есть историческое свидетельство — указ счетной камеры 1390 года, в котором отражен расход на покупку карт для увеселения короля. Карты в то время имели в длину 22 сантиметра, что делало их крайне неудобными для игры.

Карты в России

В нашем отечестве карты появились давно, во времена Ивана Грозного. Уже при сыне Грозного, царе Федоре Иоанновиче, игральные карты в значительном количестве поступали в Россию в числе прочих европейских товаров. Карты были дорогостоящим и легко портящимся товаром, поэтому перевозили их в прочных дубовых бочках. Уже с начала 16 века карты стали обычным предметом торга по всей России, а карточная игра стала приносить ощутимый вред нравственности и правопорядку. В 1649 году Уложение царя Алексея Михайловича квалифицирует карточную игру как серьезное преступление. До петровских времен карты в России были привозными.

Великий новатор Петр Первый перенял многие европейские обычаи, но карт не любил и играл в них очень редко. Но именно при нем впервые возникло отечественное производство игральных карт на двух небольших мануфактурах в Москве. Личное внимание и всемерная поддержка карточных мануфактур Петром объяснялись совершенно прозаическими причинами — измотанному Северной войной государству нужны были деньги, которые и приносила торговля игральными картами.

В течении всего 17 века игральные карты производились мелкими мастерскими в столицах и даже в провинциальных городах. Отдельные мастерские имели даже некоторый ассортимент видов производимых карт, впрочем, весьма скромный. Рисунок карт был незамысловат и практически не изменялся десятилетиями.

В царствование Екатерины Второй зародилась, а при Александре Первом претворилась в жизнь благая мысль о государственной монополии на производство игральных карт. Доход от производства карт шел на дело благотворительное — на него содержалось Ведомство Императрицы Марии, опекавшее детей-сирот. Непосредственное производство карт было развернуто в пригороде Санкт-Петербурга, на казенной Александровской мануфактуре, при которой с 1819 года стала работать Императорская Карточная фабрика.

В течении более 20 лет шло становление нового производства, пока русские карты не стали выпускаться на русской бумаге и в основном русскими мастерами. Директор Карточной фабрики А. Я. Вильсон стремился к некоторому улучшению внешнего вида карт, были разработаны новые рисунки. Императору Николаю Первому был представлен соответствующий доклад, на котором он, однако, собственноручно написал: «Не вижу никакой причины переменять прежние рисунки».

После отмены крепостничества на Карточной фабрике начались существенные перемены. От руководства фабрикой отошел директор А. Я. Вильсон, занимавший эту должность более 40 лет. Были наняты вольные рабочие взамен крепостных, закуплено более 60 новых машин, во главе производства стал опытный мастер Винкельман. Вместе с обновлением технической стороны дела возникла необходимость изменения и художественного оформления карт.

Атласные карты

Хорошо всем известные Атласные игральные карты настолько привычны нашему глазу, что всякие другие карты кажутся нам необычными и уж точно какими-то «нерусскими». Действительно, Атласные карты уже много десятилетий являются самыми распространенными и популярными игральными картами в России. Кажется, что они существуют изначально, как русские народные песни или русские сказки. Но это не так — у этих карт есть автор, и появились они в России в середине 19 века.

За решение вопроса изменения и художественного оформления карт взялись достаточно серьезно. Разработку новых рисунков игральных карт доверили академикам живописи Адольфу Иосифовичу Шарлеманю (Боде-Шарлемань) и Александру Егоровичу Бейдеману. Художники создали несколько эскизов, которые до сих пор, уже спустя полтора века, являются чудесными образцами карточной графики и украшают собрание Государственного Русского музея и Карточного музея Петергофа. Однако в производство были запущены достаточно простые и художественно лаконичные рисунки академика Шарлеманя, которые мы и знаем сейчас, как Атласные карты.

Адольф Иосифович Шарлемань происходил из семьи обрусевших французов. Его отец Иосиф Иванович Шарлемань (1782-1861) и брат Иосиф Иосифович Шарлемань (1824-1870) были известными архитекторами. Будущий академик живописи учился в Императорской Академии художеств по классу исторической и батальной живописи. В 1855 году Адольф Шарлемань за картину «Суворов на Сен-Готарде» был удостоен большой золотой академической медали. Вместе с медалью он получил право на шестилетнюю заграничную поездку, в которую отправился в 1856 году. В 1859 году Шарлемань пишет картину «Последний ночлег Суворова в Швейцарии», за которую был удостоен звания академика живописи.

Возвратившись в Санкт-Петербург после заграничной стажировки, Шарлемань много работает как иллюстратор в журналах, сотрудничает в Государственной экспедиции заготовления ценных бумаг, расписывает храмы и даже участвует в подготовке костюмов для «Исторического бала» у великого князя Владимира Александровича. Работа для карточной фабрики стала одним из таких заказов. Кто знал, что это творение художника станет бессмертным!

Можно объяснить, почему именно этот проект игральных карт стал таким удачным. Рисунки академика Бейдемана, как и другие эскизы Шарлеманя были очень привлекательны в художественном отношении, но они оказались не вполне подходящими для такого массового производства, как печатание игральных карт. Эскиз Атласных карт был сделан для печати в четыре краски — черную, желтую, синюю и красную. Однако не только «технологичность» сыграла свою роль в успехе. Рисунок карточных фигур оказался настолько лаконичным, настолько лишенным ненужных деталей и сложных ракурсов, что успех был просто неизбежен.

А. И. Шарлемань не создал принципиально нового карточного стиля. Атласные карты явились результатом исключительно мастерской переработки уже существовавших карточных рисунков, которые использовались еще в 17 и начале 18 веков на московских карточных фабриках, содержавшихся откупщиками. Однако и эти, как можно было бы их назвать, «старые» рисунки имели своей первоосновою так называемую «северо-немецкую картинку», которая также происходила из совсем уже древней народной французской карточной колоды.

Редкий художник, поэт, писатель создает произведение, которое через какое-то время утрачивает авторство и становится просто народной песней, народной сказкой. Такая творческая удача выпала Адольфу Иосифовичу Шарлеманю, рисунки которого в виде игральных карт есть в каждом доме.

Современность

Постепенно карточные игры разделились на коммерческие, основанные на четком математическом расчете, и азартные, где всем правил случай. Если первые (винт, вист, преферанс, бридж, покер) утвердились среди людей образованных, то вторые (сека, «очко», штосс и сотни других, вплоть до безобидного «подкидного дурака») безраздельно царили среди простонародья.

На Западе «умственные» карточные игры, тренирующие логическое мышление, были даже включены в школьную программу. Впрочем, карты стали служить и для совсем уж неинтеллектуальных занятий. Если на них изображены голые девицы, тут не до бриджа. Но это совсем другая игра…

Источник: Selfire